Каталог :: Уголовное право и процесс

Курсовая: Допустимость доказательств

Содержание
     Введение. 3
     1. Допустимость как необходимое свойство доказательств. 4
     2. Надлежащий субъект доказывания. 6
     3. Надлежащий источник собирания доказательств. 9
     4. Надлежащий способ собирания доказательств. 14
     5. Надлежащий порядок проведения и оформления процессуальных действий. 20
     Заключение. 22
     Список литературы.. 25
     

Введение

Проблемы, возникающие в связи с определением критериев допустимости уголовно- процессуального доказывания по делу не раз поднимались теоретиками уголовно- процессуального права. Исследования в данном направлении проводились такими учеными как Н.М. Кипнисом, Ф.Н. Фаткуллиным, И.И. Мухиным, А.П. Рыжаковым, П.А. Лупинской, Г.М. Резником и многими другими процессуалистами. Всесторонняя научная разработка критериев уголовно-процессуального доказывания - одна из ведущих и основных проблем доказательственного права. Объясняется это тем, что данная категория составляет, по моему мнению, основу всего доказательственного права, имеет неоценимое познавательное и практическое значение. Цель данной работы состоит в изучении и обобщении вопросов допустимости доказательств по уголовному делу. В связи с этим, постараемся решить две задачи. Первая - провести анализ существующих в теории по данному вопросу суждений. Вторая - определить свое отношение к тому, что есть такое допустимость доказательств и возможны ли ее критерии.

1. Допустимость как необходимое свойство доказательств

Одним из неотъемлемых свойств доказательств является их допустимость. Одни авторы понимают под допустимостью доказательств признанную законодателем пригодность данного источника доказательств служить средством процессуального доказывания[1]. Другие считают, что закон устанавливает следующие условия признания доказательства допустимым: 1. Доказательство должно быть получено надлежащим субъектом, правомочным проводить по данному делу процессуальные действия, в ходе которых было добыто доказательство. 2. Фактические данные должны быть получены только из источников, перечисленных в ч.2 ст.69 УПК РСФСР[2]. 3. Доказательство должно быть получено с соблюдением правил проведения процессуального действия, в ходе которого получено доказательство. 4. При получении доказательств должны быть соблюдены все требования закона при фиксировании хода и результата следственного действия [3]. Третьи - совокупность условий, предусмотренных законодательством для совершения процессуальных действий, их последовательность, порядок закрепления и оформления процессуальных действий, процессуальные сроки [4]. Есть и еще одна оригинальная позиция, по которой вопрос допустимости доказательств характерен не для самого материала (как доказательства), а деятельности по его использованию. В данном случае автор считает, что материалы доказательственной деятельности, например, не допустимые в руках обвинения, могут быть допустимы в руках стороны защиты; а материалы, допустимые на одних этапах производства по делу, могут быть допустимы на других его этапах [5]. В целом, позиция автора интересна своей новизной, автор статьи оценивает вопросы допустимости доказательств с практической точки зрения. Но мы все же согласимся с классическим определением критериев допустимости доказательств и в своей работе постараемся выделить именно эти пункты: 1. Надлежащий субъект доказывания. 2. Надлежащий источник доказательств. 3. Надлежащий способ собирания доказательств. 4. Надлежащий порядок проведения и оформления процессуального действия[6].

2. Надлежащий субъект доказывания

Доказательство должно быть получено надлежа­щим субъектом, т.е. лицом, правомочным по дан­ному делу проводить процессуальное действие, в ходе которого было получено доказательство. Субъекты, которые правомочны собирать доказатель­ства по уголовному делу, были определены УПК РСФСР, также они включены и в новый УПК РФ. На досудебных стадиях ими являются дознаватель, следователь и прокурор. В новом УПК, в качестве субъекта, правомочного собирать доказательства, включен также защитник по уголовному делу (ст.86). Причем по новому Кодексу защитнику предоставлены лишь конкретные способы собирания доказательств. Стоит заметить, что такой критерий как получение доказательств надлежащим субъектом, не выглядит просто и однозначно. Нельзя не согласиться с точкой зрения Некрасова С.В.[7] в том, что не всегда совершенно четко, и тем более, сразу определяются органы, и должностные лица, которые должны производить расследование. Например, по деяниям группы лиц, в которую входят и военнослужащие, в период производства предварительного следствия могут ставать вопросы о том, кто должен производить те или иные действия. И иногда лишь перед завершением расследования при рассмотрении окончательно вопроса о возможности предъявления обвинения лицам, становится ясно, что итоговые процессуальные действия должен проводить все-таки следователь военной прокуратуры. Таких примеров не так много, поэтому рассмотрим конкретные случаи, когда доказательства дол­жны признаваться полученными ненадлежащим субъектом, а, следовательно, должны признаваться недопустимыми. УПК РФ содержит перечень дел, по которым в обязательном порядке производится дознание - ч.3 ст.150. Все следственные действия орган дознания может провести только после возбуждения уголовного дела. Следовательно, проведя следственные действия до возбуждения уголовного дела и получив данные по делу, они будут недопустимыми. Доказательства признаются полученными ненадлежа­щим субъектом при проведении следственный действий следователем в следующих случаях: 1. Когда следователь не принял дело к своему произ­водству. Предварительное следствие производится только тем следователем, который принял дело к своему производ­ству. О принятии дела к своему производству следова­тель выносит постановление – ч.1 ст.156 УПК. 2. Когда следователь не включен в группу следова­телей. В случае сложности дела или его большого объема пред­варительное следствие может быть поручено нескольким следователям. Об этом указывается в постановлении о возбуждении дела или выносится отдельное постановле­ние. Один из следователей принимает дело к производ­ству и руководит действиями других следователей - ст.163 УПК. Проведение следственных действий членами групп, со­зданных иными лицами, влечет недопустимость получен­ных ими доказательств. 3. Когда следователем, нарушены требования зако­на о подследственности. Следователь, установив, что расследуемое им дело не подследственно ему, обязан произвести все неотложные следственные действия, после чего направляет дело про­курору для передачи его по подследственности - ч. 5 ст. 152 УПК. Типичными нарушениями требовании закона о подслед­ственности являются: получение доказательства каким-либо следователем, кроме следователя прокуратуры, по делу, не относящемуся к подследственности органа, со­трудником которого он является, если, разумеется, проку­рор, действующий в пределах своей компетенции, не вос­пользовался полномочием передать дело от одного органа предварительного следствия другому; вторжение следователем в компетенцию сле­дователя военной прокуратуры; принятие военным следователем к своему произ­водству дела, относящегося к подследственности других органов. 4. При проведении, следственных действий следова­телем после истечения установленного в законе срока. Сроки предварительного следствия и порядок их про­дления установлены в статье ст.162 УПК. Нарушения этого требования закона должно в обязательном порядке влечь при­знание полученного при этом нарушении доказательства недопустимым.

3. Надлежащий источник собирания доказательств

Доказательства должны быть получены только из источников 8, перечисленных в ст.74 УПК. Доказательство должно соответствовать требованиям закона относительно источника установления конкретных фактических данных. Перечень этих источников дан в ч.2 ст. 74 УПК, он является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит (хотя, конечно, термин «иные документы» может предполагать под собой что угодно и с этой точки зрения, можно думать, что все-таки это и будет расширительное толкование указанной нормы). В этот перечень включены: по­казания свидетеля, показания потерпевшего, показания обвиняемого (подозреваемого), заключение эксперта, ве­щественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий и иные документы. Получение доказательства из не установленного источ­ника должно влечь за собой недопустимость этого доказа­тельства. Несмотря на то, что ч.2 ст.74 УПК перечисляет среди ис­точников доказательств показания только четырех категорий лиц (показания обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего, свидетеля), есть основания полагать, что к этим показаниям можно добавить показания гражданского ист­ца, гражданского ответчика и их представителей. Этим основанием является: - положение ч. 2 ст. 54 УПК, предос­тавляющее гражданскому ответчику и его представителю право давать объяснения по существу предъявленного иска и его представителю пре­доставляется право давать объяснения и показания по предъявленному иску; Вещественные доказательства — это предметы ма­териального мира (вещи), которые имеют относящую­ся к предмету доказывания фактическую информацию и в установленном законом порядке приобщены к делу. Уголовно-процессуальный закон (ст. 81 УПК) определяет следу­ющие виды вещественных доказательств: предметы, относительно которых есть основания полагать, что они служили орудиями преступлений; предметы, относительно которых есть основания полагать, что они сохранили на себе следы преступления; предметы, относительно которых есть основания полагать, что они были объектами преступных действий; деньги и иные ценности, нажитые преступным пу­тем; все другие предметы и документы, которые могут служить средствами к обнаружению преступления, уста­новлению фактических обстоятельств дела, выявлению виновных либо к опровержению обвинения или смягче­ния наказания. Следует иметь в виду, что документы служат веще­ственными доказательствами, если они были объектами преступных действий, служили средствами их подготов­ки, совершения или если на них остались следы преступ­ных действий. Если же значение документа по делу опре­деляется справочными или удостоверительными данными, он является другим источником доказательств — «иным документом». Фотоснимки являются вещественными доказательства­ми, если они сделаны в процессе совершения преступления либо факт их обнаружения в данном месте или у дан­ного лица имеет существенное значение (например, обна­ружение у обвиняемого фотографии, находившейся в по­хищенном чемодане). Фотоснимки, изготовленные в ходе следственных (судебных) действии, составляют приложе­ние к протоколу (ст.ст. 84, 166, 372 УПК РСФСР). Из приведенного выше понятия вещественного доказа­тельства следует, что к ним относятся предметы-носители доказательственной информации, которые приобщены к делу в установленном законом порядке. Поэтому веще­ственными доказательствами являются не все предметы — носители доказательственной информации, а только те, которые обнаружены, получены и приобщены к делу в установленном законом порядке. А этот порядок включа­ет следующие действия. Во-первых, должен быть процессуально оформлен факт обнаружения или получения предмета следователем (оформляется протоколом). Во-вторых, вещественное доказательство должно быть осмотрено, подробно описано (ст. 81 УПК). Ос­мотр вещественного доказательства может быть произве­ден в ходе того следственного действия, при котором оно изъято (например, при осмотре места происшествия), и тогда его результаты фиксируются в протоколе, либо в ходе отдельного следственного действия — осмотра веще­ственного доказательства (предмета), оформляемого са­мостоятельным протоколом. И, в-третьих, вещественное доказательство должно быть приобщено к делу особым постановлением следователя или определением суда. Лишь после вынесения такого поста­новления (определения) на предмет может быть распрост­ранен режим вещественного доказательства. Таким образом, следует иметь в виду, что предмет, пред­ставленный в качестве вещественного доказательства, и постановление о его приобщении к делу неразрывно меж­ду собой связаны. Поэтому отсутствие или утрата постановления о приоб­щении к делу вещественного доказательства, как и утрата самой вещи, указанной в постановлении, ведут к недопус­тимости вещественного доказательства. Допустимость вещественных доказательств определя­ется не только соблюдением порядка их приобщения к делу, но и соблюдением порядка обнаружения и изъятия вещественных доказательств. По делу Чумакова в Московском областном суде была исключена из разбирательства дела пуля, изъятая из трупа потерпевшего, в связи с чем она была приобщена к делу в качестве вещественного доказательства через год после ее изъятия, а осмотрена только в ходе дополнительного расследования через два года9. Из данного дела видно существенное нарушение порядка оформления вещественных доказательств. Протоколы следственных и судебных действий — это письменные акты, в которых фиксируются ход и результаты таких следственных действий, как осмотр, освидетельствование, выемка, обыск, задержание, предъявления для опознания, следственный экспери­мент (ст.166 УПК РФ). Указанные выше протоколы следственных действий выделены в самостоятельный источник доказательств ввиду того, что в них фиксируются обстановка, предметы или явления, непосредственно воспринятые следователем, по­нятыми и другими участниками данного следственного действия. Поэтому к данному виду доказательств не отно­сятся протоколы допросов, поскольку они фиксируют дру­гой вид доказательств - показания свидетеля, потерпев­шего, обвиняемого или подозреваемого13. Порядок проведения и процессуального оформления следственных действий (указанных в ст. 166 УПК), подробно регламентирован законом и наруше­ние этого порядка может повлечь недопустимость прото­кола как доказательства. Приложения к протоколу (фотографии, фонограммы, видеозаписи, схемы и т.д.) рассматриваются как их со­ставная часть. Их допустимость также обусловливается соблюдением всех требований закона при их получении. В протоколе должны быть зафиксированы факт и усло­вия применения соответствующих научно-технических средств. Результаты их применения должны быть удос­товерены. Под иным документом в уголовном, процессе подразуме­ваются любые письменные или оформленные иными спо­собом акты, удостоверяющие или излагающие обстоя­тельства и факты, которые имеют значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу (ст.84 УПК). Документ допустим как доказательство при наличии: 1) данных, указывающих на то, каким образом он по­пал в материалы дела (сопроводительное письмо, прото­кол и т.д.); 2) установленных реквизитов служебных документов или данных о гражданине, от которого документ исходит; 3) указаний на источник осведомленности составителя (ссылки на название нормативного акта, номер и дату ар­хивного документа, лиц, от которых получены данные, и т.д.). При отсутствии таких данных его составитель мо­жет быть допрошен в качестве свидетеля. Такой источник доказательств как «иные документы» в судебной практике нередко используется как «запасной выход», через который проходят недопустимые доказатель­ства (например, «объяснения», полученные в ходе доследственной проверки). Так, по мнению авторов «Теории доказательств в со­ветском уголовном процессе», «то обстоятельство, что объяснение гражданина содержит фактические данные об обстоятельствах, которые должны быть предметом доп­роса, не лишает самостоятельного доказательственного значения объяснение» 10. Признает доказательственное значение материалов, полученных в ходе доследственной проверки, рассматривая их как «иные документы», и Карнеева Л.М. 11. На недопустимость использования объяснений как до­казательств (под видом «иных документов») указывают П.А. Лупинская, С.А. Пашин 12, Н.М. Кипнис13 и другие авторы. В частности, П.А. Лупинская отмечает, что до возбуждения уголовного дела объяснения могут быть получены только от лиц, подавших заявление или жалобу, если необходимо получение каких-либо сведений, допол­няющих, уточняющих жалобу. В то же время получение объяснении от лиц по поводу действий, в отношении кото­рых поступила жалоба, заявление или иное сообщение, недопустимо, так как нарушает запрет, содержащийся в статье 51 Конституции РФ. Такого рода объяснения, если они были получены, недопустимо использовать в дальней­шем доказывании и ссылаться на них в любых решениях по делу 14.

4. Надлежащий способ собирания доказательств.

Доказательство должно быть получено с соблюдением надлежащей процедуры, т.е. с соблюдением требовании закона относительно порядка проведения соответствую­щего процессуального действия, порядка фиксирования его хода и результатов. Лицо, производящее дознание, следователь, прокурор или суд вправе в целях собирания доказательств по находящимся в их производстве делам производить следственные действия, предусмотренные настоящим Кодексом. Представляется, что доказательства, полученные путем проведения «процессуальных» действий, не предусмотрен­ных законом, во всех случаях должны признаваться недо­пустимыми. Процессуальная форма строго формальна, по­рядок проведения каждого процессуального действия детально регламентирован в законе с целью гарантиро­вать права участников процесса. Соответственно получе­ние доказательств путем действий, не предусмотренных в законе, нарушает права участников процесса. Очевидно, что нарушение условий получения доказа­тельств, основанных на конституционных и общепризнан­ных международных гарантиях прав и свобод человека и гражданина, личной неприкосновенности, неприкосновен­ности жилища, тайны переписки, конечно же, делает та­кие доказательства недопустимыми. Ненадлежащая процедура предполагает, прежде всего, нарушение требований закона относительно времени, в течение которого возможно проведение следственных дей­ствий. В соответствии с уголовно-процессуальным законом (ст. 164 УПК РФ) проведение след­ственных действий на досудебных стадиях возможно только после возбуждения уголовного дела и до принятия окон­чательного решения по предварительному следствию сле­дователем либо по дознанию дознавателем (т.е. до состав­ления обвинительного заключения либо постановления о направлении дела в суд для рассмотрения вопроса о при­менении мер медицинского характера, либо постановле­ния о прекращении дела). Из материалов, полученных до возбуждения уголовно­го дела, доказательством может быть признан только про­токол осмотра места происшествия, поскольку закон (ч. 2 ст. 176 УПК РФ), как исключение из общего правила, разрешает про­ведение этого следственного действия до возбуждения уго­ловного дела. Особый порядок установлен и для получения заявления лица о совершенном им преступлении («явка с повинной»). «В случае явки с повинной, — указывается в ст.ст. 142-146 УПК, — устанавли­вается личность явившегося и составляется протокол, в котором подробно излагается сделанное заявление». В качестве доказательств могут также использоваться материалы, полученные до возбуждения уголовного дела в ходе оперативно-розыскной деятельности. Недопустимо проведение следственных действий в пе­риод приостановления предварительного следствия (ч.3 ст. 209 УПК). Известно, что допрос лица, задержанного по подозрению в совершении преступления, производится немедленно, или не позднее 24-х часов с момента задержания (ст.123 УПК РСФСР). Следователем прокуратуры Кежмского р-на был произведен допрос лица, задержанного 19 апреля 1977г. по подозрению в совершении преступления. Первый допрос производился 24 апреля 1977г.15. Как видно из материалов исследуемого дела, допрос был произведен с нарушением норм УПК. Поэтому полученные в ходе проведенного следственного действия показания должны быть признаны недопустимыми в качестве доказательств. Перед допросом подозреваемому и обвиняемому долж­ны быть разъяснены их права, предусмотренные соответ­ственно ст. 46 и ст. 47 УПК. Подчеркивая важность разъяснения данного конститу­ционного положения, Пленум Верховного Суда Российс­кой Федерации указал: «Если подозреваемому, обвиняе­мому... при дознании или на предварительном следствии не было разъяснено указанное конституционное положе­ние, показа­ния этих лиц должны признаваться судом полученными с нарушением закона, и не могут являться доказательства­ми виновности обвиняемого (подозреваемого)» 17. Следующий важный момент, который в обязательном порядке должен разъясняться задержанному, заключает­ся в том, что задержанный не обязан давать показания и может хранить молчание. С этим неразрывно связано и следующее предупреждение, основная цель которого по­ставить задержанного в известность относительно послед­ствий его согласия дать показания: все, сказанное задер­жанным, может и будет использовано против него в суде. Как отмечается в решении, «человек вырванный из при­вычной обстановки и помещенный в условия предвари­тельного заключения, в отношении которого применяется высококлассная техника убеждения, описанная в стандар­тных пособиях по тактике допроса, не может чувствовать ничего иного, кроме как обязанности начать говорить». Недозволенные приемы и методы ведения допросов подозреваемых и обвиняемых относятся к обстоятельствам, исключающим использование полученных подобными способами доказательств. а) Запрещение применения физического и психического насилия Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, дру­гому жестокому или унижающему человеческое достоин­ство обращению (ч. 2 ст. 21 Конституции РФ). Принуждение подозреваемого, обвиняемого к даче по­казании с применением насилия, издевательств или пы­ток, а также путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действии со стороны следователя или лица, производящего дознание, влечет уголовную ответствен­ность (ст. 302 УК РФ). Последствием применения недозволенных мер при доп­росе подозреваемого, обвиняемого должно являться бе­зусловное признание протоколов их допросов недопусти­мыми доказательствами. б) Этические критерии допустимости применения некоторых тактических приемов при допросе подозреваемые и обвиняемых. Говоря о недопустимых мерах воздействия на подозре­ваемого (обвиняемого), нельзя ограничиваться лишь пра­вовыми запретами относительно применения насилия. Важ­ное значение для определения допустимости того или иного тактического приема имеют нравственные (этические) критерии. И в этой связи следует отметить недопустимость таких приемов, которые: основаны на обмане; связаны с шантажом; понуждают подозреваемого (обвиняемого) к амораль­ным поступкам; используют низменные побуждения (чув­ства корысти, мести, ревности, национальной вражды и др.); эксплуатируют невежество, предрассудки, суеверие; основаны на использовании религиозных чувств; направ­лены на разжигание конфликта между несколькими обви­няемыми (подозреваемыми). Селиванов Н.А. приводит такие примеры недопустимых тактических приемов, связанных с обма­ном и имитацией действий, рассчитанных на то, чтобы запугать обвиняемого. В последнее время особый интерес проявляется к воп­росу о возможности применения в ходе допроса полигра­фа (детектора лжи) — прибора, который, как предполага­ется, позволяет обнаружить ложность показания. Сторонники применения полиграфа (в частности, В. Комиссаров) отмечают, что: во-первых, с помо­щью полиграфа в более чем 90 случаях из 100 получали положительный для расследования эффект и, во-вторых, использование полиграфа никаким правовым актом не зап­рещено19. Относительно первого аргумента трудно возразить, по­скольку «положительность» для расследования эффекта вещь весьма неопределенная, да и плохо согласуемая с таким понятием как «законность» (особенно если иметь в виду, что в свое время положительным для расследования эффектом являлись пытки). Кажется бесспорным и второй аргумент, т.к. действи­тельно не имеется ни одного правового акта, содержащего непосредственный запрет на использование полиграфа. В качестве свидетеля может быть допрошено любое лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоя­тельства, подлежащие установлению по конкретному делу (ст. 56 УПК РФ). Следует отметить, что если в качестве свидетеля или потерпевшего допрашивается несовершеннолетнее лицо, то обязательным условием его допроса является присутствие педагога или законного представителя (ст.191 УПК РФ). Нарушение этого правила, следовательно, влечет собой признание полученных в ходе допроса показаний недопустимыми. В качестве примера можно привести следующие материалы дела: 30.09.1974 г. в п.Сенное по делу в обвинении Хадикова В.Г. (дело №7533) 22 в качестве свидетеля был допрошен несовершеннолетний Хадиков Руслан А. (1958 г.р.). Однако при допросе (как было установлено при изучении данного дела) ни педагога, ни законного представителя не присутствовало. И таких примеров в исследуемом деле много (например, при допросе несовершеннолетних свидетелей могли присутствовать «депутат сельсовета», «родитель другого допрошенного чуть ранее свидетеля»). Представляется, что данные следственные действия были проведены с нарушением правил допроса несовершеннолетних свидетелей, т.к. законом представлен закрытый перечень лиц, наделенных правом присутствия при допросе несовершеннолетнего. Интересным представляется вопрос о закреплении результатов экспертизы. После производства необходимых исследований экс­перт составляет заключение, в котором, должно быть указано: когда, где, кем (фамилия, имя и отчество, образование, специальность, ученая степень и звание, занимаемая должность), на каком основании была про­изведена экспертиза, кто присутствовал при произ­водстве экспертизы, какие материалы эксперт исполь­зовал, какие исследования произвел, какие вопросы были поставлены эксперту и его мотивированные ответы. Если при производстве экспертизы, эксперт устано­вит обстоятельства, имеющие значение для дела, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе указать на них в своем заключении. Заключение дается в письменном виде и подписыва­ется экспертом (ст.204 УПК РФ). Как свидетельствует судебная практика, извлекаемая из заключения эксперта доказательственная информация не ограничивается сведениями, содержащими специальные познания эксперта. Примером этого могут служить материалы уголовного дела, рассмотренного Нагатинским межрайонным народным судом г.Москвы в отношении З., осужденного за совершение изнасилования несовершеннолетней сестры. З. Признал свою вину на предварительном следствии, его показания подтверждались словами потерпевшей, свидетеля-отца. Однако в суде эти лица изменили показания. И суд, оценивая достоверность показания указал: «При проведении стационарной судебно-психиатрический экспертизы З. не отрицал, что совершил изнасилование сестры, что в совокупности с прочитанными доказательствами также опровергает его показания в судебном заседании». Очевидно, что факт признания З. при проведении экспертизы действий, которые ему инкриминировались, выходит за рамки специальных познаний эксперта-психиатра. Поэтому данные показания не могут быть положены в основу обвинения 25.

5. Надлежащий порядок проведения и оформления процессуальных действий

Если на основании незаконно добытых доказательств были получены другие доказатель­ства, то они исключаются из разбирательства дела как являющиеся производными от незаконно полученных до­казательств (как плоды отравленного дерева). Чаще всего по правилу «о плодах отравленного дерева» исключаются доказательства, полученные на основании произведенных с нарушением закона изъятии различных предметов, являющихся вещественными доказательствами. Так, если какие-либо предметы изымались в ходе обыс­ков, выемок или осмотров с нарушением закона, то исклю­чаются из дела не только соответствующие протоколы обыс­ков, выемок или осмотров, но и изъятые таким образом предметы — вещественные доказательства, а также заклю­чения экспертов по исследованию этих предметов. Органами предварительного расследования Каменеву предъяв­лялось обвинение в получении взятки и незаконном приобретении и хранении огнестрельного оружия и боеприпасов (часть 3 статьи 173 и часть 1 статьи 218 УК РСФСР). Судом присяжных Московского областного суда Каменев был оправдан. В кассационном протесте прокурор просил об отмене приговора в связи с существенными нарушениями требований УПК РСФСР, одно из которых, по его мнению, выразилось в следующем: судья необоснованно исключил из разбирательства дела протокол обыска в служебном кабинете Каменева, вещественные доказательства — гранату и два стреляющих устройства, заключения экспертов, про­водивших баллистическую и взрывотехническую экспертизы. Кассационная палата Верховного Суда РФ оправдательный при­говор оставила без изменения, указав относительно исключения указанных доказательств следующее. Доводы прокурора, изложенные в кассационном протесте, о том, что судья необоснованно исключил из разбирательства дела часть доказательств, противоречат действующему законодательству. Судья правильно исключил из разбирательства дела такие дока­зательства, как протокол обыска в служебном кабинете Каменева, гранату ф-1, два металлических предмета в виде авторучек, при­знанных огнестрельным оружием, заключения баллистической и взрывотехнической экспертиз, так как эти доказательства получе­ны в нарушение закона. Указав на те нарушения требований УПК, которые были допу­щены при обыске в кабинете Каменева, кассационная палата отме­тила следующее. Учитывая, что в данном конкретном случае изъятие предметов произведено с нарушение закона, судья правильно исключил из раз­бирательства дела вещественные доказательства и заключения экс­пертов по ним 28. Доказательство признается допустимым, если оно содержит сведения, происхождение которых извес­тно и которые могут быть проверены. Не могут служить доказательством фактические данные, сообщаемые свидетелем (потерпевшим), если он не может указать источник своей осведомленности. Зажицкий В.И., в частности, писал: «Источники осведомленности представляют собой объек­тивную основу, на которой возникают, формируются фак­тические данные, являющиеся содержанием уголовно-процессуальных доказательств. Источник осведомленности обнаруживается при возникновении и формировании всех видов доказательств»29. Выше, при рассмотрении вопросов о допустимости ве­щественных доказательств и документов, полученных в результате осмотров, выемок, обысков, а также получен­ных в ходе непроцессуальной деятельности, отмечалось, что неясность по поводу того, как, где и при каких обсто­ятельствах получен тот или иной предмет или документ, несущий ту или иную информацию, лишает его доказа­тельственной силы.

Заключение

Концепция судебной реформы в РФ в качестве одного из ключевых решений предлагала «определение жестких критериев допустимости доказательств и введение практики беспощадного аннулирования недопустимых материалов» 30. Данная рекомендация реализована в ч.2 ст.50 Конституции РФ: «При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона». Эта норма, применительно к уголовному процессу, нашла свое отражение в уже утратившем силу ст.69 УПК РСФСР: «Доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств, перечисленных в статье 68 настоящего Кодекса». Стоит заметить, что в УПК РСФСР не было термина, как «недопустимые доказательства», законодатель употреблял термин «юридическая сила» доказательств. Думается, что два этих словообразования синонимичны. Несмотря на это, полагаю, что в этом отношении достоинством УПК РФ (ст.74) является использование термина «недопустимые» доказательства в самом тексте закона, что позволяет правоприменителю, не путаясь в терминах, уяснить факторы, влияющие на допустимость доказательственной базы в уголовном процессе (т.к. ранее допустимость – это был научный термин; юридическая сила – предусмотренный законом). Признание доказательств недопустимыми возможно на любой стадии судопроизводства, связанной с процессом доказывания. Для этого в науке (а теперь уже и в новом УПК РФ) были выработаны так называемые критерии допустимости доказательств, которые были рассмотрены в настоящей работе как главы. Хотелось бы отметить, что наряду с понятием допустимость выделяют термин достоверность доказательств. Зачастую бывает, что достоверные доказательства необходимо признать недопустимыми, т.к. они были получены с нарушением процессуального закона (например, был нарушен порядок проведения процессуального действия, используемого как средство получения доказательства). В этом случае, как верно отмечает Н.М.Кипнис 31, и при условии соблюдения остальных критериев допустимости доказательств, можно ставить вопрос об устранении (восполнении) нарушений процессуальной формы. Так, если при нарушении порядка проведения процессуальных действий все остальные критерии соблюдены, а недостатки первого критерия были устранены путем проведения дополнительных процессуальных действий, в результате которых были получены фактические данные, устранившие возникшее сомнение в достоверности первоначальных фактических данных, то можно признать первоначальные фактические данные в совокупности с фактическим данными, устраняющими сомнение в их достоверности, отвечающими требованию допустимости. Конечно, не могут быть восполнены нарушения, связанные с обеспечением приоритета прав и свобод человека и гражданина; принципы уголовного процесса; нарушения, связанные с дефектами содержания процессуального действия, а не с дефектами фиксации его хода и результатов32.

Список литературы

Нормативная литература: 1. О некоторых вопросах применения судами Конституции при осуществлении правосудия. Постановление Пленума ВС РФ от 31.10.1995г. №8//БВС РФ.-1996.-№1. 2. О судебной практике по применению, изменению и отмене принудительных мер медицинского характера (с изменениями от 1 ноября 1985 г.). Постановление Пленума ВС СССР от 26.04.1984 г. №4// БВС СССР.- 1984.- № 3. 3. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (с изм. и доп. от 29.12.2001)// Ведомости ВС РСФСР.-1960.- № 40.- ст. 592. 4. Уголовно-процессуальный кодекс РФ// Российская газета.-№249. Научная и практическая литература: 1. Громов Н.А. Критерий использования доказательств и результатов ОРД при доказывании по уголовному делу./ Н.А. Громов, Ю.В. Францифоров, В.Ю. Алферов//Следователь.-2000.-№1.-С.9. 2. Дело №459/5 по обвинению Тогулова М.Т.//Лаборатория кафедры криминалистики ЮИ КрасГУ. 3. Дело №7533//Лаборатория кафедры криминалистики ЮИ КрасГУ. 4. Дело по обвинению Каменева//БВС РФ.-1996.-№8.-С. 10. 5. Защита по уголовному делу: Пособие для адвокатов/Под ред.Е.Ю.Львовой. М., 2000. 6. Зажицкий В.И. Источники осведомлённости в уголовно-процессуальном доказывании./В.И. Зажицкий//Советская юстиция.-1983.- №8.- С. 6. 7. Зажицкий В. О допустимости доказательств./В. Зажицкий//Рос. юстиция.- 1999.-№3.-С.26. 8. Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе./Л.М. Карнеева. Волгоград, 1988. 9. Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве./Н.М. Кипнис. М., 1995. 10. Комиссаров В. Использование полиграфа./В. Комиссаров// Законность.- 1995.- №11.- С. 44. 11. Лупинская П.А. Проблемы допустимости доказательств при рассмотрении дел судом присяжных./П.А. Лупинская. М., 1998. С. 115 – 116. 12. Лупинская П. Допустимость доказательств: пора обеспечить единство судебной практики./П.А. Лупинская//Российская юстиция.-1998.-№11.-С.23. 13. Маркина Е. Познавательные задачи проведения судебной экспертизы в уголовном процессе как критерий ее допустимости./Е. Маркина//Уголовное право.-1998.-№3.-С.58. 14. Научно-практический комментарий к УПК РСФСР./Под редакцией Лебедева В.М., В.П.Божьева, М., 1997. 15. Некрасов С.В. Судебная практика и критерии признания доказательств юридически недействительными в российском уголовном процессе./С.В. Некрасов//Юрист.-1998.-№5.-С.8. 16. Некрасов С.В. Принципиальные положения, относящиеся к юридической силе доказательств в уголовном судопроизводстве./С.В. Некрасов//Юрист.-1998.-№2.- С.31. 17. Пашин С. Теоретические основы допустимости материалов в качестве доказательств./С. Пашин//Уголовное право.-1998.-№2.-С.44. 18. Победкин А.В. О некоторых проблемах определения допустимости доказательств в уголовном процессе./А.В. Победкин, В.А. Гавриков//Государство и право.-1999.-№7.-С.53. 19. Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1973.
[1] Громов Н.А. Критерий использования доказательств и результатов ОРД при доказывании по уголовному делу./ Н.А. Громов, Ю.В. Францифоров, В.Ю. Алферов//Следователь.-2000.-№1.-С.9. [2] Сейчас это ст.74 УПК РФ. [3] Громов Н.А. Указ.соч. С.10. [4] Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве./ Н.М. Кипнис. М., 1995. С.5. [5]Пашин С. Теоретические основы допустимости материалов в качестве доказательств./С. Пашин.//Уголовное право.-1998.-№2.-С.44-45. [6] Победкин А.В. О некоторых проблемах определения допустимости доказательств в уголовном процессе./ А.В. Победкин, В.А. Гавриков.//Государство и право.-1999.-№7.-С.53-54. [7] Некрасов С.В. Судебная практика и критерии признания доказательств юридически недействительными в российском уголовном процессе./С.В. Некрасов//Юрист.-1998.-№5.-С.8. 8 Под термином «источник» в данной работе подразумевается юридическая форма доказательств. 9 Защита по уголовному делу: Пособие для адвокатов/Под ред.Е.Ю.Львовой. М., 2000. С.50. 10 Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1973. С. 658. 11 Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе./Л.М. Карнеева. Волгоград, 1988.С. 36. 12 Пашин С.А. Указ. соч. С. 60. 13 Кипнис Н.М. Указ.соч. С. 60. 14 Лупинская П.А. Проблемы допустимости доказательств при рассмотрении дел судом присяжных./П.А. Лупинская. М., 1998. С. 115 – 116. 15 Дело №459/5 по обвинению Тогулова М.Т. (Лаборатория кафедры криминалистики ЮИ КрасГУ). 17 Бюллетень Верховного Суда РФ.- № 1.- 1996. 19 Комиссаров В. Использование полиграфа./В. Комиссаров.// Законность.- 1995.- №11.- С. 44. 22 Лаборатория криминалистики ЮИ КрасГУ. 25 Маркина Е. Познавательные задачи проведения судебной экспертизы в уголовном процессе как критерий ее допустимости./Е. Маркина.//Уголовное право.-1998.-№3.-С.58. 28 БВС РФ, 1996, №8, С. 10 – 11. 29 Зажицкий В.И. Источники осведомлённости в уголовно-процессуальном доказывании./В.И. Зажицкий.//Советская юстиция.-1983.- №8.- С. 6. 30 Зажицкий В. О допустимости доказательств./В. Зажицкий.//Рос. юстиция.-1999.-№3.-С.26. 31 Кипнис М.Н. Указ.соч.С.80. 32 Указ. соч. С.81.