Каталог :: Уголовное право и процесс

Диплом: Версии и планирование расследования преступлений

                       Академия права и управления                        
                Министерства Юстиции Российской Федерации                
                  Кафедра уголовного процесса и криминалистики                  
                                  Допущена к защите"____"_______________ 2003 г.
                    Начальник кафедры ________  Е.В    Прысь                    
                  Выпускная квалификационная (дипломная) работа                  
          Тема: Версии и планирование расследования преступлений          
                                                                Выполнил:
                                                                     Алёшин Р.Л.
                                                           юридический факультет
                                                                          4 курс
                                                    Научный руководитель:
                                                                 к.ю.н., доцент,
                                                             полковник вн.службы
                                                                   Ткаченко Н.И.
                                  Дата защиты:                                  
                            "____"____________2003 г                            
                                     Оценка:                                     
                               ___________________                               
                               Подписи членов ГАК                               
                                   Рязань 2003                                   
     
     
     С О Д Е Р Ж А Н И Е
    ВВЕДЕНИЕ_________________________________________________________3    
     ГЛАВА I
РОЛЬ И ЗНАЧЕНИЕ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИХ ВЕРСИЙ В          РАСКРЫТИИ  И РАССЛЕДОВАНИИ
ПРЕСТУПЛЕНИЙ.__________6
§1. Понятие версий, их значение в раскрытии и
расследовании  преступлений, выдвижение и
проверка версий.________________________________6
§2. Криминалистическая классификация версий
для раскрытия и расследования преступлений._______17
     ГЛАВА II. ПЛАНИРОВАНИЕ РАССЛЕДОВАНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ НА  ПЕРВОНАЧАЛЬНОМ И
ПОСЛЕДУЮЩИХ ЭТАПАХ._________27
§1. Понятие планирования при раскрытии и
расследовании преступлений._____________________27
§2. Планирование расследования преступлений на
первоначальном этапе.___________________________36
§3. Процесс планирования расследования уголовного
дела и его структура.____________________________45
     ЗАКЛЮЧЕНИЕ.______________________________________68
     БИБЛИОГРАФИЯ.___________________________________70
     ПРИЛОЖЕНИЯ._____________________________________73
     ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. . Совершенствование следственного мастерства
и улучшение раскрываемости преступлений  возможны  лишь при условии самого
широко использования в следственной работе тактических и научно-технических
методов,  приемов  и  средств криминалистики -  специальной  науки о
раскрытии преступлений.  К числу важнейших тактических методов расследования,
разрабатываемых криминалистикой относятся версия и планирование расследования
преступлений. Потребность пересмотра научных положений о криминалистических
версиях  определяется  тем,  что  до сегодняшнего дня многие вопросы учения
решены не до конца. В частности, в криминалистической литературе
недостаточно  глубоко  исследованы основы данного учения,  что в свою
очередь,  отрицательно  сказалось  на изучении отдельных  видов
криминалистических  версий  (судебных, экспертных, оперативно-розыскных).
Не менее  сложным  остается  вопрос о месте "планирования" в системе
криминалистики,  что по-видимому, повлияло и на отношение
практических работников к планированию.  Следует отметить необходимость в
научном освоении данных вопросов с позиций теорий моделирования, вероятности,
информации и др., а также с позиции новых криминалистических теорий  -
учения  о  следственных  ситуациях, прогнозирование и программирование в
расследовании уголовных дел.
С учетом современного состояния учения о версиях и  планировании
расследования преступлений представляется важным,  применение комплексного
подхода к исследованию таких проблем как  разработка понятийного аппарата,
определение места данных категорий в системе криминалистики,  установление
возможностей  использования данных других наук для дальнейшего развития
учения.
Комплексный характер исследования позволяет проанализировать названные
проблемы  на стыках различных наук - естественных,  общественных и
технических.  Тесное взаимодействие между ними обеспечивает сегодня прорывы
во всех направлениях науки и техники.
Наконец, об актуальности темы исследования свидетельствует и то
обстоятельство,  что версии и планирование находят свое приложение в
следственной, экспертной, судебной практике, деятельности органов дознания,
следствия и суда.
Следовательно возникает необходимость в правильном и  своевременном
применении данных категорий как метода практической деятельности.
Цель исследования. .  Целью  дипломного  исследования является развитие
учения о версиях и планировании расследования преступлений. Общая цель может
быть достигнута при решении следующих конкретных задач:
- уточнение понятия криминалистическая версия и планирование;
- классификация версий;
- определение  специфики выдвижения и проверки криминалистических версий;
- причины вызывающие недостатки следственной работы при планировании
расследования и раскрытия преступлений;
- место и роль версий и планирования в системе криминалистики.
Научная новизна исследования.  Дипломная работа представляет собой
исследование, посвященное проблемам данных категорий. В ней предпринята
попытка  комплексного  рассмотрения  теоретических  и практических вопросов,
возникающих в процессе применения версий и планирования в  деятельности
правоохранительных органов.  Выводы полученные при анализе эмпирического
материала и научной  литературы, позволили  сформулировать новые положения
учения о криминалистических версиях.
Новизна работы выражается в следующих положениях,  выносимых на защиту.
Длительный период  учение  о версии исследовалось и развивалось в
криминалистике в единстве с теорией планирования.
Криминалистическая версия  имеет сложную природу.  В системе методов
криминалистики версия принадлежит к методам практического
уровня. Вместе с тем, версия имеет не только методологическое, но и
тактическое значение,  что обуславливается ситуационными факторами
расследования преступлений.  Версия тесным образом связана с планированием
расследования,  предвосхищает его и служит  основой планирования, но не
является его обязательной частью.
Важное место в учении о криминалистических версиях  занимают типовые и
типичные версии.
Объектом исследования  является.  организация   деятельности уполномоченных
на то органов (органы дознания,  следствия, суда и т.д.) по планированию
раскрытия преступлений и выдвижению  криминалистических версий.
Предметом исследования является . изучение  криминалистических версий,
порядок  их выдвижения и построения планов расследования в системе
планирования.
          ГЛАВА I РОЛЬ И ЗНАЧЕНИЕ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИХ ВЕРСИЙ  В РАСКРЫТИИ  И
РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ
                  §1. Понятие версий, их значение в раскрытии и                  
                    расследовании  преступлений, выдвижение и                    
                                проверка версий.                                
В планировании следствия решающую роль играют версии. Разработка (построение)
версий и проверка их составляют основу  планирования.
Если характеристика предмета расследования отвечала на  вопрос, что
необходимо выяснить в процессе расследования, то методика построения версий
относится к вопросу,  как это сделать. Некоторые вопросы, подлежащие
выяснению в процессе расследования, могут получить исчерпывающий ответ сразу
же в результате производства того или иного следственного действия.
Например, судебно-медицинский эксперт дает точное заключение о причинах
смерти;  обстановка происшествия,  вещественные  доказательства  и  показания
свидетелей-очевидцев не оставляют сомнений  в  том,  где,  когда, кто, каким
орудием и кому причинил смертельное ранение; обнаружение явно подложного
документа и уплата денег по нему делают ясным способ хищения.
По некоторым делам все расследования сводятся  фактически  к закреплению
доказательств  и не требует построения версии (например, хулиганские
действия, совершенные на глазах у всех).
Однако при  расследовании  большинства  преступлений  многие вопросы,
выяснение которых составляет задачу расследования, далеко не  сразу
становятся ясными следователю.  Он стремится всесторонне выяснить их,
объяснить расследуемое событие и, в частности, установить лиц, действия
которых вызвали это событие. Но следователь достигает этой цели постепенно,
как бы двигаясь по лестнице ступенька за  ступенькой,  проделывая
мыслительную работу особого характера, в которой решающую роль играют версии.
Раскрытие преступлений,  выявление способствующих им обстоятельств,
изобличение виновных и реабилитация невиновных -  таковы ответственные задачи
органов расследования.
Раскрыть, выявить, изобличить, доказать - значит познать определенные факты
преступления - его причины, последствия.
Фактические данные,  установление  в  результате доказывания служат
основанием для процессуальных решений следователя  и  суда об  уголовной и
гражданско-правовой ответственности виновного,  о мерах к устранению причин и
условий,  способствующих преступлениям, о реабилитации невиновных. Таким
образом, познавательная деятельность следователя и суда близко связана  с
интересами  государства и общества, с интересами и судьбами граждан.
Объект познания  по уголовным делам не лежит на поверхности. Основу его
составляют факты прошлого,  недоступные для непосредственного восприятия,
как правило скрытые и скрываемые. Страх перед ответственностью  побуждает
преступников  маскироваться,   и иногда весьма  изощренно.  Распознать
виновного,  отличить его от невиновного в этой обстановке подчас нелегко.
Ошибки же следователей и судей по своим последствиям подчас трагичны.
К особенностям, отличающим уголовно-процессуальное доказывание от
познавательной деятельности в других областях,  относится прежде всего
последовательная правовая  регламентация.  Действия, составляющие
доказывания, включающие в себя предусмотренные законом гарантии, цель которых
- защита государственного и общественного интереса в достижении истины о
каждом преступлении,  а равно охрана законных интересов граждан, их
объединений и организаций в правоотношениях и органами расследования и суда.
В систему процессуальных гарантий доказывания входят и  меры принуждения к
лицам,  оказывающим противодействия органам расследования и суда,  а также к
тем, от кого можно ожидать такого противодействия.
В тоже время как особый вид познавательной деятельности  доказывание по
уголовным делам осуществляется в соответствии с общими объективными
закономерностями, присущими процессу  познания во всех областях теории и
практики. Здесь также как и в технических и в научных и иных исследованиях
"из незнания  является  знание... неполное,  неточное знание становится более
полным и более
точным. С переходом от незнания к знанию, от неполного, неточного знания к
более  полному  и  более  точному тесно связано уголовно-процессуальное и
криминалистическое понятие версии". [ 1 ]
Учение о криминалистической версии относится к числу  наиболее разработанных
проблем криминалистики.  Однако по ряду важных моментов, касающихся понятия,
сущности и классификации версий, а
также оснований  их выдвижения,  до сих пор нет единой точки зрения. Имеются
неточные и даже явно ошибочные суждения по отдельным аспектам данной проблемы
не только в теоретических работах, но и в учебниках,  что в известной степени
осложняет подготовку работников правоохранительных  органов.  Дальнейшее
наше исследование дискуссионных вопросов учения о криминалистической версии
представляется весьма актуальным.
Прежде всего необходимо хотя бы в  общих  чертах  определить содержание
рассматриваемых понятий и уточнить терминологию,  поскольку в настоящее время
многие авторы вкладывают в одни и те  же термины различное содержание,  что
существенно осложняет исследование проблемы. [ 2 ]
Так А.Н.Васильев пишет о следственных версиях,  понимая  под ними
предположения  следователя  о событии преступления и его отдельных
обстоятельствах.  При этом он замечает,  что "в оперативно-розыскной
деятельности  конструируются розыскные версии,  направленные на решение
специфических задач этого вида деятельности" и что  " в суде могут возникнуть
судебные версии".  О соотношении данных понятий А.Н.Васильев не упоминает.
А.М.Ларин различает  уголовно-процессуальные (следственные и судебные) и
оперативно-розыскные версии.  Он  считает  неудачными
термины "криминалистическая версия" и "версия расследования", потому что
обозначаемое ими понятие применяется в криминалистике  и в уголовном
процессе  как в стадии расследования,  так и в суде.
Наиболее точным и удобным А.М.Ларин признает термин "следственная версия",
относя его не только к предварительному, но и к судебному следствию.
По мнению Г.В.Арцишевского,  следственная версия, т.е. предположение следователя
о  еще  неустановленных  юридически  важных обстоятельствах исследуемого
события,  представляет собой максимально широкое обобщение имеющихся сведений
и фактов,                        связывающее      их единым объяснением и
направленное на полное раскрытие преступлений. Г.В.Арцишевский подчеркивает,
что  "следственной  версией могут именоваться только общие предположения,
позволяющие объяснить и оценивать все имеющиеся в распоряжении следователя
сведения, помогающие  определить  направление расследования дела в целом. [
3 ]
Некоторые авторы в качестве обобщающего  используют  понятие
"криминалистическая версия".  Криминалистические версии они классифицируют по
ряду признаков, в том числе по объему и по субъекту выдвижения.
Эта точка  зрения  представляется  правильной.  Следственные версии, т.е.
версии,  выдвигаемые  следователем либо иным лицом, производящим
расследование,  - один из  видов  криминалистических версий. Разумеется в
следственных версиях как в части целого проявляются все основные
закономерности, присущие данной криминалистической категории, потому даже при
рассмотрении проблемы в целом в принципе можно сосредоточить внимание  только
на  следственных версиях. Следственные, экспертные, судебные, оперативно-
розыскные версии - понятия видовые, относящиеся к одному уровню, а
криминалистическая версия понятие родовое,  относящееся к другому, более
высокому уровню.
Возражения А.М.Ларина   против  термина  "криминалистическая версия"
неубедительны. Действительно, версии применяются и в стадии расследования,  и
в ходе судебного разбирательства по уголовному делу.  От этого понятия версии
никоим образом не  утрачивает своего криминалистического характера, не
становится уголовно-процессуальным. Приемы и рекомендации науки
криминалистики рассчитаны на использование их не только в сфере
расследования,  и в сферах оперативно-розыскной и судебной деятельности.
Кроме того, наука уголовного  процесса  по  своей сущности неразрывно связана
с доказыванием, а версия лишь предположение, которое никак не может быть
доказательством.  Поэтому  именно термин "криминалистическая версия" является
наиболее точным и удобным.
"Версия, - пишет И.М.Лузгин, - представляет собой обоснованное предположение
относительно события преступления,  его отдельных элементов  либо  о
происхождении  и связи доказательственных фактов".  [ 4 ]
Аналогичное определение предполагает Р.С.Белкин.
По мнению А.М.Ларина,  "следственная версия - это строящаяся в целях
установления  объективной  истины  по  делу интегральная идея, образ,  несущий
функции модели  исследуемых  обстоятельств, созданный воображением (фантазией),
содержащий предположительную оценку наличных данных и выраженный в форме
гипотезы  [ 5 ].
В приведенных  определениях отсутствует по крайней мере один необходимый
элемент: в них нет указания на авторитарность версии, т.е. не отражено, что
версией является лишь такое предположение о расследуемом событии,  которое
выдвинуто  и  принято  к  проверке следователем либо иным лицом, имеющим
властные полномочия в                                        отношении
данного уголовного  дела.
Авторитарность - важнейший специфический признак криминалистической версии,
ограничивающий ее от гипотезы, особой разновидностью которой и является
версия.
Хорошо известно,  что помимо предположений о сущности и обстоятельствах
события, которые выдвигает сам следователь, ему приходиться анализировать
множество  предположительных   объяснений других участников процесса
(подозреваемых,  обвиняемых, потерпевших, свидетелей). В аналогичном
положении находится судья, оперативный работник проверяющий по поручению
следователя тот или иной факт, эпизод и т.д., а также эксперт, который
работает по данному делу. Любые предположения  о  расследуемом  событии,
выдвигаемые названными должностными  лицами  или  становящиеся им известными
могут превратиться в версии в том случае, если данное лицо сочтет то или
иное  предположение заслуживающим внимания и примет его к проверке.
Указание в  определении  следственной версии на то,  что это положение
исходит именно от следователя, сконструировано им, а не кем либо другим, -
пишет А.Н.Васильев, - представляется необходимым потому, что предположения
всякого рода в связи с расследуемым преступлением могут возникнуть у многих
лиц,  но они имеют другое значение. Так,  потерпевший может по своему
истолковать  событие преступления, предполагать виновность определенных лиц.
Обвиняемый не признавая себя виновным,  может высказать суждения о
действительно виновных, по его мнению, лицах и о других элементах события
преступления и т.д.
Разумеется, эти предположения сами по себе не могут считаться следственными
версиями,  а становятся ими лишь в случае,  если следователь сформирует
соответствующую версию при наличии к тому
достаточных оснований.
Значит, с утверждениями некоторых авторов,  что по субъектам выдвижения могут
быть версии "подозреваемого,  свидетеля,  потерпевшего, защитника,  понятого",
что  "обвиняемый может выдвинуть версию защиты", согласиться никак нельзя. 
[ 6 ] . С точки  зрения  А.М.Ларина,  предположения других лиц могут быть
признаны следственными версиями уже в тех случаях, когда они сообщены
следователю в связи с расследуемым делом. Процессуальными формами сообщения
подобных предположений служат объяснения обвиняемых и  подозреваемых,
ходатайства адвокатов.  "Выраженные втаких формах предположения участников
процесса,  считает  А.М.Ларин, - становятся версиями независимо от того, примет
или не примет следователь эти предположения к проверке".На наш взгляд,
предположение кого-либо из участников процесса, если оно становится известным
следователю,  отнюдь не превращается в версию. Например, свидетель  может
высказать в разговоре следователем определенное суждение о событии,  по поводу
которого ведется расследование, или об отдельных его обстоятельствах. Однако от
этого в ходе расследования ничего не изменится.  А  вот если следователь
заинтересуется соображениями свидетеля и начнет их проверять - появится новая
следственная версия.
Добавим, что заявления подозреваемого, обвиняемого, свидетеля, потерпевшего,
защитника и т.д. и по форме не являются версиями, поскольку  почти всегда
представляет собой не предположительные, а категорические суждения (типа "я
не был  на  месте  происшествия", "мой  подзащитный  в  указанный срок
находился в другом месте").
Удачным представляется определение  следственной  версии,  -
данное Л.Я.Драпкиным:"Следственная   версия  -  это  обоснованное
предположение следователя об  обстоятельствах,  имеющих  значение
для дела, правдоподобно объясняющее установленные факты"[ 7 ].
Из всего вышеизложенного можно сделать вывод,  что на сегод-
няшний день  существует  достаточно  большое количество понятий и
определений "версий",  которые в той или иной мере отражают  сущ-
ность и специфику данного понятия.
Теперь перейдем к рассмотрению второй части вопроса - выдви-
жение и проверка версий.
     Выдвижение и проверка версий. 
Планирование- это сложный по своей структуре творческий мыслительный процесс.
Наиболее типичными логическими средствами познания, которыми пользуется
следователь, являются: версия и вопрос. Версия лежит в основе планирования,
вопрос - в основе проверки версии.
Названные логические формы мышления используются прежде всего потому, что,
приступая к расследованию, следователь, как правило, не располагает
достаточными данными, позволяющими сразу выявить те обстоятельства, которые
он обязан установить в соответствии с требованиями ст. 68 УПК РФ. В начале
расследования перед следователем возникает обычно задача со многими
неизвестными. Чтобы решить ее и объяснить исследуемое событие и его отдельные
обстоятельства, следователь прибегает к такому приему, как построение версий.
Версия есть не что иное, как одно из возможных объяснений расследуемого
события в целом или отдельных его обстоятельств. В зависимости от этого
следственные версии именуются общими или частными.
Версия строится на основе тех данных, которыми располагает следователь, а так
как их недостаточно, чтобы с исчерпывающей полнотой и достоверностью
установить интересующие его обстоятельства, и они допускают несколько
предположительных объяснений, то обычно выдвигается несколько версий. Все они
представляют суждения, которые могут быть либо ложными, либо истинными. Так
как на первых порах не известно, какое из них соответствует действительности,
а какое ошибочно, то на этом основывается правило, согласно ) которому
необходимо выдвигать столько версий, сколько может быть дано удовлетворяющих
задаче раскрытия преступления объяснений имеющимся актам.
Необходимость выдвижения всех следственных версий, реально возможных в данной
ситуации, и включение их в план расследования являются важным условием его
обоснованности и правильности. Несоблюдение этого условия, увлечение одной
версией, хотя бы н правдоподобной, на практике приводят к тому, что
преступление остается нераскрытым.
Проверка только одной версии и игнорирование других версий могут повлечь
также необоснованное привлечение к уголовной ответственности лиц, не виновных
в совершении преступления.
Выдвижение всех возможных версий по делу при определении путей расследования
не означает, однако, что задача следователя- выдвинуть как можно больше
версий. Не обоснованные материалами дела версии могут увести следователя в
сторону от истины, направить его на ложный путь. Поэтому в основе версии
должна лежать какая-то часть достоверно установленных фактов. Если
следователь выдвигает версию об убийстве, то он исходит из того, что
обнаружен труп или человек внезапно исчез, причем эти данные не должны
вызывать сомнения. Даже в тех случаях, когда следователь строит версии на
основе анонимных заявлений или слухов, информация, содержащаяся в них, должна
в определенной мере соответствовать реальным обстоятельствам дел а .
Выдвинутые версии должны быть проверены. Здесь важное значение приобретает
правильное формулирование вопросов, познавательная функция которых в том н
состоит, чтобы выделить то, что неясно, неизвестно по делу, то, что нужно
проверить, установить. Вопросы помогают выявить причины и те следствия,
которые выводятся из версии. Выдвинув версию, следователь рассуждает
следующим образом: если версия верна, то в действительности должны
существовать определенные факты являющиеся следами, признаками преступления и
подтверждающие версию. Например, по делу об убийстве выдвигается версия, что
убийство совершил А. из пистолета "ТТ" с целью завладеть имущество
потерпевшего. Из данной версии выводится следующее: у А. должен быть пистолет
"ТТ"; у А. должны быть вещи, принадлежащие потерпевшему. Прежде чем проверить
практически, соответствует ли это действительности, мысль следователя
приобретает форму вопроса: "Есть ли у А. пистолет "ТТ"?", "Имел ли он право
на ношение оружия?", "Хранятся ли у А. похищенные вещи?", "В каком месте они
хранятся?" и т. п. Для разрешения поставленных вопросов в плане намечается
проведение следственных действий и розыскных мероприятий, поручаемых органам
милиции. Получив ответы на поставленные вопросы, следователь тем самым
получает и необходимые данные для вывода о подтверждении или опровержении
выдвинутой версии. Основное условие успешной реализации плана- это
параллельность проверки версий. Но если недопустимо говорить об очередности
проверки версий, то можно и должно говорить о последовательности при решении
вопросов. Так, в первую очередь решаются вопросы, имеющие значение для
проверки нескольких версий.
Сложный мыслительный процесс выдвижения следственных версий и их проверка
состоят, как отмечает Я.Н.Пещак, из трех основных этапов: "...первый этап-
собирание фактического материала, его логический анализ и оценка. Второй этап-
выведение и формулировка собственно следственных версий, включая выведение и
формулировку предположений составляющих основу этих следственных версий. Третий
этап выведение следствий, которые должны существовать в случае истинности
отдельных следственных версий, и проверка существования этих следствий" 
[8].
По мнению Е.К.Кагина в вышеуказанном определении этапов содержатся неточности:
"так, начальный этап нужно дифференцировать по крайней мере на два
самостоятельных этапа: определение проблемной ситуации и основных направлений,
по которым необходимо выдвигать версии; логическое упорядочение фактического
материала, включая его предварительный логический анализ и оценку. Собирание
исходного фактического материала лежит за пределами версионного процесса,
поскольку фактическая база версии (исходные данные) уже имеется в распоряжении
следователя. Правильно включив выведение логических следствий в версионный
процесс, Я.Н.Пещак необоснованно объединил в одном этапе логический механизм с
практической проверкой существования следствий. Между тем проверка логических
следствий- важнейший раздел в основном практической деятельности следователя, и
он не входит в рамки процесса, который Я.Н.Пещак охарактеризовал как
мыслительный."[9].
     §2. Криминалистическая классификация версий для
раскрытия и расследования преступлений.
На сегодняшний период времени существует достаточно огромное
количество различных точек зрения  по  поводу  криминалистической
классификаций версий, они могут классифицироваться по различным ос
нованиям. Мы и попытаемся рассмотреть данные основания.
Так, в  процессе  расследования и судебного следствия версии
могут выдвигаться следователем,  работниками оперативно-розыскных
органов, экспертом  и судьей.  Поэтому попытаемся определить круг
лиц, которые могут быть субъектами выдвижения  криминалистических
версий.
Следственные версии выдвигает следователь либо работник доз-
нания при  проведении им неотложных следственных действий в соот-
ветствии со ст.157 УПК,  а при расследовании дел, по которым про-
изводство предварительного следствия не обязательно,  - прокурор,
начальник следственного отдела органа  внутренних  дел  (согласно
ст.150.ч.3)[УПК РФ].
Хотелось бы отметить,  что основой криминалистической версии
является следственная версия.  При этом должно выдвигаться не ме-
нее двух следственных версий,  ибо  именно  такой  путь  познания
обеспечивает полноту,  объективность,  всесторонность и достовер-
ность результатов расследования. Одно же выдвинутое предположение
по тем или иным, требующих выяснения, вопросам существа и обстоя-
тельств уголовного дела не может считаться следственной  версией.
Не имея альтернативных суждений, оно превращается в утверждение [10].
Экспертные версии выдвигает эксперт,  проводящий  экспертизу
по данному делу. А.М.Ларин пишет: "Иногда к числу уголовно-проце-
ссуальных версий наряду с версиями следователя и суда  относят  и
экспертные версии, имея в виду предположения, которые возникают и
проверяются в ходе экспертного исследования.  Такое сближение по-
нятий вряд  ли оправданно.  Экспертное исследование носит уголов-
но-процессуальный характер лишь постольку,  поскольку  поводом  к
нему является решение следователя или суда, и результаты исследо-
вания должны быть представлены назначившему его лицу или  органу.
По своему  же содержанию познавательная деятельность эксперта ни-
чем не отличается от всякого иного исследования,  производимого в
научных или практических целях"[ 11 ].
Верно, что познавательная деятельность эксперта по  содержа-
нию не отличается от всякого иного исследования. Но в приведенном
суждении этот аргумент ничего не доказывает.  Версия, выдвигаемая
экспертом, отличается  от  обычного  предположения  и от гипотезы
тем, что строится для объяснения специфического круга обстоятель-
ств - фактов, связанных с расследованием по конкретному уголовно-
му делу,  а также сроками проверки,  которые не  могут  превышать
сроков расследования, установленных уголовно-процессуальным зако-
ном, субъектом выдвижения и проверки,  обязательностью  проверки,
выводом по результатам исследования,  который делается в специфи-
ческой, основанной на требованиях закона форме,  - в форме заклю-
чения и т.д.  Иными словами, экспертная версия имеет все признаки
криминалистической версии.
Судебные версии конструируются членами суда, рассматривающи-
ми дело в первой или кассационной инстанции.  "Для суда,  - пишет
А.Н.Васильев, - производящего полное исследование всех материалов
дела и осуществляющего самостоятельное познание события  преступ-
ления (хотя и по материалам предварительного расследования),  об-
винительное заключение есть своего рода версия следователя, кото-
рой предстоит  выдержать  проверку".  Судебные  версии чаще всего
выдвигаются в форме контверсий ("виновен - не виновен") [ 12 ] .
Если суд выдвигает новую версию, которая ранее, в ходе пред-
варительного расследования,  не проверялась, дело возвращается на
дополнительное расследование.  При этом складывается своеобразная
ситуация: версию выдвигает один субъект,  поручающий ее  проверку
другому субъекту.
Особо следует  сказать  об оперативно-розыскных версиях.  По
мнению И.М.Лузгина,  "розыскные версии возникают в процессе  дея-
тельности оперативного работника,  проводящего оперативно-розыск-
ные мероприятия до возбуждения уголовного дела или параллельно  с
расследованием". Это положение требует уточнения.  Версии, выдви-
гаемые оперативным работником до возбуждения уголовного  дела,  в
процессе проверки поступивших к нему сведений о совершенном прес-
туплении, с одной стороны, и версии, выдвигаемые им в ходе работы
по уже возбужденному делу или в том случае,  когда из имеющихся в
распоряжении следователя или органа дознания материалов  усматри-
вается необходимость  возбуждения  дела и принято соответствующее
решение, с другой стороны,  во многом отличаются друг  от  друга.
Предположения оперативного работника, возникающие в ходе проведе-
ния им соответствующих мероприятий по раскрытию преступления,  до
возбуждения уголовного дела,  представляют собой особую разновид-
ность криминалистических версий.  Их можно именовать доследствен-
ными оперативно-розыскными  версиями.  Назовем некоторые специфи-
ческие особенности таких версий.  Они выдвигаются не  в  связи  с
расследованием по уголовному делу,  а в связи с проверкой фактов,
которые хотя и имеют признаки преступления,  но по которым еще не
принято и,  возможно, не будет принято решение о возбуждении уго-
ловного дела.  Способы проверки подобных версий,  нежели  способы
проверки версий, выдвигаемых по возбужденному делу (предположения
оперативного работника проверяются не путем собирания, исследова-
ния и оценки доказательств,  а другими средствами,  в том числе и
негласными). Сроки проверки  доследственных  оперативно-розыскных
версий иные. Круг лиц, которые полномочны выдвигать предположения
о сущности и обстоятельствах события,  подлежащие проверке опера-
тивным работником до возбуждения уголовного дела,  иной и опреде-
ляется не только законом,  но и ведомственными актами (в частнос-
ти, выдвигать  такие  предположения может начальник органа дозна-
ния).
При решении  вопроса  о  возбуждении уголовного дела и после
его возбуждения доследственные оперативно-розыскные  версии  тща-
тельно изучаются,  учитываются  и нередко ложатся в основу следс-
твенных и других версий.
Можно выделить  еще  одну специфическую группу криминалисти-
ческих версий. Назовем их исследовательскими, или версиями специ-
алиста. Это  версии,  которые выдвигаются специалистом при произ-
водстве им процессуальных исследований до возбуждения  уголовного
дела. Они  имеют  те  же особенности и такую же сферу применения,
как и доследственные оперативно-розыскные версии. Если же специа-
лист высказывает   какие-либо  предположения  об  обстоятельствах
расследуемого события после возбуждения уголовного  дела  (напри-
мер, когда  участвует в проведении отдельного следственного дейс-
твия), такие предположения, по нашему мнению, не могут рассматри-
ваться как  версии.  Они станут следственными версиями лишь в том
случае, если следователь примет их к проверке.
Исходя из сказанного,  мы определяем криминалистическую вер-
сию как основанное на фактических данных предположение о сущности
или отдельных  обстоятельствах  события,  которое  имеет признаки
преступления, выдвинутое и принятое к проверке следователем  либо
иным уполномоченным  на  то  лицом  при расследовании или решении
вопроса о возбуждении дела.
Мы подробно  классифицировали  криминалистические  версии по
субъекту их выдвижения.  Это,  однако,  не единственное основание
классификации. Р.С.Белкин  предлагает  классифицировать версии по
объему, т.е.  по кругу объясняемых фактов (общие и частные), и по
степени определенности (типичные и конкретные). Такая классифика-
ция кажется наиболее удачной [ 12 ] .
Частная версия  строится  для правильной оценки факта,  если
этот или иной факт мог быть вызван не только событиями преступле-
ния, но и другими нейтральными причинами.  Так, например, из ком-
наты, расположенной на первом этаже, была совершена кража. Следо-
ватель при осмотре комнаты обнаружил,  что единственное окно ком-
наты, выходящее во двор,  открыто. Возникла версия, что окно отк-
рыто преступником,  который, возможно пришел или ушел через него.
В то же время следователь допускает и другую  возможность:  прес-
тупник мог проникнуть в комнату через дверь,  а окно было открыто
хозяевами комнаты.  Выдвинув эти две частные версии,  следователь
стремится как можно скорее, если возможно, сразу же их проверить.
Это необходимо потому,  что не разрешив вопроса о  связи  данного
факта (открытое окно) с событием преступления нельзя использовать
его при оценке других фактов, а также при построении версий более
общего характера.
Можно сделать вывод о том,  что выдвигая и проверяя  частные
версии, следователь не отдает себе отчета в том, что он имеет де-
ло с версиями,  поскольку построение частных версий имеет вспомо-
гательное значение  для последующего выдвижения версий по элемен-
там состава преступления и общих версий.
Однако Г.В.Арцишевский вообще отрицает существование частных
версий на том основании,  что они якобы не  обладают  необходимым
признаком гипотезы  -  максимальной  широтой  обобщения имеющихся
сведений и фактов.  Он пишет:  "Следственной версией  может  быть
названо только такое предположение, которое отвечает этому обяза-
тельному логическому требованию к гипотезе и дает единое объясне-
ние всему  комплексу  исходных  данных или их максимальному коли-
честву".
Мнение, что  частных  версий  быть не может,  что существуют
только общие версии,  не нашло поддержки в криминалистической ли-
тературе. Критикуя эту позицию,  Р.С.Белкин пишет,  что Г.В.Арци-
шевский и некоторые другие авторы понимают под гипотезой лишь од-
ну ее  разновидность  -  научную  гипотезу,  отличия от которой и
стремятся показать при характеристике версии.  Между тем в логике
помимо научной различают частную и рабочую гипотезы.
В отличие от научной частная гипотеза относится к какому-ли-
бо одному или нескольким фактам,  явлениям,  объясняет только их.
Рабочая, или временная,  гипотеза касаясь,  как и частная, одного
факта или  группы фактов,  является в отличие от частной гипотезы
их условным объяснением,  носящим временный характер и используе-
мым лишь для дальнейшего исследования.
Представляется наиболее правильным рассматривать версию  как
разновидность частной гипотезы.
Криминалистическая версия не носит временного характера.
Будучи выдвинутой,  она претендует на истинность,  т.е. постоянство
объяснения. Версии заменяются другими не потому,  что  они  носят
временный характер, а потому, что они опровергнуты как ложные.
Цель построения общих версий и версий по  элементам  состава
преступления заключается прежде всего в том, чтобы по имеющимся в
распоряжении следователя фактам,  являющимся отдельными  последс-
твиями (внешними  проявлениями,  признаками) события преступления
воссоздать в своем представлении картину расследуемого события со
всеми существенными обстоятельствами.  Степень обоснованности той
или иной версии зависит,  во-первых, от количества известных сле-
дователю фактов  -  признаков определенного преступления (или от-
дельного его элемента).  Чем больше таких  признаков,  тем  более
уверенный характер  носит  сделанное  следователем предположение,
тем более обоснованной является  версия  о  данном  преступлении.
Во-вторых, большую  роль  играет  характер  известных следователю
признаков.
И.М.Лузгин классифицирует  версии  по  признаку  юридической
значимости (общие и частные);  сфере использования (следственные,
экспертные, оперативно-розыскные и судебные);  субъектам выдвиже-
ния; степени  вероятности  (маловероятные,  наиболее  вероятные);
времени построения  (первоначальные,  последующие);  отношению  к
предмету доказывания (обвинительные, оправдательные).
По мнению  А.М.Ларина,  основаниями  для  деления  версий на
классы могут служить следующие признаки:  юридическая  значимость
предполагаемых обстоятельств  (общие  -  обвинительные и оправда-
тельные - и частные); род предположительной оценки об относимости
к делу доказательств и устанавливаемых ими фактов, о достовернос-
ти существования определенных доказательств, о допустимости дока-
зательств; степень  определенности (конкретные и поисковые);  ха-
рактер проблемы (версии о существовании и розыскные);  ориентация
предположения во  времени  (ретросказательные  и предсказательные
или прогнозные);  авторство [ 15 ]  .
Г.В.Арцишевский подразделяет  общие  следственные  версии на
поисковые и проверочные - в зависимости от того,  имеются или нет
в момент  выдвижения версий определенные данные,  позволяющие по-
дозревать конкретное лицо в причастности к проверяемому  событию;
промежуточные и завершающие - в зависимости от того, охватываются
ли выдвинутым предположением следователя все или  часть  основных
обстоятельств, подлежащих доказыванию;  по содержанию предположе-
ний - "по различным юридически важным обстоятельствам проверяемо-
го события, которые к моменту построения версии еще не установле-
ны".
Все эти классификации вызывают серьезные возражения. В част-
ности, ошибочно утверждение И.М.Лузгина,  что деление  версий  на
общие и  частные  проводится  по признаку юридической значимости.
Версии независимо от их объема,  степени вероятности и т.д. ника-
кой юридической значимости иметь не могут,  о чем убедительно го-
ворит сам И.М.Лузгин: "Версия - это предположение, мысль следова-
теля, его представление о событии, вероятное объяснение фактов, а
не доказательство.  Версия сама по себе ничего не доказывает, она
лишь помогает устанавливать и исследовать факты. Версия опирается
на факты, но не заменяет их". Он правильно отмечает, что "основа-
нием классификации в данном случае являются объем понятий".
Относительно классификации И.М.Лузгиным версий по степени их
вероятности, по  времени построения и по отношению к предмету до-
казывания Р.С.Белкин пишет: "Первые две классификации нам кажется
лишенными строгого основания и четких критериев.  Последняя носит
чисто процессуальный формальный  характер.  Практически  оправда-
тельные и  обвинительные версии самостоятельно и изолированно су-
ществовать не могут,  ибо в противном случае мы  вынуждены  будем
признать правомерность  оправдательного или обвинительного уклона
в расследовании".
Замечание об  отсутствии  четких  критериев  разграничения в
полной мере относится и к  большинству  оснований  классификации,
предлагаемых А.М.Лариным и Г.В.Арцишевским. Данное     обстоятельство
отчасти признает и сам А.М.Ларин, отмечая, что "разграничение по-
исковых и конкретных версий условно".  Столь же условно разграни-
чение версий о существовании и розыскных.  К  первой  группе,  по
мнению А.М.Ларина, относятся версии о подлежащих доказыванию обс-
тоятельствах, предполагаемым существованием  которых  объясняются
установленные по делу факты; вторую группу составляют предположе-
ния о местонахождении конкретных лиц либо предметов,  существова-
ние которых установлено.  Но как же можно утверждать, что сущест-
вование какого-либо лица или предмета установлено,  если местона-
хождение этого объекта неизвестно?  Очевидно, в таком случае речь
может идти лишь о предполагаемом существовании лица или предмета;
иными словами,  четкую грань между первой и второй группой версий
провести нельзя.
Г.В.Арцишевский рассматривает в качестве признака,  на осно-
вании которого можно отличить поисковую  версию  от  проверочной,
наличие определенных  данных,  позволяющих подозревать в причаст-
ности к событию конкретное лицо.  Условность этого критерия  оче-
видна, так как ни о характере, ни об объеме "определенных данных"
ничего не говорится.  А для того чтобы разграничить промежуточную
и завершающую  версии,  нужно  решить,  охватывает  ли выдвинутое
предположение все или часть обстоятельств,  подлежащих  доказыва-
нию. Известно, однако, что перечень обстоятельств, подлежащих до-
казыванию, который содерджится в ст.68  УПК,  конкретизируется  и
уточняется применительно  к  каждому  расследуемому преступлению.
Кроме того,  не исключено, что круг обстоятельств, подлежащих до-
казыванию по тому или иному делу, изменится (например, выяснится,
что подозреваемый имел соучастников).  Значит,  и  этот  критерий
следует считать сугубо условным, а предлагаемую классификацию не-
удачной.
     ГЛАВА II. ПЛАНИРОВАНИЕ РАССЛЕДОВАНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ НА ПЕРВОНАЧАЛЬНОМ И
ПОСЛЕДУЮЩИХ  этапах.
§1. Понятие планирования при раскрытии и
расследовании преступлений.
В криминалистической литературе вопрос о планировании  пред-
варительного расследования  еще  мало разработан.  Лишь отдельные
указания по вопросам планирования  следствия  можно  встретить  в
учебниках криминалистики,  в некоторых учебных пособиях и в изда-
ниях посвященных в основном другим темам. Между тем вопрос о пла-
нировании расследования,  безусловно, заслуживает самостоятельной
глубокой разработки.
Известно, что  планирование  является слабым звеном в следс-
твенной работе.  Многие недостатки следствия  объясняются  именно
тем, что расследование не планируется.
Деятельность следователей ОВД по расследованию и  предотвра-
щению преступлений представляет собой сложную, многогранную рабо-
ту, требующую глубоких разносторонних знаний,  большого  профес-
сионального и жизненного опыта,  а также организаторских навыков.
Оперативность и полнота расследования во многом зависят от четкой
организации деятельности  следственных аппаратов,  координации их
работы с другими службами ОВД, с представителями общественных ор-
ганизаций. Поэтому  одним из условий успешного расследования каж-
дого преступления является планирование.
Планирование расследования  позволяет наиболее целесообразно
и целенаправленно организовать следствие,  способствует быстроте,
объективности, полноте  и всесторонности в установлении фактичес-
ких обстоятельств события, а также розыску и изобличению виновно-
го. Планируя  работу по уголовному делу,  следователь продумывает
предстоящие действия, решает, с помощью каких предметов и средств
может быть обеспечено правильное собирание, исследование и оценка
доказательств.
В криминалистической  литературе имеются различные определе-
ния планирования расследования,  однако общим в этих определениях
является подход  к планированию расследования как к мыслительному
процессу. С учетом этого можно дать следующее определение  плани-
ровани [ 16 ]  .
Планирование, являющееся одним из обязательных условий расс-
ледования, представляет собой сложный мыслительный процесс,  зак-
лючающийся в определении задач следствия, путей и способов их ре-
шения в соответствии с требованиями закона.
Планирование базируется прежде всего на фактической  основе.
Фактическую основу планирования образуют сведения о событии,  со-
держащем признаки преступления.  Эти сведения могут быть получены
процессуальным, а  также  оперативно-розыскным  путем.  Оператив-
но-розыскная информация не является доказательством по делу.  Она
используется следователем  только при планировании и решении так-
тических задач.
В зависимости от содержания и полноты всей совокупности фак-
тических данных  следователь  определяет  задачи   расследования,
строит версии,  намечает  пути  и  способы их проверки.  В начале
расследования сведения о событии,  содержащем признаки преступле-
ния, как правило,  ограничены. Это осложняет планирование, обязы-
вая следователя по мере установления новых фактических данных пе-
ресматривать план работы, дополнять его. Поэтому планирование это
непрерывный процесс,  прекращающийся только в связи с  окончанием
расследования. Наличие  у  следователя  тех  или иных фактических
данных о совершенном преступлении создает лишь объективную  пред-
посылку для планирования. Правильность решений об оптимальных ус-
ловиях рассмотрения и успех этой деятельности в целом  зависят  и
от ряда  субъективных факторов,  от уровня его теоретических зна-
ний, профессионального и жизненного опыта [ 17 ]  .
Как известно, следственная работа по ряду дел страдает серь-
езными недостатками, к числу которых относятся прежде всего (если
оценивать следственную работу с точки зрения ее результатов): не-
достаточно высокая раскрываемость некоторых опасных  видов  прес-
туплений; неполнота расследования,  вследствие чего не всегда вы-
ясняются существенные  обстоятельства  дела;  затяжной   характер
расследования, что приводит иногда к неполному раскрытию преступ-
ления и к ослаблению эффективности уголовной репрессии.
В настоящей  работе  мы  остановимся  на причинах вызывающих
указанные недостатки следственной  работы,  которые  должны  быть
преодолена методом планирования расследования. Это причины следу-
ющие: а) отсутствие должностной целеустремленности в  расследова-
нии конкретных  дел,  которая  необходима  для быстрого и полного
разрешения задач расследования;  б) неумение пользоваться методом
разработки и  проверки  версий;  в) недостаточная планомерность в
выяснении обстоятельств расследуемого события  и  в  производстве
следственных действий и оперативных мероприятий и т.д.
Хотя уровень следственной работы за последнее  время  несом-
ненно повысился и многие следователи блестяще раскрывают преступ-
ления, всесторонне и полно расследуют большие и сложные дела,  но
наряду с  этим  нельзя  отрицать  и того факта,  что значительная
часть следственных работников допускает  серьезные  недостатки  и
обшибки. Расследование  по  конкретным делам ведется недостаточно
целеустремленно и энергично. Существенные обстоятельства остаются
невыясненными в результате того,  что следователь не представляет
себе ясно и отчетливо задачи расследования и не подчиняет им  ход
следствия. Примером  может служить дело об убийстве Б.  и А.  При
расследовании этого дела были допущены грубые ошибки, которые по-
мешали установить истину.
Получив сообщение о происшествии,  следователь вместе с  ра-
ботниками милиции выехали на место происшествия с большим опозда-
нием.  Осмотр места преступления производился крайне  неорганизо-
ванно. Следователь не руководил осмотром и не распределил обязан-
ности между его участниками.  Каждый из них действовал  самостоя-
тельно и производил все то, что ему казалось наиболее важным. Это
исключало возможность планомерного и последовательного осмотра. В
спешке  и  суматохе  к осмотру была допущена жена Б.-К.,  которая
действовала при этом очень активно,  обращая внимание присутство-
вавших главным образом на те факты,  которые подтверждали ее объ-
яснения о происшедшем событии.
К. пояснила,  что  по всей вероятности убийство А.  совершил
муж, после чего он,  очевидно, ранил себя штыком и повесился. Эти
объяснения работники  следствия признали действительными и досто-
верными, выдвинули лишь одну версию о самоубийстве, соответствую-
щую объяснениям К.  Попав в план этой версии,  следователь уже не
обращал внимания на обстоятельства,  которые противоречили ей.  В
частности, он  не  обратил внимания на необычные для самоубийства
ранения Б. (три глубокие раны в области живота). Не было установ-
лено место,  где лежал штык в момент обнаружения преступления, не
были приняты меры к обнаружению и изъятию  личной  переписки  Б.,
которая могла  бы  пролить свет на его взаимоотношения с А.  и К.
Следователь настолько увлекся версией о самоубийстве, что для не-
го совершенно  неожиданным явилось заключение судебно-медицинской
экспертизы по результатам исследования трупов.
Экспертиза дала категорическое заключение о том,  что по ха-
рактеру, направлению и глубине имеющихся у Б.  ран каждая из  них
является смертельной.  Ранения же на трупе А. носили характер ис-
тязания, так как из десяти ран только одна оказалась смертельной.
Получив такое  заключение,  следователь и прокурор резко изменили
направление в расследовании дела и, совершенно отбросив не прове-
ренную до  конца версию о возможности самоубийства,  приступили к
проверке вновь возникшей версии об убийстве, в котором была запо-
дозрена К.
Однако проверка и этой версии проводилась без  предваритель-
ной разработки  плана  расследования  дела.  Приступая к проверке
второй версии,  следовало,  в первую очередь, провести тщательный
повторный осмотр  места  происшествия,  воспроизвести  обстановку
происшествия и отдельно его обстоятельства по показаниям свидете-
лей, тщательно исследовать одежду Б. и расположенные на ней пятна
крови, подвергнуть криминалистическому исследованию  веревку,  на
которой повесился Б. Однако ничего не было сделано. Расследование
в результате бесплановости его ведения было загнано в тупик,  и в
конечном итоге дело было прекращено. Допущенные при расследовании
ошибки уже не смогли быть исправлены  и  более  квалифицированным
расследованием  [ 18 ]   .
Отсутствие продуманной последовательности во всех  действиях
следователя, слабое  применение тактических приемов и научно-тех-
нических средств порождают кустарщину и самотек в расследовании.
Большую роль  в устранении этих недостатков и поднятии науч-
ного и организационного уровня расследования играет  планирование
следствия как метод высоко организованного расследования преступ-
лений. Для того, чтобы должным образом оценить планирование расс-
ледования и правильно установить его место в следственной работе,
необходимо определить понятие планирования расследования преступ-
лений и его конкретное содержание.
Практические работники понимают планирование как составление
планов расследования конкретных дел.  Составляя такие планы,  они
считают, что у них с  планированием  расследования  дело  обстоит
благополучно. Между тем такая практика не выражает всего содержа-
ния планирования расследования и потому не  обеспечивает  высокий
научный и организационный уровень следственной работы.
Составление планов расследования есть лишь внешнее выражение
планирования, и конечно,  не исчерпывает всего понятия планирова-
ния. Нельзя отрицать,  что составление планов и ведение расследо-
вания по  плану  уже  само по себе есть существенное организующее
средство, которое помогает следователю в его работе по  расследо-
ванию и раскрытию преступлений.  Каждый следователь в своей прак-
тической работе в какой-то мере обязательно планирует расследова-
ние, в частности,  продумывая ход следствия и избирая те или иные
следственные действия, но при таком неполном использовании плани-
рования оно  выступает лишь как один из организационных приемов в
работе следователя,  который отнюдь не обеспечивает использование
всех потенциальных возможностей планирования.
Планирование расследования  как мыслительный процесс находит
выражение как уже упоминалось в различных планах и в так называе-
мой вспомогательной документации, выработанных следственной прак-
тикой и условно объединяемых в  криминалистике  понятием  техника
планирования. Поэтому планы расследования в зависимости от объема
охватываемой ими деятельности следователя можно  подразделить  на
следующие группы:
а) планы производства отдельных следственных действий;
б) планы проведения конкретных этапов расследования;
в) планы расследования по отдельным делам;
г) планы  работы следователя по нескольким делам находящимся
в его производстве.
В следственных аппаратах ОВД используются следующие наиболее
распространенные формы письменных планов расследования (См.прило-
жение)
1. Примером письменного плана, составленного с учетом выдви-
нутых следователем версий, может служить аргумент плана расследо-
вания по уголовному делу об убийстве сторожа Семеновой А.А.  (См.
приложение 1).
2. План расследования,  составляемый по эпизодам по  делу  о
хищении металлической посуды (См. приложение 2).
3. План расследования, составляемый по отдельным обстоятель-
ствам, подлежащим доказыванию. Схематически эту форму плана можно
изобразить следующим образом (См. приложение 3).
4. Письменный план,  составляемый по вопросам подлежащим вы-
яснению. Представление о форме такого плана дает приложение 4.
Планирование расследования помогает не только  объективно  и
полно выяснить все обстоятельства дела и разрешить задачи рассле-
дования при строжайшем соблюдении законности  во  всех  действиях
следователя, но  и  вместе с тем - и это важно - дает возможность
следователю достичь цель кратчайшим путем не растрачивая непроиз-
водительно свое рабочее время и силы.  Несмотря на то, что плани-
рование расследования имеет большое значение для поднятия  уровня
следственной работы, вопросы планирования до сих пор слабо разра-
батывались.
Не был ясен даже вопрос о месте планирования расследования в
системе криминалистики.  Одни авторы (А.И.Виндерг, Б.М.Шавер) от-
носили планирование   к  общей  части  криминалистики,  а  другие
(С.П.Митричев, П.И.Тарасов-Родионов) к особенной, то есть к мето-
дике расследования  отдельных видов преступлений.  Известно,  что
правильное определение места того или иного вопроса в системе на-
уки имеет большое принципиальное значение.
Планирование по своему характеру есть один из общих методов,
применяемых в расследовании каждого преступления и служащих осно-
вой для разработки методов расследования отдельных видов преступ-
лений. Это дает основание отнести планирование к криминалистичес-
кой тактике  [ 19 ] .
Отсутствие внимания к теоретической разработке вопросов пла-
нирования и неопределенное его положение в системе  криминалисти-
ки, по-видимому,  повлияли и на отношение практических работников
к планированию.
Следователь, жалеющий время на эту работу,  в частности,  на
составление письменного плана расследования,  не  понимает  своих
задач. Отказавшись от планирования или применяя его лишь в прими-
тивной форме ради мнимой экономии времени,  он будет идти к  цели
фактически с  большей  затратой  времени и труда и со значительно
меньшими шансами на успешное раскрытие преступлений и полное  вы-
яснение всех обстоятельств.
Таким образом,  планирование  -  это  одно  из   действенных
средств, которое способствует объективности, полноте и всесторон-
ности следствия,  позволяет наиболее эффективно  сочетать  следс-
твенные действия и оперативно-розыскные мероприятия,  а также ис-
пользовать средства криминалистической техники и поэтому оно  яв-
ляется важнейшим условием этой деятельности.
     §2 Планирование и программирование расследования преступлений на
первоначальном и последующих этапах.
Грамотное планирование расследования по сложным уголовным делам на основе
полной отработки следственных версий является одним из важнейших условий
установления объективной истины. Хотя еще более полувека назад отмечалось,
что ошибки и недочеты в работе следственных органов обусловливаются прежде
всего бесплановостью расследования, с подобным состоянием дел можно
встретиться и сейчас. И если в 30-е гг. это объяснялось недостаточной
теоретической подготовкой следственного аппарата, а также слабой
разработанностью научных основ планирования расследования н версионно-го
процесса, то теперь положение коренным образом изменилось. Теория сделала
большой шаг вперед. Практика же порой не в полной мере использует достижения
теории. Причина такого положения заключается в том, что до сих пор не изжита
психологическая установка некоторой части следователей обходиться набросками,
напоминающими конспективный план работы на день. Кроме того, молодые
следователи из-за недостатка опыта не всегда умеют составить развернутый план
расследования сложных - бесфигурантных либо многоэпизодных дел, что делает
необходимой разработку алгоритмов и программ этой деятельности. Наконец, к
планированию расследования нужно приступать сразу же, на первоначальном этапе
работы по делу. однако теоретические выкладки и рекомендации в данном аспекте
нам неизвестны, хотя потребность в них давно констатирована.
Как справедливо считает Н. А. Селиванов, выделение комплекса первоначальных
следственных действий "ориентирует следователя на использование максимума
возможностей для обнаружения доказательств, имеющихся на исключительно важном -
первоначальном этапе расследования, и на создание надлежащей базы для
тщательного, обоснованного планирования всего следственного производства по
делу" [20]. Это предполагает необходимость составления общего плана
расследования первоначального этапа и отдельного плана по каждому
первоначальному следственному действию в увязке с оперативно-розыскными
мероприятиями. Таким образом, для обеспечения эффективности расследования
планирование по возможности следует начинать практически сразу после
возбуждения уголовного дела.
Бесспорно, что фрагментарный и проблематичный характер исходной информации о
преступном событии, его субъекте, форме вины и других существенных
обстоятельствах препятствует разработке подробного плана по делу в целом. На
данном этапе это нереально и не диктуется необходимостью. Поскольку мы
понимаем первоначальный этап расследования как важнейший интервал
следственной деятельности, конкретизируемый характером стоящих перед
следователем на момент возбуждения уголовного дела целей и необходимый для
решения ключевых (типичных) задач расследования: раскрытия неочевидных
преступлений либо сбора необходимых доказательств по очевидным
преступлениям,-то после решения задач данного этапа планирование дальнейшей
работы по делу большой сложности не представляет. Если преступление раскрыто,
а доказательства виновности собраны, элемент творчества в дальнейшей
следственной деятельности значительно уменьшается, а сама она (исключая разве
составление обвинительного заключения. лежащее в пределах компетенции
уголовного процесса, а не криминалистики) намного упрощается. В то же время
важность грамотного планирования расследования на его первоначальном этапе
становится еще более очевидной.
В этой связи важно подчеркнуть, что всякое пополнение знаний следователя о
расследуемом преступлении, в особенности на первоначальном этапе, должно влечь
немедленное уточнение пунктов составленного плана. Прав А. М. Ларин, говоря,
что "планирование основывается на всестороннем учете фактических данных,
которые в ходе расследования неуклонно пополняются, Уточняются,
переосмысливаются. Соответственно пополняется, корректируется, изменяется и
план. Поэтому процесс планирования от принятия дела к производству и вплоть до
составления обвинительного заключения непрерывен" [21]. Важность
динамичности планирования подчеркивают и другие авторы [22].
Как считает Л. А. Соя-Серко, при планировании предстоящего расследования и
выполнении отдельных следственных действий либо иных мероприятий следователь
использует свои познания в конкретной следственной ситуации, оперируя двумя
потоками информации. Один -внешний - поступает при изучении обстановки и
обстоятельств расследуемого преступления; второй-внутренний--это содержащиеся в
памяти следователя знания, понятия, приобретенные в процессе обучения и
практической работы [23].
Думается, что такое представление об информационной обеспеченности
следователя неполно, поскольку при расследовании любого достаточно сложного
уголовного дела в ходе сбора и проверки доказательств необходимо использовать
специальные познания различных сведущих лиц, экспертов и др. При этом
происходит приложение к конкретной следственной ситуации познаний и этих
специалистов, т. е. интеграция знаний и представлений следователя со знаниями
и представлениями других участвующих в расследовании лиц, порождающая новый
уровень проникновения в механизм преступного события и его отдельные
криминалистически значимые детали.
Данный поток информации имеет свою специфику, поскольку порожден не
материальной обстановкой преступления и лицами, так или иначе причастными к
нему (очевидцами, потерпевшими), а волей и сознанием субъектов, с которыми
следователь взаимодействует. Их интересы направлены на достижение одной цели:
раскрытие и всестороннее расследование преступления. Специальные познания
особенно необходимы на первоначальном этапе, ибо индивидуальных знаний и
возможностей следователя, как правило, недостаточно, чтобы без определенной
помощи достичь успеха.
Научно-технический прогресс постоянно открывает все новые возможности
использования достижений науки и техники в уголовном судопроизводстве. Сейчас
даже самых глубоких профессиональных знаний следователя может не хватить для
успешного расследования. Путь к установлению истины по многим делам оказался
бы намного длиннее, целый ряд преступлений не удалось бы раскрыть, если бы
следователи не использовали при этом специальные знания, т.е. знания, которые
приобретаются путем целенаправленной подготовки и опыта работы для
определенного вида деятельности в рамках той или иной профессии, исключая в
данном случае профессию самого следователя.
Таким образом, при составлении плана на первоначальном этапе расследования
следователь обязан продумать, каких специалистов, как и когда привлечь,
наметить мероприятия, в которых они будут участвовать. Желательно, чтобы
использование специальных познаний на первоначальном этапе было достаточно
широким и плановым. Кроме того, при планировании важно предусмотреть научно-
техническое и организационное обеспечение эффективности первоначальных
следственных действий  и оперативно-розыскных мероприятий. Для этого в плане
должен быть приведен не только перечень научно-технических средств, но и
конкретные тактические приемы их использования.
На первоначальном этапе расследования нужно планомерно применять специальные
познания в форме экспертиз. Однако именно на данном этапе далеко не всегда
используются богатейшие возможности судебной экспертизы, в особенности
имеющие диагностический характер. Экспертизы назначаются несвоевременно, в
постановлениях предусматриваются не все вопросы, которые могут быть решены на
базе имеющихся материалов, допускаются иные ошибки, снижающие эффективность
следствия. Круг экспертиз, вопросы, которые требуется разрешить при их
производстве, материалы, необходимые для исследования,- все должно найти
отражение в плане первоначального этапа расследования. При этом следователю
целесообразно проконсультироваться с экспертами, соотнести свои потребности
по делу с возможностями экспертного учреждения, а когда они не совпадают,
запланировать производство исследований в другом криминалистическом
учреждении, обладающем более широкими возможностями вследствие обеспеченности
совершенной аналитической техникой, высокой квалификации сотрудников и др.
Освоение криминалистами идей кибернетики привело к тому, что в последние годы
взят на вооружение ряд кибернетических методов, довольно успешно используемых
в раскрытии и расследовании преступлений. Следователи при решении многих
криминалистических задач фактически пользуются отдельными рекомендациями
теории информации, в особенности алгоритмического характера. Кибернетические
идеи, разработанные применительно к задачам расследования, образуют базу для
принятия следователем решений на основе так называемой безмашинной
кибернетики посредством выработки схем типовых версий о способах совершения
преступлений и типизированных действий следователя, направленных на их
проверку. В алгоритмизации деятельности следователя важной является
разработка систем типовых моделей расследования преступлений.
Еще в 40-х гг. М. А. Евгеньев писал: "План расследования уголовного дела -это
общая программа работы следователя по данному делу вообще н программа его
действий на ближайшие дни в частности" [24]. На первый взгляд так оно и
есть. В литературе можно встретить термин "типовой план" расследования,
употребляемый как синоним термина "программа расследования" по делам
определенной категории. При подобном подходе планирование расследования и его
программирование должны обозначать одно и то же. Так ли это?
В специальной литературе "программа понимается как систематизированный перечень
методических рекомендаций по уяснению ситуации, определению цели и выбору
средств решения некоторых типичных следственных задач" [25]. 
Отмечается, что основу программы должны составлять методические предписания,
свободные от информационного "шума"-полемики, объяснений, отступлений и
облеченные в форму кратких и конкретных алгоритмов, систематизированных так,
чтобы потребовался минимум усилий на отыскание необходимых сведений и уяснение
связей между ними.
Л.А.Соя-Серко видит здесь возможность реализации новых принципов решения
следственных задач, которые будут содействовать разгрузке памяти следователя
от информации, не обязательной для успешной деятельности, ее
целеустремленности на всех этапах расследования: способствовать решению
относительно простых задач и облегчать планирование решения более сложных
задач. "Именно поэтому программирование, являющееся средством доведения
методических знании до следователя, должно способствовать тому, чтобы в тех
случаях. когда есть готовые оптимальные решения, следователь не занимался
изобретением уже изобретенного, а брал и использовал уже готовое".
Автор подчеркивает, что содержащиеся в программе методические предписания-
лишь предпосылка к деятельности, в то время как успех расследования
достигается не столько их усвоением, сколько профессиональным использованием
в условиях конкретной ситуации. Содержание программ обусловлено уровнем
теоретических разработок. Так как теория пока не в состоянии дать конкретные
предписания на все случаи, которые могут встретиться в следственной работе,
самые сложные виды этой деятельности алгоритмизированы наиболее общо, значит,
их использование требует от следователя значительных интеллектуальных усилий.
Обеспечивая следователя всей методической информацией для быстрого решения
простых задач, программирование вместе с тем должно предоставлять ему
информацию и для решения творческих задач, т. е. помочь быстро и правильно
сориентироваться при поиске нового оригинального решения .
Проследив историю попыток запрограммировать расследование от времен
окончательной разработки римской семичленной формулы до наших дней, И. Е.
Быховский подчеркивает, что раскрыть атипичное преступление, пользуясь
типовой программой, невозможно. Следовательно, любые системы типовых версий
должны содержать указания на вероятностный характер аккумулированных данных,
чтобы практические работники отрабатывали и другие версии, возникающие при
расследовании конкретного преступления. Использование жестких программ.
содержащих команды, исключает возможность учета особенностей личности и
самого следователя, и обвиняемого, и других лиц, проходящих по делу .
И. Е. Быховскнй обоснованно заключает, что программа должна быть системой
рекомендаций, а не приказов, рассчитанных на расследование не всего уголовного
дела, а его определенного этапа. Она должна базироваться на материалах
обобщения практики, стимулировать инициативу следователя на отыскание других,
не предусмотренных авторами программы путей выяснения того или иного вопроса.
"Идея программирования расследования не должна лишать следователя возможности
поиска эвристических решений; следствие всегда было, есть и будет не только
комплексом научных положений и рекомендации, но н искусством нахождения истины" 
[26].
Сделаем некоторые предварительные выводы. Соотношение между планированием и
программированием, по нашему мнению, таково. Программирование-один из ведущих
методов планирования, поэтому программу можно рассматривать как
предварительный план любого вида деятельности, в том числе и следственной. На
основании программы, являющейся, так сказать, скелетом будущего плана работы
по делу, следователь. сообразуясь со складывающейся следственной ситуацией и
реальными возможностями, составляет подробный план.
Первоначальный этап расследования характеризуется наличием ряда проблемных
ситуаций, разрешение которых программа не может детально предусмотреть. Она
базируется на типичном, в то время как конкретное преступление и лицо, его
совершившее,-индивидуальны. Специфика следственной деятельности заключается в
том, что для раскрытия преступлений необходимо нетривиальное решение.
Следователь в зависимости от ситуации вносит в программу расследования и свой
опыт, учитывает наличные силы и средства. В результате программа становится
гибким, динамичным планом первоначального этапа расследования.
Освоение следователями научных, наиболее рациональных приемов
программирования своей деятельности чрезвычайно полезно в первую очередь для
успешного планирования и проведения расследования на наиболее ответственном
первоначальном этапе. Кроме того, умение программировать облегчает работу
следователя с ЭВМ. В недалеком будущем обращение следователя в наиболее
сложных случаях, в том числе и связанных с планированием, за помощью к ЭВМ
станет обычным делом. Развертываемые в настоящее время в правоохранительных
органах информационно-поисковые и автоматизированные управляющие системы
создают к тому реальные предпосылки.
Таким образом, планирование и программирование следственной деятельности по
содержанию не совпадают-это категории разного порядка и неодинаковой природы.
Думается, что следует продолжить разработку программ работы на первоначальном
этапе расследования наиболее распространенных, тяжких и сложных для раскрытия
преступлений. Наличие таких программ поможет следователям повысить качество
планирования, что будет способствовать скорейшему отысканию истины по
расследуемым уголовным делам.
     §3. Процесс планирования расследования уголовного дела и его структура.
Работа следователя по расследованию уголовного дела, как всякая деятельность,
состоящая из комплекса различных трудовых операций, должна планироваться.
Будучи методом организованного ведения следствия, планирование  есть
обоснованное материалами дела определение путей и средств, с помощью которых
при наименьшей затрате сил и времени должно быть раскрыто преступление,
изобличен обвиняемый, выявлены причины и условия, способствовавшие совершению
преступления.
Целенаправленность, упорядоченность и выбор при планировании расследования
должны осуществляться в полном соответствии с требованиями принципа
законности.
Разработанные криминалистикой с использованием данных науки уголовного
процесса н логики положения о принципах, структуре и формах планирования
органически вплетаются в уголовно-процессуальную деятельность органов
расследования по раскрытию преступлений, изобличению лиц. совершивших эти
преступления, и принятию мер, направленных на устранение обстоятельств,
способствующих совершению преступлений.
Принципы планирования- это  разработанные криминалистической тактикой
требования, предъявляемые к планированию, соблюдение которых обеспечивает его
эффективность. Принципами планирования являются его обоснованность,
динамичность, непрерывность и индивидуальность.
Намечая в плане следственные действия для разрешения вопросов, следователь
стремится к тому, чтобы решение их было обеспечено всеми возможными и
наиболее целесообразными в данном случае способами. Например, если
следователь ставит вопрос о том, где находятся похищенные ценности, и
указывает в плане, что для разрешения этого вопроса необходимо произвести
обыск у подозреваемого, допросить определенных лиц и установить наблюдение на
рынках, в скупочных пунктах, проверить возможность нахождения ценностей в
камерах хранения и ломбардах, то из этого перечня видно, что следователь
предусмотрел все возможные в данном случае средства, с помощью которых может
быть получен ответ на интересующий его вопрос. При этом чем больше
возможностей использовать в качестве посылок для определенных выводов дает
суждение, содержащееся в ответе на один поставленный вопрос, тем эффективнее
вопрос, ибо позволяет на основании получен- кого ответа на него сделать не
один, а несколько выводов.
Так, установив, что похищенные ценности находятся у подозреваемого, который
спрятал их дома в специально оборудованном тайнике, следователь тем самым
получает возможность сделать вывод не только о том, что искомое находится у
подозреваемого, но и о причастности последнего к совершенному преступлению, о
его преднамеренном стремлении скрыть похищенное, желании избежать уголовной и
материальной ответственности по возмещению ущерба.
Намечая производство следственных действий, нужно всегда учитывать возможность
выполнить их наличными средствами. Если, допустим, нужно произвести обыск, то
следует подумать, не понадобится ли помощь, чья и какая; можно ли своевременно
добраться до места, где его необходимо провести, позаботиться о транспортных
средствах, о привлечении работников милиции и представителей общественности;
подумать о подготовке технических средств и о тактике проведения намечаемого
следственного действия. Иначе говоря, каждое следственное действие должно
планироваться: только тогда оно будет проведено правильно и успешно [27].
Рекомендовать какую-то общую для всех видов следственных действий форму
плана- труд бесполезный, так как планирование отдельных следственных действий
находится в прямой зависимости от их характера. Можно выделить лишь некоторые
вопросы, которые являются общими для всех или большинства следственных
действий. Надо иметь в виду, что значимость таких вопросов для каждого
следственного действия различна и поэтому последовательность их разрешения
также неодинакова.
Такими общими вопросами, подлежащими разрешению при производстве тех или иных
следственных действий, являются: 1) какова цель намечаемого следственного
действия, 2) когда его следует провести; З) где оно должно быть проведено; 4)
кто должен принять участие в его проведении; 5) как будут распределены
обязанности между участвующими в проведении следственного действия лицами; 6)
в какой последовательности будет проводиться следственное действие; 7) какие
научно-технические и иные средства понадобятся для его проведения.
Для каждого следственного действии в плане предусматриваются сроки проведения
исходя из степени неотложности действия, значимости его для хода следствия,
связи с другими следственными действиями или розыскными мероприятиями, а
также из условий их проведения. Намечаемые сроки должны быть реальными и
сочетаться со сроками проведения следственных действий по другим уголовным
делам.
Форма плана может быть мысленной, письменной и графической. Так, совершенно
очевидно, что в случаях, требующих немедленного выезда на место происшествия
производства других неотложных следственных действий, следователь практически
составить письменный план не имеет возможности. Он должен быстро, оперативно,
сообразуясь с обстановкой, принять решение, в каком направлении он будет
действовать, и мысленно спланировать весь комплекс необходимых мероприятий,
исходя из особенностей методики расследования преступлений данного вида.
Получив необходимые данные, следователь, конечно, должен составить письменный
план. В других случаях следователь приступает к составлению письменного плана
с момента принятия дела к своему производству, так как характер и вид
преступления требуют анализа и глубокого изучения тех материалов, которые
послужили основанием к возбуждению уголовного дела. Типичны в этом отношении
дела о крупных хищениях, совершаемых должностными лицами: исходные данные
содержатся в многочисленных материалах, представленных в виде разлитого рода
бухгалтерских документов, актов ревизий, объяснений должностных лиц и т. д.
Нередко по делам этой категории составлению развернутого плана исследования
предшествует составление письменного плана первоначальных следственных
действий. Обусловливается это тем, что даже на данном этапе перед
следователем возникает необходимость выполнить большой объем работ.
Письменный план должен составляться на определенный отрезок времени в
зависимости от имеющихся у следователя данных. Реализовав намеченный план и
оценив вновь полученные данные в совокупности с уже имеющимися, следователь
планирует следующий этап расследования, и так до тех пор, пока оно не будет
завершено.
Письменная форма плана, как правило, должна включать все те элементы, из
которых складывается его
структура. К их числу относятся : 1) исходные данные, послужившие основанием
для выдвижения версий;
2) следственные версии; 3) вопросы и обстоятельства, подлежащие выяснению; 4)
следственные действия розыскные и иные мероприятия: 5) сроки проведения
намеченных действий; 6) исполнители; 7) отметка о выполнении и результатах
проведенных действий.
Исходные данные, версии и выяснение вопросов, общих для всех версий,
целесообразно выделять в самостоятельный раздел плана.
По делам с большим числом эпизодов или большим числом обвиняемых письменный
план составляется по каждому эпизоду или в отношении каждого лица, а затем
частные планы сводятся в общий план расследования .
Этот же метод применяется и при планировании расследования, осуществляемого
бригадой следователей. Каждый следователь составляет план порученной ему
части дела, а затем эти планы сводятся в общий план или же, наоборот, сначала
составляется общий план и на его основе планируется работа каждого участника
бригады.
По сложным делам с большим объемом следственных материалов план составляется
не только на первоначальном этапе расследования и в ходе самого
расследования, но также и при его завершении. В таких случаях перед
следователем обычно возникают трудности, связанные с окончательной
систематизацией доказательственного материала, с выделением дел, с
предъявлением следственного материала для ознакомления значительному числу
обвиняемых, защитников и других участников процесса.
В дополнение к письменному плану полезно составлять схемы, "шахматки",
таблицы с использованием различного рода графических фигур. С их помощью
отражаются связи между участниками преступления и отдельными
доказательствами.
Исследование сущности процесса планирования, а также его конечного
результата-плана расследования лучше всего осуществить с помощью
последовательного анализа двух аспектов этого сложного процесса- его
динамической и статической структур. Существует множество неоднозначных
определений понятия "структура", однако наиболее приемлемым является ее
описание как способа организации объекта, обеспечивающего связь элементов
системы в некую целостность. С Данной позиции динамическая структура
планирования представляет собой поэтапный, развернутый во времени процесс
преобразования исходных характеристик объекта, его непрерывное развитие. В
статической структуре обнаруживается относительно стабильная связь основных
элементов разработанного плана расследования.
Построение статической и динамической структур необходимо рассматривать как
применение системно-структурного анализа к специфическому объекту, состоящему
из двух подсистем-подвижной, многоэтапной, характеризующейся временной
последовательностью и взаимодействием этапов процесса планирования (прямая и
обратная связь), и сравнительно стабильной, вневременной, определяемой
специфической формой связей основных элементов готового плана расследования
(итоговая модель). Обе структуры-это различные, но тесно связанные между
собой подсистемы, отражающие диалектику развития процесса планирования и его
закономерного перехода в конечный результат-план расследования.
Динамические структуры всех пяти основных уровней системы комплексного
планирования-формирование планов следственного действия, тактической
операции, отдельного этапа, всего процесса расследования, а также
календарного плана- имеют свои особенности. Определенной спецификой обладают
и статические структуры - планы, разработанные на каждом из перечисленных
уровней. Однако основным этапам этих процессов, как и основным элементам
планов, присуще много общего, в связи с чем в качестве основных объектов
научного анализа вполне допустимо выбрать наиболее универсальные, а именно;
процесс планирования по уголовному делу и его внешнее выражение-общий план
расследования преступления.
Динамическая структура процесса планирования, как и содержание
соответствующей деятельности следователя, состоит из нескольких
последовательных этапов.
Первый этап планирования заключается в определении непосредственных целей
расследования и в уточнении целей более общего уровня, сформулированных в
процессе построения версий и выведения из них логических следствий. Здесь
происходит перекодировка целей, в результате которой вырабатываются простые
однофункциональные цели и цели конкретных мероприятий. Совокупность
дедуцируемых из версий логических следствий представляет собой недостаточно
упорядоченный перечень подцелей, подлежащий дальнейшему упорядочению. Именно
на данном этапе в основном создается своеобразное "дерево целей", которое и
представляет собой одну единую, но детализированную цель данной системы в
целом.
Сложные по составу логические следствия делятся обычно на более мелкие и
конкретные, приобретая удобную для планов форму вопросов, на которые
необходимо получить ответ, или -обстоятельств, подлежащих непосредственной
проверке и сопоставлению с реальными фактами.
Второй этап заключается в выделении общеверсионных вопросов и обстоятельств,
т. е. тех логических следствий, которые повторяются при их выведении из
различных версий. Подобные общеверсионные вопросы имеют отношение к проверке
нескольких версий, а потому, чтобы избежать дублирования, нерациональной
траты времени и сил, их необходимо выделить в самостоятельный раздел
формируемого плана.
Третий этап планирования состоит в выявлений вневерсионных вопросов и
обстоятельств, которые, не будучи логическими бедствиями какой-либо версии,
тем не менее подлежат обязательному установлению в порядке так называемого
"простого информационного поиска". Чаще всего выяснение вневерсионных
вопросов носит очевидный характер и обусловливается стандартными, типовыми
факторами. К ним относятся, например, уточнение возраста обвиняемых или
потерпевших, исследование места происшествия при обнаружении трупа или его
частей, установление скорости движения автомобиля по исходным данным.
Выяснение этих обстоятельств отнесено к третьему этапу планирования,
поскольку лишь после анализа и упорядочения всех логических следствий
становятся ясными те факты, которые хотя и не вытекают из версий, но их
выявление и проверка имеют не меньшее значение для дела. Подобные
вневерсионные обстоятельства можно выделить в самостоятельный раздел единого
(сводного) плана расследования по делу или же для упрощения структуры
объединить в один раздел с общеверсионными вопросами (первый вариант
предпочтительнее).
Четвертый этап заключается в определении и учете средств, находящихся в
распоряжении следователя. При планировании расследования термин "средства"
понимается в широком смысле-как человеческие, материально-технические,
информационные, временные и иные факторы, которые необходимо учитывать при
раскрытии и расследовании преступлений. Следователь фиксирует имеющиеся в его
распоряжении ресурсы, т. е. ту организационную систему, которая сформирована
на данный момент расследования.
Пятый этап можно определить как этап постановки задачи. "Задача - это цель,
данная в определенных условиях" [28]. Сопряжение цели и средств,
выявленных на предыдущем этапе, позволяет определить характер
организационно-управленческой ситуации (упорядоченная - достаточно ресурсов или
неупорядоченная-ресурсов явно недостаточно) и тем самым сформулировать стоящую
перед следователем задачу. Однако сопряжение цели и средств всегда происходит
при определенных условиях, прежде всего с учетом типа и характера
логико-информационной и тактико-психологической ситуации (проблемная -
непроблемная, конфликтная - бесконфликтная), факторов внешней среды и
непосредственного социального окружения.
В настоящее время принята классификация задач на два наиболее общих типа-на
нахождение и на доказательство- главным образом потому, что тип задачи
предопределяет метод ее решения. Целью задачи на нахождение является поиск
определенного объекта, не известного в этой задаче, но удовлетворяющего ее
условию, которое связывает неизвестное с исходными данными. Цель задачи на
доказательство заключается в установлении правильности или ложности
некоторого положения (высказывания), его подтверждении или опровержении.
Следователь в своей деятельности нередко сталкивается и с необходимостью
разрешения задач третьего типа-на нахождение и на доказательство. В
зависимости от соотношения целей и средств их достижения задача может быть
более или менее трудной в организационно-управленческом отношении, а иногда
и. неразрешимой в данных условиях. В наиболее острых ситуациях иногда
необходимо выйти за рамки маневрирования лишь одной ресурсной стороной
задачи. Вполне допустимо и тактическое (но не стратегическое) изменение
целей, например, выделение части материалов уголовного дела в отдельное
производство и его самостоятельное расследование (ст. 26 УПК).
Чаще всего при возникновении организационных трудностей прибегают к
расширению, иногда весьма существенному, средств и условий. В таких случаях
для устранения неупорядоченности (неординарности) по делу необходимо принять
радикальные меры по коренной перестройке всей организационной системы
расследования (создание большой следственно-оперативной группы, разделение
единого уголовного дела на отдельные самостоятельные производства, передача
уголовного дела другому следователю или другой следственной бригаде,
построение принципиально нового плана расследования и т. п.). Если же
трудности количественного характера не переросли в иное качественное
состояние-организационную неупорядоченность, то, как правило, ограничиваются
принятием мер, существенно не изменяющих организационную структуру. Это
периодическое подключение к расследованию следователей и оперативных
работников, продление сроков предварительного следствия, оптимизация
действующего плана, оказание других аналогичных видов помощи.
Правильно сформулированная задача позволяет в дальнейшем успешно спланировать
как отдельные действия, так и всю деятельность субъектов расследования. В
теории управления и психологии придают большое значение классификации задач
на хорошо и плохо определенные, обоснованно считая данную классификацию одним
из основных критериев оценки человеческой деятельности.
Под задачей в логической форме следует понимать высказывание типа: дано А;
требуется В (<А; В>), где А-заданные условия (средства, ресурсы) и В-цель
деятельности (желаемая конечная ситуация). Субъект планирования одновременно
анализирует средства с позиции цели (целевой подход к наличным ресурсам), а
цели-с позиции имеющихся ресурсов (ресурсный подход к цели).
Именно на этом этапе следователь выявляет конкретную
организационно-управленческую ситуацию, определяет ее характер (тип), делает
предварительный, общий и потому лишь качественный вывод о достаточности или
нехватке сил, времени и Средств. Однако количественные расчеты ресурсов,
привлекаемых для преодоления"  организационных трудностей, ликвидации
неупорядоченных ситуаций, определения "степени разрыва... между фактической и
нормативной точками ,[29] между условиями А и целью В, осуществляются
уже на последующих этапах процесса планирования.  Шестой этап заключается в
разработке, анализе и оценке вариантов возможных моделей процессуальных,
оперативно-розыскных и других действий, направленных на подтверждение или
опровержение логических следствий и установление вневерсионных обстоятельств.
Именно на данном этапе следователь принимает решение использовать определенные
средства. Чем разнообразнее по характеру запланированные действия, чем шире их
поисковые возможности, тем больше вероятность достижения оптимального
результата.
На этом этапе планирования следователь принимает не только организационные,
но и процессуальные и тактические решения.
При разработке и принятии тактических решений наиболее отчетливо проявляется
необходимость органического сочетания планирования и прогнозирования. Хотя
прогнозирование носит вспомогательный характер по отношению к планированию,
оно существенно его обогащает. Интеграция конкретных приемов планирования и
прогнозирования позволяет разработать оптимальные тактические решения,
прогнозирование обеспечивает непрерывный стимул и ориентир для планирования.
Разумеется, и на других этапах планирования, при разработке чисто
организационных решений роль прогнозирования значительна, но на
рассматриваемом этапе его эвристическая, предсказательная функция особенно
велика. Дело в том, что прогноз должен выявить обстоятельства, в которых
следователю придется действовать в будущем. В конфликтных ситуациях эти
обстоятельства и условия, связанные с противодействием лиц, которые занимают
негативную позицию, выявляются обычно в ходе рефлексивных рассуждений. Но при
составлении планов отдельных следственных действий или тактических операций
следователь может использовать рефлексивный метод (рефлексивный прогноз) и
.непосредственно в процессе разработки планов. Прогнозирование позволяет не
только создать вероятностную модель поведения противодействующей стороны и
собственных действий, но и выявить и учесть при планировании ряд других
событий и обстоятельств, которые возникнут в будущем и уже совершились в
прошлом. Например, при составлении плана задержания преступника нужно
учитывать сведения о его физической силе, агрессивности, наличии оружия,
связях и т. п. При разработке плана допроса к таким обстоятельствам можно
отнести данные о психических качествах допрашиваемого, его роли в совершении
преступления, отношениях, сложившихся в преступной группе до и после
совершения преступления, характеристики с места работы и жительства, другую
информацию. При планировании обыска следователь должен учесть размер и
расположение квартиры, наличие запасных выходов, чердачных и подсобных
помещений, время работы членов семьи обыскиваемого, их возраст, пол и другие
данные.
К обстоятельствам и условиям более общего характера относятся нагрузка
следователя по другим делам, личные качества участников расследования,
отдаленность места совершения следственного действия, наличие и
компетентность специалистов" возможность приглашения понятых, условия
освещения, наличие средств криминалистической техники, транспорта, связи.
Своеобразный синтез прогнозирования и планирования позволяет рационально
сочетать поисковые, исследовательские методы с четкими, но в то же время
гибкими директивами, что полностью соответствует ситуационному характеру
расследования и природе тактических рекомендаций.
Седьмой этап планирования состоит в определении наиболее оптимальной
очередности ранее намеченных действий и мероприятий. При этом следователь
должен руководствоваться не только организационными, но и тактическими
соображениями, в связи с чем предпочтение в смысле неотложности и срочности
отдается действиям и мероприятиям, несвоевременное проведение которых может
привести к уничтожению или изменению доказательств, невозможности выявления
носителей информации, усложнению установления и задержания подозреваемых;
которые являются общими для проверки всех или нескольких версий (эпизодов);
без осуществления которых дальнейшая реализация плана становится
затруднительной или даже невозможной, поскольку они служат информационной или
тактической базой для проведения последующих действий, в том числе
выполняемых другими лицами (следственные поручения, розыскные, оперативные,
ревизионно-проверочные задания и т. п.); которые отличаются наибольшей
трудоемкостью и длительностью проведения (строительные, бухгалтерские
экспертизы, документальные ревизии, судебно-биологические исследования и т.
д.), с тем чтобы "на их фоне", в процессе их производства другими
исполнителями осуществлять иные действия и проводить иные мероприятия. Кроме
того, при определении очередности реализации плана расследования должны- быть
учтены возможность и целесообразность параллельного проведения перечисленных
и иных мероприятий, территориальные, транспортные и прочие организационные
факторы, обусловливающие рациональную группировку запланированных действий.
На данном этапе продолжается оптимизация плана расследования. Представляется,
что основным тактико-организационным критерием, определяющим рациональную
очередность и временной порядок производства следственных и оперативно-
розыскных действий, должно стать правило максимальной концентрации ресурсов
вокруг определенного объекта исследования, поиска или проверки в рамках
отдельного эпизода, конкретной версии или же в одном, сравнительно узком,
направлении. При планировании тактических операций оно приобретает значение
принципа. Существенна его роль и в разработке других форм планов (иные уровни
планирования). Наоборот, в конфликтных и некоторых проблемных ситуациях иного
типа необходим широкий поиск в различных направлениях, многоструктурная
разведывательная деятельность. В подобных условиях либо ограничивается
значение правила максимальной концентрации ресурсов, либо изменяется его
регулятивная функция.
Восьмой этап планирования заключается в определении, во-первых,
непосредственных исполнителей и, во-вторых, сроков выполнения и примерной
продолжительности намеченных действий. Несмотря на функциональное различие
решений следователя (сроки и исполнители), они настолько тесно связаны между
собой, что их целесообразно объединить в один этап, в то время как в
статической структуре планирования (плане) они являются самостоятельными
элементами. Кроме того, одновременное принятие решений по этим вопросам
позволяет провести дальнейшую оптимизацию плана, полнее использовать
имеющиеся ресурсы, более обоснованно поставить вопрос о выделении
дополнительных сил и средств и с большей вероятностью получить их в свое
распоряжение и даже улучшить с учетом организационных изменений некоторые
решения, принятые на предыдущем этапе (например, параллельная проверка
нескольких следственных версий вместо последовательной, проведение групповых
обысков вместо серии одиночных). Исходя из анализа, осуществленного на
предыдущем этапе планирования, на восьмом этапе решается, вопрос о числе
участников расследования с учетом наиболее оптимальной модели проведения
следственных оперативно-розыскных и других запланированных действий. При этом
субъект планирования с учетом конкретной ситуации применяет требование
правила максимальной концентрации ресурсов.
На данном этапе необходимо решить и вопрос об организационно-управленческой
структуре, форме организации участников расследования (следственно-
оперативная группа, следственная бригада, временное подключение следователей
и оперативных работников для оказания помощи и т. п.).
Девятый этап состоит в объединении отдельных планов, разработанных по каждой
версии (эпизоду), а также планов проведения вневерсионных и общеверсионных
(общеэпизодных) мероприятий в единый сводный план расследования по делу. Это
объединение происходит не механически. Несмотря на предварительную
оптимизацию, проводимую на предыдущих (особенно на 2-м, 7 и 8-м) этапах
планирования, следователь вновь корректирует отдельные разделы (составные
части) единого плана расследования.
Десятый этап заключается в учете результатов реализации сформированного плана
и внесении в него соответствующих изменений, что предопределяет специфику
данного этапа и рассмотрение его многими исследователями как дополнительного,
факультативного. Именно этим и объясняется тот факт, что в специальной
литературе корректировка составленного плана обычно выносится за рамки
планирования и структурно включается в процесс реализации плановых решений.
Разумеется, нередко не возникает необходимости в корректировке планов
расследования. В данном случае десятый этап не реализуется, но включение его
в динамическую структуру планирования надежно гарантирует деятельность
следователей от формального, догматического расследования и возможных ошибок,
способствует повышению эффективности предварительного следствия.
Некоторые исследователи отмечают, что даже в случае безупречного выполнения
плана наряду с достигнутыми целями возникают нежелательные последствия. Еще
более серьезны последствия, если процесс реализации плановых решений
осложняется непредусмотренным противодействием конфликтующей стороны,
ошибками в осуществлении намеченных мероприятий или негативным влиянием
неучтенных обстоятельств.
Таким образом, несмотря на специфику действий следователя по корректировке
реализуемого планового решения, их включение в динамическую структуру
процесса планирования в качестве самостоятельного этапа было бы более
правильным теоретически и полезным практически.
Десятиэтапная динамическая структура планирования является, по нашему мнению,
основной схемой формирования планов на первоначальном или последующем этапе
расследования, а также по уголовному делу в целом (на завершающем этапе
процесс планирования, как правило, приобретает упрощенную структуру и
включает в свой состав 1, 4, 5, 7, 8, 10-й этапы). Динамические структуры
планирования отдельного следственного действия, тактической операции, а тем
более процесса составления календарного плана имеют меньшее число этапов, чем
исследованная основная схема. Так, процесс планирования тактической операции
состоит из семи этапов (1, 4,5,6,7,811 10-й этапы основной схемы),
формирование плана отдельного следственного действия имеет пятиэтапную
структуру (1, 4, 5, 6, 10-й этапы), а составление календарного плана
представляет собой фактически нерасчлененную процедуру, содержание которой
совпадает в основном с содержанием девятого этапа, дополненным отдельными
аспектами шестого и десятого этапов (корректировка некоторых временных
показателей как при формировании, так и при реализации планов).
Главная особенность процесса расследования, влияющая на структуру
планирования, заключается в следующем. Формированию плана будущей
деятельности следователя предшествуют определение типа и характера
следственной ситуации, процессы построения версий-в проблемных и выводов
рефлексивных рассуждений-в конфликтных ситуациях, что позволяет сократить
количество этапов. Практически между всеми этапами возникают не только
прямые, но и обратные связи, оптимизирующие и делающие более надежной всю
систему планирования.
Построение плана расследования, как и плана любой другой деятельности,
является процессом, поэтому отдельные стадии какого-либо процесса, любой
проделанной работы предпочтительнее называть этапами, а не элементами.
Сменяющие друг друга этапы процесса планирования отличаются не уровнями, а
функциями и степенью детализации (что является вынужденным, но необходимым
условием описания основных этапов любой динамической структуры). Дело в том,
что детализация отдельных блоков (укрупненных этапов) процесса планирования
имеет предел, в то время как другие этапы подвергаются значительно большей
детализации.
Предложенная Р. С. Белкиным пятиэтапная (пятиэлементная) система планирования
представляет значительный интерес как укрупненный (блочный) анализ процесса
принятия плановых решений. Однако вызывает недоумение включение в эту систему
выдвижения следственных версий как "элемента планирования" [30]. 
Составляя основу планирования, следственные версии, а тем более процесс их
выдвижения не входит в содержание планирования, которое является директивной
(нормативной) процедурой, разновидностью предуказания, в то время как версия
представляет собой главным образом ретросказательный и отчасти предсказательный
вероятностный процесс дескриптивного характера.
Конечный  результат процесса  планирования - готовый (сформулированный) план
расследования. Назовем основные элементы содержания плана.
1. Непосредственные цели, т. е. логические следствия, выведенные из принятых
к проверке версий или конкретизированные в виде детальных вопросов, а также
вневерсионные обстоятельства, подлежащие установлению. Выведение логических
следствий составляет важный этап дедуктивного развития версии. Этот этап
отделяет процесс построения версий от процесса планирования, но вместе с тем
объединяет их в единую систему.
2. Ресурсы, находящиеся в распоряжении следователя, в том числе привлеченные
на различные периоды времени для выполнения запланированных действий и
мероприятий. Это прежде всего исполнители-работники следствия, дознания,
эксперты, специалисты, общественные помощники, народные дружинники. Сюда же
следует отнести материально-технические средства- транспорт, связь,
криминалистическую и иную технику.
3. Следственные, оперативно-розыскные,  организационно-подготовительные,
прочие действия и мероприятия. При планировании учитываются возможности
наиболее оптимального сочетания названных действий и мероприятий, их
комплексное или раздельное выполнение. Данный элемент статической структуры
планирования является одним из наиболее важных как в организацнонно-
управленческом, так и в тактическом отношении. Все запланированные действия и
мероприятия должны быть перечислены в определенной ранее последовательности.
4. Тактические приемы, составляющие содержание перечисленных процессуальных и
непроцессуальных действий, могут быть кратко обозначены в плане в качестве
самостоятельного элемента. В большинстве случаев чем выше уровень
планирования, тем меньше удельный вес тактических аспектов по сравнению с
организационными. Н наоборот, на низшем уровне планирования-составление плана
отдельного следственного действия---разработка тактических решений играет
значительно большую роль.
Выявленные соотношения в известной мере отражают объективные особенности и
специфические функции, которые присущи или должны быть присущи планам
расследования различных уровней. Стремясь упростить процесс комплексного
планирования, большинство следователей ограничиваются составлением планов
расследования уголовного дела в целом, т. е. принципы комплексного
планирования не соблюдаются и система планов разного уровня (от планов
отдельных следственных действий до календарного планирования) не создается.
Представляется целесообразным ввести в стандартные формы планов более высоких
уровней дополнительную вертикальную колонку "Тактические приемы", расположив
ее после перечня следственных и других действий. Это ненамного усложнит
структуру плана, однако существенно повысит эффективность отдельных
следственных действий и всего расследования.
5. Сроки производства следственных, оперативно-розыскных и других действий.
Хотя при традиционной форме плана в нем обычно не отражается
продолжительность того или иного мероприятия, следователь должен это всегда
учитывать. В плане целесообразно указывать не только начало того или иного
действия, но и его примерную продолжительность, что дисциплинирует
следователя и позволяет ему заранее оптимально распределить ресурсы времени,
избежать неравномерного распределения нагрузки в течение рабочего дня,
непроизводительных простоев, которые чередуются со "штурмовщиной", ведущей к
вредной поспешности и поверхностному расследованию, а также других
отрицательных последствий.
6. Результаты выполнения плана н его корректировка. Этот элемент, а точнее,
органически связанные между собой два элемента статической структуры
планирования подробно рассмотрены ранее. Ограничимся лишь указанием на
обязательность не формального, а творческого подхода к анализу результатов
реализации плана, изменяя в случае необходимости не только отдельные пункты,
но и весь комплекс плановых решений.
Исследование статической и динамической структур планирования позволяет
перейти к рассмотрению вопроса о формах письменного и графического планов.
Самой распространенной формой письменного плана является так называемый
табличный план. С большими или меньшими изменениями он может быть использован
при планировании расследования на любом уровне.
Приведем наиболее оптимальную, по нашему мнению, форму плана расследования
уголовного дела или отдельных его этапов.
Раздел 1
Вневерсионные и общеверсионные вопросы и обстоятельства      Следственные,
оперативно-розыскные и иные действия      Тактические приемы    Исполнители
Сроки исполнения      Результаты исполнения и корректировка плана
В тех случаях, когда возникает большое число вневерсионных и общеверсионных
вопросов, можно разделить данный раздел на два, соответственно изменив лишь
название первой колонки.
Раздел  2
1.Наименование версии (эпизода)
Выясняемые вопросы и обстоятельства       Следственные, оперативно-розыскные
и иные действия       Тактические приемы    Исполнители      Сроки выполнения
Результаты выполнения и корректировка плана
Разумеется, общеверсионные вопросы выявляются лишь после составления планов
проверки отдельных версий (то же самое относится н к вопросам, общим для всех
исследуемых эпизодов дела), однако в сводном плане расследования раздел по
каждой версии или отдельному эпизоду должен следовать за общеверсионным
(общеэпизодным). В зависимости от числа проверяемых версий (эпизодов) в этот
раздел входит различное количество версионных (поэпизодных) планов.
В дополнение к основному плану, а нередко н раньше его формирования
следователь, особенно по сложным многоэпизодным делам, разрабатывает
вспомогательные формы планирования.
Во-первых - картотеки ("лицевые счета") на обвиняемых, куда вносятся эпизоды
преступной деятельности, в которых принимал участие обвиняемый, и собранные
по каждому эпизоду данные, подтверждающие его вину. "Лицевые счета"-это
отдельные карточки (листы бумаги), составляемые по каждому обвиняемому
отдельно, а картотека-это совокупность всех  "лицевых счетов".
Во-вторых-шахматные ведомости ("шахматки"): сочетание графика с описанием,
развернутая на едином листе совокупность "лицевых счетов", где каждая
горизонтальная графа представляет собой один из "лицевых счетов". Шахматная
ведомость придает наглядность всем собранным по делу данным.
"Лицевые счета" и "шахматки" могут составляться следователями и до выдвижения
версий в процессе изучения материалов дела как средство анализа и
систематизации (логического упорядочения) информации. Картотеки и шахматные
ведомости могут выполнять и функции планирования. Каждая карточка картотеки и
клетка "шахматки" делятся на две части: в одной содержатся
систематизированные исходные данные, в другой-вопросы, подлежащие выяснению и
необходимые для этого действия и мероприятия.
В-третьих-различные схемы и графики, отражающие преступные связи обвиняемых,
движение материальных ценностей и денежных средств, документооборот,
организационную структуру предприятий и объединений, территориальное
расположение отдельных организаций и т.д.
Все дополнительные формы планирования помогают лучше ориентироваться в
материалах дела, разгружают память следователя, придают большую наглядность
собранным доказательствам и предстоящим действиям, являются своеобразным
накопительным фондом, информационной базой для планирования, а также для
корректировки и оптимизации уже сформированного плана.
План проведения тактической операции фактически имеет такую же структуру, как
и план расследования одной из версий (эпизодов) -второй раздел приведенного
плана.
Что касается планов отдельных следственных действий, то они обладают
определенной спецификой, отличающей их от планов других, более высоких
уровней. Кроме того, типовым планам различных разновидностей процессуальных
действий присущи определенные особенности. Поскольку наиболее
распространенным следственным действием является допрос, приведем типовой
план его производства.(приложение №5).
Организационно-подготовительные мероприятия          обстоятельства и факты,
подлежащие выяснению формулировка вопросов и их примерная последовательность
Перечень доказательств н способы их предъявления      Иные тактические приемы
Факторы, усиливающие эффективность тактических приемов.
Особо следует остановиться на вопросе о резервных вариантах плана. Подобная
предусмотрительность всегда оправдана, особенно с учетом тактического риска,
постоянно возникающего в конфликтных ситуациях, при планировании скоротечно
протекающих тактических операций и отдельных следственных действий. Резервные
варианты планируемых действий, мероприятий и тактических приемов
целесообразно предусматривать при необходимости в тех же вертикальных
колонках, после изложения основного варианта плана.
В криминалистической литературе был предложен графический вариант
календарного планирования, апробированный в следственных подразделениях МВД
Тюменской области. Суть этого метода заключается в составлении простейшей
диаграммы, где по горизонтали откладываются дни месяца, а по вертикали-
уголовные дела, закодированные номерами 1, 2, 3, 4, 5 и т.д. На основании
планов расследования отдельных уголовных дел следователь составляет линейную
диаграмму (графический календарный план).
Анализ линейной диаграммы показывает, что наиболее напряжен период работы
между 12 и 20 числами месяца (расследуются одновременно четыре дела), а
наименее нагружен- между 26 и 30 числами месяца (уголовные дела не
расследуются). Пользуясь линейкой диаграммой, следователь в критический
период может отложить проведение общих профилактических мероприятий, заранее
попросить помощи и т. д., а в период между 26 и 30 числами заняться
профилактической работой, самостоятельной учебой, чтением лекций и пр.
Остальные этапы можно рассматривать как периоды нормальной нагрузки
следователя.
     ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Таким образом можно сказать, что всестороннее, полное и объ-
ективное выявление  и  исследование всех обстоятельств уголовного
дела немыслимы без выдвижения различных криминалистических версий
и построения планов.
Анализируя вышеизложенный материал дипломной работы хотелось
бы сделать вывод,  что организационная деятельность соответствую-
щих органов по расследованию должна отвечать  следующим,  на  наш
взгляд, принципам:
1) принципу строгого увязывания организационных действий од-
ного уровня с действиями других уровней системы расследования.
Суть его заключается в том,  что  организация  расследования
конкретного преступления  станет эффективной только тогда,  когда
она будет взаимосвязана с организационными действиями всех других
уровней и  соответствовать  тактическим и стратегическим решениям
следователя и нормам уголовно-процессуального закона.  Несогласо-
ванность организационной  деятельности на разных ее уровнях может
осложнить работу следователя не только по одному,  но и по другим
делам находящимся в его производстве;
2) принципу соответствия организационно-управляющей  подсис-
темы объекту организации расследования.
Для наиболее эффективного проявления организационно-управля-
ющей подсистемы  расследования процессуальные полномочия следова-
теля, являющегося главным элементом  подсистемы,  его  профессио-
нальный уровень  знаний и умений должны соответствовать сложности
расследуемого преступления. Неквалифицированный, неопытный в кри-
миналистическом смысле  следователь,  не  умеющий к тому же соот-
ветствующим образом использовать свои процессуальные  полномочия,
не сможет обеспечить организационно-управляющую и тактико-методи-
ческую сторону расследования, а именно не способен к грамотному и
четкому выдвижению криминалистических версий и осознанному плани-
рованию.
В данной  дипломной работе приводятся различные точки зрения
по поводу квалификации версий,  которые можно считать удачными  и
неудачными.
Отработаны вопросы связанные с уточнением таких понятий  как
версии и планирование.
БИБЛИОГРАФИЯ
     Нормативно-правовые акты:  
1. Конституция РФ 12 декабря 1993 года.
2. УПК РФ 1 июня 2002 года.
3. УК РФ 1996 года.
                         Специальная литература:                         
1.     А. М. Ларин. От следственной версии к истине. М., 1976г.
2.     А.М. Васильев. Тактические прием- следственная версия.- В книге
следственная тактика. М., 1976
3.     Г.В. Арцишевский. Выдвижение и проверка следственных версий. М.,1978
4.     И.М. Лузгин. Версия как метод познания и доказывания в расследовании.-
В книге методологические проблемы расследования. М.1973
5.     Р.С. Белкин. Собирание, исследование и оценка доказательств. М., НАУКА
1966.
6.     В.С. Бурданова. Версии защиты как психологические барьеры в работе
следователя.- В кн.: Процессуальные и криминалистические проблемы
предварительного следствия. ВШ МВД СССР, Ташкент., 1980.
7.     Л.Я. Драпкин. Построение и проверка следственных версий. Автореф.
канд. дис. М., 1972.
8.     Пещак Я.Н. Следственные версии. М., 1976
9.       Версии и планирование расследования// Межвузовский сборник научных
трудов. Свердловск, 1985.
10. Н.П. Яблоков. Учебник криминалистика. М., 2000.
11. Экспертные версии и их роль в экспертном познании//Проблемы
совершенствования законодательства и правовой деятельности. Владивосток 1990
12. Г.Н. Мудьюгин, А.Н. Васильев, Н.А. Якубович. Планирование расследования
преступлений. М., 1957.
     13.                       Коновалов Е.Ф. Розыскная деятельность
следователя. М., 1973.
14. Белкин Р. С. Курс советской криминалистики. В 3-х т. М., Изд-во Академии
МВД СССР, 1978. т. 2.
15. Ларин А. М. Расследование по уголовному делу. Планирование и
ор­ганизация. М., Юрид. лит., 1970.
16. С.А.Галунский. Планирование расследования. ВШ МВД СССР, М.,1978
17. Л.П.Дубровицкая, И.М. Лузгин. Планирование расследования. ВШ МВД СССР,
М.,1972.
18. Следственная практика. №22 –1975
19. А.М. Васильев. О тактике следователя, «Современная криминалистика на
службе следствия», М., 1956.
20. Селиванов Н. А. Советская криминалистика: система понятий. М. Юрид
лит., 1982.
21. Ларин А. М. Расследование по уголовному делу. Планирование и
ор­ганизация. М., Юрид. лит., 1970.
22. Колесниченко А. Н., Сущенко В. Н. О принципах планирования рас­следования
преступлений.— В кн.: Криминалистика и судебная экспертиза. Киев, Вища школа,
1983, вып. 26.
23. Соя-Серко Л.А. Програмирование и творчество в деятельности следователя. В
кн.: Проблемы предварительного следствия в уголовном судорпроизводстве. М.,
1980.
24. Евгеньев М.А. Методика и техника расследования преступлений.
Учеб.пособие. Киев, 1940.
25. Соя-Серко Л.А. Програмирование расследования.- Соц. законность, 1980, № 1.
26. Быховский И.Е.  Програмированное расследование: возможности и
перспективы.- В кн.: Актуальные проблемы советской криминалистики. М., 1980.
27. Белкин Р. С.. Винберг А. И. Системы классификации в криминалисти­ке.—В
кн.: Криминалистика. Общетеоретические проблемы. М., Юрид. лит., 1973.
28. Леонтьев А. Н. Проблемы развития психики. М., 1959.
29. Вилкас Э. И., Майминас Е. 3. Решение: теория, информация, моделированне.
М., Радио и связь, 1981.
30. Белкин Р. С. Курс советской криминалистики. В 3-х т. М. Нзд-во Академии
МВД СССР, 1979, т. 3.
Приложения
     

Следствие версии

Следствие и иные версииСрок исполнения

Исполнитель

1.Убийство мог совершить в прошлом судимый Востряков, 1933г. рождения, ранее прописанный у Семеновой, находившейся с ней в неприязненных отношениях и ею выписанный.

1.Дать задание оперативным работникам

установить связи Вострякова с целью об­наружить место его

нахождения

2.Ознакомить личный

состав милиции с

приметами Востряко­ва и ориентировать

на установление

места его нахожде­ния.

3. Направить запрос в ОВД г. Смоленска, где проживает брат Вострякова и где по имеющимся данным находился Востряков после того, как Семе­нова его выписала, с заданием установить место жительства Вострякова и проверить, где он находился в ночь с 28 на 29 ап­реля.

4. После установления места нахождении Вострякова при нали­чии оснований ре­шить вопрос о задер­жании и о производ­стве личного обыска и обыска по месту его жительства.

до 5.V

30.V

5.V

Определить после установления места нахождения Вострикова

Гуляев, Меньшиков, Васильев, Стекунов.

Руководящий состав ОВД

Горбунов

Гуляев, Меньшиков, Шевелев.

2.Убийство Семеновой могли совершить из ко­рыстных побуждений ее родственники

1. Поручить инспекторам уголовного розыска установить всех род­ственников Семено­вой, после чего до­просить их с целью выяснения их

взаимо­отношений с убитой.

2. Послать запрос в ОВД г. Тольятти с

целью установить, когда выбыл из г. Тольятти в Москву Семенов Владимир Александрович, сын Семеновой, находив­шийся с родителями в неприязненных от­ношениях.

до 4.V

5.V

Шевелев, Гуляев,

Меньшиков, Диваков.

Горбунов.

Приложение №1. Фрагмент плана расследования по уголовному делу. Приложение №2 Письменный план расследования, составленный по эпизодам.
Содержание эпизодаОбстоятельства или вопросы, которые должны быть исследованыСледственные и иные действияСрок исполненияИсполнитель

Эпизоды

Показания обвиняемой Евдокимовой

Документы

Следственные и иные действияСрок, исполнитель
Хищение 90 ведер по цене 1р. 22 к., в магазин №224.9«Согласно предъявленной мне накладной №071 от 24.9, я, возможно, отпустила в магазин №290 неучтенных ведер, но за давностью времени этот эпизод не помню» (т.2, л.д. 154-155)Накладная №071 от 24.9

1. Установить и допросить шофера Зеленцова (а/м ЮАС 41-96), с кем он ездил.

2.Истребовать его путевой лист №51285 от 24.9

3.Провести очные ставки между Суворовой – Евдокимовой, Пановой - Евдокимовой, Алексеевым – Евдокимовой.

Хищение 200 ведер по цене 1р. 11к., вывезенных в магазин №229.9«Возможно, я Иркутову и видала 200 ведер по цене 1р. 11к. без документов, но это было давно, и я не помню, был ли такой случай» (т. 2 л. д. 155-156)Накладная №0132 от 29.9

1.Установить и допросить шофера Карасева

2.Истребовать его путевой лист №51439 от 29.9

3. Провести очные ставки между Евдокимовой и Иркутовым, Пановой, Евдокимовой и Алексеевым

Хищение 50 баков, 135 ведер по цене 1р.11к.,вывезенных на склад №3 2-го РПС 30.6«Я отпустила Иркутову, кроме 596 единиц посуды, 50 неудачных баков и 135 ведер по цене 1р. 11к., которые он отвез на склад №3 Зубову, но денег мне не дал, и мы вместе ездили за деньгами» (т. 1, л.д. 142-143 и т.д.)Накладная №3 208-196 от 30.6

1. Установить через ГАИ, кому принадлежит автомашина № 01-54 ЮАС. Установить шофера.

2.Вызвать и допросить Зубова, кладовщика склада №3.

3.Провести очную ставку между Евдокимовой и Зубовым.

4. Установить работников склада, допросить их.

План расследования, составляемый по отдельным обстоятель­ствам, подлежащим доказыванию. Такая форма плана расследо­вания может быть использована как основная по несложным де­лам или как вспомогательная форма, когда необходимо конкрети­зировать план расследования того или иного преступления, состав­ленный по версиям или по эпизодам. Схематически эту форму плана можно изобразить следующим образом:
Обстоятельство, подлежащее доказываниюСледственные и иные действияСроки исполненияИсполнители
Приложение №3. Аналитическая форма плана расследования.

Источники доказательств

Содержание фактов, подлежащих исследованию

Следственные и иные действия

Сроки испол- нения

Испол­нитель

Заявление Михеева И.И. от 12.3 о краже из квартиры.Возвратившись домой из командировки, Михеев обнаружил, что дверь квартиры открыта. Из шкафа исчезло пальто и костюм; из буфета – 160 руб.

1. Произвести осмотр места происшествия по адресу: Приокская ул., 12, кв., 44.

2. Допросить Михеева об обстоятельствах совершения кражи и приметах похищенных вещей.

12.3

12.3

Оперативная группа.

Суровцев

Протокол осмотра места происшествия от 12.3.На двери, ведущей в квартиру Михеева, обнаружены два вдавленных следа от орудия взлома. В комнате на полу найден металлический ломтик-«фомка». На стеклах буфета обнаружены три слабовидимых следа пальцев.

1.Ориентировать работников милиции о совершенной краже.

2.Назначить трасологическую экспертизу по следам от орудия взлома.

3.Проверить изъятия с места происшествия следы рук по учетам ОТО УВД.

12.3

13.3

Суровцев

Протокол допроса Михеева И.И. от 12.3.В связи отъездом в командировку Михеев четыре дня не был дома. В квартире он проживает один и с соседями находится в хороших отношениях. Об отъезде Михеева в командировку знали соседи Смирновы, проживающие в кв. 43. Из шкафа пропали зимнее пальто и костюм. Пальто из темно-серого драпа, 52 размера, с небольшим воротником из нерпы, однобортное, карманы прорезанные с клапанами, подкладка шелковая, черная. Костюм светло-серого цвета, 52 размера, из материала трико, выделка материала в полоску, однобортный, на левом лацкане пиджака слабозаметное пятно небольшого размера. Деньги были десятирублевыми купюрами, 16 штук. В совершении кражи никого не подозревает.

1.Информировать соответствующие органы внутренних дел о приметах похищенных вещей и денег в целях их розыска и установления лиц, причастных к совершению кражи.

2.Поставить похищенные вещи на учет.

3.Поручить инспектору уголовного розыска выяснить у соседей Михеева, не видел ли кто-либо из них преступника, выходящего из 44 квартиры.

4.Допросить соседей Михеева-Смирновых.

12.3

13.3

13.3

14.3

Суровцев

Суровцев

Суровцев

Суровцев

Приложение №4. Письменный план, составляемый по вопросам, подлежащим выяснению.
Вопросы, подлежащие выяснению

Ссылки на

материалы

дела

Следственные и иные действияПримечание

Кем выполнены подписи от имени руководите­ля предприятия в справ­ках:

1) № M3 от 20.5

2) б/н от 23.5

3) б/н от 28.5

л. д. 15, 17, 20

1. Допросить Нефедову

2. Допросить Садикова

3. Получить образцы подписи Нефедовой от имени Ткачевой, Матвее­вой и Бубновой.

4. Получить образцы подписи Садикова от имени Ткачевой и Матвеевой.

5. Получить образцы личных подписей Ткаче­вой, Матвеевой, Бубно­вой.

Кто приходил ставить печать на справкахл. д. 38

Допросить Русинову, Нефедову, Садикова.

Выдавались ли кому-либо бюллетени на 6.7

л. д. 28Провести осмотр кни­ги регистрации бюллете­ней.

Могли ли Садиков и Нефедова получить больничные листы, если бы они обратились к врачу

Допросить врачей, ле­чащих Садикова и Не­федову

Откуда взяли 250 руб. Куликова, Голикова и сестры Нефедовой, внес­шие эти деньги в счет погашения ущерба

Л. д. 101

Допросить Куликову и Голикову.

Приложение №5

Типовой план различных процессуальных действий.
Организационно-подготовительные мероприятияОбстоятельства и факты, подлежащие выяснениюФормулировка вопросов и их примерная последовательностьПеречень доказательств и способы их предъявленияИные тактические приемыФактор, усиливающий эффективность тактических приемов