Каталог :: Социология

Доклад: Девиантное повидение

                                   ГУ “ЗИГМУ”                                   
                     КАФЕДРА СОЦИОЛОГИИ И СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ                     
                                  ДОКЛАД                                  
                          НА ТЕМУ: ДЕВИАНТНОЕ ПОВЕДЕНИЕ                          
                                         подготовил: студент II-ого курса
                                                            группы ДИ-102
                                                             Воронин А.А.
                                                 проверила: Яковлева Т.О.
                             ЗАПОРОЖЬЕ 2004                             
1. Определение девиации
                                                                   
Как правило, социологи стараются выработать беспристрастное отношение к тому,
что они исследуют. Нейтральная позиция (избегающая морализирования) особенно
важна при изучении девиации. Поскольку девиантное поведение стало
ассоциироваться со многими негативными проявлениями (оно является
олицетворением «зла» в религиозном мировоззрении, симптомом «болезни» с точки
зрения медицины, в частности, психиатрии, и «незаконным», в соответствии с
правовыми нормами), возникла тенденция считать его «ненормальным». В
действительности же, наверное, более разумно считать девиацию такой же
«естественной», или «нормальной» формой поведения, как, например конформизм.
Тот факт, что общество создает стандарты (ожидания) поведения, подразумевает,
что оно не всегда им соответствует. Если бы никто не употребляет кокаин и не
торговал им, не было бы необходимости в законе, запрещающем это. Даже если бы
существовало нечто похожее на идеальное общество, оно не могло бы долго
оставаться совершенным. Эмиль Дюркгейм, (1938) один из основоположников
социологии, выразил эту мысль следующим образом: «Представьте себе общество
святых, напоминающее образцовый монастырь, где живут идеальные люди. В нем и
понятия не имеют о том, что мы называем преступлением, но проступки, которые
кажутся незначительными рядовому мирянину, могут произвести среди них такой
скандал, какой обычно вызывает преступление среди ординарных людей».
Таким образом девиация может создать проблемы для некоторых групп общества или
даже всего общества в целом, но она так же естественна, как и ее
противоположность – конформизм. Можно выделить три основные компонента
девиации: человек, которому свойственно определенное поведение; ожидание или
норма, которая является критерием оценки девиантного поведения, и некий другой
человек, группа, или организация, реагирующая на поведение. И потому, самым
слабым и самым массовым видом нарушения выступает девиантное поведение.
Оно не сводится к многочисленным нарушениям общественного и административного
порядка. Помимо негативного смысла у слова «девиантность» существует и
позитивный. Отклоняться от среднего стандарта поведения можно как в
отрицательную, так и в положительную сторону.
Девиантное поведение подразумевает любые поступки или действия, не
соответствующие писаным и неписаным нормам. В некоторых обществах малейшие
отступления от традиций, не говоря уже о серьезных проступках, сурово
карались. Все находилось под контролем: длина волос, форма одежды, манера
поведения. Так поступали правители Древней Спарты в V веке до н.э. и
советские партийные органы в XX веке. В 60 – 70 годы в школе учителя боролись
с «длинноволосыми», усматривая в их облике подражание «битлам»;  они
насаждали школьную униформу на манер военной, «пропесочивали» на родительских
собраниях тех, кто, по их мнению, неправильно себя вел.
В большинстве обществ контроль девиантного поведения несимметричен:
отклонения в худшею сторону осуждаются, а в хорошую – одобряются. В зависимости
от того позитивным или негативным является отклонение, все формы девиаций можно
расположить на некоторые континуумы.
На одном его полюсе разместится группа лиц, проявляющих максимально
неодобряемое поведение: революционеры, террористы, непатриоты, политические
эмигранты, предатели, атеисты, преступники, вандалы, циники, бродяги.
На другом полюсе расположится группа с максимально одобряемыми отклонениями:
национальные герои, выдающиеся актеры и актрисы, спортсмены, ученые,
писатели, художники и политические лидеры, миссионеры, передовики труда,
очень здоровые и красивые люди.
                                                                   
        2. Наблюдение признаков девиации в обществе        
Если мы проведем статистический подсчет, то окажется, что в нормально
развивающихся обществах и в обычных условиях на каждую из этих групп
придается примерно по 10 – 15% общей численности населения. Напротив, 70%
населения составляют «твердые середняки» - люди с несущественными
отклонениями.
На рисунке 1.1 изображено нормальное распределение случайно появляющихся или
наблюдаемых признаков в обществе. Позитивные выдающиеся качества (смелость,
гениальность, сострадание и др.) встречаются среди людей так же редко, как
негативные выдающиеся качества. Поскольку они обращают на себя внимание
больше других, то создается впечатление, что их достаточно много. Тоже самое
происходит и с отклоняющимся поведением. Преступников-злодеев, если общество
развивается в нормальных условиях не больше 5%; людей, совершивших тяжкие
преступления непредумышленно и готовых встать на путь исправления, не должно
быть более 15%. Если эта цифра выше, то следует говорить о том, что общество
патологически больное.
Политический радикализм, порождающий революционеров, имеет своей питательной
средой  массовое недовольство населения существующим режимом. Если он
достигает высокой отметки, в обществе может произойти революция. Точных
экспертных расчетов не существует, но, вероятно, уровень недовольства
населения политическим режимом должен немного превысить 50%. Если такая
отметка не достигнута, то недовольство выражается в многочисленных формах
нереволюционного действия, в частности протестном движении.
По мнению специалистов, в большинстве стран доля граждан, радикально
отвергающих существенную политическую систему, обычно невелика и составляет
15 – 20%.уровень доверия населения к деятельности центральных органов власти,
как правило, не опускается ниже 25%. В противном случае считается, сто власть
потеряла доверие населения. Величина этого показателя связана с
экстраполяцией необходимого уровня поддержки кандидата его избирателями на
выборах.
     3. Континуум форм взаимодействия индивида и общества по Р.Кевен
                                                                   
Поставив целью изучить многообразие форм проявления девиантного поведения,
Р.Кевен построила теоретическую модель, описывающую взаимодействие индивида и
общества (рис. 2.1). она предложила континуум типов поведения от крайней
девиации при недоконформизме, или низшем уровне конформизма
(undereconformity), через промежуточные формы правильного поведения до
крайней девиации при сверхконформизме (overconformity). Схема Р.Кевен
представляет собой кривую Гаусса на горизонтальной прямой, разбитой на семь
равных сегментов.
Поведение, которое полностью одобряется и вознаграждается обществом, попадает в
хоны C, D, E. Им соответствуют сознательные, или законопослушные
, граждане. Поведение в зоне D, находящейся в середине континуума, вполне
регулируется и управляется существенными социальными институтами, которые
задают официальные нормы и официальные средства контроля. Поведение
подавляющего большинства людей в обществе группируется вокруг этой центральной
зоны, т.е. является конформным.
Те, чье поведение попадает в зоны B и F, называются маргинальными 
индивидами. Это недоконформисты. Они вечно спорят, конфликтуют и
даже враждуют с родителями, учителями и полицией. Но это не означает, что они
должны покинуть общество или быть от него изолированными. Общество
предупреждает их и делает все возможное, чтобы исправить неправильный образ
жизни. Сверхконформная молодежь в зоне F расположена вдоль
наружной границы приемлемого поведения и рискует быть исключенной из нормальной
социальной деятельности. Взрослые пытаются  убедить их в необходимости быть
более непринужденными, веселыми, непосредственными. Молодых людей их зоны B и F
окружающие люди либо с удовольствием принимаю в свой круг, либо отталкивают
вовсе. Если индивиды из зоны B ощущают отчуждение, они проявляют враждебность,
агрессивность, вандализм. Напротив, индивиды из зоны F начинают заниматься
самокопанием и критикой. Р.Кевен писала:
«Формальные стандарты, доминирующие в зоне D, - это социальные нормы. Они
связаны с ценностями, но не тождественны им. Ценности суть идеалы или
конечные цели, которые остаются недостижимыми. Это абстракция.  Социальные
нормы – это специальные формулы, помогающие перевести ценности в практически
достижимую форму. Вместе они конституируют ожидания общества и часто
утверждаются в таких терминах, которые подразумевают, что не достичь согласия
с нормами в повседневном поведении просто невозможно. Однако можно выявить
еще и третий  уровень – рабочие планы, или модальное поведение большинства
людей.
Чтобы общество нормально функционировало, необходим баланс между жестокими
социальными нормами и более мягким модальным поведением. Абсолютное согласие
(конформизм) с социальными нормами, проявляющееся у всех и всегда, редко
когда требуется. Надо делать уступку человеческой природе – трудности
постоянной концентрации на том, чтобы следить за каждой нормой и своими
действиями. Определенная уступка интитуциоанализирована в знакомом нам ритме
священного и карнавального. Так, после религиозных ритуалов, связанных с
Рождеством, мы идем домой и отмечаем светский Новый год. Делаются и другие
уступки, особенно самым молодым и самым старым. Поведение в зоне D, таким
образом, нельзя считать жестко конформным. Ему делаются некоторые уступки в
отклонении от нормы. Зона D – это область гибкого и толерантного поведения,
но лишь до определенных границ, переход за которые угрожает социальной
стабильности и порядка».
Самые экстремальные зоны, A и G, - это больше, чем только отклонение от принятых
норм. Здесь концентрируется область отчужденного и противостоящего поведения.
Молодежи с таким поведением не так много, она всегда в меньшинстве, но она
образует контркультуру со своими ценностями, иерархией отношений,
методами контроля, механизмами распределения ролей. В этих меньшинствах есть
«твердое ядро», включающее наиболее последовательных противников ценностей
официальной культуры. Представители подростковой контркультуры со временем
пополняют ряды взрослой криминальной контркультуры.
Так делинквентная (ненаказуемая законом) контркультура перерастает в
криминальную контркультуру. Мальчиков из зоны G обзывают «очкариками»,
«батанами», «любимчиками» учителей, «тюхтями» и т.п. Мальчиков из зоны A
обзывают иначе : «трудновоспитуемые», «хулиганы» и т.п. На полюсах A и G
сосредоточены те, кто нарушает рутинное течение жизни, но по-разному это
делает. Такова в общих чертах концепция Р. Кевен. Ей удалось связать степени
отклонения от среднего стандарта с социальным положением девиантов. Так,
поведение, которое  низший класс оценивает как попадающее в зону D, средний
класс может поместить в зону C либо в зону B. К примеру, беспорядочные
сексуальные отношения подростков из низшего класса считаются нормальными
представителями этого класса, но они же выглядят как делинкветные с точки
зрения представителей среднего класса, учителей и полицейских.
Можно сказать, что оценки одних т тех же поступков представителями разных
классов редко совпадают. Вот почему схематически континуумы среднего и
низшего классов будут смещены относительно друг друга (если шкалы расположены
друг над другом – низшего класса на верху, а среднего внизу, то зона А
среднего класса  окажется под зоной В низшего, В под С и т.п., т.е. все будут
смещены на одно деление вправо). Исследование показало, что проступки
мальчиков и девочек из школы-интерната более серьезные и частые, чем у детей
того же возраста, посещающих гимназии и лицеи.
                                                                   
     4. Изучение девиантности и конформизма Р. Мертона     
                                                                   
Когда Р. Мертон писал о конформизме и девиантности, он указывал на два вида
последней: заблуждение (aberrant behavior) и нонконформизм. Первое можно
расположить на левом полюсе Р.Кевен. заблуждающийся знает и принимает норму,
но ради собственной выгоды склонен их нарушать.  Он ведет себя
безответственно по отношению к обществу. Напротив, нонконформист
расположится на крайнем правом фланге шкалы. Он знаком с общественными
нормами, но считает их несправедливыми  и открыто попирает их, призывая
других к изменению существенного строя. Нонконформист ищет новую мораль и
действует вполне ответственно, хотя и отклоняется от существующих ожиданий.
Это социальный реформатор, намного опередивший свое время. Подобную форму
девиации с точки зрения долговременной перспективы следует назвать
конструктивной. А вот заблуждение как форму девиации надо признать
деструктивной.
Характерная черта девиантного поведения – культурный релятивизм. Это
означает, что социальная норма, принятая либо обществом, либо законодательно, -
явление сугубо относительное. Один и тот же поступок может считаться в одном
обществе положительным, в другом – рассматриваться как социальная патология.
Много примеров тому можно было бы привести из семейного права и семейных
традиций, обычаев разных народов. Осложнения возникают даже в одном
государстве, где действует единое законодательство, но проживают народы,
следующие в быту разным традициям, особенно если эти традиции поддерживаются и
религиозными нормами. Таков, например, конфликт между требованиями единобрачия
по российскому гражданскому праву и традицией множества, признаваемой исламом.
В первобытное время каннибализм, геронтоцид (убийство стариков),
кровосмешение и инфантицид (убийство детей) считалось нормальным явлением,
вызванным экономическими причинами (дефицит продуктов питания) либо
социальным устройством (разрешение брака между родственниками), но в
современном обществе это считается девиантным, а в некоторых случаях и
криминальным поведением.
Культурный релятивизм может быть сравнительной характеристикой не только двух
разных обществ или эпох, но также двух или нескольких больших социальных
групп внутри одного общества. Пример таких групп – политические партии,
правительство, социальный класс или слой, верующие, молодежь, женщины,
пенсионеры, национальные меньшинства. Так, непосещение церковной службы –
девиация с позиции верующего человека, но норма с позиции неверующего. Этикет
дворянского сословия требовал обращения по имени-отчеству, а уменьшительное
имя (Колька или Никитка) – норма обращения в низших слоях – считалось у
первого девиацией. И сегодня мы обращаемся к любому человеку, кому стремимся
высказать максимальное уважение, по имени и отчеству, а в быту, в дружеской
компании обращаемся по имени.
Убийство на войне разрешается и даже вознаграждается, но в мирное время
наказывается. В Париже проституция легальна (узаконена) и не осуждается, в
других странах она считается девиантной (узаконенной, но общественным мнением
неодобряемой), в третьих – незаконной (преступной)
и неодобряемой (девиантной) формой поведения. Отсюда следует, что критерии
девиантности относительны и не могут рассматриваться в отрыве от данной
культуры.
Кроме того, критерии девиантности меняются во времени даже в рамках одной и
той же культуры. После Второй мировой войны курение получило в США широкое
распространение и снискало социальное одобрение. Курить в квартире или в
офисе считалось нормальным поведением. Но в 1957 г. ученые доказали, что
курение – причина многих серьезных заболеваний, в том числе рака легких.
Постепенно широкая общественность начала компанию против курения. И сегодня в
США курильщики превратились в объект всеобщего осуждения. В СССР в 60-е годы
считались девиантными «стиляги», носившие длинные волосы и узкие брюки,
подражавшие «буржуазному образу жизни». Их внешний вид связывали с
нравственным растлением. В конце 80-х годов наше общество изменилось, и форма
брюк и длина волос перестали быть предметом гонения.
Из этого всего следует: девиация относительна; она оценивается в зависимости от:
а) исторической эпохи
б) культуры общества
Относительность в социологии получила специальное название – релятивизм.
Хотя большая часть людей большую часть времени ведет себя в согласии с законами,
таких людей нельзя считать абсолютно законопослушными, т.е. социальными
конформистами. Так, при обследовании жителей Нью-Йорка 99% опрошенных
признались в том, что они совершили один и более незаконных поступков,
например, воровали в магазине, обманывали налогового инспектора или постового,
не говоря уже о более невинных шалостях – опоздании на работу, переходе улицы
или курении в неположенных местах. Полную картину девиантного поведения в
конкретном обществе составить весьма трудно, поскольку полицейская статистика
регистрирует незначительную часть происшествий.
Девиантным может оказаться самый невинный на, первый взгляд, поступок,
связанный с нарушением традиционного распределения ролей. Скажем, более
высокая зарплата жены окружающим может показаться ненормальным явлением, так
как муж испокон веков – главный производитель материальных ценностей. В
традиционном обществе подобное распределение ролей в принципе не могло
возникнуть.
Борьба с девиациями часто перерождалась в борьбу с разнообразием чувств,
мыслей, поступков. Обычно, она оказывается нерезультативной: через какое-то
время отклонения возрождаются, и в еще более яркой форме. В конце 80-х годов
советская молодежь подражала западным моделям поведения настолько откровенно,
что бороться с этим государство было не в силах. Снятие социальных и
идеологических запретов в конце 80-х годов обогатило общественную жизнь
творчеством и разнообразием.
                                                                   
          5. Модель девиации Ю.Блэйка и К. Дэвиса          
                                                                   
Юдит Блэйк и Кингслей Дэвис разработали четырехчленную модель девиации,
понимая девиантность в широком смысле. Они утверждают, что возможны минимум
четыре отношения между мотивами и поступками людей. Мотивы и поступки могут
согласовываться или отклоняться от ожидаемых стандартов. В таблице 1.2
представлен адаптированный вариант схемы Ю.Блэйк и К. Дэвис.
Какое бы общество мы ни взяли, многие люди попадают в категории (1) и (4).
Они хотят (это их мотивы) подчиняются существующим нормам и ведут себя (это
их поступок) соответствующим образом. Либо они не хотят подчиняться нормам и
нарушают их. Между позициями (1) и (4) возможны и промежуточные ситуации.
Например, некоторые люди нарушают нормы не осознавая того, т.е. делают это
ненамеренно (2). Причиной может служить элементарная ошибка в суждениях,
незнание правил или невозможность в данный момент соблюсти конкретное правило
(вынужденное нарушение). В последнюю категорию (3) попадают те, кто
сознательно желает нарушить правила, но не делает того. Что их  отпугивает?
Страх перед наказанием? Здравое рассуждение о том, что соблюдение
общественных норм сулит им больше выгоды, нежели их нарушение? Как бы то ни
было, попадающие в категорию (3) не отклоняются в своих поступках потому, что
у них нет культурных и социальных возможностей нарушить правила. Например,
далеко не все бедняки способны ограбить прохожего, или магазин, хотя к этому
их склоняет бедственное положение. Кого-то сдерживает страх наказания, кого-
то нравственные нормы (внутренний контроль), кто-то боится, что не успеет
убежать , и т.д.
Существует еще одно измерение девиации: некоторые девианты ложно обвинены, а
другие являются скрытыми девиантами. Чрезвычайно важно не только то, кто ты
на самом деле, но и то, каким тебя считают окружающие. Ложное обвинение
построено как раз на том, что человек на самом деле не нарушил правила, но
окружающие считают его виновным. В связи с этим Говард Беккер выделил четыре
возможные категории восприятия, или оценки, нарушений другими людьми (табл.
2.2).
Некоторые ученые называют девиацией всякое неуместное или непристойное
поведение. Соглашаясь с ним, Г.Беккер сумел четко выделить четыре категории:
действительные девианты и конформисты, с одной стороны, и две промежуточные
группы. Ложно обвиненные  - это те, кто являются конформистами, но обществом
воспринимаются, как девианты. Причиной может служить ошибка судебного
приговора, сознательное искажение фактов следователем с намерением засудить
данного человека, распускание порочащих слухов, клевета и иные формы обмана
общественного мнения. На практике с ложно обвиненным, или ложным, девиантом
общество ведет себя тек же, как с действительными: их судят, приговаривают,
наказывают, подвергают остракизму, всеобщему презрению или осуждению. Бывает
очень сложно различить истинным и ложным девиантов.
Таким образом, девиантность трудно распознать и анализировать, так что одни
девианты искусно скрываются, а других людей ложно обвиняют в нарушениях.
Нормы трудно точно определить, в результате чего девиантность принимает
огромное множество промежуточных форм.
Поскольку критерии определения девиантного поведения неоднозначны и часто
вызывают разногласия, трудно точно установить, какие типы поведения следует
считать девиантными в нашем обществе. Например, с помощью таблицы 3.2 мы
можем убедиться в том, насколько по-разному люди относятся к абортам (следует
учитывать, что девиацию нельзя отождествлять с преступностью, хотя анализ
девиантности часто фокусируется на криминальном поведении. Преступность, или
поведение, запрещенное уголовным законодательством, является одной из форм
девиации).
                    6. Причины девиации                    
                                                                   
Если девиация и конформизм – две стороны одной медали, почему первой
уделяется больше внимания? Вероятно, она особо привлекательна и, в тоже время
является источником повышенного беспокойства для окружающих. В прошлом веке
социальные исследователи предложили множество объяснений девиации:
                   6.1Биологическое объяснение.                   
В конце XIXв. итальянский врач Чезаре Ломброзо обнаружил связь между
криминальным поведением и определенными физическими чертами. Он считал, что
люди предрасположены к определенным типам поведения по своему биологическому
складу. Он утверждал, что «криминальный тип» есть результат деградации к более
ранним стадиям человеческой эволюции.  Этот тип можно определить по таким
характерным чертам, как выступающая нижняя челюсть, реденькая бородка и
пониженная чувствительность к боли. Теория Ломброзо получила широкое
распространение, и некоторые мыслители стали его последователями – они тоже
устанавливали связь между девиантным поведением и определенными физическими
чертами людей.
     Уильям Х. Шелдон (1940), известный американский психолог и врач,
подчеркивал важность строения тела. Он считал, что у собак некоторых пород
имеется склонность следовать определенным образцам поведения. Также и у людей
определенное строение  тела означает присутствие характерных личностных черт. 
Эндоморфу (человеку умеренной полноты с мягким и несколько округлым
телом), свойственны общительность, умение ладить с людьми  и потворство своим
желаниям. Мезоморф (чье тело отличается силой и
стройностью)проявляет склонность к беспокойству, он активен и не слишком
чувствительный. И, наконец, эктоморф, отличающийся тонкостью и
хрупкостью тела, склонен к самоанализу, наделен повышенной чувствительностью и
нервозностью.
Опираясь на исследование поведения двухсот юношей в центре реабилитации, 
Шелдон сделал вывод, что наиболее склонны к девиации мезаморфы, хотя они
отнюдь не всегда становятся преступниками.
Хотя подобные биологические концепции были популярны в начале ХХ в., другие
концепции их постепенно вытеснили. Были получены данные о том, что некоторые
умственные расстройства, особенно шизофрения, могут быть обусловлены
генетической предрасположенностью. Кроме того, некоторые биологические
особенности могут оказывать влияние на психику личности. Например, если
мальчика дразнят за маленький рост, его ответная реакция может быть
направлена против общества и выразиться в девиантном поведении. Но в таких
случаях биологические факторы лишь косвенно способствуют девиации, сочетаясь
с социальными или психологическими. Поэтому, при любом биологическом анализе
девиации необходимо учитывать сложную совокупность моих факторов.
В последнее время биологическое объяснение фокусируется на аномалиях половых
хромосом (XY) девианта. В соответствии с нормой , женщина обладает двумя
хромосомами типа Х, в то время, как для мужчины характерно наличие одной
хромосомы типа X и одной хромосомы типа Y. Но иногда, у отдельных людей имеются
дополнительные хромосомы типов X или Y (XXY, XYY или, что встречается очень
редко, XXXY, XXYY и т.д.). На основе изучения поведения пациентов мужского пола
в специализированной психиатрической больнице в Шотландии Прайс и его
коллеги (1966, 1967) установили, что наличие дополнительной хромосомы типа Y
было свойственно мужчинам выше среднего роста, которые оказались тяжелыми
психопатами. В дальнейшем на материале исследования датской преступности Уиткин
и его коллеги (1976) обнаружили, что среди мужчин с составом хромосом XYY
наблюдался более высокий уровень правонарушений, чем среди людей, входивших в
контрольную группу и не обладающих дополнительными хромосомами. Однако,
мужчины, имевшие состав хромосом типа XYY, не были выше среднего роста. Кроме
того, это исследование подтвердило данные, что среди мужчин с составом хромосом
типа XYY, больше осужденных не за убийства, а за преступления, связанные с
присвоением чужой собственности. На основе этих данных исследователи выразили
сомнение по поводу того, что генетическая предрасположенность к агрессии
способствует преступности мужчин  с хромосомами типа XYY. Вместе с тем, они
обладают значительно более низким интеллектуальным потенциалом (что подтвердили
тесты оценки уровня интеллекта).
Хотя эти данные внушают доверие, возникают некоторые трудности, когда
обнаруживается, что мужчины, обладающие набором хромосом типа XYY, в большей
мере свойственна биологически предопределенная тенденция к криминальному
поведению, сем имеющим набор хромосом типа  XY. Возможно, иногда необычная,
даже пугающая внешность таких мужчин в какой-то мере способствует тому, что
их арестовывают и признают виновными чаще, чем людей с заурядной внешностью
(Тэйлор, Уолтон и Янг, 1973). Если в самом деле учитывать уровень развития их
интеллекта, можно предположить, что обладающих хромосомами XYY легче поймать
на месте преступления , но это не означает, что они чаще других совершают
преступления.
                  6.2 Психологическое объяснение                  
                                                                          
Психологический подход, так же как и биологические теории, рассмотренные выше,
часто применяется к анализу криминального поведения. Мыслители прошлого,
которые стремились к психологическому объяснению девиации, подчеркивали
важность так называемых общих состояний: «умственных дефектов»,
«дегеративности», «слабоумия» и «психопатии». Криминологи старались с помощью
научных методов установить связь между названными состояниями и криминальным
поведением. Психоаналитики предложили теорию, которая связывала девиантные
поступки с психическими отклонениями. Например, Фрейд ввел понятие –
«преступники с чувством вины» - речь идет о людях, которые желают, чтобы их
поймали и наказали потому, что они чувствуют себя виноватыми из-за своего
«влечения к разрушению», они уверены, что тюремное заключение в какой-то мере
помогло бы им преодолеть это влечение (Фрейд, 1916 - 1957). Что касается
сексуальной девиации, то некоторые психологи полагали, что эксгибиционизм,
половые извращения и фетишизм обусловлены непреодоленным страхом кастрации.
Например, демонстрируя свой половой орган, эксгибиционист, возможно, тем самым
убеждался в его сохранности.
Тщательные исследования показали, что сущность девиации нельзя объяснить только
лишь на основе анализа психологических факторов. В 1950г. Шуэсслер и Кресси 
проделали критический обзор многих научных работ, авторы которых пытались
доказать, что правонарушителям и преступникам свойственны некоторые
психологические особенности, не характерные для законопослушных граждан. Однако
не было выявлено ни одной психологической черты, например, эмоциональная
незрелость, психическая неустойчивость или обеспокоенность, которые могли бы
быть наблюдаемы у всех преступников (Шуэсслер, Кресси, 1950). В настоящее время
большинство психологов и социологов признают, что особенности личности и мотивы
ее поступков, наверное, оказывают важное влияние на все виды девиантного
поведения. Но, по-видимому, с помощью анализа какой-то одной психологической
черты, конфликта или «комплекса» нельзя объяснить сущность преступников или
любого другого типа девиации. Более вероятно, что девиация возникает в
результате сочетания многих социальных и психологических факторов.
               6.3 Социологическое объяснение               
                                                                          
Биологическое и психологическое объяснение девиации связаны главным образом с
анализом природы девиантной личности. Социологическое объяснение учитывает
социальные и культурные факторы, на основе которых людей считают девиантами.