Каталог :: Политология

Реферат: Грузино-Абхазский конфликт

                    Министерство образования и науки Украины                    
                        Донецкий национальный университет                        
                               Кафедра политологии                               
                                
                  на тему: «Грузино-Абхазский конфликт»                  
Студента  Скрыпника Сергея                                        
Руководитель: Чальцева Е.М.
Специальность   «Финансы»
Форма обучения   дневная
Группа   0104А
                                   Донецк 2005                                   
Грузино-абхазский конфликт новейшего времени имеет глубокие исторические
корни. Абхазы (самоназвание «апсуа») - этнос, близкий по языку к адыгским
народам Северо-Западного Кавказа. В дореволюционный период территория
сегодняшней Абхазии была разделена между территориями современных Грузии и
РФ.
После распада Российской империи и образования на ее территории новых
независимых государств, в том числе Демократической республики Грузия,
«абхазский вопрос» стал точкой пересечения интересов белогвардейских
Вооруженных сил Юга России под командованием А.И. Деникина и независимой
Грузии. Летом 1918 г. Абхазия была включена в состав грузинского государства.
Этот процесс сопровождался вводом грузинских войск на территорию Абхазии и
разгоном абхазского Народного совета. Жесткий национализм меньшевистского
правительства Грузии способствовал большевизации Абхазии. В марте 1921 г.
была провозглашена Советская социалистическая республика Абхазия. В декабре
того же года она вошла по союзному договору в состав Грузии – уже советской.
В 1931 г. была создана Абхазская АССР в составе Грузинской ССР. При Сталине
грузинским республиканским руководством проводилась жесткая политика
дискриминации по отношению к абхазскому населению. В 1937-1938 гг. в основу
абхазского алфавита была положена грузинская графика, в 1945-1946 гг.
обучение в абхазских школах было переведено на грузинский язык, были заменены
многие абхазские топонимы. Впоследствии дискриминационные меры по отношению к
абхазскому населению были существенно смягчены, появились СМИ на абхазском
языке, возродилось национальное образование.
Однако политика этнической дискриминации принесла свои отрицательные плоды. Тем
более, что, по мнению абхазской стороны, экономическая политика Грузинской ССР
и в 1960-1980-е гг., основанная на массовом привлечении в Абхазскую АССР
рабочей силы из Грузии, была нацелена на изменение этнодемографического баланса
не в пользу абхазов. И если в 1959 г. на территории Абхазии проживало 158 221
грузин (абхазов - 61 193), то в 1970 г. - 213 322 грузин (абхазов - 83 907). В
1979 г. грузины составляли уже 43,8 % населения автономии. «Политика репрессий
в отношении абхазского языка и культуры, осуществлявшаяся совершенно
конкретными лицами грузинской национальности (причем не только высшими
чиновниками, но и рядовыми исполнителями), формировала обобщенный «образ врага»
по отношению к самой массе грузинских переселенцев, обладавших к тому же
социальными привилегиями»,- констатирует современный грузинский исследователь
Гия Нодия8.
Абхазское население стало связывать свои надежды на этнонациональное
самоопределение с выходом из состава Грузии. В 1957, 1967, 1977 гг.
представителями абхазской этнонациональной интеллигенции готовились обращения
к руководству СССР с просьбами о выходе из состава Грузинской ССР и вхождении
в состав РСФСР (или образования самостоятельной Абхазской ССР). При этом
абхазские лидеры апеллировали к опыту Советской социалистической республики
Абхазия 1921 г. С началом этнонационального самоопределения грузин в период
«перестройки» обострился и «абхазский вопрос». В марте 1989 г., как уже
говорилось, в селе Лыхны состоялся 30-тысячный сход, на котором было заявлено
о необходимости возвращения Абхазии «политического, экономического и
культурного суверенитета в рамках ленинской идеи федерации».
Трагедия 9 апреля 1989 г. в Тбилиси привела к отставке первого секретаря ЦК
Компартии Грузии Джумбера Патиашвили и назначению на пост главы Компартии
республики председателя республиканского КГБ Гии Гумбаридзе. Однако и
Патишвили, и Гумбаридзе фактически самоустранились от разрешения острых
этнополитических и общеполитических проблем республики. Более того, оба
коммунистических лидера для поднятия собственной популярности начали
заигрывать с грузинскими националистами. Усиление позиций последних
спровоцировало новую волну конфликтов. Абхазский форум «Айдгылара» обратился
к Председателю Верховного Совета СССР М.С.Горбачеву с просьбой о немедленном
введении особого порядка управления Абхазией (8 июля 1989 г.). 15-18 июля
1989 г. в Сухуми прошли первые вооруженные столкновения между грузинами и
абхазами.
С 1989 г. до сегодняшнего дня грузино-абхазский конфликт новейшего времени
прошел несколько этапов. Первый этап (март 1989 – июль 1992 г.) - политико-
правовой. В отличие от Южной Осетии, конфликт начинался не с идеологического
обоснования взаимных этнических претензий, а как спор о юридической
правомерности (неправомерности) вхождения Абхазии в состав Грузии и
юридической же обоснованности (необоснованности) этнонационального
самоопределения Грузии и Абхазии. На первом этапе борьба шла не столько между
Тбилиси и Сухуми, сколько между абхазской и грузинской общинами в самой
Абхазии. Грузино-абхазское противоборство отличалось и большей по сравнению с
Южной Осетией этнической мозаичностью. На лыхненском сходе присутствовали
около пяти тысяч представителей от армянской, русской и греческой общин
Абхазии. Абхазские националисты акцентировали внимание общественности на том,
что противниками «грузинизации» Абхазии являются не только этнические абхазы,
но также и русские, армяне, греки. Для идеологического и правового
обоснования национального самоопределения Абхазии немало сделал лидер русской
общины Абхазии – историк и археолог Юрий Воронов. Говорить об абхазском
сепаратизме в 1989 - начале 1992 гг. неправомерно. В это время сепаратистами
по отношению к СССР выступали сами грузины, в то время как абхазы
противодействовали грузинским национал-радикалам и защищали существовавшее на
тот момент единое государство. После распада СССР абхазская элита
первоначально выступала с позиций «советского реваншизма».
Второй этап (июль 1992 - июль 1994 гг.) - военно-политический. Рубежом между
первым и вторым этапами стало решение Верховного Совета Абхазии об отмене
Конституции Абхазской АССР 1978 г. и восстановлении Конституционного проекта
1925 г. Аннулирование правовой базы вхождения Абхазии в состав Грузии и
ответная реакция грузинских властей - ввод войск Госсовета Грузии на
территорию Абхазии - стали началом крупного вооруженного столкновения.
Грузино-абхазский конфликт из межэтнического противоборства на территории
Абхазии перерастает в военное столкновение между грузинским государством и
мятежной территорией. С этого времени абхазское национальное движение из
просоветского превращается в сепаратистское. Своей главной целью оно видит
выход из состава независимой Грузии. Осенью 1993 г. Грузия терпит военное
поражение и фактически теряет свой контроль над территорией Абхазии. Однако
это событие не положило конец военному противоборству между конфликтующими
сторонами.
Третий этап (июль 1994 г. – настоящее время) - попытки урегулирования
последствий грузино-абхазского конфликта. Рубежом между вторым и третьим
этапом стала масштабная миротворческая операция российских миротворческих
сил. С 1994 г. грузино-абхазский конфликт, несмотря на отдельные эксцессы в
1998 и 2001 гг., перешел в формат переговорного процесса между
противоборствующими сторонами при участии России и международных структур - о
статусе Абхазии и проблеме возвращения грузинских беженцев в места их
прежнего проживания.
Как и Грузия в начале 1990-х гг., Абхазия после обретения фактической
независимости сделала ставку на этничность как главный принцип организации
власти. Фактически она позиционировала себя как этническое абхазское
государство. Подобная политика в стратегическом плане оказалась не слишком
дальновидной. На сегодняшний день большая и экономически влиятельная
армянская община фактически не получила достойного представительства в
органах власти и управления на всех уровнях. В ближайшем будущем эта проблема
способна кардинально изменить весь политический ландшафт Абхазии. Не слишком
перспективной представляется и отношение официального Сухуми к грузинской
(точнее сказать, мегрельской) общине Гальского района. Между тем гальских
мегрелов можно было (и нужно было) превратить в союзников абхазской власти,
противопоставив их «имперской» политике Тбилиси, учитывая непростые грузино-
мегрельские отношения. Это бы, во-первых, сняло определенную часть обвинений
в адрес Сухуми в этнической предвзятости, во-вторых, разрешило бы отчасти
проблему перемещенных лиц, а в-третьих, способствовало бы стабилизации
ситуации в самом проблемном районе Абхазии - Гальском. По крайней мере,
лояльные абхазским властям мегрелы были бы для Сухуми гораздо
предпочтительнее, чем «пятая колонна». Результаты выборов 3 октября 2004 г.
однозначно говорят в пользу этого тезиса. Маргинальный статус гальских
мегрелов объективно работает против республики. Любой политик, который
получает их голоса, автоматически становится союзником Тбилиси. «Внешний
противник» получает возможность (благодаря, а не вопреки официальному Сухуми)
вносить раскол внутрь абхазской элиты. Таким образом, борьба за этническую
чистоту на практике оборачивается против Абхазии. В конечном итоге, как и
Грузия в начале 90-х, непризнанная республика становится нелегитимным
государством для «нетитульных» этнических групп.
Революция с помощью отрядов младогрузин в Абхазии нереализуема. Грузинский
суверенитет в Абхазии можно установить силой. Но в случае военной операции в
нынешних условиях победа грузин сомнительна. Она не произошла в начале 90-х
даже при наличии мощного «грузинского фронта» внутри Абхазии (почти 240-
тысячной общины) и грузинских анклавов в Гагре и Гантиади, которых теперь не
существует. Успех грузинской стороны в инкорпорировании Абхазии возможен при
совпадении нескольких условий, от Грузии не слишком зависящих.
Первый вариант: Россия решит ради дружбы с Грузией «сдать» Абхазию, вывести
свой миротворческий контингент и предоставить карт-бланш президенту
Саакашвили. Тем самым Россия откажется от военно-политической поддержки 70
тыс. своих граждан, которым были выданы российские паспорта. В этом случае
РФ, возможно, получит новый открытый межэтнический конфликт и несколько
десятков тысяч беженцев на своих южных границах. При этом беженцы,
вынужденные покинуть родину, будут настроены по отношению к своему новому
отечеству как к предателю. (К слову сказать, на перенаселенном и
трудоизбыточном юге России уже есть беженцы из Карабаха и те же грузины -
беженцы из Абхазии). Кубанский губернатор А. Ткачев как защитник интересов
русского большинства от миграционного нашествия получит дополнительную
популярность и, как знать, возможно, и шансы на успех в общероссийском
масштабе. В любом случае сдача Россией Абхазии и объективно работает на
пользу политиков национал-патриотического плана. Грузия же, вероятнее всего,
получит латентную партизанскую войну в горах мятежной Абхазии.
Второй вариант: США (как вариант - США и Евросоюз) «купит» абхазскую элиту и
гарантирует ей сохранение статуса в едином грузинском государстве. Отчасти
(подчеркнем, в формально-правовой части) такой вариант предусмотрен и планом
грузино-абхазского урегулирования экс-представителя ООН в Абхазии, немецкого
дипломата Дитера Бодена. В плане Бодена говорится о федеративном соглашении
между Тбилиси и Сухуми и включении Абхазии в состав единого грузинского
государства. При этом речь идет о предоставлении местной элите особых
преференций. Но и в «покупке» абхазской элиты есть одна загвоздка, которая
разрушает привлекательную на первый взгляд конструкцию. Главная проблема
начнется с возвращения грузинских перемещенных лиц, что предполагает и план
Дитера Бодена, и многочисленные резолюции ООН по Абхазии, и миротворческие
проекты европейских структур. При этом речь идет о возвращении не в Гальский
приграничный район, а в Сухуми, Гагру, Гантиади, Леселидзе. Что получится в
результате? Во-первых, «возвращенцы» коренным образом изменят нынешнюю
этнодемографическую ситуацию и снова превратят абхазов в этническое
меньшинство. Тогда «купленная» абхазская элита в одночасье превратится в
национал-предателей со всеми вытекающими последствиями, описанными выше в
первом сценарии.