Каталог :: Политология

Реферат: Геополитическая концепция Маккиндера

                                                                      5 курс ОМО
                                 Реферат:                                 
                   Геополитическая концепция Маккиндера                   
В 1904 году Маккиндер опубликовал доклад "Географическая ось истории"
, содержащий его геополитическую концепцию, в которую в 1919 и 1943 годах
были внесены определённые коррективы. Согласно этой концепции, определяющим
моментом в судьбе народов и государств является их географическое положение.
Причем влияние географического положения страны на ее внешнюю и внутреннюю
по­литику по мере исторического развития, по мнению Маккиндера, не уменьшается,
а наоборот становится более значительным. Суть основ­ной идеи Маккиндера
состояла в том, что роль осевого региона мировой политики и истории играет
огромное внутреннее про­странство Евразии, и что господство над этим
          пространством мо­жет явиться основой для мирового господства.          
Маккиндер считал, что любая континентальная держава (будь то Россия, Германия
или даже Китай), захватившая господствующее положение в осевом регионе, может
обойти с флангов морской мир, к которому принадлежала в первую очередь
Великобритания. В этой связи он предостерегал против опасности русско-
германского сближения. Оно, по его мнению, могло бы объединить наиболее
крупные и динамичные "осевые" народы, способные вместе сокрушить мощь
Британии. В качестве одного из средств от опасности он предлагал укрепление
англо-русского взаимопо­нимания.
Маккиндер утверждает, что для любого государства самым выгодным
географическим положением было бы срединное, центральное положение.
Центральность – понятие относительное, и в каждом конкретном географическом
контексте она может варьироваться. Но с планетарной точки зрения, в центре
мира лежит Евразийский континент, а в его центре – "сердце мира", "хартленд"
(heartland). Хартленд – это средоточие континентальных масс Ев­разии. Это
наиболее благоприятный географический плацдарм для контроля надо всем миром.
Хартленд является ключевой территорией в более общем контексте – в пределах
"мирового острова" (World Island). В мировой остров Маккиндер включает три
континента – Азию, Африку и Европу. Таким образом, Маккиндер иерархизирует
планетарное пространство через систему концентрических кругов. В самом центре
– "географическая ось истории" или "осевой ареал" (pivot area), Это
геополитическое понятие географически тождественно России. Та же "осевая"
реальность называется хартленд, "земля серд­цевины".
Далее идет "внутренний или окраинный полумесяц (inner or marginal crescent)".
Это – пояс, совпадающий с береговыми про­странствами евразийского континента.
Согласно Маккиндеру, "внутренний полумесяц" представляет собой зону наиболее
интен­сивного развития цивилизации. Это соответствует исторической гипотезе о
том, что цивилизация возникла изначально на берегах рек или морей, так
называемой "потамической теории". Надо за­метить, что эта теория является
существенным моментом всех гео­политических конструкций. Пересечение водного
и сухопутного пространств является ключевым фактором истории народов и
го­сударств. Далее идет внешний круг: “внешний или остро­вной полумесяц
(outer or insular crescent).” Это зона целиком вне­шняя (географически и
культурно) относительно материковой массы мирового острова.
Маккиндер считал, что главной задачей англосаксонской гео­политики является
недопущение образования стратегического континентального союза вокруг
"географической оси истории". Следовательно, стратегия сил "внешнего
полумесяца" состоит в том, чтобы оторвать максимальное количество береговых
про­странств от хартленда и поставить их под влияние "островной цивилизации".
Маккиндера первым посту­лировал глобальную геополитическую модель. Он
неустанно  подчеркивал особое значение географических реальностей для мировой
политики, считая, что причиной, прямо или косвенно вызывавшей все большие
войны в истории человечества, было, помимо неравномерного развития
государств, также и неравномерное распределение плодородных земель и
стратегических возможностей на поверхности планеты.
История, по Маккиндеру, географически вращается вокруг континентальной оси.
Эта история яснее всего ощущается именно в пространстве "внутреннего
полумесяца", тогда как в хартленде царит "застывший" архаизм, а во "внешнем
полумесяце" – некий цивилизационный хаос.
На политическом уровне это означало признание ведущей роли России в
стратегическом смысле. Маккиндер считал, что Россия зани­мает в целом мире
столь же центральную стратегически позицию, как Германия в отношении Европы.
Она может осуществлять на­падения во все стороны и подвергаться им со всех
сторон, кроме севера. И всё зависит от развития ее железнодорожных
возможностей, что является делом времени.
Маккиндер считал, что исходным пунктом в судьбе наро­дов и государств
является географическое положение занимаемых ими территорий. Это
географическое положение является "извеч­ным", независящим от воли народов
или правительств, и влияние его, по мере исторического развития, становится
все более и более значительным. Сопротивляться "требованиям", ко­торые
обусловлены географическим положением, бесполезно.
Связь между историей и географией нужна Маккиндеру толь­ко для того, чтобы
доказывать "неправомерность" возникнове­ния таких государственных образований
или общественных фор­маций, которые, по его словам, противоречат требованиям
"географической инерции".
В процессе формирования современного мира, согласно тео­рии Маккиндера,
вначале выделяется Центральная Азия (как осе­вая область истории), из которой
в свое время монголы распрост­ранили свое влияние на азиатскую и европейскую
историю благо­даря преимуществу в подвижности их конников. Однако со времен
Великих географических открытий баланс сил значительно изме­нился в сторону
приокеанических стран, в основном Великобри­тании. Тем не менее Маккиндер
считал, что новая транспортная технология, в час­ности железные дороги,
изменит баланс геополитических сил снова в пользу сухопутных государств.
Границы "хартленда" оп­ределялись им зоной, не доступной морской державе.
"Хартленд" был очерчен "внутренним полумесяцем" на материковой Европе и Азии,
"внешним полумесяцем" островов и континентов за пре­делами Евразии. При этом
Маккиндер приводит исторические примеры непобедимости "хартленда": морские
корабли не могут вторгнуться в эту зону, а попытки окраинных стран всегда
закан­чивались неудачами (например, шведского короля Карла XII, Наполеона).
Модель отражала желание корректировки традиционной бри­танской политики
поддержания баланса сил в Европе, так, чтобы ни одно континентальное
государство не могло угрожать Вели­кобритании. Было стремление помешать
Германии в союзе с Рос­сией контролировать "хартленд" и таким образом
управлять ре­сурсами для свержения Британской империи.
Сам Маккиндер отождествлял свои интересы с интересами ан­глосаксонского
островного мира, то есть с позицией "внешнего полумесяца". В такой ситуации
основа геополитической ориента­ции "островного мира" ему виделась в
максимальном ослаблении хартленда и в предельно возможном расширении влияния
"внеш­него полумесяца" на "полумесяц внутренний".
Основное "практическое" положение Маккиндера заключалось в том, что островное
положение Великобритании требует от нее сопротивления силам, исходящим из
"колыбели потрясений" – из области, находящейся на стыке Европы и Азии, между
Уралом и Кавказом. Отсюда, по Маккиндеру, шли переселения народов, искони
угрожавшие древним цивилизациям. Объединение или союз народов, находящихся по
обе стороны "колыбели потрясе­ний", в частности русских и немцев, заявляет
Маккиндер, угрожа­ет Великобритании, которая обязана поэтому объединить под
сво­им руководством народы, расположенные на "краю" или "окраи­не" Евразии.
Подобными геополитическими соображениями Маккиндер обосновывает правомерность
британских притязаний на всю "окраи­ну" Евразии (то есть на территории
Средиземноморья, Ближнего  Востока, Индии и Юго-Восточной Азии, плюс опорные
пункты в Китае), а также правильность британской политики "окружения"
Германии и союза с Японией. Одновременно с этим Маккиндер считал основной
задачей британской внешней политики предотвращение союза (объединения) России
и Германии.
Маккиндер, выражая британские интересы, страшился одно­временно и России и
Германии. Постоянная обеспокоенность тем, что Россия может захватить
Дарданеллы, прибрать к рукам Османскую империю и выйти к Индии довлела и над
английской практической политикой, и над ее теоре­тическими умами. Россия,
утверждал Маккиндер, стремится к ов­ладению прибрежными странами с
незамерзающим морем. Анг­лийское же господство в британской мировой империи
основано как раз на владении прибрежными странами Европы, вследствие чего
всякое изменение соотношения сил в прибрежных странах должно подорвать
позиции Англии. Из двух зол – Россия и Германия – Маккиндер все же выбрал, на
его взгляд, наименьшее – Россию, и весь политический пафос своего
произведения направил против Германии как ближайшей непосредственной угрозы
британским интересам. Опасаясь дви­жения Германии на восток, к центру
хартленда, он предлагал со­здание "срединного яруса" независимых государств
между Росси­ей и Германией.
У Маккиндера вызвала опасение не только угроза прямой германской военной
экспансии на восток, но и сколько мирное и постепенное проникновение в
разрушенную революцией Россию более экономически развитой и энергичной
Германии. Он был убежден, что методы "экономи­ческого троянского коня" могут
завершаться возобновлением гражданской войны в России и конечной интервенцией
германс­ких "спасителей порядка", "приглашенных" отчаявшимся наро­дом.
В связи с концепцией Маккиндера нельзя пройти мимо одной важной детали, на
которую обращали внимание многие ее крити­ки: Маккиндер нигде и никогда не
давал определенного описания западных границ хартленда, оставляя этот вопрос
на разумение своих читателей. Хотя он и ссылался в общих чертах на то
обсто­ятельство, что стратегически хартленд включает Балтийское море, Дунай,
Черное море. Малую Азию и Армению, дальше этого он, однако, не шел, так как
понимал, что ситуация в Центральной Европе будет оставаться не стабильной.
Зыбкая граница, установленная после первой мировой войны, была полностью
разрешена уже в 1939 году. Вто­рая мировая война завершилась, казалось бы,
установлением бо­лее прочной и "справедливой" разделительной линии между
западной и восточной частями Европы, и ее можно было бы услов­но принять за
западную границу хартленда. На рубеже 1989-90-х годов она также рухнула, и
это новое ее разрушение сопровожда­лось образованием в центре Европы новой
"буферной зоны", толь­ко еще более зыбкой, еще более чреватой конфликтами,
еще более ненадежной и опасной, нежели то было после первой мировой войны.
Особенность ее образования на сей раз состояла в том, что оно было стихийным,
не имеющим какой-либо определенной по­литической цели а потому и будущая ее
роль скрыта в полной неизвестности.