Каталог :: Архитектура

Доклад: Аничков Мост

Аничков Мост
Первый мост через Фонтанку по приказу Петра I начали строить в 1713 году, на
что из казны выделили 50 рублей. Мост этот стоял в створе нынешней
Итальянской улицы. Он получил свое название по фамилии командира
адмиралтей­ского «работного батальона» М. О. Аничкова. Мост обвет­шал, и в
1726 году на Большой Першпективой дороге (как тогда назывался Невский
проспект) построили второй Анич­ков мост. Его сделали подъемным — для
прохождения по Фонтанке судов с мачтами. Тогда же на месте современного дома
на набережной Фонтанки (№ 29/66) поставили гаупт­вахту. Находившаяся в ней
стража следила, чтобы в город не входили «подозрительные люди». В
царствование Петра II (внука Петра Великого), в 1728 году, столицу перенесли
в Москву. «Не хочу ходить по морю, как дедушка!»,—говорил юный Петр II. Лишь
в 1732 году Санкт-Петербург вновь стал столицей. Для торжественной встречи
новой царицы—Анны Ивановны у Аничкова моста соорудили триумфальные ворота,
украшен­ные 17 статуями, картинами на исторические сюжеты, симво­ликой и
приветственными надписями. Около двадцати лет стояло это сооружение, статуи
развалились, картины превра­тились в линялые тряпки, и в 1751 году арку
разобрали. К этому времени Аничков мост подвергся частичной ре­конструкции—в
1742—1749 годах его укрепили на сваях. И, наконец, в 1780-х годах мост
радикально перестроили — наподобие сохранившегося моста имени Ломоносова.
Строи­тельство было закончено в 1787 году. Аничков мост с четырьмя гранитными
башнями являлся пристанищем для «простолюдинов» — рядовых обывателей столицы,
которые здесь вели неспешные разговоры, нанима­лись на поденную работу,
лузгали семечки и наблюдали не­торопливое прохождение барж по реке. Все
оживленнее становилось движение на Невском прос­пекте (как с 1783 года стала
именоваться главная'улица сто­лицы), и на проезжей части гранитного Аничкова
моста не­редко возникали «пробки» из карет и извозчичьих повозок. В 1838 году
началось строительство нового Аничкова мо­ста, соответствующего ширине
Невского проспекта. Строил его инженер А. Д. Гетман. Работы велись почти
десять лет. Авторство литых чугунных перил Аничкова моста, в кото­рых
скомпонованы изображения русалок и морских коньков, в литературе нередко
приписывается А. П. Брюллову. Но они являются копией перил моста через
Купферграбен — рукав реки Шпрее в центре Берлина, у начала улицы Унтер-ден-
Линден, построенного по проекту Карла Фридриха Шинкеля в 1822—1824 годах.
Чугунные решетки берлинского моста выполнены по рисункам К. Ф. Шинкеля. Его,
возможно, и сле­дует считать автором важных деталей парапета Аничкова мо­ста.
22 ноября 1841 года на новом Аничковом мосту уже была воздвигнута первая из
конных групп П. К. Клодта. На тор­жестве открытия моста Николай I (его не
отличала изыскан­ность выражения своих эмоций), хлопнув по плечу скульпто­ра,
заявил громогласно: «Ну, Клодт, ты лошадей делаешь лучше, чем жеребец!»...
История этих скульптурных композиций восходит к нача­лу 1830-х годов, когда
после сооружения К. А. Тоном гра­нитной пристани у Академии художеств решено
было создать еще два таких же причала на левом берегу Невы, вблизи Зимнего
дворца. И тогда Петру Карловичу Клодту поручили вылепить четыре бронзовые
фигуры «укротителей коней», что­бы попарно установить их на новых пристанях
левого бере­га Невы. П. К. Клодт, выходец из древнего лифляндского рода, к
этому времени уже был известен своими работами. Отец его умер в бедности, и
молодой Клодт начал свою карьеру воен­ной службой. Но вскоре его властно
увлекло искусство ваяния. После окончания артиллерийского училища в 1826 году
Клодт вышел в отставку и поступил в Академию художеств. Работал он неутомимо.
Биограф Клодта рассказывает, что «повсюду, где только предоставлялся удобный
случай,— в манеже, на улице, в каретной упряжке, в возу, в размахах бега и в
спокойном состоянии, он наблюдал различные дви­жения, позы, аллюры и привычки
лошадей. Не имея иного учителя, кроме природы, он слушался только этого
одного неизменного профессора и строго изучал сперва только голо­ву, потом
склад и все части, стараясь передать их с безуп­речной точностью до последней
жилки». Созданные Клодтом (в гипсе) два изваяния «Конь с водничим» были
высоко оценены Академией художеств. Этими скульптурами решено было украсить
Аничков мост. Клодту поручили отлить в бронзе по два экземпляра каждой из
кон­ных групп. Скульптор лично произвел отливку двух изваяний. По приказу
Николая I  Клодт отлил также в бронзе две копии своих скульптур для отправки
в Берлин. Этот подарок Николая I прусскому королю вызвал в Берлине всеобщее
восхищение. Статуи установили в немецкой столице на высоких постаментах перед
королевским дворцом. Петербургская Академия художеств писала в своем
офи­циальном отчете, что статуи Клодта в Берлине «произвели та­кой всеобщий
восторг, какого там никогда не было». Обра­щено было внимание и на то, что
надписи на статуях, от правленных в Берлин, были сделаны Клодтом на русском
языке. Прусский король Фридрих-Вильгельм IV в 1845 году прислал в Санкт-
Петербург ответный подарок—изваяния двух Слав. По приказу Николая I их
поставили на высоких колоннах у начала Конногвардейского бульвара, в
ознаменование боевых заслуг конной гвардии. По обеим сторонам Аничкова моста
в то время стояли по две одинаковые группы «Коня с водничим». Но так было не
долго. В начале 1840-х годов Николай I в знак благодарности за то, что его
жене оказывались в Италии пышные приёмы, распорядился снять с одного конца
Аничкова моста два бронзовых изваяния и выслать их в дар королю Сицилии
Фердинанду II. Так две конные группы Клодта оказались в Неаполе. Там их
разместили на площади, параллельно фасаду королевского дворца, где они
прекрасно смотрятся в профиль и, лучше чем в Берлине, обогащают фасад
невысокого и сравнительно скромно оформленного здания. Свидетельством
международного признания таланта и мастерства Клодта явилось его избрание в
состав Академии художеств Берлина, Рима и Парижа. На опустевшей стороне
Аничкова моста временно установили гипсовые, тонированные под бронзу копии
конных групп. Одновременно Клодт получил заказ на отливку их в бронзе. Но
скульптор не повторил первую пару статуй—он создал две новые композиции на
тему обуздания дикого коня. Образовалась состоящая из четырех групп
своеобразная  последовательность, запечатлевшая победу человека над животной
силой. В первой группе— вздыбленный дикий конь н поверженный на землю
человек: вторая группа—юноша поднял на колено и сдерживает рвущегося вперед
коня. Третья группа—юноша поднялся с колен и уздой осаживает все еще
разгоряченного коня. Четвертая группа—конь укрощен, он покорился водничему.
Замысел—дать последовательные фазы укрощения коня—Клодт акцентировал такими
деталями: в группах, обращенных в сторону Адмиралтейства, кони подкованы,
покрыты попонами. На последней (у д. № 29/66) группе во рту коня удила, он
покорен человеку. Клодт остался в памяти людской не только своими ликолепными
творениями, но и выдающимися душевным чувствами. Беспредельно скромный, с
натруженными руками ваятеля и мастерового-литейщика, он был известен своей
добротой и бескорыстием. Клодт постоянно бедствовал, очень часто все свои
доходы раздавал неимущим. После смерти Клодта в «имуществе» его с трудом
сыскали 50 рублей...
В 1941 году, когда фронт приближался к Ленинграду, конные группы были сняты с
пьедесталов и бережно закопаны в саду, примыкающем к Аничкову дворцу. Это
спасло изваяния. В ночь на 6 ноября 1942 года 250-килограммовая фа­шистская
бомба разорвались на Аничковом мосту. Взрывная волна смела в Фонтанку 30
метров чугунной решетки и тум­бы, державшие перила. Осколки бомбы повредили
гранитные постаменты, вырвали из них крупные куски камня. Еще во время войны
погибшие звенья решетки были заново отлиты и установлены на прежних местах.
Незадолго до окончания войны конные изваяния вновь заняли прежние места на
пье­десталах. В перспективе Аничкова моста на площади у Московско­го вокзала
сверкает золотая звезда на обелиске, отмечающем подвиг города-героя. Она
перекликается с золотой каравеллой на шпиле Адмиралтейства в другом конце
доходящего через Аничков мост главного проспекта Санкт-Петербурга.