Каталог :: Литература : зарубежная

Реферат: Возрождение в Германии

     Возрождение в Германии и Нидерландах
     Общая характеристика Германии в XVI в.
Вторая половина XV и начало XVI в. являются в истории Германии временем
значительного экономического подъема, обусловленного начинающимся развитием
буржуазных отношений внутри феодального общества. В городах растут цеховая
промышленность и торговля, успешно развивается горное дело, южнонемецкие
города становятся крупными центрами торгового и финансового капитала. Тем не
менее экономическое развитие Германии отстает от передовых стран Запада –
Италии, Франции, Нидерландов.
Подъем общественного развития вызывает к началу XVI в. резкое обострение
социальных противоречий. Если крупные князья укрепляли свою власть за счет
императора, то низшее дворянство разорялось и теряло свою политическую
самостоятельность. Внутри городов усиливалась борьба между стоящим у власти
городским патрициатом, состоявших из знатных родов и богатого купечества, и
цеховыми ремесленниками, а внутри цехов – между мастерам, с одной стороны, и
подмастерьями и учениками – с  другой. Первые постепенно превращаются в
хозяев ремесленного предприятия, вторые – в эксплуатируемых работников, не
имеющих надежды когда-либо сделаться самостоятельными хозяевами. За пределами
городских корпораций остаются все более многочисленные плебейские элементы,
нередко лишенные даже права гражданства, -- чернорабочие, поденщики и
деклассированные, принимающие активное участие во всех городских революциях.
В среде духовенства, этой профессиональной  интеллигенции средневековья,
также замечается расслоение: высокие сановники феодальной церкви – духовные
князья, епископы, аббаты – по своим материальным интересам тесно связаны со
светской феодальной аристократией, тогда как сельские и городские священники,
будучи зачастую выходцами их рядов бюргерства или плебейства, непосредственно
связанные с народными массами, нередко возглавляют оппозиционные и
революционные движения, направленные против существующего общественного строя
и официальной церкви как его идеологической опоры. Наконец, основой всего
феодального общества остается крепостное или зависимое крестьянство – предмет
эксплуатации всех имущих классов. Рост феодальной эксплуатации в конце XV и в
начале XVI в. вызывает целый ряд крестьянских восстаний, завершением которых
явилась Великая крестьянская война 1524 – 1525 гг. Крестьянство становится
главной движущей силой революционного движения эпохи Реформации.
Подъем городов и развитие городской культуры во второй половине XV в. являются
основной предпосылкой возникновения гуманизма в Германии. Но гуманизм не
породил в Германии, как в передовых странах Западной Европы, большой
национальной литературы. Немецким гуманистам чужд идеал всестороннего развития
сильной человеческой личности, новой светской культуры. В центре интереса
немецких гуманистов стоит изучение латинских и греческих классиков,
раскрывающие тот новый мир античности. Немецкие гуманисты, в отличие от
итальянских, усердно занимаются вопросами богословия, в которое вносят
критическое свободомыслие и новые методы филологической и исторической
интерпретации текста "священных книг", подрывая тем самым догматические
основы церковного вероучения.
Главными центрами гуманизма в Германии были южнонемецкие города (Страсбург,
Аугсбург, Нюрнберг и др.), связанные с Италией торговыми и культурными
сношениями. Первые немецкие гуманисты были прямыми учениками итальянцев, но и
впоследствии для передового человека эпохи Возрождения оставалось
обязательным паломничество в Италию, к источникам новой, гуманистической
науки и культуры. Большую роль в развитии ученого гуманизма сыграли немецкие
университеты, число которых на протяжении XV и начала XVI в. непрерывно
увеличивается. Благодаря старанию гуманистов в университетах учреждаются
новые кафедры поэтики и риторики, комментируются латинские и греческие
классики; сочинения греческих классиков переводятся на латинский язык, работы
латинских и итальянских авторов появляются в немецких переводах. Весьма
важную роль в развитии гуманизма сыграли учебные общества и кружки, возникшие
в крупных центрах гуманистической образованности. Среди них в начале XVI в.
выделяется кружок гуманистов Эрфуртского университета во главе с Муцианом
Руфом; к этому кружку одно время принадлежал Ульрих фон Гуттен.
Литература немецкого гуманизма написана большей частью на латинском языке. В
этом предпочтении латинского языка народному сказался не только характерный
для эпохи культ древности, но также обособленность интеллектуальных интересов
гуманистов от жизни и духовных потребностей широких масс.
Разнообразная неолатинская литература немецких гуманистов ориентируется на
образцы древних и на латинскую поэзию итальянских гуманистов XV в. Наряду с
одами, элегиями, эпиграммами широкое распространение получают сатирические и
поучительные жанры, в которых высмеиваются пороки современного общества, в
особенности духовенства, -- комедия, сатирический диалог по образцу
греческого сатирика Лукиана, памфлеты и пародии.
     Гуманизм в Нидерландах.
В отличие от Германии Нидерланды благодаря своему благоприятному положению на
стыке торговых путей из Северного моря в среднюю и южную Европу уже в средние
века, как и Италия, являются в экономическом отношении одним их передовых
участков Европейского континента. В XIII – XIV вв. города Фландрии и Брабанта
(Брюгге, Гент и др.) становятся крупными центрами текстильной промышленности
и торговли и пользуются широким политическим самоуправлением.
Раннее буржуазное развитие Нидерландов является основой политического
обособления и национальной консолидации страны. Война за освобождение
Нидерландов, эта первая буржуазная революция нового времени (1572 – 1579),
заканчивается после героической и кровавой борьбы освобождением лишь северной
части "объединенных провинций" – нынешней Голландии, которая, добившись
национальной и политический независимости, становится в XVII в. образцовой
капиталистической страной.
В XV в. и в первой половине XVI в. в промышленных и торговых городах
Нидерландов создаются первые после Италии образцы ренессансного искусства
(ван Эйк, Рогир ван дер Вейден, Мемлинг, Лука Лейденский и др.).
Развитие гуманизма в Нидерландах, как и в Германии, почти совпадает по
времени с Реформацией. Его первыми представителями были ученые-гуманисты с
интернациональными научными интересами и связями – Эразм Роттердамский,
Рудольф Агрикола и другие. Изучение латинских и греческих классиков
сопровождается переводами на нидерландский язык античных писателей (Гомера,
Вергилия, Цицерона, комедий Теренция, сатир Горация и др.) Возникает ученая
поэзия на латинском языке и латинская школьная драма по античным образцам.
Так подготавливается почва для блестящего расцвета классицизма в голландской
литературе XVII в., оказавшей широкое влияние на подготовку этого направления
в других западноевропейских литературах (Питер Гоофт, Иост ван Вондел и др.).
     Эразм Роттердамский (1466 – 1536)
Крупнейшим гуманистом начала XVI в. был Эразм Роттердамский. Уроженец богатого
торгового города Роттердама, голландец по происхождению и "гражданин мира
" по своим убеждениям, Эразм провел большую часть своей жизни за пределами своей
родины в странствованиях по Европе, поддерживая дружеские отношения с
передовыми представителями гуманистической мысли Италии, Англии и Франции.
Особенно значительно его влияние было на ученое направление гуманизма,
сложившегося в Германии.
Рано оставшись сиротой, Эразм вынужден был поступить в монастырь, где он
занимался преимущественно изучением латинских и греческих классиков. Годы,
проведенные в монастыре, воспитали в нем ненависть к церковному обскурантизму
и средневековой схоластике. Покинув монастырь, он продолжал свое образование
в Париже, жил подолгу в Италии, Англии и Франции. В Риме ему
покровительствовал просвещенный кардинал Джованни Медичи (будущий папа Лев
X), в Англии он был дружен со знаменитым гуманистом Томасом Мором и читал
лекции по греческому языку, толкуя Священное Писание на основе филологической
критики текста.
Ученые сочинения Эразма, написанные по-латыни, создали ему славу наиболее
авторитетного знатока классической древности. Его латинские переводы трагедий
Еврипида впервые широко познакомили западный мир с произведениями этого
греческого классика. Но особенное значительное влияние на европейскую мысль
имело предпринятое Эразмом критическое издание греческого текста Евангелия с
новым латинским переводом. Филологическая критика священных книг положила
начало их историческому объяснению, порывающему с традиционным догматическим
отношением к этим книгам как к Божественному Откровению. В этом смысле
критика Эразма повлияла на Реформацию, поставив вопрос об изучении
первоисточников церковного вероучения, и подорвала доверие к их официальному
истолкованию.
Тем не менее в годы реформационного движения Эразм не присоединяется к немецким
реформаторам, несмотря на то что ранее он неоднократно выступал против "
порчи" католической церкви и положил начало попыткам "очистить"
первоначальное "евангельское" христианство от позднейших толкований
католического богословия. Поклонник светской гуманистической культуры и
классической образованности, Эразм сторонится растущего религиозного фанатизма
и ожесточения обеих борющихся партий, каждая их которых первоначально надеется
найти в нем авторитетного союзника. Однако когда углубление идейной и
политической борьбы обнаруживает враждебное отношение  лютеранства к гуманизму,
он, подобно ряду других гуманистов, становится открытым врагом протестантизма и
вступает в полемику с Лютером, против которого (в трактате «О свободе
воли», 1524) он защищает духовную независимость человеческой личности.
Из литературных произведений Эразма наибольшее значение имели "Похвала
глупости" (1509) и "Домашние беседы" (1518), написанные
на латинском языке, как и все прочие сочинения великого гуманиста. 
"Беседы" представляют собой собрание диалогов нравоучительных и
сатирических, серию живых разговоров и сценок, в которых, следуя образцу
диалогов Лукиана, Эразм дает сатирическое обозрение различных сторон
современной частной и общественной жизни.
Гораздо более обобщенную сатиру на современное общество представляет 
"Похвала глупости", произведение, составившее славу Эразму как писателю
и сразу после своего появления переведенное на многие новоевропейские языки. 
"Похвала глупости" примыкает к традиции немецкой "литературы о
глупцах". Пороки современного общества представлены у Эразма в шутовском
наряде, как различные виды человеческой глупости, обозреваемые в форме
шуточного панегирика, "похвального слова", которая госпожа Глупость произносит
себе и своим поклонникам.
В этом обозрении Глупость выступает прежде всего в частной жизни – в любовных и
супружеских отношениях, в жажде славы и богатства, в чванстве "громкими
именами и почетными прозвищами". Далее в свите Глупости перед нами проходят
различные сословия и профессии средневекового общества: крючкотворы, умеющие
приумножить свои имения, тщеславные поэты, философы, "уважаемые за длинную
бороду и широкий плащ", которые, "ничего не зная в действительности, тем
не менее воображают себя всезнайками", и др. Особую ненависть вызывают у
Эразма купцы: "Но глупее и гаже всех купеческая порода, ибо купцы ставят
себе самую гнусную цель в жизни и достигают ее наигнуснейшими средствами: вечно
лгут, божатся, воруют, жульничают, надувают и при всем при том мнят себя
первыми людьми в мире, потому только, что пальцы их украшены золотыми перстнями
". Эразм был современником эпохи первоначального накопления и видел
возникновение нового общества, основанного на власти денег. Плутос (бог
богатства), по его словам, "есть единственный настоящий отец богов и людей
". «От его приговоров зависят войны, мир, государственная власть, советы,
суды, народные собрания, браки, договоры, союзы, законы, искусства, игрища,
ученые труды, -- короче говоря, все общественные и частные дела смертных».
Не менее сурово обличает Эразм господствующий класс феодального общества –
дворян, которые "хоть и не отличаются ничем от последнего прохвоста, однако
кичатся благородством своего происхождения", придворных вельмож, которые
живут как бездельники, спят до полудня, проводят день в забавах и потехах, "
с шутками и девками", за закуской и выпивкой. "Нет ничего раболепнее,
пошлее и гнуснее, чем подавляющее большинство их них". Наконец, сам монарх,
окруженный раболепным поклонением и почти божественными почестями, изображается
Эразмом со всеми своими человеческими слабостями – как "человек,
невежественный в законах, едва ли не открытый враг общего блага, преследующий
единственно свои личные выгоды, преданный сладострастию, ненавистник учености,
истины м свободы, отнюдь не помышляющий о пользе общественной, но все мерящий
на аршин собственных своих убытков и вожделений".
Но самые жестокие насмешки Эразма направлены против средневековой церкви,
главной идеологической опоры феодального общества. Под именем "суеверов"
он высмеивает почитателей икон и святых, из которых "один исцеляет от зубной
боли, другой искусно помогает роженицам, третий возвращает награбленное добро
" и т. д. "Вся жизнь христиан до краев переполнена безумствами этого рода".
Священники поощряют подобное суеверие, потому что оно увеличивает их доходы.
Эразм восстает против торговли индульгенциями, которыми церковь соблазняет
верующих, обещая им за деньги прощение самых тяжелых грехов, "так, что,
ежели угодно, разрешается начинать сызнова весь порочный круг". Он
изображает монахов, невежественных, распутных и полных самомнения; "смрадное
болото" богословов, погруженных в бесплодные схоластические споры;
епископов, которые больше всего заняты собиранием денег и, "как подобает
епископам, смотрят в оба",возлагая заботу о своих овцах на Христа. Сам
римский первосвященник, отстаивающий кровью и железом, анафемой и интердиктами
свою светскую власть и достояние – "поля, города, селения, налоги, пошлины,
владельческие права", -- осуждается примером первых учеников Христа,
учивших благочестию, кротости и нестяжанию.
Так все человеческое общество превращается в изображении Эразма в царство
глупости. "Глупость создает государства, поддерживает власть, религию,
управление и суд. Да и что такое жизнь человеческая, как не забава Глупости?
" Только одна природа, не тронутая человеческой цивилизацией, кажется Эразму
источником подлинной мудрости и счастья: она одна "никогда не заблуждается,
если только мы не попытаемся перешагнуть за положенные человеческой доле
границы".
Однако эта критика современного общества не имеет у Эразма революционного
характера. Сильный в насмешке и отрицании, он не имеет ясного положительного
социального идеала, соответствующего его представлению о природе и
человечности, и его философские раздумья о смысле человеческой жизни неизменно
заканчиваются иронической резиньяцией мудреца, беспомощного перед нелепостями
окружающей его социальной действительности, которая представляется ему, "
ежели поглядеть с луны на людскую суматоху", подобной "стае мух или
комаров, дерущихся, воюющих, строящих козни, грабящих, обманывающих,
развратничающих, рождающихся, падающих, умирающих".
     Литература Реформации
Средневековая католическая церковь занимала господствующее положение во всех
областях идеологии. Поэтому революционная борьба против феодализма должна
была не только привести к конфликту с церковью – наиболее мощным в
политическом отношении феодальным учреждением, -- она вместе с тем неизбежно
принимала форму богословской ереси, направленной против церковного
вероучения.
В Германии начала XVI в. оппозиция против католической церкви имела особенно
глубокие корни. Политическая раздробленность Германии с ее многочисленными
духовными княжествами, подчиненными более папе, чем императору, римская церковь
могла распоряжаться совершенно бесконтрольно, подвергая страну хищнической
эксплуатации с помощью различных церковных налогов, юбилейных сборов, торговли
реликвиями и индульгенциями и т.п. Поэтому оппозиция против папства приобретает
в Германии общенациональный характер, хотя разные классы общества вкладывают в
нее различное политическое содержание. Если крупные князья были не прочь
обогатиться за счет секуляризации духовных владений и тем усилить свою
независимость от императорской власти, то бюргерство боролось против церковного
феодализма в целом, за ликвидацию католической иерархии и церковного имущества,
за "дешевую церковь" без монахов, прелатов и римской курии, требуя
восстановления демократического церковного строя раннего христианства.
Крестьяне добивались отмены феодальных повинностей, барщины, оброка, налогов,
привилегий господствующих классов; разделяя основные требования церковной
реформы, выдвинутые бюргерскими реформаторами, они шли дальше этих последних,
мечтая о восстановлении равенства, существовавшего в отношениях между членами
ранней христианской общины. В целом, можно говорить о двух основных течениях
реформационного движения в Германии – об умеренной бюргерской реформации,
возглавляемой Лютером и объединившей оппозиционные течения среди имущих
классов, о реформации плебейско-крестьянской, революционной, связанной с
Великой крестьянской войной 1524 – 1525 гг., наиболее ярким идеологом которой
был Томас Мюнцер.
Взрыв крестьянской революции в германии вызвал объединение имущих классов.
Бюргерство, политически раздробленное и недостаточно сильное, чтобы выступать
самостоятельно, должно было искать защиты у князей. Победителями из
социальных боев эпохи Реформации вышли князья как носители местной,
провинциальной централизации. В тех частях германии, где победила Реформация,
она способствовала укреплению власти князей, присвоивших себе большую часть
церковного имущества и право верховного руководства делами лютеранской
церкви. Во второй половине XVI в. немецкие города окончательно теряют свое
политическое значение общего экономического и политического упадка Германии и
Италии, вызванного перенесением международных торговых путей их Средиземного
моря в Атлантический океан.
     Мартин Лютер (1483 – 1546)
Мартин Лютер происходил из семьи самостоятельного тюрингенского
крестьянина-рудокопа. Он обучался в монастырской школе и в восемнадцатилетнем
возрасте поступил в Эрфуртский университет, где, оставаясь в стороне от
гуманистического движения, занимался изучением богословия. Глубокая
религиозность побудила его к поступлению в августинский монастырь. В 1508 г.
ученый-монах, получивший впоследствии степень доктора богословия, сделался
профессором богословского факультета в г. Виттенберге в Саксонии. В 1519 г. ему
удалось по делам своего ордена побывать в Риме. Зрелище морального разложения,
царившего в папской столице, произвело на него, как и на многих других немецких
паломников того времени, чрезвычайно тягостное впечатление. Поводом для его
первого публичного выступления послужили злоупотребления продавца папских
индульгенций монаха Тецеля, рекламировавшего в грубой форме свой "товар"
как верное средство для "спасения" души. Лютер выступил с проповедью,
осуждавший продажу индульгенций, а в 1517 г. прибил на дверях виттенбергской
церкви свои 95 тезисов, направленных против злоупотреблений католической
церкви. Ряд публичных диспутов, вызванных этими тезисами, заставил Лютера
углубить свое учение. Сущность его заключалась в противопоставлении личной
веры, индивидуального религиозного чувства формально понимаемых "добрым
делам" (т.е. выполнению церковных обрядов) и Священного Писания, свободно
толкуемого человеческим разумом, -- авторитету церковного "предания"
(т.е. позднейших догматов и установлений католической церкви). На основе этих
индивидуалистических религиозных принципов Лютер в дальнейшем пришел к
отрицанию папской власти, духовной иерархии, монашества и т.д. как учреждений,
извративших дух первоначального христианства. В 1520 г. он публично сжег
папскую буллу, осуждавшую его учение как еретическое, и напечатал на немецком
языке обращение "К христианскому дворянству немецкой нации",
призывая императора и князей освободить Германию от папской власти и произвести
общую реформу церкви.
Лютер первоначально резко выступал против римской церкви, предлагая князьям
бороться с папой "оружием, а не словами". Однако по мере углубления
реформационного движения, напуганный его народно-революционным характером, он
скоро становится проповедником мирного прогресса. "Я не хотел бы, --
заявляет он, -- чтобы Евангелие проповедовалось насилием и пролитием крови
". Окончательное изменение политических позиций Лютера, как и всего немецкого
бюргерства, было вызвано страхом перед событиями крестьянской революции. Сперва
Лютер высказался о крестьянском движении в примирительном духе, признавая
справедливость жалоб восставших на чинимые им притеснения, хотя и в то же время
он осуждал самое восстание как "противное Евангелию". В дальнейшем он
изменяет народному движению и полностью переходит в лагерь князей. "Их бить,
душить и колоть, тайно и открыто так же, как убивают бешеную собаку", --
так пишет Лютер о восставших крестьянах. "Поэтому, господа, спасайтесь,
колите, бейте, давите их, кто как может . "
Особенно значительное влияние оказала немецкая Библия Лютера
(1522 – 1534), которая благодаря своему широчайшему распространению послужила
основой для складывавшегося в это время общенемецкого литературного языка.
Будучи выходцем их народа, Лютер как переводчик обнаружил поразительное чувство
немецкого языка. Широко черпая их сокровищницы народной речи, он советовал
учиться народному языку не в латинских книгах, но "у матери в доме, у детей
на улице, у простолюдина на рынке и смотреть им в рот, как они говорят, и
сообразно этому переводить: тогда они уразумеют и заметят, что с ними говорят
по-немецки". Теми же свойствами народного красноречия отличаются немецкие
проповеди Лютера, его богословско-политические памфлеты и послания и 
"Застольные речи". Лютер является также автором многочисленных
религиозных песен, получивших распространение в протестантской церкви вместе с
богослужением на национальном языке. Лютер опирается при этом на устную
традицию народной песни.
     Томас Мюнцер (1490 – 1525)
Среди вождей революционного движения 1524 – 1525 гг. выделяется героическая
фигура  Томаса Мюнцера. Подобно Лютеру, Мюнцер был священником и доктором
богословия и выступил сперва как церковный реформатор, но скоро разошелся с
Лютером, проповедуя полное уничтожение старой церкви и связанных с ней
общественных и государственных отношений. В 1522 г. он возглавил первые
революционные выступления плебейских масс в г.Альтштеде в Тюрингии. Изгнанный
из Тюрингии, при участии Лютера, он перенес свою деятельность на юго-западную
Германию. Мюнцер к началу революции вернулся в Тюрингию, призванный сюда
своими сторонниками, захватившими в начале 1525 г. власть в г. Мюльгаузене.
Не только городские плебейские массы, но и все мелкое бюргерство Мюльгаузена
вместе в восставшими крестьянами примкнуло к Мюнцеру. Но, несмотря на
мужество и энергию своего вождя, повстанцы продержались недолго. Отряд
Мюнцера был разбит князьями, сам он был взят в плен, когда ему было немногим
больше 30 лет.
Религиозное учение Мюнцера, изложенное в его проповедях, посланиях и памфлетах,
представляло под христианскими формами разновидность пантеистической философии,
местами соприкасающейся с атеизмом. Мюнцер не считал Библию единственным
источником божественного откровения: библейскому авторитету он противопоставлял
живое откровение разума в человеке, существующее во все времена и у всех
народов. Разум для Мюнцера и есть "святой дух", вера есть пробуждение
разума в человеке. Мюнцер отрицал потусторонний мир и загробное воздаяние за
грехи. Призванием верующего он считал установление Царства Божия на  земле. Под
Царством Божиим он понимал общественный строй, основанный на гражданском и
имущественном равенстве, уничтожении частной собственности и классовых
различий, а также государственной власти, независимой от общины трудящихся. Всё
должно быть общим, учил Мюнцер: работа и имущество, каждому следует давать по
нуждам и потребностям его. Таким образом, социально-политическое учение Мюнцера
приближалось к утопическому коммунизму. В своих посланиях он подчеркивает
лозунг, выдвинутый Крестьянской войной, -- разрушение замков и монастырей,
конфискация и раздел имущества их владельцев, - видя в этом акт восстановления
божественной справедливости. "Люди голодны, - писал он, - они должны и хотят
есть". Прозвищем "доктор Враль" Мюнцер заклеймил Лютера, изменившего
народному движению. Он обвинял Лютера в том, что тот подчинил церковь власти
князей и хочет сам сделаться новым папой. В противоположность Лютеру,
стороннику "мирного прогресса", он призывал народ к восстанию, цитируя
при этом Священное писание: "Говорил же Христос: я принес не мир, но меч".
"Противящихся Откровению Божию следует истреблять без всякой пощады, как
истребили Иезекия, Иосия, Даниил и Илья жрецов Ваала, ибо иначе христианская
церковь никогда не возродится". Библейское красноречие Мюнцера, воспитанное
религиозным пафосом ветхозаветных пороков, характерно в эпоху Реформации для
проповедников народной революции.
     Ульрих фон Гуттен (1488 – 1523)
Первое произведение Ульриха фон Гуттена было написано в 1511 г. Он приобретает
известность как латинский поэт дидактической поэмы в гекзаметрах "Об
искусстве стихосложения". Второй сборник эпиграмм, посвященных
императору Максимилиану, и резкая сатира "На времена папы Юлия"
полна нападок на папу и католическую церковь.
Наиболее резкую форму антиклерикальная сатира Гуттена приобретает в двух
сборниках латинских диалогов, написанных в манере Лукиана ("Диалоги
", 1520 – 1521), появление которых относится к разгару реформационного движения.
Блестящий памфлет против папы и католической церкви представляет в особенности
диалог "Вадиск, или Римская троица". Беседа ведется между
Гуттеном и немцем Эрнхольдом. Со слов некоего Вадиска, который только что
вернулся из Италии, Гуттен дает характеристику папской столицы в триадах,
откуда и название диалога. Рим, говорит Гуттен, подчиняет себе всё тремя
вещами: насилием, хитростью и лицемерием. Три рода князей управляют Римом:
сводники, куртизаны и ростовщики. Три вещи в избытке в Риме: проститутки,
священники и писцы. Три вещи совершенно не ценятся в Риме: благочестие,
верность и невиннрость, хотя их и выставляют напоказ как нигде. Трех вещей
больше всего боятся в Риме: чтобы немецкие князья не стали единодушны, чтобы
народ не прозрел и чтобы не обнаружились обманы папистов. Рим, по словам
Гуттена, - что кладовая , со всего мира стекается награбленное добро; папа –
червь, которывй поедает это добро. Неужели немцы, - так заканчивает диалог
Гуттен, - не подымут оружия против тех, кто набивает брюхо и питает свою похоть
за счет бедных?
Занимая в церковных вопросах позиции, очень близкие взглядам реформистов, Гуттен
тем не менее отнесся к первому выступлению Лютера скептически – как к очередной
"грызне" между монахами. "Пожирайте руг друга, пусть от вас ничего не
останется", - писал он по этому поводу. – "Пусть погибнут все,
препятствующие зарождению просвещения". В дальнейшем, однако, он был
захвачен широким развитием реформационного движения, хотя, равнодушный к его
религиозной стороне, он ставил перед ним прежде всего национально-политические
цели. В 1518 г. Гуттен пишет воззвание "К германским князьям", в котором
он призывает их прекратить свои распри, сплотиться вокруг императора и, вместо
того чтобы платить подати папе, повести войну против внешнего врага на
средства, отнятые у духовенства и монастырей. Непосредственным призывом к
борьбе против Рима, обращенным к "гордому дворянству" и "благочестивым городам"
немецкой нации, является стихотворный памфлет Гуттена "Жалоба и увещание
против непомерной христианской власти римского папы и недуховного духовенства
" (1520). В противоположность прежним латинским произведениям Гуттена, доступным
лишь узкому кругу образованных людей гуманистической культуры, "Жалоба"
, преследующая широко агитационные цели, написана по-немецки, как и все
последующие стихотворные воззвания Гуттена, и поэтому хорошо передает
национальную идеологию оппозиционных общественных групп эпохи Реформации. "
Прежде я писал по-латыни, которая известна не всякому, - заявляет Гуттен. – 
Теперь я взываю к отечеству, к немецкой нации на ее языке, чтобы отомстить за
эти дела".
                                    *   *   *                                    
Социальные бури Реформации вызвали обширную литературу агитационного характера,
в которой общественно-политические вопросы становятся предметом страстных
споров и обсуждения широких народных масс. Тем самым старая форма
академического богословского трактата и более новая – гуманистического диалога
или сатиры, пользующихся латинским языком и доступных лишь узкому образованных,
заменяется новым жанром религиозно-политического памфлета на немецком языке,
агитационного воззвания или диалога в прозаической или стихотворной форме,
обращенных  к широкой общественности и защищающих противоборствующие интересы
различных общественных групп. Было отмечено, что в первые годы Реформации (1518
– 1523) вышло в свет значительно больше немецких книг, чем за первые 50 лет от
начала книгопечатания. Рядом с Лютером, Гуттеном и Мюнцером с такими брошюрами
выступает ряд других известных и безыменных авторов. Главным действующим лицом
в подобных агитационных памфлетах нередко является немецкий крестьянин –
сторонник Реформации и враг папистов. Например, в получивших особенно широкое
распространение сатирических диалогах "Карстганс" и "Новый
Карстганс" (1521) под этим прозвищем выступает крестьянин, беседующий с
Лютером и Зиккингеном о церковных неустройствах. В "Диалоге между апостолом
Петром и крестьянином" (1523) сам основатель римской церкви обличает ее
преступления, а его собеседник приходит к заключению: "Правда, мы,
крестьяне, должны когда-нибудь соединиться, созвать наш крестьянский собор и
пригласить на него всех духовных и светских". "Крестьянин должен будет
навести порядок, показать себя господином в дома и дать попу в руки цеп, чтобы
и он зарабатывал своим детям на пропитание".
События Реформации и Крестьянская война  нашли отражение в стихотворных
листовках и в народной песне. Однако огромное большинство дошедших до нас
стихотворений времен Крестьянской войны вышли из лагеря врагов народной
революции, тогда как революционная поэзия подверглась преследованию и
уничтожению. Не сохранились поэтому и духовные песни, с которыми шли в бой
сторонники Томаса Мюнцера. Кроме двух более ранних рифмованных листовок,
рассказывающих о первых крестьянских восстаниях, "Башмака" и "
Бедного Конрада" (1513 –1514), до нас дошли как скудные остатки
революционного фольклора этой эпохи всего две песни о восстании в Мюльгаузене
(1525), в которых безыменный поэт, сам участник восстания, оплакивает горькую
участь побежденных крестьян.