Каталог :: Экономика

Диплом: Малый, средний и крупный бизнес в рыночной экономике

                    МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНЫ                    
           ДОНЕЦКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА           
     

Курсовая работа

по дисциплине: «политэкономия» на тему: «Малый, средний и крупный бизнес в рыночной экономике» 2002 Содержание Введение.......................................................................3 1 Малые и средние предприятия..................................................4 1.1 Малые предприятия и их роль в экономике....................................4 1.2 Средние предприятия и их «нишевая» стратегия..............................12 2 Крупные предприятия.........................................................26 2.1 Большой бизнес: стандартность, дешевизна, качество........................26 2.2 «Гордые львы», «Большие слоны», Неповоротливые бегемоты»..................34 3 Государственная поддержка малого бизнеса....................................39 3.1 Мировой опыт..............................................................39 3.2 Опыт Украины..............................................................50 Выводы........................................................................55 Литература....................................................................57

Введение

Вопрос «Как функционирует современный капиталистический рынок?» ныне приобрел неожиданную остроту в связи с радикальными переменами в экономике нашей страны. Может сложиться впечатление, что весь механизм рыночного хозяйства сводится лишь к действию экономического закона спроса и предложения, стихийно приводящего во взаимное соответствие цены, производство и потребление товаров. Современный капиталистический рынок нельзя понять, не изучая основных действующих лиц, а так же происходящих в нем процессов, т.е. не изучая капиталистические фирмы и их поведение в различных ситуациях. Мелкие и средние фирмы, специализированные компании, ведущие монополии, эксплеренты – каждая из этих типов фирм выполняет свой собственные незаменимые функции. Только их сложное взаимодействие определяет катастрофическое или благоприятное развитие событий на капиталистическом рынке, и лишь оно в конечном счете придает гибкость всей рыночной экономике. Современный период развития отечественной рыночной экономики войдет в период, как период становления рыночной экономики. Конечно, всем нам хотелось бы, что бы этот период завершился быстрее и мы стали свидетелями подъема нашей экономики. Что бы избежать ряда ошибок, нужно знать, к каким экономическим отношениям стремиться, чей опыт использовать, как действует отдельный предприниматель и сообщества предпринимателей в целом для обеспечения процветания и своей фирмы, и своей семьи, и своего государства. Я полагаю, что актуальность выбранной мною темы несомненно и будет оставаться такой по мере вступления Украины в мировой капиталистический рынок. В своей работе я постараюсь провести сравнительный анализ деятельности крупных, средних и мелких предприятий, показать их роль и место в экономике и получить соответствующие выводы.

1 Малые и средние предприятия

1.1 Малые предприятия и их роль в экономике

Каждый год в США создается около 700 тыс. новых компаний, причем большинство из них представляет со­бой мелкие фирмы. Только появившись на свет, они сра­зу включаются в конкурентную борьбу, победить в ко­торой на первый взгляд не имеют ни малейших шан­сов. В самом деле, мелкие компании обычно не распола­гают высокопроизводительным оборудованием и испытывают трудности с финансовыми ресурсами. В своей производственной программе они, как правило, не име­ют особо привлекательных товаров и непрерывно опа­саются вытеснения с рынка более мощными конкурента­ми. Не удивительно, что число прекращающих свою дея­тельность фирм почти равняется числу вновь создавае­мых. Тысячи предпринимателей, действующих в любой ка­питалистической стране в сфере мелкого бизнеса, ка­залось бы, испытывают большие трудности но однако, в целом они довольны своим положением. Как подтвердило проведенное в Англии исследова­ние, 82% владельцев мелких компаний не хотели бы, чтобы их предприятия стали большими. Отвечая на во­прос об оптимальном размере своей фирмы, они в ос­новном считали, что в ней должно работать не более 27 человек. Таблица 1. Распределение запятых по предприятиям в 80-х годах, % ко всем занятым в экономике Следует отметить, что стремление к мелкому пред­принимательству не уменьшается, а в последние годы даже растет. Данные табл. 1 позволяют судить о мас­штабах мелкого бизнеса. Известно, что монополии не могут полностью вытес­нить с рынка небольшие предприятия. Но цифры циф­рам рознь: приводимые в табл. 2 показатели о доле малых фирм позволяют говорить о том, что (по край­ней мере в количественном отношении) мелкие пред­приятия представляют самый крупный сектор капита­листической экономики. Действительно, в большинстве капиталистических го­сударств не менее половины всех занятых работают на мелких и мельчайших предприятиях, А для некоторых стран эта доля значительно выше. Так, в суперсовремен­ной Японии половина всех трудящихся занята только и мельчайших фирмах, а вместе мелкие и мельчайшие предприятия дают работу 1/2 всех занятых японцев. Роль мелкого бизнеса велика не только количествен­но/но и функционально, иными словами, по тем зада­чам, которые он решает в экономике. На наш взгляд, небольшие фирмы образуют своего рода фундамент, на котором вырастают более высокие «этажи» хозяйства и который во многом предопределяет архитектуру всего здания. В первую очередь это относится к интегриру­ющей, связывающей экономику в единое целое роли мелких компаний (отсюда, кстати, происходит латинизи­рованное обозначение этого типа фирм — коммутанты, т. е. соединители). Дело в том, что в принципе в рыночной экономике наличие платежеспособного спроса на определенный то­вар должно автоматически рождать его предложение. Но характерной чертой современного эффективного про­изводства является его избирательность: оно экономиче­ски оправдано далеко не в любых условиях. Так, крупное производство обычно эффективно лишь тогда, когда массово выпускается более или менее од­нотипная продукция. В противном случае крупная фир­ма по возможности не производит нерентабельные товары. Потенциально это может быть источником глубо­ких диспропорций в хозяйстве. Простейший пример: автомобиль является серийным, типовым товаром и потому с выгодой производится крупными фирмами. Бензин для автомобиля опять-таки с прибылью изготовляют другие крупные компании. А вот бензоколонки (за исключением расположенных на самых интенсивных магистралях) фирмам-гигантам содержать нет смысла, ибо слишком мала дневная вы­ручка, велики расходы на заработную плату и т. д. Без мелкого бизнеса сложилась бы парадоксальная ситуация. В изобилии производимые и в достатке снаб­жаемые бензином автомобили не смогли бы свободно перемещаться по стране из-за отсутствия сети бензо­колонок в удаленных районах. И так практически в лю­бой отрасли. Лишь коммутанты готовы использовать каждую воз­можность для бизнеса, все остальные фирмы в этом смысле очень разборчивы. Специализированное производство, скажем, выгодно при значительно меньших сериях, чем крупное, но зато осуществляется только там, где сформировались особые и при этом достаточно долговременные потребности (из­готовитель должен накопить огромные специальные по­знания в очень узкой области и, естественно, идет на связанные с этим затраты лишь при твердой уверен­ности, что такой бизнес имеет будущее). Венчурный (рисковый) капитал готов на любую сферу приложения, но тогда, когда есть шанс в случае успеха получить сверхвысокую прибыль. Другими словами, без мелких предприятий возник­ла бы «лоскутная экономика». Некоторые потребности рынка удовлетворялись бы полностью, а остальные (т.е. на базе которых нельзя развернуть масштабный, сверх-выгодный или специализированный бизнес) игнориро­вались. Напротив, постоянный поиск то появляющихся, то исчезающих общественных потребностей и непрерывное приспособление к ним — основа стратегии коммутан­тов. Не случайно, как показывают исследования, мелкие фирмы (в отличие от всех прочих) обычно не занима­ются планированием своей деятельности, а если и со­ставляют планы, то лишь самые краткосрочные. Мелкий лавочник, наладивший в первый день пикетирова­ния базы военно-воздушных сил США в Гринэм-Коммон британскими сторонницами мира их снабжение про­дуктами и прохладительными напитками, вполне может служить символом такого подхода к бизнесу. Для экономики в целом деятельность мелких ком­паний оказывается важным фактором повышения ее гибкости. По уровню развития мелкого бизнеса специа­листы даже судят о способности страны приспосабли­ваться к меняющейся экономической обстановке. Так, английский журнал «Мидлэнд бэнк ревью», от­куда я позаимствовал табл. 2 , следующим образом охарактеризовал приведенные в ней показатели: «Боль­шая роль мелких фирм в японской экономике рассмат­ривается как одна из главных причин того, что япон­ская промышленность в целом является чрезвычайно гибкой и умеющей быстро приспосабливаться к круп­ным сдвигам в мировой экономике». Не менее важна роль мелких фирм в формировании конкурентных отношений в капиталистической экономи­ке. Для отдельной маленькой компании столкновение с монополией чаще всего кончается гибелью, знаменитым «удушением» аутсайдера. Во взаимоотношениях всего мелкого бизнеса и крупного капитала роли распределя­ются иначе. Атакующей стороной часто выступают мел­кие фирмы. В последние годы в западной экономической прессе появился новый термин «генсрика». Им обозначают бы­стро растущую группу (в основном небольших) компа­ний, занимающуюся копированием продуктов ведущих фирм. Первоначально это явление возникло в фарма­цевтике, затем распространилось на электронику и це­лый ряд других отраслей. Практически любое эффективное лекарство в настоя­щее время представлено на капиталистическом рынке в двух вариантах: оригинальный препарат и его много­численные копии с той же самой химической формулой. Последние, как видно из данных табл. 2, намного дешевле. Почему более дешевыми оказываются препараты мелких фирм, а не их могущественных крупных конку­рентов? Основную роль играют два фактора. Первый — ко­пируя уже известные лекарства, генерики не несут ог­ромных расходов на научно-исследовательские работы, следовательно, имеют низкие издержки. Второй — мо­нополии искусственно завышают цены, а мелкие фир­мы этого не делают. Предлагая равное по действию лекарство гораздо дешевле, мелкие фирмы вытесняют крупных производи­телей со значительной части рынка. Например, 15 мел­ких производителей нифедипина (в нашей стране это средство известно как коринфар) своей агрессивной ценовой кон­куренцией за несколько месяцев добились снижения до­ли оригинального препарата концерна «Байер» на 50%. Таблица 2. Стоимость оригинальных и химически тождественных лекарственных препаратов в 80-е годы, в марках ФРГ Таким образом, деятельность мелких фирм-генерика выступает серьезным ограничителем произвола монополистического ценообразования. Отметим и еще одну характерную тенденцию в раз­витии современной капиталистической экономики, полу­чившую название «снижение глубины переработки про­дукта». Суть дела такова. Для многих ведущих монополий присуще стремление произвести сложное изделие, не обращаясь к помощи субпоставщнков, т. е. от начала до конца. Но это означает, что должно существовать мелкое производство, причем внутри гигантских концер­нов. Как правило, эти участки отличаются низкой про­изводительностью труда. В результате концерн обраста­ет массой неуправляемых мелких производств, слабо связанных с основной деятельностью компании. Так, крупный производитель автомобилей может за­нимать самые передовые позиции в технологии произ­водства моторов, сборке автомобилей н т. д. Но прак­тически нельзя добиться, чтобы высокоэффективно ра­ботали и все подсобные производства, скажем, участок по обтяжке сидений кожей. Впрочем, до поры до вре­мени неэффективность этого участка остается скрытой. Ведь продает концерн не сиденья по отдельности, а весь автомобиль. И в готовом изделии плохая работа одних участков уравновешивается хорошей работой других. Что произойдет, однако, если конкурирующие монополии закроют у себя подсобные производства и станут покупать более дешевые и качественные сиденья у мелких фирм? Издержки у них снизятся, и они смогут продавать машины дешевле, чем цепляющийся за собственное про­изводство концерн. Рано или поздно и он перейдет к закупкам комплектующих изделий на стороне. По форме, таким образом, идет конкуренция между автомобильными монополиями. По существу же, мелкие независимые производители конкурируют с мелкими же подразделениями гигантских концернов и успешно вы­тесняют последних с рынка. Мелкий бизнес выступает в роли скальпеля, срезающего малопроизводительные подразделения концернов. Маленькие и слабые по отдельности коммутанты как единый класс фирм представляют значительную силу, способную наносить чувствительные удары даже самым мощным монополиям. Постараемся разобраться, в чем ' заключается их сила. Два ее важнейших компонента (гибкость и много­численность мелких компаний) уже неоднократно упо­минались. Компонент третий — это быстрое обновление мелкого предпринимательства. Как уже отмечалось, огромному числу ежегодно соз­даваемых новых компаний противостоит почти столь же большое число ликвидируемых. Но разорения со­ставляют лишь незначительный процент ликвидации, в ФРГ, например, в среднем за 1980—1986 гг. — только 7%. Остальные 93% компаний вышли из дела без круп­ных финансовых потерь. Это создает благоприятную обстановку для формиро­вания нового бизнеса методом проб и ошибок. Неудача одной мелкой фирмы не пугает ее вероятных последо­вателей, как это наверняка было бы, если бы коммерческий неуспех был синонимом банкротства. Не случайно формирование новых фирм не прекра­щается даже в неблагоприятной хозяйственной обста­новке. Например, за время последнего экономического кризиса число регистрируемых в ФРГ новых компаний не только не сократилось, но, напротив, возросло с 156 до 270 тыс. в год, или на 75%. Риск открытия нового дела невелик, и мелкие предприниматели стремятся ис­пользовать любую возникающую возможность. Прочность позиций крупных фирм, таким образом, непрерывно проверяется мириадами мелких компаний. Подавляющее большинство последних ожидает пораже­ние, но на смену им приходят новые и новые. В целом же действия мелкого бизнеса во многом формируют об­щую структуру рынка. Не будь постоянного конкурентного давления со сто­роны мелких компаний, крупным фирмам достаточно было бы заключить между собой взаимовыгодные со­глашения. Никто не мешал бы им совместно повышать цены, сохранять несовершенные технологии и т. д. Все­му этому препятствует мелкий бизнес, эффективно сдер­живая свойственную гигантам тенденцию к застою. Как, однако, выживает каждая небольшая фирма в отдельности, имеется ли у нее действенная стратегия противостояния гигантам? У таких фирм обычно имеются две возможные фор­мы поведения. Первая форма поведения связана с выбором такой сферы деятельности, в которой минимальный эффек­тивный размер предприятия очень невелик. Скажем, ма­ленькая парикмахерская ни в чем не уступит большой: качество обслуживания, цены и издержки зависят глав­ным образом не от численности, а от мастерства пер­сонала. Подобная ситуация часто складывается в самых раз­ных отраслях промышленности, сельского хозяйства и сферы услуг. Вполне конкурентоспособными, например, оказываются и семейная ферма, и программист-оди­ночка. Пока малая фирма занимается своим небольшим де­лом, она даже имеет существенные преимущества по сравнению с другими типами компаний. Так, мелкий бизнесмен в своей предпринимательской деятельности ру­ководствуется уникальными, не типичными для других капиталистических фирм мотивами. Согласно уже упомянутому опросу владельцев мел­ких компаний в Великобритании 87% из них главным достоинством ведения собственного дела называют воз­можность быть независимым и получаемое удовольст­вие от работы. И лишь 8% ценят в своем бизнесе преи­мущественно возможность обогатиться. Там, где при­быль невелика, а это не редкость в мелком бизнесе, такая структура мотивации является крупным преиму­ществом. Далее, у мелкой фирмы низкие издержки. При ее незначительных размерах нулевыми оказываются бух­галтерские, складские, рекламные расходы. Очень низ­ки затраты на управление и НИОКР. Не следует забывать и о поддержке государства. Не­зависимые мелкие хозяева традиционно рассматривают­ся им как олицетворение национальной предприимчи­вости. Мелкая фирма с указанной формой поведения мо­жет долго существовать, успешно конкурируя и с рав­ными по размерам, и с большими компаниями. Но она почти всегда остается мелкой. Те же факторы, кото­рые помогают выживанию, препятствуют ее значитель­ному увеличению. Ведь становясь больше, она не будет эффективной. Вторая форма поведения мелкой компании — сим­биоз с крупной корпорацией. В советской экономической литературе эта ситуация обычно рассматривается как вариант скрытой потери свободы, как превращение мел­кой компании в придаток монополии. Основания для такого взгляда, несомненно, есть. В 1989 г. в связи с резким обострением ценовой кон­куренции на мировых рынках западногерманские авто­мобильные концерны активно начали искать поставщи­ков дешевых комплектующих деталей за пределами своей страны. Поиск оказался успешным. В результате многим старым поставщикам был разослан ультиматум: их предложения отныне будут рассматриваться только, если они согласны продолжать поставки по ценам на 5% меньше, чем у самого дешевого предложения иностранного претендента. Тон требований недвусмысленно свидетельствовал о зависимом положении мелких фирм. Подобных примеров можно привести великое множе­ство. Однако судить о взаимоотношениях крупных и мелких фирм-партнеров только по ним было бы ошиб­кой. Во-первых, многие небольшие компании сознают опасность зависимости от «старшего брата» и принима­ют меры предосторожности. Широко распространена, скажем, тактика ограничения доли оборота, приходя­щейся на одного крупного клиента. Мелкая фирма стремится поставлять товары не­скольким крупным корпорациям с таким расчетом, что­бы доля каждой из них в общих продажах фирмы не превышала определенных объемов (обычно не более 20% оборота). В таких условиях она всегда может про­тивостоять произволу одного крупного заказчика, опи­раясь на заказы остальных. Во-вторых, и это более важно, полное подчинение мелкого поставщика не соответствует стратегическим интересам самих гигантов. Дело в том, что получаемые от мелкой фирмы комп­лектующие детали впоследствии становятся частью то­вара, производимого самим концерном. И мнение по­требителей о продукции данной монополии зависит сре­ди прочего и от качества поставленных мелкой фирмой деталей. Концерн, ущемляющий интересы мелкого по­ставщика, рискует оттолкнуть или разорить его. За копеечную экономию придется расплачиваться ухудше­нием качества собственной продукции и соответству­ющим снижением ее конкурентоспособности. Сознавая это, многие ведущие корпорации придер­живаются принципа «одного поставщика» (для этого даже есть ставший интернациональным термин «сингл сорсинг»). Каждую комплектующую деталь в этом слу­чае поставляет только одна мелкая фирма. Вместо того чтобы ради снижения цен сталкивать между собой не­сколько претендентов на заказ, концерн, исповедующий этот принцип, предпочитает иметь одного постоянного мелкого партнера. Разумеется, его предварительно тщательно отбира­ют, ищут наилучшее по цене и качеству предложение. Но однажды вступив в деловые отношения, гиганты проявляют себя как верные партнеры, особенно если мелкой фирме удается приспособиться к их запро­сам. Более объективная оценка последствий коопераций с крупной компанией для мелкой фирмы включает, та­ким образом, и значительный риск утраты независимо­сти, и большие выгоды сотрудничества с мощным парт­нером. Если исход дела оказывается благополучным, перед мелкой фирмой открываются возможности спе­циализации и ранее недоступные перспективы роста.

1.2 Средние предприятия и их «нишевая» стратегия

Крупные корпорации, подобно мамонтам, сильны своей всесокрушающей мощью; мелкие, жалящие, словно москиты, — неизмеримым числом. Могут ли, борясь на два фронта, выжить в этом враждебном окружении средние компании? Примерно так характеризует основную проблему, стоящую перед средними фирмами, американский эко­номист Роберт Кан, проанализировавший деятельность многих тысяч компаний. Его оценка ситуации пессими­стична: уже долгие годы роль средних фирм падает. Но в этом «вымирающем» классе компаний есть важное исключение — преуспевающая группа фирм, придерживающихся так называемой нишевой (или патиентной) специализации. Оставаясь небольшой по размерам, компания может стать одним из ведущих поставщиков узкоспециальной продукции, общий спрос на которую сравнительно не­велик. Смысл этой стратегии, используемой (как мы убедимся позже) не только средними компаниями, со­стоит в сосредоточении усилий на пользующейся имен­но ограниченным спросом продукции. Если бы рынок соответствующих товаров был зна­чительным, все преимущества оказались бы на стороне крупнейших производителей. Небольшую же рыночную нишу способна заполнить товарами в масштабах стра­ны, а то и всего мира даже скромная по размерам фирма. Средняя американская компания «Грейт лейк кемикалз» является крупнейшим в мире производителем бро­ма. А мелкая норвежская фирма КаМеВа удовлетво­ряет 30% мировой потребности в гребных винтах для роенных кораблей. Подобных примеров можно приве­сти очень много. Не каждая патентная фирма является мировым лидером, но любая имеет весьма специализированный конек, сферу, в которой ее позиции очень сильна. Что заставляет патентов столь узко ограничивать свою производственную программу? Прежде всего, конечно, стремление уклониться от прямой конкуренции с ведущими корпорациями своей отрасли. Борьба с гигантами в производстве стандарт­ной продукции заведомо обречена на провал: именно о выпуске массовых товаров эффективно крупное произ­водство. Однако в учете специальных запросов потре­бителя преимущества на стороне той фирмы, которая посвятила свою деятельность их изучению и удовлет­ворению. И здесь роли меняются. Трудно представить себе, скажем, металлургический или металлообрабатывающий концерн, который бы ак­тивно занимался поиском наилучшего варианта режу­щих цепей для электропил. Ясно, что в общем оборот концерна на эти цепи придутся лишь тысячные, если не миллионные, доли процента. Соразмерным доле будет и усердие гиганта. Между тем средняя фирма «Омарк» (США) только режущими цепями и занимается, являясь всемирно при­гнанным лидером в этой области. Не надо быть экспертом, чтобы понять, чьей продукции отдадут предпочте­ние лесорубы при поиске наилучших орудий для тя­желого и опасного труда на лесоповале. «Три года назад я бесплатно предоставил «Эппл» мою лицензию (на производство дискетниц — перифе­рийных запоминающих устройств для ЭВМ. — А. Ю.). Я знал, что они не смогут производить их так дешево, как я. Теперь они убедились в моей правоте», — так прокомментировал Дж. Тендон (владелец фирмы) пол­ный провал попытки одного из ведущих электронных концернов вторгнуться в сферу деятельности его спе­циализированной фирмы. Даже такой вызывающий жест, как бесплатная лицензия не помог крупной кор­порации в чуждой для нее сфере. Повторяется уже знакомая нам по фирмам-комму­тантам ситуация. Успех приходит не к объективно бо­лее сильной, а к более приспособленной к конкретной обстановке компания. Только в данном случае потен­циальная опасность для гигантов значительно больше. Мелкие фирмы даже при самом удачном для них развитии событий не могут серьезно подорвать позиции крупного концерна. Иное дело специализированные компании. Уступая им один за другим сегменты некогда кон­тролировавшегося рынка, крупная корпорация посте­пенно сужает сферу собственного бизнеса. Единый ры­нок как бы распадается на сегменты, в каждом из ко­торых крупный концерн уже не занимает ведущих пози­ции. Проблемы такого рода, в частности, возникли в се­редине 80-х годов в деятельности крупнейшего элек­тронного концерна мира ИБМ. Уступив специализиро­ванным фирмам рынок суперкомпьютеров я средних ЭВМ, отстав в разработке персональных компьютеров, компания по-прежнему многократно превосходила лю­бого из соперников, но почти нигде уже не была лиде­ром. Понадобились чрезвычайные усилия, чтобы вернуть утраченные сегменты рынка. И все же прямые схватки специализированных фирм н ведущих монополий скорее исключение, чем правило. Рынок товаров, производимых патиентом, слишком узок, чтобы привлекать гиганта. А масштабы производства последнего слишком велики, чтобы небольшая специа­лизированная фирма рискнула соревноваться с ним в изготовлении массовых продуктов. Конкуренция приобретает потенциальную форму, напоминает вооруженное перемирие: вспышка активной борьбы происходит лишь в случае вторжения одной из сторон в чужую область. Компании, придерживающиеся патентной стратегии, имеют и известные преимущества по отношению к дру­гим основным соперникам в конкурентной борьбе — мелким неспециализированным предприятиям. Если по­пытаться кратко определить суть этих преимуществ, то они связаны с их повышенной устойчивостью, Клиент, отказавшийся от стандартного товара и це­ленаправленно ищущий какой- то особенный, очевидно, имеет для этого веские мотивы. Рынок, на который работает специализированный производитель, поэтому ме­нее подвержен колебаниям. В начале 1989 г. швейцарский эксперт по маркетин­гу X. Фризевинкель опубликовал прогноз развития фар­мацевтической промышленности ФРГ в связи с пред­стоящим изменением порядка оплаты лекарств через больничные кассы. Уникальность исследования состояла в том, что в нем анализировалось состояние фирм от­расли перед заранее запрограммированным кризисом. Дело в том, что раньше оплату очень дорогих на За­паде лекарств средний житель ФРГ производил не из своего кармана, а за счет финансируемой профсоюзами и государством больничной кассы. Теперь же касса резко сократила дотации. Для фармацевтических ком­паний это равносильно неизбежному падению спроса на их продукцию. В каком же состоянии подошли разные группы фирм к кризисной полосе? X. Фрнзевинкель анализировал компании отрасли по 32 показателям и пришел к выводу, что существуют 5 основных типов фирм. Для наглядности он назвал их «гордыми львами», «могучими слонами», «неповоротли­выми бегемотами», «хитрыми лисами» и «серыми мы­шами». К трем первым группам мы вернемся несколько поз­же. Судьба же «хитрых лис» и «серых мышей» имеет прямое отношение к проблеме специализации компаний. «Хитрые лисы» (по Фризевинкелю, — предприятия, про­водящие успешную нишевую политику) благополучно перенесут кризис. Как правило, каждая из «лис» яв­ляется лидером по выпуску 2—3 препаратов и к тому же имеет достаточные финансовые ресурсы. Иное будущее ожидает «серых мышей». Для мелкой или средней фирмы низкий уровень специализации в трудные времена губителен. Не имея коронных продук­тов, она сразу столкнется с падением выручки, а не­хватка денег, в свою очередь, лишит се шансов выпу­скать такие продукты впоследствии. По мнению X. Фризевинкеля, «в сущности, этот биз­нес подобен жизни бабочки- однодневки, которая уже завтра будет дрожать, размышляя, останется ли она жива послезавтра». В итоге специализированная фирма значительно жиз­неспособней равной и даже большей по размерам уни­версальной. Из 76 «мышей» 15 выделены особо как практически обреченные. Характерно, что существенная их часть (11) была крупней некоторых перспективных «лис». А самая большая «мышь», в расчетах X. Фризспинкеля, в 4 раза крупнее самой мелкой «лисы», но это не увеличивало шансов «мыши-переростка». В более общем плане можно сказать, что сильные стороны компании-патиента связаны с доминирующим положением в рамках занимаемой ниши. На этом рын­ке они являются мини-монополиями: пусть их товар очень специфичен и редко кому бывает нужен, но если потребность все же возникла, то обращаться приходит­ся к узкому кругу компаний. Ведь, кроме них, никто ни­чего подобного не производит. Здесь равно бессилен и мелкий, и крупный конку­рент. Здесь основа уверенности, что покупатель обра­тится именно к твоей фирме. Здесь истоки формирова­ния выгодных цен и прочих условий. Исследования показывают, что существует прямая зависимость между контролируемой фирмой долей рын­ка и успехом ее деятельности. Эта зависимость такова: Доля на рынке Норма прибыли 7% 9,6% 7-14% 12,0% 14-22% 13,8% 22-36% 17,9% 36% 30,2% Проследим теперь за типичным путем развития патиентной компании. При всех преимуществах, создавае­мых узкой специализацией, он не является легким. Прежде всего найти (или создать) собственную нишу весьма трудно. Несложные изделия попутно произ­водятся фирмами общего профиля. Особые запросы от­дельных групп потребителей учитываются с помощью модификаций серийной продукции. Слишком специфиче­ские заказы (своего рода прихоти отдельных клиентов) не создают устойчивого рынка. Вот почему формирова­ние ниши представляет собой целое искусство. И видимо, небезынтересно привести советы, которые дает Р. Кан владельцам средних фирм: «Сегментируй рынок. Подразделяй его по отдельным товарам, потребителям, ценам, качеству, маркам, спо­собам сбыта, географии, сервису и т. д. Обязательно сделай что-нибудь, чтобы сегментировать его! Отличайся от других. Сделай свою фирму совершен­но непохожей на конкурентов. Стремись к оригинально­сти. Добивайся различий в каждом функциональном ас­пекте, влияющем на покупателя». По мере того как фирма накапливает опыт и кон­центрирует ресурсы в „избранной" узкой области, ниша все более надежно защищает ее от вторжения конку­рентов. Однако параллельно нарастает опасность дру­гого рода. Патенты, технология, специализированная сбытовая сеть — все это и многое другое, чем владеет компания, имеет цену лишь до тех пор, пока существует та особая рыночная потребность, на удовлетворение ко­торой они ориентированы. Патиент становится заложником рыночной ниши, ко­торую занял или сам создал. До тех пор пока она су­ществует, он обладает массой преимуществ. Стоит ей исчезнуть — и для патиента это окончится катастро­фой. Слишком много средств вложено в узкую область, а изменение производственного профиля почти невоз­можно. В 50-е годы американская фирма «Скрипто» успешно специализировалась на выпуске дешевых письменных принадлежностей (автоматические карандаши). Но в (60—70-е годы на этом рынке произошла маленькая тех­нологическая революция. Французская фирма «Бик» вы­пустила свои знаменитые шариковые ручки, сочетающие дешевизну и удобство при письме. Для компании ши­рокого профиля это вряд ли стало бы большой пробле­мой: мало ли нововведений такого масштаба осуществ­ляется в разных отраслях, не оказывая значительного влияния на действующие в них фирмы. Но для фирмы «Скрипто» это было катастрофой. Спрос на автомати­ческие карандаши — единственную опору ее бизнеса— снизился во много раз. Еще большее разрушительное воздействие на дея­тельность специализированных фирм оказывают круп­ные структурные перестройки хозяйства, которые «унич­тожают» сразу десятки и сотни патиентов. Приведем ха­рактерный пример. Основные достижения электроники, как известно, исторически концентрировались в радиотехнике, произ­водстве ЭВМ и военной сфере. Именно в интересах этих отраслей осуществлялось большинство разработок. Но попутно удалось решить массу проблем машино­строения и точной механики, что радикально изменило требования к продукции этих отраслей. Так, выпуск кварцевых часов обусловил ликвидацию многих фирм, производящих механические часы. Произ­водством значительной части измерительных приборов скажем, весов) занялись электронные фирмы, посколь­ку «сердце» современного прибора — это микропроцес­сор. Механическая часть стала второстепенной, и тради­ционные изготовители, накопившие опыт именно в ее производстве, остались не у дел. Патиенты разорялись не потому, что выпускали пло­хую продукцию. Напротив, обычно она была превосход­ной. И не потому, что отстали от технического про­гресса в своей области (при изготовлении хороших ме­ханических часов, например, используются прецизион­ные станки наивысшей точности), а потому, что в изме­нившихся условиях их специальные познания обесцени­лись. Ничего же другого они делать не умеют. Если взглянуть на эту ситуацию с более широких общеэкономических позиций, то видна связь функций специализированных фирм на рынке и их судьбы. Сво­им возникновением они обязаны сложности и многооб­разию экономических потребностей, в том числе суще­ствованию редких и нетипичных, но от этого не менее важных. Приспособившиеся к их удовлетворению фир­мы процветают, но одновременно теряют гибкость и способность менять род деятельности. Когда трудностей такого рода не возникает (т. е. когда избранная патиентом ниша оказывается перс­пективной), то перед специализированной фирмой от­крываются возможности роста. В способности достичь значительных размеров, кстати, заключается важное ка­чественное отличие патиента от неспециализированной мелкой компании. Первоначально фирмы обоих типов могут быть невелики. Но коммутант остается таким на­всегда, а патиент растет, ибо ниша эффективно защи­щает его от конкурентов. Увеличение размеров, однако, порождает свои осо­бые проблемы. Для многих нишевых компаний успеш­ный рост становится прелюдией поглощения. Исследования Ифо-института (Мюнхен), например, показывают, что существует критический размер пред­приятия (от 200 до 500 занятых), при котором оно в большей степени, чем мелкие, или, напротив, крупные фирмы уязвимо по отношению к захватам. Вряд ли слу­чайным совпадением можно считать, что как раз этот критический размер типичен для средних фирм нишевой ориентации. Дело в другом. Патентная компания уже достаточ­но велика, а это значит, что она привлекает внимание крупных корпораций. К тому же она обладает ценным опытом, и ее захват может быть единственным путем получения доступа к патентам, ноу-хау, специализиро­ванной сбытовой сети. Напомним, что попытка прямого вторжения на ры­нок, контролируемый патентом, может закончиться для гиганта плачевно. Победить специализированную фирму к ее области трудно, захватить целиком — часто го­раздо легче. Как ни странно, поглощению может способствовать и сама жертва. При всех своих достоинствах патиентпая стратегия имеет «встроенный» недостаток: ограни­ченность размера ниши, т. е. рынка, на который рабо­тает специализированная компания. Приближение к этому пределу ставит фирму перед трудным выбором. Можно сохранить свою производственную програм­му, но тогда придется отказаться от дальнейшего роста. Можно освоить новые товары или выйти с прежними на новые (скажем, зарубежные) рынки. Однако это свя­зано с крупными капиталовложениями и большим рис­ком: за пределами своей ниши компания не имеет при­вычных преимуществ. Экономисты отмечают, что у средних предприятий часто преобладает не страх перед поглощением, а ин­терес к кооперации (в частности, международной) в рамках мощной транснациональной корпорации. Не за­будем, что в конце концов независимость не является самоцелью для капиталистического предприятия. Мно­гие фирмы предпочитают влиться на выгодных условиях в крупную корпорацию, чем ради сохранения самостоя­тельности обречь свою фирму на застой или пойти на значительный риск. Западногерманская компания «Наттерманн» — ти­пичный патиент. Сравнительно небольшая по размерам она является крупнейшим в Западной Европе произво­дителем растительных лекарственных средств (фнтомс-дмцина). Долгое время фирма преуспевала, но во вто­рой половине 80-х годов наступил кризис развития. Воз­никла реальная угроза, что компания не сумеет вос­пользоваться «зеленой волной» — возросшей тягой по­требителя к натуральным продуктам. По расчетам, финансировать соответствующие про­граммы исследований может лишь фирма, имеющая оборот в 5 раз больший, чем компания «Наттермаин». Осознав это, ведущие менеджеры «Наттерманна» стали добиваться поглощения фирмы каким-либо фармацевти­ческим гигантом. Что, кстати, оказалось нелегким де­лом. Сначала с таким проектом не хотели согласиться владельцы: они видели в предложении управляющих «предательство». Потом антитрестовские органы ФРГ фактически блокировали ее союз с любым из крупных национальных производителей. Более мелкие компании не могли заплатить за эту фирму достаточную сумму. Лишь с трудом был найден иностранный партнер — французский концерн «Рон-Пуленк». Поглощение специализированной фирмы обычно не приводит к ее полному растворению в структуре более мощной корпорации, осуществившей захват. Самое цен­ное, что приобрела крупная фирма, — это производст­во, оптимально приспособленное к удовлетворению за­просов определенного круга потребителей. Ликвидиро­вать его было бы непозволительным расточительством. Поэтому бывший независимый патиент управляется как дочернее общество с высокой степенью автономно­сти. Именно это и произошло, в частности, с компанией «Наттерманн» в рамках концерна «Рон-Пуленк». Более того, нередко патиент как бы продолжает са­мостоятельное существование. Так, английская фирма. выпускающая дорогие спортивные автомобили «Ягуар», сначала была поглощена концерном «Бритиш Лейланд». потом вновь обрела независимость, затем вошла в со­став компании «Форд». Хозяева менялись, а основные направления деятельности этой фирмы оставались преж­ними. Деятельность патентов, избежавших поглощения, может развиваться по трем направлениям: 1) умеренный рост в рамках ниши; 2) превращение в ведущую монополию с сохране­нием нишевой специализации; 3) превращение в массового производителя с выхо­дом за пределы ниши. Первое направление типично для подавля­ющего большинства патиентов. Их деятельность в этом случае подчиняется уже описанной стратегии узкой спе­циализации. Качественно фирма не меняется, лишь по­степенно растут ее размеры. Второе направление используется лишь очень немногими компаниями. Для этого недостаточно усилий самого патента. Необходимо еще благоприятное сте­чение обстоятельств. Нужна определенная (редко встре­чаемая на практике) параллельность роста самого патиента и того сегмента рынка, который он обслуживает. Если рынок растет слишком медленно, патиент навсегда останется небольшой фирмой. Если слишком быстро, то патиенту вряд ли удастся удержать его за собой: на­верняка туда вторгнутся более мощные конкуренты. Примером удачной нишевой специализации может служить западногерманский электротехнический кон­церн «Роберт Бош». Его бурный рост в послевоенный период практически не встретил противодействия лиде­ров отрасли, поскольку он производил не электротех­нику вообще, а электротехнику для автомобилей. Такая специализация и первоначально небольшие размеры рынка служили концерну надежной защитой. Компания уже достигла значительных размеров, ког­да начался бум «электронизации» автомобиля, и она смогла извлечь из него максимальную выгоду, практи­чески не допустив в эту сферу ни одного из крупных конкурентов. В настоящее время компания «Роберт Бош» входит в число 100 крупнейших корпораций мира (в 1988 г. — 55-е место). То, что лишь крохотное меньшинство патиентов до­стигает размеров монополистических гигантов, таким образом, не вызывает удивления. Более сложен другой вопрос. Почему, даже превратившись в монополию, мно­гие компании остаются верны нишевой стратегии? Более того, почему фирмы, иным путем достигшие гигантских размеров, также порой начинают ее осуществлять? Ведь они уже входят в число ведущих компаний и, казалось бы, не нуждаются в защитных свойствах ниши. «Мы осуществляем капиталовложения или захваты­ваем другие фирмы только в рамках уже имеющихся подразделений концерна. Наша цель состоит в том, что­бы стать лидером в производстве каждого товара, вхо­дящего в нашу программу. И мы решительно не же­лаем дополнительно расширять эту программу». Такой манифест нишевой стратегии — стремление к лидерству на узких сегментах рынка — кажется уместным для не­большой, лишенной амбиций компании. В действитель­ности же он взят из программного выступления Ж.-Р. Форту, шефа одного из крупнейших французских кон­цернов «Рон-Пуленк». Рисунок 1. Варианты стратегического положения крупных компаний на рынке Для выяснения причин приверженности многих круп­ных компаний нишевой стратегии нам понадобится не­большой теоретический экскурс. Диаграмма (см. рис 1) показывает типичную ситуацию раздела рынка опреде­ленного товара между разными производителями. Прежде всего обратим внимание на общие контуры рынка. Спрос концентрируется вокруг некоторого сред­него, типичного на данный момент уровня качества и соответственно цены товара (на графике, вокруг точки 0). Дорогих товаров сверхвысокого качества или деше­вых и плохих продуктов сбывается существенно мень­ше. Подобная естественная структура спроса предопре­деляет особое положение на рынке компании-лидера. Он не просто «первый среди равных». Видно, что зани­маемый им сегмент рынка по размерам (на графике — но площади) значительно больше сегмента любого из конкурентов. Это объясняется тем, что лидер удовлетворяет наи­более ходовую рыночную потребность, тогда как осталь­ные — более редкие. Вот почему среди самых крупных фирм отрасли нет примерного равенства сил. Даже вто­рая по величине компания мала (а значит, во многих отношениях и слаба) по сравнению с доминирующей фирмой. Проанализируем положение подобного вице-лидера (в реальности такая фирма может занимать второе, третье и пятое место), которое крайне противоречиво. С одной стороны, как всякий массовый производи­тель, вице-лидер заинтересован в увеличении серийно своего производства, что возможно при ориентации па пользующиеся наибольшим спросом разновидности товара (на графике это выразилось бы в приближении центра его производственной активности точки А к точ­ке 0). С другой стороны, чем ближе он к точке 0, тем чаще его товары вступают в прямую конкуренцию с товарами лидера отрасли (на графике растет взаимное перекры­тие их сегментов рынка). А это, если учесть превосхо­дящую мощь доминирующей фирмы, весьма опасно. Конкретный вице-лидер в конкретной обстановке мо­жет, конечно, разработать любую линию поведения. Но все равно, выигрывая в одном, он проигрывает в дру­гом: либо рискует снижением эффективности массового производства, либо усилением конкуренции с лидером. Недаром в финансовой прессе периодически (хотя и не совсем всерьез) появляются размышления о «про­клятии», тяготеющем над фирмами, близко приблизив­шимися к лидеру. Подтверждается это и некоторыми статистическими данными. Проследим, как меняется чис­ло захваченных компаний в зависимости от изменения их размеров (табл. 3). Самые крупные корпорации почти не подвергаются захватам. Во «втором эшелоне» наблюдается пик погло­щений (в 1972—1982 гг. он пришелся на фирмы, зани­мавшие с 51-го по 100-е место в списке крупнейших кор­пораций Великобритании, в 1982—1986 гг. — с 101-го по 200-е место). Для более мелких фирм вероятность потери неза­висимости снижается, и лишь при дальнейшем умень­шении размеров компаний вновь наблюдается тенденция к росту. Последнее вряд ли нуждается в подробных комментариях: то, что мелкие фирмы чаще поглощают­ся, чем крупные, достаточно очевидно. Таблица 3. Число английских фирм, подвергшихся поглощению или слиянию, % к общему числу фирм А вот пик поглощений, приходящийся на крупные фирмы «второго эшелона», довольно специфичен. В на­стоящее время, когда разорение крупной фирмы стало редкостью, именно этот показатель подтверждает труд­ность существования в тени лидера. Когда-то Цезарь предпочел быть первым в деревне, а не вторым в Риме. И был совершенно прав. Вторым в Риме он просто не сносил бы головы. Многие крупные компании руководствуются теми же мотивами, выбирая нишевую стратегию и уклоняясь от противоборства с доминирующей корпорацией (на графике показан ва­риант альтернативного, т. е. патиентного, положения на рынке). Два типичных приема позволяют приспособить патиентную стратегию к крупным размерам фирмы. Первый прием (им воспользовалась, в частности, ком­пания «Даймлер-Бенц») состоит в сосредоточении про­изводства на выпуске изделий наивысшего уровня ка­чества и обеспечении его крупных масштабов за счет международной реализации продукции. В каждой стране продается сравнительно мало «мерседесе-бенц». Эти дорогие машины не конкурируют с деше­выми автомобилями массовых марок, но во всем мире других марок. И концерн «Электролюкс» был в то вре­мя небольшим нишевым производителем. Затем концерн провел беспрецедентную серию захва­тов. Сначала поглощались сравнительно небольшие про­изводители «белого товара»: «Артур Мартин» (Фран­ция, захвачен в 1976 г.), «Хускварна» (Швеция, 1978 г.), «Тэппен» (США, 1979 г.). Потом дело дошло и до ве­дущих компаний: «Занусси» (Италия, 1984 г.), «Байт» (США, 1986 г.), «Торн-ЭМИ» (Англия, 1987 г.). Всего было захвачено более 400 фирм, и в результа­те концерн «Электролюкс» стал самым крупным в ми­ре производителем «белого товара». Более всего, тактика концерна была похожа на аван­тюру. Маленькая фирма захватывала одну компанию за другой. Драконовскими методами проводила на них санацию (увольнения, закрытия заводов и т. д.), с при­былью продавала ненужные подразделения поглощен­ных фирм, а на вырученные деньги покупала новые компании. Риск действительно был огромен. К тому же реше­ния надо было принимать очень быстро. К примеру, за­платить 750 млн. долл. за американскую компанию «Вайт» менеджеры концерна «Электролюкса» согласи­лись после менее чем недели размышлений. Но возможно не меньшему риску концерн «Электро­люкс» подвергся, если бы пассивно оставался в своей нише. В отрасли началась структурная перестройка и, следовательно, формирование единого вместо сегменти­рованного рынка. Позже, в 1989 г., один из руководителей концерна Л. йохансон отметил: «Только вопросом времени явля­ется выравнивание поведения потребителей в США и (Западной) Европе. Потребители в Нью-Йорке, Милане и Стокгольме уже теперь имеют больше общего, чем по­купатели из нью-йоркских районов Манхэттен и Бронкс (богатые и бедные кварталы города. — А. Ю.)». Если бы концерн «Электролюкс», решительно поки­нув свою нишу, не выступил бы в роли консолндатора отрасли, ее взяла бы на себя другая компания. И мож­но допустить, что среди прочих трофеев включила бы в свой состав и концерн «Электролюкс». Реальность такой возможности подтверждает исто­рия развития американской пищевой промышленности в последние десятилетия. В 1975 г. наиболее мощными компаниями пищевой промышленности Соединенных Штатов Америки явля­лись 6 корпораций («Крафт», «Эсмарк», ЛТВ, «Беат­рис», «Грейхаунд» и «Дженерал фуд»). Каждая пз них была крупным производителем определенных продуктов питания. Между тем на прежде сильно раздробленном рынке все четче стали намечаться тенденции унифика­ции. Немногочисленные особо удачные марки продуктов стали пользоваться большей популярностью и находить спрос по всей стране. Подобное положение явно способствовало выдвиже­нию компании-лидера. Однако среди пищевых корпо­раций США не нашлось ни одной, способной играть эту роль. Такая нерешительность, верность нишевой такти­ке в изменившихся условиях привели к тому, что самы­ми крупными производителями пищевых продуктов ста­ли «варяги»: табачные монополип «Филип Моррис» и «Р. Дж. Рейнольд» (ныне «Р. Дж. Р. Набиско»). К 1987 г. старая группа ведущих фирм отрасли пол­ностью утратила занимаемые позиции. Из 6 компаний 4 были захвачены другими фирмами, 2 «покинули» от-оасль. Ничего даже отдаленно похожего не наблюдалось ни в какой другой отрасли промышленности Соединенных Штатов Америки. Не только захват, но даже смещения старых лидеров на вторые места практически отсутст­вовали. А уж полная смена всей верхушки компаний отрасли была совершенно исключена. Анализ деятельности компаний-патиентов позволяет понять одну из функций весьма распространенной во временной капиталистической экономике тактики за­хватов и поглощений. Нишевая стратегия столь эффек­тивно предохраняет контролируемый компанией сегмент рынка от вторжения извне, что в иной форме часто про­сто не может осуществляться процесс концентрации про­изводства, даже если объективные условия для него со­зрели. Вышедший за пределы своей ниши патиент или мощная монополия должны поглотить предприятия ве­дущих конкурентов, чтобы открыть путь эффективному массовому производству.

2 Крупные предприятия

2.1 Большой бизнес: стандартность, дешевизна, качество

Среди институтов современного буржуазного общест­ва, вероятно, нет такого второго, который бы подвер­гался столь же систематической и обоснованной крити­ке, как капиталистическая монополия. В последние го­ды в ходе обсуждения в советской печати проблемы мо­нополизма ведомств и отдельных предприятий-постав­щиков соответствующие параллели стали проводиться и применительно к нашей экономике. Оценка монополий в этом случае также оказалась резко отрицательной. Нет ли, однако, в этом подходе известной односто­ронности? Может ли один из важнейших элементов со­временной экономики, а монополии при всех их недо­статках, несомненно, являются таковым, играть только негативную роль? Можно ли вообще чисто абстрактно оценивать роль монополии, не учитывая, в каких кон­кретных условиях она существует? Безусловно, современная крупная капиталистическая корпорация — это предприятие, действующее (как и другие фирмы) в своекорыстных целях и благодаря гос­подству на рынке располагающее (уже в отличие от прочих) несравненно большими, порой мало чем ограни­ченными возможностями для достижения поставленных целей. Способность следовать своей выгоде, не считаясь с общественным интересом, внутренне присуща любой монополии. Но ведь нельзя не учитывать, что монополии явля­ются производителями массовой продукции, иными сло­вами, это фирмы, производственная программа которых . ориентирована на самые типичные и распространенные потребности рынка. Критика монополии сосредоточена на первой — под­черкнем, реально существующей и крайне негативной — стороне деятельности гигантов. Но стоит задуматься и над второй. Если в обслуживании наиболее ходовых потребно­стей рынка именно монополии вытеснили все другие ти­пы капиталистических предприятий, то, значит, они ока­зались способными более полно и эффективно их удов­летворять. Захват рынка не может быте долговечным, если он не опирается на соответствие основных харак­теристик товаров запросам потребителей. В расхожих представлениях продукция монополий обычно ассоциируется с дороговизной, техническим за­стоем и низким качеством. На наш взгляд, .даже спе­циально трудно было бы придумать характеристику бо­лее далекую от действительности, чем эта. Ее живучесть можно объяснить смешением того, как реально ведут себя крупнейшие фирмы на рынке, с тем, к чему стре­милась бы монополия в «тепличных», идеальных для проявления ее всевластия условиях. Описывая сущность рыночной стратегии монополий, следует отметить, что именно крупнейшие корпорации наводняют западный рынок массовыми, стандартными, качественными товарами по доступным ценам. «Быто­вое» доказательство реальности этой (условно назовем ее позитивной) стороны деятельности монополий хорошо известно читателям, но, к сожалению, редко осознается в качестве такового. Дело в том, что почти все самые распространенные товары (в том числе импортируемые в страны бывшего СССР), по ко­торым, собственно, и судят о достижениях наиболее раз­витых капиталистических стран, изготовлены монопо­лиями. И репутация передовых государств Запада как производителей товаров, имеющих превосходные техни­ческие, качественные и ценовые характеристики (вклю­чая сюда дешевизну — советские внешнеторговые объ­единения не покупают дорогих изделий), завоевана как раз продукцией монополий. Не случайно, например, во многих развивающихся государствах ФРГ называют страной мерседеса. С теоретической точки зрения подобное положение не кажется парадоксом. Суть в том, что монополии не только потенциально способны резко повышать цены, тормозить научно-технический прогресс и т. д., они же одновременно располагают наилучшими возможностями для выпуска дешевой и качественной продукции. Действительно, массовый выпуск позволяет держать на низком уровне издержки производства. Стандарт­ность изделий упрощает контроль за качеством и об­легчает автоматизацию, что, в свою очередь, обычно и улучшает, и удешевляет товар. Огромные финансовые ресурсы дают возможность осуществлять масштабные научные исследования, систематически изучать потреб­ности рынка. Какую из двух равно доступных, но диаметрально противоположных стратегий (выпуск дорогих и плохих или дешевых и хороших товаров) выбирают монополии, всецело зависит от условий на рынке. В послевоенный период в большинстве случаев крупнейшие корпорации делают выбор, в пользу второй стратегии. Три фактора, на наш взгляд, предопределили такой выбор: конкуренция, рост рынка и научно-технический прогресс. Проанализируем влияние этих факторов более по­дробно. 1. Монополия не устраняет конкуренции. Общеизве­стность этой ленинской мысли, к сожалению, слишком часто сочетается со старомодным ее толкованием. Под­линная борьба усматривается лишь в схватках гиган­тов, в остальных случаях — только удушение аутсай­деров. Подобный взгляд, вероятно, был оправдан в период незрелой монополистической экономики, когда монопо­лии активно вытесняли более слабых соперников, по существу, отличавшихся от них самих лишь меньшими размерами и производивших точно такую же продукцию. Но этот процесс давно закончен. Современный мелкий и средний бизнес приспособил­ся к условиям монополистической экономики. Сосредо­точив свою активность в тех сферах, где небольшие предприятия эффективны, используя нишевую страте­гию, делая ставку на прорывные направления НТР, опи­раясь на все эти приемы, мелкий и средний бизнес стал менее уязвим и одновременно способен успешно атаковать гигантов, если те допустят ошибку. В том же направлении действует и рост интернацио­нализации. Даже мелкая фирма способна доставить большие неприятности гиганту, если она является до­черним обществом мощного иностранного концерна. В итоге давление конкуренции на ведущие корпорации резко усилилось. Тактика сговора ради повышения цен или ухудшения качества стала для них менее привле­кательной. 2. Глава компании «Сони корпорсйшн» А. Морита однажды поделился воспоминаниями о создании знаме­нитого «вокмена» — портативного магнитофона с науш­никами. Его прототип, требовавший еще дополнительной доработки, стоил 45 тыс. йен. Но продавался (при отсутствии всяких конкурентов!) за 30 тыс. йен. Расчет (с блеском подтвердившийся) был на то, что доступная цена создаст товару широкий рынок, а это в конечном счете окажется выгоднее. Такая тактика достаточно типична в условиях рас­тущего рынка. В период между двумя мировыми война­ми, когда в западной экономике господствовали застой­ные тенденции, подобная линия поведения была неоправданна: расширить физический объем продаж было почти невозможно и увеличить прибыль можно было лишь за счет повышения цен. Напротив, более благоприятная конъюнктура после­военных лет способствовала тому, что такая тактика стала преобладающей. Многие фирмы стремятся «рас­ти» вместе с рынком. Доступными ценами и высоким качеством они формируют общественную потребность а товаре и выигрывают от того, что сами же ее удовлет­воряют. 3. Монополистическим манипуляциям на рынке не способствует и научно- техническая революция. Завы­шенные цены, низкое качество или техническая устаре­лость товара во многом предопределяют необходимость его замены принципиально новым продуктом. Монопо­лия, негибко реагирующая на указанные тенденции, рискует однажды остаться с полностью утратившим кон­курентоспособность товаром. Американская исследовательница Л. П. Байт прове­ла сопоставление ведущих корпораций, доминировавших в своей отрасли, с другими крупнейшими фирмами, не являющимися, однако, лидерами соответствующих от­раслей. Выяснилось, что лидеры получают более высо­кие и более стабильные прибыли. При этом они затра­чивают на научно-технические исследования более круп­ную часть своего оборота, больше средств (в процент­ном отношении) направляют на капиталовложения, а также на рекламу и маркетинг. Все сказанное подтверждает, что современная моно­полия по-прежнему стремится к получению сверхприбы­лей и успешно решает данную задачу. Но добивается своего она в нынешних условиях не путем грубого си­лового давления на рынок, а благодаря максимальному учету запросов массового потребителя. Доказательство тому — непропорционально большие вложения капита­ла в производство, науку и маркетинг. Роль крупнейших капиталистических монополий как изготовителей массовой продукции предопределяет их особое положение среди прочих компаний. Объективно это положение должно отличаться значительно большей устойчивостью, поскольку создание крупного производ­ства требует значительного времени и больших средств. Оно не может попеременно проводиться то одной, то другой фирмой. Иными словами, должна сложиться и долгое время существовать без заметных изменений своего состава небольшая группа неоспоримых лидеров. Факты дейст­вительно позволяют выделить такие элитные группы крупнейших предприятий. Из данных табл. 4 видно, что современный деловой мир строго иерархичен. В каком случае больше отрыв фирмы от ее ближай­шего соперника: в том случае, если мы сопоставляем по величине первую и вторую компанию страны или, скажем, 101-ю и 102-ю? На первый взгляд — это вопрос конкретной ситуа­ции, одинаково возможен и тот и другой вариант. В дей­ствительности же разница в размерах между компанией- лидером и прочими фирмами очень велика (в предыду­щей главе рассматривались причины этого). А чем мень­ше корпорация, тем меньше и ее отрыв от ближайших конкурентов. Так, по спискам компаний трех стран (США, ФРГ, Швеции) было подсчитано, на сколько процентов обо­рот самой крупной фирмы больше оборота второй по ве­личине компании. Затем вторая по размерам фирма бы­ла сопоставлена с третьей, та - с четвертой и т. д. Результаты подсчетов весьма характерны. В первой десятке разница в размерах компаний очень значитель­на. В среднем каждая фирма превосходит следующую по величине более чем на 10%. Разрыв между корпорациями, замыкающими список 50 и 100 крупнейших компаний, существенно меньше (соответственно около 2 и 1 %). Наконец, обороты фирм, занимающих последние ме­ста в числе 200 и 500 крупнейших, отличаются друг от друга на доли процента. Таблица 4 Сравнительные размеры фирм в зависимости от их места в списке крупнейших корпораций в 80-е годы Следствием такой структуры рынка является боль­шая изменчивость внизу иерархической пирамиды и поч­ти полная неподвижность на ее вершине. Действитель­но, будь оборот американской фирмы, занимающей 500-е место, на 5% больше, чем был в реальности , она переместилась бы на 490-е место, обойдя 10 компаний. Для 100-й фирмы дополнительные 5% оборота в среднем означали бы подъем на б ступеней вверх, для 50-й — на 3. А фирма в первой десятке скорее всего просто не изменила бы своего места. Характерно, что с 1972 по 1986 г. в десятку круп­нейших корпораций ФРГ вошла лишь одна новая ком­пания, кстати, уже в 1972 г. занимавшая 11-е место. В американской «десятке» за 1969—1987 гг. появились две новые компании. Даже резкие скачки оборота пре­обладающих в ней нефтяных монополий (как следст­вие резкого изменения цен на мировом рынке нефти) существенно не отразились на ее составе. В итоге ведущие корпорации имеют большой запас прочности. Годами, а то и десятилетиями молодая аг­рессивная фирма может, казалось бы, успешно атако­вать их позиции и все же не добиться решающей победы. Одним из наиболее разительных примеров такого развития событий является вторжение японских компа­нии на автомобильный рынок США. Ситуация стала не­благоприятной для американских концернов не менее 20 лет назад. С тех пор превосходство меньших по раз­мерам, но значительно более эффективно действующих японских производителей подтверждается многими по­казателями (техническое совершенство автомобилей — качество — цены). Тем не менее положение ведущих концернов США остается исключительно прочным. Прибыль компании «Дженерал моторз», например, в 1988 г. составила око­ло 5 млрд. долл. и была самой большой за всю ее историю (более чем в 2 раза превышающую доходы бли­жайшего японского конкурента — фирмы «Тоёта»). Наиболее примечательно в приведенном примере, на наш взгляд, то, что оборонительная стратегия компа­нии «Дженерал моторз» отнюдь не была идеальной. Влиятельный западногерманский журнал «Виртшафт-свохе» поставил в вину главе концерна Р. Смиту целый список грехов, включавший такие, как очень крупные, но недостаточно эффективные капиталовложения (60 млрд. долл.), неумение работать с людьми, неспо­собность сократить самые высокие в автомобилестрое­нии США издержки и т. д. Более того, журнал назвал Р. Смита самой спорной фигурой, когда-либо стоявшей во главе «Дженерал моторз». И несмотря на все эти ошибки, автомобильный ги­гант выстоял, остался прибыльным и, вероятно, в бу­дущем сможет перейти в контратаку. Такова степень живучести наиболее мощных монополий. Благодаря своей силе крупнейшие корпорации вы­полняют функции своеобразного пресса, вытесняющего из своей области деятельности все другие фирмы и проч­но закрепляющего ее за собой (по принятой терминоло­гии такая стратегия называется виолентной, а проводя­щие ее фирмы — виолентами). Это становится важнейшим системообразующим фак­тором, во многом определяющим характер развития хо­зяйственных процессов. Остановимся лишь на некото­рых ситуациях, возникающих в экономике из-за дея­тельности виолентов. Во-первых, складывается особый характер функцио­нирования монополизированной части рынка. С решениями, принимаемыми в штаб-квартирах фирм-виолентов, непосредственно связана судьба целых от­раслей промышленности. Разумеется, прочие фирмы так­же активно разрабатывают свою стратегию, но прямо­го воздействия на всю экономику планы каждой от­дельной компании не оказывают. Значение имеет лишь усредненная рынком совокуп­ность всех решений. Напротив, через деятельность круп­нейших компаний в рыночное хозяйство вторгается за­висимость от замыслов отдельной фирмы, т. е. плановое начало со всеми своими плюсами и минусами. Об этих плюсах и минусах стоит, пожалуй, сказать подробнее. Выработка рациональной долговременной програм­мы в условиях непредсказуемого, изменчивого развития рынка — такова цель, стоящая перед каждой крупной компанией. На первый взгляд она недостижима: нельзя заранее приготовиться неизвестно к чему. Опыт, однако, показывает, что большинство фирм решает ее, отдавая предпочтение осторожным, но беспро­игрышным сценариям развития. Там, где они срабаты­вают, плановое начало дает ведущим монополиям круп­ные преимущества, в противном случае неизбежны бо­лезненные неприятности. Не случайно внутрифирменное планирование гиган­тов довольно беспомощно в создании принципиально но­вых продуктов (см. ниже в разделе об эксплерентах), но эффективно в их тиражировании и осуществлении текущей технической доводки. Для сравнения приведем два примера. Технологически передовая электронная промышлен­ность Западной Европы не имеет крупного производ­ства компьютеров главным образом потому, что ее ли­деры — голландская компания «Филипс» и западногер­манская фирма «Сименс» — первоначально недооцени­ли революционность процессов в этой области техники и стали догонять далеко ушедших вперед конкурентов лишь в 80-е годы. Точно так же в Соединенных Штатах Америки до сих пор нет национальных производителей такого рас­пространенного товара, как миллионами продаваемые в этой стране видеомагнитофоны. Напротив, продуманная техническая политика швед­ских фирм «Вольво» и «Сааб- Скания» в достаточно тра­диционной отрасли — автомобилестроении — позволила Швеции стать базой двух мощных автомобильных кон­цернов, хотя, по мнению экспертов, в такой маленькой стране нет условий для существования даже одного (например, своего автомобильного производства не име­ют Швейцария, Дания и Бельгия). Во-вторых, формируется непосредственное окруже­ние монополии из зависимых (в той или иной мере) мелких и специализированных фирм. Автор уже анализировал эту проблему, рассматри­вая подобный симбиоз с точки зрения небольшой ком­пании, а именно как часто используемую подобными фирмами стратегию выживания. Гиганты, однако, так­же навлекают из этой ситуации пользу: повышают гибкость приспособления к требованиям рынка н снижают издержки. В итоге возникает прочный комплекс «моно­полия и ее окружение», нередко сочетающий преимуще­ства крупных и мелких компаний. Поясним сказанное на конкретном примере. Компьютерный колосс ИБМ, будучи неоспоримым лидером в производстве крупных и малых ЭВМ, долгое время испытывал серьезные трудности в среднем сег­менте рынка (так называемые мини-ЭВМ). Проблема состояла в том, что основным потребителем машин это­го класса являются мелкие предприятия. Они не имеют обученных программистов и вместе с тем вынуждены решать достаточно сложные и обычно непохожие одна на другую задачи. Заниматься проблемами каждой мелкой фирмы ИБМ был не в состоянии и продавал свои машины без специального программного обеспечения. А в итоге те­рял клиентов, хотя технически его компьютеры были превосходны. Выход был найден в заключении соглашения о сбы­те и обслуживании мини-ЭВМ с 400 независимыми мел­кими компаниями. И сразу выявился целый ряд досто­инств этого решения. Местные фирмы-представители не только подгото­вили программы для каждого пользователя, они оказа­лись лучше .информированными обо всех потенциальных клиентах, живущих неподалеку. Им легче, чем гигант­скому концерну, доверяли информацию, да и сам кон­такт двух мелких фирм при заключении сделок оказал­ся эффективней. В итоге 40% клиентов, купивших но­вую мини-ЭВМ, были, что называется, отбиты у конкурентов ИБМ. В-третьих, высокая эффективность виолентов в от­раслях массового производства служит своеобразным фактором естественного отбора, заставляющим прочие компании обходить занимаемые виолентами сегменты рынка, а это достигается лишь при активном использо­вании достижений научно-технического прогресса. При господстве виолентов нововведения оказывают­ся даже не просто важным, а практически единственным средством, опираясь на которое небольшая компания может войти в число ведущих фирм. Мелкая компания в современных условиях становится крупной не в ходе постепенного расширения производства традиционной продукции, такой эволюционный путь для нее закрыт. Ведь само существование малой фирмы, то, что ее до сих пор не вытеснила с рынка какая-нибудь моно­полия, может значить лишь одно — в избранной ею сфере деятельности крупное производство не имеет ре­шающих преимуществ над мелким. При попытке меха­нически расширить выпуск товаров она столкнется и с ожесточенным противодействием ничем не уступающих ей мелких производителей, и с давлением гигантов, чуть только ее производственная программа вторгнется в их сферу деятельности. Только инновации открывают возможности роста. Только новые, никем не занятые сегменты рынка могут служить его долговременной базой. 2.2 «Гордые львы», «Большие слоны», Неповоротливые бегемоты» Устойчивость верхушки монополистического бизнеса не равносильна полному отсутствию изменений в ее рамках. Выше уже упоминалось выделение швейцар­ским экспертом X. Фризевинкелем трех типов крупных корпораций, названных им «гордыми львами», «могучи­ми слонами» и «неповоротливыми бегемотами». Его ана­лиз относился только к фармацевтике, но основной принцип классификации (подразделение фирм в зависи­мости от степени динамичности их развития), на мой взгляд, применим к компаниям любых отраслей. Относительно меньшая часть гигантских корпораций, несмотря на свои размеры, не утрачивает способности к быстрому росту (группа «гордых львов»). Обычно это фирмы с четким производственным профилем, мало ди­версифицированные, но в своей сфере специализации относящиеся к числу безусловных лидеров. Особенность их позиций на рынке обычно связана с обладанием тех­ническими или организационными преимуществами о важном и перспективном сегменте рынка. Японская компания «Сони корпорейшн», например, долгие годы занимает в бытовой электронике именно такую позицию. Она первой начала массовое производ­ство транзисторных радиоприемников, бытовых видео­магнитофонов, «вокменов», освоила лазер­ную технологию звукозаписи на серебристые компакт-диски. Наконец, в последнее время по сравнению с другими компаниями у нее большие успехи в технологии телевидения будущего, обеспечивающего идеальную четкость изображения (система ХДТВ). Мы сознательно привели весь этот перечень, чтобы показать, как велик может быть вклад только одной монополии в научно-технический прогресс. Подобным набором нововведений, способным сделать честь конст­рукторским усилиям целого государства, может похва­литься ряд крупнейших «корпораций-львов». Стремление полностью использовать плоды своих открытий заставляет эти компании выступать возмути­телями спокойствия, делать основную ставку на прямую победу над соперниками в конкурентной борьбе. Именно динамичные «львы» дают наиболее яркие примеры аг­рессивной конкуренции в верхнем эшелоне пирамиды корпораций. Активная эволюция крупной фирмы, однако, обычно заканчивается не состоянием «гордого льва», а позицией «могучего слона». Компании этого типа утрачивают бы­лой динамизм, обретая взамен повышенную стабиль­ность. В состоянии «слона» поэтому компания может пребывать многие десятилетия. Устойчивость обеспечи­вается преимущественно тремя факторами: большими объемами производства, его диверсификацией и нали­чием широкой международной сети филиалов. В условиях жесткой конкуренции трудно непрерыв­но быть первым в создании новинок, но широкий в ас­сортиментном и географическом отношении охват рынка позволяет стать менее зависимым от исхода самой гон­ки. Ни одно новшество, внедренное соперниками, не за­тронет всех сегментов рынка. Следовательно, у корпо­рации всегда останется время и ресурсы, чтобы догнать конкурентов. Часто «слоны» вполне сознательно избегают чести быть первыми, ибо риск первопроходца всегда велик, а крупное производство не прощает ошибок, поскольку слишком велики затраты. Вот почему ведущие корпо­рации используют все свои возможности лишь тогда, когда успех уже наметится, и нередко при этом оттес­няют компанию-новатора. Возник даже специальный тер­мин «тактика ловкого второго». Суть этой тактики такова: фирме совсем не обяза­тельно быть первой, чтобы получить от нововведения наибольшую выгоду. Ведь открытие само по себе имеет преимущественно научное значение, коммерчески же вы­годным становится лишь при массовом тиражировании и применении в разных областях. Здесь-то и сказыва­ются преимущества монополии-«слона». Благодаря широ­ко диверсифицированному и массовому производству именно она извлекает наибольшую пользу от примене­ния новинки в самых разных областях. Не случайно в науке тактика «ловкого второго» бы­ла впервые описана применительно к концерну «Сименс», типичному «слону», охватывающему своей про­граммой чуть ли не всю электротехнику. Кто бы ни сде­лал изобретение, выгоду от него всегда получит «Сименс», поскольку использует его в бесчисленных элек­тротехнических устройствах. Быть может, даже таких, о самом существовании которых и не подозревает пер­вооткрыватель. Закат монополии связан со стадией «неповоротли­вого бегемота». Сохраняя гигантский оборот, корпора­ция постепенно утрачивает способность добиваться со­размерной прибыли, а то и начинает приносить убытки. Причины такого развития событий заключаются в рас­пылении активности по слишком широкому кругу на­правлений, усложнении организационной структуры компании, омертвлении значительной части капитала в утративших перспективы производствах. Вот как, например, журнал «Менеджер магазин» (ФРГ) охарактеризовал проблемы известного голланд­ского электротехнического концерна: «Гигант «Филипс» просто не желает двигаться впе­ред. План решительного сужения излишне широкой про­изводственной программы сорван. Как в мелочной лавке ассортимент простирается от бритвы до прибора для лечения нервов, от долгоигра­ющей пластинки до персонального компьютера. Концерн имеет около 350 фабрик, разбросанных по всему свету. Часто страдая от их неполной загрузки, «Филипс» пытается все, вплоть до последнего гвоздя, производить сам. Долгие годы дебатировавшаяся пере­стройка организационной структуры теперь осуществле­на, но только на бумаге... Следствие: «Филипс» не способен действовать по своему почину, он может лишь пассивно реагировать». Ситуация, однако, не является безнадежной. Вряд ли есть серьезная угроза, скажем, существованию кон­церна Филипс». Выход состоит, как правило, в дезинвестициях, т. е. безжалостном избавлении от убыточных производств (безжалостном в первую очередь по отно­шению к работающим на них — такова социальная иена санации) и снижении издержек на сохраняемых предприятиях, что позволяет улучшить финансовое состояние корпорации. Опыт «Юнайтед стейт стил» (США, ныне компания называется «Ю. С. Экс») и «Бритиш стил» (Великобри­тания) или «Тиссен» (ФРГ) подтверждает, что санация даже в старых отраслях может быть осуществлена ус­пешно (все перечисленные компании металлургические) н способствовать новому росту. Хотя, разумеется, дело не всегда кончается благополучно. Не исключено, что в такой ситуации компания утратит самостоятельность или постепенно перейдет на второстепенные роли. Таблица 5 Изменение места компании в 1987 г. по сравнению с 1969 г. в списке 250 крупнейших корпораций США Более конкретное представление о взаимодействии разных типов крупнейших фирм дают данные табл. 5. Анализируя приведенные показатели, следует отметить сравнительно сильное обновление корпоративной элиты Соединенных Штатов Америки. Лишь около половины рассматриваемых компаний занимало в 1987 г. пример­но те же места, что и за 18 лет до этого. Иными словами, в указанные годы непрерывно осу­ществлялся приток «свежей крови». В верхние эшелоны он приносил технологические и организационные ново­введения, разработанные более мелкими компаниями. Особенно интенсивен был восходящий поток: почти 40% компаний сильно переместилось вверх в списке крупнейших корпораций (а в целом ряде случаев и впервые вошли в него). При этом шансы попасть в чис­ло быстрорастущих фирм сильно отличались по отрас­лям. Например, высокими они были в издательском де­ле, обработке металлов, производстве ЭВМ, фармацев­тике, пищевой и лесобумажной промышленности. На­против, низкие шансы были характерны для текстиль­ной, аэрокосмической и нефтяной промышленности, чер­ной и цветной металлургии, в автомобилестроении, а также в производстве промышленного и сельскохозяйст­венного оборудования. Следовательно, активное перемещение вверх, если отвлечься от некоторых исключений, наблюдалось преи­мущественно у фирм новых отраслей. Все сказанное позволяет сделать такой важный вы­вод. Процесс обновления корпоративной верхушки, как правило, состоит не в том, что старые лидеры сталки­ваются в острой борьбе с новыми гигантами и вытес­няются последними. В тех отраслях, где «слоны» проч­но удерживают свои позиции, поток перемещающихся вверх фирм незначителен. Пополнение элиты осуществ­ляется за счет компаний, обосновавшихся в новых, рас­тущих сегментах рынка. Обратим внимание и на крайне незначительное (8% — см. табл. 5) число фирм, сильно переместивших­ся вниз в списке крупнейших корпораций. Правда, сре­ди компаний, занимавших с 101-го по 150-е место, не­удачно развивавшихся фирм примерно вдвое больше, чем в среднем. Видимо, и в этом показателе проявляется стратегическая слабость рыночной позиции вице-лидеров, т. е. второстепенных производителей массовой про­дукции. Но это не меняет ситуации: среди 250 ведущих корпораций ухудшилось положение в 4 раза меньшего числа компаний, чем улучшилось. Разумеется, в принципе число компаний, утратив­ших свои позиции, должно соответствовать числу фирм, укрепивших их. Все компании не могут одновременно стать первыми. Поднимаясь вверх, фирма автоматически оттесняет обойденные ею компании на более низкие места. То, что в реальном списке 250 крупнейших компаний США за 1987 г. мы видим крайне мало фирм, зани­мавших в 1969 г. более высокое положение, может озна­чать только одно: компании-неудачницы не деградируют, медленно смещаясь вниз по списку, а совсем исче­зают из него в результате захвата более мощным кон­курентом. Крупное производство не может вновь превратиться в мелкое. Но если оно неэффективно организовано (не случайно одна из групп монополий получила название «неповоротливых бегемотов»), то предприятие обычно меняет владельца. В целом процесс ротации ведущих компаний таков. Молодые гиганты не занимают место старых, а стано­вятся рядом с ними. В свою очередь, производственный потенциал теряющих жизнеспособность корпораций не утрачивается, а встраивается в систему более мощных компаний (обычно с сохранением основных выпускае­мых продуктов, торговых марок и организационных от­ношений). Стабильность структуры не мешает измене­ниям, изменения же не разрушают структуры. Механизм рыночной экономики стихийно отработал ту форму об­новления, которая, видимо, единственно приемлема для массового производства: обновление без потрясений.

3 Государственная поддержка малого бизнеса

3.1 Мировой опыт

Как уже говорилось, в мировой практике считается нормой государственное поощ­рение малого бизнеса в интересах нации. При этом задача государства не сводится к тому, чтобы на льготных условиях предоставлять мелким и средним фирмам фи­нансовые, технические и прочие ресурсы и поддерживать частную инициативу лю­бой ценой. Государство призвано в первую очередь создать такой правовой и эконо­мический климат, который позволит малому бизнесу не только удержаться на пла­ву, но и расти, набирать силу. Повсюду: в Европе, Японии, США, странах Юго-Восточной Азии и Латин­ской Америки —Мелкое и среднее предпринимательство находит все более широкую поддержку. Даже восточноевропейские державы с переходной экономикой уде­ляют особое внимание государственной поддержке малого бизнеса. Поддержка малого бизнеса в странах Европейского Союза Возросшая роль малого бизнеса заставила большинство стран ЕС признать необходи­мость разработки специальной политики, основными целями которой являются: · развитие международной конкурентоспособности национальных малых пред­приятий; · создание новых рабочих мест; · экономический рост малых предприятий; · привлечение иностранных инвестиций; ( инновационная деятельность; · трансферт (передача) технологий. В большинстве стран — членов ЕС определение национальной политики в от­ношении малого и среднего предпринимательства является прерогативой федераль­ных властей, а конкретные мероприятия реализуются на уровне регионов. Очевидно, что политика федеральных и региональных властей должна быть скоординированной и сбалансированной, чтобы не снижать конкурентоспособ­ности предприятий. Так, в Испании в течение последних лет возник ряд проблем, связанных с согла­сованием функций и действий властей различного уровня. Особенную остроту они приобрели после появления здесь фондов ЕС по поддержке малого предпринима­тельства, большая часть которых была задействована в регионах без ведома пра­вительства Испании. Как правило, в странах ЕС делами малого и среднего бизнеса ведают министерст­ва экономики и(или) министерства промышленности и торговли. Германия и Нидер­ланды, например, имеют отделы малого и среднего бизнеса в Министерстве эконо­мики. Во Франции соответствующий отдел создан в Министерстве промышленности. В Великобритании существует Министерство малого предпринимательства. Что же касается программ развития малого и среднего бизнеса, то они разраба­тываются в расчете на участие сразу нескольких министерств, что опять-таки тре­бует координации усилий. Суммируя опыт государственной поддержки малого и среднего предпринима­тельства в странах ЕС, можно выделить несколько основных направлений. Помощь в создании малых предприятий. Прямая заинтересованность госу­дарств ЕС в увеличении числа и расширении сфер деятельности малых предприя­тий побуждает их принимать различные программы поощрения начинающих пред­принимателей. Система образования в ЕС поставлена так, что юные граждане еще в школе знакомятся с азами бизнеса. Учат премудростям предпринимательства и взрослых. При этом наряду с так называемым начальным курсом, дающим минимальный объем знаний и навыков. преподается и углубленный, который носит прикладной характер и учитывает спе­цифику деятельности обучаемого. Разрабатываются особые курсы для женщин и этнических меньшинств. В Ирландии, например, с 1992 г. действует Программа обучения работе, при­званная повысить конкурентоспособность мелких фирм и уровень профессиональ­ной подготовки на малых промышленных предприятиях. Курс, рассчитанный на 26-52 недели, частично оплачивается государством. С какими трудностями сталкивается начинающий предприниматель? Они ти­пичны: недостаток стартового капитала, отсутствие четкого бизнес-плана, незна­ние законов и рыночной конъюнктуры. Вот почему в странах ЕС начинающим бизнесменам государство оказывает как финансовую, так и консультационную помощь, организует обучение. Например, в Дании за безработным, пожелавшим открыть собственное дело, в течение стартовых 3,5 лет сохраняется половина пособия по безработице. Подобная система принята и в Великобритании, где безработные, приступив­шие к организации собственного бизнеса, получают еженедельную субсидию в раз­мере 40 ф. ст., которая выплачивается в дополнение к пособию по безработице. В 1989-1990 гг., например, подобные субсидии получали около 1 млн чел. В рамках действующей с 1983 г. программы «Молодые предприниматели» фи­нансовая, юридическая и консультативная помощь оказывается кооперативам и частным предпринимателям. В Великобритании сложилась целая сеть организаций, предоставляющих кон­сультативные услуги, научно-техническую информацию и рекомендации, каса­ющиеся учреждения и функционирования малого бизнеса. Среди них — Служба мелких фирм, местные предпринимательские агентства, центры труда, коммуналь­ные объединения и инициативные группы. В Германии лицам, создающим новые малые фирмы, предоставляются кредиты сроком до 20 лет. Кроме того, правительство выделяет средства на создание новых мелких предприятий. В 1988 г. на эти цели было ассигновано 720 млн марок. Развитие субподряда. Работа по субподряду позволяет малым фирмам полу­чать доступ к технологическим и коммерческим «ноу-хау» больших корпораций. Действуя как поставщик, малое предприятие в то же время может наладить произ­водство собственного конечного продукта и достигнуть большей экономической самостоятельности. Однако малое предпринимательство сталкивается здесь с таки­ми проблемами, как жесткая международная конкуренция, недостаток данных о рыночной конъюнктуре. Соответственно основные меры поддержки малого биз­неса в данной сфере связаны с информированием и консультированием. Вывод малого бизнеса за рамки национального рынка. В последние годы в ЕС частично или полностью упразднены многие барьеры, стоявшие на пути междуна­родной торговли, что, безусловно, способствует расширению экспорта. Однако, как и в случае с субподрядом, вовлечению малого бизнеса в этот процесс препятст­вуют конкуренция и недостаточная осведомленность. Примером государственной поддержки в данной области может служить британская программа «Экспортная инициатива», которая ориентирована на по­вышение заинтересованности потенциальных экспортеров из числа малых фирм в международной торговле и увеличении ее объемов. Программа эта реализуется: • отделом торговли и промышленности, который связан с частным сектором и предоставляет экспортерам-новичкам консультации специалистов; • информационным центром, работающим по принципу «самопомощи»— допуска начинающих к массивам данных о рынках; • справочной службой, которая оказывает консультационные услуги, инфор­мирует о спросе на продукт, возможных конкурентах, результатах других марке­тинговых исследований, а также снабжает адресами и телефонами потенциальных контрагентов. Финансирование малого бизнеса. Все государства ЕС помогают малому и сред­нему бизнесу получить доступ к источникам финансирования, используя при этом различные рычаги. Некоторые страны (Великобритания, Нидерланды и др.) в основном сосредото­чиваются на обеспечении гарантий займа. Например, в 1988-1989 гг. по программе «Гарантированный заем» мелким британским фирмам было предоставлено ссуд на общую сумму 46 млн ф. ст., а в 1990 г.— уже на на 66 млн ф. ст., причем число заемщиков увеличилось почти вполовину. Однако большинство держав создают особые резервы для поддержки малого и среднего бизнеса посредством субсидий или фискальных льгот на инвестиции, льготных займов или дотаций. В частности, в Германии в соответствии с региональной программой «Возрож­дение Европы» сформирован специальный бюджетный фонд, из которого перечис­ляются средства частным специализированным банкам, дающим мелким фирмам долгосрочные инвестиционные кредиты по льготным процентным ставкам. В федеральной программе субсидирования мелких и средних германских фирм на 1990 г. специальная статья помощи для повышения доли собственных средств составила около 30% всех субсудий. Особо стимулируется в странах ЕС вложение средств в основные фонды ма­лого и среднего предпринимательства. В некоторых странах (Бельгия, Франция, Нидерланды и др.) реализуется прак­тика предоставления малому и среднему бизнесу рискового капитала. В частно­сти, правительства этих стран гарантируют компенсацию возможных убытков вен­чурных фондов. Европейский Союз также оказывает поддержку странам, которые не могут выделить из собственного бюджета средства на развитие малого бизнеса. Так, в начале 1990-х гг. Португалия получила прямую финансовую помощь через специ­альные структуры ЕС: фонд производственных инвестиций (81К Е01Р), региональ­ную систему поощрений (51ВК), систему поощрений за рациональное использова­ние энергии (51иК.Е), систему поощрений малых инвестиционных проектов (РР1) и инноваций в информационных технологиях. Получение средств способствовало преодолению технологического разрыва и финансового дефицита малых предприя­тий Португалии в сравнении с общеевропейским уровнем. Предоставление налоговых льгот. Все государства ЕС так или иначе смягча­ют налоговое бремя для малого и среднего предпринимательства. Так, в Великобритании наряду со снижением ставки налога на доходы мел­ких фирм сокращен налог на инвестиции в новые сферы малого бизнеса, особенно связанные с высокой степенью риска. Кроме того, частная инициатива стимулиру­ется предоставлением налоговых скидок, упрощением финансовой процедуры слия­ния и разукрупнения фирм, снижением всех ставок индивидуального подоходно­го налога, повышением порога зарплаты, подлежащей налогообложению по наи­высшей ставке. В Германии к концу 1988 г. от 50 до 60% всех ремесленных предприятий были освобождены от промыслового налога. В 1985 г. был принят «Закон о снижении налогов», предусматривающий снижение ставок налогов в 1986 и 1988 гг. В ходе налоговой реформы 1986-1990 гг. выросли с 10 до 20% нормы особых амортизаци­онных отчислений для мелких и средних предприятий и сроки амортизации. Был принят новый, линейно-прогрессивный метод отчисления налога. В 1990 г. сократи­ли степень прогрессии и снизили до 53% предельную и до 19% минимальную став­ку подоходного налога. Верхняя граница применения минимальной ставки упала с 18 тыс. до 8,1 тыс. марок годового дохода. С 1 января 1990г. мелкие предприятия освобождены от налога с оборота, если их оборот не превышает 25 тыс. марок (ранее этот показатель составлял 20 тыс. марок). Создание новых рабочих мест. Как уже указывалось, и не единожды, малый и средний бизнес является основным источником новых рабочих мест в Европе. Го­сударства ЕС оказывают финансовую помощь малым фирмам, предлагающим ме­ста безработным, особенно молодежи. Пальма первенства в этом отношении при­надлежит Ирландии, которую небывало высокий уровень безработицы подтолк­нул к выделению субсидий малому бизнесу еще в 1960-е гг. В Греции, к примеру, принята специальная программа по созданию рабочих мест в малом бизнесе для молодежи и женщин. Региональное оздоровление. В малом бизнесе правительства стран ЕС спра­ведливо усматривают действенное средство возрождения пришедших в упадок зон. Так, в Великобритании принята программа «Действия для городов», которая призвана способствовать возрождению старых промышленных центров и оздоровлению социального климата в трущобах. В кризисных точках создаются зоны сво­бодного предпринимательства, где функционируют государственно- коммерческие фонды регионального развития, предоставляющие льготные кредиты и деловые услуги. Тут резко снижен налог на недвижимость и прибыль, подоходный и другие налоги, практикуется льготная продажа оборудования. В 1988 г. британское пра­вительство учредило специальный фонд для субсидирования мелкого бизнеса в рамках программы. Только за первые месяцы его существования 19 тыс. неболь­ших фирм в 16 зонах получили льготные займы на общую сумму 650 млн ф. ст. В январе 1990 г. боннское правительство объявило об открытии льготных кредитов для содействия развитию малого бизнеса в бывшей ГДР. При полном вы­купе предприятий Немецкий кредитный банк предоставлял новым владельцам кредит под залоговую стоимость земельного участка (6,5% с отсрочкой погашения долга на 2 года). С июля 1990 г. в новых землях наблюдается рост числа малых фирм. Поощрение инноваций. Интересный опыт накоплен странами ЕС в плане государственной поддержки малого бизнеса в деле повышения производительности и конкурентоспособности. Особенно показательны германские инициативы. В 1989 г. правительство раз­работало концепцию стимулирования научных исследований, проводимых мелки­ми и средними фирмами. Она предусматривает расширения госзакупок, прямое финансирование инноваций и косвенное регулирование путем страхование банков­ских кредитов на приобретение современного оборудования. Государство оплачи­вает консультационные услуги, которые оказывают мелким и средним фирмам на­учно-технические общества. В 1990-1993 гг. Министерством экономики сформулирована программа «Евро- фитнес», призванная помочь малым фирмам подготовиться к функционированию в условиях единого внутреннего рынка ЕС. На эти цели ассигновалось 25-27 млн марок в год. Выделенные правительством средства расходовались на проведение отраслевых и структурных исследований, консультационную помощь, поощрение участия в выставках и ярмарках. Программа охватывала и новые земли. Поддержка малого бизнеса в США Содействие развитию малого бизнеса в США входит в компетенцию специальной государственной организации —Администрации по делам малого бизнеса (АМБ), созданной Конгрессом США в 1953 г. На нее возложена обязанность оказывать мелким предпринимателям финансовую и консультационную помощь, содейство­вать в получении правительственных заказов и заключении контрактов с крупными предприятиями. Президент США ежегодно делает доклад Конгрессу о положении малого биз­неса, на основании которого американские законодатели разрабатывают разнооб­разные программы помощи малым компаниям. Подобные программы составляют также различные правительственные ведомства (министерства торговли, сельско­го хозяйства и т.д.). В соответствии с федеральными программами поддержки малому бизнесу предоставляются прямые и гарантированные займы. Прямые ссуды мелкие фирмы получают на определенный срок, но под более низкие процентные ставки, чем при получении кредита на частном рынке капитала. При выдаче гарантированных зай­мов АМБ предоставляет кредиторам (частным банкам, торговым компаниям, стра­ховым фирмам, пенсионным фондам) государственные гарантии на часть ссужаемо­го капитала (до 90%), что снижает риск кредитования. Другой мерой поощрения частной инициативы являются налоговые и аморти­зационные льготы. При общем снижении в 1987 г. ставок налога на прибыль макси­мальная ставка для крупных компаний упала с 46 до 34% для неинкорпорирован­ного бизнеса, включая единоличных собственников; вместо применявшихся ранее 15 ставок, максимальная из которых составляла 50%, были введены только две — 15% и 28%. Особое внимание федеральные власти уделяют стимулированию развития ин­новационного малого бизнеса как путем выделения дотаций (грантов), так и посред­ством заключения контрактов на разработку новой продукции и технологий. В се­редине 1980-х гг. расходы на эти цели достигали 1% ежегодного бюджета Нацио­нального научного фонда (ННФ), что в 1985 г. составило 12 млн дол. Разработанная ННФ программа предусматривала финансовую поддержку ин­новаций в малых фирмах (с числом занятых до 300 чел.), главным образом — субсидирование прикладных исследований. Реализация проекта предполагала три этапа. На первом этапе отобранным компаниям предоставлялись субсидии в размере до 35 тыс. дол. для изучения возможностей разработки новшеств. Второй этап, наступавший через 6 месяцев, заключался в оценке результатов экспертами ННФ. В случае признания предложений перспективными компания получала около 200 тыс. дол. на их реализацию в течение 1-2 лет. В соглашении оговаривалось, что не менее 2/3 расходов наразработку проектов должны нести сами малые фирмы. Большое внимание поощрению мелкого предпринимательства уделяется на региональном уровне. Так, в 1983 г. при Уэйнском университете штата Мичиган был создан Центр развития малого бизнеса. Центр в сотрудничестве с АМБ осу­ществляет программу, предусматривающую: консультирование мелких фирм штата через 13 региональных отделений; разработку учебных курсов по проблемам ма­лого бизнеса; изучение проблем малого бизнеса в штате; оказание правовой защи­ты мелким фирмам. Одной из первостепенных задач администрация США и Конгресс считают подключение малого бизнеса к национальному экспорту. Глобализация ключевых отраслей промышленности, таких как автомобилестроение, электроника, машино­строение, привела к росту объемов международной торговли, однако большинст­во американских компаний остались в стороне от этих процессов. Не сразу осознали всю серьезность проблемы и федеральные власти. Так, в 1987 г. США израсходовали на содействие экспорту всего лишь 0,06 из каждого доллара валового национального продукта, что составило 0,29 из каждого доллара суммарных расходов федерального бюджета и 1,2 дол. на душу населения, тогда как Канада истратила на те же цели в 25 раз больше. Неудивительно поэтому, что в 1987 г. дефицит торгового баланса США достиг 189 млн дол.; из 3,9 млн пред­приятий экспортом занимались не более 10 тыс. Средние и мелкие фирмы не приспособились к глобализации рынка, тем бо­лее что власти штатов не спешили оказывать содействие мелким экспортерам, направляя все свои усилия на поддержку крупных производителей. В 1994 г. 85% всего американского экспорта приходилось всего на 15 компаний. Исследования, проведенные компанией «Работы для будущего», выявили, что около 35 тыс. работников и работодателей в четырех шта­тах были не готовы к глобальной конкуренции, которая стояла последней в перечне проблем, беспокоящих руководителей предприятий. Опрос, проведенный в мае 1992 г. Национальной федерацией независимых компаний, показал, что большинство владельцев мелких фирм недооценивают растущую глобализацию экономики. В списке 75 потенциальных проблем малого бизнеса экспорт занимал последнее место. В июне 1995г. президент США созвал в Белом Доме конференцию по пробле­мам малого бизнеса, где были сформулированы основные рекомендации по стиму­лированию экспорта для государственных органов, таких как Торговая палата США, департаменты сельского хозяйства, транспорта, энергетики, образования, труда, финансов, обороны, Экспортно-импортный банк США, Агентство развития торговли, Агентство международного развития. Агентство по защите окружающей среды, Информационное агентство. Отдел по управлению и составлению бюдже­та, Национальный совет безопасности, Комиссия по международной торговле. Со­вет экономических советников. В этих рекомендациях можно выделить несколько основополагающих моментов. Защита интеллектуальной собственности. Торговым представителям США было предложено прилагать все усилия для защиты в международном масштабе прав интеллектуальной собственности и введения обоюдных унифицированных стандартов, централизованной регистрации, эффективной процедуры разрешения международных споров на предмет действия торговых марок. Конгресс получил рекомендацию защищать патентные права в международ­ном масштабе с учетом интересов малого бизнеса, в том числе добиться того, что­бы: а) срок действия патента составлял 20 лет со дня подачи заявки или 17 лет со дня выдачи патента; б) патент не публиковался до момента его выдачи; в) патент сохранялся за изобретателем, а не за тем лицом, которое первым обратилось за регистрацией. Обеспечение широкого доступа к информации. Владельцы малых фирм ратуют за введение глобальной системы, которая обеспечила бы доступ к правительствен­ной информации и ресурсам. Президент рекомендовал Конгрессу и Правительству разработать новую про­грамму, которая бы распределяла ресурсы частного сектора на нужды ассоциаций малых предприятий в целях содействия выходу их членов на мировой рынок путем обучения предпринимателей, создания бизнес-инкубаторов и торговых миссий, ко­операции в области маркетинга и международной торговли. Финансирование экспортных операций. Конференция рекомендовала Конгрес­су и Правительству поощрять спонсорскую деятельность Экспортно-импортного банка, кредитование экспорта, выдачу необеспеченных ссуд на пополнение экспорт­ного оборотного капитала, а также ссуд на отдельные операции и резервных ссуд как альтернативу кредитам под обеспечение активами на основе данных бухгалтер­ского баланса, В качестве других мер предложено следующее: обучение сотрудников регио­нальных и местных банковских институтов методам финансирования малых фирм; информирование малых фирм о возможностях кредитования экспорта; координа­ция деятельности федеральных агентств, которые участвуют в финансировании экспорта. Поддержка малого бизнеса в Японии Малое и среднее предпринимательство в Японии находит помощь не только со стороны правительства и нескольких созданных им специализированных органи­заций, но и со стороны администрации префектур, местных управлений внешней торговли и промышленности, торгово-промышленных палат. Государственная политика содействия малым и средним предприятиям вклю­чает следующие направления: · обеспечение конкурентоспособности путем выделения субсидий и ссуд — пря­мых кредитов (Японский банк развития выделяет их малым предприятиям, функцио­нирующим в наболее перспективных отраслях) и гарантированных займов (благо­даря введению налоговых льгот коммерческие банки охотно кредитуют малый биз­нес, в 1994 г. 60% всех кредитов пришлось на долю малых предприятий); · поощрение структурной перестройки, модернизации хозяйственной деятель­ности, улучшения условий труда, содействие торговле; · сбор и анализ информации об экономических показателях и технической оснащенности малых и средних предприятий для оценки эффективности господ­держки. Существующая в Японии система финансирования малого бизнеса гарантиру­ет предоставление субсидий и кредитов органами местной государственной влас­ти, при необходимости — с привлечением частных кредитных учреждений. В по­следнем случае Корпорация кредитного страхования малых и средних предприятий и органы префектур ссужают Общество гарантии кредитов, которое направляет выделенные средства в частное кредитное учреждение, а то, в свою очередь, предо­ставляет малому предприятию заем в сумме, которая в 5-8 раз превышает вклад Общества гарантии кредитов, на срок до 5-7 лет. Практикуется также предоставление долгосрочной (на 5-20 лет) ссуды объе­динению малых предприятий из средств государственного (через Государственную корпорацию по развитию малого предпринимательства) и местного бюджетов. Безвозвратная финансовая помощь выделяется только под научно-техниче­ские программы. Финансовая поддержка технического перевооружения производства осуще­ствляется за счет выделения ссуды из местного бюджета и реализации оборудования в рассрочку или предоставления его в наем арендодателями префектур. Широкое распространение получило выделение субсидий, покрывающих до 50% затрат, на создание центров повышения технического уровня малых и средних фирм, консультирование, повышение квалификации технических работников и т.п. Государство берет на себя расходы по диагностированию состояния малых пред­приятий. Неотъемлемый элемент японской системы финансирования малого бизнеса — это компенсация затрат, связанных с подготовкой кадров, и 2/3 расходов на повы­шение квалификации работников. Государство и местные власти в равных долях ассигнуют средства на информа­ционное обслуживание малого бизнеса через сеть местных информационных цент­ров, каковых имеется 17. Финансируется также установка компьютеров, сбор и анализ информации для разработки энергосберегающих и природоохранных меро­приятий, консультирование предпринимателей по поводу эффективных методов ведения розничной торговли и программного обеспечения. Для стимулирования модернизации производства создан фонд лизинга для передачи оборудования в аренду сроком до 7 лет или долгосрочного кредитования стоимости оборудования под низкие процентные ставки с рассрочкой погашения средств. Размер кредита, сроки погашения, отсрочки, процентная ставка опреде­ляются государством. Поддержка малого бизнеса в ЮАР Делами малого предпринимательства в ЮАР ведает Корпорация развития малого бизнеса, которая создана как акционерное общество со смешанным капиталом, формируемым на паритетной основе правительством и частным сектором. Корпо­рация ставит целью: · финансовую поддержку малых фирм; · предоставление малым предприятиям производственных, торговых и служеб­ных помещений; · оказание услуг в части обучения, консультирования, информационного обес­печения, маркетинга и т.п.; · стимуляцию интереса к проблемам малого бизнеса; · защиту предпринимателей, в том числе путем совершенствования законода­тельства. За время своего существования корпорация предоставила малым предпринима­телям более 40 тыс. займов на сумму 1,5 млрд рандов. Применяются различные схе­мы финансирования проектов — от мини-ссуд (100-5000 рандов на срок до 1 года) до крупных долгосрочных кредитов (0,5-1 млн рандов) на приобретение земли и недвижимости. Кредитная политика корпорации основана на предоставлении займов в тех случаях, когда затруднен доступ к обычным, банковским источникам капитала, и на более благоприятных условиях. Применяется кредитная ставка для первоклас­сных заемщиков (по которой получают кредиты банков крупные компании). Требо­вания в отношении гарантий и обеспечения займов значительно мягче обычно предъ­являемых. Срок погашения ссуды, как правило, соответствует сроку окупаемости проекта. Действует система отсрочки платежей. Решая вопрос о предоставлении ссуды, работники корпорации руководствуют­ся соотношением собственных и заемных средств. Предприниматель должен профи­нансировать не менее 25% стоимости проекта и обеспечить увеличение доли собст­венного капитала в ходе развития предприятия. Средства частных акционеров используются для займов малым фирмам формаль­ного сектора в рамках общей программы финансирования. (Деление на формаль­ный и неформальный сектор связано с тем, что в ЮАР около 70% предпринимателей составляют уличные торговцы, действующие без всякого разрешения. Государство

3.2 Опыт Украины

Цель государственной поддержки бизнеса - создание одинаковых условий для всех субъектов хозяйствования, занятых в сфере бизнеса, а также выравнивание предпринимательских структур с другими сферами общественного производства. В особенности такой поддержки требует мелкий и средний бизнес, и не без оснований, поскольку эти формы в новых условиях хозяйствования выступают структурообразовательным фактором экономики. Большие предприятия, которые есть стрежнем любой области, всегда воплощают результаты структурных изменений, и в этом понимании олицетворяют стабильный, „консервативный" начало экономики. Мелкие и средние предприятия бизнеса, готовя почву для становления новых видов производства и рынков новых изделий, впервые осваивая научно- технические открытия, то есть внедряя инновационные процессы, функционируют как революционные, инициирующие структурные сдвиги, основы, которые естественно объединяются с предприимчивостью деловых людей. Серьезные структурные народнохозяйственные изменения происходят тем более быстро и эффективно, чем выше степень социальной бесконфликтности. И здесь большая роль предприятий маленького и среднего бизнеса, которые способные мобильно обеспечивать новые рабочие места для людей, которые высвобождаются при закрытии или перепрофилировании больших предприятий. Предприятия маленького и среднего бизнеса во многом повышают жизнеспособность больших, их конкурентоспособность. Высокая рентабельность большого производства предопределяется массовостью выпусков продукции и стабильностью ассортимента изделий. Вместе с тем ускорение научно-технического прогресса резко сокращает эти возможности: необходимо постоянно вносить коррективы в технико-экономические параметры продукции, реагируя на изменения рынка. Сохранить свои преимущества и приспособиться к новым требованиям гигантам сборочных производств помогают предприятия маленького и среднего бизнеса, которые оперативно приводят ассортимент комплектующих изделий в соответствие с достижениями науки и техники. Причем количество таких предприятий должна превышать непосредственные потребности сборочных производств, поскольку только на подобной основе будет существовать полноценная конкуренция. Это одна из основных предпосылок успешного взаимодействия маленьких, средних и больших предприятий. К сожалению, в нашей экономике такой взаимосвязи нет. Все это свидетельствует о том, что развитие экономики без смещения акцента в сторону предприятий бизнеса невозможный. К сожалению, борьба политических сил за власть под лозунгом уничтожения административно-командной (тоталитарной, диктаторской) системы" привела к тому, что и в само понятие „государственного", как правило, вкладывается отрицательное содержание и общественность ныне склонна все государственное считать нерациональным и неприемлемой. Не является исключением и поддержка бизнеса, предпринимательства. В ней усматривается попытка государства снова начать тотальное регламентирование деятельности людей, которые стремятся обнаружить инициативу и завзятость, или небескорыстное стремление государственных чиновников помочь нажиться богатой. Этими общественными расположениями духа не без успеха пользуются много предпринимателей, которые сбило солидный капитал и фактически стали в своей сфере монополистами. Они не заинтересованы в содействии увеличению предпринимателей в разных областях экономики. Тем не менее, если за точку отчета брать не интересы монополий, а народнохозяйственные потребности, становится очевидной потребность государственной поддержки развития предприятий бизнеса, в особенности маленького и среднего. И прежде всего необходимые формирования всех форм бизнеса за надежной защитой прав собственников, а также содействие и поддержка а развития рыночной инфраструктуры, которая обслуживает предприятия бизнеса. Украина как самостоятельное, независимое государство гарантирует ныне всем предпринимателям (независимо от выбранных ними организационных форм предпринимательской деятельности) равные права и создает одинаковые возможности для функционирования, доступа к материально-техническим, финансовым, трудовым, информационным, естественным и другим ресурсам при условии выполнения работ и поставок для государственных потребностей. Государственная поддержка бизнеса осуществляется на основе Закона Украины о предпринимательстве", в котором отмечается, что с целью создания благоприятных организационных и экономических условий для развития предпринимательства государство: · на условиях и в порядке, предусмотренном действующим законодательством, предоставляет земельные участки, передает предпринимателю государственное имущество (производственные и нежилые помещения, законсервированные и недостроенные объекты и сооружения, оснащение, которое не используются), необходимое для осуществление предпринимательской деятельности; · оказывает содействие организации материально-технического обеспечения и информационного обслуживания предпринимателей, подготовке и переподготовке кадров; · осуществляет начальное упорядочение неосвоенных территорий объектами производственной и социальной инфраструктуры с продажей или передачей их в кредит предпринимателям; · стимулирует с помощью экономических рычагов (целевых субсидий, налоговых льгот и т.п.) модернизацию технологий, инновационную деятельность освоения новых видов продукции и услуг; предоставляет предпринимателям кредиты и др. Эти положения Закона стали отправной точкой стимулирования создание предприятий (фирм) малого бизнеса. Так, по данным Министерства финансов Украины в 1997 г. 88,8 % предприятий - новообразованные и только 11,2 % создан реорганизацией действующих. Из общего количества малых предприятий лишь 18,8 % есть частными, 0,3 % приватизированные трудовыми коллективами. Наибольшую частицу составляют предприятия (фирмы) из производства товаров народного потребления (18,3 %), стройматериалов (5,7 %), строительные и ремонтно-строительные (17,9 %), научновнедрительные (10 %), из производства и переработки сельхозпродукции (4,4 %) и др. Поддержку предпринимательства, маленького и среднего бизнеса осуществляют государственные органы управления, которые имеют специальные службы, органы регионального и местного управления и государственной администрации. Ныне предполагается осуществить комплекс мероприятий по реформированию системы государственной поддержки предприятий бизнеса с целью обеспечения на протяжении следующих лет коренного перелома в развития предпринимательства, в особенности частного, малого бизнеса. Предполагается законодательное установить правовые, экономические и организационные основы регулирования их деятельности. Соответственно этому планируется осуществить формирование правовой базы развития и поддержки предпринимательства и прежде всего готовится Закон Украины про маленькое и среднее предприятие"; финансово-кредитную поддержку предпринимательской деятельности. Вместе с тем приходится констатировать, что сегодня в Украине отсутствует действующий механизм поддержки, развития и защиты бизнеса. Об этом свидетельствуют недостатки и трудность, которая случаются в процессе функционирования предприятий бизнеса. Поэтому перед правительством, заинтересованными организациями открывается широкое поле деятельности. При этом следует синхронно развивать как государственную систему поддержки бизнеса, так и инициативу предпринимателей маленьких, средних предприятий из объединения усилий в сфере государственно-финансовой деятельности. Положительным примером последнего есть образование Союз маленьких и средних предприятий Украины и их региональных ассоциаций (гильдий). Так, Союз маленьких и средних предприятий Украины осуществляет их правовая защита, аудиторское консультирование, формирует фонд взаимного кредитования; проводит семинары, конференции; создает школы предпринимательства, разработку документов, методических пособий; организовывает работу собственной товарной биржи; создает компьютерно-информационный банк данных о малом бизнесе Украины; занимается редакционно-издательской деятельностью; оказывает содействие развитию внешнеэкономических связей предпринимателей и, в конце концов, обеспечивает социальная защита работников малых предприятий. Положительной оценки заслуживает и деятельность региональной ассоциации маленьких и средних предприятий „львовская гильдия", в структуре которой создан информационно-обслуживающий центр и прочие подразделы инфраструктуры коллективное пользование. Основной организационной формой государственной поддержки бизнеса должны быть долгосрочные и текущие программы, которые осуществляются на общегосударственном и региональном уровнях. Проекты программ поддержки бизнеса разрабатываются Министерством экономики Украины с привлечением других министерств и ведомств, представителей предпринимательских структур, ученых, специалистов, в том числе иностранных. Все затраты, связанные с разработкой и экспертизой программ поддержки бизнеса, финансируются из государственного и местных бюджетов. Итак, созданная система поддержки бизнеса станет для предпринимательских структур стимулом для развития и усовершенствования производства товаров и услуг, а не поиском обводных путей действующего законодательства (а это, к сожалению, еще часто случается), что поясняется его несовершенством, а также непродуманной налоговой и кредитной политикой. В мировой практике есть примеры как повседневной опеки и заботы о бизнесе (в особенности маленьком), так и факты его полного игнорирования. В одних странах есть четкая система государственной поддержки этого сектора национальной экономики, в других - подобная система находится из стадии становления. Тем не менее есть пример и интернациональных усилий - комитет ООН по промышленному развитию (ЮНИДО), что активно поддерживает стимулирование малого бизнеса. Бизнес в Украине сегодня требует помощи и поддержки, чтобы стать ведущим сектором экономики.

Выводы

Проделав вышеизложенную работу, можно прийти к следующим выводам: мелкие и мельчайшие фирмы – фундамент экономики не только развивающихся стран, но и стран с уже сложившейся экономикой. Не будь мелких предприятий, могла бы возникнуть «лоскутная» экономика. Некоторые потребности рынка удовлетворялись бы полностью, а другие, те, на базе которых нельзя развернуть крупный, сверхвыгодный бизнес, игнорировались. Для экономики стран деятельность мклких компаний оказывается важным факором повышения ее гибкости. По уровню развития мелкого бизнеса специалисты даже судят о способности страны приспосабливаться к меняющейся экономической обстановке. Именно они предоставляют более 50% рабочих мест (в Германии более 60%, а в Японии – более 75%) Но малый бизнес имеет и свои недостатки, например, часто короткий жизненный цикл. После непродолжительного периода своей деятельности многие из них могут либо реорганизовываться, либо разоряться. Но именно, это и создает благоприятную обстановку для формирования нового бизнеса методом проб и ошибок. Крупные корпорации (их часто сравнивают с мамонтами) сильны своей финансовой мощью, мелкие (их сравнивают с москитами) – своей многочисленностью. Таким образом, борясь на два фронта, выживают среднии компании. Оставаясь небольшой по размерам, она проводит стратегию, состоящую в сосредоточении усилий на производстве, пользующейся ограниченным спросом продукции. Доля крупных и крупнейших предприятий численно невелика. Однако именно они обеспечивают 90% объема продаж товаров и услуг, наводняют рынок массовыми, стандартными, качественными товарами по доступным ценам. Также велик вклад этих предприятий в научно-технический прогресс. Стремление полностью использовать плоды своих открытий заставляет эти компании выступать возмутителями спокойствия, делать основную ставку на прямую победу над соперниками в конкурентной борьбе. Но все крупные компании не могут быть одновременно первыми. Механизм рыночной экономики стихийно отработал ту форму обновления, которая единственно приемлима для массового производства : обновление без потрясений. Каждый тип компаний выполняет наиболее свойственные ему функции, а система в целом достаточно эффективно обеспечивает общественные потребности в основных видах технического прогресса: текущем, адаптивном и пионерном. Следовательно, стихийный механизм рынка может быть и разрушителен и созидателен. Научиться использовать открываемые им возможности – одна из важнейших задач науки и практики.

Литература

1. Современный бизнес: Учебник в 2 томах, Т.1: Пер. с англ./Д.Дж. Регмен, М.Х. Мескон, К.Л. Боуви. – М.: Республика, 1995 – 431 с. ил. 2. Деньги и кредит – 8.1996. Вопросы становления и развития малого бизнеса Антал Сабо.Малые и средние предприятия в странах с переходной экономикой (с.58) 3. Кисилев А.П. Основы бизнеса. – К.: 1997 4. Юданов А.Ю. Фирма и рынок. – М.: Знание, 1990 г. 5. Платонов В.С. Введение в бизнес. Основы рыночной экономики. Ростов н/Д.:Издат., «Феникс», 1997 – 576 с. 6. Банківська справа - №1 (31) – 2000 Еріх Штаудт. Створення і середніх підприємств та сприяння їм у країнах з перехідною економікою (с.3). 7. Винес Р. Введение в бизнес. – Л.: 1992 8. Пашкус Ю.В., Мисько О.Н. Введение в бизнес. – Л.: 1991 9. Бизнес и менеджер (сост. М.С.Дараховский и др. – М.: Совмест.предприятие «Х.Г.С.»: Азимут – центр, - 1992 – 447 с. 10. Муравьев А.И.Игнатьев А.М. Крутик А.С. Малый бизнес: Экономика, организация, финансы,-Издательский дом «Бизнес–пресса». 1999 г. – 608 с. 11. Шамхалов Ф.И. Государство и экономика (власть и бизнес). – И.: Экономика, 1999. – 416 с. 12. Борисов Е.Ф. Основы экономики: Учебник для студентов средних специальных учебных заведений. – М.:Юристъ, 1998 - 336 с. 13. В.М. Маидрица «Руководителю», Ставрополь, 1989г., 149стр. 14. Н.Г. Любимова «Менеджмент – путь к успеху», Агропромиздат, 1992г. 57с. 15. Камаев В. Д. и коллектив авторов. Учебник по основам экономической теории (экономика). - М.: “ВЛАДОС”, 1994. – 351 c. 16. Ильенко Н.Д. Спрос: анализ и управление. — М.: Финансы и статистика.— 160 с. 17. Основы предпринимательского дела под ред. Осипова Ю.М. 18. Макконел К.Р. Брю С.Л. Экономикс, Москва, "Республика", - 1992г. 432 c. 19. Райзберг Б.А. Экономическая энциклопедия для детей и взрослых/ Москва, - 1995 г. - 642 с. 20. Экономикс. Фишер, Дорнбуш, Шмалензи, Москва,- 1993.