Каталог :: Финансы

Реферат: Финансовая политика Франции

Финансовая политика Франции
XX столетие внесло колоссальные изменения в жизнь народов. Но трудно найти
среди крупных индустриальных стран и особенно среди великих держав такие, где
перемены в политической, экономической и финансовых сферах были столь же
значительны, как во Франции. За истекшее столетие дважды реформировалось ее
политическое устройство (от IV Республики к V). Резко изменилось
геополитическoe положение: из метрополии гигантской колониальной  империи
Франция превратилась в один из "моторов" западноевропейской интеграции, вошла
в военно-политический альянс с другими странами Запада, в том числе с
Германией, прежде своим основным противником.
Не менее существенные перемены претерпела французская экономика, все более
интегрирующаяся в мировое хозяйство и вынужденная поэто­му постоянно
приспосабливать основные направ­ления и параметры своего развития к его
требованиям. Важнейшими итогами XX в. стали радикальная модернизация
экономики - от аграрной-индустриальной к индустриально-аграрной структуре,
затем к экономике услуг и модификация варианта участия в мирохозяйственных
связях - от вывоза ссудного капитала к вывозу про­мышленных товаров с
постепенным усилением акцента на изделиях высокой степени обработки, a с
начала 80-х годов - к массовому экспорту производительного капитала. Перемены
шли рука обруку с коренной трансформацией национального Хозяйственного
механизма. Впрочем, в силу дей-Ъвия ряда факторов, в том числе
внеэкономических, этот процесс во Франции отличался заметной спецификой,
которая начала исчезать лишь в самое последнее время.
ФИНАСОВАЯ ПОЛИТИКА  В КОНТЕКСТЕ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ
ФРАНЦИИ
Финансовую политику Франции следует рассматривать в неразрывной  связи с ее
экономикой. Современная французская экономика - одна  из наиболее мощных в
мире. На рубеже XX и ХХI вв. Франция занимала среди ведущих стран Запада 5-е
место в мире по душевому ВВП, 5-е - по удельному весу в мировом промышленном
произ­водстве, 4-е - по доле в мировом экспорте. Эти цифры особенно
впечатляют при сопоставлении с показателями начала века. Те отражали
совер­шенно иную ориентацию экономики: стремление капитала к возрастанию
непроизводительным путем, невысокую концентрацию национального производства и
его малые масштабы по сравнению
с величиной государственного долга. Про­мышленность заметно отставала по
уровню разви­тия и по весу в хозяйстве и от зарубежных сопер­ников и от
национальной финансово-кредитной сферы. Вследствие недостаточной
индустриализа­ции Франция оказалась предпоследней среди раз­витых стран по
динамике роста в 1870-1913 гг. Она пребывала в конце списка также и по
произ­водительности труда, норме накопления, экс­портной квоте, по доле
промышленности в ВВП.
Однако столь явное отставание не слишком ощущалось, пока экономика и бизнес
имели воз­можность опираться на иные - внешние и неинду­стриальные -
источники прибылей и развития. Лишь к 20-м годам, с падением мирового спроса
на ссудный капитал и, следовательно, со значи­тельным сокращением объемов
внешних ссуд­ных операций во Франции активизировался поиск внутренних
источников роста. Однотипные стра­ны активно наращивали промышленное
произ­водство. Франция не осталась в стороне от этого процесса. К уже
существовавшим угледобыче, черной металлургии, общему машиностроению,
основной химии постепенно добавлялись такие суперсовременные тогда отрасли,
как цветная металлургия, автомобиле- и самолетостроение и др. Ускорилось
промышленное освоение коло­ний. И все же французская промышленность
от­ставала от немецкой и английской.
После Второй мировой войны стало оконча­тельно ясно, что возврата к
ростовщическому и колониальному прошлому не будет. Обескровлен­ная войной
Франция превратилась из мирового банкира в страну-должника. В начале 60-х
годов, в момент развертывания НТР и западноевропей­ской интеграции, она
полностью потеряла зару­бежные владения. Необходим был новый источ­ник роста,
каковым в новых мирохозяйственных условиях могла быть только промышленность.
Это требовало срочной коренной структурной перестройки - преодоления
отставания промыш­ленного сектора, в частности тяжелой индустрии.
Задачи эти в основном были решены в третьей четверти XX в. На исторически
короткий срок с момента послевоенного восстановления до пер­вого
энергокризиса (1949-1973 гг.) приходятся те основные преобразования, которые
произошли во французской экономике за столетие. Это - су­щественное
расширение притока ресурсов в про-
мышленность, увеличение выпуска ее продукции, постепенная перестройка
структуры в направле­нии повышения доли более современных отрас­лей и
сопутствовавшая им активизация экспорта. Все это обусловило модернизацию
структур ВВП по производству (повышение доли промышлен­ности) и по
потреблению (рост нормы накопле­ния и экспортной квоты). Особенно динамичной
индустриализация был» во второй половине 60-х-начале 70-х годов.
Ее результаты особенно наглядно отразились на состоянии синтетического
показателя разви­тия — производительности труда. В 1950 г. разрыв в величине
абсолютных показателей производи­тельности между США и Францией был
двукрат­ным, а в 1973 г. составил всего 37%. Скачок про­изводительности
обеспечил существенное увели­чение динамики и эффективности роста. Темпы ВВП
составили в 1950-1973 гг. 5.2%, что превы­шало аналогичные цифры как по
Западной Евро­пе, так и по "Европе девяти" (соответственно 4.6 и 4.2%). За
счет прироста производительности обеспечивалось 90-96% прироста ВВП.
Однако и в эти годы "тучных коров" Франция уступала Германии и Японии по
динамике промыш­ленности и экономики, по масштабам и глубине происходивших в
них изменений. Доля Франции в ВВП и промышленном производстве развитых стран
повысилась, но незначительно (менее чем на 1%). В начале 70-х годов страна
невыгодно от­личалась от основных конкурентов более низким уровнем
концентрации, завышенным удельным весом аграрного сектора в ресурсах,
производстве, экспорте, относительной структурной слабостью промышленности и
промышленного экспорта с их повышенным значением легких и материало-
производящих отраслей.
Следствием этих факторов стала недостаточ­ная конкурентоспособность на
внутреннем и внешнем рынках, что в макроэкономическом пла­не выливалось в
долгосрочное неравновесие тор­гового баланса, слабость национальной валюты,
хроническую инфляцию. Все это дополнялось, особенно существенно - с середины
60-х годов, усилением материалоемкости общественного про­изводства (в связи с
акцентом в развитии индуст­рии на материалоемких отраслях и неконтролиру­емым
ростом энергопотребления); увеличением удельных трудозатрат (вследствие
непрестанного раскручивания инфляционной спирали основны­ми социальными
субъектами); ростом капитало­емкости (в результате масштабного
инвестирова­ния, осуществлявшегося расчете на долгосроч­ный бесперебойный
рост внешнего спроса). На микроуровне наблюдало» заметное повышение
банковской задолженности компаний.
Указанные диспропорции в полной мере про­явились со скачком цен на
энергоносители и резким
падением мирового спроса в первой половине 70-х годов. Их преодоление,
совпавшее по време- * ни с очередным этапом НТР, было длительным а непростым.
Трудности испытывали все страны * Западной Европы. Но во Франции процессы %
ликвидации диспропорциональности, нового приспособления оказались особенно
затянувшимися ж и тяжелыми. Причины были, на наш взгляд, двоякими. Во-первых,
некоторые диспропорции (структурная слабость промышленности, завы-шенные
трудозатраты) были острее, чем в ряде других стран. Во-вторых, не были
согласованы действия основных воспроизводственных агентов. Каждый из них
решал собственные задачи и, действовал собственными методами, которые за-
частую противоречили друг другу, тормозя общий ход развития.
Эти моменты особенно четко прослеживались в  первое   послекризисное
десятилетие.   После 1973 гг. не только наблюдался перелом тенденции роста и
обострение всех макропроблем; произош­ло троекратное падение прибыльности
компаний. Предпринимателям пришлось восстанавливать ее практически в
одиночку. На макроуровне в это время решались исключительно проблемы
под­держания докризисных динамики потребления и уровня занятости, что в
условиях низких темпов роста способствовало лишь дальнейшему повы­шению
удельных трудозатрат. До начала 80-х го­дов чем больше сокращалось
производство (а оно или сокращалось или стагнировало из-за низкого • мирового
спроса и груза собственных нерешен-ных проблем), тем сильнее увеличивалась
безработица и падали темпы потребления, тем активнее боролось с их
проявлениями государство, что лишь ухудшало ситуацию. Предприятия сократили
инвестиции, но справиться с задолженностью и существенно повысить
прибыльность не смогли. Второй энергетический шок поверг Францию в новый, еще
более глубокий кризис.
В 80-е годы условия воспроизводства для эко­номики были весьма непростыми.
Франция очень пострадала от "кризиса задолженности" развива­ющихся стран.
Вынужденная переориентация значительной части экспорта от традиционных
партнеров в Третьем мире к развитым странам в полной мере выявила недостатки
структуры на­циональной промышленности. Структурная сла­бость определяла
повышенную чувствительность экономики к колебаниям мирохозяйственной
кснъюнктуры. Путь к решению важнейших мак­розадач пролегал через быструю
перестройку структуры промышленного производства и экс­порта, что, в свою
очередь, требовало скорейше­го повышения рентабельности компаний. Между тем в
это время (начало 80-х годов) в государст­венной экономической политике
возобладали ан­типредпринимательский подход и антирыночные меры.
Основным результатом подобных действий явилось резкое сокращение
инвестиционной ак­тивности во Франции и массовый вывоз капитала за рубеж,
что, разумеется, очень неблагоприятно повлияло на динамику основных
показателей вну­треннего спроса и состояние платежного баланса. Повышение
процентных ставок для остановки по­тока экспорта капитала вызвало
дополнительный рост банковской задолженности и еще более сни­зило возможности
восстановления прибыльности. Среди обострившихся макропроблем следует особо
отметить скачкообразный рост государст­венного долга: свертывание
производства част­ным бизнесом и снижение реальных доходов на­селения
обеспечивали сокращение доходной час­ти, в то время как расходная часть
колоссально возросла за счет проводимых из бюджета санаций
национализированных компаний.
Итоги первой половины 80-х годов были еще менее утешительными, чем в
1975—1980гг. Но по­сле 1986 г. положение стало постепенно улуч­шаться. Возрос
мировой спрос, а мировые цены на энергоносители снизились; к власти во
Фран­ции вернулись противники активного антирыноч­ного регулирования.
Предприятия начали посте­пенно ликвидировать задолженность, капитало­вложения
и экспорт пошли вверх. Ускорился экономический рост, ставший к тому же менее
материалоемким. В экономике наметилось ожив­ление, продолжавшееся до начала
90-х годов.
Но в это время Франция столкнулась с новой проблемой - высокой зависимостью
от колеба­ний валютных курсов. Неустойчивость доллара, усиление валютной
нестабильности в Европе по­сле 1990 г. привязали французский франк, как и
другие европейские валюты, к немецкой марке, заставляя Банк Франции следовать
проводимой Бундесбанком процентной политике и повышать процентные ставки. Их
рост обеспечивался и вы­полнением ключевых пунктов Маастрихтского договора -
поддержания валютной стабильности :i низких темпов инфляции. Высокие
процентные ставки повышали расходы по обслуживанию гос­долга и вынуждали
государство мобилизовывать значительные средства на рынках капитала под
большие проценты, так что вложения в производ­ственный сектор становились
невыгодными.
На инвестиционный процесс отрицательно воздействовала также ситуация с 
занятостью. Ес­ли до 1974 г. рынок труда был весьма напряжен­ным, то затем
наблюдался постоянный рост без­работицы (%); 1974г.-2.4: 1980г.-6.1: Ь90 г.-9;
1995 г.- 11.8. За 1991-1995 гг. темпы занятости упали практически до нуля (что
отчасти было связано с развернувшимися в третичном секторе процессами
компьютеризации и автоматизации). Страх перед растущей и, казалось, непобедимой
безработицей кардинально изменил и поведение
потребителей, и оценки предпринимателям!- возможностями сбыта, общим итогом
стало абсолют­ное, беспрецедентное за послевоенное 50-летие падение
инвестиций. Резко снизилось и личное потребление. Внутренний спрос держался
только на государственном потреблении и даже непло­хая динамика экспорта не
могла обеспечить еже-годового прироста ВВП больше, чем на 1.1%.
Негативные тенденции действовали во фран­цузской экономике довольно долго.
Лишь после снижения процентных ставок в 1996 г. наметилось постепенное
оживление, перешедшее в 1997 г. в подъем, который (при кратковременных и
несу­щественных периодических ухудшениях конъ­юнктуры) продолжается и в
настоящее время.
Процессы, имевшие место в экономике в тече­ние "тридцати горестных лет" (так
во француз­ской экономической прессе часто именуется пе­риод 1974—1996 гг.),
имели неоднозначный харак­тер. Будучи явно негативными в кратко- и
среднесрочном плане, они зачастую характеризо­вались положительными
долгосрочными резуль­татами, поскольку вели в конечном итоге к росту
эффективности общественного производства и модернизации его важнейших
отраслевых про­порций. Возросла производительность труда. По ее абсолютному
показателю Франция вышла к концу столетия на одно из первых мест в мире,
обогнав США (сыграло роль отсутствие прироста занятости в течение ряда лет, в
то время как в США занятость росла быстро). Длительно низкая инвестиционная
активность обеспечила снижение капиталоемкости экономического роста, причем
при возобновлении инвестиционного процесса ос­новное внимание стало уделяться
вложениям в ма­шины и оборудование. Поддержанию материало­емкости на
невысоком уровне способствовало со­хранение низких цен на сырье почти до
конца столетия и общее снижение энергопотребления.
"Горестные годы" размыли промышленность, где были ликвидированы или
перенесены за ру­беж многие традиционные производства. Доля промышленности в
занятости, инвестициях, ВВП сейчас полностью соответствует аналогичным
показателям других развитых стран. Модернизи­рована структура промышленности
и экспорта, где существенно снизились удельные веса аграр­ной продукции и
полуфабрикатов при одновре­менном повышении высокотехнологичной про­дукции.
Пока нерешенной проблемой остается зависимость Франции от импорта обосудованн
•: процент покрытия импорта экспортом по этой товарной группе все еще ниже,
чем у однотипных западноевропейских стран. Дальнейшее повыше­ние
конкурентоспособности французских изде­лий на внутреннем и мировом рынках
зависит в основном от расширения деятельности нацио­нального бизнеса в
новейших отраслях и от меро-
приятии государства по снижению тех издержек производства, которые находятся
в его ведении (налоги, трудозатраты).
ИЗМЕНЕНИЯ ФИНАНСОВО-ХОЗЯЙСТВЕННОГО МЕХАНИЗМА
Огромную роль в эволюции французской эко­номики в течение XX столетия сыграл
институци­ональный фактор - соотношение сил важнейших хозяйственных
субъектов, складывающееся из целого ряда экономических, исторических и
пси­хологических слагаемых. Во Франции с ее "государственническим" прошлым,
старинной католи­ческой традицией, царящей в общественном со­знании
мелкобуржуазной системой ценностей и ростовщической ориентацией хозяйства,
крупная промышленная буржуазия до 20-х годов ушедше­го столетия была
представлена слабо. Общество не расценивало ее как силу, способную
самостоя­тельно с успехом решить такую важнейшую зада­чу экономики, как
индустриализация. Оно посто­янно пыталось делегировать соответствующие
функции государству, в котором еще со времен абсолютизма усматривало самого
мощного и эф­фективного экономического субъекта.
Пока существовали возможности успешного непромышленного развития, государство
не вме­шивалось в экономику. Но сразу после Великой депрессии наметился отход
от векового либера­лизма. Причем активизация государства в эконо­мической
сфере была весьма своеобразной - оно пыталось не столько помочь бизнесу,
сколько подменить его. Специфика Франции в том, что эту роль государство
почти постоянно стремилось выполнять едва ли не ДО настоящего времени. И лишь
под давлением изменившихся обстоя­тельств - и внутренних (укрепление позиций
наци­онального промышленного бизнеса) и внешних (существование в рамках ЕС)
оно вынуждено ме­нять поведение.
Первым опытом вторжения в производство стала деятельность Народного фронта
(1934-1936 гг.), пытавшегося укрепить промышленность через огосударствление
отдельных предприятий, принудительное картелирование, субсидирование, ценовой
контроль. Нцзкая результативность этих мер была приписана ~М краткосрочному
дейст­вию, а не принципиально* неэффективности. По­следующие события только
укрепили негативное отношение к крупному яромышленному капита­лу в
общественном создании. Программу полной национализации крупно*
промышленности, вве­дения централизованного планирования и жест­кого ценового
контроля можно найти не только в послевоенных документ» разнообразных левых
партий, но и в возглавляемой де Голлем "Свобод­ной Франции".
Реализация подобных планов привела к полно­му или частичному огосударствлению
энергетики и обслуживающих ее добывающих отраслей, чер­ной металлургии,
транспортного машинострое­ния, химии, производства бытовой
электроаппа­ратуры, промышленности стройматериалов, строительства, связи,
транспортных перевозок. Национализированная промышленность оказа­лась во
внерыночной сфере: государство финан­сировало ее деятельность из бюджета и
контро­лировало все стадии принятия и реализации инве­стиционных проектов.
Индикативные планы не были обязательными к исполнению.
Этот вариант государственной экономической политики назывался дирижизмом. Его
суть в том, что государство подходило к бизнесу не как к важнейшему агенту
воспроизводства, а как к ин­струменту, который надо заставить действовать в
определенных направлениях и тем самым до­биться решения основных макрозадач.
Главной задачей экономической политики были индуст­риализация и повышение
темпов роста с целью удержания за Францией статуса великой держа­вы. И
государство эту задачу решило. Однако оно завершало ее выполнение в
совершенно новых внешних условиях (отпадение колоний и интегра­ция) и
оказалось недостаточно гибким, чтобы бы­стро учесть их и переориентироваться.
Основные ошибки - сохранение аграрного направления спе­циализации экономики и
материалопроизводя-щего промышленности. Национализация превра­тила ведущие
промышленные компании в монст­ров, защищенных от внешней конкуренции
протекционистским зонтиком, от внутренней -позицией национальных монополий,
бесконт-"; рольно черпающих из бюджета, не реагирующих^ ни на уровень
издержек, ни на изменения спроса.: Открытие экономики при вступлении в Общий
рынок выявило неконкурентоспособность госу­дарственных компаний.
С трудом мог бороться с конкурентами и частный бизнес с его низким уровнем
концентра­ции. Бизнес отреагировал на столкновение с аг­рессивной внешней
средой усилением концентра­ции и увеличением инвестиций. Окрепнув таким
образом, промышленные предприниматели стали бороться за право принятия и
реализации эконо­мических решений в собственных компаниях. К последней трети
60-х годов им это удалось. Го­сударство по сути согласилось с тем, что
само­стоятельная производственная деятельность предпринимателей способна
обеспечить реше­ние макропроблем. Это означало переход от ди-рижистского
механизма к стандартной экономи­ческой политике кейнсианского типа, к обычным
для развитой крупной страны методам взаимо­действия между основными
хозяйствующими субъектами.
Государство прекратило неограниченное на­качивание финансовых ресурсов
национализиро­ванных компаний из бюджетных средств. Одно­временно оно решило
модернизировать структу­ру промышленности путем стимулирования компаний вне
зависимости от формы собственно­сти. Тем самым оно впервые протянуло руку
по­мощи крупному частному бизнесу. Стимулирова­ние осуществлялось путем
поддержки "крупных проектов" (аэробус, аэрокосмические програм­мы) и путем
создания и поддержки "националь­ных чемпионов" на самых современных
направ­лениях производства - телекоммуникационное оборудование,
автомобилестроение, самолетост­роение, военное и гражданское
электротехничес­кое и электронное оборудование, включая быто­вое. Государство
активно поддерживало НИОКР, вплоть до прямого финансирования исследования
государственных и частных компаний. Одновре­менно планирование превратилось
из инструмен­та регулирования народнохозяйственных пропор­ций в средство
поддержки бизнеса. Центральным элементом планов становились отраслевые
про­граммы развития, через которые финансирова­лись новейшие производства и
оказывалась по­мощь "больным" отраслям промышленности.
За 7 лет либерализации (1967-1974 гг.) веду­щие французские компании сумели
существенно увеличить свой потенциал. Объем их продаж воз­рос — с 5 млрд. до
50 млрд. фр. Среди 100 крупней­ших неамериканских промышленных фирм
французских было в 1966 г. - 15, а в 1973 г. - уже 23. В целом этот период
продемонстрировал спо­собность бизнеса активно расти, быстро и
само­стоятельно справляться с решением многих мак­розадач.
Кризис середины 70-х годов поставил предпри­нимателей в такие условия, когда
поддержка и помощь превращались в настоятельнейшую не­обходимость.
Вмешательство государства в эко­номику осуществляется в двух вариантах: либо
минимизация своей роли и интеграция государст­венного и частного секторов,
помощь бизнесу путем торможения контролируемых государст­вом издержек
производства, либо усиление роли государства путем возврата к жесткому
дирижиз­му 50-х годов. Франция снова доказала миру свое своеобразие, выбрав
второй путь тогда, когда все развитые страны выбрали первый.
В начале 80-х годов к власти пришло левое правительство, неспособное принять
либерализа­цию ни в теории, ни на практике. Оно решило до­биться подъема
экономики через стимулирова­ние спроса, что означало дальнейшее "стягивание
одеяла" с производителя. Данный подход допол­нился попыткой создания системы
целенаправ­ленного регулирования производства и распреде­ления на основе
огосударствления кредита и зна-
чительной части крупного промышленного производства. С этой целью был
проведен ряд на­ционализации, беспрецедентных для всего после­военного
периода. Государству отошла 1/3 про­мышленности (27% оборота. 37% инвестиций.
30% экспорта), два крупнейших финансовых хол­динга, 36 крупных банков, многие
страховые ком­пании. Одновременно вводились активный цено­вой и валютный
контроль, высокий налог на крупные состояния.
Правительству удалось добиться финансового оздоровления и технической
модернизации огосу-дарствленных компаний благодаря огромным бюджетным
вливаниям. Но очередной вывод за рамки рынка столь существенной части
промы­шленности на этот раз оказался гораздо менее эффективным и
продолжительным, так как осу­ществлялся в совершенно иных внутренних и
внешних условиях. Разработчики экономическо­го курса не учли ни возможностей
национального бюджета, ни степени открытости экономики, ни возросшей мощи
бизнеса и его способности со­противляться ограничивающим его свободу
нова­циям. Крупный частный бизнес не желал сотруд­ничать с
антипредпринимательским правительст­вом, средний и мелкий - не оправился от
шоков середины 70-начала 80-х годов. Задача решения едва ли не одновременно
всех обострившихся макропроблем — срочного расширения экспорта, стабилизации
цен, ускорения роста, наконец, обеспечения занятости - была возложена на
гос­компании. Последние оказались не в состоянии с ними справиться из-за
сложного финансового по­ложения и высокой степени бюрократизации
ру­ководства.
Резкое обострение бюджетных диспропорций, общая неудовлетворительная
экономическая и социальная ситуация заставили левое правитель­ство фактически
пересмотреть взгляды на отно­шения государства и бизнеса. Была начата
не­гласная денационализация (продажа филиалов государственных компаний
частным инвесто­рам). В принятом плане экономического разви­тия указывалось,
что инструментом восстановле­ния экономики является предприятие, вне
зависи­мости от формы собственности.
Социалисты были вынуждены выдвинуть ту же микроэкономическую цель, что и
правые. -повысить прибыльность компаний, изменить в пользу бизнеса пропорции
национального дохода. Одновременно для ликвидации бюджетного де­фицита были
приняты меры, которые вели к со­кращению внутреннего спроса. Подобные
дейст­вия подтолкнули маятник предпочтений электо­рата вправо: к 1986 г. к
власти вернулись сторонники минимизации государственного вме­шательства,
опять попытавшиеся развернуть экономику лицом к рынку. Они отменили или су-
щественно снизили небллгсгтри-тгпые для крупно­го капитала налоги, освободил!
цены. Была свер­нута политика крупных проектов и "националь­ных чемпионов".
Произошло дерегулирование валютной сферы - отмена контроля над валют­ными
операциями, над движением капиталов, снятие ограничений с межбанковского,
биржево­го и ипотечного рынков » т.д.
Правые приняли программу широкой денаци­онализации. Она предусматривала
разгосударств­ление не только подавляющего большинства компаний,
национализированных в 80-е годы, но и ряда предприятий, ставших таковыми еще
в 40-е годы. К тому же все государственные предприя­тия (за исключением
естественных монополий) были переведены на независимое от бюджета
функционирование и начали действовать в жест­ких условиях мирового рынка,
открытости для международной конкуренции и прибыльности.
Вероятно, изменения второй половины 80-х годов были самыми серьезными
подвижками в направлении либерализации экономики за послед­нее двадцатилетие
XX в. 90-е годы характеризова­лись чередованием в правительстве носителей
прямо противоположных идеологий экономичес­кого развития. И ни у кого из них
не хватало ни времени, ни возможностей, а в некоторых случа­ях - решимости
для долгосрочного претворения в жизнь своих программ. Столь частые попытки
повернуть хозяйственный механизм в обратном направлении негативно отражаются
на состоянии экономики. Отсюда наличие открытых противо­речий по важнейшим
вопросам экономической политики между оск-^аыми ветвями властл, когда левому
президенту противостоит правый парла­мент, или наоборот (как это имеет место
сегодня).
И вот поэтому во Франции так и не произошло окончательного поворота к
экономическому ли­берализму: признания доминирующей роли биз­неса в
хозяйственной жизни, открытого утверж­дения примата микроцелей в
экономической по­литике, отказа от "трансфертного государства". Последний по
времени разворот влево произо­шел в 1997 г. с приходом к власти
"социалистиче-ско-коммунистическо-зеленой" коалиции во гла­ве с
Л. Жоспеном.
Видимо, непрерывные пертурбации в эконо­мической политике государства - один из
факто­ров, мешающих французским компаниям догнать своих наиболее мощных
зарубежных конкурен­тов. Среди крупнейших 50 промышленных фирм мира 12
западноевропейских, в том числе одна французская. Она появилась в этом списке
лишь в 1000 г. благодаря слиянию "Тоталь", "Эльф-Акитен" и бельгийской
"Петрофины" и созда­нию концерна "ТотальФинаЭльф" (4-е место в мировой исрагтп:
кгстян'••?: члг" ~ -•'. В ЯО-90-е годы французские фирмы активно наращивали
свою мощь, особенно благодаря широкой зару­бежной экспансии. Но обращает
внимание низ­кий уровень их участия в производствах, связан­ных с
компьютерной революцией: на Францию приходится лишь 2% мирового объема
производ­ства электронного машиностроения. Несколько лучше позиции в мировых
нефтепереработке, хи­мии, автомобилестроении. Но и здесь француз­ские
предприниматели занимают далеко не пер­вые места.
Западные эксперты по-прежчему называют французскую экономическую политику
дирижиз­мом. Как представляется, ее можно квалифици­ровать так скорее по
сравнению с тем, что проис­ходит в других развитых странах, чем с
деятель­ностью и позициями в экономике государства в 50-е годы. Да, в стране
еще сохраняется кр;тшая государственная собственность, которая распрода­ется
по мере необходимости ликвидации бюджет­ных дефицитов (последний раз - в
1997-1998 гг.). Государство продолжает контролировать цены естественных
монополий, тарифы на услуги здра­воохранения, цены на 80% аграрной продукции
и т.п. Деятельность бизнеса по-прежнему донельзя зарегулирована и
регламентирована. Но государ­ственные предприятия продолжают работать как
обычные участники рынка, и среди их акционе­ров - крупнейшие зарубежные
компании, с кото­рыми государство вынуждено считаться. Дали свои результаты
меры по борьбе с безработицей, способствовавшие (через рост занятости на 1
млн. за три года) ускорению динамики всех элементов внутреннего спроса.
Одновременно возросла гиб­кость рынка труда, что стхто важным фактором
увеличения конкурентоспособности французской промышленности и расширения
экспорта.
Настоятельной необходимостью является ре­форма налоговой системы и сферы
социального обеспечения (пенсионной системы и здравоохра­нения). При переходе
к единой вх-.юте выясни­лось, что фискальное бремя и расходы на соци-' альные
цели во Франции выше, чем у основных соперников. Это подрывает не только
конкурен­тоспособность, но и вообще национальную фи­нансовую систему, в
частности через снижение склонности населения и компаний к сбережени­ям.
Однако подготовленная предшествующим (правым) правительством А. Жюппе
реформа, встреченная обществом в штыки, положена Л. Жоспеном под сукно.
Вероятность ее проведе­ния до новых президентских выборов (весна 2002 г.)
очень невелика.
ФИНАНСЫ И ВАЖНЕЙШИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ КОНЪЮНКТУРЫ
1999 год был неоднозначным для Франции Прирост ВВП составил 2.6%, что
являлось поо' должением тенденции подъема 1997-1998 гг Од нако за этим вполне
благополучным среднегодо вым показателем скрывались заметные колебания
конъюнктуры - стагнация в первом полугодии и оживление - во втором.
Французское хозяйство отреагировало на ази атские финансовые кризисы и
сокращение споо са со стороны основных европейских контраген тов с некоторым
лагом. Деловая активность ста ла снижаться лишь к концу 1998 г., поэтому на
показателях уходящего года начавшийся спад ни как не сказался. Зато со всей
очевидностью его продемонстрировали показатели начала 1999 г особенно его I
кв., когда прирост ВВП оказался нулевым, промышленное производство сократи
лось по сравнению с предшествующим кварталом на 0.6%.
Однако уже со II кв. последствия спада начали понемногу преодолеваться; с
середины весны в экономике наметилось оживление, прирост ВВП за апрель-июнь
составил 0.7%, промышленной продукции - 0.6%. В дальнейшем хозяйство под
воздействием улучшающихся мировой и внутрен ней конъюнктуры продолжало
наращивать тем­пы. В результате, несмотря на ухудшение конъ юнктуры начала
года, динамика экономического роста за 1990 г. почти соответствовала уровню
фигурировавшему в прогнозах 1998 г.
В 2000-2001 гг., по всем имеющимся прогно зам, эти темпы составят 2.9-3% -
достаточно вы сокий для зрелой экономия уровень. В этом слу чае средний темп
роста за 1997-2001 гг. достигнет 2.7%, то есть будет почти в 2.5 раза выше
чем за предшествующее пятилетие.
Все это обеспечило некоторое повышение удельного веса Франции в
западноевропейском ВВП. Данный показатель (фактически вернучся к уровню 1990
г. - 16.9% (1995 г. - 15.5%).
Характерная черта экономического развития Франции за последнее время -
усиление его экс­тенсивного характера: соотношение вклада в рост экономики
производительности труда и занятое ти изменилось в пользу последней.' Впервые
эта тенденция обозначилась в 1998 г., когда едва ™ не треть прироста ВВП была
получена за счет
расширения занятости. В 1999 г. данный показа­тель дал уже почти половину
прироста ВВП. Ни в одной из ведущих стран Западной Европы тако­го не
наблюдалось. Именно повышение занятос­ти определило в 1998-1999 гг. лидерство
Франции по темпам экономического роста среди ведущих западноевропейских стран.
При всех положительных моментах, которые привнес рост занятости в развитие
страны (уско­рение темпов личного потребления, улучшение общего
экономического и социального климата, стимулирующие национальное
производство), сле­дует отметить, что этот фактор порождает со­мнения в
серьезности экономической базы по­добного лидерства.
Во-первых, расширение занятости осуществ­ляется искусственными методами,
весьма спор­ными с точки зрения общей эффективности на­ционального
производства (к данному вопросу мы еще вернемся). Во-вторых, в 1999 г. рост
заня­тости сочетался с замедлением динамики произво­дительности труда.
Последнее, конечно, в опреде­ленной степени отражало чисто статистический
момент, связанный с тем же ростом занятости. Од­нако оно свидетельствует о
том, что прежние опережающие темпы роста производительности по сравнению,
например с Великобританией или Германией, - следствие не столько интенсифика-
! ции производства, сколько очередная "лукавая цифра", порожденная
фактическим отсутствием увеличения занятости.
Другая особенность экономического роста Франции последних лет в отличие от
1990-1996 гг. -опора по преимуществу на внутренний спрос. Правда, толчок
подъему 1997 г. дал экспорт, под­скочивший тогда до 10.7% (почти втрое по
срав­нению с 1996 г.). Однако в 1998 г. этот показатель снизился до 6.2%, а в
1999 г., с падением мирового спроса, и вовсе упал до 1.4%. По мнению
фран­цузских зарубежных экспертов, такое падение -временное явление и темпы
экспорта должны восстановиться к 2000-2001 гг. до 5.3-5.4%.
Внутренний спрос развивался более стабиль­но. Это относится в первую очередь
к его основ­ным компонентам - личному потреблению и ин­вестициям. Судя по
поквартальному движению личного потребления, оно почти не пострадало во время
ухудшения конъюнктуры (см. таблицу), продолжив в 1999 г. тенденцию уверенного
роста.
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ И ФИНАНСОВАЯ  ПОЛИТИКА В 2000 г.
В 2000 г. французская экономика развивалась достаточно активно. Темпы ее 
роста составили 3.3ас. что несколько выше показателя предыду­щего
года. Однако по прогнозам 1999 г. прирост
     Основные экономические показатели, темпы прироста. % к предыдущему году
     
1960-1970гг.1971-1980 гг.1981-1990 гг.1991-1996гг.1996-2000гг.1999г.2000 г.200! г., прогноз
ВВП562.33.31.12.82.93.33.1
Личное потребление4.33.5. 1.S0.71.7;. ;2.62.8
Госпотребление4.13.32.52.31.32.61.31.3
Инвестиции7.82.52.63.44.87.16.25.4
Импорт10.25.83.95-18.13.713.1q -
Экспорт8.67.25.25.37.4з.~12.88^6
Промышленное производство5.13.21.20.91.03.613.18.6
Занятость0.60.50.30.31.11.81.91.6
Производительность труда5.11.574

с\ -

1.71.01.41.4
Норма сбережений25.020.618.S19.320.821.421.721.3
Индекс потребительских цен4.29.96.12.60.90.41.81.9
Баланс текущих операций0.50.3-0.5-0.70.91.81.61.3
должен был составить 4.2% (3.5% по самым осто­рожным подсчетам). Таким образом, результаты года оказались неплохими, но худшими, чем пред­полагалось. По-видимому, высшая точка нынешнего цик­ла была пройдена во П полугодии 1999 г., когда показатель роста действительно достигал 4%. После этого началось постепенное торможение, выявившееся уже в I квартале 2000 г. и ставшее очевидным к лету. Здесь наложились друг на дру­га снижение действия девальвации евро и повы­шение мировых цен на нефть. Впрочем, и нынеш­ний темп ВВП позволяет Франции оставаться ли­дером по этому показателю в ЕС. Стабилизация темпов роста сочеталась в истекшем году с даль­нейшим расширением занятости. В результате экстенсивный характер роста, ставший приметой развития второй половины 90-х годов, сох~ ' "глея и в 2000 г. За счет расширения занятости опять, как и в предыдущем году, была получена почти половина прироста ВВП. В исследуемый период функция "опоры роста" перешла от внутреннего спроса к экспорту. Одна­ко и внутренний спрос продолжал развир-.-ься стабильно. Особенно это относится к личному потреблению, темпы которого возросли с 2.1 до 2.6%. В I полугодии оно несколько сократилось, прежде всего из-за скачка мировых цен на нефть и внутренних (на 45%) - на энергоносители. Одна­ко затем покупательная способность населения стала возрастать: включились инфляционные по­правки заработной платы, предусматриваемые коллективными договорами. Положительно дей­ствовало и дальнейшее сокращение безработицы, а также снижение некоторых местных прямых на­логов и ставки налога на добавленную стоимость (за 2000 г. общая сумма снижения достигла 0.8% ВВП). Динамика капвложений сохранялась в 2000 г. на достаточно высоком уровне, но была нес.^ лько ниже, чем в 1999 г. Слегка уменьшилась и норма накопления. Некоторое торможение инвестици­онного процесса было вызвано, вероятно, опре­деленным насыщением инвестиционного спроса после бурного трехлетнего переоснащения эко­номики в 1997-1999 гг.; порожденной теми же причинами стабилизацией роста жилищного строительства (которое к тому же отреагировало на временное сжатие потребления); наконец, уже упоминавшимся ростом цен на энергоносители. В 2000 г., как и в предшествующие годы, вложе­ния в активные элементы основного капитала росли более высокими темпами, чем в пассивные. По-прежнему наименее динамичным -.;емен-том внутреннего спроса оставалось государствен­ное потребление. Государство продолжает его сдерживать для дальнейшего уменьшения бюд­жетного дефицита, сократившегося в 2000 г. до 1.8% ВВП. Известным камнем преткновения ос­тается рост расходов социальной сферы (во Франции она является частью системы государст­венных финансов) на 1.3%. По сравнению с 1999 г. темпы роста экспорта повысились более чем втрое. Это связано как с введением евро, так и с его с девальвациями. Не­сомненно позитивную роль сыграли модерниза­ция предприятий и некоторое снижение стоимос­ти трудозатрат. Вместе с тем вследствие роста цен на нефть стоимость импорта несколько пре­высила стоимость экспорта. Впгочем. это не ска­залось на состоянии баланса текущих операций и платежного баланса, сведенных в 2000 г., как и в 1999 г., с положительным сальдо. Характерной приметой 2000 г. стали высокие темпы развития промышленности, заметно опе­режавшие динамику ВВП. Это даже вызвало на- которое повышение ее удельного вес;, „ структу­ре валового продукта по производству Впрочем общий тренд не изменился: французская эконо­мика остается "экономикой услуг", до.,,,, КОТОпых в ВВП в 2000 г. составляла 72%. Этот Показатель соответствовал аналогичным цифрам по США Великобритании и превышал немецкиц Особен­но впечатляет годовой прирост в машинострое­нии (14.1%) и в отраслях. производящцч потреби- J?fv™ Т°ВарЫ Д<«г°?Ремен«°го пользования (в.5%). Выпуск полуфабрикатов и готовых изче-лий кратковременного пользования, напротив увеличивался медленнее средних тем„ов (соот­ветственно 4.5 и 1.5%). Это означало Д(\.,ЬНейшее изменение пропорций промышленное ,-и и экс­порта в пользу более современных производств Наконец, 2000 г. стал рекордным по прцбуд^ос-ти промышленных компаний, осоС*нно крупных экспорториентированных: их Донало,о Вая при­быль возросла на 15-20%. v Безусловно положительными является изме нения на рынке труда. В 2000 г. работу получили 432 тыс. человек. Уровень безработиц,, СНИЗи1СЯ до 9.6%. Теперь, чтобы достичь равцовесия'на рынке труда (5% безработных от чц01енности экономически активных), достаточно п* течение 3-4 лет создавать не более 160 тыс. раЛ,1Ч их мест ежегодно. Впервые за очень длительней период отмечалось повышение занятости в птц»,,.„,,,,,»» ности(1.7%). ^'мышлен- Одной из основных макропроблем 2С*М г ста­ло повышение темпов роста цен. Инд,^с потре­бительских цен возрос втрое по сравнс„ ию с „L. дыдущим годом и почти достиг потолк^ предус­матриваемого Маастрихтским договором По прогнозам на 2001 г., этот индекс стабц шзируст-ся, но еще на более высоком уровне. Вообще прогнозы дальнейшего рал,1ития ме-нее благоприятны, чем на 2000 г. и и ,(елОм на прошедшее трехлетие. Предпринимать ,„ и эко_ номисты говорят о весьма вероятном пщении ми­рохозяйственной конъюнктуры, преж;('с всего в связи с ухудшением экономической curvarruu « США. Ожидается, что в 2001 г. рост стадии* * ется на уровне 3.1%, заметно снизятся инвестиции и экспорт. Эйфория конца века кончи, 1ась пср-спективы роста уже не кажутся столь бллч-гящимн. В течение 2000 г. правительство Жочч,ена про-должало следовать "неизменно социлдистичес-ким" курсом, направленным прежде bcvixj на сти­мулирование спроса через решение счч„иа1ЬНЬ1Х проблем. Результаты этой политики нсмщознач-ны. Конечно, 2000 г. был для экономив весьма успешным. Но успехи были достигнута» в значи­тельной мере благодаря валютной полц v-,,Ke про-води.мой не на национальном, а на ев(учпейском уровне, росту мощи французского биз^-^а и вы. сокой мировой конъюнктуре. Расширение лично- го потребления было непропорционально низким по отношению к темпам и масштабам сокраще­ния безработицы. Инвестиционный же спрос за­тормозился. Чтобы его подтолкнуть, повысить конкурентоспособность национальных произво­дителей и, наконец, чтобы двигаться дальше по пути выполнения требований ЕВС, необходимо срочное проведение реформ в сфере государст­венных финансов. А этого пока не предвидится. Перед лицом надвигающихся президентских выборов левое правительство, опасающееся утра­тить свой основной электорат, более чем когда-либо сковано в своих действиях. На 2000 г. была объявлена реформа местной налоговой админист­рации, предполагавшая сокращение расходов на управление фискальной системой (во Франции они считаются едва ли не самыми высокими сре­ди развитых стран). Реформа была провалена из-за забастовок налоговых инспекторов, поддер­жанных депутатами местных органов власти. Аналогичная участь постигла также запланиро­ванную на истекший год реформу в сфере высше­го образования: по стране прокатились демонст­рации преподавателей и студентов. Постоянно атакуемый слева за недостаточно активное перераспределение увеличившегося об­щественного пирога в пользу трудящихся, а спра­ва - за то, что не снижаются налоги, Л. Жоспен решил дать ответ всем своим критикам. В середи­не марта 2000 г. он выступил с предложением со­кращения налогов на 40 млрд. фр. (дополнитель­но к 40 млрд- сокращений, уже заложенных в го­довой бюджет). Речь шла о подоходном налоге, местных налоговых сборах (налог на профессии и на жилье), а также о снижении ставки НДС с 20.6 до 19.6%. Государство располагало средствами для проведения этих мероприятий. Благодаря ус­пешному общеэкономическому развитию и рас­сасыванию безработицы, вызвавшему сущест­венный рост числа налогоплательщиков, фис­кальные поступления возросли на 30 млрд. фр. в 1999 г. по сравнению с 1998 г. и еще на 50 млрд. в 2000 г. При jtom налоговое бремя во Франции до­стигло рекордной (и для данной страны, и для ЕС) величины - 46.3%, что на 0.7% выше уровня пре­дыдущего гида. Проведенные налоговые снижения распрост­раняются главным образом на лиц с низкими до­ходами. Например, снижение налога на жилье со­ставляет 11 млрд. фр., 5.8 млрд. из которых - от­мена обложения им на региональному уровне, а 5.2 млрд. - его сокращение на уровне коммун для низших групп получателей доходов. То же отно­сится и к подоходному налогу, ставка которого снижается только для двух групп населения с са­мыми низкими доходами. Максимальная ставка этого налога - 52%, самый высокий показатель в ЕС. давно вызывает претензии европейских орга- нов. Но в 2000 г. она осталась неизменной, равно как и налоги на корпорации, а также налоги на сбережения и на имущество, очень высокие во Франции. Доходная часть бюджета возросла столь зна­чительно, что позволила снова, как и в 1999 г., со­кратить дефицит государственного бюджета до 1.8% ВВП. И это при том. что бюджетные расхо­ды если ие возросли, то по крайней мере не сокра­тились. Особенно это касается расходов на соци­альную сферу, которые по-прежнему составляют около 60% всех бюджетных затрат. Реформы, на­правленные на снижение государственных за­трат, пока не начались. Хотя в некоторых случа­ях (пенсии, здравоохранение) в 2000 г. государст­во обозначило основные направления перемен, но сроки их проведения так и не названы. Сокра­щения расходной части бюджета не предвидится и в 2001 г. С этого года вводится трехлетняя про­грамма государственных доплат лицам, получаю­щим минимальную заработную плату, так назы­ваемых премий за занятость. Прибавка составит 14% от уровня минимальной заработной платы 2000 г. Для семьи из двух получателей такой зара­ботной платы и детей она составит в 2001 г. 1.5 тыс. фр., а в 2003 г. - 4.5 тыс. Бюджет понесет немалые расходы, так как потенциальных полу­чателей "премий за занятость" в стране на сего­дня насчитывается около 9 млн. человек. Анало- гичный эффект будет иметь очередное увеличе­ние численности государственных служащих, по количеству которых Франция и так прочно зани­мает первое место в ЕС. В целом в 2000 г. в экономической политике Франции сохранялись черты, резко отличавшие ее от большинства стран региона. Как отмеча­лось на саммите ЕС 2000 г. в Лиссабоне, Франция "слишком упряма, чтобы отказаться от своих традиционных нединамичных подходов, слишком неохотно проводит рыночные реформы, слиш­ком горда, чтобы признать достоинства амери­канской либеральной модели" ("Экономист", 01.IV.2000. С. 11). Проведение этой политики де­лает подъем последних лет скорее случайным, чем закономерным, а перспективы будущего раз­вития страны представляются весьма неопреде­ленными. Однако в обществе, разделенном на резко консервативных левых и не менее консер­вативных правых, радикальная смена курса пред­ставляется маловероятной. Обычно смены тако­го рода становятся возможными лишь после глу­боких экономических и социальных потрясений. Остается лишь надеяться, что Франция окажется способной избежать их и удержать за собой и в XXI в. с таким трудом сохраненный в предыду­щем столетии статус великой экономической державы. ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ В 2001-2015 гг. Хозяйственное развитие в ближайшие 15 лот по всей вероятности, будет соответствовать об­щим тенденциям развития западноевропейского региона. В частности, среднегодовые темпы рос­та за этот период должны колебаться у Франции как минимум в пределах 2.4—2.6%. Внешние факторы развития, прежде всего уг­лубление и расширение интеграционных процес­сов, хорошо известны. Поэтому подробнее оста­новимся лишь на факторах внутреннего характе­ра. Для обеспечения необходимых темпов роста Франции нужно сохранить хотя бы нынешние по­казатели динамики экспорта и внутреннего спро­са (прежде всего личного потребления и инвести­ций). Это ставит перед страной задачу более ак­тивной адаптации к мировому спросу, в котором, очевидно, усилится значение передовой наукоем­кой продукции. Пока же здесь Франция отстает. В национальном экспорте на долю машин и обо­рудования приходится всего около 48%, что за­метно меньше, чем, например, у США или ФРГ. Напротив, удельный вес изделий более низкой степени обработки (полуфабрикатов, продукции АПК) выше, чем у основных конкурентов. Чтобы избавиться от остатков неверно вы­бранной еще в начале 50-х годов общехозяйст­венной и промышленной специализации. Фран­ции предстоит прежде всего повысить конкурен­тоспособность частного бизнеса. Это, в свою очередь, потребует его концентрации. Сейчас са­мыми крупными национальными частными фир­мами являются "Данон" и "Л'Ореаль" (по бирже­вой капитализации и обороту они занимают весь­ма скромные места во второй-третьей сотнях западноевропейских компаний). Кроме того, необ­ходимо продолжить передачу в руки более эффек­тивных собственников ведущих государственных промышленных компаний. Бол* с адекватной со­временному этапу должна стать пан конская систе­ма, которой еще присуще отсутствие тесной связи между финансистами и промышленниками, ха­рактерной например, для Германии. Таким образом, Франции необходимы очень серьезные институциональные реформы, кото­рые, в свою очередь, вряд ли возможны без изме­нения модели поведения частного бизнеса, пре­одоления так называемого антииндустриального настроения массы предпринимателей, традицион­ной вялости инициативы и боязни риска в промы­шленности, предпочтения финансовых операций и т.п. Правда, в стране уже начинает постепенно формироваться слой бизнесменов, получивших образование за рубежом и признающих несостоя­тельными традиционные для национального пред­принимателя ценности "социал-кольбертизма". Для укрепления позиций предпринимателей необходимо также изменить в их пользу соотно­шение сил между ними и вторым важнейшим хо­зяйственным субъектом - государством путем ли­берализации (скорее всего, негласно) экономичес­кой политики. В ближайшие 3-5 лет произойдут перемены в наиболее "жесткой", "негибкой" сфе­ре этой политики - регулировании рынка труда. Если рынок труда станет более гибким, то без­работица во Франции начнет рассасываться, как в США, то есть путем повышения занятости по крайней мере в частном секторе сферы услуг. Это, правда, несколько затормозит темпы инвес­тирования, но будет способствовать сохранению на высоком уровне личного потребления и пози­тивной динамике всех связанных с ним финансо­вых и психологических компонент, что и обеспе­чит необходимые темпы внутреннего спроса.