Каталог :: Философия

Реферат: Огюст Конт

                МОСКОВСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ПОТРЕБИТЕЛЬСКОЙ КООПЕРАЦИИ                
                                РЕФЕРАТ НА ТЕМУ:                                
                            «СОЦИОЛОГИЯ ОГЮСТА КОНТА»                            
                    ст. гр. МТ-81 Янчуков Игорь Александрович                    
     Содержание
     1.        Этапы жизни и творчества
     2.        Идейные истоки
     3.        Позитивизм как обоснование науки
     4.        Социология как наука
     5.        Объект социологии
     6.        Метод: «объективная» и «субъективная» социология
     7.        Социальная статика
     8.        Социальная динамика
     9.        От науки - к утопическому проектированию
     10.     Заключение
     1. Этапы жизни и творчества
Был ли Огюст Конт подлинным создателем, «отцом» социологии - воп­рос спорный.
Бесспорно то, что он стал ее крестным отцом, так как дал ей имя, изобрел само
слово «социология». Правда, блюстители чистоты науч­ного языка нередко
подчеркивали «варварский» характер имени, которым он назвал новорожденную
науку об об­ществе; ведь оно составлено из слов, взя­тых из двух разных
языков: латинского «societas» («общество») и греческого «     » («слово»,
«учение»). Как бы то ни было, уже благодаря тому, что Конт придумал слово
«социология», он инте­ресен для истории этой науки. Но дело, конечно, не в
названии. Далее мы уви­дим, сколь значительным был вклад это­го мыслителя в
становление социологии как таковой.
Французский философ Огюст Конт родился 19 января 1798 г. в городе Монпелье в
семье чиновника средней руки, сборщика податей. Родители Конта были
правоверными монархистами и католиками, но сам он рано отходит от
тра­диционных ценностей своей семьи и становится приверженцем идеалов Великой
Французской революции. После окончания интерната-лицея в родном Монпелье в
1814 г. он поступает в Политехническую школу в Па­риже, в которой царят
либеральные и республиканские идеи.
В это время Конт усердно изучает математику и другие точные науки;
он также читает множество трудов по философским, экономическим, социальным
проблемам. И в лицее, и в Политехнической школе он от­личался серьезностью и
замкнутостью, сторонился юношеских забав и развлечений, будто стремясь своим
поведением доказать справедливость французской пословицы: «Кто хочет быть
молодым в старости, должен быть старым в молодости». При этом юный Огюст был
весьма самостоятелен в своих взглядах; не признавая навязываемых авторитетов
и внешней регламентации, он уважал только интеллектуальные и нравственные
до­стоинства. Поэтому он нередко участвовал в конфликтах с начальством. Один
из таких конфликтов (учащиеся выступили против одного из преподавателей), в
котором Конт играл активную роль, послужил поводом к временному закрытию
Политехнической школы в 1816 г. Конт был отправлен в Монпелье под надзор
полиции, и ему уже не суждено было завершить свое образование. Вернувшись
вскоре в Париж, он начинает самостоятельную жизнь, давая частные уроки по
математике.
В 1817г. Конт становится секретарем Сен-Симона, сменив в этой долж­ности
известного историка Огюстена Тьерри. Первоначально взаимоотно­шения юного
ученика и знаменитого учителя носят дружеский характер, и Конт, по существу,
является одним из участников школы сен-симонизма. Он подчеркивает
безграничное уважение к Сен-Симону и активно сотруд­ничает в его изданиях. Но
постепенно, как это нередко случается у близко соприкасающихся выдающихся
людей, возникают споры об авторстве и приоритетах; их взаимоотношения
портятся и в 1824 г. заканчиваются раз­рывом.
В 1826 г. Конт приступает к чтению платных публичных лекций по фи­лософии на
дому. Лекции были прерваны из-за его тяжелого психического заболевания и
возобновились в 1829 г. С 1830 по 1842 г. Конт осуществляет грандиозный
проект: издание 6-томного «Курса позитивной философии». Во второй половине
40-х годов он, помимо сугубо интеллектуальных заня­тий, обращается к
проповеднической и практической организационной де­ятельности, пропагандируя
позитивизм как политическое, религиозное и моральное учение. В 1847 г. он
провозглашает Религию Человечества, в 1848 - создает Позитивистское общество.
Последние годы жизни он был занят разработкой нового религиозного учения и
культа, провозгласив себя первосвященником Религии Человечества. Умер Конт 5
сентября 1857 г. в окружении своих учеников.
Конт не занимал сколько-нибудь прочных позиций в академической си­стеме
тогдашней Франции. Его попытки получить кафедру или занять дол­жность
штатного преподавателя в Политехнической школе и в Коллеж де Франс оказались
безуспешными, и он вынужден был довольствоваться скромной ролью репетитора и
экзаменатора в Политехнической школе, пробавляясь также частными уроками. Это
обеспечивало ему весьма скуд­ные средства существования. Последние годы жизни
он жил на средства, собираемые по подписке его сторонниками-позитивистами.
На жизнь и деятельность Конта оказали влияние две женщины, кото­рые,
благодаря этому, в известном смысле вошли в историю социологии вместе с ним.
Влияние одной из них сам он расценивал как пагубное и считал связь с ней
единственной серьезной ошибкой, совершенной в жиз­ни. Это была его жена
Каролина Массен, которую он обвинял в порочно­сти и, главное, в бессердечии.
Ожесточенные и частые конфликты с ней приводили время от времени к резким
обострениям его душевного забо­левания. В конце концов супруги расстались.
Влияние другой женщины Конт оценивал как истинно благодатное; оно сказалось
отчасти в том, что в конце жизни он энергично подчеркивал превосходство
чувства («сердца») над разумом и, по существу, из проповедника новой науки
превратился в проповедника новой религии. Звали эту женщину Клотильда де Во.
Конт познакомился с ней в 1845 г., за год до ее смерти. Он страстно (и
безот­ветно) полюбил эту 30-летнюю женщину и боготворил ее до конца своих
дней. Любовный экстаз постепенно перерос у него в экстаз религиозный. Он
прославил Клотильду де Во в предисловии к своей четырехтомной «Си­стеме
позитивной политики» и разработал посвященные ей особые риту­альные действа,
которые неуклонно и тщательно исполнял.
Стиль сочинений Конта отражает, по-видимому, особенности его лич­ности. Он
отличается растянутостью изложения, длиннотами, громоздки­ми фразами, частыми
повторами. Конта совершенно не волнует красота стиля, но он всячески
стремится к полноте и точности в изложении своих мыслей. Эти особенности
парадоксальным образом сочетаются с любовью к сочинению афоризмов и девизов,
нередко весьма эффектных и запоминаю­щихся. Вот некоторые из них: «Порядок и
прогресс», «Знать, чтобы пред­видеть, предвидеть, чтобы мочь», «Знать, чтобы
мочь, думать, чтобы действовать», «Жить для других», «Жить при ясном свете»,
«Любовь как принцип, порядок как основание, прогресс как цель», «Мы разрушаем
толь­ко то, что заменяем» и т. п.
Хотя в ранние годы Конт читал очень много, впоследствии, разрабаты­вая свою
философскую систему, он подчинил себя режиму так называемой «мозговой
гигиены» с целью не заражаться чужими воззрениями. Соглас­но этому режиму он
на протяжении многих лет не читал ничего, что имело бы хотя бы косвенное
отношение к предметам его изысканий, за исключе­нием некоторых трудов,
содержащих полезные, по его мнению, данные, а также поэтических сочинений.
Конт был человеком чрезвычайно неуравновешенным и страдал перио­дическими
психическими недугами, хотя в целом его, несомненно, нельзя считать
умалишенным. Серьезные жизненные неудачи компенсировались у него чрезвычайным
самомнением и непреклонной верой в свою исклю­чительную миссию. Чувство юмора
и остроумие, по-видимому, были ему чужды.
В общем, говоря о личности Конта, можно сделать вывод, что этот выда­ющийся
человек был маргиналам, человеком «на грани», на краю во многих
отношениях. Он находился на грани между академическим и неакадемичес­ким
мирами, между семейным и холостым состоянием, между здоровьем и болезнью, между
наукой, религией, утопией и т. п. Все это, безусловно, не могло не сказаться на
его социологическом мышлении. В творчестве Конта принято различать три
периода.
     Первый период (1819-1828), почти полностью совпадающий со
време­нем его сотрудничества с Сен-Симоном, характеризуется изданием шести
небольших программных сочинений, «опускулов». Эти сочинения Конт впо­следствии
включил в качестве приложения в IV том своей «Системы пози­тивной политики»
(1854) с целью показать преемственность своих воз­зрений. В «опускулах» он
намечает принципы и пути интеллектуальной и социальной реформы, в которой
нуждается находящееся в состоянии «анархии» человечество. В этих сочинениях
можно найти идеи, которые одновременно являются итогом для Сен-Симона и
отправным пунктом для Конта. Здесь уже присутствует ряд наиболее важных идей,
которые Конт развивает впоследствии, в частности, идея об особой роли ученых в
новом обществе; различение двух главных эпох в развитии человечества: 
крити­ческой и органической; понятие и принципы «позитивной
политики»; и, наконец, знаменитый «закон трех стадий».
     Второй период (1830-1842) - это период зрелости, когда создавался
и издавался шеститомный «Курс позитивной философии» (тома выходили
последовательно в 1830, 1835, 1838, 1839, 1841 и 1842 гг.). В это время Конт
разрабатывает философские и научные основы позитивистского ми­ровоззрения.
Считая, что интеллектуальная реформа должна предшествовать соци­альной
(включая политическую, моральную, религиозную), он в этот пери­од выступает
главным образом в роли ученого и в качестве такового придерживается
«объективного» метода: он обосновывает включенность человеческого и
социального мира в общую систему мироздания, подчи­ненность человеческих дел
естественному ходу вещей и ориентацию соци­ологии (в принципе находящейся на
вершине иерархии наук) на естественные науки как на более зрелые и ранее
приблизившиеся к пози­тивному состоянию.
     Третий, завершающий период творчества Конта, начинается со
второй половины 40-х годов. Он отмечен созданием таких произведений, как
че­тырехтомная «Система позитивной политики, или Социологический трак­тат,
учреждающий Религию Человечества» (1851-1854), «Позитивистский катехизис»
(1852) и «Субъективный синтез» (1856). В это время Конт обо­сновывает
преимущественно «субъективную» точку зрения и «субъектив­ный» метод. На первый
план в его учении выходят эмоциональные факторы человеческой и социальной
жизни, воплощенные в понятии «сердце». Со­ответственно главным объектом его
внимания становятся институты, отве­чающие эмоциональным потребностям человека:
мораль и религия. Если на предыдущем этапе Конт предпочитал использовать
понятия «позитив­ная философия», «позитивный дух», «рациональная позитивность»,
то в это время он уже чаще говорит о «позитивизме» как о доктрине, в которой
интеллектуальные, научные элементы подчинены моральным, религиозным и
политическим. Теоретическая перспектива меняется: если в «Курсе» Конт
подчеркивает «естественный» характер социальных законов, необходимость познания
их и подчинения им, то теперь, наоборот, он, в соответствии с «субъективной»
точкой зрения, рассматривает социальный мир как про­дукт чувства, воли и
деятельности человека. В этот период он выступает уже не столько в роли
ученого, сколько в других ролях: моралиста, пророка и первосвященника новой
религии, автора социально-политических про­ектов.
Существуют две точки зрения на соотношение отмеченных периодов в творчестве
французского мыслителя. Одни аналитики считали, что третий период
противостоит первым двум и означает решительный отказ от ис­ходных научно-
теоретических позиций. Иными словами, Конт как созда­тель новой религии и
утопических проектов не имеет ничего общего с Контом - создателем
позитивистского научного мировоззрения. Такой точ­ки зрения придерживались, в
частности, известные приверженцы контовского позитивизма француз Эм. Литтре и
англичанин Дж. Ст. Милль. Они вдохновлялись идеями «Курса позитивной
философии». Когда же, по их мнению, автор порвал с этими идеями, они порвали
с их автором.
Другие, в том числе сам Конт, рассматривали третий период как естест­венное и
логичное завершение первых двух. С этой точки зрения три пери­ода выражают не
эволюцию и, тем более, не коренное изменение взглядов, а различные этапы
реализации одного и того же замысла, того, который был сформулирован еще в
«опускулах». Тех своих сторонников, которые признавали и «Курс» (II период) и
«Систему позитивной политики» (III пе­риод), он считал «полными»
позитивистами; тех же, кто был сторонником только «Курса» - «неполными».
Тем не менее, отрицая поворот в содержании своих воззрений, Конт в то же
время признавал изменение своей социально-интеллектуальной роли (от
ученого - к проповеднику новой религии), говоря, что «променял карь­еру
Аристотеля на карьеру святого Павла...» [1, XXIII].
Независимо от того, как оценивать соотношение между различными пе­риодами и
частями контовского учения, несомненно, что в нем переплета­лись и проникали
друг в друга научные и вненаучные элементы. Но задача истории социологии -
изучить прежде всего научные элементы, исходя из тех критериев, которые
были выделены в первой лекции. Это те стороны доктрины Конта, которые в
дальнейшем получили продолжение не в мора­ли или религии, не в политике или
социальных движениях, а в социологии как науке.
     2. Идейные истоки
Древнейшим предшественником подлинной социальной науки Конт счи­тает
Аристотеля, который стремится рассматривать наблюдение как осно­ву этой
науки, а человека - как животное политическое.
     Взгляды Конта на вклад различных мыслителей в создание социологии изложены, в
частности, в 47-й лекции его «Курса» [2, 225-286].
Среди оказавших влияние на формирование взглядов Конта или высоко им ценимых
следует отметить философов Френсиса Бэкона, Декарта, Юма, Кондильяка, а
так­же видных естествоиспытателей прошлого. Первую значительную попытку
целостного, основанного на «духе уни­версальности» рассмотрения социального
развития Конт находит у Боссюэ. Конт испытал влияние либерального направления
в политической экономии, главным образом Адама Смита и Жан-Батиста Сэя. У
Адама Сми­та, «прославленного и рассудительного», он отмечает глубокий анализ
раз­деления труда. «Мудрый» Тюрго, несомненно, также повлиял на контовское
представление о прогрессе и предвосхитил его закон «трех стадий», разде­лив
культурный прогресс человечества на три стадии: религиозную, спеку­лятивную и
научную.
Чрезвычайно высоко Конт оценивает вклад Монтескье, который впер­вые
распространил принцип детерминизма на познание социальных явле­ний и показал,
что эти явления подчинены действию естественных законов. Конт признает важный
вклад Гоббса в становление социальной науки. Но особенно высоко он ценит двух
мыслителей, идеи которых противосто­яли друг другу: де Местра и Кондорсе.
Стремясь соединить и примирить традиционализм и либерализм, консервативный и
революционный дух, он рассматривает концепции обоих мыслителей как
взаимодополнительные. Главный социальный лозунг Конта: «Порядок и прогресс» -
опирается на идею порядка у де Местра (и других традиционалистов, особенно де
Бо-нальда) и идею прогресса у Кондорсе, которого он считал своим «духов­ным
отцом».
Особенно глубокое влияние на Конта оказал Сен-Симон, хотя сам Конт это
решительно отрицал. Трудно найти у Конта такую идею, которая в какой-то форме
уже не присутствовала бы в сочинениях Сен-Симона. Это относит­ся, в
частности, к таким важным для Конта положениям, как различие «критических» и
«органических» периодов в развитии общества; идея прогресса; значение науки,
в особенности социальной, в современную эпо­ху; роль индустриализма и
«индустриалов» в современном и будущем обще­стве и т. д. Можно сказать, что
собственно идея социальной реальности, ключевая для становления социологии
как науки, была в значительной мере воспринята Контом у Сен-Симона. Даже само
выражение «позитивная фи­лософия» последний использовал еще в 1808 г., т. е.
задолго до основателя позитивной философии. У него же мы встречаем и тезисы
(впоследствии развитые Контом) о том, что «наука о человеке», «социальная
физика», или «социальная физиология», - это часть общей науки; она должна
базировать­ся на наблюдении и ее методы должны быть теми же, что и методы
естест­венных наук. Еще до Конта Сен-Симон в «Письмах женевского обитателя»
(1803) указывает на аналогию между социальным телом и биологическим
организмом [3, 130]. Сам жизненный и творческий маршрут Конта от
про­поведника новой науки к проповеднику новой религии в известном смысле
повторил маршрут Сен-Симона, в деятельности которого также различа­ются три
периода: научный, социально-реформаторский и период чувства и веры, в который
он разрабатывал «новое христианство».
Но было бы ошибочным считать Конта простым продолжателем Сен-Симона. Во-
первых, между ними существуют определенные теоретические и социально-
практические расхождения. Сен-Симон делает основной акцент на проблеме
социального прогресса; Конт, также веря в прогресс, большее значение придает
проблеме социального порядка. Конт - сторонник концентрации и централизации
политической власти, социальной иерар­хии и субординации; Сен-Симон,
наоборот, предсказывает и обосновывает исчезновение государства и доказывает
фундаментальное равенство между людьми. Утверждая значение интеллектуальной
реформы как необходимого условия реформы социальной, Конт упрекал Сен-Симона
в поспешности и отмечал, что тот хочет лечить болезнь, природу которой еще не
изучил. Во-вторых, и это самое главное, идеи Сен-Симона выражены в
зародышевой, неразвернутой форме, это часто лишь отдельные высказывания,
наброски концепций, но не сами концепции. У Конта, наоборот, те же идеи
представ­лены в виде развернутых, систематических концепций и теорий.
В целом Конт стремился объединить противоречивые идейные традиции:
просветительскую идею прогресса и традиционализм, просветительский
ра­ционализм (даже в якобинском культе Разума он видел предвосхищение
по­зитивизма) и средневековый католицизм. В последнем ему особенно
импонировала идеология социально-иерархической и наднациональной стру­ктуры.
Конт считает устаревшей христианскую догматику, но не религию как таковую. Он
стремится устранить Бога именем религии. Сама же рели­гия вечна, так как
человек, в его интерпретации, - существо не столько раци­ональное, мыслящее,
рассуждающее, сколько эмоциональное, чувствующее, верующее. Но для обновления
религии, так же как и всего человечества, по Конту, нужны новые
интеллектуальные основания. Поэтому создание пози­тивизма как синтетической
мировоззренческой системы он начинает с пере­смотра этих оснований.
     3. Позитивизм как обоснование науки
Конт относится отрицательно ко всему отрицательному, разрушительному,
критическому. Он противопоставляет духу отрицания и в теории, и в
дейст­вительности, принесенному Революцией (впрочем, разрушившей то, что было
достойно разрушения), созидательный, позитивный дух. Категория «пози­тивного»
становится наиболее общей и главной в его мировоззрении, поэ­тому
«позитивизм» и другие слова, производные от «позитивного», становятся
основными терминами для обозначения контовского учения.
Что же такое «позитивное» в истолковании основателя позитивизма? Он указывает 
пять значений этого слова [4, 34-36]:
1) реальное в противовес химерическому:
2) полезное в противовес негодному;
3) достоверное в противовес сомнительному;
4) точное в противовес смутному;
5) организующее в противовес разрушительному.
К этим значениям Конт добавляет такие черты позитивного мышления, как тенденция
всюду заменять абсолютное относительным, его непосред­ственно
социальный характер, а также тесная связь с всеобщим здравым смыслом 
[4, 36-39, 53-56].
Место позитивного мышления в системе Конта можно понять только в связи с его
знаменитым законом «трех стадий»,или «трех состояний», ко­торый он считал
своим главным открытием.
Согласно этому закону, индивидуальный человек, общество и человече­ство в
целом в своем развитии неизбежно и последовательно проходят три стадии [там
же, 10-21].
1) На теологической, или фиктивной, стадии человеческий разум
стре­мится найти либо начальные, либо конечные причины явлений, он «стре­мится
к абсолютному знанию». Теологическое мышление, в свою очередь, проходит три
фазы развития: фетишизм, политеизм, монотеизм. Эта ста­дия была
необходимой для своего времени, так как обеспечивала предва­рительное развитие
человеческой социальности и рост умственных сил. Но притязания теологии
проникать в предначертания Провидения безрас­судны и подобны предположению о
том, что у низших животных сущест­вует способность предвидеть желания человека
или других высших животных.
2) На метафизической, или абстрактной, стадии человеческое
мыш­ление также пытается объяснить внутреннюю природу явлений, их начало и
предназначение, главный способ их образования. Но в отличие от теоло­гии
метафизика объясняет явления не посредством сверхъестественных фа­кторов, а
посредством сущностей или абстракций. На этой стадии
спекулятивная, умозрительная часть очень велика «вследствие упорного стремления
аргументировать вместо того, чтобы наблюдать» [там же, 16]. Метафизическое
мышление, составляя, как и теологическое, неизбежный этап, по своей природе
является критическим, разрушительным. Его черты в значительной мере сохраняются
и в современную эпоху.
3) Основной признак позитивной, или реальной, или научной 
стадии состоит в том, что здесь действует закон постоянного подчинения
вообра­жения наблюдению. На этой стадии ум отказывается от недоступного
оп­ределения конечных причин и сущностей и вместо этого обращается к 
простому исследованию законов, т. е. «постоянных отношений, существу­ющих
между наблюдаемыми явлениями» [там же, 17].
Иногда Конт высказывается не только против изучения «конечных» при­чин, но и
против исследования причинности вообще, утверждая, что наука должна заменить
вопрос «почему» вопросом «как». Сам он, однако, в сво­их сочинениях нередко
высказывается о причинах тех или иных явлений.
Позитивное мышление, которому свойственны отмеченные выше при­знаки, далеко и от
эмпиризма, и от мистицизма. Согласно закону трех ста­дий, все науки и все
общества неизбежно завершают свою эволюцию на позитивной стадии. Именно на
третьей стадии формируется истинная, т. е. позитивная наука, цель которой -
познание не фактов (они составляют для нее лишь необходимый сырой материал), а 
законов. Существование неиз­менных естественных законов - условие
существования науки; их позна­ние с целью рационального предвидения - ее
предназначение.
Конт исходит из представления о единстве и иерархической структуре 
всего бытия, включая человеческое. На основе такого представления он строит свою
классификацию наук, получившую широкую известность. Эта классификация включает
в себя шесть основных наук: математику, аст­рономию, физику, химию,
биологию и социологию.
Характерно, что в этой классификации нет философии и психологии. От­сутствие
первой объясняется тем, что Конт не мыслил философию в качестве особой
отрасли знания: для него позитивная философия - это та же наука, наблюдающая
наиболее общие законы, обобщающая результаты частных наук и обеспечивающая их
единство. Отсутствие психологии объясняется тем, что тогдашняя психология
была преимущественно интроспективной, основанной на самонаблюдении, что, по
Конту, не позволяло считать ее наукой, тем более что в период создания своей
классификации он придавал главное значение «объективному» методу, основанному
на внешнем наблюдении.
Каждая из перечисленных наук представляет собой своего рода ступень по
отношению к последующей. Каждая из них заимствует у предыдущей ее методы и
добавляет к ним еще свои собственный, обусловленный спе­цификой изучаемого
объекта. Все науки проходят в своем развитии тео­логическую, метафизическую и
позитивную стадии; только на последней они становятся науками в собственном
смысле. На вершине иерархии наук находится социология.
     4. Социология как наука
По Конту, социология, как и любая другая наука, изучает неизменные
естественные законы. Предмет ее - самый важный и сложный, поэтому она -
своего рода царица наук. Социология может и должна использовать достижения
других наук, которые изучают более обширные, чем общест­во, сферы реальности.
Эти науки, особенно биология (непосредственно предшествующая социологии в
иерархии наук), являются по отношению к ней вводными, подготовительными.
Вместе с тем они служат для нее тео­ретико-методологическим образцом; ведь
социология позже других дис­циплин приблизилась к позитивному состоянию, в
ней сохранилось особенно много теологических и метафизических элементов;
воображение в ней до сих пор господствует над наблюдением. Ее еще предстоит
создать, и основатель позитивизма ощущает себя призванным сделать это.
Для обозначения самой молодой науки Конт использует различные тер­мины:
«социальная философия», «социальная наука», «социальная физио­логия» и
«социальная физика». Он считал себя автором последнего термина и до
определенного момента рассматривал его как наиболее предпочти­тельный. Однако
это выражение стало, по мнению Конта, «неправильно» использоваться, прежде
всего бельгийским ученым Адольфом Кетле, кото­рый в своем труде «О человеке и
развитии его способностей, или Опыт социальной физики» (1835) применил его к
«простой статистике» [2, 7]. Подобное словоупотребление явно не
соответствовало тому выдающемуся месту, которое предстояло занять социологии
в системе наук и в обществе. Для обозначения новой науки необходимо было
новое слово, и оно было придумано.
Впервые Конт употребил слово «социология» в 1839 г., в 47-й лекции «Курса
позитивной философии» (том IV). Употребив его впервые, он в при­мечании
обосновывает, точнее, оправдывает его введение следующим об­разом: «Я должен
отныне отважиться на использование этого нового термина, целиком тождественного
моему уже введенному выражению «со­циальная физика», с тем, чтобы иметь
возможность обозначать одним на­званием ту дополнительную часть естественной
философии, которая относится к позитивному изучению совокупности
фундаментальных зако­нов, свойственных социальным явлениям. Необходимость
такого на­именования, имея в виду специальное назначение этого тома (IV том
«Курса», так же, как и V и VI тома, посвящен разработке социальной науки. - 
А. Г.), надеюсь, извинит меня в данном случае, если я в последний раз
воспользу­юсь законным правом, которым, я думаю, я всегда пользовался со всей
подо­бающей осмотрительностью, постоянно испытывая глубокое отвращение к
привычке систематически вводить неологизмы» [там же, 252]. Впрочем, и после
введения нового термина Конт наряду с ним продолжал использо­вать и старые для
обозначения новой науки.
     5. Объект социологии
Конт был одним из мыслителей, открывших социальную реальность и внесших
важный вклад в ее понимание. Некоторые представления о ней, которые он
разработал, стали затем парадигмальными и получили даль­нейшее развитие в
социологии.
Главное условие создания самостоятельной социальной науки, по Конту, - это
выделение специфической реальности, не изучаемой никакими другими науками. Для
обозначения этой реальности он использует различ­ные термины: «общество»,
«социальный организм», «социальная система», «социальные явления», «социальное
существование» и т. п. Человек по при­роде своей социален, социальность
- его естественное состояние. Но и эгоизм - также естественное
состояние, поэтому социальность требует на­учения и усваивается индивидом
посредством воспитания. Будучи изна­чально естественным образованием, общество
становится «искусственным и добровольным порядком».
Человек не может по своей воле создавать социальные явления, но он может их
видоизменять при условии учета естественных законов. Можно увеличить или
уменьшить интенсивность уже существующих социальных тенденций, можно изменить
их скорость, но невозможно сменить порядок их следования или перескочить через
промежуточные этапы. Изменчивость социальных явлений может вызываться такими
факторами, как раса, кли­мат или собственно социальные действия, но 
доминирующим при этом остается действие универсальных неизменных законов.
Общество состоит из индивидов, обладающих отдельным и независи­мым
существованием и думающих, что они действуют согласно «своим личным импульсам».
В действительности они постоянно участвуют в об­щем развитии, как правило, не
задумываясь над этим. Будучи социальным реалистом, Конт постоянно
подчеркивает примат общества над индиви­дом, иногда в весьма резких выражениях.
Слова «личность», «личный» часто носят у него уничижительный оттенок.
Одним из первых в социологии Конт разрабатывает подход к обществу как к системе,
прообразом которой выступает для него биологический организм. Он постоянно
подчеркивает ее целостный, неделимый характер и взаимозависимость ее частей,
отмечая «воздействия и обратные воздейст­вия, которые непрерывно оказывают друг
на друга любые разнообразные части социальной системы...» [там же, 324]. Всем
системам присуще такое свойство, как солидарность, но живым системам,
особенно социальным, оно присуще в наивысшей степени. По Конту, общество
основано на фундаментальном консенсусе (согласии) и 
преемственности; собственно, это одно и то же качество, взятое в первом
случае -- в пространственном, во втором - во временном аспектах.
Конт выделяет такие свойства социальной реальности, как максималь­ная
сложность и, вследствие этого, наибольшая неупорядоченность и из­менчивость;
активность; спонтанность и вместе с тем регулирование искусственным порядком.
Взглядам Конта на социальную реальность присуща одна особенность, которая
характерна и для других пионеров социологической мысли: это неразличение
общества и человечества. Общество рассматривается как че­ловечество в
миниатюре, а человечество - как расширенное до предела общество. При этом
человечество трактуется как подлинная, высшая и са­мая «реальная» социальная
реальность. Конт исходит из концепции «рас­ширяющегося общества», имеющего
своим пределом человечество; он утверждает, что существует постоянная тенденция
к образованию «все более обширных ассоциаций». Структура и развитие общества в
конечном счете определяются «фундаментальными законами человеческой природы», а
социология включена в «позитивную теорию человеческой природы».
Неразличение общества и человечества усиливалось верой в универ­сальный
прогресс и эволюционистским представлением, в соответствии с которым все
общества неизбежно проходят в своем развитии одни и те же фазы. Достаточно
изучить наиболее «передовые» общества, чтобы понять путь, по которому раньше
или позже пойдет все человечество. Поэтому Конт выбирает и рассматривает в
каждой значительной исторической эпо­хе «элиту, или авангард человечества»
[6; З], прослеживает судьбы «из­бранного» народа, который несет эстафету
цивилизации и передает ее другому. Начиная с нового времени он изучает только
западные европей­ские нации (а с XVII в. - прежде всего Францию), так как, с
его точки зре­ния, их историческим путем неизбежно пойдет все человечество.
Здесь контовская позиция близка гегелевской философии истории, с од­ной
стороны, и эволюционизму Маркса и Спенсера - с другой. Хотя Конт и утверждал
в «Курсе», что этапы социального развития невозможно пере­прыгнуть,
впоследствии он говорил, что цивилизованные нации должны будут помочь
промчаться без остановок на отдельных фазах развития ме­нее цивилизованным
народам, отставшим братьям.
Таким образом, у Конта общество и человечество рассматриваются не только как
однопорядковые явления, но и как явления тождественные по сути, хотя и
различные по объему. Во-первых, человечество рассматрива­ется как
максимальное по объему общество. Во-вторых, некоторые обще­ства в
определенные исторические периоды выступают как представители всего
человечества, прокладывающие для него маршруты его дальнейшего движения.
Подобная позиция имела двойственное теоретическое значение. С од­ной стороны,
она содержала понимание реального единства человечества, тождества или
сходства многих социальных признаков у различных наро­дов. С другой - она
приводила к упрощенному взгляду на пути развития различных обществ и к
игнорированию их своеобразия. Смешение общест­ва и человечества, социальности
и человеческой природы означало сведе­ние социологии к своего рода
антропологии и психологии, что противоречило исходному замыслу Конта создать
социологию как особую науку.
     6. Метод: «объективная» и «субъективная» социология
Для понимания трактовки социологии Контом важно иметь в виду, что в его
творчестве переплетались две различные этики: научная, с одной
сто­роны, социально-практическая (реформаторская, религиозная,
моралист-ская, политическая, педагогическая и т. п.) - с другой. Первая из них
преобладала в период создания «Курса позитивной философии», вторая -в период
написания «Системы позитивной политики». Противоречивость этих двух этических
ориентации порождала противоположность ряда тео­ретико-методологических
постулатов. С одной стороны, Конт провозгла­сил подход к социологии как к
объективной, строгой и беспристрастной науке, основанной на наблюдении и
свободной от всяких предвзятых кон­цепций. С другой - социология, как и
позитивизм в целом, оказалась для него не просто наукой, но больше чем наукой.
Это для него мировоззрение, призванное практически преобразовать 
всю социальную жизнь, включая политику, мораль, религию и т. д. Характерно в
этом отношении, что «Си­стема позитивной политики» - это «Социологический
трактат, учреждаю­щий Религию Человечества».
Противоречивость позиций Конта-ученого и Конта-реформатора и про­рока в
полной мере проявилась в его трактовке метода социологии.
В целом Конт подчеркивает неотделимость метода науки от ее предмет­ных
теорий. Вместе с тем он отмечает, что «в наше время метод является более
существенным, чем сама доктрина» [4, 73]. В период создания «Курса позитивной
философии», когда Конт руково­дствовался научной этикой, он обосновывает
беспристрастный и объек­тивный подход к исследованию социальных явлений,
свободный от оценок, сформировавшихся вне науки. В это время он рассматривает
социологию как элемент общей системы научного знания и разрабатывает
рациональ­ный, «объективный» метод социальной науки. Когда же Конт становится
пророком новой религии, он разрабатывает главным образом «субъектив­ный»
метод и осуществляет так называемый «субъективный синтез». Сам он указывал,
что в «Курсе» разрабатывал «объективный» метод, «по­стоянно восходя от мира к
человеку», а в «Системе позитивной политики» отвел главное место
«субъективному» методу, «единственному источнику всякой полной
систематизации, где мы постоянно нисходим от человека к миру» [7,4]. В итоге
в его творчестве, по существу, присутствуют две соци­ологии: «объективная» и
«субъективная». Рассмотрим поочередно каждый из этих двух подходов Конта к
социологической методологии.
В «объективной» социологии Конт исходит из того, что она должна
при­менять общенаучные методы, специфическим образом применять методы,
используемые в других науках, и, наконец, использовать свои собственные методы
и приемы. Как и в других науках, в социологии необходимо приме­нять индукцию и
дедукцию, но первый метод в ней предпочтительней вто­рого. Однако сам Конт
использовал главным образом дедуктивный метод. Как и в биологии, здесь в
процессе исследования надо продвигаться от це­лого к частям, от системы к
элементам, а не наоборот.
Еще в 1825 г. Конт определял «социальную физику» как «науку, которая имеет
своим объектом изучение социальных явлений, рассматриваемых та­ким же
образом, как и явления астрономические, физические, химические и
физиологические, т. е. как подчиненные неизменным естественным зако­нам...»
[8, 150]. Он критикует исследователей, которые в великих истори­ческих
событиях «видят только людей и никогда не видят вещей, толкающих их с
неодолимой силой» [там же, 94].
В противовес метафизической методологии, основанной на подчинении фактов
воображению и претендующей на абсолютные объяснения, пози­тивная социальная
наука основана на наблюдении постоянных связей меж­ду фактами.
У Конта обнаруживаются два смысла слова «наблюдение»: широкий и узкий. В широком
смысле («общее искусство наблюдения») оно представ­ляет собой универсальный
подход, характеризующий позитивную методо­логию и противостоящий произвольным
конструкциям. В известном смысле все методы социологии являются разновидностями
этого наблюдения. В уз­ком смысле наблюдение составляет один из трех
главных методов науки, применяемых в социологии, которые суть «чистое
наблюдение»; экспери­мент; сравнительный метод
Говоря о наблюдении, Конт подчеркивает, что ему должна предшество­вать
выработка какой-то общей теории. Всякое изолированное, чисто эм­пирическое
наблюдение бесплодно и недостоверно: в этом случае наблюдатель чаще всего даже
не знает, что он должен рассматривать в дан­ном факте. Наука может пользоваться
только теми наблюдениями, которые,  хотя бы гипотетически,  привязаны  к
какому-нибудь   закону        [2, 418-419].
Конт различает точность и достоверность социального факта и
отме­чает ошибочность смешения этих понятий. Именно достоверность - глав­ная
задача социологии, и в этом отношении она не уступает другим наукам. Любопытно,
что основатель позитивизма был противником примене­ния количественных методов в
социологии, тогда как применение именно этих методов воспринималось как
отличительная черта позитивистской со­циологии в XX в. В этом - одно из
проявлений чрезвычайной многоликости и противоречивости позитивистской
доктрины; собственно, сохранив одно название, она давно перестала быть чем-то
единым.
Второй «объективный» метод исследования - эксперимент. Конт отме­чает,
что в социологии невозможен «прямой» эксперимент, состоящий, как в физике, в
искусственном создании каких-то явлений. Но зато в ней суще­ствует «косвенный»
эксперимент, суть которого состоит в происходящих в обществе нарушениях
нормального хода развития. Анализ патологических явлений в социологии, как и в
биологии, представляет собой настоящий эксперимент.
Болезнь и в биологическом, и в социальном организмах не означает, как это
ошибочно считали, реального нарушения фундаментальных законов жизни.
Нормальные и патологические явления - однопорядковые, они под­чинены действию
законов, следовательно, они проясняют друг друга. Па­тология - это
расстройство, потрясение социального организма, вызываемое разного рода
вторичными факторами: расой, климатом, политическими кол­лизиями.
Патологические явления имеют место главным образом в различ­ные революционные
эпохи; соответственно их наблюдение, т. е. косвенный эксперимент, возможно
преимущественно в эти эпохи.
     Сравнительный метод в социологии, по Конту, состоит из нескольких
методов, или способов сравнения.
Первый - это сравнение человеческих и животных обществ. Ценность этого
метода состоит в том, что он позволяет установить наиболее элемен­тарные и
универсальные законы социальной солидарности.
Второй - сравнение различных сосуществующих состояний человеческо­го
общества в различных районах земного шара, причем рассматриваются эти
состояния у таких народов, которые полностью независимы друг от друга. Этот
метод, обнаруживающий у современных народов в разных час­тях планеты
предшествующие состояния наиболее цивилизованных наций, обосновывает
«необходимое и постоянное тождество фундаментального развития человечества»
[там же, 445]. Но такое сравнение, по Конту, несо­вершенно, так как
представляет в качестве одновременно существующих и неподвижных такие
социальные состояния, которые на самом деле следу­ют одно за другим. Поэтому
необходим также такой способ сравнения, ко­торый давал бы возможность
обнаруживать ход человеческой эволюции, «реальную преемственность различных
систем общества».
Отсюда третий способ сравнения, который Конт называет «историчес­ким
сравнением различных последовательных состояний человечества» или 
«историческим методом». Этот метод, составляющий «самое основу» со­циальной
науки, характерен только для социологии и отличает ее даже от наиболее близкой
к ней биологии. Первостепенное значение историческо­го метода состоит, в
частности, в том, что в научном отношении он допол­няет общую научную
методологию, а в практическом отношении развивает социальное чувство и чувство
исторической преемственности. Суть мето­да состоит в сопоставлении различных
фаз эволюции человечества, соста­влении «социальных рядов» и последовательной
оценке различных состояний человечества.
Исторический метод важен и для предвидения в социологии, поскольку прошлое
для него важнее настоящего: «...Мы научимся рационально пред­сказывать
будущее только после того, как предскажем, в некотором роде, прошлое...» [там
же, 460].
Главная научная сила доказательств в социологии заключается в посто­янном
гармоническом сочетании непосредственных выводов из историче­ского анализа с
предшествующими понятиями биологической теории
человека.
Что касается «субъективного» метода, то в его характеристике Конт
гораздо менее ясен, чем в описании «объективного». И это неудивительно, так как
«субъективный» подход имеет у него в значительной мере мистиче­ский характер.
Под субъектом, который становится отправным пунктом «субъективного» подхода,
имеется в виду главным образом не индивид или группа, а все человечество.
     Первый признак этого метода соответственно состоит в том, что это 
об­щечеловеческая или социальная точка зрения на изучаемый объект.
     Второй признак метода заключается в том, что в отличие от
«объектив­ного», рационального подхода, он является 
эмоционально-альтруистичес­ким по своей сути. Это метод «сердца», которому
должен быть подчинен ум. Необходимо подчинять научные, моральные и политические
идеи аль­труистическим чувствам, направленным последовательно на семью,
оте­чество и человечество. Этому соответствуют три формулы: жить для своих
близких, жить для своих соотечественников, жить для всех. Все они
резюмированы в знаменитом девизе «Жить для других».
Словом, это метод, гораздо более общий и фундаментальный, чем тот, ко­торый
теперь называется эмпатией. Это метод любви, которую Конт провозг­лашает в
качестве не только жизненного, но и методологического принципа.
В оценке Контом соотношения «объективного» и «субъективного» ме­тодов заметна
двойственность. С одной стороны, он подчеркивает единст­во и
взаимодополнительность этих методов, рассматривая первый из них как
необходимый этап, предваряющий второй. С другой - вся «Система позитивной
политики», утверждающая общее «преобладание сердца над умом» и сугубо
подчиненную роль последнего, основана на явно и неявно выраженном положении о
том, что можно обойтись без «объективного» метода и начать сразу с
«субъективного».
Очевидно, что к сфере собственно научного знания могут быть отнесе­ны главным
образом те подходы, процедуры и приемы, которые Конт назы­вал «объективным»
методом. Очевидно также, что принципы «субъективной» социологии резко
контрастировали с принципами «объективной»; здесь Конт дает волю воображению 
и, в известном смысле, возвращает мышление из позитивной стадии в
теологическую и метафизическую.
     7. Социальная статика
Любой объект, по Конту, может изучаться с двух точек зрения: статичес­кой и
динамической. Это относится и к изучению социальной системы. По­этому
социология делится в его доктрине на две части: социальную статику и 
социальную динамику. Эти две дисциплины соответствуют двум частям главного
лозунга контовского учения «Порядок и прогресс». Для со­циальной статики высшая
цель - обнаружение законов социального поряд­ка, для социальной динамики -
законов прогресса. Социальная статика -это социальная анатомия, изучающая
строение социального организма, со­циальная динамика - социальная физиология,
изучающая его функциони­рование. Объект первой из них - общества «в состоянии
покоя», объект второй - общества «в состоянии движения». Сравнительная оценка
важно­сти этих двух разделов социологии у Конта менялась: если в «Курсе» он
утверждал, что наиболее важная часть социологии - социальная динамика, то в
«Системе» - что это социальная статика.
     Социальная статика выделяет «структуру коллективного существа» и
исследует условия существования, присущие всем человеческим общест­вам, и
соответствующие законы гармонии [там же, 537-538]. Эти условия касаются 
индивида, семьи, общества (человечества).
     Индивид, по Конту, как уже отмечалось, естественным и необходимым образом
предназначен жить в обществе; но и эгоистические склонности у него также носят
естественный характер. «Подлинный социологический элемент» - не индивид, а
семья.
     Семья - это школа социальной жизни, в которой индивид учится
пови­новаться и управлять, жить в гармонии с другими и для других. Она
при­вивает чувство социальной преемственности и понимание зависимости от
прошлых поколений, связывая прошлое с будущим: «...Всегда будет чрезвычайно
важно, чтобы человек не думал, что он родился вчера...» [там же, 581]. Будучи
микросоциальной системой, семья предполагает иерар­хию и субординацию: женщина
в ней должна повиноваться мужчине, а младшие - старшим. Семья - основной
элемент, из которого и по образцу которого строится общество.
     Общество образуется из совокупности семей; в нем стадия семейного
существования перерастает в стадию политического существования. Се­мья, племя,
нация, государство - все это фазы ассоциации в последова­тельном стремлении к
человечеству. Но семья - это «союз», основанный на инстинктивных, эмоциональных
привязанностях, а не «ассоциация) Что касается собственно социальных
образований, то они предполагают преимущественно кооперацию, основанную
на разделении труда.
     Разделение труда, по Конту, не только экономический, но фундамен­тальный
социальный факт, «самое главное условие нашей социальной жиз­ни». Именно
разделение труда лежит в основе социальной солидарности, а также увеличения
размера и растущей сложности социального организма [там же, 598 ел.]. Оно
развивает социальный инстинкт, внушая каждой се­мье чувство зависимости от всех
других и своей собственной значимости, так что каждая семья может считать себя
выполняющей важную и неотде­лимую от всей системы общественную функцию. Правда,
в отличие от эко­номистов, Конт считает, что кооперация, основанная на
разделении труда, не создает общество, а предполагает его предшествующее
существование.
     Солидарность, присущая всем живым объектам, в обществе достигает
наивысшей степени. Для обозначения этой степени и специфики социаль­ной
солидарности в человеческом обществе Конт со временем начинает использовать
понятие социального консенсуса (согласия). Консенсус в его
теории - «основная идея социальной статики».
Вместе с тем разделение труда содержит в себе определенные изъяны и опасности
для социального организма. Оно грозит обществу разложением на множество
изолированных групп. Оно делает человека умелым в одном отношении и
«чудовищно неспособным» во всех других. Сосредоточива­ясь на выполнении своей
частной задачи, человек думает лишь о своем частном интересе и смутно
воспринимает социальный интерес.
Преодоление этих опасностей разделения труда возможно благодаря по­стоянной
дисциплине, функции управления и соответствующей ей испол­нительской функции.
Управление - это социальная функция, назначение которой состоит в сдерживании
и предупреждении «фатальной склонности к основательному рассеиванию идей,
чувств и интересов...» [там же, 605-606]. В противовес Гоббсу, Локку и Руссо
Конт видит в управлении не некую добавочную, искусственную силу, призванную
следить за соблюде­нием людьми общественного договора и порядка, а
естественную, необхо­димую функцию, развившуюся самопроизвольно, вместе с
самим общест­вом. Материальная, интеллектуальная и моральная субординация
неразрыв­но связана с разделением труда; она требует, помимо подчинения, веры
либо в способности, либо в честность управляющих. «Нормальное» прави­тельство
- то, которое, обеспечивая социальную сплоченность, в минималь­ной степени
опирается на материальную силу и в максимальной - на убеждение, согласие,
общественное мнение. Субординация подчиняется закону, согласно которому
частные виды деятельности осуществляются под руководством более общих видов
деятельности. Управление - самая общая из функций, и, таким образом, все
остальные социальные функции подчи­няются ей.
Конт утверждает естественный, вечный и неустранимый характер соци­альной
иерархии и, соответственно, противоестественный характер идеи социального
равенства. Деление общества на классы вытекает из основно­го и необходимого
разделения управленческой и исполнительской функ­ций. Конт обозначает классы
по-разному, но суть их сводится прежде всего к тому, что они составляют две
наиболее общие категории: руководителей и исполнителей. В современном обществе
две наиболее значительные ка­тегории - это патрициат и пролетариат. 
Внутри них в свою очередь раз­личаются более мелкие социальные группы. Так,
патрициат делится на банкиров, управляющих капиталами, и предпринимателей,
непосредственно управляющих работами. Предприниматели в свою очередь делятся на
про­мышленных и сельскохозяйственных. Пролетариат также внутренне
дифференцирован, хотя, признавая это, Конт склонен подчеркивать его един­ство и
однородность.
Конт чрезвычайно озабочен «печальной судьбой трудящегося класса», которого
угнетают и грабят высшие слои. Его произведения полны теплых и проникновеных
слов о пролетариате, о его «возвышенных взглядах и бла­городных чувствах».
Пролетариев и женщин он считает естественными союзниками позитивизма (как и
позитивистские философы, они стоят на «общей точке зрения») и стремится
практически осуществить этот союз. В проектируемом обществе будущего
пролетариат почитает патриция; он уже не раб, а служащий, и его зарплата
становится жалованьем.
Будучи противником разделения властей на законодательную, исполни­тельную и
судебную, Конт вместе с тем резко разделяет власть на духовную и 
мирскую. Это разделение реально и благотворно для общества, при усло­вии
безоговорочного превосходства духовной власти над мирской. В сред­невековой
Европе духовная власть принадлежала священникам, а мирская -военным. После
Французской революции произошло полное поглощение духовной власти властью
мирской, которая перешла к политикам и юри­стам. В современную эпоху вместе с
торжеством позитивизма мирская власть переходит к «индустриалам», а духовная -
к «ученым» («философам», «со­циологам»), которых Конт считал новыми «духовными
владыками», новым «жречеством», вначале в фигуральном, а затем в буквальном
смысле. Функ­ции этой категории, становящейся своего рода кастой, в обществе,
где вос­торжествует позитивизм, чрезвычайно сложны и многообразны. Они не
только советуют, освящают, регулируют, распределяют по классам, судят, но и,
будучи священниками нового культа, следят за мыслями, поступками, чте­нием и
даже за воспроизводством потомства.
Среди различных систем социальных институтов или сфер социальной жизни Конт
особое значение придает религии и морали. Эти две социаль­ные сферы
окрашивают и пронизывают все остальные: науку, экономику, политику, право и
т. д. Социальный вопрос для него прежде всего не эконо­мический и не
политический по своей сути, а морально-религиозный. Дви­жущая сила
деятельности - не интеллект, а чувство; чувство же в свою очередь приводится
в движение моралью и религией. Вот почему в «Сис­теме позитивной политики»
социология растворяется в этих двух сферах. С помощью «субъективного» метода
разработка морали сливается с постро­ением социологии; все науки служат лишь
подготовительной ступенью для морали, которая трактуется как своего рода
седьмая наука, находящаяся на вершине иерархии наук [9, 438; 10, 49; 8, 231].
Характерное отождествле­ние фаталистски толкуемого социального закона и
повелительной мораль­ной нормы хорошо видно в любопытном тезисе Конта,
согласно которому социология должна стремиться «постоянно представлять как
неизбежное то, что проявляется сначала как обязательное, и наоборот» [2, 491-
492].                    Одновременно социология становится средством
учреждения Религии Человечества. По Конту, в противовес протестантам и
деистам, которые атаковали религию именем Бога, позитивисты «должны
окончательно уп­разднить Бога именем религии».
Религиозно-нравственное начало пронизывает у Конта и такой инсти­тут, как
собственность. Он был сторонником частной собственности и права наследования
имущества. Но вместе с тем он постоянно подчеркивал «со­циальную природу
собственности» и ответственность собственника перед обществом за то, как он
ею распоряжается.
В принципе структура общества, изучаемая социальной статикой, по Конту,
радикально не изменяется. Она может лишь испытывать болезненные потрясения в
«критические» периоды, но затем вновь восстанавливается благодаря прогрессу.
Ведь согласно одной из его формул, «прогресс есть развитие порядка».
     8. Социальная динамика
Социальная динамика - это теория прогресса. Понятие прогресса хара­ктерно
только для человеческих обществ, составляет их специфику и поз­воляет
отделить социологию от биологии. Прогресс здесь возможен благодаря тему, что,
в отличие от обществ животных, одни поколения мо­гут передавать другим
накопленные материальные и духовные богатства. Вследствие неразличения
общества и человечества и включения социоло­гии в «позитивную теорию
человеческой природы» теория прогресса Кон-га в основе своей является
антропологической. Социальный прогресс в конечном счете проистекает из
врожденного инстинкта, заставляющего человека «непрерывно улучшать во всех
отношениях любое условие сво­его существования», развивать «в целом свою
физическую, моральную и интеллектуальную жизнь...» [там же, 364].
Конт оговаривается, что прогресс не равнозначен безграничному росту счастья и
человеческого совершенства, отмечая, что последнее понятие луч­ше заменить
понятием «развития». Социальная динамика лишена оптимиз­ма, так как она
признает возможность и даже необходимость отклонений. В истории
«органические» периоды чередуются с «критическими», когда преемственность
нарушается. И тем не менее, социальное развитие в це­лом у Конта изображается
как совершенствование, улучшение, прогресс.
Конт постоянно подчеркивает непрерывный и преемственный харак­тер прогресса.
Подобно тому как социальная статика выявляет солидар­ность в пространстве,
социальная динамика выявляет солидарность во времени. Социальная динамика
рассматривает каждое последовательное состояние общества как результат
предыдущего и необходимый источник будущего, так как, согласно аксиоме
Лейбница, «настоящее беременно буду­щим» [там же, 336].
Следуя взглядам традиционалистов, Конт постоянно подчеркивает преемственность
поколений и колоссальное влияние всех предыдущих по­колений на последующее
развитие. В «Позитивистском катехизисе» он ут­верждает: «Живые всегда, и все
более и более, управляются умершими:
таков фундаментальный закон человеческого порядках». С этим утвержде­нием
перекликается его тезис о том, что человечество в гораздо большей степени
состоит из мертвых, чем из живых, и социальная связь нарушается в случае
«бунта живых против мертвых».
Главный закон социального прогресса у Конта - это закон трех стадий. Все
общества раньше или позже проходят в своем развитии теологичес­кую,
метафизическую и позитивную стадии.
В теологическую эпоху люди верят сначала в фетиши (фетишистский период);
затем - в богов (период политеизма); наконец - в единого Бога (период
монотеизма). Основным мирским занятием являются завоеватель­ные войны.
Соответственно, духовная власть принадлежит священникам, мирская - военным.
В метафизическую эпоху люди обладают правом свободной дискуссии и
основываются только на индивидуальных оценках. Духовная власть, при­надлежащая
метафизикам и литераторам, поглощена мирской, принадле­жащей законодателям и
адвокатам. Значение военной деятельности сохраняется, но она становится
преимущественно оборонительной.
Наконец, в позитивную эпоху духовное управление осуществляется
«уче­ными», мирское - «индустриалами». Основным видом деятельности ста­новится
индустрия, которая носит мирный характер.
По Конту, позитивная стадия в развитии человечества должна была на­чаться
сразу после Великой Французской революции, но Революция осу­ществила лишь
разрушительную задачу и уклонилась от нормального пути. В известном смысле
она еще продолжается. С духовной точки зрения по­зитивная стадия начинается с
«Курса позитивной философии». Сначала Конт избегал указания точной даты
начала позитивной фазы в мирском, или по­литическом, аспекте. Но в «Системе
позитивной политики» он ее указыва­ет: это 1860 - 1865 гг.
Чтобы эволюция человечества пришла к Земле Обетованной (позитив­ному состоянию),
необходимо осуществить два ряда реформ. Первые долж­ны быть теоретическими; их
цель - создать твердые и общепринятые мнения;их начало положено «Курсом».
Другие реформы - практические, политиче­ские. Они восстановят прекрасную
социальную организацию средневеко­вья; отделят духовную власть от мирской,
доверив первую ученым, вторую -«индустриалам», заменят равенство иерархией, а
национальный суверени­тет - всеобщим централизованным управлением компетентных
людей. Позитивный, высший этап у Конта констатируется и предсказывается как
неизбежный, но дальнейшая его судьба характеризуется довольно ту­манно. Он
считает, что пройдет «еще много веков, прежде чем подлинное Великое Существо
(т. е. Человечество. - А. Г.) должно будет заняться сво­им собственным
упадком...» [10, 73]. Таким образом, у Конта, как и у Мар­кса, находящийся
впереди человечества золотой век, одновременно неизбежный и желанный, означает
либо нечто смутное, либо конец исто­рии, либо новый цикл развития, который
начинается с новой «теологичес­кой» стадии.
Таким образом, от наблюдения реально существовавших и существую­щих этапов
социальной эволюции Конт переходит к характеристике того, какой она
необходимо будет и должна быть. Социальная динамика завер­шается
пророчествами, практическими рекомендациями и утопическими проектами.
     9. От науки - к утопическому проектированию
Подобно многим другим социальным мыслителям XIX в. Конт любил пророчествовать, и
эта любовь естественным образом вытекала из фатали-стской интерпретации
социальных законов. Сегодня одни его предсказа­ния выглядят наивными и
смешными, другие - основательными и провидческими. Не подтвердилась
основополагающая вера Конта в то, что разработанная им вплоть до ритуальных
деталей Религия Человечества ста­нет религией человечества. Социальный режим,
который он одновременно предсказывает и предлагает - социократия, - 
основан на строгой иерар­хии, субординации, точном исполнении предписанных
функций. Подоб­ные общества, небольшие по размеру (будущие государства по
размерам не должны превосходить Швейцарию или Бельгию) и подчиненные еди­ной
церкви или Великому Существу (человечеству), представляют собой нечто среднее
между фаланстером Фурье и монастырем.
Не подтвердились такие предсказания Конта, как союз пролетариата и женщин, с
одной стороны, и позитивизма - с другой; исчезновение сред­них классов;
семейно-домашняя роль женщины и т. д.
Вместе с тем проблема единства человечества, которую так энергично вы­ражал
Конт, и сегодня, в эпоху политических, межнациональных и межкон­фессиональных
распрей, остается в высшей степени актуальной. И хотя до общечеловеческого
единства далеко, деятельность многочисленных всемир­ных и международных
организаций свидетельствует о том, что мировое сооб­щество - не фикция. Конт
был убежденным и активным сторонником мира, и межнационального, и
межклассового. Наряду с Бернарденом де Сен-Пьером он первым отстаивал идею
«европейского дома»; наряду с Сен-Симоном он был одним из провозвестников
наступления эры индустриализма; он предсказывал процесс деколонизации и т. д.
Пророчества у Конта незаметно перерастали в утопическое проектиро­вание, и сам
он, осознавая его в качестве такового, применял слово «уто­пия» к своим
проектам [8, 275]. С предложениями об их осуществлении он обращается по самым
различным и порой неожиданным адресам: и к про­летариату('Возникшее в Париже
Общество пролетариев-позитивистов, последователей Конта, в 1870 г. было принято
на правах секции в Интернационал. Хотя Генеральный Совет Интернационала подверг
резкой критике программу Общества, оно было принято с уче­том его рабочего
состава. См. об этом письмо К. Маркса Ф. Энгельсу от 19 марта 1870 г. [11,381].
), и к царю Николаю I, и к великому визирю Османской империи, стороннику
европейской цивилизации Решид-паше, и к руководителям Ор­дена иезуитов.
По-видимому, Конт считал утопии не только необходимыми для социальной практики
(вследствие того, что они затрагивают не ум», а «сердце»), но и осуществимыми в
действительности.
Конт вышел из сен-симонистской школы и в известном смысле оставал­ся сен-
симонистом всю жизнь. Многое сближало его с социалистами, пос­ледователями
Сен-Симона: Б. П. Анфантеном, С.-А. Базаром и др. Однако были и существенные
различия между контизмом, с одной стороны, и соци­ализмом и коммунизмом - с
другой. Сам Конт усиленно подчеркивал свое несогласие с этими учениями. Он
был решительным противником обобще­ствления собственности и политических
революций. Главное преимущест­во позитивизма перед социализмом он видел в
том, что позитивизм исходит из необходимости духовного, нравственного
обновления общества, а соци­ализм стремится «осуществить мирскую
реорганизацию независимо от ду­ховной, т. е. построить общественное здание
без интеллектуальных и моральных оснований» [7, 169]. Несмотря на
собственные, иногда весьма энергичные высказывания, принижающие роль
индивида, его прав и сво­бод, Конт не согласен с коммунистами в их стремлении
подавить всякую индивидуальность [там же, 158]. Он также против других идей,
отстаивае­мых социалистами и коммунистами: идеи равенства, ликвидации
иерархии, основанной на различиях в способностях, и замены их «инертной и
безответ­ственной коллективностью»; отмены права наследования; ликвидации
бра­ка и семьи, за что выступали сен-симонисты.
Несомненно, в социально-политических воззрениях и проектах Конта был
значителен элемент авторитаризма и будущего тоталитаризма, в част­ности,
отрицание гражданских свобод и прав личности, свободы мнений, принципа
разделения властей, демократических институтов и т. д. Конт был сторонником
активного вмешательства государства в экономику и другие стороны социальной и
даже личной жизни. Подобно многим проектам со­циалистов, его «социократия»
несомненно представляет собой прообраз тоталитарного режима.
Вместе с тем социология Конта, зачастую вопреки его собственным де­кларациям, в
значительной мере проникнута духом либерализма. Это отно­сится к той ее
части, которая основана на «объективном» методе, ставит своей главной задачей
познание естественных неизменных законов и пос­ледующую опору на них в
социальной практике. Именно эта сторона контовской теоретической системы
главным образом развивалась впоследствии в истории социологической мысли. Идея
о том, что социальная реальность развивается по своим собственным законам, что
она, как и природа, не под­дается произвольному манипулированию и принуждению,
и, следователь­но, чтобы эффективно воздействовать на нее, необходимо
подчиняться этим, предварительно изученным законам, опираться на них, - эта
идея лежит в основе либерализма. Ведь, по словам одного из апостолов
современного либерализма, нобелевского лауреата Ф. Хайека, главный тезис
либерализ­ма сводится к тому, что «при устройстве своих дел мы должны как можно
больше использовать стихийные силы общества и как можно меньше при­бегать к
принуждению...» [12,33]. Именно на этой основополагающей идее базируется
«объективная» социология Конта.
Но на этой идее он не останавливается. В его «субъективной» социоло­гии
намерение использовать социальные законы и стихийные, самопроиз­вольно
развивающиеся тенденции перерастает в намерение заменить эти законы и
тенденции целенаправленной деятельностью, управлением, про­ектированием некой
группы людей, понимающих и выражающих общест­венное благо. Естественные законы,
будучи «познанными», как бы перестают действовать и становятся управляемыми, а
человек, «познавший» их, становится демиургом. «Субъективный» фактор выходит на
первый план, подчинение законам сменяется безграничным произволом, а наука
превращается в проектирование, причем ориентированное не на реальность, а на
идеал. Так происходит у Конта превращение социологии из науки в утопию.
Социология для Конта была синтетическим мировоззрением, включав­шим в себя,
помимо науки, многие другие компоненты, в том числе утопи­ческое
проектирование. Вследствие этого слово «социология» на некоторое время было
основательно дискредитировано. В середине и второй полови­не XIX в. многие
социальные ученые воспринимали его как социальную утопию фанатичных
позитивистов; его использование было тогда равно­значно использованию таких
слов, как «позитивизм» или «социократия». Для обозначения же своих
исследований и собственно науки об обществе они предпочитали пользоваться
другими терминами, в частности, более нейтральным термином «социальная
наука». Лишь впоследствии, прежде всего благодаря трудам Г. Спенсера, а затем
и других ученых, слово «социо­логия» было реабилитировано. Оно стало
обозначать не только социаль­ную доктрину Конта, но вообще науку о социальных
явлениях, независимо от социальных идеалов исследователя. Одновременно его
значение сузи­лось, так как из социологии исключали (или, во всяком случае,
стремились исключать) ее вненаучные компоненты.
     10. Заключение
Была ли у Конта наука следствием его утопии или, наоборот, утопия -следствием
его научных воззрений или, наконец, наука и утопия у него были независимы друг
от друга? Как бы мы ни ответили на этот вопрос, ясно одно: Конт внес важный
вклад в становление социологии как научной дисциплины. Он обосновал ее
необходимость и возможность. Это обосно­вание было по сути своей и неизбежно 
философским и, шире, мировоззрен­ческим: очевидно, что изнутри социологии
обосновать ее было невозможно, так как в качестве самостоятельной науки она еще 
не существовала, Конт понимал, что он находится лишь у истоков создания
новой науки. Он наметил ее программу и отчасти пытался ее реализовать. Кое-что
из этих попыток соответствовало его программе, кое-что ей противоречило.
Конт внес серьезный вклад в формирование онтологических парадигм 
со­циологического знания, т. е. ключевых представлений о социальной реально­сти.
Он доказывал ставший парадигмальным тезис о том, что социальная реальность -
часть всеобщей системы мироздания. Он обосновал идею автоно­мии «социального
существования» по отношению к индивидуальному. Он од­ним из первых разрабатывал
такие парадигмальные понятия, как «социальный организм» и «социальная система».
(Правда, он еще не различает общество и человечество, считая, что это одни и те
же сущности, развивающиеся одинако­вым образом.) Конт сформулировал
эволюционистскую парадигму, доказывая, что все общества в своем развитии раньше
или позже проходят одни и те же стадии. Он обосновал разделение обществ на
военный и индустриальный типы, которое впоследствии продолжили и развили другие
социологи. Его идеи ле­жат в основе разнообразных теорий индустриализма и
технократии. Он зафик­сировал выдвижение на авансцену социальной жизни и рост
значения новых социальных категорий: предпринимателей, банкиров, инженеров,
рабочего клас­са, ученых. Он был родоначальником одной из главных
социологических тра­диций-традиций исследования социальной солидарности
(обозначаемой также терминами «согласие» и «сплоченность»).
В эпистемологическом аспекте огромное значение имел тезис Конта о том,
что структура и развитие общества подчинены действию законов, ко­торые
необходимо изучать и на основе которых следует строить социаль­ную практику.
Его различение социальной статики и социальной динамики в той или иной форме
сохранилось на протяжении всей истории социоло­гии, а также проникло в смежные
науки. Сохраняют свое значение и мно­гие из его постулатов, касающиеся методов
социологии: наблюдения, эксперимента, сравнительно-исторического метода и т. п.
Даже его мисти­ческий «субъективный» метод оказал известное влияние на судьбы
социо­логической мысли.
В этическом аспекте важную роль в развитии социологии сыграло
обо­снование Контом выдающейся роли ученого в современном обществе. Его вклад в
профессиональную этику новой науки состоял прежде всего в доказательстве
необходимости преобладания наблюдения над воображе­нием и в громком призыве не
«проклинать» и не «хвалить» социальные факты, а изучать их; тем самым он
актуализировал применительно к соци­ологии важнейший для научной этики тезис
Спинозы: «Не смеяться, не плакать, а понимать». Правда, сам Конт в своей
«субъективной» социоло­гии и «позитивной политике» часто следовал
противоположным принци­пам. Но он с такой силой обосновывал этику
непредвзятого, свободного от всяких догм, беспредпосылочного исследования, что
позитивизм в социо­логии всегда связывался именно с такой этикой. Именно она и
стала глав­ной для профессии социолога.
Что касается значения Конта для институционально - организационной стороны 
развития социологии, то здесь можно говорить не о прямом, а лишь о косвенном его
влиянии. Время институционализации социологии при нем еще не наступило. Как
говорил сам Конт, «колыбель не может быть троном». В его время социология
находилась еще в колыбели. Нельзя ска­зать, чтобы социология когда-нибудь или
где-нибудь до сих пор находилась «на троне». Но в том, что она сегодня занимает
вполне достойное место среди наук о человеке, заслуга Конта несомненно велика.
                                Литература                                
1. Сен-Симон. Избр. сочинения. М.; Л., 1948. Т. 1.
2. Конт О. Дух позитивной философии (Слово о положительном мыш­лении).
СПб., 1910.
3.   Маркс А"., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 32.
4. Хайек Ф. Дорога к рабству/ Пер. с англ. Н. Ставиской.      Лондон,
Нина Карсов, 1983.