Каталог :: Философия

Реферат: Философия марксизма

     Содержание.
     Введение. 2
     1. Начало творческой биографии. 3
     2. Философский анализ политической экономии. 4
     3. Отчужденный труд и общество отчужденного человека. 4
     4. Идеология марксизма. 6
     4.1. Диалектический материализм. 6
     4.2. Материалистическая идея практики. 8
     4.3. Сознание и теория идеологии. 9
     4.4. Новая концепция истории. 9
     4.5. Человек как субъект истории. 11
     Заключение. 13
     Список литературы. 14
     

Введение.

Возникновение марксистской философии - необходимое следствие определенной стадии исторического развития общества, экономической жизни, политических отношении, науки и культуры. Марксизм возник в середине XIX века. К этому времени капитализм на Западе уже достиг зрелости и стала очевидна его эксплуататорская сущность. Развившиеся производительные силы общества вступили в конфликт с капи­талистическими производственными отношениями, которые стали тормозить дальнейшее развитие производства. Наглядным при­мером этого явились периодически повторявшиеся экономические кризисы. Противоречие между производительными силами и производственными отношениями капитализма проявилось в резко обострившейся классовой борьбе пролетариата с буржуазией. Эта борьба приобретала все более организованный характер. 30—40-е годы XIX века были ознаменованы массовыми выступлениями рабочих против буржуазии. С развитием классовой борьбы пролетариата против буржуа­зии росла потребность в теоретическом обосновании необходи­мости коренного изменения существующего строя, в учении, которое указывало бы, как и в каком направлении осуществлять эти изменения, какие общественные отношения и учреждения должны заменить существующие. В ответ на эту историческую потребность и возник марксизм как учение, объединяющее про­летариат и его союзников в борьбе за социальную справедливость, как теория революционного преобразования действительности. В возникновении марксистского мировоззрения наряду с социально-экономическими факторами огромную роль сыграли достижения в развитии естествознания и философии. К середине XIX века наука достигла такого уровня развития, когда появилась реальная возможность теоретического обосно­вания принципов материалистической диалектики, разработки диалектико-материалистического мировоззрения. Достижения естественных наук первой половины XIX века способствовали обоснованию важнейших принципов диалектики, разработке последовательно научного мировоззрения. Историческое значение марксизма было и остается связанным с деятельностью огромных масс людей — пролетариев, интересы которых защищает и выражает эта общественная теория. Вместе со всемирной индустриализацией, следуя за появлением и развитием пролетариата в разных странах, распространялся и марксизм. В ходе истории появляются новые виды производства, изменяется социальная структура общества; меняется и сам пролетариат, его состав, его вес в общественных делах. В наше время наемные работники составляют большинство человечества. Следо­вательно, социальная база марксизма гигантски возросла; вместе с ходом истории развивается и марксизм в целом, и философия как его составная часть. Высшая цель марксизма — разработка и теоретическое обоснование освобождения порабощенного человечества. Марксизм доказывает неизбежность уничтожения всякого рабства, унижении отчуждения и несвободы людей.

1. Начало творческой биографии.

Уже в самом начале творческой деятельности (вскоре после получения степени доктора философии) Маркс осознает как свое призвание защиту интересов «бедной, политически и социально обездоленной массы...». Этой цели и должна служить философия. Будучи последователем Гегеля, Маркс разделял тогда многие установки немецкой классической философии, и в частности представление о роли философии в обществе. Философия -«духовная квинтэссенция своего времени» — призвана вносить в общество мудрость и разум и тем самым содействовать общественно-историческому прогрессу. Но традиционные формы философской деятельности — университетское преподавание и сочинение ученых трактатов — Маркса не удовлетворяли. Он решил обратиться к философской публицистике. Недолгая работа в «Рейнской газете» (1842—1843) — статьи о свободе печати цензуре, о сословном представительстве, о притеснениях сельского малоимущего населения, о бедственном положении кресты Примозельского края, о бюрократизме чиновников — вызвала преследования правительства. Марксу пришлось уйти с поста редактора и отказаться от надежд работать в подцензурной прессе Германии. Свой первый опыт в решении практических проблем Маркс счел неудачным. Ему стало ясно, во-первых, что государство руководствуется интересами «привилегированных сословий» и отнюдь не настроено прислушиваться к голосу философского критического анализа. Во-вторых, Маркс пришел к выводу, что неудовлетворительным оказался и сам уровень исследования практических проблем. Гегелевская диалектика оставляла в стороне глубинные причины и корни этих проблем, а Маркс уже видел, что корни эти — в материальных, экономических отношениях людей. Один только философский анализ до этого уровня не доходил. Начиная еще с 1842 года он изучает новое для Германии общественное движе­ние — социализм и коммунизм, знакомится с богатейшей социали­стической и коммунистической традицией Франции и Англии, анализирует первые выступления немецких социалистов и ком­мунистов. После переезда в Париж (1843) Маркс вступает в кон­такт с тайным «Союзом справедливых» и становится участником коммунистического движения. Почему Маркс стал коммунистом? Что привлекло его, человека из другой социальной среды, извест­ного публициста, ученого, к пролетариям, людям, стоящим на неизмеримо более низком уровне образования и культуры? Маркс никогда не закрывал глаза на реальное состояние, в каком нахо­дились пролетарии его времени. В пролетариате Маркс увидел особый класс, призванием кото­рого является уничтожение существующего миропорядка. Проле­тарии страдают от непосильного труда, нищеты, болезней, роста преступности, который, как отмечал впоследствии Ф. Энгельс, необходимо следует за развитием крупной промышленности и ростом городов. Борьба с этим положением — призвание пролета­риата; уничтожение частной собственности — путь к освобожде­нию. Освобождая себя, пролетарии уничтожают и угнетение других групп общества. Поэтому Маркс оценивает пролетариат как прак­тическую силу, в союзе с которой философия может осуществить иное призвание: «Подобно тому как философия находит в про­летариате свое материальное оружие, так и пролетариат нахо­дит в философии свое духовное оружие, и как только молния мысли основательно ударит в эту нетронутую народную почву, свершится эмансипация немца в человека» [1]. (Последние слова о «немце» имеют тот смысл, что в статье «К критике гегелевской философии права. Введение» (1844), из которой взято это высказыва­ние, речь идет еще применительно к условиям Германии.) Значение идей Фейербаха для философских поисков Маркса заключалось кроме материалистической общей установки еще и в том. что Фейербах соединил традицию гуманизма (человек — высшая ценность) с атеистическим отрицанием религиозных иллю­зии, с реабилитацией чувственного начала в человеке и мыслями о гуманизации отношений человека к природе и к людям. «Фило­софия будущего» Фейербаха многим в Германии 40-х годов каза­лась основой нового понимания мира и человека. Мысли об осво­бождении человека, о реализации им своих природных способ­ностей («родовой сущности») выглядели революционными и не оставляющими никакой лазейки для оправдания существующей социальной мерзости, «зла», несчастий и унижений людей. Летом 1844 года Маркс в письме к Фейербаху высказывает общую оценку его последних работ: «В этих сочинениях Вы... дали со­циализму философскую основу... Единение людей с людьми, основанное на реальном различии между людьми, понятие чело­веческого рода, перенесенное с неба абстракции на реальную землю,— что это такое, как не понятие общества!» [2]. Иными слова­ми, Маркс усмотрел в фейербаховском истолковании человека и отношений между людьми философское изображение общества, которое сделали своим идеалом социалисты (Фурье, Сен-Симон, Луи Блан и др.).

2. Философский анализ политической экономии.

Соединение философской основы фейербаховского гуманизма с критическим анализом коммунистических доктрин — таков путь, избранный Марксом в 1844 году для достижения союза философии и пролетариата. Но приблизительно в то же время эта исследовательская программа значительно расширилась. Побудительной причиной стало влияние молодого Ф. Энгельса, к 1844 году самостоятельно пришедшего к коммунизму, материализму и также увлеченного философией Фейербаха. В 1844 году соединились в творчестве Маркса важнейшие компоненты для создания единой, целостной философско-мировоззренческой концепции. Политико- экономический анализ действи­тельности Маркс соединил с философской традицией немецкой классики и с критической переработкой теорий утопического социализма и коммунизма. Таким образом, источники марксиз­ма — наиболее передовая общественная мысль Европы. Маркс сознательно ориентируется на создание интернационального, все­мирно-исторического учения. Первая попытка разработки целостного мировоззрения осуще­ствлялась Марксом преимущественно средствами философского анализа; соответственно и результатом была именно философская концепция. Она была создана тогда же, летом 1844 года. К сожа­лению, рукописи Маркса были опубликованы только в 1932 году под названием «Экономическо-философские рукописи 1844 года». Основное в работе — идея отчуждения человека в обществе господства частной собственности и преодоления отчуждения в исторической перспективе коммунистического будущего. Сама по себе мысль об отчуждении человека уже была глу­боко проанализирована в немецкой классической философии. В «Экономическо-философских рукописях 1844 года» Маркс высо­ко оценил работу по осмыслению проблемы отчуждения человека, проделанную Гегелем и Фейербахом, и вместе с тем выявил прин­ципиальные недостатки их концепции отчуждения. У Гегеля уничтожение отчуждения человека изображается как чисто духов­ный акт, осуществляемый философом как олицетворением уни­версального разума. Фейербах видел корень зла в религиозном отчуждении, которое Маркс справедливо счел вторичным, произ­водным видом отчуждения. Фундаментальным, базисным для вся­кого отчуждения человека, по Марксу, является экономическое отчуждение, или отчужденный труд.

3. Отчужденный труд и общество отчужденного человека.

Отчужденный труд (труд по принуждению, подневольный) Маркс рассматривает в четырех аспектах. Во-первых, рабочий ис­пользует материалы, которые в конечном счете взяты у природы, и получает в результате труда нужные для жизни предметы, вещи, продукты труда. Ни исходный материал, ни продукты ему, рабочему, не принадлежат, они ему чужие. Чем больше исходных материалов перерабатывает рабочий и чем больше вещей, продуктов он вырабатывает, тем больше мир предметов, ему не принадлежащих, «чуждых» ему. Природа делается для рабочего только средством труда, а предметы, вещи, которые создаются в производстве, средствами жизни, физического существования. Они подчиняют себе рабочего, он полностью от них зависит. Во вторых, сам процесс трудовой деятельности для рабочего принудителен. Он не имеет выбора: работать ему или не работать, поскольку не может иначе обеспечить возможность существования. Но такой труд — это «не удовлетворение потребности в труде, а только средство для удовлетворения всяких других потребностей...» [3]. Далее. Рабочий и в процессе труда остается подчиненным – контроль, регулирование, управление принадлежат не ему. Поэтому не в труде, а только вне труда рабочий освобождается, сам распоряжается собой. Он чувствует себя свободным, осуществляя жизненные функции, общие у человека с животными. А труд — форма жизнедеятельности специфически человеческая для рабочего, напротив, представляется унижением в себе человека, употреблением человека в животной функции, античеловеческим занятием. В третьих, труд подневольный, как показывает Маркс, вообще отнимает у рабочего «родовую жизнь». Род человеческий живет в природе. Сам человек природное существо, его жизнь нераз­рывно связана с природой. Эта связь — деятельный контакт с природой, в котором главное труд, производство: «...производственная жизнь и есть родовая жизнь. Это есть жизнь, порождающая жизнь»[4]. Но для рабочего, наоборот, труд — лишь средство для поддержания собственной индивидуальной жизни, а отнюдь не жизни «рода». Рабочий относится к производству и природе не как свободный человек, а как рабочий, то есть отчужденно, как к чуждому, даже враждебному. Это и значит, что у рабочего отобраны и родовая жизнь, и человеческая сущность. В четвертых, подневольный труд порождает отчуждение между людьми. Рабочие чужды друг другу, поскольку они конкури­руют за возможность трудиться, чтобы жить; тем более рабочие чужды тому, кто заставляет трудиться и отбирает продукт труда. Этот человек не зависит от рабочего, властвует над ним и управляет им. Отчуждение труда — базовое, фундаментальное, глубинное социальное отношение. Не только рабочий теряет в условиях отчуждения свою человеческую сущность и родовую жизнь; все прочие люди, начиная с капиталистов, также являются отчужденными людьми. Отношения между людьми также отчужденные, и различие лишь в том, каковы виды, уровни отчуждения. Маркс указывает на факт существования первичных и вторичных видов отчуждения. Почему же это происходит? Почему человек становится отчужденным человеком? Отчужденный труд равнозначен существованию частной собственности. Частная собственность — основа экономической жизни, та самая фактическая основа, которую политэкономы не обсуждают, считая «естественной предпосылкой». На частнособственнической экономике «держится» вся человеческая история, вся жизнь людей. Это значит, что экономическая история — ключ к пониманию человеческой жизни как таковой. «Религия, семья, государство, право, мораль, наука, искусство и т. д. суть лишь особые виды производства и подчиняются его всеобщему закону»[5]. Жизнь лю­дей в условиях экономического отчуждения (всех людей, не только рабочих) искажает, калечит их, делает «частичными индивидами» или неразвитыми, недочеловеческими существами. «Частная собственность сделала нас столь глупыми и односторонними, что какой-нибудь предмет является нашим лишь тогда, когда мы им обладаем... когда мы им непосредственно владеем, едим его, пьем, носим на своем теле, живем в нем и т. д.,— одним словом, когда мы его потребляем... Поэтому на место всех физических и духов­ных чувств стало простое отчуждение всех этих чувств — чувство обладания» [6]. Негативная философская оценка «атомарного индивида» и жизненной реальности совпадает у Маркса с Фейербахом, но надежд на чисто духовный, моральный переворот Маркс не питает. Отчуждение должно быть преодолено в самой своей основе в труде, в производственной деятельности. Перспективы развития человека и человечества — в преобразовании основы основ, в уничтожении отчужденного труда. Характеристика «присвоения» человеком собственной сущно­сти, или превращения труда из принудительного в «человеческий», рассматривается Марксом по тем же параметрам, что и процесс отчуждения: а) по присвоению предмета труда и его результа­та; б) по присвоению или освобождению самой деятельности; в) по присвоению человеком труда общей «родовой сущности»; г) по гармонизации отношений человека с человеком, «Я» и «Ты» в самой деятельности. Итак, уничтожение отчуждения, превращение труда в свобод­ную самореализацию человека означает и полное «переворачи­вание» и человека, и его отношения к природе и другим людям. Маркс создает грандиозную по гуманистическому пафосу картину человека, живущего в единстве с природой, преобразующего природу «по мерке каждого вида», то есть в соответствии с ее, природы, законами. Гармония с природой внешней осуществляется в деятельности, в которой человек реализует свои цели уже не по законам утилитарной пользы, эксплуатации природы, а «по зако­нам красоты». Внутренняя природа самого человека также пре­образуется — вместо искалеченных, отчужденных, стремящихся только к удовлетворению животных потребностей людей появляет­ся человек, само природное развитие которого есть гармоничный результат всей истории человеческого общества. Это означает, что в человеке начнут бурно развиваться способности, пока еще реализующиеся отнюдь не у всех людей: музыкально развитое «ухо», художественно развитый «глаз» и т. д. Универсально развитый, живущий в единстве и гармонии с внешней и внутренней природой человек — таков идеальный фило­софский образ, рисующийся Марксу в качестве «ядра» комму­нистического идеала. Маркс называет его «закопченным натура­лизмом», или «законченным гуманизмом». Уничтожение частной собственности Маркс считает средством реализации этого идеала. Однако сама по себе ликвидация частной собственности хотя и не­избежна, но еще недостаточна для присвоения людьми человече­ской сущности.

4. Идеология марксизма.

Весной 1845 года, когда Энгельс приехал в Брюссель, Маркс, уже открыл для себя и устно излагал своему другу и соавтору положения нового философского мировоззрения. Учение об отчуждении и присвоении человеком собственной сущности, то есть об экономических причинах и возможностях устранения эксплуатации и порабощения людей, явилось огром­ным шагом на пути создания целостного мировоззрения. Однако перспективы будущего, а также история общества были нари­сованы в «Экономическо-философских рукописях 1844 года» в обобщенной, абстрактно- образной философской форме. А именно, почти не просматривался практический «путь к будущему» и не объясненным оставался «путь из прошлого» — причины, механиз­мы, источники отчужденного труда. Получалось, что для практи­ческой реализации идеалов, ярко и полно намеченных в фило­софской картине «целостного человека», недоставало подлинной научной основы понимания того, каким образом эти идеалы достижимы. Ответ на эти вопросы был получен на путях разра­ботки и обоснования нового философского мировоззрения.

4.1. Диалектический материализм.

Великая заслуга Гегеля состоит в том, что он впервые представил весь природный, исторический и духовный мир в виде процесса, т. е. в беспрерывном движении, изменении, преобразовании и развитии, и сделал попытку раскрыть внутреннюю связь этого движения и развития. «Мистификация, которую претерпела диалектика в руках Гегеля, отнюдь не помешала тому, что именно Гегель первый дал всеобъемлющее и сознательное изображение ее всеобщих форм движения. У Гегеля диалектика стоит на голове. Надо ее поставить на ноги, чтобы вскрыть под мистической оболочкой рациональное зерно,» - так говорил Маркс. Философия Гегеля говорила о развитии духа и идей, она была идеалистической. Из развития духа она выводила развитие природы, человека и людских, общественных отношений. Маркс и Энгельс, удержав мысль Гегеля о вечном процессе развития, отбросили предвзятое идеалистическое воззрение; обратившись к жизни, они увидели, что не развитие духа объясняет развитие природы, а наоборот - дух следует объяснить из природы, материи. В противоположность Гегелю и другим гегельянцам Маркс и Энгельс были материалистами. Взглянув материалистически на мир и человечество, они увидели, что как в основе всех явлений природы лежат причины материальные, так и развитие человеческого общества обусловливается развитием материальных, производительных сил. Начиная с 1844—1845 гг., когда сложились взгляды Маркса, он был материалистом, в частности сторонником Л. Фейербаха, усматривая и впоследствии его слабые стороны исключительно в недостаточной последовательности и всесторонности его материализма. Всемирно-историческое, “составляющее эпоху” значение Фейербаха Маркс видел именно в решительном разрыве с идеализмом Гегеля и в провозглашении материализма, который еще “в XVIII веке особенно во Франции был борьбой не только против существующих политических учреждений, а вместе с тем против религии и теологии, но и против всякой метафизики”. “Для Гегеля,— писал Маркс,— процесс мышления, который он превращает даже под именем идеи в самостоятельный субъект, есть демиург (творец, созидатель) действительного... У меня же, наоборот, идеальное есть не что иное, как материальное, пересаженное в человеческую голову и преобразованное в ней”. В полном соответствии с этой материалистической философией Маркса и излагая ее, Энгельс писал в “Анти- Дюринге”: “...Единство мира состоит не в его бытии, а в его материальности, которая доказывается... долгим и трудным развитием философии и естествознания... Движение есть форма бытия материи. Нигде и никогда не бывало и не может быть материи без движения, движения без материи... Если поставить вопрос, что такое мышление и познание, откуда они берутся, то мы увидим, что они — продукты человеческого мозга и что сам человек — продукт природы, развившийся в известной природной обстановке и вместе с ней. Само собою разумеется в силу этого, что продукты человеческого мозга, являющиеся в последнем счете тоже продуктами природы, не противоречат остальной связи природы, а соответствуют ей”. “Гегель был идеалист, т. е. для него мысли нашей головы были не отражениями более или менее абстрактными действительных вещей и процессов, а, наоборот, вещи и развитие их были для Гегеля отражениями какой-то идеи, существовавшей где-то до возникновения мира”. В своем сочинении “Людвиг Фейербах”, в котором Энгельс излагает свои и Маркса взгляды на философию Фейербаха и которое Энгельс отправил в печать, предварительно перечитав старую рукопись свою и Маркса 1844—1845 гг. по вопросу о Гегеле, Фейербахе и материалистическом понимании истории, Энгельс пишет: “Великим основным вопросом всякой, а особенно новейшей философии является вопрос об отношении мышления к бытию, духа к природе... что чему предшествует: дух природе или природа духу... Философы разделились на два больших лагеря, сообразно тому, как отвечали они на этот вопрос. Те, которые утверждали, что дух существовал прежде природы, и которые, следовательно, так или иначе признавали сотворение мира, ...составили идеалистический лагерь. Те же, которые основным началом считали природу, примкнули к различным школам материализма”. Всякое иное употребление понятий (философского) идеализма и материализма ведет лишь к путанице. Маркс решительно отвергал не только идеализм, всегда связанный так или иначе с религией, но и распространенную особенно в наши дни точку зрения Юма и Канта, агностицизм, критицизм, позитивизм в различных видах, считая подобную философию “реакционной” уступкой идеализму и в лучшем случае “стыдливым пропусканием через заднюю дверь материализма, изгоняемого на глазах публики”. В особенности надо отметить взгляд Маркса на отношение свободы к необходимости: “слепа необходимость, пока она не сознана. Свобода есть сознание необходимости”. Основным недостатком “старого”, в том числе и фейербаховского, материализма Маркс и Энгельс считали то, что этот материализм был «преимущественно механическим», не учитывая новейшего развития химии и биологии; то, что старый материализм был неисторичен, недиалектичен (метафизичен в смысле антидиалектики), не проводил последовательно и всесторонне точки зрения развития; то, что они “сущность человека” понимали абстрактно, а не как “совокупность” (определенных конкретно исторически) “всех общественных отношений” и потому только “объясняли” мир, тогда когда дело идет об “изменении” его, т. е. не понимали значения “революционной практической деятельности”. Ленин пишет, что «Гегелевскую диалектику, как самое всестороннее, богатое содержанием и глубокое учение о развитии, Маркс и Энгельс считали величайшим приобретением классической немецкой философии. Всякую иную формулировку принципа развития, эволюции, они считали односторонней, бедной содержанием, уродующей и калечащей действительный ход развития (нередко со скачками, катастрофами, революциями) в природе и в обществе. “Мы с Марксом были едва ли не единственными людьми, поставившими себе задачу спасти” (от разгрома идеализма и гегельянства в том числе) “сознательную диалектику и перевести ее в материалистическое понимание природы”. “Природа есть подтверждение диалектики, и как раз новейшее естествознание показывает, что это подтверждение необыкновенно богатое” (писано до открытия радия, электронов, превращения элементов и т. п.!), “накопляющее ежедневно массу материала и доказывающее, что дела обстоят в природе в последнем счете диалектически, а не метафизически”. Диалектический материализм “не нуждается ни в какой философии, стоящей над прочими науками”. От прежней философии остается учение о мышлении и его законах — формальная логика и диалектика. А диалектика, в понимании Маркса и согласно также Гегелю, включает в себя то, что ныне зовут теорией познания, гносеологией, которая должна рассматривать свой предмет равным образом исторически, изучая и обобщая происхождение и развитие познания, переход от незнания к познанию. В наше время идея развития, эволюции, вошла почти всецело в общественное сознание, но иными путями, не через философию Гегеля. Однако эта идея в той формулировке, которую дали Маркс и Энгельс, опираясь на Гегеля, гораздо более всестороння, гораздо богаче содержанием, чем ходячая идея эволюции.

4.2. Материалистическая идея практики.

В чем же состояла принципиальная новизна философских идей Маркса? Как неоднократно поясняли основоположники марксизма, домарксовский философский материализм (в том числе и фейербаховский) ограничивался констатацией зависимости человека, его практической и познавательной деятельности от природы. Человек есть часть природы, «живет природой» и потому не является нейтральным носителем «чистого самосознания», или «духа». В «Экономическо-философских рукописях 1844 года» Маркс неоднократно возвращался к мысли об общественной (социальной) сущности человека. Развитие этой мысли, определив направление, в котором Маркс преобразовывает материализм. Уже в «Тезисах о Фейербахе» (1845) утверждается, что жизнь людей, в которой и обнаруживается человеческая сущность, носит преимущественно практический характер. Человек не просто «находится» в природе, а практически преобразовывает, изменяет ее. Еще раньше Маркс заключил, что трудовая деятельность — родовая для человека, то есть подлинно человеческая. В обществе отчуждения она извращена, перевернута, искажена. Отчужденный труд является проклятием, утратой человеческой сущности. Поэтому философам — и материалистам, и идеалистам — подлинно человеческим в человеке всегда казалось только духовное начало, относящееся к высшим формам творчества и культуры. Практическая же жизнь людей третируется как что-то грязно-торгашеское, античеловеческое и враждебное разуму и высшим философским ценностям. В действительности именно труд как преобразование природы и активное одновременное преобразование людьми своих собст­венных общественных отношений и составляет бытие человека в обществе. Таким образом, практика является наиболее глубинной основой и характеристикой человеческого мира. Главная, фундаментальная философская идея Маркса состоит в том, что практика исходна и первична по отношению ко всему духовному миру, культуре в ее даже самых далеких от практики проявлениях. Практика носит общественный характер, ее нет вне общения и связей между людьми. Практика — исторична, она сос­тоит в непрерывном преобразовании людьми условий, обстоятельств и самих себя. Практика есть предметная деятельность, поскольку люди действуют не в безвоздушном пространстве, не в «чистом мышлении», а в реальности, где приходится преобразовывать то, что дает природа, и то, что уже создано другими людьми, то есть различные предметы. Соответственно все виды сознания людей включены в практическую жизнь и следуют за общим ходом развития практики. Они выражают, осмысливают, осознают, отражают только то, что так или иначе уже вошло в разряд практиче­ских проблем. И именно в исторической практике в конечном счете и решаются все те теоретические проблемы, которые кажутся мыслителям исключительно делом просвещенного философского разума. Соответственно теоретик только в практическом воплоще­нии, в содействии или противодействии историческому развитию практической сферы, действительной жизни людей может обосно­вать правильность, истинность, плодотворность своих взглядов. Так Маркс значительно расширил и развил сферу действия главного положения материализма. Материализм был распространен на область общественных явлений, общественной жизни. Практическая деятельность людей — преобразование природного мира (производство) и преобразование людьми самих себя — является основой изменений в духовном творчестве, культуре, искусстве, философии и т. д. Это глобальное философское обобщение. Оно утверждается в масштабе всей всемирной истории, для всех времен и народов. Бытие людей, практика рассматриваются здесь как явление всемирно историческое. Соответственно духовная культура, творчество, сознание общества берутся в объе­ме общечеловеческом.

4.3. Сознание и теория идеологии.

Открытие зависимости сознания людей от бытия, практической деятельности и ее главного вида — материального производства позволило Марксу коренным образом переосмыслить значение и роль духовной деятельности (в том числе и философской) в историческом процессе. Идеи и концепции, даже самые ради­кальные и революционные, не могут служить источниками и причинами исторических изменений в реальности. Всякое миро­воззрение, в том числе и философское, не творит и не создает, а только выражает жизнь, изменяющуюся по собственным, лишь частично доступным и понятным людям законам. Типичным Маркс считает положение, когда сознание выражает определенную реальность, историческую практику только косвенно, частично. Существуют и иллюзорные, фантастические представления о реальности. Теоретик может быть сознательным апологетом какой-либо социальной группы, создателем того, что Маркс называет «социальным лицемерием эпохи». И тем не менее и фантасти­ческие, и социально- тенденциозные идеи выражают уровень разви­тия общества даже в самом своем искажении. Обобщая свои выводы, Маркс и Энгельс создают концепцию идеологии. Духовное творчество — философское, политическое, правовое, религиозное — является идеологическим искажением реальности в той степени, в какой оно претендует на самостоя­тельную и первичную (направляющую) роль в жизни общества. И это проявляется независимо от классовой — радикальной ли, консервативной — его ориентации. Идеология всегда только сопровождает — содействует или препятствует — реальности, которой она подчинена и в которую входит. Изменяется жизнь в реальном ее течении соответственно изменяются и взгляды людей, подстраивается соответствующая идеологическая форма осознания и выражения этих изменений (часто весьма неадекватная).

4.4. Новая концепция истории.

«...В действительности и для практического материалиста. все дело заключается в том, чтобы революционизировать существующий мир, чтобы практически выступить против существующего положения вещей и изменить его. Если у Фейербаха и встречаются подчас подобные взгляды, то все же они никогда не выходят за пределы разрозненных догадок и оказывают на его общее мировоззрение слишком ничтожное влиянием чтобы можно было усмотреть в них нечто большее, чем только способные к развитию зародыши. Фейербаховское «понимание» чувственного мира ограничивается, с одной стороны, одним лишь созерцанием этого мира, а с другой - одним лишь ощущением. Фейербах говорит о «человеке как таковом», а не о «действительному историческом человеке». «Человек как таковой» на самом деле есть «немец». В первом случае, при созерцании чувственного мира, он неизбежно наталкивается на вещи, которые противоречат его сознанию н чувству, нарушают предполагаемую им гармонию всех частей чувственного мира и в особенности гармонию человека с природой... Чтобы устранить эту помеху, он вынужден искать спасения в каком-то двойственном созерцании, занимающем промежуточное положение между обыденным созерцанием, видящим только то, что «находится под носом», и более высоким, философским созерцанием, усматривающим «истинную сущность» вещей. Он не замечает, что окружающий его чувственный мир вовсе не есть некая непосредственно от века данная, всегда равная себе вещь, а что он есть продукт промышленности и общественного состояния, притом в том смысле, что это - исторический продукт, результат деятельности целого ряда поколений, каждое из которых стояло на плечах предшествующего, продолжало развивать его промышленность и его способ общения и видоизменяло в соответствии с изменившимися потребностями его социальный строй. Даже предметы простейшей «чувственной достоверности» даны ему только благодаря общественному развитию, благодаря промышленности и торговым сношениям.» - говорили Маркс и Энгельс. «Правда, у Фейербаха то огромное преимущество перед «чистыми» материалистами, что он признает и человека «чувственным предметом»; но, не говоря уже о том, что он рассматривает человека лишь как «чувственный предмет», а не как «чувственную деятельность», так как он и тут остается в сфере теории и рассматривает людей не в их данной общественной связи, не в окружающих их условиях жизни, сделавших их тем, чем они в действительности являются, - не говоря уже об этом, Фейербах никогда не добирается до реально существующих деятельных людей, а застревает на абстракции «человек» и ограничивается лишь тем, что признает «действительного, индивидуального, телесного человека» в области чувства, т. е. не знает никаких иных «человеческих отношений» «человека к человеку», кроме любви и дружбы, к тому же идеализированных. Он не дает критики теперешних жизненных отношений. Таким образом, Фейербах никогда не достигает понимания чувственного мира как совокупной, живой, чувственной деятельности составляющих его индивидов и вынужден поэтому, увидев, например, вместо здоровых людей толпу золотушных надорванных работой и чахоточных бедняков, прибегать к «более высокому созерцанию» и к идеальному «выравниванию в роде», т. е. снова впадать в идеализм как раз там, где коммунистический материалист видит необходимость и вместе с тем условие коренного преобразования как промышленности, так и общественного строя. Поскольку Фейербах материалист, история лежит вне его поля зрения; поскольку же он рассматривает историю - он вовсе не материалист. Материализм и история у него полностью оторваны друг от друга, что, впрочем, ясно уже из сказанного.» - Маркс, Энгельс. Размышляя об основных этапах предшествующей истории, настоящего и будущего, Маркс и Энгельс выделили несколько ведущих типов организации общества — общественных форм, или формаций. Поскольку в практической жизни наиболее фундаментальным, существенным уровнем является уровень производства жизни, основные исторические формы общественного устройства определяются по ведущему типу организации материального производства, получилось, что исторический путь общества от «первобытного стада» через античный (рабовладельческий) тип, феодально-крепостнический к современному, основанному на сис­теме наемного труда в промышленном производстве, с необхо­димостью должен быть продолжен в производстве жизни вне наемного труда, вне частной капиталистической собственности, в условиях свободной ассоциации свободных индивидов. Цельную формулировку основных положений материализма, распространенного на человеческое общество и его историю, Маркс дал в предисловии к сочинению “К критике политической экономии”. Здесь он утверждает, что «Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание». Открытие материалистического понимания истории или, вернее, последовательное продолжение, распространение материализма на область общественных явлений устранило два главных недостатка прежних исторических теорий. Во-первых, они в лучшем случае рассматривали лишь идейные мотивы исторической деятельности людей, не исследуя того, чем вызываются эти мотивы, не улавливая объективной закономерности в развитии системы общественных отношений, не усматривая корней этих отношений в степени развития материального производства; во- вторых, прежние теории не охватывали как раз действий масс населения, тогда как исторический материализм впервые дал возможность с естественноисторической точностью исследовать общественные условия жизни масс и изменения этих условий. Домарксовская “социология” и историография в лучшем случае давали накопление сырых фактов, отрывочно набранных, и изображение отдельных сторон исторического процесса. Марксизм указал путь к всеобъемлющему, всестороннему изучению процесса возникновения, развития и упадка общественно-экономических формаций, рассматривая совокупность всех противоречивых тенденций, сводя их к точно определяемым условиям жизни и производства различных классов общества. Люди сами творят свою историю, но чем определяются мотивы людей и именно масс людей, чем вызываются столкновения противоречивых идей и стремлений, какова совокупность всех этих столкновений всей массы человеческих обществ, каковы объективные условия производства материальной жизни, создающие базу всей исторической деятельности людей, каков закон развития этих условий,— на все это обратил внимание Маркс и указал путь к научному изучению истории, как единого, закономерного во всей своей громадной разносторонности и противоречивости, процесса. Анализ истори ческих типов общества был дополнен важными выводами о внутренней организации общества. Материальное про­изводство определяет основные структуры больших групп людей, находящихся в различном отношении к предметам, средствам и результатам труда,— классы. Тип собственности создает социаль­ную структуру отношений и общения между разными группами людей — «гражданское общество». Эта структура упорядочива­ется и управляется внешней, отчужденной от нее силой — госу­дарством. Порядок жизни, задаваемый основными отношениями «гражданского общества» и поддерживаемый государством, ото­бражается и закрепляется в политических, правовых, религиозных, моральных, философских представлениях, обычаях, зако­нах и установках.

4.5. Человек как субъект истории.

Принципиально новаторским было философское объяснение действующих причин общественного развития. Ими являются сами люди, «эмпирические индивиды», стремящиеся обеспечить свои потребности, улучшить условия и обстоятельства жизни. Индивидуальные стремления, волеизъявления людей преобразовы­ваются в действия, поступки. Практические усилия вовсе не являются направленными на высшие цели человечества. Напротив, они носят характер частный, личный, конечный (часто в пределах собственной жизни, узкого круга потребностей индивидa). Однако поскольку люди — существа общественные, связанные с другими множеством объективных «форм общения» (отношений), то их индивидуальное развитие и деятельность осуществляются в некоторых общих условиях и направлениях. Объединяясь, друг с другом, контактируя и обмениваясь деятельностью и ее результатами, люди постоянно создают и изменяют свои общественные связи и отношения. В тех случаях, когда эти отношения становятся недостаточными и мешающими главным целям производства, люди их изменяют, создают новые. Изменение же основных условий жизни, и прежде всего производствен­ной деятельности, соответственно приводит к изменению самих людей. Самоизменение людей в ходе истории становится основой теоретического решения Марксом проблемы человека и его освобождения. Реально жившие и живущие люди бесконечно многообразны. Многообразие это, однако, не исключает возможности усмотреть определенные типы сходства людей, их общности в соответствии с выделяемыми Марксом социальными параметрами. Это, во-первых, принадлежность «эмпирического индивида» к определенной сфере деятельности с фиксированными традициями, порядками, нормами общения и т. д.— то есть к социальному типу разделения труда. Наиболее глубинной общеисторической формой разделения труда является деление на труд умственный и физический. Существуют также глобально-историческое различие между промышленным и сельскохозяйственным трудом и множество различий уже более профессионального характера. Разделение труда означает наличие обмена результатами деятельности и исторически возникает вместе с возникновением частной собственности. Поэтому, во-вторых, люди занимают также фиксированное социальное место в группах — классах, разделения по наличию или отсутствию собственности. Принадлежность к определенному классу — также вид объективного объединения, общности людей. Классовые характеристики индивидов пронизывают и их личностные черты (образ жизни). Они усредняют, типизируют индивидов и их отношения между собой. Люди, отмечает Маркс, подчинены своим классам, но это подчинение носит не индивидуально-единичный, а усредненный характер. Классовый индивид — средний индивид, поскольку условия жизни класса фиксированы и вырабатывают определенные личностные свойства. Наконец, в- третьих, люди подчинены национально-культурным условиям. Место их жизни с преобладанием определенных занятий, обмена национальные традиции, среди которых наиболее важен язык нравы, культурные ценности,— все это определяет, ограничивает индивидов. Таким образом, вместо прежней абстрактной и одновременно образной конструкции «Человека» и его «сущностных сил» (в «Экономическо-философских рукописях 1844 года») Маркса складывается конкретное, основывающееся на изучение реальности знание о существующих и живших ранее людях. Проблема философского плана оказывается переистолкованной, поставленной иначе, а именно: чем же в реальности может и должна быть свобода для таких индивидов? Каким образом, и какими путями возможно и должно добиваться им освобождения от существующих пут и тягот? Или, наоборот, какими они должны стремиться стать сами? Ответы на эти вопросы должен был дать научно-философский анализ реальной истории. Таким образом, общее решение философской проблемы смыс­ла жизни состоит в признании необходимости участия отдельно­го человека в коммунистическом движении как предпосылки уничтожения существующих условий жизни и преобразования собственной человеческой природы. Но это именно общее, прин­ципиальное решение. Очевидно, что от него до «морального утеше­ния» задавленному нуждой и эксплуатацией человеку-пролетарию весьма и весьма далеко. В работах 1845—1847 годов это общефилософское решение конкретизируется. Наиболее подробно оно рассматривается в «Немецкой идеологии». Выделим самое существенное. Преодоле­ние социального разделения труда, отчуждения, господства част­ной собственности возможно для коммунистически ориентирован­ного индивида как результат, во-первых, сознательного стрем­ления к освоению всего мира культуры, универсализации сфер деятельности к сколь можно более разностороннему общению, смене социальных видов деятельности и т. д.; во-вторых, радикаль­ного «выхода» из сферы частнособственнических стимулов и ме­ханизмов жизнеустройства, неприятия всей «старой мерзости». Такая перспектива индивидуального развития не имеет, есте­ственно, ничего общего с философской моралисткой, ограничи­вающейся моральными призывами и утешениями, капелькой «целительного бальзама для бедной, бессильной души, погрязшей в убожестве окружающего». Марксистская философия не следу­ет образцам ни философской, ни религиозной моралистки. Ее этическая позиция состоит в признании единства практического социального преобразования бесчеловечного мира и самопреоб­разования действующих, активных индивидов в универсально раз­витые, свободные личности. Одно подразумевает другое. Конечно, для людей, живущих в налично данных условиях, в конкретной исторической ситуации, возможности преобразования и себя, и мира являются ограниченными. В философии Маркса нет иллю­зий примирения с такой действительностью, приятия ее. Напротив, она исходит из ясного понимания ограниченности всякой налич­ной исторической ситуации, заключенных в ней потенций свобо­ды и универсального развития индивидов.

Заключение.

Диалектический и исторический материализм возник как пря­мое продолжение предшествующего этапа развития передовой философской мысли. Он является преемником и продолжателем прогрессивных идей, выдвинутых предшествующими мыслителями. Это означает, что наряду с социальными и естественнонаучными предпосылками возникновения философии марксизма существо­вали определенные теоретические предпосылки. Они связаны прежде всего с немецкой классической философией второй поло­вины XVIII — первой половины XIX века, особенно с философ­скими взглядами Гегеля и Фейербаха. Гегель, сформулировав основные принципы диалектики, пред­ставил весь природный, исторический и духовный мир в виде процесса, в виде беспрерывного движения, изменения, развития и сделал попытку раскрыть внутренний источник этого процесса. Но, будучи идеалистом, Гегель изобразил процесс развития в виде самодвижения понятия, абсолютной идеи. Обнаруживающееся в природе и истории диалектическое развитие у Гегеля в конеч­ном счете представляет собой результат самодвижения духа. Нуж­но было устранить это идеалистическое толкование диалектики. С критикой объективного идеализма Гегеля выступил Фейер­бах. Он показал, что природа, мир существуют независимо от сознания, что последнее представляет собой свойство природы, целиком и полностью зависит от нее, порождается ею. Фейербах восстановил в своих правах основные принципы материализма. Но критикуя Гегеля, он не заметил рационального ядра гегелев­ской философии, его диалектики. Но то, что не смог сделать Фейербах, сделали основоположники диалектического и исторического материализма — К. Маркс и Ф. Энгельс. Опираясь на материалистические принципы, восста­новленные Фейербахом, они подвергли всесторонней критике ге­гелевскую философию. В ходе этой критики они выделили глав­ное приобретение немецкой классической философии — диалекти­ку, освободили ее от мистики, бесчисленных искусственных схем и конструкций и, развивая ее дальше на материалистической основе, создали диалектический и исторический материализм — последовательно научное мировоззрение и общий метод познания и преобразования действительности. Философия, созданная К. Мар­ксом (1818—1883) при участии Ф. Энгельса (1820—1895), яв­ляется наследницей многих высших достижений европей­ской философской мысли, начи­ная с мудрецов Древней Греции и кончая мыслителями конца XVIII — начала XIX века. Сами Маркс и Энгельс неоднократно отмечали то серьезное влияние, которое Л. Фейербах и особенно Гегель оказали на формирова­ние их философских взглядов. Однако созданная Марксом фи­лософия существенно отличает­ся от традиционных доктрин, систем и учений. Этим отличием является теснейшее содержа­тельное единство философских идей с политико-экономической и научно-социальной сторонами марксистского мировоззрения. Целостность, многосторонняя взаимообоснованность «состав­ных частей», универсальность марксизма во многом объясняют широту распространения и влияния этого учения и быстро меняющемся мире XIX—XX веков.

Список литературы.

1. «Введение в философию», под. ред. Фролова И.Т., Москва, 1989 2. «История философии: Запад – Россия – Восток. Книга вторая. Философия XV-XIX вв.», Москва, 1996 3. «Хрестоматия по философии», Москва, 1998 4. Блинников Л.В. «Великие философы», Москва, 1997 5. Ленин В.И. «Карл Маркс» 6. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. 7. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42. 8. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.27. 9. Рассел Б. «История западной философии. Часть II», Москва, 1993
[1] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 428. [2] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.27. С. 381. [3] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42. С. 90-91. [4] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42. С. 93. [5] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42. С. 117. [6] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42. С. 120.