Каталог :: Философия

Реферат: Структура научного знания

                                    РЕФЕРАТ.                                    
                       Тема: "Структура научного знания."                       
.
     СТРУКТУРА  НАУЧНОГО  ЗНАНИЯ
Что представляет собой научное знание? Какова его структура?
Для того чтобы ответить на эти вопросы, необходимо
прежде всего обратить внимание на то, что научное знание — это сложная система
с весьма разветвленной иерархией структурных
уровней.
Для решения нашей задачи вычленим три уровня в структуре научного знания:
n     локальное знание, которое в любой научной
области соотносится с                                      теорией;
n     знания, составляющие целую научную область;
n     знания, представляющие всю науку.
              ЭМПИРИЧЕСКИЙ  И  ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ  УРОВНИ  ЗНАНИЯ              
Рассмотрим вопросы, связанные со структурой локальной области знания.
Очевидно, что здесь можно выделить по крайней мере два уровня:
     уровень эмпирических знаний и уровень теоретических знаний.
На конкретном примере — механике — выясним, что представляют собой уровни
эмпирического и теоретического знания.
Эмпирия здесь связана с наблюдениями и экспериментами над механическими 
перемещёниями твердых тел или жидкостей. Совокупность эмпирических данных
дают нам также астрономические наблюдения за
перемещениями небесных тел — и это очень важные знания, на которые опирается
механика. В свое время Пуанкаре говорил, что самое
большое благо, которое принесла астрономия человечеству, заключается в том,
что, глядя на небо, люди поняли, что все в мире подчиняет
ся законам и что перемещение небесных тел — это самое очевидн
ое проявление закономерности окружающей нас действительности .
Для знаний, полученных на эмпирическом уровне,
характерно то, что они являются результатом непосредственного контакта с живой
реальностью в наблюдении или эксперименте. На этом уровне мы
получаем знания об определенных событиях, выявляем свойства интересующих нас
объектов или процессов, фиксируем отношения и, наконец, устанавливаем
эмпирические закономерности.
Над эмпирическим уровнем науки всегда надстраивается теоретический уровень.
Теория, представляющая этот уровень, строится с явной направленностью на об
ъяснение объективной реальности (главная задача теории заключается в
том, чтобы описать, систематизировать и объяснить все множество данных
эмпирического уровня).
Однако теория строится таким образом, что она описывает непосредственно 
не окружающую действительность, а идеальные объ
екты.
Механика, например, описывает не реальные процессы, с которыми человек
непосредственно имеет дело в действительности, а относящиеся к идеальным
объектам, например материальным точкам.
Идеальные объекты в отличие от реальных характеризуются не бесконечным, а
вполне определенным числом свойств. Материальные точки, с которыми имеет дело
механика, обладают очень небольшим числом свойств, а именно массой и
возможностью находиться в пространстве и времени.
Таким образом, идеальный объект строится так, что он полностью интеллектуально
контролируется.
В теории задаются не только идеальные объекты, но и 
взаимоотношения между ними, которые описываются законами. Кроме того, из
первичных идеальных объектов можно конструировать производные об
ъекты.
В итоге теория, которая описывает свойства идеальных объектов, взаимоотношения
между ними, а также свойства конструкций, образован
ных из первичных идеальных объектов, способна
описать все то многообразие данных, с которыми ученый сталкивается на 
эмпирическом уровне.
Происходит это следующим образом: из исходных идеальных объектов строится
некоторая теоретическая модель данного конкретного явления и предполагается,
что эта модель в существенных своих сторонах, в определенных отношениях
соответствует тому, что есть в действитель-ности.
Уточним теперь наши представления о теоретическом уровне знания. Важно иметь
в виду, что этот уровень знания обычно расчленяется на две существенные
части, представляемые фундаментальными теориями и
теориями, которые описывают конкретную (достаточно большую) область
реальности, базируясь на фундаментальных теориях.
Так, механика описывает материальные точки и взаимоотношения между ними, а на
основе ее принципов далее строят  различные конкретные теории, описывающие те
или иные области реальности.
Для описания поведения, например, 
небесных тел строится небесная механика. При
этом Солнце представляет собой центральное тело,
обладающее большой массой, а планеты — тела 
движущиеся вокруг этого центрального тела по зако
нам механики и по закону всемирного тяготения.
Эта конкретная модель строится из материаль
ных точек и рассчитывается исходя из принципов
механики. Таким же образом — на базе механики — строятся и 
другие конкретные теории: твердого тела,
жидкости и т.д. Часто при построении таких теорий
удается обойтись только принципами механики,
однако при построении, например, теории тепловых явлени
й в конце концов выясняется, что принципов 
и законов механики недостаточно, что нужны еще вероятност
и, представления.
Важно еще раз отметить, что в теории мы всегда имеем 
дело с идеальным объектом: в фундаментальных
теориях — с наиболее 
абстрактным идеальным объектом, а в теориях
второго поколения — определенными производ
ными от этих идеальных объектов, на основе  
которых конструируются модели конкретных явлений
действительности.
Роль теории в науке определяется тем, что в ней мы имеем дело  
с интеллектуально контролируемым объектом, в то
время как на эмпирическом 
уровне с реальным объектом, 
обладающим бесконеч
ным количеством свойств и интеллектуаль
но не контро
лируемым. .
Поскольку в теории мы имеем дело с интеллектуально контролируемым объектом, то
мы можем описать теоретический объект как угодно
детально и получить в
принципе сколь угодно далекие следствия из
теоретических представлений. Коль скоро наши
исходные абстракции верны, мы можем
быть уверены, что и следствия из них будут верны.
Сила теории состоит в том, что она может развиваться как бы сама по 
себе, без прямого контакта с действительностью. Естественно, что 
исходные принципы должны соотноситься с
действительностью.
Итак, в структуре научного знания выделяются два
существенно различных, но взаимосвязанных уровня: 
эмпирический   и   теоретический
Но чтобы адекватно описать локальную область знания, 
этих двух уровней оказывается недостаточно.
Необходимо выделить часто не фиксируемый, но очень
существенный уровень структуры научного знан
ия — уровень  
философских предпосылок, содержащий общие пр
едставления о действительности и процессе
познания, выраженные в системе 
философских понятии.
     ФИЛОСОФСКИЕ  ОСНОВАНИЯ  НАУКИ
Рассмотрим область явлений микромира, которая изучается кван
товой механикой, и определим, в каких аспектах
ученый имеет здесь дело с ф
илософскими предпосылками.
n     Квантовая механика опирается на определенную
совокупность эмпирических данных, получаемых при изучении микропроцессов с 
помощью различных приборов: счетчиков Гейгера, камеры Вильсона, (
фотоэмульсии и т.д.
n     Теория — квантовая механика — не только опи
сывает данные эмпирического уровня, по и может п
редсказывать результаты определенных событий в этой области.
Однако более внимательный анализ показывает, что этим описание данной
области науки не исчерпывается. Оказывается, что
существеннейшую роль в квантовой механике играет истолкование ее аппарата с
точки зрения определенных  представлений о реальности и процессе ее поз
нания.
Всем известна колоссальная по широте и глубине обсуждаемых проблем дискуссия,
которая развернулась вокруг проблем квантовой
механики между двумя направлениями, вид
нейшими представителями которых были Эйнштейн и Бор. Ее суть состояла в том,
как соотнести аппарат квантовой механ
ики с окружающим нас миром.
Из всего комплекса обсуждавшихся проблем рассмотрим лишь одну связанную с
истолкованием пси-функци
и. Эта функция входит в основное уравнение ква
нтовой механики — уравнение 
Шрёдингера, которое описывает поведение
микрообъектов. Оказывается, что пси-функция дает л
ишь вероятностные предсказания, и поэтому остро
встает вопрос о том, какова сущность этой в
ероятности.
- Эйнштейн считал, что вероятностный характер 
предсказаний в квантовой механике обусловлен
тем, что квантовая механика неполна.
Сама действительность полностью 
детерминистична, в ней все определено, все
принципиально — вплоть до деталей — предсказуемо, а квантовая механика
опирается на неполную информацию о действительности, поэтому она дает
вероятностные предсказания.
Представим себе, что мы подбрасываем монету и она
упала на орла. Мы говорим, что вероятность выпадения мо
неты на орла равняется 1/2. Каковы основания для этого вероят
ностного суждения? Поведе
ние монеты объективно вероятностно, или мы просто не полностью знаем все
детали того процесса, которые приводят к этому результату?
В классической физике эту ситуацию обычно рассматривают таким образом:
поскольку все в мире однозначно предопределено, то, если бы мы точно учли все
детали: распределение массы монеты, точку приложения силы, величину импульса,
с какими молекулами воздуха и как будет взаимодействовать монета при движении
и т.д., мы могли бы высказать аподиктическое, а не вероятностное суждение о
том, как упадет монета.
Таким образом, с этой точки зрения в природе отсутствуют вероятностные процессы,
а наши вероятностные суждения связаны с тем, что мы
не имеем полной информации о действите
льности.
Эйнштейн полагал, что так же обстоит дело и с 
квантовомеханическими явлениями. Следует обратить внимание на то, что
истолкование Эйнштейном аппарата квантовой механ
ики базируется:
n     во-первых, на определенных представлениях о
действительности. согласно которым в мире все
однозначно детерминировано,
n     во-вторых, на представлениях о характере
научной теории: теория, в которой есть вероятность,
неполна, но неполные
теории имеют право на сущ
ествование.
n     Бор предложил другой вариант истолкования этой же ситуации.
Он утверждал, что квантовая механика пол
на и отражает принципиально неустранимую вероятность, характерную для нашего 
постижения микромира.
Эта точка зрения совершенно 
противоположна точке зрения Эйнштейна и в плане представлений о м
ире и в плане п
редставлений о Гносеологическом статусе
вероятностной теории.
Очевидно, что, вычленяя в структуре локального научного зна
ния только два уровня — эмпирический и 
теоретический, - невозможно истолковать научную
теорию как знание.
С этих позиций ее в лучшем случае можно истолковать лишь как аппарат оп
исания и предсказания эмпирических данных.
Однако такая позиция никогда не устраивала ученых.
Ученые никогда на этом не останавлива
ются, стремясь истолковать науку не только как
описание непосредственно наблюдаемых явлен
ий, но и как отражение объ
ективной реально
сти, которая лежит за явлениями, за
наблюдаемым. В рассмотренном случае 
и у Эйнштейна и у 
Бора отчетливо видна 
эта тенденция, выразившаяся в построен
ии определенных 
интерпретаций квантовой механики с поз
иций различных философских предста
влений.
Обратим внимание на то, что в науку теория может
войти в таком виде, в каком она не предста
вляет собой знания в полном смысле этого слова.
Она уже функционирует
как определенный орг
анизм, уже описывает эмп
ирическую действительность, но в 
знание в полном смысле она превращается 
лишь тогда, когда 
все ее понятия ползают о
нтологическую и гносеологическ
ую интерпретацию.
Итак, в науке существует уровень 
философских предпосылок.                                                       
Ясно, что в зависимости от того, с какой наукой и какой теорией мы имеем дело,
философские основания
выявляют себя в большей или меньшей степени. В кв
антовой механике они очевидны. Здесь до сих пор 
идут острейшие споры по 
проблемам интерпретации ее математического
аппарата и по сей день 
отсутствует позици
я, которая примирила бы спорящие сторо
ны. Аналогичные примеры можно легко обнаруж
ить и в других науках.
Сколько бурных философских дискуссий вызвали учени
е об эволюции живой природы или 
генетика!
А какими интеллектуальными баталиями сопровож
далось освоение идей структурали
зма в лингвистике, 
литературоведении и искусствоведени
и!
Что представляют собой математические объекты, 
можно ли всю математику построить на основе теор
ии множеств, воз
можно ли доказательство непротиворечивости математики
, как объяснить невероятную приложимость 
математических построений к областям реальности, которые совершенно не
похожи на мир непосредственно доступный нашему восп
риятию? Обсуждение такого рода вопросов привлекало и привлекает внимание многих
математиков и философов.
Вместе с тем, как свидетельствуют факты, в науке сущ
ествует немало теорий, которые не вызывают
каких-либо споров но поводу их философских оснований.
Это связано с тем. что они базируются на филос
офских представлениях, близких к общепринятым, и 
поэтому не подвергаются рефлексии: они не
выступают предметом специальною анализа. а
воспринимаются как нечто само собой разумеющееся.
Обратим внимание теперь
на то, что и эмпирическое знание наход
ится в зависимости от определенных философск
их представлений. В самом деле, рассмотрим
эмпирический уровень науки
.
Очевидно, что в любом наблюдении или эксперименте ученый исходит из того, что
реальные объекты и явления, с которыми он сталкивается, 
причинно обусловлены. Мы в данном случае отвлекае
мся от природы причинно-следственных связей, которые
могут быть весьма сложны, как, например, в микромире, рассматривая эмпирические
знания, с которыми имеет дело большинство наук.
n     В этом случае ученый всегда исходит из того, что все 
hmcci свою причину. Если, например, результат экспер
имента нс повторяется, он ищет причину этою
неповторения.
n     Как известно, результаты эксперимента требуют 
обязательной статистической обработки. Без этого они не могут быть научными
и не могут быть опубликованы. Это требован
ие вытекает из
представлений о том. какую роль в экспер
иментальных результатах играют ошибки измерения.
n     Далее статья с результатами эмпирических исследований публикуется спустя
некоторое время после проведения эксперимента. Здесь очевидно предположение,
что эксперимент имеет з
начимость не только в данный момент времени, что те
закономерности, которые фиксируются на эмпирическом
уровне, устойчивы, неизменны, если, конечно, речь
не идет о какой-либо
особой ситуации, напри
мер о быстроменяющейся социальной област
и, где эта динамика специально учитывается.
Таким образом, на эмпирическом уровне 
знания существует определенная 
совокупность общих представлений об окружающем нас мире.
Эти представления настолько очевидны, что мы не делаем их предметом
специального исследования. Они просто передаются из поколения в поколение как
традиция.
Но они существуют и рано или поздно меняются и на эмпирическом уровне.
Оказывается, что уровень философских предпосылок
связан со стилем мыш
ления определенной исторической эпохи. Например, для науки XVIII в. было
характерно представление о научной теории как зеркальном отражении объективной
реальности, дающем полную картину данной области
действительности.
Когда-то Лагранж говорил, 
что Ньютон не только великий человек, но и один из самых счастливых людей в
мире, потому что теорию Солнечной системы можно построить только один раз.
Мы знаем, что ее уже не раз перестраивали после Ньютона, 
но раньше считалось, что коль скоро научная теория
построена, то она дает адекватное знание в своей предметной области.
Кроме того, считалось, что в самом мире нет никакой
вероятности, поэтому и теория принципиально не может содержать в себе
вероятности. Это была очень важная методологическая установка, которая во
многом определяла стиль научного мышления того
времени. С этой позиции смотрели на любу
ю область действительности.
Например, при построении теории социальных явлений
за образец брали небесную механику и пытались
выдвинуть основные принципы (свободы, братства,
равенства и т.д.), с помощью которых можно было бы
описать любое социальное явление так же, как с
помощью принци
пов механики, всемир
ного тяготения можно 
объяснить небесные явления.
Ясно, что в XX в. ситуа
ция меняется. Мы теперь 
склонны придавать большее 
значение скорее вероятностным теор
иям, чем выражающим
однозначный детерминиз
м.
Итак, существует 
совокупность фило
софских представлени
й, которые пронизывают и 
эмпирический и теоре
тический уровни нау
чного знания.
Обращая внимание на значение фило
софии для научного познания, 
Л.Бриллюэн писал, 
что "ученые всегда 
работают на основе некоторых ф
илософских пред
посылок и, хотя мног
ие из них могут не соз
навать этого, эти 
предпосылки в действительности 
in определяют их общую 
позицию в исследовании". 
"Наука,— отмечал А. Эйнштейн,— без теор
ии познания (насколько это вообще мыслимо)
становится примитивной
и путаной".
     ВЗАИМОСВЯЗЬ  РАЗЛИЧНЫХ  УРОВНЕЙ  ЗНАНИЯ
Обратим преж
де всею внимание на то, 
что эмпирический и
теоретический уровни ор
ганически свя
заны между собой:
     n     Теоретический уровень 
существует не сам по себе, а опирается на данные 
эмпирического уровня
, в этом смысле связь 
теории и эмпирии 
очевидна,
n      но существует то, что и эм
пирическое знание оказываетс
я несвободным от теоретических пред
ставлений, оно обязательно погружено б определенный теоретический контекст.
Рассмотрим область микроявлений, гд
е совокупность эмпи
рических данных дают разл
ичные приборы. Эти данные п
редставляют собой. например, определенные 
траектории на фотобумаге, которые показывают
нам, как взаимодействуют частицы и т.д. Но,
конечно, совокупность эмпирических данных является
определенным знан
ием о действительности лишь тогда, когда эти
данные истолковываются с позиций определе
нных теоретических представлений.
Так, например, на фотографии, сд
еланной в магнитном
поле, мы видим определенные спираль
ные линии. Зная, что в магнит
ном поле. заряженные частицы дв
ижутся по спирали, прячем электроны в одну
сторону, а позитроны в дру
гую, мы счита
ем, что на фотографи
и изображено 
движение электрона или позитрона.
Если мы не имеем определенных теоретических 
представлений, то, конечно, щелчки счетчика Гейгера или траектории в
камерах Вильсона нам ничего не говорят о микромире.
На эмпирическом уров
не необходима интерпретация работы 
приборов, осуществляемая в 
рамках механик
и, термодинамики, э
лектродинамики и других теорий. Это з
начит, что эмпири
ческий уровень научных зн
аний обязательно включает в себя то ил
и иное теоретическое истолкование
действительности.
Очень существенно, что эмп
ирический 
уровень знания пог
ружается в такие теоретические пред
ставления, которые являются 
непробле-матизируемыми. Например, когда мы пытаемся обосновать 
эмпирически квантовую механику, то 
экспериментальные данные, ис
пользуемые при этом, оказываются нагруженными не 
квантовомеханическими, а классическими представлениями, которые в дан
ном случае мы не ставим под сомнение. Мы 
проверяем эмпирией более высокий уровень
теоретических построений, чем тот, который содержится в ней самой. Отсюда фу
ндаментальное значение экспер
имента как критерия истинно
е) и теории.
Несмотря на теоретическую нагруженность, 
эмпирический уровень является более устойчивым, более прочным, чем теория, в с
илу того, что теории, с которыми связано
истолкование эмпирических данных, — это теории
другого уровня. Если бы было и
наче, то мы имели бы лог
ический круг, и тогда эмпирия 
ничего не проверяла бы в теории и не могла бы
быть критерием ее ист
инности. Эти уточн
ения очень важны для понимания закономерно
е гей развития
науки.
     Итак, в локальной области научного знания мы выделили три уровня:
     эмпирический. теоретический. Философский- и показал, что все они взаимосвязаны.
                      СТРУКТУРА  НАУЧНОЙ  ДИСЦИПЛИНЫ                      
Рассмотрим теперь
структурный уровень знани
я, охватывающий целую научную област
ь. Очевидно, что здесь есть ряд локальных областей, сосуществующ
их друг с другом. Однако необход
имо отметить обстоятельство, которое резко
усложняет дело и вносит множество проблем в 
рассмотрение этою вопроса.
Сформулируем его так: что входит в структуру, например, совреме
нной физики? Входят
ли в структуру
современной физики только те теории, 
которые созданы в XX в., ил
и входят также и теори
и прошлого?
Конечно, целый ряд теорий прошлого не входит в
современную физику (например, т
еория теплорода и многие другие). Острота
вопроса состоит в следующем: входят ли в состав 
современной физики такие теори
и. которые  генетически связаны с современными
концепциями, но созданы в прошлом?
n     Например, мы знаем, что механ
ические явления сейчас описываются на базе
квантовой механики. Входи
т ли в структуру современного физического знания классическая механика?
n      Мы знаем, что тепловые явления сейчас
описываются на базе статистической термодинамики. А вход
ит ли классическая термодинамика в структуру сов
ременного научного знания?
Такие вопросы сразу обостряют рассматриваемую проблему.
Обратим внимание и на
такой важный вопрос: как мы представляем себе будущее любой области науки?
Известно, что одна из четко выраж
енных тенденций в
рассмотрении этого 
вопроса состоит в том, что допускается
принципиальная возможность построения некой единой
теории, которая охватывала бы фунда
ментальные принципы всей предметной области, скажем физики. и на базе ко
горой все остальные фи
зические теории были бы построены как час
тные случаи. Такое стремление - построить некую
единую теорию, охватывающую целую предметную
область, не раз наблюдалось в истории физики, биологии, географии и т.д.
Практически во всех областях науки так или иначе п
роявлялась эта установка.
n     Например, до конца XIX в. все физики были
убеждены, что в качестве единой теории может
выступать механика, что на базе механики можно в принципе построить всю физику.
Потом выяснилось, что
это невозможно.
n     Попытались в качестве единой теории использовать электродинамику. но это
тоже оказалось невозможным. Выяснилось, что су
ществуют различные в
иды взаимодействий: электромаг
нитные. слабые,
сильные, гравитационные, 
которые трудно объединить в одной теор
ии.
n      Пытались постро
ить и единую теорию ноля. Сейчас в связи с дост
ижениями физики
элементарных частиц на этом нуги 
получены фундаментальные результаты.
Как к этому отнестись?
Можно ли рассматривать в
качестве идеала структуры данной област
и науки описанную выше картину?
Это очень важные воп
росы. Однако, прежде чем на н
их ответить, выйдем за 
пределы этой проблемы, расширим ее и покажем, каким
образом она могла бы быть 
экстраполирована, а татем с 
позиции тех представлении, которые будут
получены в результате такой экстраполяции. в
ернемся к этой проблеме.
Представим себе, что в о
пределенной предметной област
и, допустим в физике
, можно построить единую теорию.
Но если мы можем постро
ить такую теорию в области физик
и, то почему мы не можем с позиции этой теор
ии рассмотреть и химические явлен
ия? Ведь химические яв
ления фактически базируются на тех же ф
изических
взаимодействиях.
Почему бы не представить себе дело так, что в конце
концов будет построена еди
ная физическая теория
, которая охватит и химические явления? Ведь границ
а между, скажем, электромаг
нитными и тепловыми явлени
ями, которые изучаются
в физике и объединить которые она 
претендует в рассматрива
емой программе, — эта 
граница принципиально не более резкая, чем граница
между явлениями тепловыми и химическими. или 
электромагнитными и химическими, или, более широко, между явлениями физиче
скими и хим
ическими.
Коль скоро мы пр
иходим к выводу, что принципиально возможна
единая теория, охватывающ
ая химические и физические явления, то 
почему бы нам не представить дело так, что и
биологические явле
ния будут охватываться этой теорий, ибо 
биологические процессы на молекулярном уровне
представляют собой определенные физико-х
имические взаимодействия.
Итак, представим себе еди
ную теорию, охватывающую физиче
ские, химические, биологические явления. Не
следует ли отсюда, что в будущем все явления
действительности от простейших ф
изических до сложнейших 
социальных явлений будут описаны на базе некой 
фундаментальной теории в том стиле, в каком, нап
ример, на базе м
еханики строятся теоретические описа
ния движения небесных тел, жидкостей. газов и
др.?
Такая глобальная п
рограмма кажется нам сомнительной 
не только в силу того, 
что она очень далека от сегодняшней д
ействительности, но и потому, что о
на слишком просто
решает вопрос о структуре науки. Инту
иция подсказывает, что 
эта программа не учитывает спе
цифики явлений, 
относящихся к различным 
предметам областям.
Конечно, когда мы объединяем 
физическое, математическое, историческое знание
одним термином "наука", 
мы делаем это не прои
звольно сущест
вует совокупность определенных универсальны
х прин
ципов, критериев 
парности, которые 
отделяют науку от других сфер человеческой культуры, 
деятельности и тем самым объединяют различные области знания.
Но, вероятно, каждая из них обладает своей спе
цификой, разъединяющей их в пределах науки.
Может ли одна теория 
охватить все богатство стилей научною мышления, сп
особов познан
ия, существующее в 
современной науке?
Или, быть может, они
представляют собой  строител
ьные леса выполняющие ли
шь временные функции?
По-видимому, нет, и вряд ли это исторически преходящее явление. Ориент
ируясь на эту интуицию, выскажем ряд соображений
о конкретных причинах 
несостоятельности этой программы.
В первую очередь обратим 
внимание на то, что об
ъекты, описываемые в
разных науках, значи
тельно отличаются друг от друга. Возьмем. например, 
физику и историю. Весьма сом
нительно, что столь разные объекты могут опи
сываться на основании одни
х и тех же принципов.
Рассмотрим, какого рода отличия имеются между объектами физики и истории.
- Сразу отметим, что физические явления не зависят от сознания человека.
Знание об этих объектах никак не влияет на сами эти объекты.
Можно ли считать, что зн
ание об объектах социальной 
действительности не                                           влияет на сами
эти объекты? Очевидно, что так считать нельзя.
Предсказали, скажем, энергетический голод в 2000 г. Как только люди
узнают о такой опасност
и, они немедленно
примут меры для того, чтобы, например, интенсивнее
проводились исследования в област
и термоядерного синтеза. Ясно, что информация о
социальном объекте 
используется для и
зменения самого этого объекта. Знание о будущем
человека оказывается таковым, что оно изме
няет предсказываемое потенциальное буду
щее. Реально оно не осуществляется именно потому, что предсказывается. Очев
идно, что здесь совершенно иная ситуация, чем в
физике. И вряд ли будут когда-либо найдены общие 
принципы, которые объединят столь различные явле
ния настолько, что эти дисциплины сольются в
единое целое.
- Можно отметить и другие различия между
физическими и социальными явлениями. Физ
ические явления, например, несомненно, гораздо прощ
е, чем социальные. Именно относительная простота исходных физических объектов
, возможность их интеллектуальной контролируемо
е их позволяют раскрыть существенные свойства
даже достаточно сложных
физических явлений, строя детально 
математизированные теории.
Итак, абстрактные объекты, на базе которых мы оп
исываем физические явления, очень просты. Какие же объекты следует выбрать в
качестве исходных, чтобы социальные явления можно
было описать с такой же точностью, как и
физические?
Казалось бы, здесь следовало построить прежде всего 
некоторый абстрактный образ человека, который бы выполнял фу
нкции идеального объекта теории, описать его свойства и отношения к другим
людям и окружающей среде и далее конструировать
все социальные объекты и и
х отношения исходя из этой основы.
Однако такой путь, хотя в целом он и реализует
ся, не приходит к
столь же строгим и целостным теориям. как это имеет мес
то в физике.
С подобным положением
дела мы сталкиваемся и при описа
нии биологических, географических,
геологических и других явлений. Объекты всех эт
их наук гораздо сложнее, чем физические объекты,
и поэтому возникают
громадные трудности пр
и построении количественных теорий — теорий
такого же типа, как физические.
Конечно, можно надеяться
на то, что появятся принципиально новые способы
математического описания. Известно, к каким 
колоссальным результатам пр
ивели в физике
разработка дифференциального и интегрального исч
ислений или введение апп
арата теории вероятности.
Быть может, появятся 
новые области математи
ки, с помощью которых
можно будет описать явлени
я, не поддающиеся сейчас 
математизации.
Можно надеяться и на то, что в будущем будут 
глубоко раскрыты качест
венные характеристик
и социальных, 
биологических, географических  и других явлен
ии, что также расши
рит возможности
построения более точных теории в  личных обла
стях. Но приведет ли это к реду
кции всего науч
ною знания к небольшому числу и
сходных фундамен
тальных принципов"
В свете изложенных
нами аргументов пред
ставляется более правильной следу
ющая точка зрения: любая науч
ная теория принципиально ограничена в своем
интенсивном и экстен
сивном развитии.
Научная теория — это си
стема определенных абстрак
ции, при 
помощи которых мы раскрываем субординацию 
существенных и 
несущественных в определенном отно
шении свойств 
действительности.
Можно сказать, что научная теория дает нам о
пределенный срез действительности. Но ни од
на система абстракций не может 
охватить всего богатства действительности. В
науке обязательно должны содержаться различные 
системы абстракций, которы
е, вообще говоря, не 
только несводимы, нередуцируемы друг к 
другу, но рассекают действительность в раз
ных плоскостях. Эти с
истемы абстракций оп
ределенным образом
соотносятся друг с другом, но не 
перекрывают друг друга.
Поэтому, на наш взгляд, и 
невозможно сведени
е социальных явлений к
биологическим, биологических — к физ
ико-химическим.
химических — к фи
зическим. Более того, мы 
полагаем, что даже и пределах физики суще
ствует такого рода несводимо
е и что невозможно построить такую теор
ию, из которой следовало бы все 
богатство физических явле
ний. Можно показать, 
что. например.. те
пловые явления, описываемые стат
истической механикой, несвод
имы к механическим. что в н
их есть определенная с
пецифика, которая не может быть отражена в
механике.
Единство науки выражается не в абсолютной редукции
знания, и в выявлении 
сложных взаимоотношений 
между различными системами абстракций.
Теории могут быть глубокими, но узкими
, т. е. охватывать 
относительно узкую предметную область, как, на
пример, электроди
намика, термодинамика и т.д. Бывают теории широк
ие, но бедные — это теории типа об
щей теории систем. Вполне допустимо, напр
имер, что в физике появится теория,
описывающая с единой точки пре
ния все фундамен
тальные взаи
модействия. Но эта теория не сможет отразить с
пецифику разнородных 
физических явлений. Это свя
зано с тем, что такая инт
егральная теория, объед
иняя различные явления, с необходимостью д
олжна будет отвлекаться от их с
пецифики. Естестве
нно, что подобная
теория будет фиксировать лишь общее, коль скоро о
на относит
ся к разнородным явлен
иям.
По мнению Гейзенберга, в современной физике
существуют по крайней мере 
четыре фундамен
тальные замкнутые непроти
воречивые теории: классическая механика, термод
инамика, электродинамика, квантовая механика. В
своей области приложимости они наилучшим образом опи
сывают реальность. По его мнению, которое пред
ставляется очень убеди
тельным. аналогичная тенденция прослеживается и
в развитии других наук. Везде мы видим стремление
выделить определенные (
руины устойчивых связей 
действительности и описать их замкнуто
й системой специфических по
нятий, которые и образуют научные теории.
Итак, в науке всегда реализуется интегративная функция.
Теория всегда объединяет огромное м
ногообразие явлений, 
сводя их к небольшому количеству принципов.
Но такое объединение не может быть безграничным. Чем оно ограничено?
Этого априори,
конечно, нельзя сказать. Важно представлять себе, что эти 
(разницы существуют. Они естестве
нно выявляются в процессе развития науки. Об
этом убедительно свидетельствует ее история.
Таким образом, любая научная дисциплина, как бы велики ни были успех
и в интеграции охватываемых ею знан
ий, состоит из нескольких научных областей,
специфика которых 
отображается относительно замкнутыми системами
понятий, представляющих собой теории. Имен
но они объединяю вокруг себя соответствующий 
данной предметной области эмпири
ческий материал.
     ХАРАКТЕР  НАУЧНОГО  ЗНАНИЯ  И  ЕГО  ФУНКЦИИ
Обратим внимание еще
на один очень важный момент, который показывает
несостоятельность представлений о структуре
научного знания, 
основанных на редукционизме.
Несомненно, что важнейшая задача любой научной теории, как 
и вообще науки. — отражать объекти
вную реальность. Но н
аука — это создание человеческого разума
, это плод деятельности человека.
Наука существует не только для того, 
чтобы отражать действительность, но и для того, чтобы 
результаты этого отражения могли быть ис
пользованы людьми.
На науку оказывает влияние определенная форма культуры, в которой она
формируется. Стиль научного мышления
вырабатывается на базе не только со
циальных, но и философских представлении. обобщающ
их развитие как науки, так и всей человеческой практики.
Когда мы говорим о различных областях науки, то очень важно предс
тавлять себе то, что разные науки, вообще
говоря, выполняют разные общественные функции.
Можно ли сказать, что культурные функции истории и физики одинаковы?
Конечно, и физика и история дают нам з
нание о действительности. Но представим себе, что история была бы построена
по образцу физики и давала бы нам теории, подобные
физическим. Тогда целый ряд очень важных функций
истории, которые она сейчас 
выполняет были бы эл
иминированы.
n     История дает нам не только законы развития
общества, но и является для нас источником социальных прецедентов. Нам очень
важно знать не только закономерности истор
ии в целом. закономерности фун
кционирования тех или иных социальны
х структур, но нам важно детальное описа
ние отдельных кои кретных историческ
их моментов.
n     История, будучи наукой, является, 
подобно литературе, той базой, на основани
и которой человек входит в культуру, 
учится жить. Она дает ему систему ж
изненно важных 
прецедентов. Человек сталк
ивается с огромным количеством сложных и 
непредсказу
емых ситуаций, 
и, готовя ею к жиз
ни, мы пытаемся
расширить его социальный 
опыт за счет 
приобщения к истории 
культуры, литературе для того. чтобы он 
пережил — не реально, не в действительности —
огромное множество тех ситуа
ций, с которыми люди 
сталкивались ранее или с которыми они могл
и бы сталкиваться. Как говорил Бисмарк, только
дураки учатся на 
собственных ошибках, а ум
ные учатся на ошибках 
других.
Мы полагаем, что эта (фун
кция истории чрезвычайно важна 
и специфична — тако
й функции у физик
и нет. Эта очень важная функция истории свидетельствует также и о том, 
чью историю не
надо сводить к тому идеалу научности, который су
ществует сейчас в физике.
Тот идеал научности, который мы вид
им в физике, вряд ли в полной мере реализуется
и в других науках. Несомненно, что тенденц
ия реализации этого идеала наблюдается сейчас
во многих науках, и это прогрессивная и эффект
ивная тенденция. Но он
а не безгранична, и
ее границы определяются
как объективным разнообразием действительности, так и спецификой самой науки.
                      Список используемой литературы                      
     1.Введение в философию т.2 М 90г.
     2.Структура научного знания «Философия и методология науки» 
                                                                  М. 94г.