Каталог :: Философия

Реферат: Человек, индивид, личность

        ТАГАНРОГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ РАДИОТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ        
                       Кафедра истории и философии                       
                                 РЕФЕРАТ                                 
                   “Человек, индивид, личность”                   
                                 Таганрог                                 
                                   2000 г.                                   
     
                               СОДЕРЖАНИЕ:                               
                   ПРЕДИСЛОВИЕ. 3                   
     ЧЕЛОВЕК.. 4
     Человек. 4
     Человек и мир. 5
     Человек и космос. 7
     ЛИЧНОСТЬ, ИНДИВИД.. 12
     Понятие личности. 12
     Индивид. 12
     Свобода личности и ответственность. 22
     ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 31
     ЛИТЕРАТУРА.. 32
     

ПРЕДИСЛОВИЕ

Человек не есть машина, поскольку подход к человеку как к машине не объясняет многообразия личности, т. к. сущность машины в единообразии или самотождественности, а главная особенность человека — разнообразие и уникальность. Причем индивидуальность человека является источником множественности образов реальности, в т. ч. представлений о человеческой природе. Существует связь между индивидуальными образами “Я” и культурными образами природы человека: индивид стремится найти (или сконструировать) смысл своего Я, а культура — создать осмысленный образ общественной реальности. Поиск личного смысла заставляет каждого индивида размышлять над вопросом “Кто я?”, что приводит к конструированию образов своего Я, которые оказывают интегративное влияние на все мысли и действия человека. Аналогичным образом формируются представления культуры о природе человека, что обеспечивает постижение соц. действительности и последующее влияние на мысли и действия соц. групп. Эта работа – попытка привести подтверждение такой концепции, опираясь на различные исторические и научные факты, мнения тех или иных выдающихся учёных.

ЧЕЛОВЕК

Человек

Человек – представитель вида Homo sapiens. Многие мыслители и ученые не всегда проводят различия между понятиями “человек”, “индивид” – единичный представитель вида Homo sapiens и “личность” – соц. система, содержание нашего Я, что вполне оправдано при каких-либо частных решениях, но недопустимо при рассмотрении фундаментальных проблем человеческой экзистенции. Так, биологи н медики не обращают внимания на соц. характеристики, гуманитарии упускают из виду, что культурные особенности человека основаны на нейробиологических механизмах человеческого тела. Единство духовной и физической сторон человека может показаться тривиальным в своей очевидности, однако именно в силу своей очевидности нередко недооценивается в ряде современных концепций жизненной среды человека. Относительно развития техногенной цивилизации не делается необходимых выводов из того обстоятельства, что человек, развивая свою культуру, не перестает быть представителем вида Homo sapiens, который связан со своей средой природными и общественными связями, как этническими, экономическими, так и биологическими, физическими, космическими связями. Человек как продукт длительной биологической эволюции, воспроизводящей в информационном аспекте эволюцию нашей Вселенной после Большого взрыва, отражает в себе в закодированном виде последовательность истории нашего Космоса... К тому же, ч. является одновременно и продуктом соц. эволюции. Российские исследователи В.П. Казначеев и Е.А. Спирин рекомендуют проводить комплексное изучение Homo sapiens, опираясь на представление о человеке как целостном космопланетарном явлении. Согласно такому подходу, в течение длительного времени эволюции формирование биологических черт происходило во взаимодействии с культурой, а этнических, религиозных и иных обычаев – во взаимодействии с природной средой. Социальное не противостоит физическому, космическому и биологическому, ибо от рождения человек имеет телесную организацию, которая содержит в себе возможности ее универсального социально-деятельного развития. Поскольку природа человека инвариантна, то общество не может формировать заново в каждом поколении и в каждом человеке человеческую природу. Оно вышивает по канве (человек как сжатая Вселенная) социальный узор (личность, которая представляет собой микрокосм социума) в зависимости от набора ценностей. Человек – прежде всего пластичное существо, несущее в себе следы космофизической, биогенетической и социокультурной эволюции.

Человек и мир

Философские картины мира очень многообразны, однако все они строятся вокруг отношения мир - человек. Впрочем, вполне приемлема и инверсия: человек -мир. Собственно на этом различении строятся две ведущие линии в философском знании, которые можно условно назвать объективистской и субъективистской. Объективистские концепции, независимо от того, являются они материалистическими или идеалистическими, отдают приоритет миру, полагая, что он так или иначе объективен, т. е. не зависит в своем существовании и качествах от желаний субъектов и человеческого способа видения. Истина для всех едина: для людей, богов, демонов и любых разумных существ. Если к нам прилетит сороконожка с Юпитера, у которой уши на ногах, а видит она исключительно в инфракрасной части спектра, истины и законы логики будут для псе те же, что и для нас, так как они отражают объективные характеристики действительности (или, напротив, эмпирическая' действительность есть выражение объективных логических законов). Объективистские философские концепции полагают, что мы все можем и должны находить общие позиции по вопросу о качествах действительности и своем месте в ней, а те, кто упрямствует в отстаивании особой позиции – просто заблуждается, впадает в иллюзию. Яркими примерами объективистских концепций были философия Гегеля и Маркса. Учения этого типа очень высоко ценят роль познания в жизни людей, так как считают, что рациональное знание непосредственно связывает нас с истиной и показывает мир таким, как он есть. Противоположностью объективизма является субъективизм, когда мир, общий для всех живущих субъектов, заменяется на множество “мирков”. Я – сам себе Вселенная, я вижу действительность исключительно со своей точки зрения, пребыванию в своих ситуациях, и безмерно одинок, потому что никто нс может разделить со мной моего индивидуального мира, становящегося тюрьмой. Вся иная действительность преломляется через мое уникальное “я”, потому, вообще-то, трудно сказать, есть ли что-нибудь объективное. Все зависит от меня, и мир как бы сплавляется со мной, становится моей проекцией, результатом моей активности. Границы между “я” и миром размываются при доминировании личностного начала. Ярким примером субъективизма такого рода выступает философия Ж. П. Сартра, который считает, что человек, не но своей воле “заброшенный в бытие” – полностью свободен. Общих истин и общих правил нет. Каждый проходит через жизнь па свой страх и риск, делая, все что пожелает, и отвечая только перед самим собой. Поддаться общим истинам и взглядам – значит предать самого себя. Огромное “пространство” между двумя крайними полюсами и составляет поле философского поиска. Собственно, важнейшей философской проблемой является вопрос: что в мире - от пас, и что - от самого мира7 Что от субъективности и что от объективности? Что зависит от человека и что не зависит? Как в старой молитве: “Господи, дай мне понять, что я могу изменить, дай мне понять, чего я изменить не могу, и научи отличать первое от второго!” Философия уже две с половиной тысячи лет пытается отличать, хотя ее поиски не всегда успешны. Философы, желая понять мир, одновременно стараются разобраться в том, возможно ли вообще его постижение и как именно оно возможно? Можем ли мы получать истинные объективные знания или всякая паша обращенность к миру есть взгляд через искажающие очки потребностей и пристрастий? Великий философ XVIII в. Иммануил Кант выдвинул идею о том, что пространство и время, через которые мы воспринимаем действительность, есть лишь способ нашего человеческого видения, и каков мир “сам по себе” -совершенно неизвестно. “Ну и не надо нам этого знать!” –сказали впоследствии философы-прагматисты, - главное – получать практические результаты, а что там на самом деле, совсем не важно!” Однако другие философы не согласились с таким отказом от познания, и решили, если уж и не пробиваться к реальности “самой по себе”, то по крайней мере, выработать единую точку зрения на то, каким мир для нас представляется. В западной философии в наши дни доминируют и спорят между собой два основных подхода. Согласно первому, никаких общих точек зрения на мир и судьбы человека вообще быть не может. Каждый человек и каждый философ “варятся в собственном соку” и не имеют выхода к своим братьям по разуму. В соответствии со вторым, возможно взаимопонимание между людьми, а, значит, в формирование единых, общезначимых представлений о том, что являют собой мир и человек. Как бы то ни было, философы всегда общаются между собой, с другими людьми и ищут общий язык, общие ракурсы видения, несмотря на то, что “субъективных миров” действительно много, н они порой довольно далеко отстоят друг от друга. Чтобы не впадать в крайности, можно сказать, что мир, в котором протекает наша жизнь- это сплав субъективного н объективного, того, что зависит, ii того, что вовсе не зависит от нас, и эта сложная диалектика каждый раз конкретно рассматривается философией на новом уровне и в новой исторической обстановке. При этом философы обсуждают проблему мира н человека на понятийном языке и никогда ничего не берут просто на веру. Их дело – во всем сомневаться, все подвергать строгому критическому анализу и никогда не останавливаться на достигнутом уровне знания. В этом философия противоположна религии, стремящейся точно воспроизводить древний канон. Философская картина мира – это картина, бесконечно рисуемая пытливым интеллектом, включающая сложное переплетение человеческого и внечелопеческого, материального н духовного, минутного и вечного.

Человек и космос

Космос – понятие, впервые введенное Пифагором для обозначения упорядоченного единства мира, в противоположность Хаосу. Главным свойством Космоса считалась гармония сфер. В истории философской мысли использование понятия Космоса вело либо к признанию роли творца (демиурга), либо к обожествлению самого Космоса в духе пантеизма или космотеизма. С развитием космонавтики понятие Космоса стало соизмеряться с освоенной человечеством частью солнечной системы и Вселенной. Соотношение человека и Космоса в истории философской мысли понималось по- разному. Со времен Птолемея доминировали геоцентризм и антропоцентризм, сменившиеся в XVII в. космоцентризмом. Человек, особенно, в XX в. никак не может считать себя целью Вселенной, но, с другой стороны, он не может смириться с ролью ничтожной плесени на втростепеипой планете, вращающейся вокруг рядовой звезды, коих мириады. Сознание человека способно охватить эти грандиозные просторы п уразуметь парадоксальность времени. Более того, сформулирован так называемый антропогеиньш принцип, согласно которому ритмы Вселенной ii человека, а также размеренность функционирования этих систем близки или совпадают. Вселенная как бы устроена для того, чтобы человек мог ее осмыслить н освоить. Об этом же говорят в синергетике: человек рассматривается как мощный фактор эволюции Вселенной, где нарастают процессы нестабильности (И. Пригожин). Отсюда вытекает вывод, что многие моральные нормы, выработанные для регуляции межчеловеческих отношений, должны столь же неукоснительно применяться во взаимоотношениях человека с природой п Космосом. Иными словами, если Вселенная “сделала” все, чтобы человек мог появиться н эволюционировать, то ему надо со своей стороны сделать все, чтобы сохранить Космос, а также попытаться познать его закономерности. Речь идет о так называемой космической этике, определенных правилах поведения человека при освоении космического пространства, а также при возможной встрече с представителями внеземных цивилизаций. Еще две с половиной тысячи лет назад Пифагор и Платон учили о числе как основе Космоса н об эйдосе как своеобразном духовном алгоритме, на основе которого строится физическая реальность. Человек действительно микрокосмос, встроенный в структуру макрокосмоса н имеющий дар свободы выбора своего поведения. Очевидно, что одной из главных проблем формирования сознания личности человека рубежа XX – XXI в. является самоопределение по отношению к космосу н природе. В концепции этногенеза, развитой в трудах Л. Гумилева, основополагающий фактор, определяющий судьбы народов, находится в космосе, н именно он формирует “пассионарность” людей как способность к аккумуляции космической энергии и “заражения” ею больших масс населения. Вряд ли правомерно считать этнос “явлением природы”, умаляя тем самым роль специфической ментальное™, но сама идея космического (не в физикалистском смысле) генезиса человека плодотворна. В философском смысле мир в этом отношении предстает как “свое” для человека, в то время. как противоположная установка считает мир “чужим”. Чтобы разобраться в этих вопросах, необходимо детализировать понятие космоса п обратиться к проблемам философского осмысления природы. Термин “природа” многозначен. Еще с античных времен природа трактовалась как происхождение вещи (генезис) н элементарная субстанция, сущность вещи. В широком смысле слова под природой понимается все сущее или, как говорили в России, мир божий. В узком смысле природа - то, что породило п окружает человека, служит для него объектом познания. Взаимоотношения природы и общества – вечная и всегда актуальная проблема философии п всего гуманитарного знания. Как соотносится человечество с живой п неживой сферами планеты, могут ли они п дальше сосуществовать и развиваться – это сейчас самые острые проблемы, затрагивающие экономику, политику, мораль, искусство, религию и т. д. Еще в 1808 г. французский ученый Э. Реклю ввел понятие “биосфера” для обозначения “живой” оболочки Земли, слоя животных н растений. В 20-е гг. XX столетия наш соотечественник В. И. Вернадский разработал фундаментальную концепцию биосферы н ввел понятие “ноосферы”, т. е. сферы разума, преобразующего планету. Уже в конце XIX в. появились первые грозные признаки ухудшения качества биосферы, вследствие развития техногенной цивилизаций н установки па “покорение” природы. Смог над крупными европейскими городами, вырубка лесов и наступление пустынь, истощение почвы и русла многих рек, снижение количества рыбы и диких зверей – все это волновало людей уже в начале XX в. Чтобы понять суть взаимоотношений человечества с природой, следует, прежде всего, отказаться от взгляда па природу как па простой источник сырья для развития материального производства. Жизнь человека (п общества) – это составная часть глобального биогеохимического процесса и кругооборота веществ. Человечество давно уже превратилось в мощную бпогеохнмнчсскую силу. Считается, что современное человечество в этом смысле эффективнее остального живого мира примерно в две тысячи раз. По сути дела, планета и ее живая оболочка (включая человечество) – единая система, подчиняющаяся ритмике солнечной активности н других космических воздействий. Осознание этого единства пришло не сразу, равно как и осознание общих судеб всего человечества. В том же XIX к. немецкий зоолог. Э. Геккель ввел в научный оборот термин “экология”, – что означало “все внешнее” н относилось к изучению явлении, оказывающихся внешними по отношению к человеческому телу, – т. е. к изучению окружения человека. По словам Геккеля, под экологией понимается изучение взаимосвязи организма с совокупностью как органических, так и неорганических условий его жизни. Они включают в себя прежде всего его активные н подчиненные отношения с теми животными и растениями, с которыми он входит в прямой или косвенный контакт,– короче говоря, экология есть изучение всего комплекса взаимосвязей. Особенность нашего времени состоит еще и в том, что большинство этих проблем приняло глобальный, т. е. общепланетарный характер, давно вышли за рамки государственных границ и материков и представляют собой общечеловеческую задачу. Особое внимание мировой общественности эти проблемы привлекли после второй мировой войны. В 50-60-е гг. появилось множество публикаций и докладов международных сообществ (Римский клуб и др.), которые зафиксировали нарастающую тревогу человечества. Международный опрос, проведенный в 22 крупнейших странах мира в 1922 г. констатировал, что планета нездорова п природная среда нуждается в принятии срочных мер. Говоря об истоках кризиса, нужно обозначить два типа мировоззренческой установки в отношении природы. В соответствии с первым, восходящим .к религиозному сознанию, природа считается божьим творением, что предполагает развитие благоговейного отношения к ней. Этим определяются границы вмешательства человека в природу, ибо никто не вправе посягать на “промысел божий”, устроивший Небо и Землю. Что касается другого типа, то выступает гигантским её естественным механизмом, который необходимо приспособить к человеку для решения его жизненных проблем. Природа при этом не имеет этического статуса, она “не храм, а мастерская, а человек в ней работник”. Такой подход служит теоретическим обоснованием для всевозможных проектов “покорения” природы, поворотов русла рек, возведению гигантских плотин и т. д. Разумеется, в данном случае предусматриваются природоохранные мероприятия, но только в целях сохранения ресурсов. Учение о природе принимает строго научную форму и эти проблемы призваны решать специалисты. Формирование экологической культуры мыслится как феномен рациональности, когда миллионы людей, осознав опасность, изменяют свое поведение. Разрыв этих двух способов восприятия мира достиг остроты еще в конце XIX - начале XX вв., когда оппозиция “человек-машина” начинает звучать в поэзии и музыке. Победа “стальной конницы” (С. Есенин) над живыми конями означает утрату чего-то необычно ценного, не сводимого к рамкам полезности. Машинная цивилизация наступала н? природу и тем самым изменяла весь строй мысли людей, уклад их жизни и духовные ценности. Возникла ситуация прочного круга: стремление к удобствам, комфорту и удовольствиям порождало все новые н новые достижения научно-технической мысли, а с другой стороны, все более активно заявлял о себе складывающийся военно-промышленный комплекс. Это порождало массу проблем экологического характера, которые могли быть решены опять-таки только техническими средствами. Реши эти проблемы, цивилизация порождает новые, гораздо более масштабные, что приводит к ситуации “дурной бесконечности” (Гегель). Так господствующая система ценностей, направленная на удовлетворение потребности “иметь” как можно больше, пошла в глубочайший конфликт с другой, гораздо более фундаментальной потребностью человека – “быть”, т. е. жить и развиваться вне жесткой зависимости от того, что он имеет. Последнее обеспечивается системой моральных религиозных и эстетических ценностей, которые в определенный момент как бы выходят на поверхность н начинают превалировать над сугубо материальными интересами. Следовательно, суть экологического кризиса лежит в фундаментальном слое личности человека и его потребностей, что объясняет в определенной степени психологическую неготовность миллионов людей осознать эту опасность. Ситуация напоминает известный эксперимент с лягушками. Если кастрюлю с холодной водой, где находится лягушка, медленно нагревать, то лягушка расслабится, а когда вода станет горячей, у нее не будет сил, чтобы выпрыгнуть. Но если такую же лягушку сразу бросить в кастрюлю с горячей водой, она, разом напрягшись, сможет выпрыгнуть. Человечество находится в положении первой лягушки, постепенно привыкая к опасным загрязнениям окружающей среды и убаюкивая себя относительным комфортом, который несет с собой техногенная цивилизация. Выход видится только с выработке общечеловеческого экологического императива деятельности на основе концепции коэсолюцпп (т. е. совместной, согласованной эволюции) природы и человечества. Суть экологического императива состоит в международном признании “запретной черты” для технологических экспериментов, переступать которую человечество не имеет права ни при каких обстоятельствах. Пример такой черты уже есть – запрет ядерной войны, да и вообще исключение насилия как способа решения международных конфликтов. Нарушители этого императива независимо от того, какие цели они преследуют, должны рассматриваться как совершившие преступление перед человечеством. Целью внедрения экологического императива в сознание человечества является достижение коэволюцни Природы и Разума человека. Это поистине историческая задача, ибо только ее решение способно обеспечить выживание человека как биологического вида и переход в состояние ноосферы. Человек станет ответственным за развитие биосферы и общества, научится направлять это развитие. Для этого необходимо коренное изменение характера и типа мышления сотен миллионов людей на всей планете, отказ от идеи примитивного антропоцентризма, когда человеческие потребности могли удовлетворяться за счет бесконечного расширения масштабов использования природы. Темпы развития технико-технологической грани цивилизации оказались гораздо выше, чем естественная эволюция биосферы н самосознание человека. Образно говоря, руки человечества опередили его мозг н природу. Гармонизация этих отношений на основе международных программ – задача номер один. В свое время Ф. М. Достоевский рассматривал историю человечества как путь от неосознанного “быть”, через осознанное “иметь” к осознанному “быть”. Разумеется, здесь нет, да и не может быть никаких гарантий, ибо хитрость Разума и ирония Истории всегда будут спутниками человечества. Наивно было бы в очередной раз уповать на грядущий золотой век. Среди людей всегда будут “правильные” и “неправильные”, идущие в стаде и своим, особым путем. Речь не может идти о выведении особой породы “нового человека”, который разом преодолеет все несовершенства мира, решит все глобальные проблемы н т. д. Размышляя над современностью н будущим, приходится все чаще вспоминать слова Фауста, сказавшего перед смертью, что жизнь и свободу заслуживает лишь тог, кто “вседневно н ежегодно” живет “трудясь, борясь, опасностью шутя”. В этом бесконечном движении рождаются мудрость и радость – вечные спутники философствования.

ЛИЧНОСТЬ, ИНДИВИД

Понятие личности

Понятие личности относится к числу сложнейших в человекознании. В русском языке издавна употребляется термин “лик” для характеристики изображения лица на иконе. В европейских языках слово “личность” восходит к латинскому понятию “персона”, что означало маску актера в театре, социальную роль и человека как некое целостное существо, особенно в юридическом смысле. Раб не рассматривался как персона, для этого надо быть свободным человеком. Выражение “потерять лицо”, которое есть во многих языках, означает утрату своего места н статуса в определенной иерархии. Нужно отметить, что в восточных языках (китайском, японском) понятие личности связывается не только н не столько с лицом человека, но и со всем телом. В европейской традиции лицо рассматривается в оппозиции с телом, так как лицо символизирует душу человека, а для китайского мышления характерно понятие “жизненность, куда входят н телесные н духовные качества индивида. Как в восточном, так н в западном мышлении сохранение своего “лица”, т. е. личности – это категорический императив человеческого достоинства, без чего наша цивилизация потеряла бы право называться человеческой. В конце XX века это стало подлинной проблемой для сотен миллионов людей, ввиду тяжести социальных конфликтов и глобальных проблем человечества, которые могут стереть человека с лица Земли. Интересно отметить, что латинский термин “homo” восходит к понятию “гумуса” (почвы, праха), из которого произведен человек, а в европейских языках “man” производится от “manus” (рука). В русском языке слово “человек” имеет корень “чело”, т. е. лоб, верхняя часть человеческого существа, приближающая его к Творцу. Следовательно, даже этимологически личностные характеристики человека несут разную смысловую нагрузку в зависимости от той или иной культуры и цивилизации

Индивид

Первым понятием, с которого следует начинать изучение проблемы личности, является “индивид”. Дословно оно означает неделимую дальше частицу какого-то целого. Этот своеобразный “социальный атом”, отдельный человек рассматривается не только как единичный представитель рода человеческого, но и как член какой-то социальной группы. Это самая простая н абстрактная, характеристика человека, говорящая лишь о том, что он отделен (прежде всего телесно) от других индивидов. Отдаленность не составляет его существенную характеристику, ибо отделены друг от друга н в этом смысле “индивндны” все объекты во Вселенной. В истории философии и социально-политической мысли известен индивидуализм – фнлософско-этнческая концепция, утверждающая приоритет личности перед любой формой социальной общности, исходящая из представлений об атомарности индивида. Человек в различных вариантах индивидуализма понимается как противостоящий миру в целом, а его сознание – как единственная реальность, что логически ведет к субъективизму н солипсизму. Исторически индивидуализм возник в классовом обществе, преодолевающем нормы родовой общности н делающем человека самоцелью развития. В этом смысле индивидуализм был противоположностью коллективизму и особенно псевдоколлектнвнстскнм концепциям казарменного коммунизма. Гораздо более содержателен другой термин “индивидуальностью, обозначающий уникальность н неповторимость человека во всем богатстве его личностных качеств и свойств. Человек выступает сначала как особь, “случайный индивид” (Маркс), потом как социальный индивид, персонифицированная социальная группа (сословный индивид) н затем как личность. В последней своей ипостаси человек как бы вбирает в себя все многообразие социальных связей н отношений. “...Сущность “особой личности”,– писал К. Маркс,– составляет не ее борода, не ее кровь, не ее абстрактная физическая природа, а ее социальны качество...” Вместе с тем, свойства личности не сводятся к ее индивидуальным особенностям. Личность тем значительнее, чем больше в ее индивидуальном преломлении представлено всеобщих, общечеловеческих характеристик. Индивидуальные свойства личности – это не одно и то же, что личностные свойства индивида, т. е. свойства, характеризующие его как личность. Индивидуальность – не просто “атомарность” человека, скорее характеристика его единичности н своеобразия, выводящего за рамки этой единичности. Иначе индивидуальность человека не отличалась бы от индивидуальности, скажем стула или стола. Это не является “заслугой” человека и “самость” не является нашей собственностью. Как хорошо сказал современный немецкий философ 10. Хабер-мае, “моя концепция меня самого” имеет смысл лишь тогда, когда человек признается и как вообще личность, и как именно эта индивидуальная личность. С другой стороны, не менее справедливо утверждение, что человек есть множественность и у него, как считает, например, Г. И. Гурджнев, “нет индивидуальности... нет единого большого “Я”. Человек разделен на множество малых “я”. Современный еврейский религиозный мыслитель Мартин Бубер говорит так: “Личность видит самое себя. Индивидуальность занята своим мое: мой характер, моя раса, мое творчество, мой гений”. Стало быть, для личности характерно утверждение: “я есть”, а для индивидуальности - “я такова”. Наверно прав и Оскар Уайльд, утверждавший, что душа человека непознаваема: “Ты сам – последняя из всех тайн”. Чтобы разобраться в этих вопросах, необходимо обратиться к проблеме генезиса; происхождения личностных особенностей человека. Прежде всего возникает вопрос - когда рождается личность, что этому способствует или препятствует? Очевидно, что к новорожденному ребенку термин “личность” не приложим, хотя все люди появляются на свет как индивиды (за исключением так называемых сиамских близнецов) и как индивидуальности. Под последним понимается то, что в каждом новорожденном ребенке уникально неповторимым образом запечатлена как в генотипе, так и в фенотипе вся его предыстория. Это относится и к врожденным особенностям биохимических реакций, физиологических параметров, готовности мозга к восприятию внешнего мира и т. д. При рождении, все дети не только разные, но и уникальные, ибо даже однояйцевые близнецы различаются по ряду существенных признаков. Получение генетической копии - двойника человека – в принципе, видимо, возможно уже к концу XX в., но потребует еще огромных усилий специалистов по генной инженерии и биотехнологии н вызовет массу сложнейших этических проблем. В последние годы большое внимание уделяется так называемой пренатальной общности, т. е. формированию особых отношений между матерью и плодом. Пренатальная общность ограничена во времени зачатием н рождением н включает в себя все связи н отношения с миром, реальные н воображаемые, в которых находится женщина, ожидающая ребенка. Следует отметить, что границы препатальпого возраста (зачатие – рождение) задаются существующей культурой и не являются раз и навсегда жестко определенными. В восточных цивилизациях считается, что “присутствие” человека в мире начинается еще за год до его зачатия. Как предполагается, плод предпочтительнее и быстрее осваивает те воздействия, которые обращены непосредственно к нему. Мать, субъективно обособляя ребенка, вступая в отношения с ним как с Другим, соединяет его с миром, готовит предпосылки для его связей с будущей средой. На втором месяце внутриутробной жизни развивается центральная (ЦНС) и периферическая нервная система, полуторамесячный эмбрион реагирует на боль, отстраняется от света, направленного на живот матери, прикосновения к подошвам, в шесть-семь недель возникает орган вкуса (позднее он начинает ощущать вкус и запах околоплодных вод). Пятимесячный эмбрион слышит громкие крики, “пугается”, “сердится”, “грозит”, реагирует на слова и ласки, изменяет поведение в зависимости от настроения матери. С шести месяцев, согласно Верни, берет свой отсчет интеллектуальная и эмоциональная жизнь ребенка. Его поведение в этот период изменяется в ответ на голос матери н отца, эмбрион способен увязать свое поведение со знакомым голосом, способен даже к опережающему отражению в своем поведении; он “знает”, какие движения вызовут чувство удовольствия, какие – неудовольствия. Иными словами, многие предпосылки личностного развития .закладываются еще во внутриутробном периоде, что требует соответствующего осмысления в рамках определенного мировоззрения. “Кризис рождения” имеет не только физиологическое значение, но во многом определяет параметры психической деятельности взрослого человека. Первый крик – это крик “пет”!, подчеркивают современные специалисты, это отказ от того, что называют жизнью. Отражение насильственной, обижающей, репрессивной по своей природе обстановки рождения человека исследовал С. Грофф. Он систематизировал и обобщил эмбриональные переживания пациентов, находящихся в измененном состоянии сознания, и на этой основе разработал методику “второго рождения”. В плане личностного самоопределения человека важно подчеркнуть, что человек приходит в жизнь с опытом рождения, а к рождению с опытом пренатальной общности. Более того, последние данные науки по поводу специфики генома человека говорят о том, что мы находимся в глубочайшем родстве с живой н неживой природой и в этом смысле предпосылки личности каждого во многом определяются природным основанием человека. Итак, новорожденный уже выраженная, яркая индивидуальность, и каждый день его жизни увеличивает потребность в многообразных реакциях на окружающий мир. Психологи сравнивают ребенка первого года жизни с петухом, ибо плач и крик для пего единственно доступные способы дать знать о своих неудовлетворенных потребностях, единственные способы самовыражения. Буквально с первых дней жизни, с первых кормлений, пеленаний и т. д. формируется свой, особый стиль поведения ребенка, так хорошо узнаваемый матерью и близкими. Индивидуальность ребенка нарастает к двух-трехлетнему возрасту, который сравнивают с обезьяной по интересу к миру и освоению собственного “я”. Именно в этом периоде проявляются первые черты личностного поведения, во многом обусловленные тем, что ребенок попадает в ситуации свободного выбора. В этом возрасте все дети необычайно талантливы и любознательны, н если окружающие способствуют развитию этих качеств, становление личности идет гармонично. Большое значение для дальнейшей судьбы имеют особые “критические” моменты, во время которых происходит запечатлевание ярких впечатлений внешней среды, что потом во многом определяет поведение человека. Они носят название импрессннга и могут быть очень разными, например, музыкальной пьесой, потрясшей душу историей, картиной какого-то события или внешним видом человека. Дальнейшее развитие личности связано с “прохождением” других возрастных периодов и, с другой стороны, - с особенностями развития девочек и мальчиков, девушек н юношей. Возраст, пол, профессия, круг общения, эпоха – все это формирует личность. На жизненном пути неизбежны и взлеты – как правило, в юности н в возрасте 30–40 лет н застои (25-30 лет, 40-45 лет). Рубежами в жизни человека становятся отрыв от родительской семьи, создание собственной семьи, рождение детей н т. д. Английский поэт XVIII в. Вордсворт сказал так: “Ребенок – отец мужчины”. В этом парадоксе хорошо выражена глубокая мысль – человека делает личностью прежде всего забота о другом человеке, о ребенке, любимой или любимом. Недаром среди рецептов долгой и счастливой жизни ведущее место занимает чувство любви к людям и миру. Становление личности происходит в процессе усвоения людьми опыта и ценностных ориентации данного общества, что называют социализацией. Человек учится выполнять особые социальные роли, т. е. учится вести себя в соответствии с ролью ребенка, студента, служащего, супруга, родителя и т. д. Все они имеют выраженный культурный контекст и, в частности, значительно зависят от стереотипа мышления. Можно сказать так: личностью становится практически каждый человек в процессе развития своей индивидуальности в данной конкретно- исторической обстановке. Если нет тяжелых врожденных дефектов развития головного мозга, последствий родовой травмы или заболевания, то становление личности - итог взаимодействия человека н общества. В течение жизни человек может в той или иной степени утратить личностные черты вследствие развития хронического алкоголизма, наркомании, тяжелых заболеваний ЦНС н т. п. В принципе личность может “умереть” в еще живом человеке, что говорит о сложной внутренней структуре этого феномена. Выделяют, прежде всего, так называемую физическую личность или физическое Я. Это тело, или телесная организация человека, самый устойчивый компонент личности, основанный на телесных свойствах н самоощущениях. Тело не только первый “предмет” для познания, но н обязательный компонент личностного мира человека, как помогающее, так и мешающее в процессах общения. К физической личности могут быть отнесены также одежда н домашний очаг. Известно, что многое о человеке можно сказать по данным элементам. Это же относится н к произведениям ручного или интеллектуального труда человека – украшениям его быта, коллекциям, рукописям, письмам и т. д. Защита себя, своего тела, своей идентичности, равно как н своего ближайшего окружения, относится к числу древнейших личностных качеств человека и в истории общества, и в истории индивида. Как сказал Г. Гейне: каждый человек есть “целый мир, рождающийся и умирающий вместе с ним...” Социальная личность складывается в общении людей, начиная с первичных форм общения матери с ребенком. По сути дела она предстает как система социальных ролей человека, в разных группах, мнением которых он дорожит. Все формы самоутверждения в профессии, общественной деятельности, дружбе, любви, соперничестве н т. д. формируют социальную структуру личности. Психологи отмечают, что довольство или недовольство собой всецело определяется дробью, в которой числитель выражает наш действительный успех, а знаменатель – наши притязания. При увеличении числителя и уменьшении знаменателя дробь будет возрастать. Т. Карлейль по этому поводу говорил: “Приравняй твои притязания к нулю и целый мир будет у ног твоих”. Этот принцип культивировали также античные философы – стоики и сторонники ряда восточных философских систем. Духовная личность составляет тот невидимый стержень, ядро нашего “я”, на котором держится все. Это внутренние душевные состояния, отражающие устремленность к определенным духовным ценностям и идеалам. Они могут н не осознаваться во всей полноте, но так или иначе забота о “душе” является квинтэссенцией личностного развития. Рано или поздно каждый человек, хотя бы в отдельные моменты жизни начинает задумываться над смыслом своего существования и духовного развития. Духовность человека не является чем-то внешним, ее нельзя приобрести путем образования или подражания даже лучшим примерам. Зачастую она не только “держит” личность, подобно стержню, но н является высшим благом, верховной ценностью, во имя которой иногда жертвуют жизнью. Потребность в духовном развитии личности в полном смысле слова ненасыщаема, чего нельзя сказать о физических и социальных потребностях. В знаменитом выражении Б. Паскаля о человеке как “мыслящем тростнике” подчеркивается сила духа, даже при самых суровых условиях бытия. Более того, история дает массу примеров того, как интенсивная духовная жизнь (мудрецов, ученых, деятелей литературы и искусства, религиозных подвижников) была залогом не только физического выживания, но н активного долголетия. Люди, сохраняющие свой духовный мир, как правило, выживали и в условиях каторг н концлагерей, что еще раз подтвердил горький опыт XX в. Выделение физической, социальной и духовной личности (так же как и соответствующих потребностей) носит достаточно условный характер. Все эти стороны личности образуют систему, каждый из элементов которой может на разных этапах жизни человека приобретать доминирующее значение. Известны, скажем, периоды усиленной заботы о своем теле и его функциях, этапы расширения н обогащения социальных связей, пики мощной духовной активности. Так или иначе, но какая-то черта принимает снстемообразующий характер и во многом определяет сущность личности на данном этапе ее развития. Вместе с тем, возраст, тяжелые испытания, болезни и пр. могут во многом изменить структуру личности, привести к своеобразному ее “расщеплению” или деградации. Выделяют несколько крупных социальных типов личности, которые прослеживаются на всем историческом пути развития человечества. Первый тип – “деятели” – охотники и рыболовы, воины и ремесленники, земледельцы и рабочие, инженеры и геологи, медики и педагоги и менеджеры и т. д. Для таких личностей главное – активное действие, изменение мира и других людей, включая и самого себя. Они “горят” на работе, находя в этом высшее удовлетворение, даже если ее плоды и не столь заметны. Бурный рост капитализма привел к культивированию именно такой личности – активной, знающей себе цену, обладающей чувством собственного достоинства и осознающей меру своей ответственности за себя, свою семью, свой народ. Потребность в таких личностях была всегда острой. Еще евангелист Лука приводил слова Христа: “Жатвы много, а делателей мало”. Второй тип - мыслители. Это люди, которые, по словам Пифагора, приходят в мир не для того, чтобы соревноваться и торговать (как на Олимпийский играх), а смотреть и размышлять. Образ мудреца, мыслителя, воплощавшего в себе традиции рода и его историческую память (летописание) всегда пользовался огромным авторитетом. Недаром многие великие мудрецы и пророки: Будда и Заратустра, Моисей и Пифагор, Соломон и Лао-Цзы, Конфуций и Махавнра Джина, Христос и Мухамед считались либо посланцами богов, либо обожествлялись сами. Размышление о мире всегда требует определенного днстанцироваиия, удаления из гущи событий. Поэтому мыслители оттачивают свое единственное оружие – слово, Логос, которым они, говоря словами поэта “жгут сердца людей”. Еще с библейских времен известно, что “никакой пророк не принимается в своем Отечестве”. Трагичны судьбы многих выдающихся мыслителей прошлого и настоящего, но эти “маяки” человечества всегда будут 'вечно живыми для современников и потомков. Третий тип – люди чувств и эмоций, которые остро чувствуют, как “трещина мира” (Г. Гейне) проходит через их сердца. Прежде всего, это деятели литературы и искусства, гениальные прозрения которых зачастую опережают самые смелые научные прогнозы и прорицания мудрецов. Известно, что поэт А. Белый еще в 1921 г. написал стихи, где упоминалась атомная бомба, а его великий современник А. Блок слышал “музыку” революций задолго до ее начала. Таких примеров немало н они говорят о том, что мощь интуиции великих поэтов н художников граничит с чудом. Четвертый тип - гуманисты и подвижники, отличающиеся обостренным чувством ощущения душевного состояния другого человека, как бы “вчувствуются” в него, облегчая душевное и телесное страдание. Их сила - в вере в свое предназначение, в любви к людям и всему живому, в активном деянии. Они сделали делом своей жизни милосердие. А. Швейцер н Ф. П. Гааз, А. Дюиан н Мать Тереза, тысячи их последователен в истории н нашей действительности – живые примеры служения людям, независимо от их расы, нации, возраста, пола, состояния, вероисповедания и других признаков. Евангельская заповедь: “Люби ближнего твоего, как самого себя” находит в их деятельности непосредственное воплощение. “Спешите делать добро”, - этот жизненный девиз русского врача- гуманиста XIX в. Ф. П. Гааза символизирует стержень таких личностей. В основных культурах и цивилизациях Земли сложились определенные типы личностей, отражающие особенности Востока и Запада. Так, если сравнить европейский канон личности, отражающий идеал цивилизаций Запада с японским, как моделью культур Востока, то очевидны существенные различия. В европейской модели личность понимается как определенная целостность, которая сходным образом действует в разных ситуациях, сохраняя свой основной “стержень”. Становление личности шло через этапы сознания чувств страха и стыда (античное общество), любви к Богу, греховности человека н корпаратнвной морали (феодальный мир) н, наконец, утверждения самоценности человеческой индивидуальности и появления феномена отчуждения в Новое время. Для японцев более характерно восприятие личности и ее поступков как совокупности нескольких “кругов обязанностей” – по отношению к императору, родителям, друзьям, самому себе и т. д. Для каждой сферы есть свой “кодекс” поведения. Личность здесь не автономна и самоценна, и реализуется лишь в связи с какой- то общностью. Европеец предстает как “твердая личность”, напоминающая яйцо в скорлупе, в то время как японец более озабочен сохранением своей “мягкой” идентичности, установлением и поддержанием связей с окружающими. Особенности восприятия личности в разных культурах определяются еще и количеством слов (лексических единиц) для выражения индивидуальных черт личности. Так, в русском языке их около двух тысяч, в немецком четыре тысячи, а в английском до семнадцати тысяч. Наконец, существующие мировые религии выработали свой нормативный идеал личности, который отражает сущность н догматический стержень каждой религии. Так, христианский идеал личности в основе своей имеет любовь к Богу и любовь к ближнему, что неразрывно связано. Чем ближе человек к Богу, тем ближе он н к другим людям. Личностное развитие понимается как расцвет всех талантов, данных человеку Богом и, в то же время, постоянное приготовление к жизни вечной, осознание своей греховности и спасительной миссии Христа. Подлинность обретается личностью в душевном и духовном бытии, когда человек судит н оценивает сам себя, ориентируясь на высшую реальность, на Бога. Как сказал русский религиозный мыслитель С. Л. Франк: “Тайна личности как индивидуальности состоит, таким образом, именно в том, что в ней, именно в ее глубочайшей, определяющей ее существо особенности, получает выражение общезначимое – общая всем людям, всех одинаково затрагивающая всеобъемлющая бесконечность трансцендентного духовного бытия”. Таким образом, в основе христианского учения о личности лежит представление о совпадении всеобщего (Бога) с индивидуальным (человеком), что содержится в тайне феномена Богочеловека (Христа). Именно в личности Христа, в тайне соединения в нем двух природ - божественной н человеческой - содержится сущность христианского понимания личности человека. Путь стяжания благодати представляется кардинальным направлением жизни человека. Важно подчеркнуть, что в отличие от других религии, христианство сугубо персоналистичио, а не концептуалистичио. Главное – личность Христа н основанная им Церковь как соединение верующих в единое тело, главой которой является он Сам. Если говорить об особенностях христианского миропонимания как основы нравственного поведения личности, главный отличительный признак личности – любовь не к тем, кто любит ее, а любовь к врагам. Основатель христианства так выразил эту мысль: “Заповедь новую даю вам, да любите друг друга, как Я возлюбил вас” (т. е. до распятия на кресте). Богатство н неповторимость личности христианства возрастают при движении его к Богу, а путь в обратном направлении чреват безликостью. В исламской модели личности главное – строгое н безукоризненное выполнение воли Аллаха. Права Бога рассматриваются шариатом как основные н предшествующие всем остальным. Мусульманин должен исповедовать абсолютное единобожие, веру в Пророка Мухаммеда; повиноваться Аллаху и поклоняться ему. Все это нужно выполнять, прежде всего, за счет других личных прав и обязанностей. Однако ислам настаивает на сбалансированности и умеренности, по принципу, что личность должна нести меньшие потери, дабы избежать больших потерь. В частности, ислам запрещает бессмысленное кровопролитие и призывает бороться только с теми, кто сам поднялся на борьбу. Для мусульманина весь мир четко разделен на правоверных и неверных, причем в отношении последних возможны либо священная война, либо они могут добровольно покориться исламу. Шариат запрещает все, что может угрожать физическому, умственному н моральному развитию личности, включая алкоголь, наркотики, мясо животных, считающихся нечистыми н т. д. В то же время приветствуется н поощряется “правильное” пользование всеми радостями жизни н запрещается самоотречение, аскетизм и т. д. Категорически осуждается самоубийство, прелюбодеяние, аборт, контрацепция. Половые роли четко распределены и закреплены: муж - глава семьи, ее кормилец н защитник, жена посвящает себя домашнему хозяйству н воспитанию детей. Положение личности в обществе определяется на основе воли Аллаха, запретившего удовлетворять желания одного человека за счет других. Сурово осуждаются воровство, мошенничество, эксплуатация, спекуляция, азартные игры, “черный” рынок и т. п. Мусульманин обязан активно приобретать знания и навыки н использовать их во благо. При этом категорически запрещается имитировать культуру и образ жизни других людей. По мнению исламских авторитетов, это имеет катастрофические последствия для развития нации. Кроме того, ислам считает, что все живые существа имеют определенные права над человеком и поэтому запрещает причинение им бессмысленного вреда. Это относится ко всем видам ресурсов, включая растительные, водные, минеральные и т. д. Для личности, воспитанной в духе буддийской традиции, главным является осознание четырех “благородных” истин и готовность следовать “восьмеричному” пути достижения просветления. Центральная идея содержится в первой истине, согласно которой страдание является фундаментальным свойством человеческого существования. “Жить значит страдать”,– это является следствием отсутствия постоянства в жизни н вечной ее изменчивости в круговороте рождении – смертей (сансара). Доказать это логически невозможно и зрелость личности определяется по ее способности постичь эту истину в акте непосредственного видения. Причиной страданий является “жажда” жизни, когда человеческое “я” стремится бесконечно удовлетворять свои желания, все время будучи привязанной к людям, вещам и обстоятельствам. Хотя буддизм и отрицает наличие у человека души в европейском ее понимании, но индивид стремится к эгоцентрическому отношению к миру, что искажает видение реальности. Такова вторая истина. Далее утверждается, что “истина преодоления страдания” состоит в снятии иллюзорных субъективных установок. Человек должен “открыть глаза” на обреченность своего бытия в круге сансары, устранить, таким образом, неведение и решиться на достижение нирваны. Последнее состояние означает отсутствие “паутины” желаний, скрепляющих одну жизнь с другой, символом чего является угасающая свеча. Наконец, четвертая “истина пути” содержит описание восьми ступеней, на которых последовательно осуществляется контроль за сферой познания, поступками и, наконец, обосновывается буддийская психотехника (самадхи). Надо подчеркнуть, что понимание страдания в христианской традиции н в буддийской (духкха) принципиально различно. В первом случае страдание для личности – это залог спасения, а во втором оно реализуется в сфере эмпирического бытия индивида. Достижение нирваны является высшей целью буддийской личности, что осуществляется при овладении теорией и практикой психотренинга. Одно направление буддизма – Хинаяна (малая колесница) акцентирует идеал индивидуального достижения нирваны и связанный с этим монашеский образ жизни. Другое – Махаяна (большая колесница) не настаивает на монашестве как единственном пути просветления, а развивает концепцию бодхнсаттв, т. с. существ, достигших просветления, но давших обет не уходить в нирвану, а оставаться в мире ради спасения всех живых существ. Неустанное наращивание таких добродетелей как безграничная вера, готовность к самопожертвованию, великодушие н т. п. способно привести к нирване любого человека. Таким образом, в рамках трех мировых религий можно выделить н разные типы личности и пути ее совершенствования. Разумеется, этим не исчерпывается диапазон данного понятия и, очевидно, что большинство людей сочетает в себе признаки разных типов личностей, а иногда происходит и смена ведущих установок. Здесь важно понять одно – выбор личностного пути и поле его деятельности - результат свободного волеизъявления человека. Поэтому личность немыслима вне феномена свободы, а по словам Гегеля, истинная природа человека “есть свобода, свободная духовность”. Все социалистические теории поддерживали тезис об обществе будущего, “где “...свободное развитие каждого является условием свободного развития всех” (Маркс). Обратимся к рассмотрению сущности свободы человека и его ответственности.

Свобода личности и ответственность

Свобода - одна из основных философских категорий, характеризующих сущность человека и его существование, состоящие в возможности личности мыслить и поступать в соответствии со своими представлениями ц желаниями, а не вследствие внутреннего или внешнего принуждения. В истории это понятие прошло длительную эволюцию – от “отрицательной” (свобода “от”) до “положительной” (свобода “для”) трактовки. Философия свободы человека была предметом размышлений Канта и Гегеля, Шопенгауэра н Ницше, Сартра и Ясперса, Бердяева н Соловьева. Свобода рассматривалась в соотношении с необходимостью (“познанная необходимость”), с произволом н анархией, с равенством и справедливостью. Диапазон понимания этого понятия чрезвычайно широк -от полного отрицания самой возможности свободного выбора (в концепциях бихевиоризма) до обоснования “бегства от свободы” (Э. Фромм), в условиях современного цивилизованного общества. В русской философской традиции категория свободы соотносилась с понятием “воля” и “вольницы”. Понятие “воля” имеет более широкое значение, которое оформилось примерно в XV – XVI вв. в Московском государстве. С одной стороны, “вольница” отнюдь не означала автономии личности, а напротив, заменяла ее авторитетом группы, что является в определенном смысле несвободной. С другой стороны, в воле есть н свое желание н повеление природы, степи, дали, что так характерно для русского восприятия мира (вспомним гоголевскую тройку). Понятие свободы родилось и христианстве, как выражение идеи равенства людей перед Богом и возможности для человека свободного выбора на пути к Богу. Свобода воли – понятие, означающее возможность беспрепятственного внутреннего самоопределения человека в выполнении тех или иных целен и задач личности. В истории философской и богословской мысли понятие свободы воли связывалось с вменяемостью человека, с его ответственностью за свои деяния, с исполнением своего долга и осознанием предназначения. Утвердительный, отрицательный или ограничительный ответь! на вопрос о возможности свободы волн предопределен выбором той или иной мировоззренческой системы. Сама же воля – это сознательное и свободное устремление человека к осуществлению своей цели, которая для пего представляет определенную ценность. Волевой акт имеет характер духовного явления, коренящегося в структуре личности человека и выражающий долженствование. Воля противоположна импульсивным стремлениям и влечениям, а также в ряде ситуаций и витальным потребностям человека (в случаях самоубийства). Как правило, понятие волн относят к зрелой личности, полностью отдающей себе отчет в своих действиях и поступках. В истории философской мысли воля трактовалась двояко: во-первых, как следствие природной или сверхпрнродной детерминации (Бог, Абсолют), "во- вторых,– как самополагающая сила, определяющая весь жизненный процесс человека (Шопенгауэр, Ницше). Волевые качества человека определяются отчасти генетически, отчасти воспитываются окружающей средой, входя в структуру характера личности. В русском языке термин “воля” идентичен понятию свободы, дозволенности. Чтобы понять сущность феномена свободы личности, нужно разобраться в противоречиях волюнтаризма и (фатализма, определить границы необходимости, без которой немыслима реализация свободы. Волюнтаризм - это признание примата волн над другими проявлениями духовной жизни человека, включая мышление. Корни волюнтаризма содержатся в христианской догматике, учении Канта, Фихте, Шопенгауэра, Гартмана, Ницше. Воля считается слепым, неразумным первоначалом мира, диктующем свои законы человеку. Как крайнее выражение этического релятивизма, волюнтаризм в основном проявляется в социально-политической практике как попытка, не считаясь с объективными законами, произвольно, решать проблемы жизни общества. Действовать в духе волюнтаризма – значит не считаться с объективными условиями бытия, с законами природы и общества, выдавая свой произвол за высшую мудрость. Таких примеров немало, в том числе и в недавней истории нашего общества. Многие революционеры испытывали своеобразное нетерпение, желание “подтолкнуть” ход истории ii навязать ей свою (часто очень сильную) волю. История рано или поздно показывала утопичность таких попыток, за которые народы расплачивались кровью, нищетой, замедлением развития. Фатализм, напротив, предопределяет изначально весь ход жизни человека и его поступки, объясняя это то ли судьбой (в мифологии и язычестве), то ли волей Бога (в христианстве и исламе), то ли детерминизмом замкнутой системы, где каждое последующее событие жестко связано с предыдущими (системы Гоббса, Спинозы, Лапласа). Здесь по сути дела не остается места для свободного выбора, ибо нет альтернатив. Жесткая необходимость н вытекающая отсюда полная предсказуемость основных этапов жизни человека и главных событий характерна для астрологии и других оккультных учений прошлого н настоящего, равно как и для всевозможных социальный утопий н антиутопий, отраженный в произведениях А. Платонова, Дж. Оруэлла, О. Хаксли н др. Вместе с тем, очевидно, что игнорирование необходимости (природной, исторической и т. д.) чревато произволом и вседозволенностью, анархией и хаосом, что вообще исключает свободу. Таким образом, можно прийти к выводу, что свобода есть нечто большее, чем учет объективной необходимости и устранение1 внешних ограничений. Гораздо более существенна внутренняя свобода, “свобода для”, свобода в выборе истины, добра н красоты. Свобода действительно “сладкое” слово, не зря филологи полагают, что этот термин восходит к санскритскому корню, означающему “любимый”. “Живи свободно или умри” – в этом девизе американского штата Нью-Хемпшир заключено достаточно глубокое содержание. Очевидно, что существеннейшей характеристикой свободы является ее внутренняя определенность. Ф. М. Достоевский верно заметил по этому поводу: “Человеку надо - одного только самостоятельного хотения, чего бы эта самостоятельность не стоила и'к чему бы не привела”. Человек не примет никакое общественное устройство, если оно не учтет выгоды человека быть личностью и иметь свободу для ее реализации. Выделяют несколько моделей взаимоотношений личности и общества по поводу свободы н ее атрибутов. Во-первых, чаще всего это отношения борьбы за свободу, когда человек вступает в открытый н часто непримиримый конфликт с обществом, добиваясь своих целей любой ценой. Но это трудный н опасный путь, чреватый тем, что человек может утратить все другие человеческие качества и, ввязавшись в борьбу за свободу, попасть в еще худшее рабство. Во-вторых, это бегство от мира, так называемое поведение, когда человек не в силах обрести свободу среди людей, бежит в монастырь, в скит, в себя, в свой “мир”, чтобы там обрести способ свободной самореализации. В-третьих, чаще всего, человек адаптируется к миру, жертвуя в чем-то своим стремлением обрести свободу, идя в добровольное подчинение, с тем, чтобы обрести новый уровень свободы в модифицированной форме. Возможен, конечно, вариант известного совпадения интересов личности н общества в обретении свободы, что находит выражение в странах с развитыми формами демократии. Если раньше свобода воспринималась в основном как отсутствие принуждения со стороны государства, то к середине XX в. уже стало очевидно, что понятие свободы должно быть дополнено идеей регулирования деятельности людей. Однако суть дела в том, что государство должно это делать не методами насилия н принуждения, а при помощи экономического механизма и строгом соблюдении прав человека. В 1789 г. Национальное собрание Франции приняло Декларацию прав человека и гражданина, в которой провозглашалось, что “целью всякого политического союза является сохранение естественных н неотчуждаемых прав человека. Права эти суть: свобода, собственность, безопасность и сопротивление угнетению”. Особо надо подчеркнуть, что права человека не могут никем и ничем дарованы, они возникают вместе с человеком, присущи ему по праву от рождения. Более того, даже плод в утробе матери обладает уже рядом человеческих прав, находится под защитой закона, а в религиозной этике, уже с момента зачатия человеческая плоть становится священной, а ее уничтожение (в случае аборта) рассматривается как убийство. Государство обязано гарантировать соблюдение прав человека, признавая, что ценность человеческой личности выше любых ценностей нации, класса, группы людей и т. д. Это является гарантией от тоталитарного подавления прав человека, признания его “винтиком” социальной системы. Еще в 1918 г. Н. А. Бердяев писал: “Идея класса убила в России идею человека”. Игнорирование или принижение прав личности по сравнению с правами социальной общности ведет к неминуемой деградации как личности, так и общества. С другой стороны, нельзя не видеть, что индивидуалистическая модель соотношения личности н общества небезупречна. В ее рамках могут быть легализованы корыстные мотивы, эгоизм н та или иная степень социальной несправедливости. В этой сфере как и во многих других нужна “золотая середина”, которая способствует усилению жизнестойкости общества и человека и развитию человеческого и человеке, т. е. движению к гуманизму. Еще Гегель писал, что для того, кто сам не свободен, не свободны и другие. Таким образом, свобода – это сложнейший и глубоко противоречивый феномен жизни человека и общества, имеющий величайшую притягательность н являющийся в то же время тяжким бременем. Не зря в западной философской мысли анализировалось явление “бегства от свободы”, особенно если реализация свободы приводила к росту неравенства и несправедливости. Эта проблема – как соотнести свободу и равенство, не приводя к подавлению и уравниловке, стоит перед каждым обществом н государством. Решая ее, приходится ориентироваться на ту или иную систему культурных норм и ценностей. Говоря о становлении представлений о ценности человека, нужно подчеркнуть, что это понятие универсальное и несводимо к “полезности” человека для общества. Попытки делить людей на “нужных” и “ненужных” порочны по самой сути, ибо их реализация неминуемо порождает произвол, ведущий к деградации н человека, и общества. Ценность человеческой личности в определенном смысле выше всего того, что делает или говорит данный человек. Ее нельзя свести к труду или творчеству, к признанию со стороны общества или группы людей. Как объективные критерии (плоды труда, акты творчества), так и их субъективная оценка со стороны современников грешат односторонностью. История многократно доказывает, что истинный мас штаб и направленность деяний и помыслов многих личностей становится очевиден спустя много лет, а то н столетий. Ценность многих исторических деятелей и их трудов как бы непрерывно возрастает и, в то же время, немало примеров, когда время развенчивает дутые авторитеты. Поэтому ценность человека в принципе несоизмерима только с плодами его деятельности. Оставляя после себя вещи, детей и идеи (заветы), человек не может быть сведен к сумме этого наследства. Однако в жизни возникают непростые вопросы – чем в принципе отличается продажа своих рук или мозга от продажи своих органов и вправе ли человек распоряжаться в этом отношении сам собой? Очевидно, ответы типа “или да или нет” не могут удовлетворить и приходится анализировать эту сложнейшую проблему. Решать ее нужно с учетом того, что человек является не только материальным, но и духовным существом, а последний род ценностен не имеет стоимостных характеристик. Образно говоря, человека можно купить и продать целиком или частично, он сам вправе это сделать, но необходимо помнить, что самое страшное, говоря словами Гёте – “продать душу дьяволу”, отказавшись от самого себя. Рано или поздно человечество преодолеет товарное отношение к человеку, он вырвется из отношений экономической необходимости в обозримом будущем стоимостных характеристик человека и его тела. Важным феноменом миры культуры являются вещи, производимые человеком на протяжении всего исторического пути. Мир вещей обнимает собой все – от древнейших пирамид до суперсовременных компьютеров и ускорителей, космических аппаратов и полимеров. Этот мир материальной культуры, созданный людьми для удовлетворения своих потребностей, представляет как бы “неорганическое тело” человека, многократно усиливая его мощь, опредмечивая его способности и таланты. Вешний мир стал “второй природой” человека и не случайно ценностное отношение к нему является достаточным точным критерием личности самого человека. Вопрос о соотношении ценности человека, его жизни и здоровья и его имущества всегда был центральным для любой мировоззренческой системы. Все религии сурово осуждают стремление к накоплению материальных ценностей, жадность, алчность. Христианство считает людей, погрязших в вещах и чувственных удовольствиях, “плотскими”, не способными на душевность и духовность. Делиться своим имуществом с бедным – один из “столпов” ислама, обязательное правило поведения мусульманина. Буддисты считают, что отказ от накопления вещей – один из первых шагов на пути к просветлению. Сущность проблемы ценности и оценки мира вещей состоит в том, чтобы уяснить пределы этого мира и их влияние на развитие личности человека. Очевидно, что люди не могут обходиться каким-то минимумом вещей, а идеалы аскетизма никогда не имели широкого распространения. Столь же очевидно, что нет и верхнего предела насыщения этого мира, а количество вещей в мире умножается. Более того, одной Из причин острого экологического кризиса является накопление в природе отбросов человеческой цивилизации, которые не могут быть ею утилизированы (пластмассы, полимерные материалы и т. д.). Переработка ресурсов планеты в вещи идёт ускоренными темпами, что порождает, с одной стороны, серьезную озабоченность ученых и политиков, а с другой, массовые движения за отказ от беспредельного потребления и добровольное самоограничение (гандизм). А. П. Чехов вложил в уста одному своему герою такие слова: “Человеку нужны не три аршина земли, не усадьба, а весь земной шар, вся природа, где на просторе он мог бы проявить все свойства и особенности своего свободного духа”. Если учесть, что рост населения Земли идет достаточно быстрыми темпами, а ресурсы ее ограничены, то ясно, что без самоограничения не обойтись, но это требует выработки соответствующей системы ценностей у каждой личности. Распространенное мнение, что богатство развращает человека, губит его, а бедность способствует моральному поведению, рождалось и поддерживалось в моменты острых социальных катаклизмов, при резкой поляризации общества. Не зря все мировые религии, особенно в начале своего возникновения, были религиями бедных, обездоленных, угнетенных. Они обращали взоры своих приверженцев от тленных земных богатств к вечным небесным ценностям. Позже, когда церкви сами становились собственниками и владели значительными богатствами, отношение к миру вещей несколько изменялось. Атеисты, не уповая на жизнь вечную, призывали всячески пользоваться благами земными. Ф. М. Достоевский видел в этом основной порок идей социализма, ибо человек, непрерывно потребляющий материальные блага и удовлетворяющийся, физически обращается либо в животное, либо в машину. Л. Н. Толстой предсказывал, что люди в будущем обществе будут “наслаждающимися комками нервов”. С проблемой удовлетворения “непрерывно растущих потребностей” населения столкнулись так или иначе все общества, пытавшиеся провести в жизнь социалистические идеалы. Не случайно в этих странах везде осуждалось “потребительство”; насаждалась идеология уравнительности, близкая к аскетическим стандартам жизни. При этом происходило подпольно значительное расслоение общества, образовывалась потребительская элита при обеднении значительной массы населения. Понятно, что в таких условиях призывы к служению высоким идеалам н личной скромности выглядели как насмешка. Вещи сами по себе в ценностном отношении нейтральны, как и сам феномен свободы, хотя человечество в течение тысячелетий мечтало переплавить “мечи па орала”. Ценностное отношение возникает только в том или ином социальном контексте. С одной стороны, как говорят в отношении ученых и науки: “Что бы они не сделали, у них все равно получается оружие”. С другой стороны, представление о том, что есть “мирный” атом в корне отличающийся от “военного”, рухнуло после чернобыльской катастрофы. Следовательно, человечеству приходится все время сталкиваться с этим противоречием, непрерывно давая оценку новым явлениям в жизни человека и общества и вписывая их в традиционные системы ценностей. В полной мере это относится и к системе духовных ценностей и их роли в становлении личности. Духовные ценности - это своеобразный духовный капитал человечества, накопленный за тысячелетия, который не только не обесценивается, но, и как правило, возрастает. Природа духовных ценностей исследуется в аксеологии, т. е. в теории ценностей, которая устанавливает соотношение ценностей с миром реальностей человеческой жизни. Речь идет прежде всего о моральных и эстетических ценностях. Они по праву считаются высшими, ибо во многом определяют поведение человека в других системах ценностей. Для моральных ценностей основным является вопрос о соотношении добра и зла, природе счастья и справедливости, любви и ненависти, смысла жизни. В истории человечества можно отметить несколько сменяющих друг друга установок, отражающих разные системы ценностей, формирующих соответствующий тип личности. Одна из наиболее древних – это гедонизм, т. е. установка, утверждающая наслаждение как высшее благо жизни и критерий поведения человека. Об этом говорил еще автор Экклезиаста: “...нет лучшего для человека под солнцем, как есть, пить и веселиться...”- Эти взгляды разделял ученик Сократа Аристип, который учил, что “лучшая доля не в том, чтобы воздерживаться от наслаждений, а в том, чтобы властвовать над ними, не подчиняясь им.” Позже к этой позиции склонялись Эпикур, Гоббс, Локк, Гассендн, Гельвецнй, Гольбах и др. В этике аскетизма идеалом жизни провозглашалось добровольное отречение от наслаждений и желаний, культ страданий н лишений, отказ от благ жизни и привилегий. Наибольшее развитие эта концепция получила в христианстве, особенно в монашестве, в философских школах киников (Диоген с его девизом “быть нагим и одиноким”), а также в грубоуравнительных тенденциях т. н. “казарменного коммунизма”. В концепции утилитаризма величайшей ценностью и основой нравственности считается польза. По словам И. Бента-ма, смысл этических норм и принципов состоит в том, чтобы содействовать наибольшему счастью для наибольшего числа людей. С точки зрения сторонника утилитаризма Дж. Милля “удовольствие является единственным добром”. Выше уже шла речь о “категорическом императиве” И. Канта, который обосновал как высшую ценность необходимость для всех людей относиться друг к другу только как к цели, но не как к средству. В XX в. учение о ценностях связано с именами таких выдающихся мыслителей и гуманистов, как А. Швейцер, М. Ганди, Б. Рассел, А. Эйнштейн, Дж. Сантаяна. X. Ор-тега-и-Гассет, а также с плеядой русских религиозных философов – П. Флоренским, С. Булгаковым, Н. О. Лосевым, В. Соловьевым, Н. А. Бердяевым, Л. П. Карсавиным, Н. Ф. Федоровым и др. Бурные социальные потрясения, появление возможности самоуничтожения человечества, возникновение глобальных проблем, компьютерная революция – все это до предела обострило традиционные проблемы систем духовных ценностей. На первый план все более выходят общечеловеческие проблемы, связанные с признанием абсолютной ценностью самой жизни человека н сохранением среды его обитания. Поэтому появление концепций “благоговения перед жизнью” (А. Швейцер), “заслужи любовь ближнего” (Г. Селье), “цели для человечества” (А. Печчен), “путь ненасилия” (М. Ганди), “ноосферы” (В. И. Вернандскпй) и других не случайно, а отражает современный этап развития общечеловеческих идеалов. В этом же русле немало сделали и упомянутые выше русские мыслители конца XIX – начала XX в. Нужно упомянуть принцип соборности, означающий сочетание единства н свободы многих лиц на основе их общей любви к Богу и всем абсолютным ценностям. В целом, для отечественной философской мысли очень характерно ценностное восприятие мира и конкретность идеалов и ценностей. То же самое можно отнести н к эстетическим точностям. Известное выражение Ф. М. Достоевского “красота спасет мир” нужно понимать не изолированно, а в общем контексте развития идеалов человечества. При всех зигзагах мировой истории, в целом, человечество движется по пути гуманизации отношений людей, утверждения общечеловеческой системы ценностей, признания ведущей роли личности человека в прогрессе. Таким образом, понятия личности, свободы, ценностей обогащают и расширяют наше представление о человеке, его прошлом, настоящем и будущем. Эти “измерения” человека позволяют правильно понять и устройство общества, как феномена, порожденного в процессе человеческой деятельности. Если говорить о специфике понимания свободы и ответственности человека на рубеже XX – XXI в., то следует подчеркнуть, что мир вступает в полосу цивилизационного перелома, когда многие традиционные способы бытия человека будут нуждаться в значительной коррекции. Футурологи прогнозируют усиление явлении нестабильности многих физических и биологических процессов, рост феномена непредсказуемости социальных и психологических явлении. В этих условиях, которые во многом складываются на объективной основе, быть личностью – не благое пожелание, а императив развития человека н человечества. Брать на себя груз личных н общечеловеческих проблем – единственный путь выживания и дальнейшего совершенствования человека. Он предполагает развитие высочайшей степени ответственности, которая простирается от узкого круга ближайшего окружения личности до планетарно- космических задач и проблем. Так или иначе, но круг этих вопросов выводит на проблемы жизни н смерти.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Каждый человек должен стремиться к целостности (интегральности) своего развития. Целостный (интегральный) человек — всесторонне и гармонически развитый индивид, т. е. глубоко знающий свою специальность, хорошо понимающий основы смежных наук и профессий, ориентирующийся в достижениях науки, техники и культуры и на основе всего этого концентрирующий свою деятельность на решении определенной задачи. Хотя понятие «целостно развитый человек» достаточно абстрактно, и в реальности таких людей известно весьма мало (Леонардо да Винчи, Микеланджело, Альберти и др.), и, видимо, не будет индивидов, которые смогут добиться одинаково больших успехов во всех основных сферах человеческой деятельности. Одним из важнейших качеств целостного (интегрального) человека является полное раскрытие своей индивидуальности, всех способностей, дарований, творческих сил в какой-либо основной и близкой ему социально значимой деятельности. Необходимость формирования целостного (интегрального) человека обусловлена рядом причин: а). экономическими (новейшие технологии требуют этого), б). политическими (процесс децентрализации и повышение значимости самоуправления в жизни общества), в). психологическими (потребность в полном раскрытии дарований и способностей человека), г). нравственными (усложнение соц. процессов, что влечет за собой повышение этической ответственности), д). духовными (творческая деятельность немыслима без постоянного обогащения ценностями культуры) и е). физическими (целостное развитие человека предполагает его физическое совершенство). Социальный механизм формирования такого должен учитывать 3 основных элемента, образующих структуру интегральной природы: Я, тело и мир человека. Я есть не что иное, как внутренний, психический, духовный мир, его субъективная реальность, которая фиксирует место человека в мире, его отношение к миру, его роль в истории общества.

ЛИТЕРАТУРА

1. Волков Ю.Г., Поликарпов B.C. Интегральная природа человека: естественнонаучный и гуманитарный аспекты. Ростов н/Д, 1994. 2. Волков Ю.Г., Поликарпов B.C. Многомерный мир современного человека. М., 1998. 3. Волков Ю.Г., Поликарпов B.C. Человек: Энциклопедический словарь. – М.: Гардарики, 1999. 4. Ильенков Э. В. Что же такое личность? Философия и культура. М., 1991. 5. Карсавин Л. П. О личности. Религиозно-философские сочинения: В 2 т. М., 1992. т. 1. 6. Культура, человек и картина мира. М. 1987. 7. Стенин В. С. Философская антропология и философия науки. М., 1992.