Каталог :: Философия

Контрольная: Духовная сфера жизни

Духовная сфера жизни
                                      План:                                      
1.             Сущность и содержание духовной жизни общества.
2.             Феномен общественного сознания в истории философии.
3.             Соотношение общественного и индивидуального сознания.
4.             Структура общественного сознания; обыденный и теоретический
уровень; общественная психология и идеология; массовое сознание; менталитет.
Основные понятия темы. Духовная культура, духовная жизнь, антогенез,
филогенез, идеалы, ценности, сознание, массовое сознание, идеология,
профессиональное сознание, менталитет.
     

Сущность и содержание духовной жизни общества

В духовной жизни выделяются структурные элементы, обла­гающие специфическими свойствами и в силу этого по-разному направляющие социальную жизнь. Каждый человек, коллектив или общество имеют тот или иной запас витальных сил, которые находят выражение в аффективных настроениях и действиях. Лю­бовная страсть или ненависть, воодушевление, гнев или апатия, ужас или прилив отвращения, охватывая индивида, становятся источником соответствующих поступков. Но и общество в целом может приходить в состояние энтузиазма или апатии, негодова­ния или удовлетворения, агрессивности или усталости. Это зави­сит от складывающейся ситуации, от тех вызовов, с которыми ему приходится сталкиваться и которые в том или ином плане затрагивают (или не затрагивают) его коренные интересы. Важ­ной характеристикой таких настроений является потребность в незамедлительном (или максимально быстром) удовлетворении страсти, владеющей индивидом или обществом, желание снять напряжение или выразить его — через митинг, пикетирование, агитацию, шествие, стачку, погром, голосование и т.д. Конечно, всякая полноценная социокультурная система вклю­чает в себя и специальную сферу, выделенную во времени или в пространстве, где допускается и даже поощряется аффективное поведение, нарушающее нормы и ценности, считаемые обще­принятыми и нормальными, но обыденными. Таковы, в частнос­ти, многие проявления праздничной культуры, получающие, по­жалуй, свое наиболее яркое выражение в карнавалах и народных гуляниях, принятых у всех народов. Таковы и многие проявления массовой культуры, широко внедрившиеся в современном мире, однако в сферах, четко отделенных от производства с его жест­кой рациональностью и принципами эффективности. Подробнее эта тема будет рассмотрена в разделе о массовой культуре. Вместе с тем регулятивная роль культуры заключается в том, что она ставит пределы, ограничивает естественные проявления человеческой натуры или социальной группы, не умещающейся в нормативных рамках. На протяжении многих веков основным средством такой регуляции была религия, подчиняющая поведе­ние верующего ценностям и нормам, имеющим безусловную сак­ральную санкцию. Естественность была греховной и допускалась в ограниченном виде лишь на низших уровнях бытия. Детальный анализ таких влечений и состояний — сфера социальной психо­логии. Конечно, как социология культуры, так и социальная пси­хология изучают в некоторой степени одно и то же поле — зако­номерности поведения и деятельности людей, обусловленные при­сущими им внутренними мотивациями, убеждениями и привыч­ками. Эти внутренние мотивации неизменно соотносятся с каки­ми-то внешними духовными факторами, формируемыми как кол­лективное сознание или же как бессознательное начало. Однако культура охватывает все же более постоянно действующие или дол­говременные, устойчивые и упорядоченные способы духовной регу­ляции. Если психология учитывает состояния и движения малых групп, временных объединений, толпы или индивидов, то куль­тура определяет характер социальных слоев, этнических или на­циональных групп или цивилизаций на протяжении более дли­тельных периодов времени. Конечно, и личность — существен­ная носительница культуры. Так, в явлении моды несомненно присутствует культурный компонент, определяющий общий стиль развития моды, ее национальное своеобразие. Но психология оп­ределяет ритмы смены деталей и орнаментики, степень их рас­пространения, замедленную или ускоренную вариативность в одежде и внешнем облике. Конечно, влияние культуры сказыва­ется и в том, что чем выше степень развития культуры, тем более дифференцированными становятся все ее элементы и компонен­ты, в том числе и мода. Этнические культуры обходятся набором постоянных вариантов одежды, вполне обозримым в хорошем музее этнографии. Столица обычно вмещает несколько домов моды, демонстрирующих новинки сезонов. Еще М. Вебер формулировал свою концепцию преобразую­щего воздействия религии на человеческое поведение как пре­одоление тех экстатических и оргиастических состояний, кото­рые оказываются временными и преходящими и приводят чело­века в состояние опустошения, что на религиозном языке обо­значается как богооставленность, а на светском — бесцельность и бессмысленность бытия. В более умеренных терминах описал эту позицию П. Соро­кин, констатируя, что в естественных аффективных состояниях человека выявляются его переменчивые психологические харак­теристики, его непосредственные реакции на жизненные воздей­ствия, подверженные ситуационным и преходящим настроени­ям. Однако культура преобразует эти аффективные состояния, регулирует их и направляет на достижение значимых и долговре­менных целей человеческого бытия. На разных этапах и уровнях развития общества, в разных его сферах и структурах соотноше­ние аффективных и культурно-регулируемых факторов может быть различным. Но они непременно присутствуют в некотором со­единении как возделывание человеческого материала. Вслед за процессом «разбожествления» мира и уменьшения влияния религии наступила очередь и светской нормативной куль­туры в ее сложившемся, классическом виде. Эти сдвиги получили объяснение и оправдание в психоаналитическом направлении, представленном прежде всего работами 3. Фрейда и Э. Фромма. Они показали, что сложившийся тип культуры носит во многом репрессивный характер, подавляя индивидуальное «эго» в его весь­ма значимых витальных и личностных проявлениях. Обуздание инстинктов, с одной стороны, — необходимый принцип, так как иначе их разгул грозит обществу самоуничтожением. Различные формы контроля, включая мораль, религию, социальные санкции и государство, рассматривались Фрейдом в основе своей как ре­зультат компромисса между стихийными влечениями и требова­ниями реальности. Подвергаясь вытеснению в сферу бессозна­тельного, эти влечения порождают психологические неврозы и конфликты личности с собой и обществом. Сублимация этих ин­стинктов является источником художественного и научного твор­чества, что и порождает высокие достижения религиозной или светской культуры. Развивая эти идеи в русле неофрейдизма, Э. Фромм подверг глубокой критике те социальные и культурные механизмы капиталистического общества, прежде всего его край­ний техницизм, культ наживы и успеха, которые приводят к от­чуждению человеческой сущности, утрате человеком самого себя в процессе социальной жизнедеятельности. Однако освобождение человека от репрессивной культуры ог­раничено определенными социокультурными рамками. Аффек­тивное поведение, отклоняющееся от нормативного, может при­нять характер девиантного с различной степенью асоциальное™ и криминальности. Изучение такого поведения составляет пре­имущественное достояние социальной психологии и социологии. Но и культурология не может обойти своим вниманием такое поведение, так как в нем также существуют свои довольно жест­кие правила и принципы, регулирующие поведение индивидов в криминальной среде. Как мы увидим, в обществе существует слож­ное взаимодействие нормативной культуры и девиантных вари­антов. Значительное распространение такого поведения требует специального рассмотрения причин дезорганизации социокуль-турной регуляции и деградации человеческой общности. Самые простые типы поведения складываются прежде всего на основе целостных, привычных образцов поведения, совершаемого по установленному поводу в определенное время и в определенном месте. Образец укладывается в какую-то часть деятельности, ее отрезок, не подверженный четкому делению, изменению или реф­лексии. Термин «обычай» может отождествляться с терминами «традиция», «обряд», «ритуал», «нравы». Однако традиция отно­сится все же к более широкому кругу явлений и в применении к более дифференцированным формам регуляции деятельности, хотя и получает при этом семантическую перегрузку (о чем см. гла­ву VI). Обряд и ритуал — более формализованные варианты при­вычного поведения, принятые в определенных частях совокуп­ной культурной регуляции. Обряд и ритуал — формализованное поведение или действие, имеющее прежде всего символическое значение, лишенное непосредственной целесообразности, но спо­собствующее упрочению связей либо между постоянными члена­ми группы, либо во взаимодействии между группами, снимая на­пряжение, недоверчивость и повышая уровень коммуникативнос­ти. К числу важнейших обрядов, имеющих универсальное рас­пространение в каждой культуре, относятся бракосочетание и похороны. Термин «нравы» обычно выражает сложившиеся формы регу­ляции массового поведения. Впрочем, в культурологическом кон­тексте нравы могут обозначать более подвижный, изменчивый и не уходящий далеко в прошлое слой привычного поведения, под­верженный дифференциации в зависимости от социальной сре­ды, психологического состояния тех или иных слоев, историчес­кой ситуации и т.д. («О времена! О нравы!»). Война и мир, рево­люция, реформы, шоковая терапия, модернизация и т.п. — про­цессы, подразумевающие крупномасштабные перемены в нравах, которые и влекут за собой постепенный сдвиг в более широких сферах культуры, что отнюдь не означает утраты ею своей каче­ственной определенности. Хотя в качестве основного регулятора поведения обычай вы­ступает лишь в примитивных этнографических обществах, в ус­тойчивой бытовой среде, инертных социальных группах, он при­сутствует и на всех более продвинутых ступенях. Социально при­знанные образцы складываются в обычаи, по которым накоплен­ный опыт передается из поколения в поколение и от индивида к индивиду. К обычаям можно отнести и традиционные трудовые приемы, формы поведения, жизненного уклада, воспитания. В повседневной жизни действуют привычные правила гигиены, сло­жившиеся варианты общежития. Обычаем регулируются часы и условия приема пищи, сна. Выбор пищи диктуется отнюдь не только потребностями организма. В России, например, не при­нято есть змей, собак, лягушек, кошек. Индусы не едят говяди­ны, а мусульмане свинины. В обществах с традиционной кочевой культурой употребляют в пищу конину. Выбор в данном случае обусловлен не питательностью пищи, а традициями. При входе в жилище европеец первым делом непременно снимает головной убор, восточный человек прежде всего вспоминает об обуви. Не всегда можно прямо соотнести то и другое с ситуацией, но таков обычай. Обычаи общепризнаны и утверждены властью массовой привычки. Они большей частью не получают объяснения и могут не осознаваться самими членами коллектива. На вопрос «Почему вы так поступаете?» они отвечают: «Так принято». Обычаи играют немалую роль в воспитании, способствуя при­общению к культуре ребенка или же взрослого человека в ино-культурной среде. Включение в культурную деятельность в дан­ном случае сводится к знакомству с определенными образцами: «Поступай так, как поступает такой-то взрослый или окружаю­щие». Суть поведения не объясняют, а просто знакомят с обыча­ем, который выполняет функцию обязательного для исполнения: образца поведения. Образец может быть положительным (так надо поступать) или отрицательным (так не надо поступать). Обычай может выступать как решительное вмешательство в жизнь инди­вида, резко поворачивающее его естественную или привычную жизнь. Такого рода формализованные обычаи, совершаемые в определенном месте и в положенное время по специальным по­водам, называют обрядами. В выборе обряда человек еще менее свободен, чем в простом обычае, так как он связан с выполнени­ем публичных действий, имеющих высокий знаковый статус в данном обществе. В каждом обществе существуют обряды посвя­щения индивида в данное общество или в возрастную группу (на­речение имени, крещение, запись имени, инициации, выдача пас­порта и т.д.), дни рождения и юбилеи, свадьбы и похороны и т.д. Существуют коллективные, общественные и государственные об­ряды, напоминающие о целостности общества, зафиксирован­ной в юбилеях, памятных датах, днях общественного траура и т.д. Обряд утверждает преемственность нового со старым, его приня­тие как утвердившегося в обществе положения, что происходит, например, в случае утверждения нового главы государства: вен­чание на царство, клятва нового президента и т.п. В отличие от обычая норма охватывает не весь отрезок дея­тельности, а какой- то принцип, параметр деятельности, что со­ставляет определенную меру вариативности поведения и его ус­ложнения. Любое общество или отдельная социальная ячейка и группа должны упорядочивать отношения в своей среде, ослаблять тенденции, ведущие к разладу и произволу, устранять влия­ние стихийных настроений. Оно должно также согласовывать дей­ствия отдельных личностей и групп, приводить их в соответствие с общими интересами данной ячейки или общества. Наведение порядка может быть достигнуто через насилие и принуждение, через политическое, идеологическое и психологическое манипу­лирование обществом, что выходит за рамки собственно культу­ры и влечет за собой ответную психологическую реакцию оттор­жения источника такого принуждения. Разоблачение манипули­рования ведет к росту недоверия, двоемыслия и цинизма, что также разрушает социальное взаимодействие. Поэтому устойчи­вое и действенное регулирование отношений достигается через нормы, которые обеспечивают устойчивое, добровольное и созна­тельное сотрудничество людей, опираются на формализованные мотивы и потребности, соответствующие общественно одобряе­мым целям, стимулируют устойчивые отношения в коллективе, опирающиеся на привычные ожидания (экспектации). Функция нормы состоит в том, чтобы исключить влияние слу­чайных, чисто субъективных мотивов и обстоятельств, психоло­гических состояний, обеспечить надежность, предсказуемость, стандартность и общепонятность поведения. Норма формирует ожидаемое поведение, понятное окружающим. Содержательная сторона норм определяется целями той кон­кретной сферы деятельности, к которой они относятся. При этом различные виды деятельности нормированы не в одинаковой сте­пени, а содержание и способы нормирования различны в разных культурах. В сфере производства действуют технические нормы, обусловленные практическими интересами, устройством машин, свойством материалов. Сфера взаимоотношений между гражда­нами и социальными институтами регулируется юридическими нормами. В большинстве культур существуют довольно строгие нормы, касающиеся приема алкоголя и наркотиков, которые, правда, стираются в условиях городской массовой культуры. Нет обществ, в которых отсутствовали бы нормы, регулирующие сек­суальные отношения. Более того, нет данных, указывающих, что такие общества вообще когда-либо существовали. Не произволен и выбор одежды. Допустимая степень обнаженности — объект строгого нормирования. Общество не безразлично к форме при­чески, длине волос, бороды, к манере ходить, говорить, пожи­мать руку, смеяться, смотреть на другого человека. Классификация норм. Целесообразно обратиться к классифи­кации норм, данной Т. Парсонсом: I. Нормы, поддерживающие формализованный порядок как в обществе в целом, так и в составляющих его группах. Во всяком обществе принято определенное разделение обязанностей, на­пример, мужчины должны выполнять сложные технические ра­боты и служить в армии, а женщины — вести домашнее хозяйст­во и рожать детей. Как считают в некоторых восточных общест­вах, «муж должен заниматься делом, а жена — вести домашнее хозяйство». 2. Экономические нормы, дающие приемлемые критерии хо­зяйственной деятельности, целесообразности и профессионализ­ма, практичности и эффективности. Они определяются как сред­няя величина, характеризующая принятую меру расхода ресурсов и выработки продукции, качество работы и т.д. Хотя в этой сфере норма зависит, конечно, прежде всего от состояния производи­тельных сил; требования выполнения нормы, предъявляемые ра­ботнику, не допускают излишних расходов материала, времени, собственных сил и диктуют обязанность работать профессиональ­но, т. е. производить вещи или услуги, отвечающие принятым требованиям. 3. Политические нормы, фиксирующие обязанность поддер­живать общие принципы политической системы своей страны, вести борьбу «по правилам», соблюдая законы и конституцию. 4. Культурные нормы, поддерживающие устойчивые принци­пы коммуникации, взаимодействия между индивидами и различ­ными группами. Так, принято говорить на «своем» языке, чи­тать и писать, любить музыку своего народа, поддерживать стиль и символику своей культуры. Резкое выпадение из при­нятых норм может рассматриваться как ненормальное поведе­ние, если, конечно, оно не получит статус оригинальности или талантливости. В сложном урбанизированном обществе нормы имеют весьма дифференцированный и иерархиризованный характер. Принято различать нормы общечеловеческие, национальные, классовые, групповые, межиндивидуальные. Требования, вытекающие из этой разновидности норм, нередко расходятся. Группа может требо­вать от своих членов действий, осуждаемых обществом. Два лица могут следовать в своих отношениях правилам, которые они от­нюдь не считают общезначимыми и даже возражали бы против попыток возвести эти правила во всеобщий закон. Иногда группа проявляет терпимость к нарушениям норм, неукоснительное со­блюдение которых требуется большим обществом. Нормы дифференцированы по социальным структурам. Они поддерживают и классовое разделение, дистанцию между класса­ми, профессиональными группами, сословиями, обеспечивая механизм распределения знаний и типов деятельности, а соответст­венно социального статуса и привилегий. В таких случаях, когда совместная деятельность разных групп требует соблюдения социальной дистанции — как в отношениях между старшими и младшими, мужчинами и женщинами, на­чальниками и подчиненными, рядовыми и командным составом, студентами и преподавателями, — существуют особые нормы по­ведения, обращения, ритуалы, приветствия, этикет, через кото­рые формализуются требования к участникам общения, выделяе­мого из массовой и обыденной деятельности. Нормы отличаются друг от друга степенью обязательности. Можно выделить побуждающие нормы (самосовершенствуйся!) и запрещающие нормы (не лги!). Некоторые нормы (например, в хозяйстве, в научно-технической деятельности) устанавливаются сознательно, на основе расчета или соглашения. Другие (в сфере общественных отношений и быта) поддерживаются многовеко­вой традицией. По отношению к наиболее сильным чувствам, например эротическим и честолюбивым, нормы обладают боль­шой степенью императивности. Они препятствуют возникнове­нию враждебных чувств у тех, кто должен жить и работать вмес­те, а также интимных связей, могущих нарушить социально- не­обходимую дистанцию. Определенность норм зависит от специфики объекта норми­рования. Нормы определенны в критериях грамотности и владе­ния языком, в профессиональной деятельности. Более вариатив-на практика воспитания — от жесткой требовательности закры­того заведения до распущенной уличной среды, в которой дейст­вуют свои нормы. Нормируется и духовно-психологическая активность. Объем памяти, типы аффектации и другие психические процессы, по­скольку они протекают в конкретной социальной среде, всегда в той или иной степени нормированы. Их содержание, направлен­ность, интенсивность обусловлены не только физиологической ак­тивностью психики и ситуацией, но и сложившимися нормами. Устойчивые нормы сохраняются в течение многих поколе­ний, получают нравственное обоснование, нередко освещаются авторитетом религии и поддерживаются законом. Нередко нор­мы сохраняются еще долгое время после того, как они потеряли свою эффективность, превращаясь в пустые ритуалы, в устарев­ший стиль и т.п. ЦЕННОСТИ На более продвинутом уровне культурная регуляция челове­ческой деятельности осуществляется через систему ценностей. В отличие от норм, которым следуют, ценности подразумевают вы­бор того или иного объекта, состояния, потребности, цели, кото­рые имеют более высокое существование. Ценности помогают обществу и человеку отделить хорошее и плохое, идеальное или избегаемое состояние, истину и заблуждение, красоту или безоб­разие, справедливое и несправедливое, допустимое и запретное, существенное и несущественное и т.д. Из сопутствующих понятий следует упомянуть «интерес», «по­требность», «стремление», «долг», «идеал», «ориентация» и «мо­тивация». Однако объем этих понятий обычно уже, чем понятие «ценность». Под интересом или потребностью обычно понима­ются социально обусловленные влечения, связанные с социаль­но- экономическим положением различных слоев, групп или ин­дивидов, и в этом случае остальные ценности (идеалы) — лишь отвлеченное отражение интересов. Мотивация скорее включает в себя те субъективные побуждения — разной направленности! — которые рассматриваются социальной психологией. Позитивные мотивации опираются на ценности, которые осваиваются инди­видом и становятся ценностными ориентациями, направляющими его сознание и поведение. Между ценностью и повседневными ориентациями может воз­никать разрыв, определяемый как расхождение между долгом и желанием, должным и практически реализуемым, идеально при­знаваемым состоянием и жизненными условиями, которые не дают шанса человеку. Но такое расхождение между признанием высокого значения какой-либо ценности и ее недостижимостью могут осваиваться человеком по-разному. Причина может усмат­риваться во внешних обстоятельствах («среда заела»), происках соперников или врагов или же в недостаточной активности и эф­фективности деятельности самого человека. Классический при­мер драматического расхождения между ценностью и действи­ем, ориентированным на ее достижение, мы находим в пьесе Шекспира «Гамлет». Почти до самого конца пьесы принц от­тягивает свое действие (а если и действует, то ситуативно, по настроению) — и не только для того, чтобы удостовериться еще и еще раз в преступлении, совершенном королем, но и потому, что глубоко сомневается в необходимости действовать. В отличие от него, герой романа Достоевского Раскольников не только убедил себя в том, что жизнь «вредной старушонки» не имеет ценности, но и в самом деле убивает ее, что влечет за со­бой глубокое раскаяние. Важным средством снятия разрыва между ценностью и пове­дением является воля, снимающая колебания и неуверенность и заставляющая человека действовать. Воля может проявляться и как внутреннее побуждение, и как внешняя сильная мотивация в форме приказа. Классификация ценностей. Всякая классификация ценностей по типу и уровню неизменно условна в силу того, что в нее вносят­ся социальные и культурные значения. К тому же трудно вставить ту или другую ценность, имеющую свою многозначность (напри­мер, семья), в определенную графу. Тем не менее мы можем дать следующую условно упорядоченную классификацию ценностей. Витальные: жизнь, здоровье, телесность, безопасность, благосостояние, физическое состояние человека (сытость, покой, бодрость), сила, выносливость, качество жизни, природная среда (экологические ценности), практичность, потребление, комфорт, уровень потребления и т.д. Социальные: социальное положение, статус, трудолю­бие, богатство, труд, профессия, семья, патриотизм, терпимость, дисциплина, предприимчивость, склонность к риску, равенство социальное, равенство полов, способность к достижениям, лич­ная независимость, активное участие в жизни общества, ориен­тированность на прошлое или будущее, локальная (почвенная) или сверхлокальная (государственная, интернациональная) ори­ентация. Политические: свобода слова, гражданские свободы, государственность, законность, хороший правитель, порядок, кон­ституция, гражданский мир. Моральные: добро, благо, любовь, дружба, долг, честь, честность, бескорыстие, порядочность, верность, взаимопомощь, справедливость, уважение к старшим и любовь к детям. Религиозные: Бог, божественный закон, вера, спасение, благодать, ритуал. Священное Писание и Предание, церковь. Эстетические: красота (или, напротив, эстетика безобразного), идеал, стиль, гармония, следование традиции или новизна, эклектика, культурная самобытность или подражание престижной заимствованной моде. Феномен общественного сознания в истории философии. Сознание невозможно вывести из одного лишь процесса отражения объектов природного мира: отношение “субъект-объект” не может породить сознания. Для этого субъект должен быть включен в более сложную систему социальной практики, в контекст общественной жизни. Каждый из нас, приходя в этот мир, наследует духовную культуру, которую мы должны освоить, чтобы обрести собственно человеческую сущность и быть способными мыслить по-человечески. Мы вступаем в диалог с общественным сознанием, и это противостоящее нам сознание есть реальность, такая же, как, например, государство или закон. Мы можем взбунтоваться против этой духовной силы, но так же, как и в случае с государством, наш бунт может оказаться не только бессмысленным, но и трагичным, если мы не будем учитывать те формы и способы духовной жизни, которые нам объективно противостоят. Чтобы преобразовать исторически сложившуюся систему духовной жизни, нужно ею сначала овладеть. Общественное сознание возникло одновременно и в единстве с возникновением общественного бытия. Природе в целом безразлично существование человеческого разума, а общество не могло бы без него не только возникнуть и развиваться, но и просуществовать ни одного дня и часа. В силу того, что общество есть объективно-субъективная реальность, общественное бытие и общественное сознание как бы “нагружены” друг другом: без энергии сознания общественное бытие статично и даже мертво. Сознание реализуется в двух ипостасях: отражательной и активно-творческой способностях. Сущность сознания в том и состоит, что оно может отражать общественное бытие только при условии одновременного активно-творческого преобразования его. Функция опережающего отражения сознания наиболее четко реализуется в отношении общественного бытия, которое существенным образом связано с устремленностью в будущее. Это неоднократно подтверждалось в истории тем обстоятельством, что идеи, в частности социально-политические, могут опережать наличное состояние общества и даже преобразовывать его. Общество есть материально-идеальная реальность. Совокупность обобщенных представлений, идей, теорий, чувств, нравов, традиций и т.п., то есть того, что составляет содержание общественного сознания и образует духовную реальность, выступает составной частью общественного бытия, так как оно дано сознанию отдельного индивида. Но подчеркивая единство общественного бытия и общественного сознания, нельзя забывать и их различие, специфическую разъединенность. Историческая взаимосвязь общественного бытия и общественного сознания в их относительной самостоятельности реализуется таким образом, что если на ранних этапах развития общества общественное сознание формировалось под непосредственным воздействием бытия, то в дальнейшем это воздействие приобретало все более опосредованный характер - через государство, политические, правовые отношения и др., а обратное воздействие общественного сознания на бытие приобретает, напротив, все более непосредственный характер. Сама возможность такого непосредственного воздействия общественного сознания на общественное бытие заключается в способности сознания правильно отражать бытие. Итак, сознание как отражение и как активно-творческая деятельность представляет собой единство двух нераздельных сторон одного и того же процесса: в своем влиянии на бытие оно может как оценивать его, вскрывая его потаенный смысл, прогнозировать, так и через практическую деятельность людей преобразовывать его. А поэтому общественное сознание эпохи может не только отражать бытие, но активно способствовать его перестройке. В этом и заключается та исторически сложившаяся функция общественного сознания, которая делает его объективно необходимым и реально существующим элементом любого общественного устройства. Тот факт, что общественное сознание включает в себя разные уровни (обыденно- житейское, теоретическое, общественную психологию, идеологию и т.д.), и то, что каждым уровнем сознания общественное бытие отражается по-разному, как раз и составляет реальную сложность в понимании феномена общественного сознания. И поэтому нельзя рассматривать его как простую сумму понятий “сознание” и “общественное”. Обладая объективной природой и имманентными законами развития, общественное сознание может как отставать, так и опережать бытие в рамках закономерного для данного общества эволюционного процесса. В этом плане общественное сознание может играть роль активного стимулятора общественного процесса, либо механизма его торможения. Мощная преобразовательная сила общественного сознания способна воздействовать на все бытие в целом, вскрывая смысл его эволюции и предсказывая перспективы. В этом плане оно отличается от субъективного (в смысле субъективной реальности) конечного и ограниченного отдельным человеком индивидуального сознания. Власть общественного целого над индивидом выражается здесь в обязательном принятии индивидом исторически сложившихся форм духовного освоения действительности, тех способов и средств, с помощью которых осуществляется производство духовных ценностей, того смыслового содержания, которое накоплено человечеством веками и вне которого невозможно становление личности. Соотношение общественного и индивидуального сознания. Общественное сознание в широком смысле представляет собой совокупность идей, взглядов, представлений, теорий, чувств, иллюзий, заблуждений общества, т. е. сознание общества. Как сознание общества, оно имеет своим предметом .природу, общество и человека. В узком смысле общественное сознание - это отражение общественного бытия, его осознание. Оно отображает прежде всего общество и человека. Вместе с тем в нем отражаются и наиболее общие стороны мира (философия), так как их осознание зависит от общественного бытия. Общественное сознание выражает степень осознания человеком окружающего мира, своей собственной сущности и смысла существования. Поэтому история развития общественного сознания есть история последовательного проникновения человека в сущность и смысл своего существования. Одна из особенностей современного кризисного периода истории - необходимость осознания человеком и обществом своего будущего. Если прежде большинство проблем мировой истории рано или поздно решались в результате давления стихийных сил общества, то в настоящее время человечеству не удастся сохраниться и стихийно преодолеть возникший кризис мировой цивилизации. Разрешение его возможно лишь посредством формирования глобального, общечеловеческого мышления, осознания каждым индивидом истинной сути своего существования, себя как высшей ценности общества, живущей по критериям совести, добра, ответственности. Важнейшими составляющими человеческой сущно­сти являются, как известно, труд и мысль. При этом было бы серьезной ошибкой считать сознание менее реальным, чем труд. Оно не есть лишь механический отзвук материальных событий, его сила настолько велика, что создается иллюзия - будто бы в нем и заключен истинный смысл человеческой жизни. К такому пониманию смысла жизни в последние годы часто склоняются многие деятели культуры. В действительности активность общественного (и индивидуального) сознания вторична, производна от общественного бытия, глубины его отражения. Индивидуальное сознание - это сознание отдельного индивида, отражающее его индивидуальное бытие и через посредство его в той или иной степени общественное бытие. Общественное сознание является совокупностью индивидуальных сознании. Наряду с особенностями сознании отдельных индивидов оно несет в себе общее содержание, присущее всей массе индивидуальных сознании. Как совокупное сознание индивидов, выработанное ими в процессе их совместной деятельности, общения, общественное сознание может быть определяющим только по отношению к сознанию данного индивида. Это не исключает возможности выхода индивидуального сознания за пределы наличного общественного сознания. Каждое индивидуальное сознание формируется под влиянием индивидуального бытия, образа жизни и общественного сознания. При этом важнейшую роль играет индивидуальный образ жизни человека, посредством которого преломляется содержание общественной жизни. Другим фактором формирования индивидуального сознания является процесс усвоения индивидом общественного сознания. Этот процесс назван в психологии и социологии интериоризацией. В механизме формирования индивидуального сознания необходимо, таким образом, различать две неравнозначные стороны: самостоятель­ное осознание субъектом бытия и усвоение им существу­ющей системы взглядов. Главное в этом процессе - не интериоризация взглядов общества; а осознание индиви­дом своей и общества материальной жизни. Признание интериоризации основным механизмом формирования индивидуального сознания ведет к преувеличению детер­минации внутреннего внешним, к недооценке внутренней обусловленности этой детерминации, к игнорированию способности индивида творить самого себя, свое бытие. В классовом обществе общественное сознание имеет классовый характер, представляет собой совокупное соз­нание господствующего и подчиненных классов. Опреде­ляющим в нем являются идеи, взгляды, иллюзии и т. д. экономически и политически господствующего класса. Индивиды, составляющие его, господствуют и как твор­цы мыслей: регулируют их производство и распределе­ние, а это значит, что их мысли являются господствую­щими мыслями эпохи. Однако эти мысли вследствие разделения труда на материальный и духовный и прев­ращения последнего в привилегию господствующего класса искаженно отражали самую действительность. Оценивая существующую историографию, Маркс и Эн­гельс отмечали, что в объяснении общественной жизни она не достигла даже уровня, который был присущ обы­денному сознанию. В то время как в обыденной жизни любой лавочник легко различит, за что выдает себя тот или иной человек и что он собой представляет в действи­тельности, историография верит на слово каждой эпохе, что бы та о себе ни говорила и ни воображала. Идеали­стическое понимание истории не рассматривает действи­тельный процесс жизни людей и не выводит из него все формы сознания. Отсюда - при описании той или иной эпохи идеологи господствующего класса вынуждены были разделять иллюзию абсолютной самостоятельно­сти идей, довольствоваться утверждениями, что в эпоху аристократии господствуют понятия «честь», «верность» и т. д., в эпоху буржуазии - понятия «свобода», «равенство» и другие. Такое общественное сознание является иллюзорным, превратным, ставящим все в истории «с ног на голову». Иллюзии могут сильно влиять на общественное и индивидуальное сознание. Так, возникшие под влиянием происходящих в мире процессов социали­зации и гуманизации иллюзии — отсутствие коренных различий между капитализмом и социализмом, способ­ность капитализма обезвредить порожденные его собственной природой мины, отмирание политических революций в условиях сохранения антагонизма между клас­сами — стали распространенными в современном созна­нии. Между тем иллюзии - это всегда тупиковые направления развития общественного и индивидуального сознания. Они могут быть порождены также обществен­ным бытием, которое по своей сути не является необхо­димым бытием. Не следует думать, что всякое бытие не­обходимо лишь потому, что оно есть. Необходимым явля­ется лишь такое бытие, которое способствует прогрессу общества и в большей мере соответствует природе че­ловека. Деформация ее ведет к деформации обществен­ного бытия и, соответственно, к иллюзорности общест­венного сознания. Структура общественного сознания; обыденный и теоретический уровень; общественная психология и идеология; массовое сознание; менталитет. Основные понятия темы. Духовная культура, духовная жизнь, антогенез, филогенез, идеалы, ценности, сознание, массовое сознание, идеология, профессиональное сознание, менталитет. Структура общественного сознания (духовной сферы общества, надстройки) является в известной мере отражением структуры общественного бытия в его широком смысле слова. Поскольку общественное бытие имеет две стороны: непосредственную (внешнюю) и глубинную (внутреннюю), общественном сознании различают два уровня: обыденное и теоретическое сознание. Обыденное сознание формируется в процессе повседневной практи­ческой деятельности людей, есть непосредственное отра­жение реального процесса их жизни в форме взглядов, чувств, иллюзий, простых законов и т. д. Преобладающей в нем является рациональная сторона, а не чувственная. Ядро обыденного сознания - здравый смысл - по глубине осознания действительности нередко прибли­жается к уровню научного сознания. Обыденное созна­ние - это первичный уровень осознания общественной жизни и природной среды. Оно ближе к непосредствен­ной действительности, полнее отражает специфику ситу­аций, но включает в себя и так называемое обыватель­ское, весьма ограниченное, сознание. С обыденным сознанием тесно связана общественная психология, являющаяся также непосредственным отра­жением повседневной жизни людей, их условий, интере­сов, деятельности в форме чувств, мыслей, представле­ний, настроений, иллюзий, взглядов, традиций, обычаев и т. д. Содержание общественной психологии многооб­разно: в нем различают чувственную сторону (эмоции, настроения, сложные чувства) и рациональную (идеи, представления, взгляды), а также привычки, обычаи, традиции, устойчивые вкусы и другие социально- психо­логические образования. Однако в отличие от обыденно­го сознания ведущей стороной в ней является чувственная сторона. Общественную психологию создает, творит все общество, у нее нет отдельного от масс носителя. В клас­совом обществе она приобретает классовый характер, ее творит весь класс. Маркс отмечал: «Над различными формами собственности, над социальными условиями су­ществования возвышается целая надстройка различных и своеобразных чувств, иллюзий, образов мысли и мировоз­зрений. Весь класс творит и формирует все это на почве своих материальных условий и соответствующих общест­венных отношений». Общественная психология направ­лена непосредственно на практическую деятельность и в ней прежде всего реализуется. Ее основная функция — стимулирование деятельности, воплощение чувств, идей в реальные отношения, поведение людей. Не имея иного кроме самих масс носителя и создателя, общественная психология выступает как массовое сознание, как про­дукт социальных условий жизни общества, класса, груп­пы и их побудительная сила. Статус общественной пси­хологии как науки пока еще точно не определен. С обыденным сознанием тесно связано общественное мнение, т. е. состояние массового сознания, заключающее в себе отношение (скрытое или явное) к событиям и фактам действительности, к деятельности партий и социальных групп, общественных организаций, отдельных личностей и т. д. и их оценку. Оно действует практически во всех сферах общественной жизни, его объектом могут быть объективные и субъективные явления, вызывающие общественный интерес. В качестве источников формирования общественного мнения могут выступать различного рода информация, поставляемая средствами массовой коммуникации, научные знания, индивидуальный и групповой опыт, слухи, молва и т. д. В силу этого оно может быть в различной степени истинным или ложным, адекватным или иллюзорным. Взятое в целом общественное мнение представляет собой сложное переплетение истины и заблуждения. В развитом обществе привычными каналами и формами выражения общественного мне­ния являются референдумы, конференции, совещания, прямое участие масс в законодательных и исполнительных органах, манифестации и т. д. В таком обществе его роль в общественной жизни резко возрастает: усложняются функции, расширяется сфера деятельности, увеличивается степень глубины и компетентности его субъекта. Второй уровень общественного сознания — теоретическое сознание, отражающее глубинные, сущностные стороны общественной жизни и включенной в нее природной среды в форме взглядов, теорий, законов. От обыденного сознания оно отличается большей сложностью в силу проникновения в сущность общественного бытия, законы и источники его развития. Вместе с тем теоретиче­ское сознание опирается на обыденное сознание, особенно на здравый смысл, но идет дальше и глубже его. Взаимосвязь теоретического сознания и здравого смысла; двусторонняя: с одной стороны, под влиянием развития НТП обыденная жизнь наполняется научным знанием, и здравый смысл, вбирая в себя то, что было ранее лишь достоянием науки, обогащается; с другой стороны, здравый смысл в известной мере контролирует науку, поскольку последняя, имея дело с абстракциями, может: терять чувство реальности, отрываться от действительности. Так, в течение десятилетий существовал значительный отрыв общественных наук от реальной жизни, ее насущных проблем. Возникли элементы утопизма, в то время как здравый смысл, связанный с обыденной жизнью, все больше порождал недоверие к развиваемым в них идеям. Однако концепция перестройки общества, перехода к новой модели социализма может быть сформулирована только общественными науками, при опоре их на здравый смысл. С теоретическим сознанием тесно связана идеология, т. е. система, идей, взглядов, теорий .отражающих сущность, законы общественного бытия под углом Зрения интересов общества, классов, социальных групп. В отличие от общественной психологии, идеология создается не обществом или классом в целом, а отдельными его представителями, которые, по выражению Маркса, теоретически приходят к тем же выводам, к которым общество или класс приходят практически. Из условий жизни общества или класса стихийно возникает не идеология, а общественная психология, создающая опреде­ленную почву для выработки, распространения и усвоения идей. Анализируя механизм формирования и распространения научной идеологии, Ленин показал, что она возникает не из стихийного роста рабочего движения, а как результат развития науки, культуры, прогресса общественной мысли, и носителем ее является передовой, сознательный авангард рабочего класса — партия, который вносит идеологию в массы. Сам рабочий класс не может осознать свои коренные интересы, цели и задачи борьбы. С тредюнионистским сознанием и стихийной борьбой он остается до усвоения научной идеологии «классом в себе». Лишь осознав с ее помощью свои коренные интересы, цели, задачи, он становится «классом для себя», классом со зрелым самосознанием. Различают ненаучную и научную идеологию. Последняя, по определению Ленина, соединяет в теории высшую и строгую научность с революционностью. Будучи в классовом обществе классовой и партийной, идеология связывает познание социальной действительности с интересами того или иного класса. На этом основании утверждают, что научность и партийность не совместимы, и потому любая идеология представляет собой в значительной мере превратное отражение действительности. При этом не учитывается, что познание возникает как выражение и реализация определенных интересов и потребностей. Природа как объект естественных наук определяет лишь возможность их появления, которая превращается в действительность тогда, когда формируется общественный или классовый интерес, общественная и классовая потребность в его исследовании. «Даже это «чистое» естествознание,— отмечали основоположники марксизма, — получает свою цель, равно как и свой материал, лишь благодаря торговле и промышленности, благодаря чувственной деятельности людей». Вся наука в целом развивается как результат реализации определенных общественных, классовых или личных интересов, но общественные науки в большей мере, чем естественные, зависят от них. В «Немецкой идеологии» Маркс и Энгельс показали, что идеологию нельзя рассматривать вне истории общества, ибо господствующие идеи, мысли являются идеями и мыслями людей о себе и об обществе, в котором они живут. Каково общественное бытие, таковы и взгляды, теории. В материальной жизни общества, основанного на частном труде и собственности, заложена реальная основа появления превратного, иллюзорного сознания. Так, овеществление производственных отношений, происходящее в силу всеобщего обмена, всеобщей купли-продажи, порождает товарный фетишизм. У людей складывается представление, что вещи по самой своей природе обладают какими- то таинственными свойствами. Однако не идеологию вообще определяли классики марксизма как извращенное понимание истории, а идеологию, господствующую до становления развитого капиталистического общества. Прежде всего в силу самих условий материальной жизни она могла быть либо превратным пониманием истории, либо полным отвлечением от нее. До тех пор пока существуют частный труд и частная собственность, сохраняется и реальная основа для существования ненаучной идеологии, дающей в той или иной мере превратное объяснение действительности. Сознание и самосознание общества всегда таковы, каков реальный процесс жизни людей. В последнее время нередко выдвигается требование деидеологизации общества, его политической, экономической, правовой и других сфер. Деидеологизация, понятая разумно, есть устранение подмены экономических, конкретно-научных решений идеологическими, не вытекающими из сути дела. Однако без идеологии, соответствующей уровню экономического развития общества, не может существовать ни одно государство. Как уже отмечалось, структура общественного сознания в значительной степени является отражением структуры общественного бытия. Вследствие многоуровневости и многосторонности общественного бытия в общественном сознании как его отражении и осознании выделяют различные формы сознания: экономическое, экологическое, политическое и т. д. Общественное сознание и его форма соотносятся как род и вид. формы сознания различаются по предмету и способу отражения общественного ; бытия и, соответственно, по свойственному им содержанию и его глубине. Так, экономическое сознание отражает экономическую жизнь общества, ее общие и специфические стороны и законы, выступающие в качестве предмета исследования политической экономии и экономических наук. Политическое сознание также является концентрированным выражением экономики, но оно отражает ее под углом зрения интересов классов, государств и т. д. Отражение общественного бытия этими формами сознания осуществляется посредством понятий в отличие от эстетического сознания, отражающего его в художественных образах. Форма сознания представляет собой систему опре­деленных взглядов и идеологических отношений, в которых эти взгляды выражаются. Идеологические отношения, формируются, проходя через сознание людей, но возникают они не из сознания, а в результате отражения в нем материальной деятельности и отношений. Как и само сознание, идеологические отношения суть порождение и выражение общественного бытия, но они складываются на основе определенных взглядов, идей, теорий, в которых это бытие отражается. Так, политические отношения возникают на основе политических взглядов, теорий, являющихся концентри­рованным выражением экономики, и вне сознания не существуют. Революция вначале происходит в головах людей, и лишь тогда, когда идеи овладевают массами, становятся материальной силой, она переносится на баррикады. Идеологические отношения, в том числе политические, - это духовные отношения людей к природе и друг другу, отношения сознания людей в отличие от экономических, материальных отношений, как формы, в которой протекает процесс труда. Идеологические (духовные) отношения существуют при помощи материаль­ных средств, средств объективации, реализации сознания (язык, действия, произведения искусств, средства печати и информации, финансы и т. д.). Они воплощаются в материальных, практических действиях, отношениях, но их нельзя отождествлять со средствами объективации. Признание объективного характера идеологических отношений означает отождествление их с материальными отношениями по признаку, по которому они различаются. Материальные отношения не только не осознаются, но прежде всего находятся вне сознания людей и поэтому не зависят от него. Они складываются помимо воли, сознания индивидов как форма деятельности человека, направленная на поддержание его существования. Поэтому неправомерно отнесение к объективному в истории того, что в самом общественном сознании складывается как социально-психологическая реакция на изменение условий общественной жизни независимо от воли и же­ланий слоев, групп, классов. Как справедливо заметил Фромм, многие последователи Маркса, не сумевшие понять «основных концепций своего учителя», отождествляли объективные экономические условия с субъектив­ными экономическими мотивами. На этом основании они приходили к выводу, что главным мотивом поведения людей во все исторические эпохи была страсть к богатству. В действительности эта страсть характерна лишь для эпохи капитализма. Таким образом, идеологические отношения являются по своей природе духовными (субъективными), но имеют объективное содержание и материальные средства реализации. Они не тождественны ни с заключенным в них объективным содержанием, ни со средствами реализации. К тому же средства реализации идей, идеологических отношений, т. е. материальная часть надстройки, изъяты из материального производства для осуществления духовной жизни и, будучи объективными, представляют собой специфический компонент общественного бытия. Эта материальная часть надстройки есть связующее звено объективно-реального и субъективно-реального существования общества, средство их взаимного влияния. Менталитет может рассматриваться как способ и метод изучения общественных и цивилизационных структур исторического процесса в целом, т.е. изучение менталитета выступает как метод исторического познания. Гораздо большее прикладное значение имеет изучение менталитета конкретной эпохи, конкретной социальной группы или класса. В этом случае часто употребляют не термин «менталитет», а термин «ментальность». Отличие этих терминов состоит в том, что менталитет имеет всеобщее, общечеловеческое значение, а ментальность может относиться к самым различным социальным стратам и историческим временам.(18). Следует отметить, что употребление этих двух терминов еще не устоялось. Есть исследователи, которые применяют их как равнозначные. Именно такой подход мы встречаем в материалах круглого стола , проведенного журналом Вопросы философии в 1993 году.(19). Одной из проблем стала типологизация менталитета. Исследователи выделяют следующие типы ментальностей: 1). Индивидуальная ментальность. 2). Групповая ментальность. 3). Национальная ментальность. 4). Цивилизационная ментальность. Основными функциями общественного сознания и его форм являются познавательная, воспитательная, регулирования общественной жизни (деятельности и отношений людей к природе и друг к другу). Список литературы: 1. Основы философии. Ч. 2. Социальная философия: Учеб. пособие. – Изд-во Том. ун-та. Перм. отд-ние, 1991. – 276 с. 2. Ерасов Б. С. Социальная культурология: пособие для студентов высших учебных заведений. – Издание третье. – М.: Аспект Пресс, 1998. – 591 с. 3. Философия: учебник для высших учебных заведений. – Ростов н/Д «Феникс», 1998 – 576 с. 4. Семинарские занятия по философии: Учебник. Под ред. К.М. Никонова. - М.: Высшая школа, 1991. - 287с. 5. А.Г. Спиркин. Основы философии: Учебное пособие для вузов. - М.: Политиздат, 1988. - 592с.