Каталог :: Философия

Реферат: Особенности современного развития техники

                            Содержание                            
Введение                                                                       3
Кризис инженерии и новая идея инженерии                                        4
Социальные и культурные проблемы информатизации в современном обществе        14
Литература                                                                    24
     
      

Введение

В XVI—XVII вв. идеи инженерии и развития техники на основе инженерной деятельности были всего лишь замыслом и воплощались в отдельных практических образцах. Но по мере развития новой на­уки и инженерии, а в XIX—XX вв. — индустриального производства, целиком опирающегося на инженерию и проектирование, — облик нового технического мира становится все более ощутимым. Среди источ­ников и детерминантов, определяющих функционирование и развитие техники, важное место занимает научно-инженерная кар­тина мира, сложившаяся в конце XIX — начале XX в. Картина мира представляет собой образ той действительности, из которой, как не­посредственно данной, исходит специалист. Научно-инженерная кар­тина мира включает в себя некий сценарий. Существует природа, мыслимая в виде бесконечных процессов, энергий. Ученые описывают в естественных науках законы природы и строят соответствующие теории. Опираясь на эти законы и теории, инженер изобретает, конструирует, проектирует инженерные изделия (машины, механизмы, сооружения). Массовое производство, опира­ясь на инженерию, производит вещи, продукты, необходимые чело­веку и обществу. В начале этого цикла стоят ученый и инженер -творцы вещей, в конце — их потребители. В соответствии с традици­онной научно- инженерной картиной мира считается, что познание и инженерная деятельность не влияют на природу, из законов которой инженер исходит, что техника как результат инженерной деятельно­сти не влияет на человека, поскольку является созданным им средст­вом, что потребности естественно растут, расширяются и всегда мо­гут быть удовлетворены научно-инженерным путем. Становление инженерной деятельности, реальности и научно-ин­женерной картины мира не было бы столь успешным, если бы инже­нерная деятельность не оказалась эффективной. Эффективность ин­женерной деятельности проявилась при создании как отдельных инженерных изделий, так и более сложных технических систем. Если Гюйгенс сумел создать инженерным способом часы, то сегодня таким способом создаются здания, самолеты, автомобили и бесконечное количество других необходимых человеку вещей. По сути, самолет есть сложная техническая система, но, например, еще сложнее АЭС, ускорители или космические комплексы. Во всех этих случаях инже­нерный подход к решению проблем демонстрирует свою эффектив­ность.

Кризис инженерии и новая идея инженерии

Могущество инженерии подготавливает и ее кризис. Сегодня обо­значились по меньшей мере, четыре области такого кризиса: погло­щение инженерии нетрадиционным проектированием, поглощение инженерии технологией, осознание отрицательных последствий ин­женерной деятельности, кризис традиционной научно-инженерной картины мира. Если инженерное (техническое) проектирование имеет дело с раз­работкой процессов, описанных в естественных или технических на­уках, то другие виды проектирования (архитектурное, градостроитель­ное, дизайнерское, организационное и т.д.) разрабатывают помимо таких процессов и другие - описанные в опыте или даже априорно задаваемые (желаемые). Впрочем, и в инженерном проектировании не все процессы задаются и рассчитываются на основе знаний есте­ственных наук. Например, при проектировании автомашин, самоле­тов, ракет лишь в самое последнее время стали учитывать и рассчи­тывать загрязнение воздушной среды, тепловые выбросы, уровень шума, изменение инфраструктур, влияние на людей и ряд других, как сегодня выясняется, важных моментов. Экс­пансия проектного мышления и инженерии заставляет инженеров не только организовывать инженерное дело по образу проектирования (как инженерные проекты), но и, что более существенно, мыслить проектно. Инженер все чаще берется за разработку процессов, не описанных в естественных и технических науках и, следовательно, не подлежа­щих расчету. Проектный фетишизм (все, что изображено в проекте, можно реализовать) разделяется сегодня не только проектировщи­ками, но и многими инженерами. Проектный подход в инженерии привел к резкому расширению области процессов и изменений, не подлежащих расчету, не описанных в естественной или технической науке. Эта область содержит процессы трех видов: влияние на при­родные процессы (например, загрязнение воздушной среды, измене­ние почвы, разрушение озонового слоя, тепловые выбросы и т.п.), трансформация деятельности и других искусственных компонентов и систем (например, инфраструктурные изменения) и воздействие на человека и общество в целом (например, влияние транспорта или ЭВМ на образ жизни, сознание, поведение человека). Еще более значительное влияние на развитие инженерии, а также расширение области ее потенциальных "ошибок", то есть отрицатель­ных или неконтролируемых последствий, оказывает технология. Дол­гое время изобретательская деятельность, конструирование и традиционное инженерное проектирование определяли развитие и особенности инженерии. Происходило формирование, с одной стороны, самой инженерии и связанных с нею деятельностей (исследовательской, расчетной, проектной, производственной, эксплуатационной), с дру­гой — естественных и технических наук, обеспечивающих инжене­рию. Являясь на первых порах всего лишь одним из аспектов изго­товления технических изделий и сооружений, технология, понимае­мая в узком смысле, способствовала постепенному осознанию и вы­явлению операциональных, деятельностных и социокультурных со­ставляющих инженерной деятельности. В последние десятилетия ситуация изменилась. Реализация крупных национальных технических программ и проектов в наиболее разви­тых в промышленном отношении странах позволила осознать, что существует новая техническая действительность, что технологию сле­дует рассматривать в широком контексте. Исследователи и инженеры обнаружили, что между технологическими процессами, операциями и принципами (в том числе и новыми), тем состоянием науки, техни­ки, инженерии, проектирования, производства, которые уже сложи­лись в данной культуре и стране, с одной стороны, и различными социальными и культурными процессами и системами — с другой, существует тесная взаимосвязь. С развитием технологии происходит кардинальное изменение ме­ханизмов и условий прогресса техники и технических знаний (дис­циплин, наук). Главным становится не установление связи между природными процессами и техническими элементами (как в изобре­тательской деятельности) и не разработка и расчет основных процес­сов и конструкций создаваемого инженерами изделия (машин, меха­низмов, сооружений), а разнообразные комбинации уже сложившихся идеальных объектов техники, видов исследовательской, инженер­ной и проектной деятельности, технологических и изобретательских процессов, операций и принципов. Изобретательская деятельность и конструирование начинают обслуживать этот сложный процесс, оп­ределяемый не столько познанием процессов природы и возможнос­тями использования знания в технике, сколько логикой внутреннего развития технологии в ее широком понимании. Эту логику обуслов­ливают и состояние самой техники, и характер технических знаний, и развитие инженерной деятельности (исследование, разработка, про­ектирование, изготовление, эксплуатация), и особенности различных социокультурных систем и процессов. Можно предположить, что тех­нология в промышленно развитых странах постепенно становится той технической суперсистемой (техносферой), которая определяет раз­витие и формирование всех прочих технических систем и изделий, а также технических знаний и наук. Важно обратить внимание на то, что, развиваясь в рамках технологии, инженерия все больше стано­вится стихийной, неконтролируемой и во многом деструктивной си­лой. Постановка инженерных задач определяется теперь не столько необходимостью удовлетворить ближайшие человеческие желания и потребности (в энергии, механизмах, машинах, сооружениях), сколь­ко имманентными возможностями становления техносферы и техно­логии, которые через социальные механизмы формируют соответст­вующие этим возможностям потребности, а затем и "техногенные" качества и ценности самих людей. В связи с этим можно говорить и о более сложном процессе фор­мирования особого типа современного человека с научно-техничес­кой ориентацией. Это проблема известной теории двух культур - тех­нической и гуманитарной. Отрицательные последствия инженерной деятельности вносят свой вклад в три основных вида кризиса: разрушение и изменение природы (экологический кризис), изменение и разрушение человека (антропо­логический кризис) и неконтролируемые изменения второй и третьей природы: деятельности, организаций, социальных инфраструктур (кри­зис развития). Влияние технического развития на человека и его образ жизни менее заметно, чем на природу. Тем не менее, оно существенно. Здесь и полная зависимость человека от технических систем обеспечения (начиная с квартиры), и технические ритмы, которым должен подчи­няться человек (производственные, транспортные, коммуникацион­ные — начало и окончание программ, скорости процессов, кульмина­ции), и потребности, которые исподволь или явно (например, с по­мощью рекламы) формируют технические новации. Выяснилось, что человек и природа не успевают адаптироваться к стремительному развитию технической цивилизации. И раньше одни технические новшества и изменения влекли за собой другие. Например, развитие металлургии повлекло за собой создание шахт и рудников, новых заводов и дорог и тому подобное, сделало необходимым новые науч­ные исследования и инженерные разработки. Однако до середины XIX в. эти трансформации и цепи изменений разворачивались с та­кой скоростью, что человек и отчасти природа успевали адаптиро­ваться к ним (привыкнуть, создать компенсаторные механизмы и другие условия). В XX в. темп изменений резко возрос, цепи измене­ний почти мгновенно (с исторической точки зрения) распространя­лись на все стороны жизни. В результате отрицательные последствия научно-технического прогресса отчетливо проявились и стали про­блемой. Кризис традиционной научно-инженерной картины мира снова, но, естественно, уже на другом уровне, возвращает нас к негомоген­ному пониманию природы. Приходится различать "природу вообще" и "планетарную природу". В рамках планетарной природы уже не дей­ствует принцип независимости природы и человека от познания, ин­женерной деятельности и техники. Нужно сказать, что рождающийся в наше время новый образ планетарной природы непривычен. Это уже не простой объект деятельности человека, а, скорее, живой орга­низм. Законы подобной природы не вечны, а обусловлены историче­ски и в культурном отношении. Само человеческое действие здесь (включая научное познание, инженерию и проектирование) есть ор­ган эволюции природы. У эволюции есть цель и не одна. Природа не только условие человеческой деятельности и прогресса, но и их цель, а также своеобразное духовное существо. Она может чувствовать, отвечать человеку, ассимилировать его усилия и активность. Но как в этом случае быть с первой природой, со второй природой? Дело в том, что в сознании философов и ученых фигурирует, прав­да в несколько ослабленной форме, установка на целостное непроти­воречивое представление всей природы. Попытки включить разные "природы" (первую, вторую, материальную, духовную, космическую, природу микромира и т.д.) в рамки единой картины природного мира вдохновляются до сих пор именно этой установкой. У всех подобных синтезов — общая проблема: соединить, связать несоединимые онто­логические признаки, дедуцировать их в некоторой правдоподобной и убедительной логике. При этом, поскольку естественная точка зре­ния на природу является доминирующей, синтез идет именно в онто­логической плоскости и при четко выраженных границах разных природ становится практически невыполнимым. Например, связать в онтологической плоскости природу микро- и макромира пока не удается. Аналогично не удается вывести культуру из природы и, наоборот, природу из сознания и духа, если, конечно, не прибегать к поэтическому воображению. Установке на синтез природ, на построение единой непротиворечи­вой картины природного мира в современной культуре противостоит другая установка— на дифференциацию, разведение отдельных природ. Каждая отдельная природа характеризуется при этом самостоятельны­ми законами, действующими только на "территории" данной природы. Например, законы культуры историчны и, отчасти, искусственны, а пер­вой природы — вечны и естественны. Явления гуманитарной природы подчиняются рефлексивным отношениям и отношениям "понимаю­щей" и "диалогической" коммуникации, а явления технической приро­ды — принципам технического действия и эффективности. Установка на обособление и спецификацию отдельных природ находит мощное подкрепление в предметной работе специалистов, в конкретных груп­пах и типах наук (естественных, математических, технических, гумани­тарных, общественных и т.д.). Синтез разных природ все же необходим, нужно стремиться к построению целостной картины природного мира. Дру­гое дело, должен ли этот синтез разных природ идти только в онто­логической плоскости, под 'естественным углом зрения? Природа - онтологическое и смысловое основа­ние познавательной деятельности определенного типа, группы опре­деленных наук, научных предметов и дисциплин. С этой точки зре­ния синтез природ должен вестись в двух перпендикулярных плоско­стях — онтологической и методологической. Методологическая ре­флексия разных видов познавательной деятельности, разных групп наук должна выявить их онтологические и смысловые основания; затем необходимо обсудить пути и способы интегрирования этих ос­нований. При этом не исключено, что сквозной онтологический син­тез просто не потребуется, его заменят переходы из одних типов на­учных предметов в другие, а также перепредставления друг в друга онтологических картин и смыслов, лежащих на границах сходящихся разных природ. Следующая настоятельная культурная проблема нашего време­ни — учет влияния на первую природу самой человеческой культур­ной активности. Действительно, традиционное понимание природы исходит из убеждения, что человеческая деятельность (познаватель­ная, инженерная, производственная) не изменяет параметры и ха­рактеристики природы, поскольку исходит как раз из ее законов. В XX столетии выяснилось, что человеческая культур­ная деятельность достигла таких масштабов, что стала влиять на саму окружающую человека природу, менять ее характеристики и законы. Следовательно, понятие природы должно быть изменено, природой должны считаться не только первая природа, но и симбиоз первой природы и человеческой деятельности (культуры), то есть естествен­но- искусственное целое. Наконец, есть еще одна культурная проблема — выявление приро­ды самой человеческой деятельности. Человек становится губителем природы не потому, что он слишком далеко ушел от нее, что сделался чрезмерно внеприродным, далеким от от­ветственности и простоты, самодеятельной и самопрогрессирующей силой, но, как раз напротив, потому что он в пределах некоторых специфических социальных отношений ведет себя аналогично безот­ветственно грубой природоподобной стихии. Конечно, обществен­ные и гуманитарные науки пытаются описать природу человеческой деятельности и культуры, но сегодня этих усилий недостаточно. Пересматривается в наше время и понятие о потребностях, а так­же образ достойного существования человека. Поскольку потребнос­ти современного человека в значительной мере обусловлены научно-техническим прогрессом и этот же прогресс лишает человека его свободы, ставится вопрос о вы­свобождении человека из-под власти техники, о том, что он должен пересмотреть свое отношение и к технике, и к природе. Сегодня приходится пересматривать все основные составляющие традиционной научно-инженерной картины мира, включая саму идею инженерии. В частности, в эту идею входит и представление о том, что все проблемы, порождаемые научно- техни­ческим прогрессом, можно решить опять же научно-инженерным, рациональным способом. Вряд ли это так. Нужно учесть, что в соци­уме деятельности принадлежат различным культурным подсистемам и в этом плане подчиняются логике их жизни, в частности, ценност­ным отношениям. Особенностью же жизни культурных подсистем, в отличие от рационально организованной деятельности, является вза­имодействие, борьба разноориентированных, иногда противополож­ных сил и ценностей. В этом плане реализация отдельных актов де­ятельности, не учитывающая бытие других деятельностей, может не только не приводить к нужным результатам, но и давать результаты, противоположные ожидаемым. Следовательно, "природа" человеческой деятельности во многом зависит от культурных их составляющих и содержит два различных слоя — акты деятельности, организуемые на рациональной основе, и культурные компоненты (подсистемы), живущие по иной логике. Именно поэтому большинство проблем, встающих сегодня в общест­ве, не удается решить научно-техническим способом. Кризис инженерной идеи и заставляет искать новые, альтернативные подходы. Обычно техническая мысль идет здесь в направлении создания малоотходных производств, новых дружественных человеку технологий (ЭВМ, чис­тые в экологическом отношении источники энергии, изделия и ма­шины из нетрадиционных материалов и т.д.), производств с замкну­тыми циклами, более широкое развитие биотехнологий и т.п. Поли­тическая мысль ищет выход в разработке системы коллективной от­ветственности и ограничений (например, отказ от производства ве­ществ, разрушающих озоновый слой, снижение выброса в атмосферу тепла и вредных химических веществ и т.д.). И то, и другое, конечно, необходимо. Но есть еще один путь: критическое переосмысление самих идей, лежащих в основании нашей технической цивилизации, прежде всего идеи есте­ственной науки и инженерии. Судя по всему, традиционная идея инженерии исчерпала себя. Во всяком случае сегодня необходимо формулировать идею инженерии заново. Основной вопрос здесь следующий. Как реализовать силы природы, как использовать их для человека и общества, согласуя это использование с целями и идеалами человече­ства. Последнее, например, предполагает: снижение деструктивных процессов, безопасное развитие цивилизации, высвобождение чело­века из-под власти техники, улучшение качества жизни и другие. Возникает, однако, проблема: совместимо ли это с необходимостью обеспечивать приемлемый и достойный уровень существования для миллиардов людей на планете и восстанавливать природу планеты? Другая проблема - как контролировать изменения, вызванные со­временной инженерной деятельностью, проектированием и техноло­гией. Дело в том, что большинство таких изменений (изменение при­родных процессов, трансформация человека, неконтролируемые изменения второй и третьей природы) поддаются расчету только в бли­жайшей зоне. Например, уже на региональном, а тем более, плане­тарном уровне трудно или невозможно просчитать или контролиро­вать выбросы тепла, вредных веществ и отходов, изменение грунто­вых и подземных вод и т.д. Не менее трудно получить адекватную картину региональных и планетарных изменений техники, инфра­структур, деятельности или организаций. Трансформация образа жизни и потребностей человека, происходящая под воздействием техники, также плохо поддается описанию и, тем более, точному прогнозирова­нию. Все, что можно рассчитать и прогнозировать, нужно считать и прогнозировать; следует сводить к минимуму отри­цательные последствия инженерной деятельности. Необходимо рабо­тать над минимизацией потребностей и их разумным развитием. Нужно отказаться от инженерных действий (проектов), эффект и последствия которых невозможно точно определить, но которые, однако, могут вести к экономическим или антропологическим ката­строфам. Важно сменить традиционную научно-инженерную карти­ну мира, заменив ее новыми представлениями относительно приро­ды, техники, способов решения задач, достойном существовании человека, науки. Новая инженерия и техника предполагает иную научно-инженер­ную картину мира. Такая картина уже не может строиться на идее свободного использования сил, энергий и материалов природы и идее творения. Плодотворные для своего времени (эпохи Возрождения и XVI — XVII вв.) эти идеи помогли сформулировать замысел и образ­цы инженерии. Но сегодня они уже не отвечают ситуации. Новая инженерия и техника — это умение работать с разными, это внимательное выслушивание и себя, и культуры. Выслушать — это значит понять, с какой техникой мы согласны, на какое ограничение своей свободы пойдем ради раз­вития техники и технической цивилизации, какие ценности технического развития нам органичны, а какие несовместимы с нашим по­ниманием человека и его достоинства, с нашим пониманием культу­ры, истории и будущего. Одним из примеров прикладных исследований является социокультурный анализ процессов информатизации.

Социальные и культурные проблемы информатизации в современном обществе

Если отбросить упрощенные трактовки информати­зации только как компьютеризации или обеспечения широкого до­ступа к информации, то останется вполне серьезная концепция. Информатизация — не просто внедрение ком­пьютерной техники в различные области социально-экономической практики, а формирование целостных машинизированных информа­ционных технологий, их массовое "встраивание" в социальный орга­низм и использование, ведущее к новым моделям деятельности. Ин­форматизация связана с повышение уровня системности народного хозяйства, созданием машинно-информатизационных сред, фор­мированием общественной широко разветвленной системы баз дан­ных и знаний, формированием информационных связей и потоков в производстве, управлении, науке, образовании, сфере услуг и дру­гих социальных областях, где внедряется компьютерная техника. В конечном счете речь идет об образовании информационного обще­ства и даже формировании предпосылок информационной цивили­зации. Информационное общест­во — это такое общество, где все информированы, где большинство граждан участвуют в процессе создания, сбора, хранения, обработки или распределения информации, а не в сельском хозяйстве или про­изводстве. Кроме того информатизация ведет к новым технологиям и моделям деятельности, к другому типу культуры, становящейся благодаря информатизации истинным орга­низмом. Например, помимо новых колоссальных возможностей, в производственной сфере открываются неожиданные перспективы теледиагностирования и телетерапии, телекоммуникации в личном общении. Если обобщить все указанные процессы, то первую тенденцию в этой области можно сформулировать так: информатизация ведет не просто к увеличению объема информации, к созданию сетей, стан­ций, баз данных и знаний, но и к принципиально новым технологи­ям (не только информационным), новой культуре, новому типу об­щества. Вторая тенденция — информация и информатизация способству­ют формированию особой среды, получившей сегодня название ин­формационной. Пока ин­формационная среда рассматривается только с точки зрения храни­мой и циркулирующей в ней информации, она выступает как объект техники, служащей определенным человеческим целям, выступаю­щим по отношению к этой технике как внешние условия функцио­нирования. Как только эта среда начинает рассматриваться как сред­ство коммуникации (отнюдь не сводящейся к передаче фактических сведений, но связанной с передачей мнений, приказаний, обещаний, гипотез, вопросов и т.д.), то она выступает как неотъемлемый фраг­мент культуры и должна исследоваться в этом качестве. Коммуника­ционная концепция рассматривает информационную среду и входя­щие в нее в качестве компонентов информационные системы как средство передачи знаний и, вообще, обмена сообщениями разного статуса, то есть как средство, позволяющее осуществлять социокультурные функции — своего рода технический протез в сфере культу­ры. Но информационная среда может быть определена не только как "средство, позволяющее осуществить социокультурные функции", а так же как система социокультурных условий (экономических, соци­альных, организационных, ментальных и т.д.), влияющих на созда­ние, распространение и использование информации. В этом случае к характеристикам информационной среды необходимо отнести, на­пример, типы хозяйствования и экономические отношения, формы организации деятельности, характер образования, состояние науки и техники, качество труда (культура труда), господствующие типы ра­циональности, ценности и навыки работы специалистов и ряд других моментов. Целесообразно взглянуть на информационную среду еще одним способом, учтя динамическую природу информации. Действительно, сегодня информатизация — это весьма сложный динамический про­цесс, включающий в себя: инновации в области информатизации (создание новых информационных технологий, передача зарубежных информационных технологий, подготовка специалистов и т.д.); изме­нение деятельности, форм организации, типов рациональности (про­цессы информатизации ведут к перестройке исходной деятельности, создание новых форм организации и управления); трансформации других видов деятельности или условий. Информационную среду можно определить как систему новаций и изменений (трансформаций), об­разующих процесс информатизации. При таком подходе характерис­тики информационной среды выявляются при анализе соответствую­щих новаций и изменений. Не менее важная тенденция — возрастание всех форм рефлексии в области информатизации, понимание и осознание проблем, встаю­щих в ней. Вот пример двух таких важных проблем. Первая проблема — это создание искусственного интеллекта, а не просто машин для расчетов и переработки информации. На первом этапе казалось, что мышление вполне может быть представлено в си­стеме формально-логических операций. Сегодня наступило отрезв­ление, причем, по меньшей мере, в двух аспектах. Стало понятным, что машина, какой бы оригинальной и сложной она ни была, пусть даже воспроизводит принципы работы нейронных сетей и действует на основе параллельной обработки информации, все же не работает как живой мыслящий разум. В лучшем случае компьютер может вос­произвести отдельные операции, вырванные из контекста. Контекс­том же живого мышления являются социальная среда, культурная коммуникация, общение людей. Эти моменты в машинной среде и системах машин невоспроизводимы в принципе. Другой момент: основные поиски сегодня смещаются в разработ­ку таких устройств, принципов и программ, которые бы позволяли работать с визуальными образами и знаниями. И первое, и второе предполагает не просто кодирование и декодирование информации, а также алгоритмизацию процессов, но и разработку принципов ма­шинного понимания, чтения, осмысления. Сложность же решения этой проблемы трудно переоценить. Вторая проблема — создание баз знаний, более широко — таких ма­шинных систем, которые бы работали со знаниями: выделяли их, клас­сифицировали, преобразовывали, кодировали без существенной поте­ри смысла, кодировали контексты знаний и основные способы их упо­требления, восстанавливали после машинной обработки знания в жи­вой естественной форме и т.д. Реальное знание имеет не только значение, но и смысл, не один кон­текст и область употребления, а множество, в развитой форме объеди­няется в теории, обосновывается в философии и методологии, имеет личностные формы существования и т.д. Здесь речь идет о преодолении все того же барьера между личным знанием и информацией. Для инженера по знаниям главная задача представить явным образом в тексте (или памяти ЭВМ) содержание неявного зна­ния. В рассматриваемом же здесь феномене непрямой коммуникации суть не в том у чтобы адекватно передать в тексте трудно представимое в нем содержание, но в том, чтобы использовать этот текст для передачи неких ориентации сознания, которые сами по себе в тексте не представимы. Текст в непрямой коммуникации используется как символ, ука­зывающий на определенные ориентации сознания, а не как знак, обо­значающий фрагмент внешней реальности. Третья проблема — необходимость решать проблемы информа­тизации одновременно как на мировом, так и на национальном уров­нях. В настоящее время проблемы развития информации в нашей стра­не понимаются подавляющим большинством исследователей и раз­работчиков как передача нам западных информационных техноло­гий, развитие по западному образцу вычислительной техники, средств связи, станций, сетей, банков данных и знаний, экспертных систем и других компонентов. Соответственно цель информатизации видят в создании информационного общества и среды, создании условий для качественного сдвига в развитии всей нашей технологии и производ­ства. Подобная постановка вопроса и видение ситуации, с одной сто­роны, естественны, с другой — нуждаются, тем не менее, в осмысле­нии. Для создания более человеч­ного мира, в котором ресурсы оказались бы сбалансированными, нужно научиться противостоять экономическим и технопромышленным моделям и, в особенности, не допускать вторичных последст­вий, которыми зачастую сопровождается передача технологий, — по­давления культурной самобытности и упадка культуры принимающей помощь страны. Наряду с неоспоримыми достижениями, имеется немало примеров, показывающих, как губительно воздействует на культуру импорт (нередко навязываемый) орудий труда и продукции техиндустрии. Перечислим теперь основные тенденции и принципы, опираясь на которые можно задать политику в области информатизации. Стремление установить баланс трех уровней развития — мирового, национального и регионального. Речь идет о том, что подключение к мировому уровню развития (в области средств коммуникации, ин­формационной технологии, интеллектуального обеспечения и т.д.) не должно означать свертывания национальных и региональных усилий в этой области. Напротив, определенные самостоятельные направле­ния развития в сфере информатизации в стране и отдаленных ее ре­гионах должны быть поддержаны всеми доступными силами (финан­сами, политикой, материальными средствами и т.д.). Необходимость пройти все основные этапы развития. Среди вопросов, которые здесь необходимо продумать, есть и следующий: нужно ли проходить те этапы развития в области информации, которые прошли западные страны, или мы можем сра­зу подключиться к мировой информационной технологии и системе? При этом речь идет не только о компьютерной и телекоммуникаци­онной индустрии, но и о социокультурных условиях, а также различ­ных инфраструктурах, без которых такая индустрия не будет рабо­тать. Дело не просто в создании новой компьютерной техники, а в развитии определенных экономических структур (рыночных отноше­ний, кредитной системы, бирж и т.д.), в изменении ряда социальных и культурных отношений (переход к новому типу организации дея­тельности, новой рациональности, соответствующая трансформация институтов культуры), изменении сознания и способностей людей. Поскольку все подобные изменения и этапы развития взаимосвяза­ны, постольку перескочить какие-то ступени органического развития невозможно. Другое дело, что они могут проходиться иначе и, воз­можно, быстрее. Но их все равно нужно пройти. Опережение в создании условий. Сравнение отечественных и западных путей развития позволяет выявить две по­лярные стратегии: мы стараемся сразу создать какие-то системы и лишь в связи с этим, обычно с некоторым отставанием, создаем для них необходимые условия; напротив, индустриально развитые страны (Япония, США, ФРГ, Великобритания, Франция, Швеция и т.д.), имея целью создание каких-то систем, сначала создают необходимые условия и предпосылки и лишь затем развертывают различные систе­мы. Поддержка процессов модернизации. Сообразность человеку и куль­туре. Когда пишут об информатизации, то имеют в виду прежде все­го технологический аспект, а также экономический. Но информати­зация должна способствовать также развитию социокультурной сфе­ры, поддерживать различные процессы модернизации (переход на ры­ночную экономику, современные взаимоотношения производителей и потребителей, обеспечение демократических процессов, построе­ние правового государства и т.п.), наконец, работать на человека и культуру. Сообразность культуре и человеку означает приоритетность и поддержка тех процессов в сфере информатизации, которые спо­собствуют развитию культуры и человека, а не закрывают или пре­пятствуют такому развитию. Естественно, что любая технология со­здается для удовлетворения каких-то человеческих потребностей, однако она создается и сама по себе, в силу развития науки, инжене­рии и техники. Имманентное развитие информатизации, с одной стороны, и отсутствие специальной ориентированности на процессы модернизации, развитие человека и культуры — с другой, приводят к появлению в результате развития информатизации ряда нежелатель­ных последствий. Необходимость учесть отрицательные последствия информатиза­ции. Сообразность культуре и человеку делает необходимым анализ отрицательных последствий информатизации. Новейшая информа­ционная техника позволяет не только под­ключиться к каждому, но и выключить каждого из процессов жизни, деятельности и мышления. Проникновение во все общество и жизнь каждого, власть над физическим и психическим совершенно очевид­ны. Компьютеризация приводит к тому, что досуг, личная жизнь, мышление, поведение, настроение и все человеческие прояв­ления оказываются жестоко и принудительно нормированными. Компьютеризация может создавать условия для проникновения в частную жизнь отдельного человека, безработицы, способствует всеобщей рационализации, порождаемой информатизацией с присущей ей логикой. Не следует путать знания в качестве познания со знанием в качестве власти. Противопоставле­ние такого рода связано с тем, что знание, дающее власть, повышая производительность, ведет к разрушению природы, гонке вооруже­ний и безработице. Говоря об отрицательных последствиях информатизации, нужно иметь в виду, что оценки в данном случае (отрицательные по­следствия) — это не абсолютные характеристики, а интерпретация, результат анализа. Например, известно, что информатизация вле­чет за собой не только свертывание потребностей в одних специ­алистах и профессиях, но и потребность в других, новых. Анало­гично компьютеризация создает условия для формирования ново­го типа рациональности, в частности, еще больше превращает че­ловека в элемент техносферы. Но одновременно, это опять же известно, у че­ловека появляются новые степени свободы. Так что вопрос об оценке последствий информатизации не простой, необходимы спе­циальные исследования. Исходя из этих установок намечается несколько возможных сценариев политики в области информатизации. Более глубокое освоение первых эшелонов использования информаци­онных технологий. Здесь речь идет о массовом освоении следующих сфер применения: конторские системы, системы обработки больших объектов трансакций, системы контроля, системы компьютерного моделирования для принятия решений по планированию, системы государственного назначения. Создание передовых центров, фирм, сетей ("маяков" информатизации). Передача западных технологий. Создание отечественных компьютерных технологий, эксперименты в области информатизации не могут быть осуществлены в массовом порядке и повсеместно. Целесообразно со­здать своего рода "маяки" или "очаги" информатизации, где бы дело было поставлено на самом современном мировом уровне. Для этой цели мо­гут быть использованы крупные университеты, смешанные предприя­тия и фирмы, специально созданные предприятия и фирмы. Подобные маяки должны поддерживаться и в финансовом отношении, и всеми другими способами. Именно здесь должны осваиваться зарубежные информационные технологии, разрабатываться концепции их "привяз­ки" к нашим условиям, осуществляться переподготовка и подготовка специалистов, создаваться самостоятельные разработки и исследова­ния. Маяки компьютеризации могут выступать так же, как центры разра­ботки политики в области информатизации, как главные центры комму­никации и профессионального общения. Вокруг них может формировать­ся профессиональное сообщество и профессиональные союзы. Специализация отечественных исследований и разработок на опреде­ленных направлениях. Наряду с развитием "скромных" технологий и освоением первых эшелонов использования информационных тех­нологий, целесообразно сохранить отечественные достижения в об­ласти информатизации, а также специализироваться в определенных направлениях, там, где есть надежда выйти на современный мировой уровень. Такими направлениями могут быть: программирование, инженерия знаний, интеллектуальное (математическое, лингвистическое, гуманитарное, социокультурное и т.д.) обеспечение и другие. Все эти направления должны быть, с одной стороны, защищены, поставлены в более выгодные условия, с другой -иметь возможность участвовать в международном разделении труда и конкуренции на мировом рынке. Создание необходимых условий для успешного развития информати­зации. Конечно, в нашей стране должны создаваться современные информационные технологии, приобретаться зарубежные компьюте­ры и т.д. Но не менее важна подготовка новых специалистов, широ­кое компьютерное образование, система переподготовки существую­щих специалистов. Необходимо развитие научно-технических инфра­структур: например, систем связи или коммуникаций, исследователь­ских и инженерных центров и фирм, обслуживающих эти системы. Не менее важно интеллектуальное обеспечение информационных процессов: разработка информационной политики, проектов разви­тия информатизации, научные исследования и разработки в области информатизации, образовательные программы и т.д. Политика в сфе­ре информатизации должна способствовать формированию социаль­но-экономических и социокультурных условий и предпосылок ин­форматизации; для этого нужно, в частности, поддержать процессы модернизации в стране. Мыслимы, но нецелесообразны еще два сценария развития ин­форматизации в нашей стране: "автономный" путь, предполагаю­щий полный отказ от зарубежных влияний и помощи (практичес­ки такой подход уже невозможно осуществить), или "полностью зависимый" от зарубежных воздействий (этот путь весьма реаль­ный).

Литература

1. Розин В. М. Специфика и формирование естественных, технических и гуманитарных наук. К., 1989. 2. Каныгин Ю. М., Калитич Г. И. Информатизация и управление научно- техническим прогрессом. К., 1988. 3. Шнейдер Ю. М. Информатизация и культура. М., 1991.