Каталог :: Банковское дело

Реферат: Использование чеков

                                  ПЛАН.                                  
                                 Введение                                 
     1.    Понятие и юридическая природа чека.
     2.    Содержание чека.
     3.    Отношения между чекодателем и банком (плательщиком).
     4.    Отношения между чекодателем и чекодержателем и чекодержателей между собой.
     5.    Отношения между чекодержателем и банком (плательщиком).
     Литература.
                                Введение.                                
Банковская система является одним из важнейших атрибутов ры­ночной экономики.
Кредитные и расчетные отношения занимают су­щественное место в объеме всех
хозяйственных отношений независи­мо от организационно-правовой формы их
субъектов. Они являются неотъемлемым звеном рыночной экономики, которая
строится на от­ношениях партнерства, предполагающих наличие взаимного
интереса и, следовательно, их возмездный характер.
В данной работе будет рассмотрено порядок и условия при работе с чеками,
отношения между банком и чекодателем и держателями чеков, а также природа
чеков правило их получения.
Успешное функционирование отечественной банковской систе­мы, постепенное
включение российских финансово-кредитных ин­ститутов в международный бизнес в
значительной степени зависят от квалификации банковских руководителей и
работников, от наличия у них юридических знаний и опыта применения их на
практике.
                  1. Понятие и юридическая природа чека.                  
Чеком называ­ется документ, в котором содержится предложение чекодателя
плательщику уплатить означенную в нем сумму чекодержате­лю. Чек является
ценной бумагой. Для точного выяснения взаимоотношений чека и близких ему
институтов необходимо выяснить юридическую природу чека.
В зависимости от того, как конструируется юридическая природа чека, чековые
законодательства различных стран можно разбить на три группы. К первой группе
относятся законодательства английского типа, ко второй — французского и к
третьей — германского. Законодательства английского типа (английский закон
1882 г., законы САСШ) рассматривают чек как вид переводного векселя. Этому
способствуют особенности английского вексельного права, которое, во-первых,
допускает векселя на предъявителя и, во-вторых, не требует вексельной метки.
Таким образом, является вполне возможным определить чек как переводный
вексель, оплачиваемый по предъявлении и трассированный на банкира (ст. 73
английского вексельного закона 1882 г.). Английская конструкция значительно
облегчает задачу регулирования чека, так как делает возможным свести ее к
небольшому количеству норм и к отсылке к нормам, регулирующим вексель.
Французская конструкция чека исхо­дит из того, что выдача чека, а также
дальнейшая его передача представляет собой передачу прав на покрытие,
находящееся у плательщика. Эта конструкция является традиционной как во
французской судебной практике, так и в юридической науке. Она санкционирована
и новейшим французским законодатель­ством. Французская конструкция, если и не
рассматривает чек как вид векселя, то все же значительно сближает эти два
института, так как теория передачи прав на покрытие заим­ствована из
вексельного права. Наконец, в Германии анализ положений германского чекового
закона, а также довольно многочисленных других законов, построенных по этому
типу, приводит к теории двойного полномочия, которое хотя и не является
общепризнанной, то все же господствует в германской юридической науке. С
точки зрения этой конструкции чек представляет собой, во-первых, уполномочие
чекодателем пла­тельщика произвести платеж чекодержателю за счет чекодате­ля
и,  во-вторых,  уполномочие  чекодателем  чекодержателя получить платеж за
счет чекодателя. Уполномочием германс­кая наука называет согласие лица на то,
чтобы другое лицо действием, совершенным от своего имени (в данном случае
производство и прием платежа), изменило правоотношения, в которых состоит
управомочивающий (в данном случае умень­шение суммы его счета в банке или
увеличение его задолжен­ности банку по открытому кредиту). Изложенная
конструкция рассматривает чек как институт, стоящий рядом с переводным
векселем и теоретически объединяемый с последним в едином родовом понятии
перевода (Anweisung), в отношении которого понятие чека, переводного векселя,
а также переводного билета (перевод в узком значении термина) являются
понятиями видовыми. Чек, вексель и переводное письмо регулируются по
законодательству Германии и по другим законодательствам германской группы
отдельно друг от друга.
Действующее советское законодательство не регулирует чека. Источником
советского чекового права, прежде всего, являются оперативные правила банков.
Основное значение, как и в других случаях, принадлежит правилам
Государственного банка. Состояние источников не позволяет рассматривать чек
как вид векселя. Действующее в РСФСР Положение о векселях 1922 года и
составленные по его образцу вексельные законы других союзных республик
устанавливают реквизиты векселя (в частности, требуют вексельной метки и не
допускают вексе­лей на предъявителя), не дающие возможности подвести чек под
понятие векселя. Поэтому английская конструкция для советского права
отпадает. Учение о покрытии и о передаче прав на него совершенно чуждо
советскому праву. Следова­тельно, французская конструкция также не может быть
ис­пользована. Наиболее подходящей является германская теория чека, как
двойного уполномочия, удовлетворительно объясня­ющая особенности чека по тем
правовым системам, которым чужда идея передачи прав на покрытие и которые
регулируют чек независимо от векселя. Кроме того, следует отметить, что чек
является бумагой, в которой выражено обязательство чекодателя в отношении
чекодержателя.
                           2. Содержание чека.                           
В тех странах, в которых существует специальное чековое законодательство,
чеком считается только такой документ, содержание которого соответствует
установ­ленным на этот счет требованиям закона, так наз. реквизитам чека.
Советское право не знает чекового законодательства. Содержание чека, поэтому
должно соответствовать тем требо­ваниям, которые к нему предъявляют
оперативные правила банков. Такие указания мы находим, например, в § 19
правил Государственного банка о простых текущих счетах, утвержден­ных
Народным комиссаром финансов СССР 19 января 1928 года. Чек является
документом, содержащим предложение одного лица другому лицу уплатить
определенную сумму третьему лицу. Поэтому, прежде всего, должен быть
поставлен вопрос о том, кто может быть участником отношений по чеку. Принято
различать в этом вопросе активную чековую правоспособность и пассивную.
Активной чековой правоспособностью называется право выдавать чеки. Активная
чековая правоспособность, а также способность приобретать чеки и передавать
их дальше, принадлежит всем лицам, обладающим общей гражданской
правоспособностью. В отношении пассивной чековой правоспо­собности некоторые
законодательства (например, Англии, Гер­мании и др.) устанавливают, что
плательщиком по чеку могут быть только банкиры (Англия) или, кроме банков,
также и некоторые другие организации (например, сберегательные кас­сы и др.).
Действующее советское законодательство не дает по этому вопросу каких-либо
общих указаний. Следует только отметить ограничение для кооперативных
кредитных товари­ществ, содержащееся в приложении к ст. 15 Положения о
кооперативном кредите (С. 3. СССР 1927 г., № 4, ст. 44) и воспрещающее
кредитным товариществам выдавать чековые книжки без получения на то
специального разрешения. Совет­ская же практика знает только чеки, по которым
плательщика­ми обозначены кредитные учреждения (в том числе чеки на
государственные трудовые сберегательные кассы). Что же касается способа
обозначения на чеке лица, которому должен быть произведен платеж
(получателя), то вопрос этот урегули­рован в оперативных правилах. В
указанных выше правилах Государственного банка он составляет предмет
нескольких недостаточно полных и точных положений. Правила допускают как
чеки, выписанные на предъявителя, так и чеки, выписан­ные на имя
определенного лица. Чек на предъявителя представляет собой бумагу на
предъявителя, которая подлежит дейст­вию соответствующих правил. Что же
касается чека, выписан­ного на имя определенного лица, то, как это следует из
§ 18 правил, он является ордерной бумагой и может быть передава­ем как по
именным, так и по бланковым передаточным надпи­сям, т. е. в том самом
порядке, который установлен законом для векселей. Однако надпись на чеке
имеет значение лишь для передачи чека и не устанавливает ответственности
надписателя. Ответственность надписателя (так наз. гарантийная функ­ция)
могла бы иметь место только, если бы она была специально установлена законом.
Правила разрешают чек именной (так, наз. ректа-чек), т. е. чек, не
допускающий перехода в порядке векселеподобного индоссамента, однако только в
случае, если чек является расчетным (см. ниже). Такое ограничение едва ли
обосновано.
Некоторые законодательства не считают обозначение лица, управомоченного по
чеку, реквизитом чека; если чек не содер­жит такого указания, он считается
чеком на предъявителя.
Получателем по чеку по целому ряду законодательств может быть означен сам
чекодатель. Нет препятствий к допущению таких чеков у нас.
Чековые законодательства английской и французской груп­пы знают так наз.
перечеркнутый чек (crossed cheque, cheque barre). Перечеркнутый чек, внешним
отличием которого явля­ются проведенные по его лицевой стороне чекодателем
или чекодержателем две параллельные линии, может быть оплачен банком-
плательщиком только другому банку. Различают общее и специальное
перечеркивание. В случае общего перечеркива­ния между параллельными линиями
вписывается наименова­ние определенного банка, которому только и может быть
произведен платеж. Перечеркивание способствует развитию безденежных зачетов,
так как расчеты между банками обычно производятся не наличными деньгами, а
посредством зачета или сконтрации. Кроме того, оно уменьшает возможность
оплаты подложных чеков, так как банк-платель­щик всегда знает того, кто
предъявляет чек к платежу, т. е. другой банк.
На чеке должна быть подпись чекодателя.
Чек должен содержать предложение чекодателя плательщи­ку оплатить указанную в
нем сумму. Правила Государственного банка допускают так наз. расчетный чек (в
сберегательных кассах он называется «оборотный»), по которому не допускается
выплата наличных денег, и погашение, которого производится только посредством
перенесения соответствующей суммы со счета на счет. Чек может быть обращен в
расчетный как чекодателем, так и чекодержателем посредством надписи наис­кось
на лицевой стороне «расчетный» (§ 23). Расчетный чек заимствован нашей
практикой из германского права. Расчет­ный чек является одним из способов
безналичного расчета. Его необходимо отличать от других способов достигнуть
той же цели, в частности, от «перечеркнутого чека», упомянутого выше. Кроме
того, расчетный чек необходимо отличать от приказа банка в случаях так наз.
«жирооборота». Жирооборот не получил пока развития в практике советских
банков. Жиро­оборот заключается в производстве платежей посредством
перечислений кредитным учреждением на счет получателя платежа со счета
другого лица по приказу последнего. Эти приказы часто тоже носят название
чеков. Эта форма платежей получила наибольшее развитие в Германии. Указанные
прика­зы не являются чеками в собственном смысле слова. Законода­тельство о
чеке на них не распространяется. В частности лицо, выдавшее такой приказ, не
несет по нему ответственности, установленной законом для чекодателя. Его
ответственность определяется не чековым законодательством, а общими
прави­лами гражданского права.
Сумма чека должна быть обозначена как цифрами, так и прописью (§ 19 п. «г»
правил Госбанка). § 20 правил указывает, что суммы, написанные прописью и
цифрами, должны быть в полном соответствии друг с другом. Никакие подчистки и
поправки в сумме не допускаются.
В чеке должны быть означены число, месяц и год написания (§ 19 правил
Госбанка). Указание дат является особенно сущес­твенным ввиду того, что чек
может быть предъявлен к оплате лишь в течение 10 дней со дня выдачи (§ 21).
Большинство законодательств требуют, кроме того, обозначения в чеке места его
выдачи.
Различно решается в законодательствах вопрос о том, обяза­тельно ли указание
в чеке на наличность покрытия. Правила Госбанка требуют, чтобы в чеке был
указан номер текущего счета, на которым чек выдан (§ 19).
Законодательства германской группы требуют обозначения чека в содержании
документа словом «чек» (так наз. чековая метка).
Правила наших банков, в частности вышеуказанные правила Госбанка, предъявляют
к содержанию чека еще ряд требова­ний, которые при издании советского
чекового закона не смогут быть сделаны реквизитами чека (например,
требо­вание написания чека на бланке, полученном от банка, оттиска печати
чекодателя), что, конечно, не будет препятствовать тому, чтобы банки
устанавливали их по соглашению со своими клиентами. Эти требования могут
преследовать различные цели, преимущественно же они устанавливаются для
предуп­реждения подлогов. Они не могут быть превращены в реквизи­ты чека, так
как их значение ограничивается отношениями между чекодателем и банком. Права
чекодержателя не могут быть поставлены в зависимость от их соблюдения.
         3. Отношения между чекодателем и банком (плательщиком).         
Основным вопросом из области отношений чекодателя и банка (плательщика) является
вопрос об основании обязан­ности банка оплачивать чеки. Эта обязанность может
быть основана на законе или договоре. Некоторые законодательства (напр.,
итальянское) обязывают кредитные учреждения, имею­щие денежные суммы, которые
находятся в распоряжении клиента, оплачивать в пределах этих сумм выписанные
послед­ним чеки. В тех же странах, в которых закон не устанавливает такого
правила, указанная обязанность может быть основана только на договоре между
банком и клиентом. Договор, в силу которого банк принимает на себя
обязательство оплачивать чеки своего клиента, называется чековым договором.
Чековый договор представляет собой соглашение дополнительное в отно­шении того
договора, на основании которого клиент имеет в банке в своем распоряжении ту
или иную сумму или открытый ему кредит (например, простой текущий счет или
специальный текущий счет до востребования). Основной договор может и не
сопровождаться чековым договором, но чековый договор пред­полагает основной.
Чековый договор является необходимой предпосылкой чека. Чековый договор создает
обязанность пла­тельщика перед чекодателем оплатить чек при условии,
что чекодатель выполнит, со своей стороны, все условия чекового договора.
Чековый договор не является договором в пользу третьего лица. Он не создает
обязанности банка в отношении чекодержателя. Обязанность банка перед
чекодержателем и соответственное право последнего требовать от банка оплаты
чека может быть основано лишь на акцепте чека, если таковой допущен (об акцепте
см. ниже, п. 6). Спорна юридическая природа чекового договора. Различные теории
относят его к различным видам договоров об оказании услуг (договор пору­чения,
договор личного найма и др.). Применительно к советско­му праву была высказана
точка зрения (Л. С. Элиассоном), что чековый договор есть договор комиссии (ст.
275-а Г. К). Дей­ствительно, чековый договор содержит я себе элементы, кото­рые
являются характерными для договора комиссии. Платель­щик по чеку, так же, как и
комиссионер, совершает сделку (оплату чека) от своего имени, но за счет
чекодателя. К тому же  последняя часть ст. 275-а указывает, что предметом
договора комиссии могут быть сделки по получению и производству платежей.
Однако рассматривать чековый договор как комис­сию было бы все же неправильно.
Ст. 275-а Г. К. определяет комиссию как договор самостоятельный я возмездный. В
фак­тический гостам договора входит элемент вознаграждения Чековый же договор,
как было указано, не является самостоя­тельным договором. Что же касается
вознаграждения, то чековом договоре оно не выговаривается непосредственно, лик
эквивалент за услугу банка, заключающуюся в оплате чека, а заключается в тех
выгодах, которые получает банк от тоги, что у него хранятся деньги клиента, или
же в виде процента, уплачиваемого клиентом по использованному кредиту. Таким
образом, чековый договор не может быть безоговорочно отнесен к числу
комиссионных договоров. Его нельзя также отнести и ни к одному из
урегулированных в советском законодательстве договорных типов.
Банк несет ответственность перед клиентом за выполнение принятой им на себя
по чековому договору обязанности. В случае нарушения этой обязанности
(например, отказа оплатить правильно составленный и правильно предъявленный
чек), банк обязан возместить происшедшие от этого убытки. Выполнение
обязанности по оплате чека требует от банка большой осторожности. Прежде чем
оплатить чек, банк должен удостовериться всеми имеющимися в его распоряжении
спосо­бами (сличение подписи с образцами и т. д.) в подлинности чека, а также
в том, что предъявитель чека, действительно, является управомоченным по нему
лицом. Если чек составлен на предъ­явителя, то банк может оплатить чек
каждому его держателю. Если чек составлен на имя определенного лица и им
предъяв­лен, то банк должен удостовериться в тождестве предъявителя и лица,
указанного в чеке. Если чек переходил по передаточным надписям, то банк,
кроме того, должен удостовериться в фор­мальной непрерывности ряда
передаточных надписей (так же, как и в случае векселя). Банк не обязан
удостоверяться в подлинности передаточных надписей. В правилах Госбанка (§
18) указано, что «банк обязан удостовериться в правильности подписи лица, на
имя которого выписан чек, а также в правиль­ности подписи надписателя,
означенного в качестве получателя в последней именной передаточной надписи».
Это правило формулировано юридически неточно. Выделение первой пере­даточной
надписи не имеет достаточного основания. Неточно также дальнейшее указание,
что «ответственности за правиль­ность подписей прочих надписателей банк не
несет». Ответ­ственность за формальную правильность, определяемую про­стым
обозрением ряда передаточных надписей, банк, несомнен­но, несет.
По правилам Госбанка, чек подлежит оплате в течение 10 дней со дня выдачи.
При исчислении этого срока день выдачи в расчет не принимается. Если
последний день срока падает на нерабочий день, то последним днем считается
следующий рабочий день (§ 21).
Последовавшие после выдачи чека смерть чекодателя или объявление его
недееспособным не останавливают оплаты вы­данного им чека (§ 21).
Одним из наиболее важных вопросов, касающихся отноше­ний банка и чекодателя,
является вопрос о последствиях оплаты банком утраченного, похищенного или
подложного чека, т. е. вопрос о том, кто, банк или чекодатель, несет ущерб от
такой оплаты. Этот вопрос не встречает единообразного решения ни в
юридической литературе, ни в законодательствах, ни в судебной практике
различных стран. Между тем количество судебных процессов по этому вопросу
превосходит количество процессов по всем остальным вопросам чекового права.
При рассмотрении вопроса о последствиях оплаты утрачен­ного, похищенного или
подложного чека следует иметь в виду различные возможные случаи. Возможен
случай, когда оплата чека произошла по вине банка. Банк не отнесся с
достаточным вниманием к исполнению своей обязанности и, например, плохо сличил
подпись чекодателя с имеющимся у него образцом, не обратил внимания на грубую
подчистку в обозначении суммы чека и т. п. Возможен и обратный случай, когда
оплата подлож­ного, похищенного или утраченного чека произошла по вине клиента
банка, который небрежно хранил полученную им от банка книжку чековых бланков
или же после похищения этой книжки не известил своевременно банк и т. п.
Возможны также случаи смешанной вины, когда наличность последней имеется как на
стороне банка, так и на стороне клиента. Наконец, возможен случай, когда и та и
другая сторона выполнили надлежащим образом свои обязанности и нет возможности
вменить оплату подложного чека в вину ни банку, ни клиенту. Во всех этих
случаях вопрос о том, кто несет ущерб, последо­вавший от такой оплаты, должен
решаться особо. В первых трех случаях вопрос в принципе решается легко.
Ущерб должна нести та сторона, по чьей вине он имел место. В случае смешанной
вины ущерб должен быть распределен между сторонами. Такое решение вопроса
принято и в судебной практике (см. решение Г. К. К. Верхсуда РСФСР. — Судебная
практика 1928 г., № 6 и разъяснение пленума Верхсуда РСФСР. — Судебная практика
1928 г., № 8). Оно вытекает из общих начал гражданского права. Гораздо более
сложным является вопрос о том, кто должен нести ущерб в том случае, когда он
произошел без вины, как той, так и другой стороны. Такие случаи довольно часты,
так как искусство подделывате­лей конкурирует с техникой обнаружения подлогов.
Логически даны два возможных ответа — возложить ущерб на банк или на клиента. В
литературе даны многочисленные попытки обосно­вать тот и другой ответ. Одним из
наиболее распространенных аргументов в пользу возложения ущерба на банк
является указание на то, что банк является собственником тех денежных знаков,
которые он выплачивает по подложному чеку. Поэтому, в силу принципа, что риск
несет собственник, ущерб должен нести банк. Это рассуждение, внешне логичное,
страдает, однако, существенным дефектом. Оно упускает из виду, что ущерб
произошел от действия банка, совершенного в силу договора с чекодателем. Эту
сторону вопроса выдвигают вперед те, кото­рые считают, что ущерб должен нести
чекодатель. Сторонники этого взгляда ссылаются на то, что лицо, выполняющее
чужое поручение, имеет право на получение от другой стороны возме­щения
убытков, причиненных ему выполнением поручения. Однако, помимо того, что
действующее право об этом умалчи­вает (п. «б» ст. 256 Г. К., упоминающий об
издержках, сюда не относится), самое определение того, какие убытки следует
считать причиненными выполнением поручения, является крайне спорным. Поэтому,
при отсутствии специального прави­ла в законе, вопрос о последствиях оплаты
утраченного, похи­щенного или подложного чека при отсутствии вины, как со
стороны банка, так и со стороны чекодержателя нельзя разре­шить на основании
общих норм, содержащихся в гражданском законодательстве. Его надо разрешать,
исходя из соображений целесообразности. Однако ответ на поставленный вопрос с
точки зрения целесообразности также является весьма спор­ным. В этой проблеме
сталкиваются интересы банков и их клиентуры. Наиболее правильным решением мы
считаем сле­дующее. С народно-хозяйственной точки зрения целесообразно
возлагать случайный ущерб на ту сторону, которая может мерами предосторожности
уменьшить соответствующий риск. Этот принцип следует применить к
рассматриваемой проблеме. Поэтому, если банк выдал клиенту книжку чековых
бланков, как это по общему правилу и имеет место, а затем произошла оплата
чека, выписанного на бланке из этой книжки, то банк не должен нести ущерба,
хотя бы чек оказался подложным, похищенным или утраченным. Банк, выдав книжку,
со своей стороны принял меры к уменьшению соответствующего риска. После этого
клиент хранит книжку так, чтобы со своей стороны уменьшить этот риск.
Противоположное решение должно иметь место в том случае, если банк не выдал
клиенту чековой книжки.
     4. Отношения между чекодателем и чекодержателем и чекодержателей между собой.
Основным вопросом в этой области является вопрос о том, основаны ли права
чекодержа­теля на договоре первого приобретателя с чекодателем или на
одностороннем волеизъявлении последнего. Вопрос решается ст. 106 Г. К. По
чеку устанавливаются обязательственные отно­шения между чекодателем и
чекодержателем (см. разъяснение пленума Верхсуда РСФСР от 19 апреля 1927 г. —
Суд. практ. 1927 г., № 8). Нормальным способом возникновения обязатель­ства
является договор. Поскольку в законе для того или другого обязательства не
установлено иное основание его возникнове­ния, таким основанием следует
считать договор. Так именно и обстоит дело с чеком.
Практически весьма существенным является вопрос о том, погашает ли выдача или
передача чека то обязательство, для оплаты которого чек выдан или передан.
Действующее законо­дательство не дает по этому вопросу прямых указаний.
Судеб­ная практика иногда склоняется к положительному ответу. Такое решение,
однако, является неправильным. Нельзя пред­полагать соглашение сторон о
замене прежнего обязательства чеком, если стороны сами не установили такой
результат. Правильнее рассматривать выдачу или передачу чека не как погашение
прежнего обязательства, а только как определенный способ осуществить
погашение. Обязательство будет погашено, если чек будет оплачен. До тех же
пор, пока чек не оплачен, обязательство нельзя считать погашенным. Поэтому
кредитор по такому обязательству может предъявить по нему требование к
должнику, от которого он получил чек. Однако если по чеку не было произведено
оплаты по вине чекодержателя (непредъ­явление чека к платежу, пропуск срока),
то должник может зачесть в счет того, что он должен по обязательству,
причинен­ные ему неоплатой чека убытки.
Чековые законодательства устанавливают ответственность чекодателя по чеку 
в случае неоплаты чека плательщиком. За отсутствием чекового закона, в законе у
нас такая ответствен­ность не установлена. Но она установлена разъяснением
плену­ма Верхсуда РСФСР (см. выше). После этого разъяснения чек и по
действующему законодательству следует считать обяза­тельственно-правовой
бумагой и делать из этого соответствую­щие выводы. Одним из таких выводов
является признание того, что выдача чека чекодателем первому чекодержателю
являет­ся договором (см. выше). Другим выводом могло бы быть применение к чеку,
выписанному на предъявителя, запрещения, установленного Постановлением СНК
РСФСР от 13 октяб­ря 1922 года «О запрещении выпуска денежных обязательств на
предъявителя», распространенного Постановлением ВЦМК РСФСР от 23 ноября .1922
года на все союзные республики (С. У. РСФСР, 1922 г, № 65, ст. 841 и К« 
79, ст. 989). Это поста­новление - воспрещает выпуск, какими бы то ни было
учрежде­ниями и предприятиями денежных обязательств на предъявителя иначе, как
с разрешения СНК. Чеки на предъявителя, раз по ним установлена ответственность
чекодателя, являются денежными обязательствами на предъявителя и по букве
закона подлежат действию указанного воспрещения. Однако практика широко
допускает у нас чеки на предъявителя, и суды никогда не высказывали по этому
вопросу никаких сомнений. Ввиду отсутствия чекового закона у нас не установлена
ответственность по чеку надписателей. Чековые законодатель­ства обычно строят
эту ответственность на тех же основаниях, как ответственность надписателей по
векселю.
        5. Отношения между чекодержателем и банком (плательщиком).        
Чек сам по себе не создает юридических отноше­ний между чекодержателем и
плательщиком. Плательщик не обязан в отношении чекодержателя, оплатить
чек. Однако такая обязанность может иметь место в случае акцепта чека
плательщиком. Вопрос об акцепте чек является одним из наиболее спорных вопросов
чекового права. Некоторые законо­дательства допускают и регулируют акцепт чека.
Так, напри­мер, поступают законодательства С.-А. Соединенных Штатов, которые
регулируют так чека, сертификацию чека, признавае­мую ими равнозначащей
акцепту. В других странах (Германия, Австрия, Швейцария и др.) акцепт чека не
допускается. Нако­нец, в-третьих, закон, не воспрещая акцепта чека, специально
его не регулирует. Так обстоит дело в Англии, где в силу этого на чек должны
распространяться нормы об акцепте векселей. Однако в Англии недопустим акцепт
чека, поскольку он нару­шает монополию эмиссии банковых билетов. Во Франции
вопрос об акцепте чека представляется спорным. По общему правилу, в Англии и во
Франции акцепт чеков не практикуется.
Акцент чеков широко практикуется советскими банками. Акцепт создает
обязательство банка перед чекодержателем оплатить чек. Правила Госбанка
говорят об акцепте следующим образом: «Акцепт чека, т. е. подтверждение
безусловной опла­ты его учреждением банка, где открыт счет, совершается
последним на срок действительности чека. По акцептованному чеку чекодержатель
имеет право непосредственного требова­ния к банку, акцептовавшему чек, и на
сумму акцептованного чека не может быть обращено взыскание ни по каким
претен­зиям к чекодателю» (§ 49). Акцепт оформляется посредством надписи на
обороте чека (§ 50).
Юридическая природа акцепта в теории представляется спорной. С точки зрения
действующего советского права, ввиду того, что акцепт создает обязательство
банка перед чекодержа­телем, наиболее правильным представляется рассматривать
его как заключенный между банком и предъявителем договор (ст. 106 Г. К.).
Акцепт, создавая обязательство банка в отноше­нии чекодержателя, делает
невозможным отмену чека чекода­телем.
Весьма неясным является вопрос об обращении взыскания третьими лицами на
суммы текущего счета, по которым банк акцептовал чек. При отсутствии указания
в законе, юридичес­кая сила приведенного выше правила Госбанка,
воспрещающе­го наложение ареста на сумму акцептованного чека по претен­зиям к
чекодателю, представляется неясной. Это правило затрагивает интересы третьих
лиц, в отношении которых оно едва ли может рассматриваться как обязательное.
                               Литература.                               
1.    Л. С. Элиассон. —  Деньги, банки и банковые операции. 1926 г.
2.    Л. С. Элиассон. — Чековое право. 1927 г.
3.    Л. С. Элиассон. — Об акцепте чеков. Революционная законность,
1926 г., № 1-2.
4.    Л. С. Элиассон.— Чековое обращение в судебной практике. «Кре­дит и
хозяйство». 1927 г., № 7.
5.    А. Э. Вормс. — Чек в законодательстве СССР. «Кредит и Хозяй­ство». 1927
г., № 3-4.
6.    М. М. Лгаркоп. — Проект положения о чеках. «Кредит и Хозяй­ство». 1929
г., № 1.
7.    С. Н. Длтуфьев. — К проекту чекового закона. «Кредит и Хозяй­ство».
1929' г., № 2.
8.    Н. Шершеневмч. — Курс торгового права.