Каталог :: Психология

Контрольная: Сон, как специфическое состояние нервной системы. Эволюция сна

     Сон, как специфическое состояние нервной системы. Развитие сна в процессе
                                  эволюции.                                  
     Который тихо сматывает нити 
     С клубка забот, хоронит с миром дни
     Дает усталым труженикам отдых,
     Врачующий бальзам больной души,
     Сон – это чудо матери-природы,
     Вкуснейшее из блюд в земном пиру.
У. Шекспир  «Макбет»
План
1.Сон как одна из важнейших потребностей организма.
2. Сон как состояние нервной системы.
1) Сон и бодрствование.
2) Фазы сна и их функциональное назначение.
3) Расстройства сна.
3. Гипноз – внушаемый сон.
4. Формирование сна в процессе эволюции.
                Сон – одна из важнейших жизненных потребностей
организма. Потребность взрослого человека во сне составляет
7 – 8 часов в сутки, следовательно треть его жизни проходит в состоянии
периодически наступающего ежесуточного сна. Но для чего он нужен, почему
возникает сон и сновидения? Окончатель-
ного  и вполне исчерпывающего ответа на эти вопросы нет.
Смена сна и бодрствования  происходит благодаря ультрадианным  ритмам
головного мозга. Ультрадианные ритмы повторяются чаще одного раза в сутки. У
человека наблюдаются цикличиские колебания познавательной деятельности и
внимания с периодом 90 – 100 минут. Цикличность электрической активности
мозга, независимо от сна или бодрствования, составляет около 90 минут.
В бодрствовании можно выделить три состояния. Напряженное бодрствование 
характеризуется более интенсивной умственной деятельностью. Во время 
нормального бодрствования ум -   ственная деятельность умеренная без
творческих или эмоциональ-  ных всплесков. И, наконец, расслабленное
бодрствование, во время которого уровень умственной деятельности наиболее
низкий. За расслабленным бодрствованием следует переход ко сну.
Длительное время господствовало представление о том, что            во время
сна, когда в течение нескольких часов в организме идут процессы восстановления,
наблюдается общее снижение активности тела, а, сследственно, и мозга. Но позже
это представление было отвергнуто благодаря открытию особой стадии сна, так
называемого парадоксального (быстрого) сна. Его открытие в 1953г
связано с именами  Клейтмана и  Азеринского,     которые во время ночного сна у
здоровых людей зарегистрировали быстрые движения глаз. Периоды таких движений
появлялись 4 – 5 раз в течение ночи и совпадали с десинхронизацией в ЭЭГ. Таким
образом произошел толчок к изучению сна как сложного процесса, имеющего свои
стадии, каждая из которых сама по себе уникальна. При этом стало понятно что
мозг во время сна характеризуется высоким уровнем активности, и в некотором
смысле даже более высоким, чем при спокойном бодрствовании.
На современном уровне изучения во время сна наблюдают пять основных фаз, каждая
из которых характеризуется присущими только ей  видами мозговой активности и
соответственно типом ЭЭГ. Перваяфаза дремоты – длится
несколько минут, после которой наступает втораяповерхностный
настоящий сон. Ее длительность 30 – 45 мин. Во время первых двух фаз пульс
и дыхание урежаются, артериальное давление снижается. В третьей фазе, 
длящейся несколько минут, сон более глубокий, а в четвертой фазе
глубокий сон, который длится около 30 мин. Во время третьей и четвертой фазы
пульс и дыхание учащаются, артериальное давление повышается. Особенно же важна
и интересна пятая фаза сна, которая наступает примерно через 80 мин
после засыпания, названная парадоксальным сном или сном с быстрыми
движениями глаз (БДГ-сон). Во время БДГ- сна глазные яблоки за
закрытыми веками совершают быстрые движения, ЭЭГ весьма напоминает ЭЭГ во время
бодрствования. Артериальное давление периодически повышается, пульс и дыхание
учащаются, обмен веществ усиливается. Каждый цикл длится около 90мин. Во время
первого цикла сна БДГ-сон длится около 10 мин, при последующих циклах
длительность его увеличивается. У взрослого человека БДГ-сон  занимает около
24% времени сна (из 8-часового сна 1,5-2ч приходится на БДГ-сон). После
окончания первого цикла наступает аналогичный второй, в последующем стадии 2 и
3 сокращаются, либо исчезают, но, примерно через каждые, 75мин наступает
БДГ-сон. Имеются все основания утверждать, что именно БДГ-сон связан со
сновидениями (Клейтман). БДГ- сон имеется у всех млекопитающих, а также у птиц.
У новорожденного человека примерно половина всего сна приходится на БДГ-сон.
Таким образом, сон – это активный процесс, вызывающий активацию одних структур и
торможение других. И.П. Павлов выделял два механизма развития сна. С одной
стороны сон возникает как явление охранительного торможения, в
результате сильного и длительного раздражения какого-либо отдельного участка
коры больших полушарий. С другой стороны, сон возникает как результат
внутреннего торможения, т.е. активного процесса формирования отрицательного
условного рефлекса. Переход выработанного внутреннего торможения в сон
экспериментально был многократно подтвержден. Таким образом, была выявлена
условнорефлекторная природа сна и показано значение кортикофугальных влияний на
его развитие. Состояние сна развивается, когда возбуждается система ядер шва,
по-видимому, в результате влияний из орбитофрональной коры и преоптической
области гипоталамуса, которая и тормозит ретикулярную формацию (во время
бодрствования ретикулярная формация активизирована). Это позволяет
неспецифическому таламусу проявлять свои синхронизирующие свойства и вызывать в
ЭЭГ коры больших полушарий медленные волны сна. Во время МС группа гигантских
ретикулярных нейронов периодически становится активной. Этому соответствует
появление ЭЭГ-активации, движений глаз, расслабление мышц шеи и другие признаки
ПС. Таламокритальный механизм можно рассматривать как механизм внутреннего
торможения, способного изменять активность мозга частично или глобально, так,
что сенсорные, моторные и высшие функции мозга подавляются. Так, и по мнению
И.П. Павлова, сон и внутреннее торможение – явления однородные и одно может
переходить в другое. Возникновение синхронизированной активности в таламусе –
начало цепочки реакций, приводящих к развитию медленного и парадоксального сна.
В основе МС и ПС – различные системы интеграции структур мозга, предназначенные
для выполнения различных функций.
Чтобы понять функциональное назначение различных фаз сна, исследователи
обратились к изучению психической деятельности человека во время сна. Одним из
ее наиболее ярких проявлений являются сновидения. Сновидения, как правило,
носят зрительный характер. Реже встречается наличие слуховых и осязательных
компонентов. Принято считать, что в течение ночи человек видит 3-4 сновидения,
о большинстве из которых при пробуждении забывает. Отчет по сновидениям чаще
возникает после пробуждения от парадоксального сна (ПС).  О насыщенности
сновидений можно судить по интесивности БДГ и относительному учащению пульса.
Относительно же медленного сна (МС) то изучение показало,  что в 64%
случаев пробуждений от МС человек рассказывает о психических переживаниях,
которые больше напоминают мысли и рассуждения. Зрительные картины в МС менее
четки, длительны и более реальны. Во время МС имеет место своеобразная
психическая активность (приступы сомнамбулизма возникают только в фазу МС,
возникновение кошмаров в эту фазу).  Также процессы, возникающие во время сна,
имеют непосредственное отношение к памяти. Известно, что заучивание материала
перед сном гарантирует лучшее его запоминание. Притом запоминание улучшается
главным образом после МС (первая половина ночи), чем после ПС, который
преобладает после полуночи. Значение же ПС для памяти состоит в том, что во
время быстрого сна происходит воспроизведение прошлого опыта, оживление следов
долговременной памяти, и, таким образом, задержка процесса забывания.
Также значимость фаз МС и ПС изучали также методом депривации сна (до116ч).
Было отмечено, что при  депривации медленного сна наблюдался ряд расстройств
поведения, психических процессов, появления галлюцинаций и т. п., а при
депривации только ПС эффект оказался намного менее сильным и зависел от
индивидуальных различий организмов. Т. Ониани высказал предположение, что ПС
может быть заменен на бодрствование без большого ущерба для организма. Что же
до медленного сна, то, согласно Я. Освальду, его функции – восстановление
деятельности соматических органов, а функции ПС – восстановление
работоспособности клеток головного мозга. Также  ПС приписывается ряд важных
функций, таких как: психологическая стабилизация (Р. Гринберг), отбор и
сохранение в памяти приобретенной значимой информации (жизненный опыт),
содержание личности(Т. Ониани), мотивационные функции – удовлетворение во сне
острых биологических потребностей, не удовлетворенных во время бодрствования
(Ониани, Вогель, Фрейд).
Следственно, сон выполняет не только функции релаксации и восстановления но и
ряд прочих жизненно необходимых физиологических, психических и
психологических функций. Хотя не лишним будет отметить, что многое в этом
направлении остается неизученным и неоткрытым по причине крайней
специфичности сна как состояния нервной системы.
Нарушения сна могут быть вызваны разными причинами и в первую очередь
нарушениями нормального функционирования нервной системы. Наиболее
распространенным нарушением сна является бессонница, которая
характеризуется рядом состояний: длительное засыпание, раннее пробуждение,
частые пробуждения в течение ночи, полное исчезновение ночного сна. Бессонница
может быть вызвана рядом заболеваний, нервным переутомлением, травмой головного
мозга а также обусловлена наследственностью.  Также одной из наиболее
распространенных нарушений сна является гиперсомния (повышенная
сонливость). Возникает при ряде инфекционных заболеваний, малокровии,
переутомлении также при функциональных нарушениях нервной системы. Одной из
наиболее редких форм нарушения сна является сомнамбулизм (лунатизм,
снохождение). Сомнамбулизм возможен при утомлении, астенических неврозах,
истерии, при некоторых формах эпилепсии.  Он возникает, если торможение
центральной нервной системы во время сна не распространяется на участки мозга,
определяющие двигательные функции. Примером неполного, неглубокого торможения
являются случаи, когда спящий говорит во сне, садится в постели. Однако
сомнамбулизмом называют более выраженное расстройство. Когда спящий встает с
постели и передвигается целенаправленно или в соответствии со сновидением,
наутро воспоминание об этом сохраняется смутно или полностью отсутствует.
Иногда лица страдающие сомнамбулизмом излагают происшедшее с ними с
фантастическим оттенком. Поэтому в древности сомнамбулизм толковался
мистически, связывался с полнолунием. Утверждалась способность страдающих С.
провидеть, пророчествовать, ходить по краю крыши, чудом сохраняя равновесие над
пропастью. Однако в реальности возможны падения, при которых нередки несчастные
случаи.  Медицина располагает достаточно эффективными методами борьбы с
расстройствами сна. При управлении сном важное значение имеет регулирование
длительности медленного и парадоксального сна. Особую роль приобретает
использование специальных методов воздействия  (использование электромагнитных
полей, ритмичных звуковых, световых, тепловых и ультравысокочастотных сигналов
и т.п.), психотерапии. Нужно помнить, что на качество сна влияет весь цикл
сон-бодрствование. От уровня бодрствования и состояния, в котором находится
человек, зависит характер ночного сна.
     Гипноз – это частичный сон, в состояние которого организм приводится
путем внушения извне. Учение о гипнозе имеет длинный исторический путь. Влияние
одного индивидуума на другой было известно еще в глубокой древности у всех
народов (знахари, представители религиозных культов). Позже, с развитием
научной медицины появились первые попытки логического объяснения гипнотического
процесса. Это и «животный магнетизм» А. Месмера (18ст). И первая попытка
научного объяснения «магнетического» сна, сделанная хирургом Бредом в середине
19ст        (он же ввел название «гипноз» и впервые обоснованно использовал
различные приемы гипноза: словесное внушение, использование блестящих предметов
и т.п.). Позже Шарко и Бернгейм открыли возможность вызова гипнотического
состояния внезапными короткими сильными или длительными слабыми физическими
раздражителями зрения, слуха и осязания. Школа гипноза Бернгейма впервые начала
обозначать гипноз как частичный сон. В конце 19ст изучением гипноза занялось
большое количество исследователей во всем мире. Им удалось расширить диапазон
средств, способных вызвать гипнотические состояния, обозначить многочисленные
сферы применения гипноза и т.п. Однако физиологическая суть гипнотического
состояния, физиологические механизмы гипноза и внушения оставались
неизвестными. Честь открытия этих механизмов по праву принадлежит «старейшине
физиологов мира» И.П. Павлову и его последователям.
Согласно с учением И.П. Павлова сонное торможение в некоторых случаях может
развиваться до определенных границ , и в коре головного мозга могут
существовать пункты, которые находятся в состоянии бодрствования, при помощи
которых сохраняется связь с каким-нибудь внешним или внутренним раздражителем.
« Если на пути торможения, которое разливается по коре больших полушарий, -
писал И.П. Павлов, -  нет никаких преград, вы получите обыкновенный сон. Если
же тормозной процесс охватывает лишь часть коры больших полушарий, вы будете
иметь частичный сон, который обычно называют гипнозом». При этом такой
бодрствующий участок И.П. Павлов называл «сторожевым» пунктом. Этот пункт
обусловливает способность реагировать на слова гипнотизера (так наз.
изолированный рапорт). Когда торможение распространяется и на этот бодрствующий
участок, теряется связь с гипнотизером и гипноз переходит в обычный природный
сон. Издавна известно, что во время гипноза радикально повышается способность
поддаваться внушению (внушаемость). Это может быть связано  прежде всего с
изолированным состоянием бодрствования отдельных участков коры гол. мозга,
когда на фоне ее общей заторможености раздражаются и растормаживаются группы
клеток соответственно смыслу словесного внушения , которое обуславливает те или
иные реакции с боку первой и второй сигнальных систем. При этом очень важно то,
что выключается какое-либо конкурирующее действие всех остальных имеющихся и
следов старых раздражений, то есть отсутствует критика, которая может повлиять
на реакцию. «Отсюда,      -  говорит И.П. Павлов – огромная, практически
непобедимая сила внушения как раздражителя во время гипноза и даже после него».
При этом признание авторитетности и лидерства гипнотизирующего приводит к
временному, ситуационно обусловленному торможению сознательных волевых
процессов гипнотизируемого. Так что пусковым психофизиологическим механизмом
гипноза чаще всего является физиологически обусловленный рефлекс «следование за
лидером». Что же до физиологических основ внушения, то нужно отметить, что во
время гипноза (как и во время обычного сна) позитивный тонус коры головного
мозга снижается, то есть снижается напряженность основных динамических
процессов. Такая кора легче концентрирует раздражение, что падает на нее в
соответственном пункте. Это местное концентрированное раздражение
сопровождается согласно «закону взаимной индукции» торможением деятельности
остальных клеток коры (так наз. негативная индукция), которая одновременно
развивается и вследствие сниженного тонуса разливается по всей коре. Этим
объясняется изолированное влияние падающего раздражителя. При том в усилении
внушаемости большое значение имеет степень глубины гипноза. Правильность этого
положения подтверждается данными павловской лаборатории, полученными  при
изучении переходных состояний коры гол. мозга от состояния бодрствования до
полного сна. Во время этих состояний наблюдаются изменения отношений коры к
условным раздражителям в зависимости от той или иной ступени ее заторможености.
Во время переходного состояния коры от бодрствования ко сну, наступает
состояние, когда и сильные и слабые условные раздражители вызывают одну и ту же
реакцию и которое можно понимать как сравнительную фазу.  Во втором,
более глубоком состоянии торможения отмечается парадоксальное явление, когда
слабый раздражитель вызывает сильную реакцию и наоборот – парадоксальная
фаза. Кроме того, возможна и «ультрапарадоксальная фаза», когда
реакцию вызывает негативный условный раздражитель (на который в состоянии
бодрствования клетки не реагировали). Эти природные, переходные от состояния
бодрствования ко сну фазы И.П. Павлов назвал «гипнотическими фазами». Из этих
фаз наиболее важной для внушения является парадоксальная фаза, которая
благоприятствует  усилению влияния слова. Именно в парадоксальной фазе лежит
физиологическое объяснение таких явлений как вызов болевых ощущений без
соответственно реального раздражителя, а также мнимых ожогов, ушибов,
отморожений и т.п.  Физиологические наблюдения свидетельствуют о том, что
гипнотические фазы, особенно парадоксальная, могут иметь место не только при
явном гипнозе, но и в состоянии бодрствования, что позволило И.П. Павлову
«признать длинный ряд ступеней гипнотического сна – от состояния еле
отличимого от бодрствования  до полного сна».  Итак, гипнотическое
состояние можно рассматривать как биологическое явление частичного сна
при наличии сохраненной выборочной готовности реагировать на определенный
раздражитель (рапорт). Внушение и гипноз как научно обоснованный метод
лечения безусловно принадлежит компетенции специалиста-психоневролога. Но, как
показали наблюдения, каждый врач, освоивший основы этого метода, может
использовать его в рамках своей специальности, при наличии соответственной
научной подготовки.
Если говорить о развитии сна в процессе эволюции, то следует отметить
что у человека в отличие от других млекопитающих циклы сна неодинаковы: в
первых ночных циклах преобладает дельта - сон, периоды парадоксального сна
очень коротки (10 - 15 минут) и внешне слабо выражены. Во вторую  половину
ночи, наоборот, глубокий медленный сон почти отсутствует, зато чрезвычайно
интенсивны и длинны (30 - 40 минут) периоды парадоксального сна. Этот феномен 
следствие адаптации человека к условиям цивилизации; фактически каждые сутки
представляют собой 16 - часовый период лишения сна (депривация), за которым
следует 8 - часовой период восстановительного сна («отдача»). По закону
«отдачи» вначале восстанавливается глубокий сон, а затем парадоксальный. В
соответствии с природным биоритмом взрослому человеку требуются 1 - 2 периода
дневного сна. Об этом свидетельствуют приступы дневной сонливости, рассеянности
и расслабленности, особенно опасные при вождении автомобиля и выполнении
профессиональных обязанностей, требующих внимания и собранности.
Также об изменчивости, а следственно, и   эволюционных процессах сна
свидетельствует то, что у новорожденных сон занимает большую часть суток, а
активированный сон, или сон с подергиваниями (аналог парадоксального сна
взрослых), составляет большую часть сна. В первые месяцы после рождения
быстро увеличивается время бодрствования, доля парадоксального сна снижается,
а медленного увеличивается. Характерно, что процент парадоксального сна при
рождении ниже у тех млекопитающих, которые появляются на свет со
сформировавшейся нервной системой (ягнята, морские свинки и др.). В старости
сокращается время глубокого сна (вплоть до полного его выпадения), а также
снижается доля парадоксального сна.Медленный и парадоксальный сон свойственны
птицам, правда, периоды последнего более короткие, а доля во сне более
низкая, чем у млекопитающих. У свежевылупившихся цыплят процент
парадоксального сна выше, чем у взрослых птиц. Попытки обнаружить
парадоксальный сон во время ежесуточных периодов покоя у холоднокровных
животных оказались безуспешными. Возможно, что парадоксальный сон является
древнейшим видом не сна, а бодрствования.
У всех исследованных видов млекопитающих, начиная от самых примитивных и
кончая человеком, основной признак медленного сна (синхронизация ЭЭГ) и
вышеописанные характеристики парадоксального сна принципиально сходны. Однако
только у приматов удается выделить 4 стадии медленного сна; у кошек их две, у
лабораторных крыс одна. Согласно данным нейрофизиолога Л. М. Мухаметова,
дельфины, ушастые тюлени и, возможно, сирены обладают особой организацией
медленного сна, при которой полушария головного мозга могут спать поочередно.
Это связано, по - видимому, с необходимостью сохранения способности дышать во
сне воздухом, находясь в воде. Что касается парадоксального сна, то сомнения
в его наличии остаются пока в отношении яйцекладущего млекопитающего ехидны и
полностью водных млекопитающих дельфинов.
Так, у примитивного сумчатого млекопитающего - американского опоссума, чей мозг
по ряду анатомических признаков сохраняет "рептильи" черты,
электрофизиологическая картина обеих фаз сна такая же, как и у
высокоорганизованных млекопитающих с развитой корой (например у хищных), и мало
отличается от сна приматов и человека. Парадоксальный сон у опоссума занимает
до 30 % всего сна, т. е. больше, чем у человека (20 - 25 %). Однако еще более
высок этот показатель у хорька, высокоразвитого млекопитающего с весьма сложным
поведением (до 40 %). До недавнего времени считалось, что имеются лишь два
исключения из общего правила: древнейшее яйцекладущее млекопитающее - 
австралийская ехидна и высокоорганизованные млекопитающие, живущие в воде,
но дышащие воздухом, - дельфины, которые не имеют парадоксального сна.
Но в последние годы выяснилось, что у другого яйцекладущего млекопитающего, 
утконоса,  парадоксальный сон занимает рекордно высокий процент - около 50%
всего сна. Появились также два независимых сообщения, что признаки
парадоксального сна обнаружены и у ехидны. Однако эти данные вызывают серьезные
сомнения и нуждаются в подтверждении. Вместе с тем в эволюции однопроходных
утконос появился значительно раньше, чем ехидна, мозг которой гораздо крупнее и
сложнее организован, а в коре больших полушарий больше борозд и извилин. По
всей видимости, редукция парадоксального сна у ехидны носит вторичный характер
и возникла в ходе адаптивной радиации этого вида.
Что же касается дельфинов, то недавние наблюдения, проведенные Л. М.
Мухаметовым с сотрудниками на нескольких видах китообразных, показали, что
небольшие периоды парадоксального сна у этих животных все же имеют место.
Напротив, сон холоднокровных (пойкилотермных) позвоночных носит монотонный
характер. Поскольку электрическая активность мозга у них даже в условиях
повышенной температуры окружающей среды резко отличается от таковой
млекопитающих, то говорить о наличии у них тех или иных аналогов медленного и
парадоксального сна в настоящий момент затруднительно.
Особенно загадочно выглядит в этой связи возникновение и эволюция
парадоксального сна: ведь это состояние по совокупности морфологических и
функциональных признаков явно архаично. Достаточно напомнить, что 
парадоксальный сон запускается из наиболее древних структур - 
ромбовидного и продолговатого мозга. Специальные опыты показали, что для
периодического возникновения этого состояния сохранность более высоко
лежащих отделов мозга не требуется. Парадоксальный сон доминирует в раннем
онтогенезе, а у взрослых животных в таком состоянии исчезает терморегуляция,
организм на время становится пойкилотермным и т. д. Поскольку процент
парадоксального сна у самых древних из ныне живущих млекопитающих -
яйцекладущего утконоса и сумчатого опоссума - наиболее высок, то, казалось
бы, именно он должен быть главным или даже единственным видом сна у
холоднокровных позвоночных - пресмыкающихся, земноводных и рыб. Скорее всего,
у них вовсе нет парадоксального сна, хотя в настоящее время вопрос этот
изучен недостато
С другой стороны, если бы парадоксальный сон появился в эволюции раньше, чем
медленноволновый, какова могла быть его функция? Ведь это состояние, как ясно
из всего вышеизложенного, - отнюдь не покой, а своеобразная активность мозга,
так называемое бодрствование, направленное внутрь.
     Зачем мозгу холоднокровного два вида бодрствования? И когда он
"отдыхает"? Для решения этого противоречия предлагается гипотеза гипотеза,
согласно которой в поведении холоднокровных имеются два состояния - активность
и покой. В состоянии активности их мозг реализует главным
образом генетически закрепленные программы поведения; а возможности
обучения, приобретения нового опыта у них крайне ограничены. В состоянии 
покоя организм пойкилотермных остывает, а мозг "выключается".
У появившихся в эволюции теплокровных (гомойотермных) животных мозг
получает способность работать и в состоянии покоя, так что состояние
"выключенного" мозга исчезает. Возникают два эволюционно новых состояния -
бодрствование и медленный сон, связанные с тонической де- и гиперполяризацией
коры мозга соответственно. Хорошо известно, что бодрствование млекопитающих и
птиц в несравненно большей степени адаптивно и восприимчиво к изменению внешних
условий.  У высокоорганизованных млекопитающих с крупным и хорошо
развитым мозгом индивидуальный опыт, "память индивида", играет не
меньшую роль, чем наследственность, "память вида". Что же касается
"примитивного" бодрствования холоднокровных, то его механизмы не исчезают, но
теряют способность анализировать внешние сигналы и непосредственно управлять
поведением. Это состояние перемещается из суточной фазы активности в фазу покоя
и превращается в парадоксальный сон - архаическое бодрствование, функция
которого - своего рода программирование мозга согласно планам врожденного
поведения и адаптация этих программ в соответствии с приобретаемым опытом в
ходе индивидуального развития.
Таким  образом, возможно, что состояния бодрствования ("неободрствование") и
медленного сна появились в эволюции одновременно с возникновением
гомойотермии, а парадоксальный сон представляет собой как бы
«археободрствование» -  результат эволюционной трансформации примитивного
бодрствования холоднокровных. И так становятся очевидными различия в процессе
сна у человека и различных видов животных.  Следственно, имеет место
эволюционное развитие сна связанное с изменениями психической деятельности,
что в свою очередь обуславливается изменениями условий внешней среды и
вынужденным приспособлением к этим условиям. Однако следует отметить, что,
как и сам процесс сна, так и особенности его развития в процессе эволюции до
конца не изучены. Это – дело будущего.
     

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Данилова Н.Н., Крылова А.Л. Физиология высшей нервной деятельности. – Ростов н/Д.: «Феникс», 1999. 2. Платонов К.І. Навіювання і гіпноз в світлі вчення І.П. Павлова. – К.: Держмедвидав УРСР, 1954. 3. Билич Г., Назарова Л. Популярная медицинская энциклопедия. – М.: «Вече», 1999. 4. Вейн А.М. Три трети жизни. – М.: 1991. 5. Популярная медицинская энциклопедия /Под ред. Петровского Б.В. – М.: «Советская энциклопедия», 1984. 6. Ковальзон В.М. Природа сна // Ж. «Природа». 1999. №8