Каталог :: Право

Реферат: Доказательственная презумпция

     Министерство общего и профессионального образования РФ    
Санкт-Петербургский государственный                   инженерно-экономический
университет     

Кафедра правоведения

Контрольная работа

Тема: Понятие и сущность доказательственных презумпций в гражданском процессе

Выполнил: Васильева В.Г.

Специальность 060800(09) Группа: 7/7221 Принял: Санкт-Петербург - 2003 - Оглавление 1.Введение ...................... с.3 2.Понятие и сущность доказательственных презумпций в гражданском процессе ....................... с.4 3.Заключение .................... с.10 4.Список литературы ................. с.11 1. Введение Доказательственные презумпции – один из основных элементов института доказывания в гражданском процессуальном праве. Институт доказывания включает в себя предмет доказывания, распределение обязанности (бремени) доказывания, доказательственные презумпции. Указанная тема широко разрабатывалась в отечественной юридической науке такими учеными, как А.Т.Боннер, М.А.Гурвич, Е.В.Кудрявцева, С.В.Курылев, Т.А.Лилуашвили, И.В.Решетникова, М.К.Треушников, П.Я.Трубников, Д.М.Чечот, Я.Л.Штутин. Несмотря на принципиальное важное практическое значение вопросов, связанных с доказыванием в гражданском процессе, некоторые из них до сих пор остаются спорными. Так, например, в современной юридической науке отсутствует единое мнение о сущности доказательственной презумпции. В настоящей работе сделана попытка исследовать спорные теоретические и практические проблемы, связанные с доказательственными презумпциями в гражданском процессе. 2. Понятие и сущность доказательственных презумпций в гражданском процессе Бремя доказывания, которое можно рассматривать, как право представлять и исследовать доказательства, и, соответственно, обязанность суда устанавливать на их основании наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, может быть перераспределено в связи с наличием доказательственных презумпций. Существование доказательственных презумпций связано с существованием обстоятельств, имеющих существенное юридическое значение, доказывание которых крайне затруднительно либо вообще невозможно. Например, крайне сложно доказать вину причинителя вреда, которая, как необходимое условие наступления юридической ответственности, выражается в психическом отношении индивида к своим противоправным действиям (бездействию) и последствиям действий (бездействия). Чаще всего в подобной ситуации можно вынести решение, опираясь только на косвенные доказательства. «Установление вины причинителя вреда, как правило, и нецелесообразно, так, как их житейского опыта известно, что в подавляющем большинстве случаев вред личности либо имуществу гражданина или организации причиняется виновными действиями, безотносительно к тому, идет ли речь об умысле или неосторожности причинителя вреда. В тех же сравнительно редких случаях, когда данное предположение не соответствует действительности, ответчику предоставляется право доказывать отсутствие у него вины в причинении ущерба». [1] Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод о том, что сущность доказательственной презумпции состоит в целесообразном распределении бремени доказывания фактов между участниками спора. Наличие презумпций связано с существованием обычного порядка отношений между предметами и явлениями материального мира. «Столкнувшись с очевидным обстоятельством, связь которого с иным обстоятельством подтверждена повседневной человеческой практикой, можно с полным основанием предположить существование последнего. При этом связь факта наличного и факта презюмируемого, в силу ее типичности, доказыванию, как правило, не подлежит. Предполагаемые факты называются фактами презюмируемого или презумптивного характера, а факты наличные выступают в качестве основания презумпции». [2] Институт доказательственных презумпций берет свое начало в Римском праве. Римский процесс периода республики, характеризующийся состязательностью, свободой в оценке доказательств, не знал законных презумпций, т.е. презумпций прямо или косвенно закрепленных в нормах права. Широкое распространение и применение имели фактические презумпции (praesumptio hominis) – предположения, в законе не выраженные и не имеющие в силу этого юридического значения (например, предположение о продолжительности жизни). В период империи многие фактические презумпции приобрели характер законных и даже неопровержимых (praesumptio juris et de jure), т.е. опровержение которых не допускалось. [3] Так, например, не мог быть оспорен тот факт, что ребенок, рожденный спустя 10 месяцев после прекращения брака, является незаконным, и потому не допускается ссылка на законность его рождения.[4] В Российском дореволюционном законодательстве существовало большое количество законных презумпций, но отсутствовало понятие презумпции фактической. Свод законов Российской Империи предусматривал добросовестность владения, пока не будет доказано, что владельцу достоверно известна неправомерность его владения; движимые вещи считались собственностью того, кто ими владеет, пока не будет доказано обратное; надорванное заемное письмо в руках должника служило доказательством платежа до тех пор, пока не будет доказано обратное; все дети, рожденные в законном браке, признавались законными и т.д. [5] Многие презумпции, закрепленные в современном российском гражданском законодательстве, также берут свое начало в Римском праве. Например, согласно п.2 ст.401 ГК РФ, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Исходя из общих начал распределения бремени доказывания истец должен был бы доказать основания своего иска, в том числе виновность лица, нарушившего обязательство. В силу же данной презумпции истцу достаточно доказать факт нарушения ответчиком обязательства. Другим примером может служить общеправовая презумпция знания закона. Римляне говорили: незнание закона, знание которого предполагается, не служит извинением для лица, нарушившего закон (Ignorantia juris, quot quisque tenetur scire non excusat), или: никто не может отговариваться незнанием закона (neto ignorantia jurn resucare potest). В современной юридической науке, несмотря на широкое распространение и применение, отсутствует единое определение доказательственных презумпций. Большой юридический словарь дает следующее определение презумпции: «Презумпция – предположение, признаваемое достоверным, пока не будет доказано обратное». [6] Аналогичное определение дает М.К.Треушников, считая, что «доказательственная презумпция – это предположение о существовании факта или его отсутствии, пока не доказано иное».[7] А.К.Сергун определяет доказательственную презумпцию как «установленное законом предположение о том, что определенный факт существует, если доказаны некоторые другие связанные с ним факты».[8] Я.Л.Штутин утверждает, что презумпция – это «логический прием, позволяющий суду в предусмотренных законом случаях или когда это естественно вытекает из смысла закона, признать истинным существование (несуществование) искомого факта, не требуя доказательства от стороны, ссылающейся на него, а также положить его в основание судебного решения, если этот юридический факт по предположению, основанному на общественной практике, является прямым следствием или причиной доказательственного факта (фактов) и не опровергнут в ходе судебного разбирательства».[9] Представляется, что отсутствие единого определения доказательственной презумпции не должно оказывать серьезного влияния на правоприменительную практику. Гораздо более серьезное значение имеет закрепление конкретных презумпций в законодательстве. В действующем гражданском и семейном законодательстве закреплено достаточно большое количество презумпций. Так, в соответствии со ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Рассмотрим следующий пример. Общество с ограниченной ответственностью (ООО) «Дормастер» обратилось в арбитражный суд Калининградской области с иском к Управлению жилищно- коммунального хозяйства мэрии Калининграда (далее – ЖКХ) о взыскании задолженности за выполненные работы по договору подряда и процентов за пользование чужими денежными средствами. Решением Арбитражного суда требование о взыскании задолженности удовлетворено в полном объеме, требование о взыскании процентов – частично. Постановлением апелляционной инстанции решение оставлено без изменения. В кассационной жалобе ЖКХ просит отменить состоявшиеся судебные акты в части взыскания процентов, полагая, что суд неправильно применил норму статьи № 95 ГК РФ и не применил норму статьи 401 ГК РФ, подлежащую применению. Кассационная инстанция не нашла оснований для удовлетворения жалобы по следующим основаниям. Как следует из материалов дела, между сторонами заключен договор подряда, в соответствии с которым ООО «Дормастер» (подрядчик) обязалось выполнить работы по текущему и капитальному ремонту дорог, площадок, тротуаров и других объектов благоустройства, а ЖКХ (заказчик) – принять работы и оплатить их. Как видно из материалов дела, ЖКХ не оспаривает факт выполнения работ и наличие задолженности по их оплате, однако полагает, что проценты за пользование чужими денежными средствами взысканы неправомерно, поскольку ответственность, предусмотренная статьей 395 ГК РФ, может быть применена только при наличии вины. Судом апелляционной инстанции этот довод был рассмотрен и обосновано отклонен. Обязательство ЖКХ оплатить выполненные ООО «Дормастер» работы обусловлено договором. В силу пункта 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Каких-либо документов, устанавливающих порядок финансирования работ по рассматриваемому договору из средств местного бюджета, и доказательств отсутствия финансирования либо недофинансирования суду первой и апелляционной инстанции ответчиком не представлено. Таким образом, в соответствии с указанной презумпцией одного лишь отсутствия вины недостаточно для освобождения от ответственности лица, нарушившего обязательства. Необходимо представить доказательства отсутствия вины. Презумпция вины закреплена и в ряде иных норм гражданского права. Так, в соответствии со ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред личности или имуществу гражданина, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. В соответствии со ст. 1073 ГК РФ за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим 14-ти лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине. На основании ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Интересную презумпцию выделяет А.Т.Боннер, анализируя статью 152 ГК РФ, в соответствии с которой гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности, и считая, что «в изложенной норме находит частное проявление презумпция доброго имени гражданина или положительной репутации организации. Если кто-то утверждает противное, распространяя сведения, порочащие честь и достоинство гражданина или деловую репутацию организации, то распространивший сведения должен доказать соответствие их действительности». [10] Иного мнения придерживается М.К.Треушников, считая, что в этой норме презумпция отсутствует, но сформулирован лишь отличный от общего правила порядок распределения бремени доказывания. [11] Пункты 2 и 3 статьи 145 Кодекса торгового мореплавания РФ устанавливают, что в случае, если перевозчик или другое выдающее коносамент от его имени лицо не указывает в коносаменте внешнее состояние груза, считается, что в коносаменте указано хорошее внешнее состояние груза. Кроме того, коносамент удостоверяет, если не доказано иное, прием перевозчиком груза для перевозки, как он описан в коносаменте. Доказывание перевозчиком иного не допускается, если коносамент передан третьему лицу, которое, исходя из содержащегося в коносаменте описания груза, действовало добросовестно. Таким образом, можно утверждать, что презумпции используются судебной практикой в случаях, когда суд устанавливает презюмируемый факт на основе предположений либо косвенных доказательств, а не на основе достоверно подтверждающих его доказательств. «Основой для констатации такого рода факта будет большая вероятность существования данного факта, чем его отсутствия». [12] А.Т.Боннер указывал на двоякое значение юридических предположений в российском праве. «Прежде всего, презумпции являются способом установления обстоятельств гражданских дел. Положив в конкретном случае в основу своего решения презюмируемый факт, суд исходит из высокой степени вероятности соответствия его действительности. В связи с указаниями закона наличие того или иного обстоятельства предполагается, если не доказано иного. В тоже время сказать, что презюмируемый факт доказан или достоверно установлен, было бы неверным, так как в подавляющем большинстве случаев он просто не проверяется, поскольку в этом нет необходимости. Предположение о соответствии факта действительности основано на высокой степени вероятности, которая, тем не менее, не может всегда квалифицироваться в качестве истины».[13] Кроме того, юридические предположения являются способом уточнения распределения бремени доказывания. «Правильное распределение обязанностей по доказыванию помогает суду с высокой степенью вероятности устанавливать соответствие действительности презюмируемых фактов. И, напротив, отступление без достаточных оснований от закрепленных в законе презумпций, как правило, ведет к судебным ошибкам и грубому нарушению прав участвующих в деле лиц».[14] Вспомогательное значение презумпций – обеспечение принципа состязательности и равноправия сторон. Отсутствие презумпций неминуемо привело бы к тому, что большинство лиц, обращающихся за судебной защитой вследствие причинения им вреда (либо по иным основаниям), не смогло бы доказать существование презюмируемых фактов, и, соответственно, было бы поставлено в заведомо проигрышную ситуацию в гражданском процессе. Так, пунктом 3 статьи 79 ГПК РФ установлено, что при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд, в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым. «В сформулированных нормах закреплены не лишенные резона житейские соображения, заключающиеся в том, что сторонам известно доказательственное значение удерживаемых ими письменных или вещественных доказательств, а также возможное доказательственное значение заключения эксперта при условии, что экспертиза будет проведена с участием стороны либо с предоставлением экспертам необходимых предметов исследования (например, образцов биологического происхождения). Не представляя соответствующие предметы либо уклоняясь от участия в экспертизе (скажем, в экспертизе об установлении отцовства), сторона не желает, чтобы определенные обстоятельства были позитивно установлены». [15] Отсутствие сформулированной статьей 79 ГПК РФ презумпции (которую можно охарактеризовать как условно обязательную) привело бы к невозможности вынесения правильного решения по гражданским делам, связанным с необходимостью проведения экспертизы, так как заинтересованная в проведении экспертизы сторона не смогла бы представить каких-либо доказательств в свою пользу либо принудить другую сторону к проведению экспертизы. «Правильное использование закрепленных в законе презумпций позволяет судам выносить законные, т.е. обоснованные решения. Соответствующие обстоятельства гражданских дел оказываются при этом установленными на основе достаточно высокой степени вероятности. Одновременно, по общему правилу, удается обойтись без доказывания фактов, положительное установление которых явилось бы затруднительным, а то и невозможным, в связи с чем права и законные интересы лиц, участвующих в деле, оказываются надежно защищенными». [16] 3. Заключение 1) Сущность доказательственной презумпции состоит в целесообразном распределении бремени доказывания фактов между участниками спора. 2) Юридические предположения в российском праве имеют двоякое значение. Во- первых, они являются способом установления обстоятельств гражданских дел, и, во-вторых, способом уточнения распределения бремени доказывания. В качестве вспомогательного значения презумпций можно выделить обеспечение принципа состязательности и равноправия сторон. 4. Список литературы 1) Большой юридический словарь /Под. Ред. А.Я.Сухарева, В.Д.Зорькина, В.Е.Крутских. М., 1999. 2) Боннер А.Т. Установление обстоятельств гражданских дел. М., 2000. 3) Гражданский процесс/Отв. Ред. М.С.Шакарян. М., 1993. 4) Курылев С.В. О достоверности и вероятности в правосудии //Правоведение. 1968. № 1. С.72.. 5) Салогубова Е.В. Римский гражданский процесс. М., 2002. 6) Треушников М.К. Судебные доказательства. М., 1997. 7) Штутин Я.Л. Предмет доказывания в гражданском процессе. М., 1963.
[1] Боннер А.Т. Установление обстоятельств гражданских дел. М., 2000. С.122. [2] Там же. С.123. [3] Салогубова Е.В. Римский гражданский процесс. М., 2002. С.125. [4] Там же. [5] Судебные Уставы 20 ноября 1864 года. СПб., 1866. С.236/ Цит. по.: Салогубова Е.В. Указ.соч. С.126. [6] Большой юридический словарь /Под. Ред. А.Я.Сухаркева, В.Д.Зорькина, В.Е.Крутских. М., 1999. С.535. [7] Треушников М.К. Судебные доказательства. М., 1997. С.63. [8] Гражданский процесс/Отв. Ред. М.С.Шакарян. М., 1993. С.187. [9] Штутин Я.Л. Предмет доказывания в гражданском процессе. М., 1963. С.86. [10] Боннер А.Т. Указ.соч. С.125. [11] Треушников М.К. Судебные доказательства. С.75. [12] Курылев С.В. О достоверности и вероятности в правосудии. С.72. [13] Боннер А.Т. Указ.соч. С.135. [14] Там же. [15] Там же. С.134. [16] Там же. С.148