Каталог :: История

Контрольная: Пенологические идеи в истории политических правовых учений

        Пенологические идеи в истории политических правовых учений        
                                Содержание                                
Введение
1. Теория наказания и пенологическая теория
2. Пенология как наука. Основные понятия
3.  Пенологические идеи в истории политических правовых учений
Заключение
Список литературы
                                 Введение                                 
Всякое государство стремится поддерживать закон и порядок и обеспечивать
безопасность, опираясь на систему уголовных наказаний, предусматривающую
лишение осужденных жизни, свободы, имущества, доброго имени и причинение им
психологических страданий. Признавая, что эти жестокие меры необходимы для
выполнения одной из важнейших функций государства - защиты безопасности
общества и отдельных граждан, мы должны помнить, что злоупотребления в этой
сфере представляют особую опасность.
Поэтому не случайно именно в сфере применения уголовного права национальными
конституциями и международными соглашениями введены особо жесткие ограничения
и строгий надзор. На мой взгляд, крайне важно отметить, что большинство
современных мусульманских государств отразили в своих конституциях этот
особый подход к уголовному праву. Многие из них подписались и под
соответствующими международными соглашениями.
Конституционные и международные стандарты возникли на основе консенсусома
международного сообщества, который нашел отражение в национальных
конституциях и международных документах, обладающих высшим политическим и
моральным авторитетом. Прежде всего это Всеобщая декларация прав человека,
принятая в 1948 г. и Международная конвенция гражданских и политических прав
1966 г.
               1. Теория наказания и пенологическая теория               
Существует различие между философией наказания и моральным
практически-ориентированным пенологическим дискурсом. Последний более озабочен
практическими целями пенологической практики, нежели попыткой артикулировать
общую нормативную теорию наказания, - в частности, целями вынесения приговоров,
но также и целями тюремной или пробационной администрации, когда пенологи и
чиновники пенитенциарной системы вступают в неприкрыто нормативный дискурс, и
именно этот жанр имеет тенденцию превалировать
[1].
Пенологическая теория традиционно выдвигала как приемлемые и надлежащие, к
которым надо стремиться в практике вынесения приговоров, включают в себя
возмездие, сдерживание, перевоспитание, порицание, лишение свободы или
"социальную защиту" - цели, которые артикулируются и дебатируются в рамках
философии наказания. И поскольку адепты ретрибутивистской философии наказания
находят ее обоснование в ретроспективном плане - фокусируя внимание на
совершенном преступлении, постольку стремление к возмездию или порицанию
путем вынесения судебного приговора подпитывает "правонарушенческий" подход,
при котором в расчет принимается только характер и серьезность совершенного
правонарушения, за что правонарушитель и должен понести наказание.
Аналогичным образом, поскольку консеквенциалистские теории наказания уделяют
внимание последствиям наказания, постольку и достижение таких целей, как
применяемые к конкретному индивиду меры сдерживания, перевоспитания и лишения
свободы, служит базой для совершенно иного, ориентированного на
правонарушителя, подхода при обосновании и выборе судебного приговора, что
требует наличия большей информации о самом правонарушителе и о возможных
последствиях для него/нее того или иного конкретного приговора.
Принцип пропорциональности должен стать основополагающим базисом при вынесении
приговора: законодатели, влиятельные политики и судьи должны стремиться к
созданию такой системы, когда суровость вынесенного правонарушителю приговора
будет гарантированно пропорциональна серьезности совершенного преступления,
когда наказание могло бы служить выражением приемлемой степени порицания и
возмездия[2]. Критики этой точки зрения
возражают в том смысле, что, во-первых, мы не можем на практике надеяться
добиться надлежащей пропорциональности между преступлением и наказанием;
во-вторых, что существуют иные принципы - например, достаточность наказания,
которые могут вступить в противоречие с требованиями пропорциональности; и
в-третьих, что чрезмерный акцент на строгую пропорциональность блокирует
эффективное применение широкого спектра "промежуточных санкций", получающих все
большую популярность у творцов пенологической политики.
В ходе ведущихся в настоящее время споров в области пенологической политики
основной упор делается на роли "промежуточных санкций" (к ним относятся,
например, интенсивная пробация, или надзор, крупные штрафы, общественные
работы, представляющие собой переходную стадию между тюремным заключением и
традиционной пробацией). Интерес к такого рода санкциям (как в США, так и в
Великобритании) вспыхнул отчасти благодаря стремительно растущим затратам на
содержание постоянно увеличивающегося числа заключенных, а отчасти благодаря
все более растущему пониманию того, что тюрьма - контрпродуктивная мера,
которая способствует скорее росту, нежели пресечению криминальных тенденций.
Правительства по обе стороны Атлантики пытались убедить судебные инстанции
сократить практику применения тюремного заключения как меры наказания.
                 2. Пенология как наука. Основные понятия                 
     Пенология - это практически-ориентированная отрасль социальной
науки, которая возникла в начале XIX века, развивалась параллельно с эволюцией
тюремной системы и прочих недавно возникших институтов современного уголовного
судопроизводства. Ее основной заботой всегда был надзор за деятельностью
пенитенциарных институтов, исследование и оценка их деятельности и выработка
путей более эффективного достижения целей и задач этих институтов.
Впоследствии, в ХХ веке, эта наука расширила свой кругозор, выйдя далеко за
пределы тюремных стен (занявшись изучением пробации, практики наложения
штрафов, обвинения и судопроизводства и т. п.) и начав создавать себе базу в
стенах университетов, равно как и в государственных учреждениях, и в конце
   концов став неотъемлемым разделом новой научной дисциплины - криминологии.   
В наше время пенологические исследования покрывают весь спектр пенитенциарной
практики и администрирования, вплоть до мельчайших деталей. Но в целом
пенология принимает существующие институты как данность и занимает свою нишу
внутри них, так что эта наука вовсе и не задается целью занимать откровенно
радикальную позицию по вопросам об альтернативных путях реакции на
преступление или применения наказания.
Подобные исследования часто проникнуты критическим пафосом, который питается
не столько ярко выраженной моральной аргументацией, сколько тревожными
фактами, которые они выявляют. Далеко не все эти исследования имеют
касательство к философии наказания, но некоторые из них так или иначе с ней
связаны, так что нормативная философия должна принимать во внимание
пенологические и социологические исследования, коль скоро теоретики намерены
успешно обосновывать свою аргументацию и примерять ее к реальности. Отчасти
тут речь должна идти о выработке более четкого понимания исторической
обусловленности как пенитенциарной практики, так и нормативных пенологических
теорий.
Но даже если мы принимаем какую-то нормативную теорию наказания, нам
необходимо обратиться к социологическим исследованиям, если мы намерены
применить эту теорию к реальной жизни. Это справедливо даже в отношении нон-
консеквенциалистских теорий, которые не строят свое оправдание наказания,
исходя из его, наказания, благотворных результатов.
Если целью наказания является, к примеру, лишение правонарушителей
незаслуженного преимущества, которое они приобретают, нарушая закон, мы
должны тогда спросить, насколько приемлемо утверждение, что преступники в
наших обществах действительно получают это самое незаслуженное преимущество.
Если же целью наказания является четко выраженное возмездие, которого
правонарушитель заслуживает за свое злодеяние, то тогда мы должны спросить, а
так ли уж часто правонарушители в нашем обществе заслуживают такого возмездия
и насколько справедливо это возмездие применяется к тем, кто его заслуживает,
и впрямь ли существующие пенитенциарные институты являются эффективным
средством выражения этого возмездия.
Также совершенно очевидно, что консеквенциалистский подход к наказанию должен
подпитываться адекватным социологическим знанием. Настаивая, что пенитенциарные
меры должны применяться для достижения позитивных результатов - таких, как
сдерживание, перевоспитание преступника или лишение его свободы, - сторонники
этого подхода исходят из предположения, что существуют или могут быть
выработаны такие меры, с помощью которых можно достичь пресловутых позитивных
результатов[3].
     3.  Пенологические идеи в истории политических правовых учений
Библейская заповедь «не убий, не укради» основывается на том факте, что
#M12291 841501667убийство#S и кража были самыми древними видами общественно-
опасных деяний, от совершения которых предостерегал этот древнейший
религиозный памятник. Первые уголовно-правовые запреты возникли из древних
обычаев #M12291 841501035кровной мести#S и были направлены на подчинение
интересов индивида интересам общества. Самые первые правила человеческого
поведения прежде всего были направлены на ограничения агрессивного поведения,
сохранение человеческого рода и выражались в требованиях: не убивай отца,
детей и братьев; не вступай в половую связь с матерью, дочерьми и сестрами и
т. п. Право в целом, с момента его возникновения поначалу носило
преимущественно уголовно-репрессивный характер.
«Юридическое общение получает свою специфическую характеристику исторически
прежде всего на фактах #M12291 841500109правонарушений#S. Понятие кражи
определяется раньше, чем понятие собственности»
[4]. Исторически уголовное право развивалось медленно, сохраняя такие формы
самозащиты отдельных родов, семей и людей, как кровная месть, талион и система
композиций. Но постепенно они вытеснялись #M12291 841502264мерами уголовного
наказания#S. До нас дошли законодательные памятники различных древних #M12291
841502472народов#S: Индии (Законы Ману - 1200 г. до н.э.); законы Ассирии
(около 1500 г. до н. э.); Судебник вавилонского царя Хаммурапи (1914г. до н.
э.); законы хеттов (около 1750 г. до н. э.); еврейские законы (Пятикнижие -
около 1400 г. до н. э.); законы Древней #M12291 841502016Греции#S (законы
Дракона - 621 г. до н. э. и законы Солона - 409-408 г. г. до н. э.); законы
Древнего Рима (законы XII таблиц - 450 г. до н. э.) и др. Все эти #M12291
841502272документы#S свидетельствуют о том, что уголовное право древних
государств было направлено прежде всего на защиту государства, религии,
собственности и личности и носило классовый характер. Одним из древнейших
памятников Руси является «#M12291 841501179Русская Правда#S», содержащая нормы
гражданского, уголовного и #M12291 841501971процессуального права#S. Этот
документ, учитывая уже субъектную сторону преступления, различает убийство на
пиру, в ссоре, убийство, не носящее низменного характера от убийства при разбое
как более тяжкого преступления. Преступление в #M12291 841501179Русской
Правде#S именовалось #M12291 841502677обидой#S, а наказание за нее
осуществлялось в соответствие с установленными правилами. При этом
преследование обидчика предоставлялось на усмотрение #M12291
841500040потерпевшего#S или его близких родичей. «#M12291 841501179Русская
Правда#S» предусматривала преступления, которые преследовались не потерпевшим,
а #M12291 841502705общиной#S в целом. В качестве наказания предусматривались:
месть, поток, разграбление и система выкупов. #M12291 841500372Смертная казнь#S
применялась без #M12291 841500469суда#S в порядке расправы #M12291
841501418веча#S или князя над своими противниками.
В Псковской Судной #M12291 841500094грамоте#S 1457 года вопросы уголовного
права получили свое дальнейшее развитие. Преступным считалось не только
посягательство на личность и собственность, но и на интересы государства.
Впервые термин «преступление» на Руси встречается в летописных рассказах XIV
века в связи с #M12291 841500380событиями#S 1398 г. В уголовно-правовой
литературе отмечается, что в отечественном уголовном праве круг преступных
деяний регламентировался далеко не сразу, а постепенно, совпадая
первоначально со сферой гражданских правонарушений. Законодательным
критерием, обуславливающим необходимость установления уголовно-правового
запрета, являлась серьезность нарушения интересов правящих классов и
государства, а также значительность вреда. Судебник 1497 г. к преступным
деяниям относит «лихое дело». По Судебному холоп мог быть субъектом
преступления и самостоятельно нести ответственность. Судебник 1497 выделял
уже имущественные и государственные преступления. К государственным
преступлениям была отнесена крамола (например, отъезд боярина от великого
князя к другому князю) и подым (т. е. призыв к воспитанию). За совершение
этих преступлений полагалась #M12291 841500372смертная казнь#S. К
имущественным преступлениям Судебник относил разбой, татьбу, истребление и
повреждение чужого #M12291 841500731имущества#S, а к #M12291
841500171преступлениям против личности#S - убийство (душегубство), #M12291
841502506оскорбление#S действием и словом. Наказание в Судебнике
ожесточалось, предусматривалось два вида #M12291 841500824казни#S: смертная и
торговая. В Судебнике 1550 г. впервые появился #M12291 841500407состав
преступления#S - вынесение незаконного #M12291 841501171решения#S за взятки.
Судебник  также устанавливал ответственность #M12291 841500511судей#S за
умышленное решение. Виновный наказывался за это помимо основного наказания
дополнительным битьем кнутом. В Судебнике впервые был предусмотрен состав
мошенничества отпочковавшийся от кражи, а грабеж отграничивался от  разбоя,
который рассматривался как #M12291 841501788хищение#S, сопряженные с
насилием. В царствование Алексея Михайловича в 1949 году было принято
Соборное Уложение, в котором содержалось большое количество норм уголовного
права. Впервые была сделана попытка провести разграничение между умыслом и
#M12291 841502389неосторожностью#S, появились нормы о #M12291
841502385необходимой обороне#S и #M12291 841501017крайней необходимости#S,
проводилось различие между отдельными видами соучастников, наблюдалось
ужесточение наказаний и усложнение их системы. Уложение предусматривало
широкое применение #M12291 841500372смертной казни#S, членовредительские
наказания, тюрьму и #M12291 841500431ссылку#S. Усовершенствовалась система
особенной части; на первом месте стояли религиозные преступления, затем
государственные (#M12291 841501609государственная измена#S, посягательство на
жизнь и здоровье царя и т. д.). С точки зрения #M12291
841500614законодательной техники#S, четкости формулировок и полноте Уложение
превосходило современные ему западноевропейские уголовно-правовые законы. В
царствование Петра I был принят Воинский артикул, содержащий только нормы
уголовного права и представлял собой военно-уголовный кодекс без общей части.
Особенностями уголовного права средневековья являлась система голого насилия
и открытое неравенство перед законом различных классов и сословий. Уголовное
право эпохи средневековья  это право сильного и право привилегия. В период
средневековья наиболее крупные феодалы устанавливали в своих #M12291
841501440владениях#S свои законы, свое право, которое характеризовалось
исключительной жестокостью. В дошедших до нас многочисленных законодательных
памятников средневековья: Саксонское зеркало, составленное между 1198 и 1215
г.г.; Швабское зеркало, изданное между 1250 и 1288 г.; Силезское земское
право конца XIV века, #M12291 841500838Каролина#S 1532 г. и др. Указанные
законодательные акты усилили черты, характерные для эпохи рабовладельческого
строя. Устрашительность, жестокость и неравенство наказаний, обусловленные
сословными различиями людей пронизывают всю систему уголовно-правовых норм
средневековья. #M12291 841500372Смертная казнь#S, телесные и особенно
членовредительские и имущественные наказания, наиболее часто применяются в
этот период. #M12291 841501088Лишение свободы#S применяется редко и лишь на
закате феодально-абсолютистских государств приобретает некоторое значение.
#M12291 841500372Смертная казнь#S была самым распространенным видом
наказания. Уложение Карла V #M12291 841500722императора#S Священной Римской
#M12291 841500723Империи#S предусматривала #M12291 841500372смертную казнь#S
за 44 преступления, французское #M12291 841501678уголовное законодательство#S
18 в. знала 115 видов преступлений, за которые предусматривалась #M12291
841500372смертная казнь#S, а в Англии #M12291 841500372смертная казнь#S
применялась к 160 видам преступлений. Испанская #M12291 841500083инквизиция#S
сожгла на кострах более 50 000 человек за колдовство, а по подсчетам Вольтера
в Европе было сожжено более 100 000 тысяч человек за распространение ереси. В
царствование Генриха VIII в Англии за одно только бродяжничество было казнено
72 000 человек, а за свое полувековое пребывание на английском престоле
королева Елизавета осуществила около 20 000 казней. #M12291 841500372Смертная
казнь#S предусматривалась не только за тяжкие преступления, но и за
незначительные проступки. Она применялась за ереси, колдовство, убийство,
разбой, поджог, #M12291 841501725фальшивомонетничество#S, кражу,
мошенничество,  прелюбодеяние, кровосмешение, скотоложство, порубку леса,
бродяжничество, участие в незаконных сборищах и т. д. С победой буржуазии,
утверждением капиталистических отношений и формальным провозглашением
принципа равенства всех перед законом #M12291 841501678уголовное
законодательство#S передовых Европейских государств отражает идеи
представителей просветительско-гуманистического направления в уголовном
праве: #M12291 841502419Монтескье#S, Вольтера и Беккария. Ярчайшим образцом
уголовного права, пришедшей к власти буржуазии явился Уголовный кодекс
#M12291 841501777Франции#S 1810 г., в основе которого лежали выдвинутые в
трудах Монтескье и Беккария принципы «нет преступления, если оно не
предусмотрено законом», принцип виновной ответственности лица и принцип
соответствия наказания тяжести совершенного преступления и др. Французский
уголовный кодекс 1810 г. явился образцом для ряда при создании уголовно-
правовых систем в ряде европейских государств.
УК 1810г. действовал во Франции на протяжении 182 лет, пока в 1992 г. не был
принят новый УК. В России в 19 веке была впервые осуществлена #M12291
841500866кодификация#S #M12291 841501678уголовного законодательства#S,
получившая воплощение в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845
г. Оно отличалось непомерной громоздкостью и состояло из общей и особенной
части. Наказания подразделялись на уголовные и исправительные. К первым
относилась: #M12291 841500372смертная казнь#S, #M12291 841500846каторга#S,
ссылка, а исправительные наказания для представителей привилегированных
сословий заключались в ссылке в Сибирь или отдаленные #M12291
841501117районы#S России. Исправительные наказания были соединены с лишением
всех сословных и служебных прав. Кроме основных наказаний применялись еще и
наказания дополнительные: церковное покаяние, #M12291 841500995конфискация
имущества#S, отдача под #M12291 841502443надзор#S #M12291 841500005полиции#S
и др. Особенная часть Уложения предусматривала ответственность за #M12291
841500171преступления: государственные, против личности#S, против семьи и др.
В 1885 г. после отмены кроме отмены #M12291 841501026крепостного права#S и
проведение судебной реформы в Уложение были внесены некоторые нововведения
демократического порядка в частности, включен принцип нет преступления без
указания о том «в законе». В 1903 г. было принято новое Уголовное уложение,
которое лишь частично вступило в действие.
После Октябрьского переворота 1917 г. в России, руководствуясь марксистскими
догматами о том, что с ликвидацией старого базиса ликвидируется и старая
надстройка, большевики отменили все прежние законы. #M12291 841502058Декрет#S
№ 1 «О суде» 1917 г. провозглашал в качестве основного источника уголовного
права  революционное #M12291 841500118правосознание#S судей. А это по сути
дела оправдывало произвол. «Руководящие начала по уголовному праву РСФСР 1919
г. отказались от таких важнейших принципов как: нет преступления, если оно не
предусмотрено законом», и от принципа виновной ответственности, не было в
этом законодательном акте особенной части уголовного права, принцип #M12291
841500602законности#S был подменен революционной классовой целесообразностью.
Классовый подход пронизывал и первый УК РСФСР 1922 г., состоящий из общей и
особенной части, рассматривал в качестве преступления любое общественно-
опасное деяние, угрожающее основам советского строя и правопорядку,
установленному рабоче-крестьянской властью на переходный к коммунистическому
строю период времени, а указание на запрещенность деяния в законе
отсутствовало.
Наличие в законе #M12291 841500289аналогии#S давало возможность судебно-
следственным органам по собственному усмотрению оценивать то или иное деяние
в качестве преступления. Отвергая идеи классического направления в уголовном
праве УК 1922 г. пошел по пути заимствования из арсенала социалистической
школы ряда реакционных положений, в частности, таких, как «опасное состояние
личности», трактуя его с позиций классовой опасности и признавая основанием
#M12291 841501671уголовной ответственности#S. При этом принцип виновной
ответственности лица отвергался со всей категоричностью. Наказание было
заменено «мерами социальной защиты». По этому же пути пошли и Основные начала
#M12291 841501678уголовного законодательства#S Союза ССР и Союзных #M12291
841501161республик#S 1924 г.  первый общесоюзный уголовно-правовой
законодательный акт. В этом документе были сформулированы задачи #M12291
841501678уголовного законодательства#S Союза ССР и союзных республик,
определены территориальные пределы действия этого законодательства, проведено
разграничения #M12291 841500910компетенции#S в #M12291 841502678области#S
#M12291 841501678уголовного законодательства#S между Союзом ССР и союзными
республиками. В связи с введением в действие Основных начал возникла
необходимость в издании нового уголовного кодекса, который был принят 22
ноября 1926 г.
Общая часть этого кодекса с некоторыми уточнениями воспроизводила Основные
начала. УК РСФСР 1926 г., как и УК 1922 г. характеризовался отсутствии в
#M12291 841502481определении#S преступления признака противоправности. В нем
также закреплялось применение уголовного закона по аналогии. В нем также, как
и в УК 1922 г. отсутствовал принцип виновной ответственности, а в место
наказания фигурировали «меры социальной защиты». Более того, в условиях
ожесточения репрессии и начавшегося разгула сталинского террора УК 1926 г.
пошел по пути признания #M12291 841502709объективного вменения#S.
УК 1926 г. действовал на протяжении 35 лет, пополняясь новыми нормами,
которые сыграли в тридцатые и сороковые годы свою отрицательную роль в
обосновании произвола и лили воду на мельницу сталинских репрессий и сводили
почти на нет права и свободы граждан и прежде всего самую высшую
общечеловеческую ценность  #M12291 841500207право на жизнь#S.
После разоблачения культа личности Сталина обнаруживается  известная
демократизация #M12291 841501678уголовного законодательства#S. Принятые в
декабре 1958 г. #M12291 841502512Основы #M12291 841501678уголовного
Законодательства#S#S Союза ССР и союзных республик и УК РСФСР 1960 г.
отказались от аналогии, восстановили принцип нет преступления без указания о
том «в законе», твердо встали на путь признания принципа виновной
ответственности лица, оставаясь при этом по-прежнему на позициях
провозглашения классовых начал  советского уголовного права. Вместе с тем в
УК 1960 г. наличествовали нормы серьезно ограничивающие права и свободы
граждан (ст. 70  антисоветская агитация и пропаганда, ст. 142  о нарушении
законов об отделении церкви от государства, ст. 190  распространение заведомо
ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй и
др.; ст. 153  о частнопредпринимательской деятельности и коммерческом #M12291
841500031посредничестве#S и др.). Данные нормы противоречили #M12291
1900204Всеобщей декларации прав человека, #Sпринятой #M12291
841501576Генеральной Ассамблеей ООН#S в 1948 г. и #M12291
1901157Международному пакту о гражданских и политических правах #S1966 г.
С 1985 г. СССР встал на путь демократических преобразований в направлении
создания #M12291 841500242правового государства#S. Серьезным препятствием в
реализации этих задач была марксистская идеология с ее классовым подходом по
всем социальным явлениям, отрицанием #M12291 841501821частной
собственности#S, непоколебимой верой в идеалы коммунизма и т. п. Тем не
менее, принятые 2 июля 1991 г. #M12291 841502512Основы #M12291
841501678уголовного законодательства#S#S Союза ССР и республик сумели
отразить многие прогрессивные моменты, свидетельствовавшие о том, что
общество постепенно стало развиваться в направлении мировой цивилизации.
После распада СССР в декабре 1991г. возникла жгучая потребность в создании
нового #M12291 9017477УК РФ, #Sкоторый отражал бы те изменения в политической
и социально-экономической жизни нашего общества и учитывал бы требования
экономической и правовой реформ и особенности перехода к рыночной экономике.
С 1992 г. началась интенсивная работа по созданию нового #M12291
9017477уголовного кодекса #SРоссии. Разработчики проекта, среди которых были
известные ученые криминалисты, стремились учесть не только все то новое, что
имело место в жизни нашего общества, но и учесть законодательный опыт, опыт
правоприменительной деятельности органов #M12291 841500120правосудия#S, а
также законодательный опыт ведущих государств Европы, в частности к тому
времени были приняты новые уголовные кодексы во Франции и #M12291
841501589Германии#S.
Проект #M12291 9017477УК РФ #Sполучил высшую оценку ведущих криминалистов
этих стран. Новый #M12291 9017477УК РФ #Sбыл принят #M12291
841501608Государственной Думой#S 24 мая 1996 года, одобрен #M12291
841500387Советом#S #M12291 841501740Федерации#S 5 июня 1996 г.  и подписан
Президентом РФ 13 июня 1996г. Кодекс введен в действие  с 1 января 1997г.
Впервые в истории отечественного #M12291 841501678уголовного
законодательства#S перечислены принципы уголовного права и раскрыто их
содержание. УК пронизывает идея не классового подхода, а на передний план
выдвигается идея защиты важнейших общечеловеческих ценностей, закрепленных
#M12291 9004937Конституцией РФ #S1993г. В общей части содержится ряд #M12291
841502654новелл#S: впервые дана четкая категоризация преступлений, содержится
более четкая формулировка умысла и неосторожности как форм #M12291
841501431вины#S, наличествует норма о #M12291 841500176преступлениях с двумя
формами вины#S, норма об отсутствии  ответственности при невиновном
причинении вреда, расширен круг обстоятельств, исключающих преступность
деяния, содержатся более конкретные нормы о формах и видах соучастия и т.д.
Особенная часть поделена на разделы, в основе которых лежит принцип родового
объекта, а разделы разделены. На первом месте находятся посвященный #M12291
841500171преступлениям  против личности#S, специальный раздел, посвящен
#M12291 841500162преступлениям в сфере экономики#S. При разработке проекта
#M12291 9017477уголовного кодекса #Sопирались на достижения как
отечественной, так и зарубежной науки уголовного права.
Пенологические идеи в истории шариатского уголовного права. Мусульманские
ученые юристы в прошлом не различали религиозные, этические и юридические
аспекты шариата и тем более не выделяли различные сферы права. Следовательно,
принципы и правила шариата, относящиеся к тому, что на современном языке
называется уголовным правом, доказыванием и судебной процедурой, могут быть
выведены только из общих трактатов по исламской юриспруденции.
Современные авторы выделяют в шариате три основные категории преступлений:
худуд, джинайят и тазир. К категории худуд относится строго определенный
список преступлений, за которые обязательно следует специфическое наказание,
применение которого не должно зависеть от воли официальных властей или
частных лиц. К джинайяту относятся такие преступления, как убийства и
нанесение тяжких телесных повреждений. В качестве наказания за преступления
джинайят может быть назначены либо кизас (наказание по принципу "око за
око"), либо выплата дийи (денежной компенсации) жертве или пережившим его или
ее родственникам. Мера наказания за последнюю категорию преступлений - тазир
- определяется суждением местного правителя и его судей, стремящихся к
исправлению и дисциплинированию подданных.
В силу недифференцированного характера ранних трактатов по исламской
юриспруденции мы не можем ожидать, что в них будут специально рассматриваться
проблемы, связанные c доказыванием и судебной процедурой. Кроме того,
поскольку в ряде текстов Корана и в Сунне конкретно говорится о тех
требованиях, которые применяются к доказательствам определенных преступлений,
относящихся к категории худуд, юристы рассматривают эти требования как
составные элементы понятия данного преступления. Например, хадд (единственное
число от худуд) за зина, (прелюбодеяние) требует показаний четырех лиц
мужского пола, бывших свидетелями самого акта. Это требование и детали,
касающиеся квалификации этих четырех свидетелей, по мнению древних
мусульманских юристов, являются неотъемлемой частью самого определения
данного преступления, входят в его понятие.
Во всем, что касается процедуры и практики применения уголовного права,
шариат остается крайне рудиментарной и неформальной системой. Широкие и
неупорядоченные административные полномочия правителей и их чиновников,
описанные в предыдущей главе, касаются всех сфер правления, в том числе и
практики уголовного права. Например, халиф имел право единолично решать,
вводить или нет специальных судей и каким образом следует контролировать и
регулировать их деятельность. Те лица, которые назначались на судейскую
должность (и другие официальные лица, имевшие юридические и квази-юридические
функции), в свою очередь, обладали широкими полномочиями в отношении
процедуры до-судебного и судебного разбирательства.
В настоящее время нам трудно детально рассмотреть реальное применение
уголовного права в мусульманской истории, так как отсутствует надежная
историческая информация по этому вопросу. Однако можно сделать некоторые
общие замечания. Хотя считалось, что шариатские принципы должны применяться
везде, можно с уверенностью предположить, что на всех этапах мусульманской
истории применение уголовного права в значительной степени определялось
административным произволом. Судя по всему, это особенно ярко проявилось с
окончанием мединского  периода (622-661 гг.) в отдаленных сельских районах
мусульманских государств.
Как бы ни была организована система уголовного права и какой бы ни была
степень ее соответствия шариату в каждый из периодов мусульманской истории,
совершенно очевидно, что к началу 20 века рамки применения шариатского
уголовного права стремительно сузились. В 19 веке после введения режима
капитуляций в Оттоманской империи на западе мусульманского мира и аналогичных
уступок в Могольской империи на востоке и последовавшей за этим постепенной
колонизации мусульманских земель европейскими государствами, на смену
шариату, и формально, и на практике, пришло западное уголовное право. Но я
думая, что сфера применения шариатского уголовного права значительно сузилась
не только из-за повсеместного роста западного влияния в мусульман ском мире,
но и в результате все большего осознания мусульманами неадекватности
соответствующих шариатских концепций. Можно даже предположить, что растущее
западное влияние было скорее следствием, чем причиной падения роли шариата в
применении уголовного права.
Однако после достижения независимости, т.е. главным образом после Второй
мировой войны, во многих мусульманских странах отмечался рост требований
вернуться к шариатскому уголовному праву. В ответ на обвинения шариатского
права в архаичности и непригодности сторонники немедленного и полного
применения шариата в этой сфере прибегли к "анахроничному перенесению
современных принципов уголовного права на юридическую систему, для которой
они абсолютно чужды и неизвестны". Поступая таким образом мусульманские
авторы этой группы проявляют крайнюю степень эклектизма, ссылаясь как на
известные, так и на малозначащие фигуры в исламской юриспруденции, как на
юристов основных школ, так и на юристов второстепенных или исчезнувших школ,
одновременно на суннитских и на шиитских ученых, на реформаторов и
традиционалистов.
                                Заключение                                
Серьезные размышления о наказании должны сконцентрироваться на "рабочих
социальных категориях" и институциональной практике, а не на исключительно
умозрительных конструкциях или отвлеченных теориях, но такой подход в свою
очередь должен быть подкреплен адекватным пониманием нормативных теорий.
Поэтому философии наказания должны быть оценены не только в том виде, как они
предстают на страницах научных трудов, но и по тому, как они реализуются -
или могут быть реализованы - в конкретной практике. Прагматическая пенология
должна быть подвергнута тщательному моральному и политическому анализу, равно
как и ригористическому эмпирическому тестированию.
Государственное наказание - это практика, продиктованная, как считается,
некими определенными целями и ценностями. Официальные адепты наказания
оправдывают данный институт и свои собственные деяния внутри этого института,
ссылаясь на легитимизирующие цели и ценности, и для этого зачастую апеллируют
к нормативным теориям наказания. Таким образом непосредственно вторгается в
практический контекст, хотя и далеко не всегда в достаточной степени
последовательно и глубоко, и в то же время социологическая наука, которая
игнорирует нормативный аспект или трактует его как сугубо риторический прием,
склонна извращать природу данного института. Несомненно, всегда существует
несоответствие между заявленными целями той или иной стратегии и ее
конкретным применением на практике; несомненно также, что всегда существуют
некие латентные цели, которые официальные лица не склонны предавать огласке.
Но всякий адекватный анализ пенитенциарной практики все равно вынужден будет
понять нормативные обоснования, которыми и продиктовано поведение
государственных чиновников; всякая серьезная критика должна будет выдвигать и
обосновывать свои собственные нормативные аргументы.
                            Список литературы                            
1. Советский Энциклопедический словарь - М.: Советская энциклопедия, 1989. -
1632 С.
2. Алексеев С.С. Государство и право. М., 1993 г.
3. Алексеев С.С. Общая теория права. т.1. М., 1981 г.
4. Лазарев В.В. Общая теория права и государства - М.: Юрист, 1994. - 360С.
5. Лившиц Р.З. Теория права - М.: БЕК, 1994 - 224 С.
6. Марченко М.Н. Теория государства и права. - М.: Зерцало, ТЕИС, 1996, 476 С.
7. Новицкий И.Б. Римское право. М., 1993.
8. Храпанюк В.Н. Теория государства и права М., 1993.
     
[1] Найджел Уокер [2] А. фон Хирш [3] Перевод с английского Олега Алякринского [4] Е.Б. Пашуканис, Избранные произведения по общей теории #M12291 841500242права и государства#S, М.1980, с.159