Каталог :: История

Диплом: Социально-экономическое положение СССР 1945-1953 г

     Оглавление
     

Введение

Глава 1. Восстановление экономики 1.1 Состояние экономики СССР после окончания войны. 1.2 Восстановление промышленности, перевооружение армии. 1.3 Экономические дискуссии 1945-1946 г. 1.4 Денежная реформа 1947 года и развитие внутренней торговли. 1.5 Проблемы и трудности аграрного сектора. 1.6 Недостатки административно-командных методов управления народным хозяйством. Глава 2. Изменения в структурах власти Глава 3. Идеология и культура Глава 4. Ужесточение внешней политики 4.1 У истоков «холодной войны». 4.2 Внешняя разведка в послевоенный период. 4.3 Экспорт сталинской модели. Заключение Библиография Введение После победы в Великой Отечественной войне и капитуляции Японии 3 сентября 1945 г. начался совершенно новый период в жизни советского государства. В 1945 г. Победа породила в народе надежды на лучшую жизнь, ослабление пресса тоталитарного государства на личность, ликвидацию его наиболее одиозных издержек. Открывалась потенциальная возможность перемен в политическом режиме, экономике, культуре. "Демократическому импульсу" войны, однако, противостояла вся мощь созданной Сталиным Системы. Ее позиции не только не были ослаблены в годы войны, но, казалось, еще более окрепли в послевоенный период. Даже сама победа в войне отождествлялась в массовом сознании с победой тоталитарного режима. Борьба демократической и тоталитарной тенденции становилась в этих условиях лейтмотивом общественного развития. Советский Союз представлял собой победоносную, но полностью разрушенную страну. Для того, чтобы выиграть величайшую в истории войну, пришлось понести потери, которые превышали потери врага и вообще потери любой нации в любой войне. Только усилиями миллионов можно было поднять из руин разрушенные города, заводы, восстановить инфраструктуру. Этот период не может не волновать нас – граждан сегодняшней России, т.к. поколение наших родителей являются детьми тех трудных лет. В ходе работы мной рассмотрен материал различных авторов – не только взгляд наших историков, но и работы зарубежных исследователей. Книга английского историка Джеффри Хоскинга «История Советского Союза. 1917- 1991» - это бесстрастный обзор истории некогда могущественного государства, взгляд поверх барьеров, установленных в нашем сознании. В работе особый упор делается на социально-политический аспект общества. Послевоенный период (1945-1953), по мнению автора, наиболее период установившегося тоталитаризма, время единоличного сталинского правления, когда экономика и политика были неразделимы. Данную работу отличают простота изложения, аргументированность, бескомпромиссность. Написанный в 1990 году под руководством В. П. Островского учебник «История СССР» первое официальное учебное пособие после начала эпохи «перестройки» в котором открыто освещались малоизвестные события нашей истории, в первую очередь советской. Книга тем более интересна, т.к. представляла тогда взгляд отличный от идеологической позиции КПСС. Учебная книга по истории «Россия и мир» подготовленная в 1994 году авторским коллективом Московского государственного педагогического университета под редакцией доктора исторических наук, профессора Данилова А. А. представляет собой первый трезвый взгляд на события послевоенного периода, который лишен как приукрашивания, так и чрезмерного очернения эпохи тех лет. Монограмма Сергея Кара-Мурзы «История советского государства и права» свежий взгляд на развитие советского государства. Работа критически подходит к рассмотрению жизни советского государства в послевоенный период. Само понятие «послевоенный период» рассматривается автором как развитие государства до начала «перестройки». С. Кара-Мурза не без основания считает все эти годы неразрывным целым, в течение которого страна и общество преодолевало наследие войны и порожденных им проблем. В книге используются данные, ранее не известные широкому кругу читателей. Во введении я раскрываю актуальность выбранной темы и провожу краткий обзор используемой литературы. В первой части я анализирую экономические последствия Великой Отечественной войны для советского государства, показываю развитие народного хозяйства СССР после Великой Отечественной войны, процессы происходящие в государстве и обществе в период с 1945 по 1953 гг.. Во второй части я рассматриваю развитие культурной жизни времени. В третьей части мною анализируется внешняя политика СССР, подробно рассматриваю внешнюю разведку советского государства, истоки «холодной войны», проблему эмиграции этого времени. В заключительной части работы я подытожу весь собранный материал, сделаю выводы. Глава 1. Восстановление экономики 1.1Состояние экономики СССР после окончания войны. Победа над фашизмом досталась СССР дорогой ценой. Военный ураган несколько лет бушевал над основными районами наиболее развитой части Советского Союза. Удару подверглись большинство промышленных центров на европейской части страны. В пламени войны оказались и все основные житницы — Украина, Северный Кавказ, значительная часть Поволжья. Разрушено было так много, что восстановление могло занять многие годы, а то и десятилетия. Война обернулась для СССР огромными людскими и материальными потерями. Она унесла почти 27 млн. человеческих жизней. Было разрушено 1710 городов и поселков городского типа, уничтожено 70 тыс. сел и деревень, взорвано и выведено из строя 31850 заводов и фабрик,1135 шахт,65 тыс. км железнодорожных путей. Посевные площади сократились на 36,8 млн. га. Страна потеряла примерно одну треть своего национального богатства. В условиях перехода от войны к миру встали вопросы о путях дальнейшего развития экономики страны, о ее структуре и системе управления. Речь шла не только о конверсии военного производства, но и о целесообразности сохранения сложившейся модели экономики. Во многом она формировалась в условиях чрезвычайной обстановки тридцатых годов. Война еще более усилила эту «чрезвычайность» характера экономики и наложили отпечаток на ее структуру и систему организации. Годы войны выявили сильные черты существовавшей модели экономики, и в частности, очень высокие мобилизационные возможности, способность в короткие сроки наладить массовое производство высококлассного вооружения и обеспечить необходимыми ресурсами армию, ВПК за счет перенапряжения остальных секторов экономики. Но война также со всей силой подчеркнула и слабости советской экономики: высокий удельный вес ручного труда, низкие производительность и качество невоенной продукции. То, что было терпимо в мирное, довоенное время, теперь требовало кардинального решения. Речь шла о том, нужно ли возвращаться к довоенной модели экономики с ее гипертрофированными военными отраслями, строжайшей централизацией, беспредельной плановостью в определении деятельности каждого предприятия, полным отсутствием каких-либо элементов рыночного обмена, жестким контролем за работой администрации. Послевоенный период потребовал перестроить тип работы государственных органов для решения двух противоречивых задач: конверсии огромного военно- промышленного комплекса, который сложился в ходе войны, с целью быстрейшей модернизации хозяйства; создания двух принципиально новых систем оружия, гарантирующих безопасность страны - ядерного оружия и неуязвимых средств его доставки (баллистических ракет). Работа большого числа ведомств стала объединяться в межотраслевые целевые программы. Это был качественно новый тип государственного управления, хотя изменялась не столько структура органов, сколько функции. Эти изменения меньше заметны, нежели структурные, но государство есть система, и процесс в ней не менее важен, чем структура. Конверсия военной промышленности была проведена быстро, повысив технический уровень гражданских отраслей (и тем самым позволив затем перейти к созданию новых военных производств). Наркомат боеприпасов был перестроен в Наркомат сельскохозяйственного машиностроения. Наркомат минометного вооружения в Наркомат машиностроения и приборостроения, Наркомат танковой промышленности в Наркомат транспортного машиностроения и т.д. (в 1946 г. наркоматы стали именоваться министерствами). В результате массовой эвакуации промышленности на восток и разрушения во время оккупации и боевых действий в европейской части 32 тыс. промышленных предприятий сильно изменилась экономическая география страны. Сразу после войны началась соответствующая реорганизация системы управления - в него наряду с отраслевым стали вводить территориальный принцип. Смысл был в приближении органов управления к предприятиям, ради чего происходило разукрупнение министерств: во время войны их было 25, а в 1947 г. стало 34. Например, угледобычей стали теперь управлять Наркомат угольной промышленности западных районов и Наркомат угольной промышленности восточных районов. Аналогично был разделен Наркомат нефтяной промышленности. На этой волне среди хозяйственных руководителей, экономистов стали появляться стремления к реорганизации системы управления экономикой, к смягчению тех ее сторон, которые сдерживали инициативу и самостоятельность предприятий, и в частности, к ослаблению пут сверхцентрализации. Анализируя сложившуюся экономическую систему отдельные ученые и промышленники предлагали осуществить преобразования в духе НЭПа: при преобладающем господстве государственного сектора официально допустить частный сектор, охватывающий в первую очередь сферу обслуживания, мелкое производство. Смешанная экономика, естественно, использовала рыночные отношения. Объяснение подобных настроений можно искать в той обстановке, которая сложилась во время войны. Экономика страны во время войны, быт населения, организация работы местных органов власти приобрели своеобразные черты. С переводом работы основных отраслей промышленности для обеспечения нужд фронта, резко сократился выпуск мирной продукции обеспечением жизни населения, снабжением его самыми необходимыми товарами и услугами стали заниматься преимущественно местные власти, организуя мелкое производство, привлекая к выпуску необходимых товаров кустарей и ремесленников. В результате получила развитие кустарная промышленность, оживилась частная торговля и не только продуктами питания, но промышленными товарами. Централизованным же снабжением была охвачена лишь небольшая часть населения. Война приучила к определенной самостоятельности и инициативе многих руководителей всех уровней. После войны местные власти предпринимают попытки развернуть производство товаров для населения уже не только на мелких кустарных мастерских, но и на крупных заводах, подчиненных непосредственно центральным министерствам. Совет Министров Российской Федерации вместе с руководством Ленинградской области в 1947 г организовали в городе ярмарку, на которой предприятия не только России, но и Украины, Белоруссии, Казахстана и других республик, продавали не нужные им материалы. Ярмарка открыла возможности установления самостоятельных экономических связей между промышленными предприятиями минуя центр. Она в известной мере содействовала расширению сферы действий рыночных отношений (несколько лет спустя организаторы этой ярмарки поплатились жизнью за проявленную инициативу). Надежды на преобразования в области управления экономикой оказались несбыточными. С конца 40-х годов был взят курс на усиление прежних административно-командных методов руководства, на дальнейшее развитие существовавшей модели экономики. Для понимания причин такого решения надо иметь в виду двойное предназначение промышленности России. Ее высокие мобилизационные возможности в годы войны объяснялись во многом тем, что экономика с самого начала была ориентирована на работу в военных условиях. Все заводы, которые создавались в предвоенные годы, имели одновременно гражданский профиль и военный. Таким образом, вопрос о модели экономики должен был обязательно затрагивать и этот ключевой аспект. Предстояло решить, будет ли экономика действительно гражданской или как прежде, остается двуликим Янусом: мирной на словах и военной по существу. Решающей стала позиция Сталина - все попытки перемен в этой области наталкивались на его имперские амбиции. В результате советская экономика возвращалась к милитаристической модели со всеми присущими ей недостатками. Также в этот период встал вопрос: что такое советская система хозяйства (она называлась социализм, но это - чисто условное понятие, не отвечающее на вопрос). До окончания войны жизнь ставила столь четкие и срочные задачи, что большой потребности в теории не было. Теперь надо было понять смысл плана, товара, денег и рынка в экономике СССР. Чувствуя, что вопрос сложен и готового ответа в марксизме нет, Сталин, сколько мог, оттягивал издание учебника по политэкономии социализма. В 1952 г. он опубликовал важную работу «Экономические проблемы социализма в СССР», где осторожно, не вступая в полемику с марксизмом, дал понимание советской экономики как нерыночного хозяйства отличной от Запада ("капитализма") цивилизации. Иное толкование было невозможно. К восстановлению хозяйства страна приступила еще в год войны, когда в 1943г. было принято специальное партийно-правительственное постановление "О неотложных мерах по восстановлению хозяйства в районах, освобожденных от немецкой оккупации". Колоссальными усилиями советских людей к концу войны в этих районах удалось восстановить промышленное производство на треть от уровня 1940 г. Освобожденные районы в 1944 г. дали свыше половины общегосударственных заготовок зерна, четверть скота и птицы, около трети молочных продуктов. Однако как центральная задача восстановления встала перед страной лишь после окончания войны. В конце мая 1945 г. Государственный Комитет Обороны постановил перевести часть оборонных предприятий на выпуск товаров для населения. Несколько позднее был принят закон о демобилизации тринадцати возрастов личного состава армии. Эти постановления ознаменовали начавшийся переход Советского Союза к мирному строительству. В сентябре 1945 г. был упразднен ГКО. Все функции по управлению страной сосредоточились в руках Совета Народных Комиссаров (в марте 1946 г. преобразован в Совет министров СССР). Были осуществлены меры, направленные на возобновление нормального труда на предприятиях и в учреждениях. Отменялись обязательные сверхурочные работы, восстанавливался 8-часовой рабочий день и ежегодные оплачиваемые отпуска. Был рассмотрен бюджет на III и IV кварталы 1945 г. и на 1946 год. Сокращались ассигнования на военные нужды и увеличивались расходы на развитие гражданских отраслей экономики. Перестройка народного хозяйства и общественной жизни применительно к условиям мирного времени завершилась в основном в 1946 г. В марте 1946 г. Верховный совет СССР утвердил план восстановления и развития народного хозяйства на 1946-1950 гг. Основная задача пятилетнего плана заключалась в том, чтобы восстановить районы страны, подвергавшиеся оккупации, достичь довоенного уровня развития промышленности и сельского хозяйства, а затем превзойти их. План предусматривал первоочередное развитие отраслей тяжелой и оборонной промышленности. Сюда направлялись значительные финансовые средства, материальные и трудовые ресурсы. Намечались освоение новых угольных районов, расширение металлургической базы на востоке страны. Одним из условий выполнения плановых заданий выдвигалось максимальное использование научно-технического прогресса. 1946 год явился наиболее трудным в послевоенном развитии промышленности. Для переключения предприятий на выпуск гражданской продукции менялись технология производства, создавалось новое оборудование, велась переподготовка кадров. В соответствии с пятилетним планом развернулись восстановительные работы на Украине, в Белоруссии, Молдавии. Возрождалась угольная промышленность Донбасса. Была восстановлена «Запорожсталь», вступил в строй Днепрогэс. Одновременно велось строительство новых и реконструкция действующих заводов и фабрик. За пятилетие было восстановлено и вновь сооружено свыше 6,2 тыс. промышленных предприятий.1 Особенно большое внимание уделялось развитию металлургии, машиностроения, топливно-энергетического и военно-промышленного комплексов. Были заложены основы атомной энергетики и радиоэлектронной промышленности. Новые гиганты индустрии возникли на Урале, в Сибири, в республиках Закавказья и Средней Азии (Усть-Каменогорский свинцово-цинковый комбинат, Кутаисский автомобильный завод). Вступил в строй первый в стране дальний газопровод Саратов – Москва. Начали действовать Рыбинская и Сухумская гидроэлектростанции. Предприятия оснащались новой технологией. Увеличилась механизация трудоемких процессов в черной металлургии и угольной промышленности. Продолжилась электрификация производства. Электровооруженность труда в промышленности к концу пятилетки в полтора раза превзошла уровень 1940 г. Большой объем индустриальных работ был осуществлен в республиках и областях, включенных в состав СССР накануне второй мировой войны. В западных областях Украины, в республиках Прибалтики были созданы новые промышленные отрасли, в частности, газовая и автомобильная, металлообрабатывающая и электротехническая. Торфяная промышленность и электроэнергетика получили развитие в Западной Белоруссии. Работы по восстановлению промышленности были в основном завершены в 1948 г. Но на отдельных предприятиях металлургии они продолжались еще и в начале 50-х годов. Массовый производственный героизм советских людей, выразившийся в многочисленных трудовых починах (внедрение скоростных методов работы, движение за экономию металла и высокое качество продукции, движение многостаночников и др.), способствовал успешному выполнению плановых заданий. К концу пятилетки уровень промышленного производства на 73% превысил довоенный. Однако приоритетное развитие тяжелой индустрии, перераспределение в ее пользу средств из легкой и пищевой отраслей привели к дальнейшей деформации структуры промышленности в сторону увеличения производства продукции группы «А». Восстановление промышленности и транспорта, новое индустриальное строительство привели и к росту численности рабочего класса. После войны страна находилась в разрухе, и остро встал вопрос выбора пути хозяйствен­ного развития. Альтернативой могли бы стать рыночные реформы, но существующая политиче­ская система не была готова к этому шагу. Директивная экономика все еще сохраняла тот мобили­зационный характер, который был присущ ей в годы первых пятилеток и в годы войны. Миллионы людей организованно направлялись на восстановление Днепрогэса, металлургических заводов Криворожья, шахт Донбасса, а также на строительство новых заводов, гидроэлектростанций и т.д. Развитие экономики СССР упиралось в ее чрезмерную централизацию. Все экономические вопросы, большие и малые, решались только в центре, а местные хозяйственные органы были строго ограничены в решении любых дел. Основные материальные и денежные ресурсы, необхо­димые для выполнения плановых заданий, распределялись через большое количество бюрократи­ческих инстанций. Ведомственная разобщенность, бесхозяйственность и неразбериха приводили к постоянным простоям на производстве, штурмовщине, огромным материальным издержкам, аб­сурдным транспортным перевозкам из края в край необъятной страны. Советский Союз получил с Германии репарации на сумму 4,3 млрд. долл. В счет репараций из Германии и других побежденных стран в Советский Союз вывозилось промышленное оборудо­вание, включая даже целые заводские комплексы. Однако толком распорядиться этим богатством советская экономика так и не смогла из- за общей бесхозяйственности, а ценное оборудование, станки и пр. постепенно превращались в металлолом. В СССР трудились 1,5 млн. немецких и 0,5 млн. японских военнопленных. Кроме того, в системе ГУЛАЙ в этот период содержалось при­мерно 8-9 млн. заключенных, чей труд практически не оплачивался. [8, с.294] Размежевание мира на два враждебных лагеря имело негативные последствия для эконо­мики страны. С 1945 по 1950 г. на 35% сократился внешнеторговый оборот с западными странами, что заметно сказывалось на советской экономике, лишенной новой техники и передовых техноло­гий. Вот почему в середине 1950-х гг. Советский Союз оказался перед необходимостью глубоких социально- экономических и политических перемен. Поскольку путь прогрессивных изменений политического характера был заблокирован, сузившись до возможных (и то не очень серьезных) поправок на либерализацию, наиболее конструктивные идеи, появившиеся в первые послевоенные годы, касались не политики, а сферы экономики. Центральный Комитет ВКП(б) рассматривал раз­личные предложения экономистов на этот счет. Среди них - рукопись “Послевоенная отечествен­ная экономика”, принадлежащая С.Д. Александеру. Суть его предложений сводилась к следую­щему: преобразование государственных предприятий в акционерные или паевые товарищества, в ко­торых держателями акций выступают сами рабочие и служащие, а управляет полномочный выборный совет акционеров; децентрализация снабжения предприятий сырьем и материалами путем создания районных и областных промснабов вместо снабсбытов при наркоматах и главках; отмена системы госзаготовок сельскохозяйственной продукции, предоставление колхозам и совхозам права свободной продажи на рынке; реформа денежной системы с учетом золотого паритета; ликвидация государственной торговли и передача ее функций торговым кооперативам и пае­вым товариществам. Эти идеи можно рассматривать в качестве основ новой экономической модели, построен­ной на принципах рынка и частичного разгосударствления экономики, - весьма смелой и прогрес­сивной для того времени. Правда, идеям С.Д. Александера пришлось разделить участь других ра­дикальных проектов, они были отнесены к категории “вредных” и списаны в “архив”. [3, c.494] Центр, несмотря на известные колебания, в принципиальных вопросах, касающихся основ построения экономической и политической моделей развития, сохранял стойкую приверженность прежнему курсу. Поэтому центр был восприимчив лишь к тем идеям, которые не затрагивали ос­нов несущей конструкции, т.е. не покушались на исключительную роль государства в вопросах управления, финансового обеспечения, контроля и не противоречили главным постулатам идеоло­гии. Первая попытка реформирования командно-административной системы тесно связана с окончанием в марте 1953 г. сталинского периода в истории СССР, когда управление страной со­средоточилось в руках трех политиков: Председателя Совета Министров Г.М. Маленкова, мини­стра внутренних дел Л.П. Берии и секретаря ЦК КПСС Н.С. Хрущева. Между ними разгорелась борьба за единоличную власть, в ходе которой каждый из них рассчитывал на поддержку пар­тийно- государственной номенклатуры. Этот новый слой советского общества (секретари ЦК рес­публиканских компартий, обкомов, крайкомов и др.) готов был поддержать одного из этих руко­водителей страны при условии предоставления ему большей самостоятельности в решении мест­ных вопросов и, главное, гарантий личной безопасности, прекращения политических “чисток” и репрессий. При соблюдении этих условий номенклатура была готова согласиться на реформы в опре­деленных пределах, дальше которых она не могла и, не хотела идти. В ходе реформ предстояло реорганизовать или упразднить систему ГУЛАГа, стимулировать развитие аграрного сектора эко­номики, провести преобразования в социальной сфере, снизить напряжение постоянной “мобили­зационности” в решении хозяйственных проблем и в поисках внутренних и внешних врагов. Вследствие сложной борьбы на политическом “Олимпе” к власти пришел поддержанный номенклатурой Н.С. Хрущев, стремительно оттеснивший своих соперников. В 1953 г. был аресто­ван и расстрелян Л, Берия по абсурдному обвинению в “сотрудничестве с империалистическими разведками” и “заговоре с целью восстановления господства буржуазии”. В январе 1955 г. подал в вынужденную отставку Г. Маленков. В 1957 г. была изгнана из высшего руководства “антипар­тийная группа” в составе Г. Маленкова, Л. Кагановича, В. Молотова и др. Хрущев, будучи первым секретарем ЦК КПСС, в 1958 г. стал еще и Председателем Совета Министров СССР. Политические изменения в СССР требовалось закрепить изменениями и в экономике. Вы­ступая в августе 1953 г. на сессии Верховного Совета СССР, Г.М. Маленков четко сформулировал основные направления экономической политики: резкий подъем производства товаров народного потребления, крупные инвестиции в отрасли легкой промышленности. Такой коренной поворот, казалось бы, навсегда должен был изменить принципиальные ориентиры развития советской эко­номики, устоявшиеся в предыдущие десятилетия. [8, c.306] Но этого, как показала история развития страны, не произошло. После войны несколько раз проводились различные административные реформы, но они не вносили коренных изменений в сущность планово-административной системы. В середине 1950-х годов были предприняты по­пытки отказа от применения мобилизационных мер при решении хозяйственных проблем. Через несколько лет стало ясно, что эта задача является неразрешимой для советской экономики, по­скольку экономические стимулы развития были несовместимы с командной системой. По-преж­нему нужно было организовывать массы людей для выполнения различных проектов. В качестве примеров можно привести призывы к молодежи участвовать в освоении целины, в возведении грандиозных “строек коммунизма” в Сибири и на Дальнем Востоке. В качестве примера не очень продуманной реформы можно привести попытку перестроить управление по территориальному признаку (1957). В ходе этой реформы были упразднены многие отраслевые союзные министерства, а взамен появились территориальные советы народного хозяй­ства (совнархозы). Не были затронуты данной перестройкой лишь министерства, ведавшие воен­ным производством, министерство обороны, иностранных и внутренних дел и некоторые другие. Таким образом, была сделана попытка децентрализации управления. Всего в стране было создано 105 экономических административных районов, в том числе 70 в РСФСР, 11 - на Украине, 9 - в Казахстане, 4 - в Узбекистане, а в остальных республиках - по одному совнархозу. В функциях Госплана СССР осталось лишь общее планирование и координа­ция территориально-отраслевых планов, распределение между союзными республиками важней­ших фондов. Первые результаты реформы управления были вполне успешными. Так, уже в 1958 г., т.е. через год после ее начала, прирост национального дохода составил 12,4% (по сравнению с 7% в 1957). Возросли масштабы производственной специализации и межотраслевого кооперирования, ускорился процесс создания и внедрения новой техники в производство. Но, по мнению специали­стов, полученный эффект - следствие не только самой перестройки. Дело также в том, что на ка­кой-то период предприятия оказались “бесхозными” (когда министерства фактически уже не функционировали, а совнархозы еще не сформировались), и именно в этот период они стали рабо­тать заметно продуктивнее, не ощущая никакого руководства “сверху”. Но как только сложилась новая система управления, прежние негативные явления в экономике стали усиливаться. Более того, появились новые моменты: местничество, более жесткое администрирование, постоянно рас­тущая “своя”, местная бюрократия. И хотя внешне новая, “совнархозовская” система управления существенно отличалась от прежней, “министерской”, ее суть оставалась той же. Сохранялся прежний принцип распределе­ния сырья, продукции, тот же диктат поставщика по отношению к потребителю. Экономические рычаги просто не могли стать определяющими в условиях абсолютного господства командно-ад­министративной системы. Все реорганизации, в конечном итоге, не приводили к заметным успехам. Более того, если в 1951-1955 гг. промышленное производство увеличилось на 85%, сельскохозяйственное - на 20,5%, а в 1956-1960 соответственно на 64,3 и 30% (причем рост сельскохозяйственной продукции шел, в основном, за счет освоения новых земель), то в 1961-1965 эти цифры стали снижаться и со­ставили 51 и 11% [1]. Итак, центробежные силы заметно ослабили экономический потенциал страны, многие совнархозы оказались неспособными к решению крупных производственных задач. Уже в 1959 г. началось укрупнение совнархозов: более слабые стали присоединяться к более мощным (по анало­гии с укрупнением колхозов). Центростремительная тенденция оказалась более сильной. Доста­точно скоро восстановилась прежняя иерархическая структура в экономике страны. Ученые экономисты и практические работники пытались разрабатывать новые подходы к экономическому развитию страны, особенно в области долгосрочного планирования и прогнози­рования, определения стратегических макроэкономических целей. Но эти разработки не были рас­считаны на быструю отдачу, поэтому им не уделялось достаточного внимания. Руководству страны нужны были реальные результаты в настоящее время, а посему все силы направлялись на бесконечные корректировки текущих планов. Например, так и не был составлен детальный план на пятую пятилетку (1951-1955), а в качестве отправного документа, направлявшего работу всей экономики в течение пяти лет, стали Директивы XIX съезда партии. Это были всего лишь контуры пятилетки, но конкретного плана не существовало. Такая же ситуация сложилась и с шестым пя­тилетним планом (1956-1960). Традиционно слабым было так называемое низовое планирование, т.е. составление планов на уровне предприятий. Низовые плановые задания часто корректировались, поэтому план пре­вращался в чисто номинальный документ, имеющий непосредственное отношение лишь к про­цессу начисления заработной платы и премиальных выплат, которые зависели от процента выпол­нения и перевыполнения плана. Поскольку, как отмечалось выше, планы постоянно корректировались, то выполнялись (или точнее не выполнялись) совсем не те планы, которые принимались вначале планового пе­риода (года, пятилетки). Госплан “торговался” с министерствами, министерства - с предпри­ятиями насчет того, какой план они могли бы выполнить при имеющихся ресурсах. Но поставки ресурсов под такой план все равно срывались, и снова начинались “торги” по цифрам плана, по величине поставок и т.д. Все это подтверждает вывод о том, что советская экономика зависела в большей степени не от грамотных экономических разработок, а от политических решений, постоянно меняющихся в прямо противоположных направлениях и заводящих чаще всего в тупик. В стране осуществлялись бесплодные попытки улучшить структуру государственного аппарата, наделить министров, на­чальников главков, директоров предприятий новыми правами или, наоборот, ограничить их пол­номочия, разделить существующие плановые органы и создать новые и т.п. Таких “реформ” в 1950-1960-х годах было немало, но ни одна из них не принесла реального улучшения в работу ко­мандной системы. В основном, при определении приоритетов послевоенного экономического развития, при разработке четвертого пятилетнего плана - плана восстановления - руководство страны фактиче­ски вернулось к довоенной модели развития экономики и довоенным методам проведения эконо­мической политики. Это значит, что развитие промышленности, в первую очередь тяжелой, должно было осуществляться не только в ущерб интересам аграрной экономики и сферы потреб­ления (т.е. в результате соответствующего распределения бюджетных средств), но и во многом за их счет, т.к. продолжалась предвоенная политика “перекачки” средств из аграрного сектора в промышленный (отсюда, например, беспрецедентное повышение налогов на крестьянство в по­слевоенный период) 1.2 Восстановление промышленности, перевооружение армии. Восстановление промышленности проходило в очень тяжелых условиях. В первые послевоенные годы труд советских людей мало чем отличался от военной чрезвычайщины. Постоянная нехватка продуктов (карточная система была отменена лишь в 1947 г.), тяжелейшие усло вия труда и быта, высокий уровень заболеваемости и смертности объясняли населению тем, что долгожданный мир только наступил и жизнь вот-вот наладится. Однако этого не происходило. После денежной реформы 1947 г. при средней зарплате около 500 рублей в месяц стоимость килограмма хлеба составляла 3-4 руб., килограмма мяса - 28-32 руб., сливочного масла - свыше 60 руб., десятка яиц - около 11 руб. Чтобы купить шерстяной костюм, нужно было отдать три средних месячных зарплаты. Как и до войны, от одной до полутора месячных зарплат в год уходило на покупку облигаций принудительных госзаймов. Многие рабочие семьи по-прежнему жили в землянках и бараках, а трудились порой под открытым небо м или в неотапливаемых помещениях, на старом или изношенном оборудовании. Тем не менее некоторые ограничения военного времени были сняты: вновь введены 8- часовой рабочий день и ежегодные отпуска, отменены принудительные сверхурочные работы. Восстановление проходило в условиях резкого усиления миграционных процессов. Вызванных демобилизацией армии (ее численность сократилась с 11,4 млн. человек в 1945 г. до 2,9 млн. в 1948 г.), репатриацией советских граждан из Европы, возвращением беженцев и эвакуированных из восточных районов страны. Другой сложностью в развитии промышленнос ти стала ее конверсия, завершившаяся в основном к 1947 г. Немалые средства уходили и на поддержку союзных восточноевропейских стран. Огромные потери в войне обернулись нехваткой рабочей силы, что, в свою очередь, вело к росту текучести кадров, искавших более выгодные условия труда. Компенсировать эти издержки, как и прежде, предстояло увеличением перекачки средств из деревни в город и развитием трудовой активности рабочих. Одним из самых знаменитых починов тех лет стало движение "скоростников", инициатором которого был ленинградски й токарь Г.С. Борткевич, выполнивший на токарном станке в феврале 1948 г. за одну смену 13-дневную норму выработки. Движение стало массовым. На некоторых предприятиях были предприняты попытки внедрения хозрасчета. Но для закрепления этих новаций не былиприняты меры материального стимулирования, наоборот, при повышении производительности труда понижались расценки. Административно-командной системе было выгодно достижение высоких производственных результатов без дополнительных вложений. Впервые за долгие годы после войны наметилась тенденция к более широкому использованию научно-технических разработок на производстве, однако она проявилась в основном лишь на предприятиях военно-промышленного комплекса (ВПК), где в условиях начавшейся "х олодной войны" шел процесс разработки ядерного и термоядерного оружия, новых ракетных систем, новых образцов танковой и авиационной техники. Наряду с приоритетным развитием ВПК преимущество отдавалось также машиностроению, металлургии, топливной, энергетической промышленности, на развитие которых уходило 88% капиталовложений в промышленность. Легкая же и пищевая промышленности, как и прежде, финансировались по остаточному принципу (12%) и, естественно, не удовлетворяли даже минимальных потребностей населения. Всего за годы 4-й пятилетки (1946-1950 гг.) было восстановлено и вновь построено 6200 крупных предприятий. В 1950г., по официальным данным, промышленное производство превысило довоенные показатели на 73% (а в новых союзных республиках - Литве, Латвии, Эс тонии и Молдавии - в 2-3 раза). Правда сюда были включены также репарации и продукция совместных советско-восточногерманских предприятий. Главным творцом этих несомненных успехов стал советский народ. Его невероятными усилиями и жертвами, а также высокими мобилизационными возможностями директивной модели экономики были достигнуты, казалось, невозможные экономические результаты. Вместе с те м свою роль сыграла также традиционная политика перераспределения средств из легкой и пищевой промышленности, сельского хозяйства и социальной сферы в пользу тяжелой промышленности. Значительную помощь оказали и полученные с Германии репарации (4,3 млрд. долларов), обеспечившие до половины объема установленного в эти годы промышленного оборудования. Кроме того, бесплатным, но весьма эффективным был труд почти 9 млн. советских заключенных и около 2 млн. немецких и японских военнопленных, также внесших св ой вклад в послевоенное восстановление. Экономика быстро набирала темпы своего развития. Значительно вырос объем машиностроительной продукции, увеличилась добыча нефти, газа, угля и других сырьевых материалов. Значительно выросло производство стали, цветных металлов, сделала шаг вперед технология производства. Заметные успехи в восстановлении хозяйства были достигнуты еще в первые годы после окончания войны. В кратчайшие сроки был восстановлен ДнепроГЭС и промышленные центры Юга России получили электроэнергию, поднялись из руин цементные заводы Новороссийска и вся их продукция была направлена в освобожденные от гитлеровцев районы страны. Быстро пошел уголь первых восстановленных шахт Донбасса, большое значение имело восстановление крупных машиностроительных заводов Ленинграда. Совершенствование военной техники требовало освоения и внедрения прогрессивных технологических приемов и открытий науки. Сразу же после окончания войны происходит техническое перевооружение армии, насыщение ее новейшими образцами авиации, стрелкового оружия, артиллерии, танков. Больших сил потребовало создание реактивной авиации и ракетных систем для всех родов войск. В короткие сроки были разработано ракетное оружие тактического, затем стратегического назначения и противовоздушной обороны. Была развернута широкая программа строительства как крупнотоннажных кораблей ВМФ, так и значительного подводного флота. Огромные средства были сконцентрированы на реализации атомного проекта, который курировал всесильный Л. П. Берия. Благодаря усилиям советских конструкторов, а отчасти и разведки, сумевшей выкрасть у американцев важные атомные секреты, атомное оружие в СССР было создано в непредсказуемо короткие сроки — в 1949 г. А в 1953 г. Советский Союз впервые в мире создал водородную (термоядерную) бомбу. Таким образом в послевоенные годы Советскому Союзу удалось добиться немалых успехов в развитии экономики и перевооружении армии. Однако Сталину эти достижения казались недостаточными. Он считал, что необходимо «подстегнуть» темпы экономического и военного развития. В 1949 году руководитель Госплана Н.А. Вознесенский был обвинен в том, что составленный в 1946 г. план восстановления и развития народного хозяйства СССР на 1946-1950 гг. содержал заниженные показатели. Вознесенский был осужден и казнен. В 1949 г. по указанию Сталина без учета реальных возможностей развития страны были определены новые показатели для основных отраслей промышленности. Эти волюнтаристские решения создали крайнюю напряженность в экономике и замедлили повышение и без того очень низкого жизненного уровня народа. (Через несколько лет этот кризис был преодолен и в 1952 г. прирост промышленной продукции превысил 10%). Однако реализация атомного проекта явилась не только исследовательской, конструкторской задачей, но и экономической проблемой, потребовавшей создания новых производств и отраслей, а отчасти и общей перестройки народного хозяйства. В результате были заложены урановые рудники, начали действовать заводы по производству обогащенного урана на Урале. Практически заново создана приборостроительная промышленность, которая обеспечивала быстрые темпы реализации атомного проекта. Крупные шаги были сделаны в развитии электроэнергетики. Наряду с восстановлением разрушенных во время войны электростанций вводились новые энергетические мощности, которые обеспечивали нужды гражданских отраслей промышленности, бытовое потребление и приоритетное снабжение производств, связанных о атомным проектом и ракетной программой. В 1950 г. было официально объявлено, что пятилетний план выполнен досрочно. Однако не говорилось, что в показатели были включены репарации и продукция ряда совместных советско-восточногерманских предприятий. Нельзя забывать и дармовой принудительный труд миллионов людей в системе ГУЛАГа. Объем выполненных системой лагерей, где работали заключенные, вырос после войны в несколько раз. Армия заключенных расширилась за счет военнопленных проигравших стран. Именно их трудом строились, (но так и не были достроены) Байкало-Амурская железнодорожная магистраль от Байкала до берегов Тихого океана и Северная дорога вдоль берегов Ледовитого океана от Салехарда до Норильска, создавались объекты атомной промышленности, металлургические предприятия, энергетические мощности, добывались уголь и руда, лес, давали продукцию огромные лагеря-совхозы. Признавая несомненные экономические успехи, следует отметить, что в тяжелейших условиях восстановления разрушенного войной хозяйства односторонний сдвиг в пользу военных отраслей, по существу подчинявших себе остальную часть промышленности, создавал дисбаланс в развитии экономики. Военное производство ложилось тяжелым бременем на экономику страны, резко ограничивало возможности повышения материального благосостояния народа. Прежняя модель управления экономикой осуществлялась даже с большей жесткостью, чем это имело место в годы предвоенных пятилеток. По сталинскому плану окончательно оформлялось общество с ликвидацией рыночных отношений и полным подчинением человека политико-административной власти. Эта целостная модель охватывала все народное хозяйство. 1.3 Экономические дискуссии 1945-1946 г. В августе 1945 г. правительство дало поручение Госплану (Н. Вознесенский) подготовить проект четвертого пятилетнего плана. При его обсуждении были высказаны предложения о некотором смягчении волюнтаристского нажима в управлении экономикой, реорганизации колхозов. "Демократическая альтернатива" проявилась и в ходе закрытого обсуждения подготовленного в 1946 г. проекта новой Конституции СССР. В нем, в частности, наряду с признанием авторитета государственной собственности, допускалась существование мелких частных хозяйств крестьян и кустарей, основанных на личном труде и исключающих эксплуатацию чужого труда. В ходе обсуждения этого проекта номенклатурными работниками в центре и на местах звучали идеи необходимости децентрализации экономической жизни, пр едоставления больших прав регионам и наркоматам. "Снизу" все чаще раздавались призывы к ликвидации колхозов в силу их неэффективности. В оправдание этих позиций приводились, как правило, два аргумента: во-первых, относительное ослабление государственного давления над производителем в годы войны, что дало положительный результат; во-вторых, проводилась прямая аналогия с восстановительным периодом после гражданской войны, когда возрождение экономики началось с оживления частного сектора, децентрализации у правления и приоритетного развития легкой и пищевой промышленности. Однако в этих дискуссиях победила точка зрения Сталина, заявившего в начале 1946 г. о продолжении взятого перед войной курса на завершение строительства социализма и построение коммунизма. Это означало и возврат довоенной модели сверхцентрализации в план ировании и управлении экономикой, а одновременно и к тем противоречиям и диспропорциям между отраслями экономики, которые сложились в 30-е гг. 1.4 Денежная реформа и развитие внутренней торговли. Послевоенное восстановление экономики требовало оздоровления финансовой системы. Расстроенные финансы и прогрессирующая инфляция - проблемы, с которыми пришлось столк­нуться практически всем воевавшим странам, в том числе и СССР. Денежная реформа проводилась в сложных условиях послевоенной разрухи, нехватки про­довольствия и карточной системы. До конца 1947 года в СССР сохранялась карточная система на продукты питания и промышленные товары для населения. Ее отмена планировалась на конец 1946 года, но из-за засухи и неурожая этого не произошло. Отмену удалось провести только в конце 1947 года. Кстати, Советский Союз был одной из первых европейских стран, отменивших карточное распределение. Но прежде чем отменить карточки, правительство установило единые цены на продукты питания взамен существовавших ранее карточных (пайковых) и коммерческих цен. Вследствие этого стоимость основных продовольственных продуктов для городского населения выросла. Так, цена 1 кг чёрного хлеба по карточкам была 1 руб., а стала 3 руб. 40 коп.; цена 1 кг мяса выросла с 14 до 30 руб.; сахара - с 5,5 до 15 руб.; сливочного масла - с 28 до 66 руб.; молока - с 2,5 до 8 руб. При этом минимальная заработная плата составляла 300 руб., средняя заработная плата в 1946 году равнялась 475 руб., в 1947 - 550 руб. в месяц. Правда, для низко- и среднеоплачиваемых кате­горий рабочих и служащих одновременно с едиными ценами устанавливались так называемые “хлебные надбавки” в среднем около 110 руб. в месяц, но эти надбавки не решали общую про­блему доходов. [8, с.297] Первоначально отмену карточек намечалось провести в 1946 г. Однако низкий уровень жизни населения и продовольственный кризис 1946 г., причиной которого стала засуха, вынудили советское руководство несколько скорректировать прежние планы и перенести отмену карточек на конец 1947 г. Одновременно с отменой карточек должна была проводиться денежная реформа. Обмен денег начался 15 декабря 1947 г., старые деньги обменивались на новые в соотношении 10:1. Льготному обмену подлежали вклады в сберкассах (до трех тысяч рублей - в соотношении один к одному). Пропаганда представляла реформу как главный удар по “спекулятивным элемен­там”, на самом деле именно эта категория, т.е. дельцы теневой экономики, успели обезопасить свою наличность, своевременно разукрупнив свои вклады или переведя наличность в золото, дра­гоценности и т.д. Пострадали в результате обмена денег, прежде всего люди, которые не хранили сбережений в сберкассах, но имели наличные деньги: среди них подавляющее большинство со­ставляли не “спекулянты”, а рабочие высоких разрядов, техническая интеллигенция, занятые во вредных производствах, сельском хозяйстве и др. Вместе с тем, несмотря на издержки, реформа 1947 г. способствовала стабилизации финансовой ситуации в стране. Менее подготовленной ока­залась отмена карточной системы. Руководство страны приняло решение об отмене карточек, ко­гда существующий объем продовольственных и промышленных товаров не мог удовлетворить свободного спроса населения. [3, с.481] Необходимость денежной реформы определялась полной разбалансированностью денеж­ной системы в годы войны, поскольку резкий рост военных расходов требовал постоянного вы­пуска в обращение огромного количества денег, не обеспеченных потребительскими товарами. Вследствие значительного сокращения розничного товарооборота на руках у населения оказалось денег больше, чем требовалось для нормального функционирования народного хозяйства, а по­тому покупательная способность денег упала. Кроме того, в стране было много фальшивых денег, выпущенных фашистами во время войны. В результате реформы произошло изъятие лишней де­нежной массы, а сама реформа приобрела, в основном, конфискационный характер. В ходе ре­формы пострадали, главным образом, сельские жители, которые, как правило, хранили свои нако­пления дома, да спекулянты, нажившиеся во время войны и не успевшие реализовать большие на­личные суммы денег. С 1 января 1950 года правительство признало необходимым повысить офи­циальный курс рубля по отношению к иностранным валютам, и определило его в соответствии с золотым содержанием рубля (0,222168 г чистого золота), хотя в те годы этот факт не имел ника­кого экономического значения, т.к. установленный официальный курс рубля ни в каких расчетах не использовался. [8, c.299] По данным официальной статистики средняя номинальная заработная плата рабочих вы­росла за 1928-1954 гг. более чем в 11 раз. Согласно другим источникам, в этот же период стои­мость жизни в Советском Союзе увеличилась в 9-10 раз, поскольку розничные цены поднимались постоянно. Но если общий индекс розничных цен в государственной и кооперативной торговле в 1928 году взять за 1, то в 1932 году он составил 2,6; в 1940 - 6,4; в 1947 - 20,1; в 1950 - 11,9. Реаль­ная же заработная плата за этот период, исключая налоги и подписку на заем, но включая при­бавку к заработной плате в виде бесплатного медицинского обслуживания, образования и иных социальных услуг, изменилась следующим образом: если принять уровень заработной платы 1928 года за 1, то в 1937 году она равнялась 0,86; в 1940 - 0,78; в 1944 - 0,64; в 1948 - 0,59; в 1952 - 0,94; в 1954 - 1,19.[2] С 1947 по 1954 г. было проведено семь снижений розничных цен (первое – вместе с денеж­ной реформой). Но секрет понижения цен следует искать в том огромном их скачке, который про­изошел после начала коллективизации. Так, розничные цены на печеный ржаной хлеб выросли за 1928-1952 годы почти в 19 раз; на говядину - в 17; на свинину - в 20,5; на сахар - в 15; на подсол­нечное масло в 34; на яйца - в 19,3; на картофель - в 11 раз[3]. Поэтому ежегодное снижение цен (на несколько процентов) на основные продовольствен­ные товары (да еще с большим пропагандистским эффектом) осуществить было несложно. К тому же данное снижение цен происходило за счет фактического ограбления колхозников, поскольку, как указывалось выше, темпы роста закупочных цен на сельскохозяйственную продукцию были гораздо ниже, чем рост розничных цен. И, наконец, большинство сельского населения почти не ощущало этого понижения цен, т.к. государственное снабжение в сельской местности было очень плохим, в магазины годами не завозили основные продукты питания. 1.5 Проблемы и трудности аграрного сектора. Одной из самых главных послевоенных задач было решение продовольственной проблемы и вывод сельского хозяйства из глубокого и затяжного кризиса. Еще более ослабленным из войны вышло сельское хозяйство страны, валовая продукция которого в 1945 г. не превышала 60% от довоенного уровня. Оно не могло в полной мере обеспечить продуктами питания население и сырьем для легкой промышленности Страшная засуха 1946 года поразила Украину, Молдавию, юг России. Гибли люди. Основной причиной высокой смертности являлась дистрофия. Но трагедия послевоенного голода, как часто бывало, тщательно замалчивалась. После тяжелейшей засухи в последующие два года был получен высокий урожай зерновых. Это в какой-то мере способствовало укреплению в целом сельскохозяйственного производства и некоторого его роста. В сельском хозяйстве особенно болезненно сказалось утверждение прежних порядков, нежелание идти на какие-либо реформы, которые бы ослабляли жесткий контроль со стороны государства. В целом оно держалось не столько на личной заинтересованности крестьянина в результатах своего труда, сколько на внеэкономическом принуждении. Каждый крестьянин обязан был выполнить определенный объем работ в колхозе. За невыполнение этой нормы грозило судебное преследование, в результате которого колхозник мог лишиться свободы или, как мера наказания, у него отбирался приусадебный участок. Надо учесть, что именно этот участок и был основным источником существования для колхозника, с этого участка он получал продукты питания для себя и семьи, реализация их излишков на рынке была единственным путем получения денежных средств. Член колхоза не имел права свободного перемещения по стране, он не мог покинуть место проживания без согласия руководителя колхоза. Правительственными указами 1946 г. были установлены жесткие размеры приусадебных участков, которые несколько расширились в годы войны за счет освоения пустующих земель. В первые послевоенные годы была проведена строгая кампания по изъятию всех «излишков» приусадебных участков. Эта мера сильно ударила по сельским жителям, резко снижая уровень их материального благосостояния. Объявленная борьба с «нарушениями устава сельскохозяйственной артели» обернулась в конечном счете резким сокращением площадей под приусадебными участками сельских жителей. Был взят курс на превращение колхозов (формально — «сельскохозяйственных кооперативов) в государственные предприятия. В конце 40-х годов была развернута кампания по укрупнению колхозов, что вначале казалось обоснованной и разумной мерой, но на деле вылилось лишь в этап на пути превращения колхозов в государственные сельскохозяйственные предприятия. Положение в сельском хозяйстве значительно затрудняло снабжение населения продуктами питания, сырьем для легкой промышленности. При крайне ограниченном рационе питания населения Советского Союза правительство экспортировало за рубеж зерно и другую сельскохозяйственную продукцию, особенно в страны центральной и юго-восточной Европы, начавшие «строить социализм». Безусловно, существовали и зажиточные колхозы. Но обычно это было следствием поддержки вышестоящих органов, для со­здания искусственных «маяков», либо же, в редких случаях, ими руководили уникально предприимчивые и отчаянно смелые люди. При планировании сдачи сельскохозяйственной продукции исходили из потребностей государства, а не из возможностей деревни. Техническая оснащенность сельского хозяйства оставалась низкой. Несмотря на все попытки исправить положение, техники не хватало. К началу 50- х гг. во многих российских деревнях крестьяне пахали на коровах. Производство мяса было ниже, чем в 1916 г. Больше всего упадок ощущался в деревнях российского Нечерноземья. Деревне требовались значительные капитальные вложения, но средств для этого государство не имело. Однако можно было ослабить финансовый пресс, под бременем которого находилось как личное, так и общественное хозяйство. Налог на все, что содержал колхозник на своем подворье, был настолько велик, что держать скот, выращивать фруктовые деревья оказывалось попросту невыгодным. Крестьяне вырубали сады, чтобы избавиться от бремени налога. Всему этому имелось теоретическое обоснование: крестьянин должен большую часть времени отдавать общественному производству. Закупочные же цены на продукцию колхозов и совхозов были столь низки, что подчас расплатиться с колхозниками за труд не оказывалось возможным. Сохранялись нормы довоенного времени, ограничивавшие свободу передвижения колхозников: они были фактически лишены возможности иметь паспорта, на них не распространялись оплата по временной нетрудоспособности, пенсионное обеспечение. Оргнаборы деревенского населения на стройки и заводы усиливали отток крестьян в город. Но несмотря на выкачивание сил и средств из деревни, крестьяне продолжали кормить страну как могли. У многих из них сохранялась любовь к земле, тяга к труду, унаследованная от многих поколений предков. Поразительная цепкость, жизнелюбие многонационального крестьянства давали себя знать. Это был подвиг, на котором лежал отпечаток трагедии. После страшной засухи 1946 г. следовали неплохие по погодным условиям 1947 и 1948 гг. В руководстве возникло убеждение, что стоит провести комплекс работ, которые бы снизили воздействие природно-климатических условий на сборы уро­жаев, и значительная часть проблем окажется решенной. Так в 1948 г. возник широко разрекламированный «сталинский план преобразования природы». Предусматривалось провести лесозащитные мероприятия, развивать оросительные системы, строить пруды и водоемы. В дальнейшем этот план дополнился решениями правительства о строительстве крупных каналов. В начале 50-х гг. выдвигаются грандиозные проекты строительства гигантских гидроэлектростанций на Волге и Днепре, каналов в пустыне Кара-Кум и между Волгой и Доном, план создания лесозащитных насаждений на многих сотнях тысяч гектаров. Эти проекты отвлекали огромные ресурсы, истощая и без того скудную казну государства, привнося новое напряжение в жизнь общества, снижая жизненный уровень простых людей. И в это же время не хватало средств на минимальные капиталовложения, которых требовало сельское хозяйство средней полосы. Российский крестьянин всеми правдами и неправдами старался покинуть деревню, устремляясь в города на новостройки. По-прежнему основное бремя по формированию средств для тяжелой промышленности несло сельское хозяйство, которое вышло из войны крайне ослабленным. В 1945 году производство сельскохозяйственной продукции сокра­тилось по сравнению с 1940 годом почти на 50%. Руководство страны старалось не замечать глубокого кризиса в аграрном секторе эконо­мики, и даже осторожные рекомендации по смягчению командного давления на деревню неиз­менно отвергались. Вновь усилился контроль над хозяйствами со стороны МТС и их политотде­лов. МТС опять получили право распределять плановые задания между колхозами. Вышестоящие организации через систему МТС диктовали хозяйствам сроки посева, уборки и других агротехни­ческих работ. А председатели колхозов, которые нарушали эти сроки, исходя, например, из погод­ных условий, могли получить строгое наказание. МТС также производили обязательные заготовки сельскохозяйственной продукции, взимали с колхозов натуральную плату за выполнение механи­зированных работ и т.д. Более того, в начале 1950-х годов было проведено укрупнение колхозов под тем же предлогом усиления процесса механизации сельскохозяйственного производства. В действительности, укрупнение колхозов упрощало государственный контроль за хозяйствами че­рез МТС. Количество колхозов в стране сократилось с 237 тыс. в 1950 году до 93 тыс. в 1953 году. В области колхозного права важнейшим послевоенным актом стало сентябрьское 1946 года постановление “О мерах по ликвидации нарушений Устава сельскохозяйственной артели в колхо­зах”, направленное на закрепление за колхозами отведенных им земельных массивов и предот­вращение перехода этих земель в индивидуальное пользование. Для контроля за выполнением Ус­тава сельхозартели при правительстве был создан Совет по делам колхозов. В апреле 1948 года принимается другое постановление правительства “О мерах по улучшению организации, повыше­нию производительности и упорядочению оплаты труда в колхозах”, упразднившее такую струк­турную производственную единицу колхоза, как звено, и восстановившее производственную бри­гаду в качестве основной формы организации труда в колхозе. [2, c.409-410] Сельское хозяйство развивалось очень медленно. Даже в относительно благоприятном 1952 году валовой сбор зерна не достиг уровня 1940 года, а урожайность в 1949-1953 годах составила всего 7,7 ц/га (в 1913 году - 8,2 ц/га). В 1953 году поголовье крупного рогатого скота было меньше, чем в 1916 году, а население за эти годы выросло на 30-40 млн. человек, т.е. продовольст­венная проблема оставалась очень острой. Население крупных городов снабжалось с перебоями. [8, с.296] После смены политического руководства страны одной из самых главных задач оставалось решение продовольственной проблемы и вывод сельского хозяйства из глубокого и затяжного кризиса. А поскольку все резервы народного энтузиазма были уже исчерпаны, надо было исполь­зовать материальные стимулы. Проходивший вслед за сессией Верховного Совета Пленум ЦК КПСС в сентябре 1953 года принял постановление о неотложных мерах по подъему сельского хо­зяйства. Еще нельзя было открыто признаться в полной неэффективности полукрепостной колхоз­ной системы. Поэтому было решено ослабить государственное давление на работников сельского хозяйства, найти пути повышения рентабельности колхозного производства. Одним из первых мероприятий нового руководства страны было снижение сельскохозяйст­венного налога (на 1954 год - в 2,5 раза по сравнению с 1952 годом), списание недоимок по нало­гам за прошлые годы, увеличение размеров личных подсобных хозяйств колхозников и приуса­дебных участков рабочих и служащих в городах и поселках. Были снижены нормы обязательных поставок государству продукции животноводства, увеличены закупочные цены на продукцию колхозов и совхозов, расширены возможности развития колхозных рынков. Так, заготовительные и закупочные цены на основные сельскохозяйственные продукты к концу 1950-х годов выросли в три раза. С середины 1950-х годов сельское хозяйство впервые за долгие годы стало рентабель­ным. Заметно увеличились государственные ассигнования на развитие аграрного сектора. Доля расходов государственного бюджета на сельское хозяйство увеличилась с 7,6% в 1950 году до 18% в 1955 году. А всего за 1953-1954 годы капиталовложения в сельское хозяйство увеличились в че­тыре раза. Увеличился поток тракторов, комбайнов, автомашин, отправляемых на село. Из различных учреждений и научных институтов в колхозы и совхозы было направлено 120 тысяч специали­стов-аграрников для оказания реальной помощи сельскому хозяйству. Была отменена практика проведения сельскохозяйственных работ по указанию “сверху”, из центра. Теперь решение о том, где, когда и что сеять принимали в районах, но все же не сами хозяйства. Разрешенное государст­вом право увеличивать личные подсобные хозяйства, держать в них домашний скот и птицу зна­чительно улучшило материальное положение не только крестьян, но и жителей городов. Несмотря на то, что личные подсобные хозяйства были совсем небольшими, их продуктивность была до­вольно высокой. Количество коров в личном владении составляло в 1959-1965 годах 42-55% об­щего поголовья в стране, свиней - 31-37%, овец - 20-22%[4]. На Пленуме ЦК в феврале - марте 1954 года программа поднятия целинных и залежных зе­мель была принята, и в том же году началось массовое освоение целины. Первыми туда были от­правлены заключенные из многочисленных лагерей, а вслед за ними прибыли по комсомольским путевкам отряды молодежи. На целинных землях стали создавать совхозы. К середине 1956 года распахано и засеяно 33 млн. га новых земель в Заволжье, Оренбургской области, в Северном Ка­захстане, Западной Сибири, на Алтае и в других районах страны. А всего в сельскохозяйственный оборот было вовлечено почти 42 млн. га пашни. Это позволило в значительной степени решить продовольственную проблему. Так, если в 1954 году в Советском Союзе всего было собрано 85,5 млн. т. зерна, из них 27,1 млн. т. - на целинных землях, то в 1960 году - соответственно 125,5 и 58,7 млн. т. [5] Однако это новое грандиозное начинание в первые же годы столкнулось с обычной бесхо­зяйственностью, беспечностью. Не были построены зернохранилища, не было железных дорог, не хватало автомашин, чтобы вывозить хлеб на элеваторы. Все это требовало значительных расходов, и стоимость зерна на целине в 1954-1964 годы была на 20% выше, чем в основных зерносеющих районах. На освоение новых земель были направлены огромные государственные ресурсы, кото­рые забирались у традиционных зерновых районов, оказавшихся из-за этого в тяжелом положе­нии. В области колхозного права в марте 1955 г. новым постановлением правительства “Об из­менении практики планирования сельского хозяйства” отменялся старый порядок детализирован­ного планирования в колхозах (МТС, райисполком, колхоз). По новым правилам райисполкомы стали доводить до колхозов только общие показатели по объему заготовок и натурой, конкретное планирование своего производства стали осуществлять сами колхозы. В марте 1956 г. Совет Министров СССР и ЦК КПСС приняли постановление “Об Уставе сельскохозяйственной артели и дальнейшем развитии инициативы колхозников в организации колхозного производства и управления делами артели”. Сами колхозы теперь могли определять размеры приусадебных участков, количество скота, находящегося в личной собственности, уста­навливать минимум трудодней, принимать в артель и исключать из нее. При этом общие прин­ципы Устава (не делимость земельного фонда колхоза и др.) оставались в силе. С 1958 г. (после реорганизации МТС) были отменены обязательные поставки сельхозпродукции и натуроплаты, вместо них был установлен порядок закупки сельхозпродукции государством. Одновременно с этим были изменены принципы оплаты труда в колхозе: вводились ежемесячное авансирование колхозников и форма денежной оплаты по дифференцированным расценкам труда. [2, c.409-410] Желание Хрущева побыстрее догнать Америку вело к авантюризму в центре и на местах. Повсюду создавалась видимость небывалых успехов, широко практиковались приписки, рожда­лись “рекорды” и “почины”. В каждой области, крае, республике появились “маяки”: образцовые хозяйства (колхозы, бригады, звенья) и отдельные работники (доярки, комбайнеры), на которых следовало равняться остальным. При этом все понимали, что для таких “маяков” созданы особые условия, что их достижения не что иное, как показуха. Исходя из тезиса о временном, преходящем характере колхозно-кооперативной собствен­ности, во второй половине 1950-х годов руководство страны начало проводить политику массо­вого преобразования колхозов в совхозы, превращения колхозников-крестьян в сельскохозяйст­венных рабочих. Число совхозов увеличилось с 4857 (1953) до 10078 (1964). [8, c.314-315] Одновременно стал изживаться достаточно своеобразный сектор экономики, оставшийся еще со времен нэпа - промысловая кооперация, на долю которой в 1955 году приходилось 8% всей промышленной продукции. Промартели выпускали разнообразные изделия повседневного быта, выполняли различные услуги. В 1956 году в государственную собственность переведены наиболее крупные промартели. В 1958 году было принято решение ликвидировать МТС, а технику продать колхозам. Но так как в это же время резко поднялись оптовые цены на технику, МТС стали распродавать ее по возросшим ценам. Однако у колхозов не было средств для приобретения этой техники. Многие механизаторы, работавшие в МТС, не хотели вступать в те колхозы, чьи поля они обрабатывали, и стремились найти работу в других местах. Сельское хозяйство сразу потеряло половину квалифи­цированных рабочих кадров. Эксплуатация техники в колхозах ухудшилась из-за низкого уровня обслуживания. Поскольку поспешные “шараханья” чаще всего не давали быстрых положительных резуль­татов, то государственные руководители частенько возвращались к прежним, привычным для них методам управления. При этом никто не хотел признаться, что все провалы советской экономики зависят не от конкретных исполнителей, а заложены внутри самой командной системы. Всего через несколько лет после начала реформы стали “буксовать”, откатываться назад. Уже к 1959 году были изъяты многие объявленные ранее льготы. Горожанам снова запрещалось иметь в своих хозяйствах скот, который следовало продать в колхозы и совхозы. Были введены ограничения на продажу и заготовку кормов для личных подсобных хозяйств, началась кампания против “спекулянтов” на колхозных рынках. 1.6 Недостатки административно-командных методов управления народным хозяйством . Этапы развития советской экономики - это этапы развития административно- командной системы управления народным хозяйством (АКС). Элементы АКС появились еще в Первую миро­вую войну. Можно выделить следующие этапы: 1913-1928 гг. - переход от рыночной экономики к планово-централизованной модели (АКС); 1928-1940 гг. - период становления основ АКС; 1950-1970 гг. - расцвет АКС; 1970-1989 гг. - период упадка АКС; 1990-93 гг. - период ликвидации АКС. Административно-командная система - это способ организации экономики и обще­ствен­ной жизни, характерный для прошедших через пролетарские революции стран с запоздалой инду­стриализацией. Основные черты: жестко-централизованное управление на базе государственной собственности; использование в управлении не столько экономических, сколько политических и идеологиче­ских регуляторов. По мнению многих экономистов альтернативы АКС не было в тот исторический период развития нашей страны. Дело в том, что, одним из факторов является преобладающий тип работ­ника. Сама система приспосабливается к типу работ­ника, формирует его, но в то же время тип работника в значительной мере определяет характер системы. Работник при АКС - это по пре­имуществу, работник, для которого характерен дотоварный индивидуализм. Бывает индивидуа­лизм буржуазный, мелкобуржуазный, товарный, когда че­ловек хочет выделиться из коллектива, чтобы превзойти других в экономическом отношении. При дотоварном индивидуализме человек стремится не переработать больше других. В 30-х г. преоб­ладавшим типом работника были люди, которые в свое время ушли из деревни, экономика НЭПа была им не по душе (разорившиеся кре­стьяне, крестьяне - бедняки, безлошадные крестьяне). АКС как модель хозяйствования приспосаб­ливала к себе массового работника, а массовый работник приспосабливался к ней. И товарный мелкобуржуазный индивидуализм был, в конце концов, заменен примитивным коллективизмом, истоки которого - в распавшемся об­щинном соз­нании. Периоды развития АКС можно проследить по данным экономического развития России. 1861-1913 гг. - темпы прироста ВНП составили, по мнению американского ученого Абрама Берг­сона, 2,65% в год.. В переходный период от рыночной к планово-централизованной системе ВНП упал до 0,5-0,7% в год. В период становления основ административно-командной системы (1928-1940) ВНП воз­рос до 5,1% в год. Западная статистика отличается от советской тем, что ее данные очищены от инфляционных компонентов. В период расцвета АКС ВНП составил примерно 5% в год. В период упадка АКС ВНП - 2% в год. В период ликвидации АКС ВНП падал на 5% в год (т.е. темпы роста были отрицательными). Эти данные, конечно, ниже данных советской стати­стики. Например, по данным советской статистики в 1928-55 гг. ВНП рос на 10,4% в год, а по за­падным источникам этот показатель составил 4,6% в год, хотя это все равно очень высокий темп роста ВПН для того времени. В сталинский период темпы экономического роста и по данным западной статистики ока­зываются очень высокими. АКС могла обеспечить темпы прироста ВНП 6% в год, т.е. в 1,8 раза выше, чем дореволюционная рыночная экономика. Но на основании этих данных нельзя сказать, что АКС эффективнее рыночной системы, т.к. нужно брать темпы роста ВНП за весь период су­ществования, а по этим данным темпы роста АКС оказываются ниже. Обеспечение темпов роста ВНП в условиях АКС было небезупречным (ГУЛАГ, трагедия российского крестьянства и др.). В условиях административно-командного управления экономика имела распределительный характер, государство брало на себя все права и обязанности по производству и распределению товаров и услуг. То есть управление народным хозяйством характеризовалось строгой централи­зацией и распределением. Однако такая система на деле показала свою неэффективность. С экономической точки зрения идеальную модель социализма, с теми или иными вариа­циями, можно свести к следующим положениям: все права собственности принадлежат государству. Это - так называемая "общенародная соб­ственность". Частная собственность ликвидируется; хозяйство управляется из единого Центра, который и решает, Что, Как и Для Кого произво­дить; рыночный механизм как децентрализованная система связи на основе ценовых сигналов унич­тожается. Предполагается, что такая система хозяйственного устройства способна устранить все де­фекты рынка, связанные с неопределенностью, неравномерным распределением доходов, цикли­ческими спадами и вообще неизбежными отклонениями от состояния равновесия. Рынок - не иде­альная система, поэтому, полагают социалисты, необходимо его заменить научно разработанным, рациональным планированием. Осуществима ли реализация социалистических теоретиче­ских моделей? Ответ на этот вопрос можно дать, обратившись к практике административно- командного управления в эпоху строительства социализма и коммунизма в СССР, странах Восточной Европы, на Кубе и вообще бывшем социалистическом лагере. Однако теоретическая несостоятельность та­кой системы была раскрыта еще в конце XIX - начале XX века в работах многих экономистов. Ог­ромный вклад в развенчание идей о возможно­сти построения социализма внесли ученые австрий­ской школы Людвиг фон Мизес, Фридрих фон Хайек. Административно-командная система предполагает единый Центр, который должен скон­центрировать огромное количество информации, с тем, чтобы спустить вниз плановые задания. Однако сама концентрация информации в едином плановом ор­гане оказывается неразрешимой задачей. Действительно, в условиях ограниченных ресурсов об­щества необходимо осуществлять многочисленные выборы - Что, Как и Для Кого производить. В рыночной экономике проблема выбора решается при помощи механизма цен. Изменение относи­тельных цен и предельных норм замещения является тем ориентиром, который подсказывает про­изводителям, что производить, а потребителям - что покупать. В условиях административно- ко­мандного управления эти механизм не работает. [6, с.12] Система управления советским народным хозяйством неоднократно реформировалась. На­пример, управление промышленностью к концу 20-х - началу 30-х годов была 4-х звенной. По ре­зультатам реформы 1934 г. в нашей стране возникла 3-х и 2-х звенная система управления. Изме­нения в схеме управления сводились к изменениям подчинения. Предприятия подчинялись то че­рез трест производственно-территориальным управлениям, то непосредственно центру. Вместо Главков, создавались Производственно-территориальные Управления. То ликвидировалась функ­циональная система управления, то возрождалась. Так с 1936 г. усилился процесс дробления Нар­коматов. В целом на этой базе продолжалась эволюция системы управления советской промыш­ленностью до конца 50-х годов, во всяком слу­чае до реформы 1957 г., когда была предпринята попытка перехода на отраслевую систему управ­ления по региональному признаку. Но не зависимо от реформ управленческих структур развитие промышленности шло за счет экстенсивных факторов. Как и прежде, строились тысячи новых предприятий, но администра­тивно-командные методы управления на­родным хозяйством не способствовали повышению эф­фективности имеющихся мощностей. По­степенно из-за несовершенства планирования усилива­лись структурные диспропорции. Попытки реформирования системы управления в 50-х г. более походили на поспешные “шараханья” и чаще всего не давали быстрых положительных результатов, поэтому государствен­ные руководители возвращались к прежним, привычным для них методам управления. Советская директивная экономика, в силу ее сверхцентрализованности, отсутствия инициативы и предпри­имчивости в различных хозяйственных структурах, оказалась неспособной к широкому внедре­нию научно-технических разработок в производство (кроме военно- промышленного комплекса) и стала стремительно отставать от стран с рыночной экономикой. При этом никто не хотел при­знаться, что все провалы советской экономики зависят не от конкретных исполнителей, а зало­жены внутри самой командной системы. В результате чего в экономике и возникла макроэконо­мическая несбалансированность: неравномерность в развитии отдельных секторов и отраслей народного хозяйства. Это прояв­лялось, прежде всего, в гипертрофированном развитии определенных отраслей (ВПК, тяжелое машиностроение), доля которого в совокупном общественном продукте на конец 80х-состав­ляла 68% - эти отрасли поглощали львиную долю инвестиций, сырья, материалов, квалифици­рованной рабочей силы, тем самым еще более "обездоливая" другие отрасли. Создание неви­данного по своим масштабам ВПК, поглощавшего ежегодно не менее 2/3 экономического по­тенциала страны, на содержание которого ежегодно тратилось 18-20% национального дохода. Это и обусловило отставание отраслей, не работавших в ВПК, что привело к замедлению тем­пов экономического роста, к дефициту, к импорту; неравномерность в технико-технологической основе различных секторов и отраслей. Это вы­ражалось в плохом материальном оснащении многих отраслей, в крайне запущенном состоя­нии инфраструктуры (транспортное, складское хозяйство, энергетическая отрасль, информа­ционная, коммунальная, социальная - отставали в плане технического оснащения и развития). глубоко деформированной оказалась структура аграрно-промышленного комплекса, отражав­шая общую несбалансирован­ность национальной экономики. Все это привело к негативным тенденциям эко­номического развития России и неуклонному снижению темпов экономического развития. Господство административно-командных методов управления народным хозяйством в на­шей стране привело, в конце концов, к закономерному итогу – кризису всей системы. В рамках прежней системы, назревшие макроэкономические проблемы уже невозможно было решить, по­надобились глубокие структурные реформы не только в экономике, но и в социально-политиче­ской жизни страны. Реформы стали жизненной необходимостью, т.к. необходимо было решить про­блему структурно- инвестиционной перестройки на современной технико-технологической основе. Глава 2. Изменение в структурах власти Сразу после завершения второй мировой войны, в сентябре 1945 г., было отменено чрезвычайное положение и упразднен Государственный Комитет Обороны. В марте 1946 г. Совет Народных Комиссаров СССР был преобразован в Совет Министров. Одновременно по нарастаю щей шло увеличение количества министерств и ведомств, росла численность их аппарата. В это же время прошли выборы в местные советы, Верховные Советы республик и Верховный Совет СССР, в результате чего обновился депутатский корпус, не менявшийся в годы войны. К началу 50-х гг. усилилась коллегиальность в деятельности Советов в результате более частого созыва их сессий, увеличения числа постоянных комиссий. В соответствии с Конституцией были впервые проведены прямые и тайные выборы народных судей и заседателей. Однако вся полнота власти по-прежнему оставалась в руках партийного руководст ва. После тринадцатилетнего перерыва в октябре 1952 г. состоялся XIX съезд ВКП(б), принявший решение о перенаименовании партии в КПСС. В 1949 г. прошли съезды профсоюзов и комсомола (также не созывавшиеся 17 и 13 лет). Им предшествовали отчетно-выборные пар тийные, профсоюзные и комсомольские собрания, на которых обновилось руководство этих организаций. Однако, несмотря на внешне позитивные, демократические изменения, в эти самые годы в стране ужесточался политический режим, нарастала новая волна репрессий. Система ГУЛАГа достигла своего апогея именно в послевоенные годы, так как к сидевшим там с середины 30-х гг. "врагам народа" добавились миллионы новых. Один из первых ударов пришелся по военнопленным, большинство из которых (около 2 млн.) после освобожд ения из фашистской неволи были направлены в сибирские и ухтинские лагеря. Тула же были сосланы "чуждые элементы" из прибалтийских республик, Западной Украины и Белоруссии. По разным данным, в эти годы "население" ГУЛАГа составляло от 4,5 до 12 млн. челов ек. В 1948 г. были созданы лагеря "специального режима" для осужденных за "антисоветскую деятельность" и "контрреволюционные акты", в которых использовались особо изощренные методы воздействия на заключенных. Не желая мириться со своим положением, политическ ие заключенные в ряде лагерей поднимали восстания, проходившими порой под политическими лозунгами. Самыми известными из них стали выступления в Печоре (1948 г.), Салехарде (1950 г.), Кингире (1952 г.), Экибастузе (1952 г.), Воркуте (1953 г.) и Норильске (1953 г.). Наряду с политзаключенными в лагерях после войны оказалось и немало тех тружеников, которые не выполняли существовавшие нормы выработки. Так, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 июня 1948 г. местным властям было предоставлено право выселять в о тдаленные районы лиц, злостно уклоняющихся от трудовой деятельности в сельском хозяйстве. Опасаясь возросшей в ходе войны популярности военных, Сталин санкционировал арест маршала авиации А.А. Новикова, генералов П.Н. Понеделина, Н.К. Кириллова, ряда сослуживцев маршала Г.К. Жукова. Самому полководцу были предъявлены обвинения в сколачивании группы недовольных генералов и офицеров, неблагодарности и неуважения к Сталину. Репрессии затронули и часть партийных функционеров, особенно тех, кто стремился к самостоятельности и большей независимости от центральной власти. В начале 1948 г. были арестованы почти все лидеры ленинградской парторганизации. Общее число арестованных п о "ленинградскому делу" составило около 2000 человек. Спустя некоторое время были отданы под суд и расстреляны 200 из них, в том числе Председатель Совмина России М. Родионов, член Политбюро и Председатель Госплана СССР Н. Вознесенский, секретарь ЦК ВКП( б) А. Кузнецов. "Ленинградское дело" должно было стать суровым предостережением тем, кто хоть в чем-то мыслил иначе, чем "вождь народов". Последним из готовившихся процессов стало "дело врачей" (1953 г.), обвиненных в неправильном лечении высшего руководства, повлекшем смерть ряда видных деятелей. Всего жертвами репрессий в 1948-1953 гг. стали почти 6,5 млн. человек. Маховик репрессий был остановлен лишь после смерти Сталина. Глава 3. Идеология и культура Восстановление "железного занавеса". Война пробудила в интеллигенции надежды на ослабление партийно-идеологического пресса. Деятели культуры рассчитывали, что наметившаяся в годы войны тенденции к относительному смягчению контроля за интеллектуальной жизнью общества получит развитие. Союзни ческие отношения с западными демократиями, как и заграничный поход Красной Армии, не только прорвали "железный занавес", но и создали возможности для развития и укрепления культурных контактов с ними. Однако этим надеждам не суждено было сбыться. С лета 1946 г. власти развернули широкое наступление против "западного влияния" на развитие отечественной культуры. По существу речь шла о наступлении на свободомыслие и любое проявление творческой самостояте льности интеллигенции, о возвращении безраздельного партийно-политического контроля над ней. В августе 1946 г. был создан новый журнал "Партийная жизнь", призванный взять под контроль развитие культуры, которая, по мнению партийных чиновников, "страдала идеологической вялостью, появлением новых идей и иностранных влияний, подрывающих дух коммуни зма". Поход против "западничества" возглавил член Политбюро и секретарь ЦК ВКП(б), отвечавший за идеологию, А.А. Жданов. "Железный занавес" был окончательно восстановлен в ходе развернувшейся в конце 1948 г. кампании по борьбе с "космополитизмом". Страна вновь оказалась на только в идеологической, но и в культурной изоляции от остального мира. Литература.Один из первых ударов был нанесен по отечественной литературе. В постановлении ЦК ВКП(б) от 14 августа 1946 г. "О журналах "Звезда" и "Ленинград" эти издания обвинялись в пропаганде идей, "чуждых духу партии", предоставлении литературной трибуны для "без ыдейных, идеологически вредных произведений". Особой критике подверглись М.М. Зощенко, А.А. Ахматова, названные в постановлении "пошляками и подонками литературы". В постановлении отмечалось, что Зощенко проповедует "гнилую безыдейность, пошлость и аполи тичность" с целью дезориентации советской молодежи, "изображает советские порядки и советских людей в уродливо карикатурной форме", а Ахматова является типичной представительницей "чуждой нашему народу пустой безыдейной поэзии", пропитанной "духом пессим изма и упадочниства... старой салонной поэзии". Журнал "Ленинград" был закрыт, а в журнале "Звезда" заменено руководство. Резкой критике были подвергнуты даже те писатели, творчество которых вполне отвечало требованиям партии. Так, руководитель Союза писателей А.А. Фадеев был раскритикован за первоначальный вариант романа "Молодая гвардия", в котором было недостаточно показ ано партийное руководство молодыми подпольщиками; поэт-песенник М.А. Исаковский - за пессимизм стихов "Враги сожгли родную хату". Критике подверглись драматург А.П. Штейн, писатели Ю.П. Герман и Э.Г. Казакевич, М.Л. Слонимский. Литературная критика перер астала и в прямые репрессии. В ходе борьбы с "космополитами" были расстреляны П.Д. Маркиш и Л.М. Квитко, велось следствие по "делу" И.Г. Эренбурга, В.С. Гроссмана, С.Я. Маршака. В дальнейшем были приняты и другие постановления по проблемам литературы: "О журнале "Крокодил" (1948 г.), "О мерах по улучшению журнала "Огонек" (1948 г.), "О журнале "Знамя" (1949 г.), "О недостатках журнала "Крокодил" и мерах его улучшения" (1951 г.) и др. Итогом "борьбы за чистоту литературы" стало закрытие ряда журналов, запрещение литературных произведений, "проработка", а порой и репрессирование их авторов, а главное - застой в отечественной литературе. Театр и кино.Вслед за литературой было "усилено партийное руководство" театром и кино. В постановлении ЦК ВКП(б) от 26 августа 1946 г. "О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению" осуждалось преобладание в театрах страны классического репертуара в ущ ерб пьесам, посвященным "пафосу борьбы за коммунизм". А немногие встречающиеся в репертуарах пьесы на современную тематику критиковались как слабые и безыдейные, в которых советские люди предстают "примитивными и малокультурными, с обывательскими вкусами и нравами", а события изображены "надуманно и лживо". Критиковался Комитет по делам искусств за наличие в репертуаре пьес, "идеализирующих жизнь царей, ханов, вельмож", за "внедрение в репертуар театров пьес буржуазных западных драматургов, открыто проп оведующих буржуазные взгляды и мораль". 4 сентября 1946 г. появилось новое постановление ЦК, на этот раз посвященное критике "безыдейности" ряда кинофильмов. В их числе были названы фильмы: "Большая жизнь" (2-я серия) Л.Лукова, рассказывающей о трудностях восстановления Донбасса после войны (б ал раскритикован за "фальшивое изображение партийных работников" и отсутствие показа "современного Донбасса с его передовой техникой и культурой, созданной в годы сталинских пятилеток"); "Адмирал Нахимов" В.И. Пудовкина; "Иван Грозный" (2-я серия) С.М. Э йзенштейна (по мнению Сталина, в этом фильме был создан ложный образ царя - нерешительного и бесхарактерного, "типа Гамлета", неправильно, в негативном виде показана опричнина). Критике были подвергнуты также выдающиеся кинорежиссеры Г. Козинцев, Л. Трау берг и др. Развивая идеи этих постановлений, специально созданный властями еженедельник "Культура и жизнь" в конце 1946 г. начал массовую компанию против "декадентских тенденций" в театре и потребовал исключения из репертуара театров всех пьес зарубежных авторов. Музыка. В конце 1947 г. жесткий идеологический пресс обрушился и на советских музыкантов. Поводом послужило исполнение трех произведений, созданных по заказу властей к 30-летию Октябрьской революции: Шестой симфонии С.С. Прокофьева, "Поэмы" Ф.И. Хачатуряна и опе ры "Великая дружба" В.И. Мурадели. В феврале 1948 г. ЦК ВКП(б) издал постановление "О декадентских тенденциях в советской музыке", где критике подвергся Мурадели за "пренебрежение лучшими традициями и опытом классической оперы вообще, русской классическо й оперы в особенности". Критиковались также и другие композиторы, "придерживающиеся формалистического, антинародного направления", - С.С. Прокофьев, Д.Д. Шостакович, А.И. Хачатурян, Н.Я. Мясковский. После выхода этого постановления началась чистка и в Союзе композиторов. Произ ведения опальных композиторов перестали исполняться, консерватории и театры отказались от их услуг. Вместо их произведений звучали хоровые и сольные восхваления Сталина и счастливой жизни советских людей, строящих под руководством партии райскую жизнь на земле. Все это не только обедняло отечественную культуру, но и изолировало ее от лучших достижений мировой культуры. И все же, несмотря на диктат и идеологические шоры, культурная жизнь имела и положительные черты, в первую очередь - в освоении огромного класси ческого наследия. Научные "дискуссии". В годы войны знания ученых были востребованы властью, многих из них возвратили из заключения. Постепенно, хотя и в известных рамках, шло возрождение свободомыслия в науке, без которого она обречена на загнивание. Творческая атмосфера не была утрачена и п осле победы, когда развернулись оживленные дискуссии среди историков, философов, биологов, физиков, кибернетиков, экономистов. Однако эти дискуссии были использованы партийным руководством для "усиления партийной направленности науки", а отдельными ее пр едставителями - для сведения счетов с научными оппонентами. Наиболее типичной из таких "дискуссий" стала дискуссия по проблемам биологии. Ее инициировал президент Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. В.И. Ленина Т.Д. Лысенко. Сделав головокружительную карьеру в 30-е гг. на критике "кулаков от науки" . Добившись ареста в 1940 г. академика Н.И. Вавилова (умер в саратовской тюрьме в 1943 г.), Лысенко в 1947-1948 гг. возобновил атаку на генетиков и биологов-менделистов. Началась компания в печати, направленная на шельмование "антидиалектической" генетик и и ее представителей, ставивших опыты на мухах-дрозофилах. Критика "мухолюбов-человеконенавистников" завершилась тем, что на августовской (1948 г.) сессии ВАСХНИЛ академики А. Жебрак, П. Жуковский, Л. Орбели, А. Сперанский, И. Шмальгаузен и их ученики ( несколько сот человек) были изгнаны из академии, лишились возможности заниматься исследовательской работой. Вместе с ними оказалась на долгие годы в "изгнании" и сама генетика, в которой отечественные ученые в 30-е гг. занимали ведущие позиции. В 1950 г. Сталин принял личное участие в научной дискуссии по проблемам языкознания. Лингвистика была лишь поводом для постановки вопроса о взаимоотношениях базиса и надстройки. Сталин в ходе дискуссии "научно доказал" абсолютную необходимость незыблемог о и всесильного государства в СССР, отвергнув тем самым тезис Ф. Энгельса об отмирании государства по мере продвижения к коммунизму. Дискуссии в исторической науке были сведены, по сути, к укреплению безраздельного влияния концепции "Краткого курса" для оправдания существующего положения вещей. В ходе этих дискуссий, например, прогрессивными деятелями были объявлены Иван Грозный и его опричники, боровшиеся с боярской оппозицией почти сталинскими методами. Лидеры национальных движений (например, Шамиль) были объявлены платными агентами зарубежных спецслужб. Полностью оправданным и неизбежным представал якобинский террор. В гротескном виде были показаны многие исторические деятели царской России. Множество имен и событий, не вписывавшихся в сталинскую концепцию, были надолго забыты. Борьбой с влиянием западных философских концепций была пронизана критика книги Г.Ф. Александрова, руководителя отдела агитации и пропаганды ЦК ВКП(б), "История западно-европейской философии" (автора объявили в терпимости к идеалистической, буржуазной и д екадентской философии, отсутствии должной полемичности) и другие философские дискуссии. Экономические дискуссии, начало которым было положено еще в годы войны работами академика Е.С. Варги (по проблемам развития мирового капитализма), завершились с выходом в свет работы Сталина "Экономические проблемы социализма в СССР" (1952 г.), отвергавш ий любые проявления рыночной экономики и обосновывавшей еще большее огосударствление экономической жизни в СССР. Таким образом, если в послевоенные годы вся сущность культуры и все ее задачи были сведены, по сути, к выполнению функции очередного "приводного ремня" в обработке общественного сознания, то роль науки сводилась, кроме этого, еще и к тому, чтобы обеспечи ть решение оборонных задач и добиться "партийной направленности" не только гуманитарных, но и естественных наук. Глава 4. Ужесточение внешней политики 4.1У истоков «холодной войны». Победоносное окончание войны значительно изменило международное положение Советского Союза, который стал играть роль одного из признанных лидеров мирового сообщества. Официальным закреплением этого статуса стало участие СССР в создании ООН, где ему было определено место одного из постоянных членов Совета безопасности. Изменилось не только положение в мире, но и сам климат международных отношений. Казалось, что межгосударственные отношения, сложившиеся у великих держав, начинают носить иной, партнерский характер. Конечно, взаимное недоверие временами давало о себе знать. Были на то и свои причины: СССР был обеспокоен ядерной монополией США, американцы и англичане опасались Советской Армии - крупнейшей и самой мощной в мире. Беспокоило их и то, что в гла зах мировой общественности СССР терял традиционный стереотипный облик врага, его решающий вклад в победу вызвал рост симпатий к нашей стране на западе. Это проявилось и в росте численности компартий (с 1939 по 1946 г. число коммунистов в Западной Европе выросло почти втрое). Однако новое положение СССР, расширение его границ, наличие мощной армии, рост влияния в мире породили у Сталина стремление к дальнейшим территориальным притязаниям, реанимации, казалось, забытой идеи мировой революции. Уже на Потсдамской конференции (17 июля - 2 августа 1945 г.) Сталину удалось добиться установления польско- германской границы по Одеру-Нейсе и больших репараций с Германии (включая и ее западную зону). Тогда же советские представители внесли предложения об изменении режима черноморских проливов (включая создание там советских военно-морских баз), возвращении СССР отошедших к Турции в 1921 г. Карского и Ардаганского округов, необходимости совместного уп равления (с участием СССР) Танжером (Северная Африка), заявили о своей заинтересованности в изменении режима управления Сирией, Ливаном, бывшими итальянскими колониями в Африке. А в сентябре 1945 г. Сталин потребовал подкрепить статус великой державы про текторатом СССР над Триполитанией (Ливия). В феврале 1946 г. Молотов заявил, что теперь ни один вопрос международной жизни не должен решаться без участия СССР. Лишь под серьезным давлением Запада советские войска покинули в 1946 г. Иран. Обеспокоенные ростом аппетитов Сталина, США и Великобритания стали всерьез задумываться о сдерживании "советской экспансии". В марте 1946 г. бывший премьер-министр Англии Черчилль произнес в Фултоне (США) в присутствии президента США Трумэна речь, в кото рой прямо заявил, что Советский Союз стремится к "безграничному распространению своей силы и своих доктрин" в мире. По его мнению, это представляло большую опасность для "великих принципов свободы и прав человека". Силе СССР он предложил противопоставить силу англосаксонского мира. При этом допускался ядерный шантаж СССР. Один из планов, одобренных военным и политическим руководством США, предусматривал использование 196 атомных бомб для уничтожения 20 крупнейших советских городов. В феврале 1947 г. президент США Трумэн в своем послании конгрессу развернул конкретную программу мер по "спасению" Европы от советской экспансии ("доктрина Трумэна"). Предполагалось оказать широкомасштабную экономическую помощь европейским странам, образ овать военно-политический союз западных стран под эгидой США (им стал блок НАТО, созданный в 1949 г.); разместить вблизи советских границ сеть военных баз США (в первую очередь в Греции и Турции); поддерживать внутреннюю оппозицию в странах Восточной Евр опы; при необходимости использовать вооруженные силы против СССР и его союзников. Все это должно было способствовать решению двух главных задач: не допустить дальнейшего расширения сферы влияния СССР и коммунистической идеологии (доктрина сдерживания соц иализма); по возможности, заставить СССР уйти в свои прежние границы (доктрина отбрасывания социализма). Эти меры и публично высказанные планы советское руководство объявило призывом к войне против СССР, что сразу осложнило и без того непростую ситуацию в мире. Летом 1947 г. Европа оказалась окончательно разделенной на союзников США и союзников СССР. Оформление соответствующих военных и экономических альянсов становилось лишь делом времени. Апогей "холодной войны". Кульминацией "холодной войны" стали 1949-1950 гг. В апреле 1949 г. была создана Организация Североатлантического договора (НАТО). В том же году СССР произвел первое испытание ядерного оружия. Самым острым столкновением двух сил в начале 50-х гг. стал корейский конфликт. Он показал, что "холодная война" легко может перерасти в вооруженное столкновение. В конфликте. с согласия ООН, приняли участие американские войска. Американское военное коман дование намеревалось применить атомное оружие, и только опасение, что СССР примет аналогичные ответные меры, удержало его от этого. Кроме СССР, помощь КНДР оказывали КНР и другие социалистические страны. С установлением линии фронта на 38-й параллели кон фликт утратил прежнюю остроту и приобрел позиционный характер. Начатые же США массированные бомбардировки КНДР (в том числе напалмовыми бомбами) не принесли им военного успеха, зато способствовали нарастанию антиамериканских настроений в Азии, что активн о использовало в своей внешней политике сталинское руководство. Начались мирные переговоры, в результате которых 27 июля 1953 г. было подписано соглашение о перемирии. Центральное место во внешней политике СССР по-прежнему занимали европейские проблемы. Летом 1948 г. разразился первый берлинский кризис, когда советские войска полностью блокировали западные зоны в Берлине. США и их союзники были вынуждены снабжать Запад ный Берлин при помощи "воздушного моста" в течении года. В мае 1949 г. была создана ФРГ, после чего советская сторона не возражала против образования ГДР (7 октября 1949 г.), передав ей все гражданские правомочия. После срыва парижских переговоров о закл ючении мирного договора с Германией (март-июнь 1951 г.) лидеры НАТО приняли план перевооружения Европы, в первую очередь ФРГ (1952 г.). В этих условиях обе стороны проявили неуступчивость в поисках шагов, ведущих к ослаблению противостояния в Европе. К концу жизни Сталина наметилась некоторая эволюция его позиции в оценке международной обстановки. Если раньше он исходил из идеи непримиримости противоречий между социализмом и капитализмом, то теперь (возможно, из тактических соображений) заявил, что и ногда межимпериалистические противоречия могут оказаться сильнее и привести к острому конфликту между капиталистическими странами. Что это означало, какой ход намечал Сталин, осталось неясным - он вскоре умер. Правда, в одном из своих последних интервью - в декабре 1952 г. - он заявил, что СССР желает прекращения войны в Корее, а сам он готов встретиться с новым президентом США Д. Э йзенхауэром для налаживания советско-американских отношений. Главным уроком корейского противостояния, как и в целом отношений Восток- Запад в 1945-1952 гг., стало осознание того факта, что от жесткой внешней политики не выиграет никто, а в случае ее продолжения "холодная война" может перерасти в "горячую". Пониман ие этого закладывало предпосылки корректировки внешнеполитической доктрины наследниками Сталина. 4.2Внешняяя разведка. После победоносного окончания Великой Отечественной войны для Советского Союза сложилась новая политическая ситуация на международной арене. СССР вышел из войны политически окрепшим государством. В Европе и Азии сложилась система дружественных СССР социалистических государств, которые являлись своего рода буфером между нашей страной и странами Запада. Были ликвидированы очаги военной угрозы в Европе и Азии. Однако США, обладавшие к окончанию войны монополией на атомное оружие, и их союзники не могли мириться с возросшим авторитетом и влиянием СССР на международной арене. Президент США Г. Трумен заявил о необходимости проведения в отношении СССР политики с "позиции силы". Курс Запада на "холодную войну" в отношении СССР и его союзников был открыто провозглашен в речи У. Черчилля в Фултоне в 1946 г. Следует отметить, что подобный поворот событий не был сюрпризом для советской внешней разведки, которая еще в годы военного лихолетья информировала политическое руководство страны о планах Запада в отношении послевоенного устройства в Европе и Азии. В частности, Центру было известно, что США, проводившие в довоенные годы политику самоизоляции, выйдя из войны практически не пострадавшими, получившие в свое распоряжение атомное оружие, стремятся навязать всему миру свою гегемонию и рассматривают СССР как потенциального противника. Великобритания, значительно ослабленная в результате войны, стремилась восстановить утраченные позиции в Европе и любой ценой сохранить свою колониальную империю. Поэтому все разговоры западных политических деятелей о свободе и демократии были лишь данью риторике. Главные задачи и направления деятельности внешней разведки Коренные изменения, происшедшие после Второй мировой войны на международной арене, поставили перед внешней разведкой новые задачи. среди них наиболее важными были задачи по вскрытию секретных военно- политических планов США и их союзников в отношении СССР, особенно в военной области. Разведку, в частности, интересовали: - возможные действия США и Англии в случае военного столкновения с СССР, - планы перевооружения армий США и Великобритании, в том числе по их оснащению ядерным оружием, - планы создания НАТО и других антисоветских агрессивных группировок, - планы послевоенного устройства в Европе, в том числе германская проблема, - проблемы мирного договора с бывшими союзниками гитлеровской Германии, - будущее государственное устройство в Польше, Чехословакии, - устремления США в Китае и Корее, а также другие задачи. Структура внешней разведки в послевоенный период. В 1947 году внешняя разведка подверглась в очередной раз реорганизации, которая диктовалась не соображениями целесообразности, а скорее желанием Сталина в очередной раз перетасовать "колоду КГБ". Постановлением Совета министров СССР от 30 мая 1947 года был создан Комитет информации при СМ СССР, на который возлагалось осуществление политической, военной и научно-технической разведки. Он объединил 1 Управление бывшего МГБ, созданное в марте 1946 года, или внешнюю разведку органов безопасности, и Главное разведывательное управление Генштаба Советской армии. Внешняя контрразведка оставалась в руках МГБ и подчинялась Л.Берии. Фактически внешняя разведка стала подчиняться МИД СССР, а в 1949 году она была подчинена ему напрямую и во главе КИ стал Молотов. В систему функционирования внешней разведки был введен институт главных резидентов, которыми назначались послы и посланники. Комитет информации при СМ СССР в послевоенный период состоял из линейных подразделений (американский, английский, французский, германский отделы, отдел Скандинавских стран, китайский отдел и т.п.), отдела научно-технической разведки, управления стратегической разведки, а также подразделений по обеспечению разведывательной деятельности (отдел оперативной техники, связи, шифровальный и т.п.) Во главе Комитета информации стоял его Председатель (Молотов, Зорин) , а фактически работой КИ руководил его заместитель. Руководители разведки. В 1946 - 1949 г.г. во главе 1 Управления МГБ СССР, а затем Комитета информации при СМ СССР стоял Федотов Петр Васильевич. В 1949 - 1952 г.г. внешней разведкой руководил Савченко Сергей Романович. В январе 1952 Комитет информации, показавший нецелесообразность соединения под одной крышей политической и военно-стратегической разведок, был расформирован. Военная разведка вновь возвратилась в Генштаб, который не мог обходиться в своей деятельности без стратегической информации. Во главе Первого Главного управления МГБ СССР встал Рясной Василий Степанович. В 1953 г. внешнюю разведку органов безопасности возглавил профессиональный разведчик Питовранов Евгений Петрович. Организация разведывательной работы. В довоенный период в разведке не существовало понятие "главный противник". Разведка работала против тех стран, со стороны которых исходила угроза непосредственного военного нападения. Во время войны главным противником считалась Германия и ее союзники. После войны стала прорисовываться картина возможного ядерного нападения со стороны США, которые ежегодно обновляли планы нанесения ядерных ударов по СССР, увеличивая количество бомб, необходимых для уничтожения экономического и военного потенциала нашей страны. В феврале и сентябре 1950 года Комитет информации принимает принципиально важное решение "считать разведку против США одной из главных задач всех оперативных управлений". В марте 1951 г., в новом решении, США рассматриваются как главный противник СССР, а разведка против США - как важнейшая задача внешнеполитической разведки. Разработка американских учреждений с целью агентурного проникновения в них вменялась в обязанность всех резидентур, а не только в США. В связи с обострением агентурно-оперативной обстановки в странах Запада, вызванной "холодной войной" США и их союзников против СССР и социалистических стран, разведывательная деятельность "легальных" резидентур в Европе и особенно на американском континенте была серьезно затруднена. К тому же из-за предательства источника американской резидентуры Элизабет Бентли агентурная сеть внешней разведки в этой стране в послевоенный период была разгромлена ФБР США. С большинством источников информации связь была прекращена. Многие из них были арестованы и заключены в тюрьму. В апреле 1951 г. Коллегия Комитета информации приняла решение об усилении нелегальной разведки против США с учетом ужесточения контрразведывательного режима в этой стране. Поскольку наряду с резидентурами КИ за рубежом одновременно действовали контрразведывательные резидентуры министерства госбезопасности, что приводило к ненужному параллелизму в работе, 1 ноября 1951 г. в зарубежных странах были воссозданы единые резидентуры. Комитет информации как разведывательное подразделение прекратил существование. Кадры внешней разведки. В послевоенный период и до 1947 г. аппарат внешней разведки в численном отношении практически оставался прежним. В некоторых странах, например, Англии и США, количество оперработников даже снизилось в связи с необходимостью комплектования резидентур в ряде других стран и нехваткой подготовленных кадров. После объединения с военной разведкой Комитет информации превратился в мощную организацию с разветвленной сетью резидентур и многочисленным центральным аппаратом. Он включал пять управлений и шесть самостоятельных отделов. С созданием Комитета информации в разведку,наряду с сотрудниками органов госбезопасности, стали приниматься работники внешнеполитических органов МИД, МВТ), выпускники высших учебных заведений, прошедших войну. К концу второй мировой войны внешняя разведка сумела создать мощный агентурный аппарат, превративший ее в самую эффективную разведывательную службу мира. Она была способна выполнять задачи, которые ставило политическое руководство страны по получению важной секретной информации. Агентурный аппарат в основном состоял из лиц, завербованных на идейно-политической или патриотической основе. По занимаемому положению агенты в подавляющем большинстве принадлежали к средним слоям общества ( чиновники, партийные функционеры, ученые круги). Лишь некоторые из них принадлежали к высшим правящим кругам. Важную роль в послевоенный период играли т.н. "агенты-документалисты", т.е. лица, способные добывать ценную документальную информацию. Их вклад в деятельность разведки был определяющим. Поток информации от этих агентов был настолько велик, что не вся она оперативно обрабатывалась из-за недостатка опытных кадров. 4.3 Экспорт сталинской модели. В 1945 г. коммунистические режимы были установлены в Югославии и Северном Вьетнаме, а в 1946 г. - в Албании. С 1947 г. в новую фазу вступил и процесс создания просоветского блока восточноевропейских стран. На смену возникшим в 1944-1948 гг. коалиционным правительствам к власти приходили коммунисты. Еще в ноябре 1946 г. в Болгарии Г. Димитровым было сформировано коммунистическое правительство, а летом 1947 г. принята почти скопированная с советской Конституция. В январе 1947 г. президентом Польши стал ко ммунист Б. Берут. В августе 1947 г. коммунисты победили на выборах в Венгрии. В декабре того же года румынский король Михай под давлением со стороны советского военного командования отрекся от престола и передал власть коммунистам. В феврале 1948 г. комм унистический режим был установлен в Чехословакии. В 1948 г. просоветский режим был установлен в Северной Корее. В 1949 г. коммунисты пришли к власти в Китае. Эти страны были отгорожены от остального мира все тем же "железным занавесом". Опираясь на военную силу, Сталин диктовал лидерам этих стран линию поведения не только на международной арене, но и во внутренней политике. Однако их послушность объяснялась н е только военным фактором и единством марксистской доктрины строительства социализма, но также огромной материальной помощью со стороны СССР. За 1945- 1952 гг. сумма только долгосрочных льготных кредитов этим странам составила 15 млрд. руб. (3 млрд. долла ров). Оформление экономических основ советского блока произошло в 1949 г. с образованием Совета Экономической Взаимопомощи, а военно-политическое единство было достигнуто уже после смерти Сталина - в мае 1955 г. с созданием Организации Варшавского Догово ра. В рамках этого содружества не допускалось никакой "самодеятельности". Так, по причине "излишней самостоятельности" югославского руководства (маршал И. Броз Тито), предлагавшего, в частности, идею создания балканской федерации и ее собственного пути к соц иализму, в 1948 г. последовал громкий советско-югославский разрыв. И. Броз Тито был назван "гитлеровско-троцкистским агентом" и изображался в советской печати неизменно в карикатурном виде, обагренный кровью коммунистов. В октябре 1949 г. Сталин разорвал дипломатические отношения с Югославией и способствовал ее изоляции среди стран социализма. С 1949 по 1952 г. в "социалистическом лагере", по инициативе и при прямом участии сталинских "советников", прошли две волны чисток, в ходе которых к власти пришло новое поколение лидеров, безоговорочно преданных Сталину. Прежние руководители во всех стра нах народной демократии были посажены в тюрьмы или расстреляны. Воспроизведение в этих странах сталинской модели развития социализма во всем многообразии ее проявлений (включая репрессии) еще более сплотило их руководство вокруг кремля. О различных путях к социализму (о чем писал в свое время Г. Димитров) больше никт о не вспоминал. Оставался реальным только советский вариант. Заключение Сладкая эйфория победы не требовала принуждения к тяжелому труду по восстановлению разрушенной страны. Энергия войны была столь велика и имела такую инерцию, что ее необходимо было «переключить» на мирное строительство. По напряженности оно было сходно с войной: в 1948 г. страна достигла и превзошла довоенный уровень промышленного производства, что по нормальным меркам немыслимо. А в 1952 г. объем промышленного производства в 2,5 раза превысил уровень 1940 г. Сделано было много - возрождались к жизни разрушенные города, восстанавливались и строились новые предприятия. Но нельзя забывать о том, какой ценой достигался этот рост. Война усилила контроль над всеми сферами жизни. Снижение цен в городах проводилось за счет ухудшения жизни сельского населения. Неадекватная оплата за напряженный производительный труд не давала возможности поднять уровень благосостояния народа. В ответ, как бы в вознаграждение народу за перегрузки двух десятилетий, принципом государственной политики было сделано постоянное, хотя бы и скромное, улучшение жизни населения. Именно тогда возникли закрепленные в государственной идеологии (и укрепляющие государство) специфические стереотипы советского массового сознания: уверенность в завтрашнем дне и убеждение, что жизнь может только улучшаться. Народ же со своей стороны, в очередной раз предоставил государству, власти огромный кредит доверия - мирился с теми невзгодами, которыми была отмечена их жизнь, их быт, верил в «светлое будущее». Библиография Кара-Мурза С. История советского государства и права. Хоскинг Джеффри. История Советского Союза. 1917-1991. – М., 1994. Хрущев Н. С. Воспоминания. Любое издание. История СССР. Под редакцией Островского В. П. – М., 1990. История Отечества. Краткий очерк. - М., 1992. История Отечества: люди, идеи, решения. – 1991. Россия и мир. Под редакцией Данилова А. А. – М., 1994.
[1] Наше Отечество. Опыт политической истории. Т.2 – М., 1991, с.427 [2] Шмелев Н.П., Попов В.В. На переломе. Экономическая перестройка в СССР. – М., 1989, с.81 [3] Геллер М., Некрич А. Утопия у власти. История Советского Союза от 1917 г. до наших дней. Кн. 2. – М., 1995, с.35 [4] Геллер М, Некрич А. Утопия у власти. История Советского Союза от 1917 г. до наших дней. Кн. 2. – М., 1995, с.120 [5] Там же, с.114-115