Каталог :: История

Реферат: Великие княжества

ВЕЛИКОЕ КНЯЖЕСТВО ЛИТОВСКОЕ И РУССКОЕ
                                  ПЛАН.                                  
     1.      Литовские земли в XIII в. Миндовг. Гедимин (1316-1341) и
образованиевеликого княжества Литовского и Русского.  Ольгерд (1341-1377),
Ягайло и Витовт (1392-1430)   Территориальный рост великого княжества
Литовского. Федеративный характер государства Отношения с Польшей (договоры об
унии и попытки их осуществления).
     2.      . Великое княжество Литовское в ХV-ХVI вв. Внешние и внутренние
отношения. Национальная и религиозная рознь
     3.      Политический строй и административное устройство великого княжества
Литовского в XVI в.
     4.      Социальный состав населения. Шляхта и крестьянство
     5.      Ливонская война, Люблинский сейм и уния 1569 г.
     6.      Литература.
     
     
     1. Литовские земли в XIII в. Миндовг. Гедимин (1316-1341) и
образованиевеликого княжества Литовского и Русского.  Ольгерд (1341-1377),
Ягайло и Витовт (1392-1430)   Территориальный рост великого княжества
Литовского. Федеративный характер государства Отношения с Польшей (договоры об
унии и попытки их осуществления).
В начале XIII в. литовские племена находились в состоянии полной
поли­тической раздробленности: они управлялись множеством пле­менных князей,
окруженных своими дружинами, с которыми они делали постоянные набеги и
нападения на соседние русские и польские земли.
Грозная опасность со стороны агрессивных западных соседей - Ливонского и
Тевтонского немецких орденов заставила литовцев объединиться вокруг одного
военного вождя, которым в 30-х гг. XIII в. становится первый великий князь
Литовский Миндовг.
Русское культурное влияние в новом государстве подчинило себе господствующую
народность. Гедимин и его сыновья были женаты на русских княжнах, при дворе и
в официальном делопроизводстве господствовал русский язык (литовской
письменности в то время не существовало).
Сын Гедимина Ольгерд с полным успехом продолжал территориальные приобретения.
Уже при Гедимине киевские князья признали верховную власть великою князя
Литовского. Ольгерд в 1362 г. привел Киев под свою непосредственную власть и
посадил в нем наместником своего сына Владимира. Вскоре затем Ольгерд
подчинил Литве почти всю Волынскую землю, в которой князем стал Любарт
Гедиминович. В 1362-1363 гг. Ольгерд вел войну против татар, которые в то
время непосредственно владели Подолией; он разбил татар в битве на Синей
Воде, овладел Подолией и продвинул южные границы своего государства до
берегов Черного моря; князьями на Подолье стали его племянники, сыновья
Кориата Гедиминовича (впоследствии Подолье долгое время было спорной областью
между Литвой и Польшей). Кроме южнорусских областей, Ольгерд подчинил своей
верховной власти Чернигово - Северскую землю и часть Смоленской земли. В то
время как Ольгерд с таким успехом вел завоевательную политику на юге и
востоке, его брат Кейстут действовал против немцев на западе, остановив их
наступательное движение.
В результате военных и дипломатических успехов Гедимина и Ольгерда великое
княжество Литовское превратилось в конце XVI в. в обширное государство,
которое простиралось от Балтийского до Черного моря; в этом государстве
западнорусские земли составляли 0,9 всей территории огромное большинство
населения было русским. Эти поразительно быстрые и легкие успе­хи великих
князей литовских объясняются как тем, что западно­русские земли охотно
признавали власть Литвы, чтобы изба­виться от власти татар, так и тем, что,
присоединяясь к Литве, русские области ни в какой мере не испытывали
национального или религиозного гнета или какой-либо ломки в строе и
харак­тере местной жизни. В большинстве западнорусских земель сначала
оставались на своих местах прежние князья - Рюриковичи, признавшие над собой
верховную власть великого князя Литовского; в некоторых областях их заменили
литовские князья - Гедиминовичи, но за исключением этого, никаких
существенных перемен не происходило. Таким образом, существенной чертой
государственного строя великого княжества Литовского был его федеративный
характер (в противоположность московской централизации). «Литовско-Русское
государство в XIV в. представляло в сущности конгломерат земель и владений,
объединенных только подчинением власти великого князя, но стоявших особняком
друг от друга и не сплотившихся в единое политическое целое» (Любавский).
Русское культурное влияние все более усиливалось в Литве, и сами Гедиминовичи
постоянно обрусевали, некоторые из них и крестились в «русскую веру». Однако
в конце XIV века Литовско-Русскому государству пришлось пережить тяжелый и
опасный национально-политический кризис. После смерти Ольгерда (1377 г.) в
литовской великокняжеской семье начались раздоры и борьба за власть. Великим
князем стало один из сыновей Ольгерда, хитрый и жестокий Ягайло, который
погубил своего дядю Кейстута, но встретил сопротивление некоторых областных
князей, своих братьев. В это время соседняя с Литвой Польша переживала
династический кризис. После смерти короля Людовика Венгерского (1382 г.) в
Польше была признана королевой его несовершеннолетняя дочь Ядвига, и польские
паны хотели устроить ее брак с Ягайло, надеясь, что этот брак поведет к унии
Польши с Литвою, точнее к присоединению обширного Литовско-Русского
государства к королевству Польскому. Ягайло с радостью согласился жениться на
Ядвиге, чтобы этим браком укрепить свою власть и обеспечить себе помощь
Польши как против немцев, так и против непокорных братьев. В 1386 году Ягайло
принял католичество, женился на Ядвиге и стал королем польским, с именем
Владислава. Перед этим (1385 г.) Ягайло выдал в Крево польским послам
обязательство не только самому принять католичество, но привести в
католическую веру также всех своих родственников и подданных и присоединить
навсегда свои земли к короне Польской. Уния 1385-1386 гг. была инкорпорацией
(или «втелением») великого  княжества Литовского в Польское королевство.
Однако требование уничтожения государственной самобытности великого княжества
Литовского вызвало открытое восстание литовских князей и бояр, во главе
которого стоял двоюродный брат Ягайла Витовт. Восстание встретило общее
сочувствие населения Литовско-Русского   государства, и Ягайло вынужден был
пойти на уступки: в 1392 г. в Острове было заключено соглашение, по которому
Витовт был признан пожизненным великим князем литовским под суверенитетом
польского короля, с тем, однако, что после его смерти его владения должны
были перейти под непосредственную власть последнего. Однако фактически Витовт
держал себя как самостоятельный и независимый государь.
Неудача в войне с татарами, которые в 1399 г. нанесли Витовту страшное
поражение на р. Ворксле, вынудила Витовта снова искать соглашения с Ягайло, и
в 1401 г. договор об унии был подтвержден на условиях соглашения 1392 г.
После этого оба государя действовали в согласии в вопросах внешней поли­тики
и в 1410 г. совместно вели войну против Тевтонского орде­на, которому
польские, литовские и русские полки нанесли страшное поражение при
Грюнвальде.
В своей внутренней и внешней политике Витовт был сильным и деятельным
государем. Встретив и подавив сопротивление некоторых областных князей, от
которых он требовал «покоры» и послушания, Витовт упразднил крупные областные
княжения в Полоцке, Витебске, Новгороде Северском, Киеве, на Волыни и
Подолье; вместо прежних князей Рюриковичей или Гедиминовичей Витовт стал
назначать в эти области своих наместников, которые управляли этими областями
по-прежнему, при участии местного боярства.
В своей внешней политике Витовт также достиг значительных успехов. На рубеже
XIV и XV вв. он присоединил к великому княжеству Литовскому княжества
Смоленское и Вяземское, а также целый ряд так называемых верхнеокских
княжеств. Таким образом, в начале XV в. великое княжество Литовское
охватывало не только Литву, всю Северо-Западную и почти всю Юго-Западную
Русь, но и западную часть Великороссии (целиком или частью губернии
Смоленскую, Калужскую, Тульскую, Орлов­скую и Курскую).
Хотя «втеление» Литовско-Русского государства и не удалось полякам, все же
договоры об унии и «привилеи», явившиеся в результате этих договоров, оказали
существенное влияние на соци­ально-политический строй великого княжества
Литовского. Они оформили и укрепили позицию литовской землевладельческой
аристократии, предоставив ей все те социальные привилегии и политические
права, которыми пользовались их «суседы» и «братья» в короне Польской.
Городельской привилегией 1413 г. устанавливается участие литовской знати в
избрании будущих великий князей Литовских (и королей польских), а также
совещание знати с великим князем. Таким образом, уния с Польшей (хотя бы
только личная или династическая), сделав власть вели­кого князя Литовского
избирательной, воспрепятствовала образованию в великом княжестве сильной
наследственной монархии и сделала литовскую аристократию распорядительницею
судеб государства. В великом княжестве Литовском создается ряд выс­ших
должностей по польскому образцу - воеводы, каштеляны, маршалки, гетманы,
канцлер. Польский язык и польское культурное влияние в среде литовской
аристократии начинают играть преобладающую роль. Часть русской аристократии,
стремясь приобщиться к власти и привилегиям господствующего слоя, принимает
католицизм и поддается полонизации, тогда как другая часть остается верна
своей вере и народности, и таким образом возникает в Литовско-Русском
государстве та национально-религиозная вражда и борьба, которой оно было
совер­шенно чуждо в XIV столетии.
     2. Великое княжество Литовское в ХV-ХVI вв. Внешние и внутренние отношения.
                      Национальная и религиозная рознь.                      
После смерти Витовта (1430 г.) началась борьба за великое княжение между
Свидригайлом Ольгердовичем, который опирался на сочувствие и поддержку
русских князей и бояр, и Сигизмундом Кейстутовичем, которого поддерживали
литовские паны. Сигизмунд победил, и в 1432 г. литовцы и польские послы
возобновили договор об унии, точнее, о совместном избрании государей.
Изданные Сигизмундом привилеи 1432 и 1434 гг. подтвердили права и привилегии
не только литовской, но и русской знати, но правом на занятие высших
должностей в государстве по-прежнему пользовались только католики.
Сигизмунд возбудил против себя неудовольствие знати, и в 1440 г. он был убит
заговорщиками. Преемником ему литовские паны выбрали Казимира «Ягеллочника»
(440-1492); русские зем­ли сначала отказались повиноваться ему, но затем одна
за другой покорились. В 1445 г. (после гибели польского короля Владислава в
битве с турками при Варне в 1444 г.) поляки выбрали Казимира своим королем, и
таким образом возобновилась лич­ная уния великого княжества Литовского и
королевства Поль­ского. В 1447 г. Казимир издал важный общеземский привилей,
который даровал или подтверждал князьям, панам и шляхте великого княжества
все права, вольности и привилегии, которые имеют князья, паны и шляхта
королевства Польского. Кроме личных прав, как свободное распоряжение имениями
и ненака­зуемость без судебного разбирательства привилей предоставлял шляхте
весьма важные социально-политические права и власть над крестьянским
населением ее имений; крестьяне и «подданные» шляхты освобождались от платежа
податей вели­кому князю и от исполнения рабочей повинности на него (кроме
устройства и починки дорог и мостов, имеющих военное значение); привилей
запрещал господарям «урядникам» принимать на земли великого князя подданных и
«невольных» людей шляхты и признавал вотчинный суд землевладельцев над своими
поддан­ными. Отказавшись от права, обложения государственными по­датями
частновладельческих имений и их населения, великий князь в будущем должен был
«выпрашивать у землевладельцев субсидии на нужды государства, а этим
последним дана была возможность добиваться от своего государя новых прав и
воль­ностей, клонившихся к ограничению его власти и значения» (Любавский).
Продолжительное пребывание Казимира в Польше (после то­го как он стал
польским королем) и поглощение его сил и внима­ния делами польской политики
способствовало дальнейшему ослаблению власти «господаря» в великом княжестве
Литовском. Состоящая из высшей аристократии господарская рада (совет)
приобретает самостоятельное правительственное значение, кото­рое формально
утверждается за ней привилеями великих князей Александра (1492 г.) и
Сигизмунда (1506 г.).
При отсутствии сильной и авторитетной великокняжеской власти Литовско-Русское
государство ослаблялось еще религи­озно-национальной враждой. С половины XV
в. борьба между католицизмом и православием усилилась в связи с попытками
осуществить в великом княжестве церковную унию. Высшая рус­ская аристократия,
остававшаяся православной, была недовольна сохранением старого установления
Гордельского привилея 1413 г., согласно которому высшие должности в
государстве могли занимать только католики. В 1481 г. несколько русских
князей составили заговор против короля и великого князя Казимира, но заговор
был раскрыт, и главные заговорщики были казнены, а один из них, князь
Бельский, бежал в Москву. С конца 80-х гг. XV в. русские князья верхнеокских
областей один за дру­гим переходят под власть великого князя Московского, и
по договору 1494 г. великий князь Литовский Александр (1492-1506 гг.) должен
был признать переход к Москве «отчин» князей Новосильских, Одоевских,
Воротынских, Белевских, Вяземских и др. В 1500 г. последовало отпадение
князей и областей Черниговских и Новгород-Северских, и по договору 1503 г.
великое княжество Литовское должно было уступить Москве еще 19 городов с их
областями.
Военно-политическое положение великого княжества Литов­ского в конце XV века
становится тем более затруднительным, что последнее испытывало натиск
враждебных соседей с двух  сторон: с востока его теснила Москва, а с юга на
его границы I производили опустошительные набеги крымские татары. Под
натиском  крымцев  южные  пределы  Литовско-Русского  государства отступили
на север, и широкая полоса причерноморских морских степей оказалась во
владении крымской татарской орды (под суверенитетом турецкого султана).
При Сигизмунде (1506-1544), который был великим князем Литовским и королем
Польским, Москва продолжала свой натиск на великое княжество, стремясь
оторвать от него земли с русским населением. В результате войны 1512-1514 гг.
Литва потеряла Смоленск, который великий князь Московский взял и удержал за
собой не без сочувствия и поддержки значительной части местного населения.
     3. Политический строй и административное устройство великого княжества
                             Литовского в XVI в.                             
     а) Господарь великий князь и центральный «уряды». В начале XV в, при
великом князе Витовте, власть литовского господаря была могущественной,
авторитетной и формально неограничен­ной.
Однако в течение XV столетия власть господаря постепенно слабеет и
ограничивается с разных сторон, прежде всего, начиная с городского привилея
1413 г., власть великого князя признается избирательной, а не наследственной,
и таким образом только лицо, угодное землевладельческой аристократии, могло
занять великокняжеский престол.
     б) Паны-рада. Боярский совет, или «рада», был при великих князьях
литовских с самого образования великого княжества.
Компетенция, или сфера деятельности, господарской рады была чрезвычайно
широка. Вместе с господарем она издавала законы («уставы»), вела
дипломатические сношения, принимала меры государственной обороны, разбирала
судебные дела, ведала государственные приходы и расходы и т.д. Но до 2-й
половины XV в. компетенция и власть панов-рады не была определена и
утверждена законом. При Казимире (1440-1492) политическое значение рады
возвышается, и она становится не только личным советом великого князя, но и
государственным советом великого княжества. В отсутствие господаря великого
князя (который был королем польским и большую часть времени проводил в
Польше) рада становится и признается - высшим правительством страны. Наконец,
с конца XV века рада превращается в учреждение, разделявшее с господарем
высшую власть, привилеи 1492 и 1506 гг. и Статут 1529 г. устанавливали
непременное и обязательное для господаря участие панов-рады в
законодательстве, управлении, суде и в дипломатических сношениях и таким
обра­зом формально ограничивали власть великого князя в пользу панов-рады.
     в) Великий вольный сейм. Зарождение «вальных», или общих, сеймов великого
княжества Литовского относится к началу XV в. Первоначально сеймы были только
как бы расширенными со­браниями панов-рады и присутствовавшая на сеймах рядовая
шляхта играла скорее роль зрителей или свидетелей, чем действующих лиц. При
Казимире на таких съездах является уже и шляхта из других - из русских -
областей великого княжества, а в течение 1-й половины XVI в. сеймы превращаются
из случайных съездов неопределенного состава в организованное государ­ственное
учреждение. Первоначально шляхта приглашалась на съезд поголовно и приезжал
тот, кто мог и хотел быть на сейме или, кто имея какую-либо тяжбу в высшем суде
господаря и па­нов-рады или иную какую-либо надобность до господаря. Одна­ко
ввиду неудобства и неопределенности такого способа шляхетского
представительства великий князь Сигизмунд в 1512 г. предписал произвести выборы
представителей («послов») от шляхты на сейм по 2 человека от каждого
административного округа и дать им полномочия для решения вопросов, подлежащих
обсуждению сейма. С этого времени избрание шляхетских «послов» на сейм (уже не
с совещательным, но с решающим го­лосом) входит в обычай и окончательно
устанавливается в сеймовой практике; рядовой шляхте не возбранялось и теперь
присутствовать на сеймах лично, но без права голоса.
Предметами компетенции великого вального сейма были пер­воначально два
вопроса: избрание господаря и заключение дого­воров об унии с Польшей.
Продолжительная и напряженная борьба с Москвою и татарами оказала с конца XV
века реши­тельное влияние на расширение деятельности и компетенции великого
вального сейма. При Сигизмунде (1506-1544) правительство, нуждаясь в военных
силах и денежных средствах, стало часто созывать вальные сеймы для обложения
земских имений податью на военные нужды (так называемая «серебщина»), и для
установления размеров военной службы с этих имений. Одобрение сеймом военных
«устав» и назначение «серебщины» из об­ласти практики перешли в право и в
1528-1529 гг. были признаны законом как нормальный порядок. Одновременно с
этим ве­ликий вальный сейм начинает принимать прямое и непосред­ственное
участие в законодательной деятельности.
     г) Областное управление. Литовско-Русское государство носи­ло характер
федерации областей и земель, сохранявших свое осо­бое областное устройство и
объединенных лишь верховной властью господаря великого князя и его панов-рады.
Собственно Литва (с примыкавшей к ней территорией Западной Белоруссии)
разделялась (после Городельского привился 1413 г.) на два воеводства -
Виленское и Троцкое. С юга и с востока к этой основ­ной области примыкали
несколько удельных княжеств Полесья, Чернигово-Северской земли и области
верхней Оки, которые были «обособленными политическими мирками» (Любавский).
Особо в административном отношении стояли крупные земли «аннексы»,
присоединившиеся (добровольно или вынужденно) к великому княжеству Литовскому:
Жмудская, Полоцкая, Витебская, Смоленская (до 1514 г.), Киевская, Волынская,
Подляшье и Подолье. После того как при Витовте были упразднены крупные
областные княжения, землями этими управляли назначаемые господарем наместники,
однако эти земли отнюдь не сливались в административном отношении с территорией
собственно Литвы.
Органом областного самоуправления были областные сеймы, сменившие древние
веча киевской эпохи. На этих сеймах прини­мали участие местные землевладельцы
и горожане («мещане»), последние в лице своих представителей; однако чем
дальше, тем больше землевладельческая шляхта играет на областных сеймах
преобладающую роль и превращает их в свои сословные органы, отделяясь от
мещанства.
Помимо высших областных правителей, воевод, органами местной администрации
были, назначаемые господарем, наместники-державцы, которые были, с одной
стороны, органами хо­зяйственного и финансового управления в обширных
господарских имениях, а с другой - судебными и административными ор­ганами
для бояр-шляхты, для населения господарских имений и для мещан
непривилегированных «мест» (городов).
В эпоху Ливонской войны и перед заключением Люблинской унии с Польшей местное
управление в великом княжестве Литов­ском было перестроено по польскому
образцу. Реформы 1564-1566 гг. ввели новое административное деление
государства - на 13 воеводств, подразделявшихся на 31 повет. Для управления
но­выми округами были созданы вновь должности 5 воевод и  каштелянов.
Воеводы были главными военными начальниками в своих округах и главными
судьями по важным уголовным делам. Кро­ме них военными начальниками были
каштеляны, а также маршалки и хоружие поветовые.
Судебную власть осуществляли особые «судовы старосты». В качестве
гражданского трибунала для шляхты был в каждом по­вете учрежден земский суд
из судьи, подсудка и писаря, назна­чаемых господарем из числа выбранных
местной шляхтой кан­дидатов.
     д) Магдебургское право в городах. Учитывая значение торговли и
промышленности для национального и государственного хозяйства и стремясь
поощрять их развитие, литовское прави­тельство с конца XVI в. начало
предоставлять городскому насе­лению более значительных «мест» самоуправление, в
формах так называемого магдебургского права, по немецко-польскому об­разцу.
Первым получила магдебургское право Вильна (1387 г.), затем в XV в.
магдебургское право получили Троки, Берестье, Ковно, Луцк, Кременец, Владимир,
Полоцк, Киев, Минск и Нов-городок, а в XVI в. магдебургское право получили и
другие, ме­нее значительные «места». Получившие магдебургское право города
освобождались от суда и управления общей администрации (воевод, старост и
наместников-державцев), а также от исполне­ния рабочих повинностей. Они вносили
в господарскую казну ежегодный «плат», а в распоряжение городского управления
поступали городские земли и угодья, разные доходные статьи и предприятия -
городские весы, бани, мельницы, мануфактурные магазины) и т.д., а также разного
рода торговые пошлины и сбо­ры. Кроме «плата» господарю города должны были
нести и военную повинность, выставляя в случае надобности известное количество
ратников из мещан.
Во главе городского управления стоял войт, который перво­начально назначался
господарем, с правом распоряжаться своей должностью (отчуждать или передавать
по наследству). Однако с течением времени города выкупили наследственные
войтовства, и эти должности стали выборными. Войт сообща с населением места
избирал советников в количестве 6, 12 или (как в Вильне) 24 человек; а радцы
избирали из своей среды на год бурмистров, двух, четверых или шестерых -
половину «римского закона» (т.е. католиков) и половину «греческого» (т.е.
православных). С этими бурмистрами войт вел все дела в городе - судебные,
административные и хозяйственно-финансовые.
     
     
          4. Социальный состав населения. Шляхта и крестьянство.          
Высший слой литовской и русской аристократии, или первый «стан» шляхетского
сословия, составляли около 70 фамилий княжеских и панских. Князья - потомки
бывших удельных князей - были преимущественно в русских землях (особенно на
Волыни), где они владели обширными вотчинами, иногда целыми округа­ми,
включавшими и небольшие «места» (города).
В собственно Литве, Жмуди и Подляшье были сосредоточены обширные имения
литовских панов. Князья и паны в Литовско-Русском государстве представляли
собой крупнейшую военную, социально-политическую и финансовую силу.
За князьями и панами следовал обширный класс литовско-русского шляхетства,
или бояр-шляхты (которые в западных об­ластях носили польское название
«земян»).
Первоначально литовско-русская шляхта не обособлялась резко от других
сословий; она соприкасалась, и частью сли­валась, с верхними слоями слуг и
крестьян, но к XVI в. сословное обособление шляхты достигло значительных
успехов. В 1528 г. был составлен список «земских» имений, владельцы которых
должны были нести военную службу, и включение в этот список было
доказательством шляхетского состояния.
Кроме бояр-шляхты господарской, на землях князей и панов проживали их бояре и
вольные слуги, которые составляли их во­енные «почты»; они так же, как и
бояре господарские, владели имениями различного юридического характера.
Некоторые из них имели даже своих бояр и слуг.
Социально-политический строй великого княжества Литов­ского носил, таким
образом (в отличие от Московского госу­дарства), все характерные черты
западноевропейского средневе­кового феодализма: раздробление государственной
власти между землевладельцами, система частного подданства и иерархическая
лестница вассалов с сувереном, великим князем, наверху этой лестницы.
     Сельское население. В обширных господарских имениях нахо­дились
многочисленные дворы и дворцы, т.е. сельскохозяйствен­ные усадьбы с челядью
дворною, скотом, инвентарем и различ­ными запасами. Сельское население
господарских имений (господарские «люди», «подданные» или «мужики») делились на
несколько разрядов; самым многочисленным из них в тех имени­ях, где велось
господарское хозяйство были тяглые люди, имевшие свое хозяйство и обязанные
барщинной работой на господарских полях. Помимо барщинной повинности (и в
раз­личных сочетаниях с нею) крестьяне господарских имений пла­тили натуральные
подати. Барщинное великокняжеское хозяй­ство достигло наибольшего развития в
собственно Литве и прилегающей к ней Руси; в других областях преобладали
крестьяне-«данники», которые, обрабатывая господарскую землю, платили господарю
«дань» - денежную («грошовую», или «серебряную») или натуральную (житную,
медовую, пшеничную, бобровую, куничную).
Земельные участки, находившиеся во владении господарских. . крестьян,
отличались значительным разнообразием размеров и хозяйственного состава. В
большинстве случаев крестьянские земли и угодья находились во владении
крестьянских товари­ществ, образовавшихся из разросшихся семей с вошедшими в
их состав «потужниками», «дольниками» или «сябрами» из посторонних.
Крестьяне, которые были наследственными владельцами своих участков («отчины»)
или которые «сидели» на своих участках в течение продолжительного времени
(люди «заседелые», «известные», «старожильцы»), считались уже людьми
«непохожими», т.е. потерявшими право свободного вы­хода. Однако их
прикрепление не было безусловным. Крестьянин- старожилец мог освободиться от
прикрепления, сдав или продав свою «отчину», и в действительности такая сдача
или. продажа господарскими крестьянами их участков практикова­лась в широких
размерах. Кроме «непохожих» крестьян-отчичей в господарских имениях жило
немало врльных, или «похожих», людей, которые занимали на льготных условиях
новые земли (пустовщины) и обеспечивали себе право выхода особым дого­вором
или поступали в «дольники», «потужники» и «подсуседки» к зажиточным
крестьянам; в последнем случае они имели дело со своими «господами»-
крестьянами, с которыми они заключали свои договоры, а не с господарской
.администрацией непосред­ственно.
Кроме крестьян и челяди многочисленную категорию насле­дия господарских
имений составляли слуги; по экономическому положению они стояли близко к
тягловому крестьянству.
В 50-х гг. XVI в. правительство Сигизмунда-Августа провело крупную аграрную
реформу в собственно Литве, в Черной Руси, на Подляшье, в Полесье и в
западной части Волыни. Это была так называемая «водочная помера» и «волочная
устава» (1557 г.). Реформа имела целью ввести порядок и однообразие в
крестьян­ское землепользование и в соответствии с этим регулировать
крестьянские платежи и повинности. Все господарские земли бы­ли измерены,
разделены на «волоки» (участки около 2- гектаров) и распределены между
крестьянами, причем в «номеру» забирались все крестьянские участки - и
наследственные, и купленные; волочная «устава», таким образом, игнорировала
все землевладельческие права крестьян, - «крестьянское землевладение было
аннулировано как таковое; признано было только одно крестьянское
землепользование» (Любавский). С другой стороны, волочная «устава» более
прочно прикрепила крестьян к их тяг­лым участкам, поставила их в более тесную
зависимость от гос­подарской администрации и почти уничтожила возможность
крестьянских переходов.
На землях частных владельцев - князей, панов и бояр-шляхты - также находились
панские дворы, обслуживаемые челядью дворною; крестьяне панских имений также
делились на «похожих» и «непохожих», здесь также действовал принцип
старожильства, прикреплявший крестьян к месту их жительства, и здесь еще
раньше, чем на землях господарских, крестьяне потеря­ли право перехода и
превратились в крепостных «подданных», «отчизных» или «невольных людей»,
подчиненных вотчинной юрисдикции своих господ.
            5. Ливонская война, Люблинский сейм и уния 1569 г.            
Вторжение московских войск в Ливонию и страшное опустошение ими страны
вынудили Ливонию просить помощи великого княжества Ли­товского и отдаться под
его протекторат. В результате великое княжество Литовское вступило в тяжелую
и продолжительную борьбу с Москвой. Борьба эта потребовала от Литовско-
Русского государства крайнего напряжения военных и финансо­вых сил. В 1563 г.
московские войска взяли Полоцк, и правительство Сигизмунда-Августа увидело
невозможность справиться с Москвой собственными силами. Внутри страны оно
вынуждено было пойти навстречу сословно-политическим домогательствам
литовско-русской шляхты (реформы 1564-1566 гг.), но помимо этого ему
необходима была военная помощь извне, и оно вы­нуждено было начать переговоры
с Польшей об унии. Рядовая литовско-русская шляхта теперь желала унии «как
единственного выхода из своего положения, единственного средства к
облегче­нию себе несносных «бремен» войны» (Любавский).
На общем Люблинском сейме 1569 г. сначала возникли резкие споры и разногласия
между поляками и литовскими послами, и последние покинули Люблин. Тогда
поляки, сознавая свою силу и видя бессилие Литвы, принудили Сигизмунда-
Августа коро­левскими «универсалами» объявить аннексию (которая была названа
«Возвращением» Польше) Подляшья, Волыни, Киевщины и Подолии. Литовцы были
вынуждены капитулировать, их пос­лы возвратились в Люблин, и 1 июля 1569 г.
был подписан акт унии согласно которому великое княжество Литовское и корона
Польская составляют одну «Речь Посполитую» с общим, совместно избираемым,
государем, с общим сенатом и сеймом и сообща ведут внешнюю политику.
В действительности великое княжество Литовское и после Люблинской унии не
слилось с Польшей в одно государство, а сохранило в значительной степени свою
государственную осо­бенность и самобытность: сохранился особый литовский
сенат (паны-рада) и особый сейм, сохранились особые правительственные
должности («уряды»), отдельной войско и свои законы (в 1588 г. был издан 3-й
Литовский статут, по-прежнему на рус­ском языке). Однако Люблинская уния все
же оказала значитель­ное влияние как на внутренний строй и быт, так и на
внешнее положение великого княжества Литовского. Новое устройство
правительственных органов в великом княжестве создано было в 1564-1566 гг.
всецело по польскому образцу, и вскоре шляхта ве­ликого княжества Литовского
стала в социально-политической жизни страны таким же господствующим
сословием, каким была шляхта в Польше. С другой стороны, польское культурное
влияние в великом княжестве (а тем более в аннексированных облас­тях) все
более усиливалось и приводило постепенно к полониза­ции не только литовской,
но и русской шляхты, создавая таким образом отрыв последней от русского
православного населения. Наконец, потеря четырех обширных и важных областей
(около половины всей территории) чрезвычайно ослабила великое кня­жество
Литовское и почти лишила его самостоятельного значе­ния в международно-
политических отношениях.
                                ЛИТЕРАТУРА                                
1. Пособие по истории России: с древнейших времен до начала ХХ века. Санкт –
Петербург, Тригон, 1996г.