Каталог :: История

Реферат: Казанский Кремль

                         Казанский Кремль                         
            Маршрут проходит через древнейшую часть Каза­ни — Кремль.            
На месте Казанского кремля, расположенного на мысу высокой террасы левого
берега р. Казанки, первые укрепления возникли в глубокой древности. К началу
1 тысячелетия до н. э. относятся следы поселения ананьинской культуры на
северо-восточ­ной оконечности мыса. В XII веке, в феодальное время, здесь
основывается булгарская крепость, зани­мавшая площадь около 20 тысяч кв. м.
Юго-восточные ее пределы доходили до так называемого Тезицкого (купеческого)
оврага, а северо-западные и западные ограничивались оврагом, идущим ныне к
Тайницкой башне. Еще в ту пору, очевидно, возникла легенда о Зиланте —
огнедышащем змее, изображенном на казанском гербе.
     Татарские легенды и предания об основании Казани сообщают, что на месте, где
был заложен город, якобы было очень много змей и среди них особенно выделя­лась
большая крылатая змея-дракон. На битву с этим змеем вызвался богатырь. Долго
бились змей и бога­тырь на коне. Змей-дракон одолел богатыря и рассек его на
шесть кусков, но и сам погиб, раненный отрав­ленным копьем богатыря.
На самом деле эта легенда имеет более глубокие корни. Такие легенды были
характерны для окраинных крепостей Волжской Булгарии. Змеи-драконы, судя по
легендам, охраняли Чертово городище у Елабуги, город Джукетау у Чистополя,
булгарский город в устье р. Зай и т. п. Очевидно, такие легенды были
придуманы бул­гарами для устрашения врагов.
По преданиям, в честь победы над драконом его изображение было избрано
булгарским царем в качест­ве герба города. Первоначально, так же как и на
гербе Биляра — столицы Булгарии домонгольского периода, это было изображение
четырёхногого крылатого суще­ства с высунутым жалом. Такие изображения
сохрани­лись на самых ранних дошедших до нас казанских гербах, например, на
печати Лжедмитрия I и гербовом знамени царя Алексея Михайловича XVII века. В
1730 году по императорскому указу был утвержден следую­щий облик казанского
герба — «змей черный, под ко­роною золотою казанскою, крылья красные, поле
бе­лое».
В XIV—XV вв., когда Казань становится центром княжества, размеры Кремля
несколько увеличи­ваются. Его укрепления уже охватывают всю север­ную и
северо-западную части современного Кремля, отграничивая, таким образом,
площадь около 60 тысяч кв. м. Кремль ханской Казани (с 1445 по 1552 гг.) был
на треть меньше современного и зани­мал площадь более 90 тысяч кв. м. В
Кремле, по описаниям  современников (князь Курбский, автор «Казан­ской
истории» и другие), были не только дере­вянные, но и каменные здания —
мечети, ханские усыпальницы, царский дворец.
Археологическими раскопками в центральной части древнего Кремля выявлены
остатки различных деревянных домов (мастерские кузнеца, меднолитей­щика и
пр.), а также древние строительные горизон­ты каменных построек.
Сама крепость была обнесена деревянной стеной, достигавшей 5-6 м в ширину и
7-8 м в высоту. Стены сооружались из дубовых бревен, сложенных в виде срубов,
внутрь которых засыпали землю и камень. На стенах стояли деревянные башни
(Аталыкова, Тюменская, Нур-Али, северо-восточная, Большая въезжая),
исполнявшие одновременно и роль охраняемых проездов.
Более двух месяцев (с августа по 2 октября) дли­лась в 1552 г. осада Казани.
Подожженная со всех сторон, она пала. Следы осады города в виде мощ­ных
углистых полос, отделяющих древние напласто­вания Казани от слоев второй
половины XVI и бо­лее поздних веков, также выявлены при археоло­гических
раскопках.
После взятия Казани в 1552 г. Иваном Грозным очертания Кремля приобретают
современный вид. Общая его площадь достигает 120 тысяч кв. м. В XVI-XVII вв.
здесь строится ряд каменных зданий, преж­де всего церквей (Благовещенский
собор, церковь Киприана и Устиниа и др.), крепостных (Спасская, Тайницкая и
др.) и сторожевых (Сююмбике) ба­шен. К XIII—XIX вв. относится сооружение
осталь­ных зданий (бывшие присутственные места, ар­хиерейский и
губернаторский дома, училище и пр.).
Кремль в большой степени определял внешний вид Казани и впоследствии. Вид
кремлевских стен и ба­шен позволил Тарасу Шевченко, бывшему в Казани проездом
в сентябре 1857 года, записать в дневни­ке: «Как издали, так и вблизи...
Казань чрезвычай­но живо напоминает собою уголок Москвы..., на каждом шагу
видишь влияние белокаменной...»
Стены и башни Кремля в 1774 г. были свидетеля­ми осады войск Е. Пугачева.
11—12 июля 1774 г. к стенам Кремля тремя по­токами — по верхней части города
от Арского поля, по нижней части — от Суконной слободы, через Булак от
Татарской слободы — подошли восставшие. Свои пушки пугачёвцы установили
напротив Крем­ля у стен Гостиного двора (ныне здание Госмузея ТАССР) и оттуда
открыли прямой наводкой стрель­бу по его каменным стенам. Лишь подоспевшие
цар­ские войска вынудили Е. Пугачева снять осаду.
С 1709 по 1917 гг. в Кремле располагались уч­реждения Казанской губернии, в
том числе и гу­бернаторский дворец. В ночь на 26 октября 1917 г. он был взят
рабочими-красногвардейцами и револю­ционными солдатами, установившими в
Казани Со­ветскую власть.
Осмотр Кремля начинаем со Спас­ской башни и с южных стен, постав­ленных еще в
XVI в.
     Спасская башня — главная проездная башня кремлевских стен. Начало ее
строительства относится к 1556 г., когда псковские каменщики с мастерами
Постником Яковлевым по прозвищу Барма и Иваном Ширяем, начали возводить
белока­менный Казанский кремль.
Первоначально башня, названная Спасской по на­ходившейся с северной стороны
каменной церкви Спаса, имела в основании квадрат (23x23 м) и тол­стые в 2,25
м стены, сложенные из белого камня. Это была невысокая двухъярусная дозорно-
проездная башня, покрытая шатровой крышей с дозорной вышкой. Устройство
последней напоминает дозорную вышку башни Сююмбике и завершения минаретов
татарских мечетей. Проезд был коленчатым с желез­ными воротами и опускающейся
решеткой. Ворота были защищены отводной стрельницей — галереей, имевшей
бойницы, как на соседней крепостной стене.
Почти до середины XIX в. перед башней нахо­дился глубокий крепостной ров,
через который к главным воротам вел мост, вначале деревянный подъемный, а с
конца XVIII в. - белокаменный. В конце XVII в. башня надстраивается двумя
кир­пичными восьмигранными ярусами и шатром и при­обретает современные
очертания. В 1857 г. коленча­тый проезд заменяется прямым проездом, ров
засы­пается. Еще в конце XVIII в. на башне были устрое­ны музыкальные часы. В
настоящее время рабо­тают электрические часы, колокол, который отби­вает
время, а вечером и ночью бой часов сопровож­дается сполохами малинового
цвета. На шпиле баш­ни установлена позолоченная звезда.
От башни вправо и влево идут кремлевские стены, имеющие общую протяженность
1750 м. Из них 600 м (большая часть в южной, меньшая — в северной стороне)
были выложены псковскими мастерами из белого камня в 1556—1568 гг. Осталь­ные
вначале были деревянными, в XVII в. достраи­вались из кирпича. Высота стен
достигает 6,5 м, ши­рина 3 м. По наружному краю верха шла неширокая до 2 м
высотой стенка со стрельницами, через которые можно было наблюдать за
неприятелем и отражать его нападение. Для усиления обороны по углам стен и
над воротами были поставлены башни. В XVI—XVII вв. их было 13, к настоящему
време­ни сохранилось восемь — Спасская проездная, Юго-западная наугольная,
Преображенская, Северо-запад­ная угловая, Тайницкая, Воскресенская,
Консистор­ская и Юго-восточная. В целом Казанский кремль в XVI—XVII вв.
производил весьма внушительное впечатление. Джеймс Флетчер, голландский
послан­ник, писал в XVII в.: «Четыре крепости: Смолен­ская, Псковская,
Казанская и Астраханская — по­строены весьма хорошо и могут выдержать всякую
осаду, так что их почитают даже неприступными».
В настоящее время казанские реставрационные мастерские ведут реставрацию
кремлевских стен. Уже отреставрирована часть юго-восточного прясла — здесь
восстановлены зубцы и перекрытие верхнего хода по стенам.
Многое видели кремлевские стены — восстание казанских низов в 1611 г. против
бояр, казни кре­стьян, участвовавших в движении Степана Разина 1670—1671 гг.,
осаду в июле 1774 г. войсками Е. Пу­гачева, расстрел белогвардейцами в 1918
г. казан­ских коммунистов — Я. С. Шейнкмана, А. Хатаевич и др.
От Спасской башни к северной оконечности Крем­ля пройдем по улице Шейнкмана,
длиной около 600 м, названной в честь первого секретаря Казан­ского губкома
РКП(б), председателя Казанского Со­вета в 1917—1918 гг., посланца уральской
партий­ной организации Я. С, Шейнкмана, убитого в 28 лет белогвардейцами.
     Яков Семенович Шейнкман, революционер-ленинец, соратник и друг Я. М.
Свердлова, прибыл в Казань в августе 1917 года, где сразу включился в
напряженную партийную работу. Я. С. Шейнкман был избран предсе­дателем
большевистской  фракции Казанского Совета рабочих, солдатских и крестьянских
депутатов. Социалистическая революция застала его в Петрограде, куда он был
вызван по распоряжению ЦК. Шейнкман участвует в работе следственной комиссии по
делам арестованных министров Временного правительства, цар­ских генералов.
Вскоре он возвращается в Казань и в ноябре 1917 года становится председателем
Казанского губернского Совета рабочих, солдатских и крестьян­ских депутатов.
Все свои силы Я. С. Шейн-кман отдает напряженной борьбе по организации и
упрочению Советской власти в губернии. Когда 6 августа 1918 г. белогвардейцы и
белочехи временно захватили Казань, он вместе с другими коммунистами был
арестован, а затем расстрелян у стен Кремля.
В XVI—XVIII вв. современная улица Шейнкмана называлась Большой. В XVIII —
начале XIX вв. это была единственная, мощенная камнем, улица го­рода. По
левой ее стороне располагались постройки Спасо-Преображенского монастыря и
церкви Киприана и Устиниа, а по правой — цейхгауз и гауптвахта. Последняя,
надстроенная в XIX в. и сохранив­шаяся в виде трехэтажного дома справа от
входа в Кремль, служила местом заключения руководите­лей казанских
большевиков, революционных рабочих и солдат в августе 1918 г.
Далее по правой стороне улицы Шейнкмана тя­нется длинное двухэтажное здание с
несколькими проездами, построенное в 1780—1785 гг. казанским архитектором В.
И. Кафтыревым и оформленное в типичном стиле казенных строений конца
XVIII—начала XIX вв. Раньше здесь находились присут­ственные места и
губернское правление.
Примерно в районе первых проездных ворот этого здания в XV—XVI вв. проходил
ров и крепостная стена татарской Казани. Он был еще виден во второй половине
XVI и начале XVII вв. До этого рва в 1568 г. были доведены с юга каменные
стены Кремля. Ото рва на север площадь Кремля расширя­лась до 260 м и уже
имела несколько параллельных улиц — Сергеевскую, Большую, Дмитриевскую и
Бла­говещенскую.
По левую сторону улицы Шейнкмана почти до конца Кремля тянется трехэтажное
здание, построен­ное в 40—50-е гг. XIX в. по исправленному Ни­колаем I
казарменному проекту. В 20-е годы XX в. здесь располагалась татаро-башкирская
военная школа, позднее Казанское пехотное училище, кото­рым командовал Герой
Советского Союза генерал-полковник М. П. Кирпонос, погибший при обороне Киева
в 1941 г. Маршал Г. К. Жуков характеризовал М. П. Кирпоноса как
первоклассного командующего войсками. На стене здания в память о М. П.
Кирпоносе установлена мемориальная доска. В XVIII — первой половине XIX вв.
между кремлевской стеной и местом описываемого здания нахо­дился арсенал, где
в 1812—1815 гг. располагался один из крупнейших в России пушечных заводов.
Здесь чинились поврежденные пушки, привозимые из армии, изготовлялись новые
орудия и устройства к ним.
Направо по улице Шейнкмана перед небольшим сквером возвышается белое здание
бывшего Благо­вещенского собора — одного из древнейших сооружений
Казани. Еще в октябре 1552 года через несколько дней после взятия города Иван
Грозный заложил на этом месте деревянную церковь. В 1555 г. была организована
Казанская епархия, а в 1556 г. под руководством псковских мастеров Ивана Ширяя
и Постника Яковлева началось сооружение на месте деревянной церкви
белокаменного пятиглавого шестистолпного собора с пятью апсидами. Здание было
построено к 1562 г., на его возведение, как сообщает Казанская писцовая книга
того времени, было из­расходовано «1148 рублей 24 копейки с полушкою, да железа
куплено на 100 рублей».
В формах и конструкции собора ощущается влия­ние стилей псковского (трактовка
апсид, орнамен­тальная обработка барабанов), владимирского (архи­тектура под
окнами барабанов и стен) и московского (килевидные завершения верха стен)
зодчества. Вну­три здания потолки опирались, как и в Успенском соборе
Московского кремля, на круглые колонны, а переход к главному куполу оформлен
тромпами, характерными для мусульманского зодчества. Воз­можно, так были
оформлены переходы в большой казанской мечети Кул-Шариф, имевшей пять
мина­ретов и вмещавшей одновременно более тысячи чело­век. Во второй половине
XVI века руины этой мече­ти упоминаются в письменных источниках рядом с
Благовещенским собором. В 1691, 1736 гг. собор подвергся перестройкам, а в
1835—1843 гг. с запа­да к собору приделали огромный пристрой.
Как писал один из историков Казани, «в течение трех веков прикосновение руки
людей, не обладав­ших вкусом и умением древних наших зодчих», пол­ностью
исказило один из шедевров русского зодче­ства XVI века. Еще более безобразный
вид он приоб­рел в XIX веке, когда с восточной стороны собор переходами
соединили с двухэтажным (третий этаж надстроили в 30-е годы XX в.)
архиерейским домом. Южнее архиерейского дома располагалось здание духовной
консистории, которая проводила безжалостную политику христианизации в Среднем
Поволжье.
От здания бывшей духовной консистории на во­сток открывается панорама
набережной Казанки, улиц Б. Красной, Федосеевской. Среди оставшихся от XIX в.
деревянных зданий, корпусов и стен быв­шего Казанского монастыря возвышаются
новые постройки жилых домов, школ, административных зданий.
Непосредственно около стены располагается ком­плекс зданий казарменного типа
(ул. Батурина, 7), где в XIX — начале XX вв. находилась пересыльная тюрьма. В
XVIII в. здесь стояла обнесенная высоким забором деревянная так называемая
«черная» тюрь­ма при губернской канцелярии, где был заключен яицкий казак
Емельян Пугачев, бежавший отсюда в мае 1773 г. и возглавивший большое
восстание ка­заков, крестьян и уральского работного люда. В де­кабре 1887 г.
сюда, уже в каменную пересыльную тюрьму, вместе с 33 другими студентами
Казанского университета был доставлен под охраной жандармов Владимир Ульянов.
В июле 1889 г. после разгрома одного из первых в России марксистских кружков
в эту тюрьму был помещен руководитель кружка Н. Е. Федосеев, которого
впоследствии В. И. Ленин охарактеризовал как «необыкновенно талантливого и
необыкновенно преданного своему делу револю­ционера». Почти напротив
описанного здания от нижней части кремлевского холма начинается ули­ца имени
Н. Е. Федосеева (Федосеевская, в прошлом Нижне-Федоровская и Засыпкина), в
одном из домов которой (дом Воротникова) 1 декабря 1887 г. прохо­дило
конспиративное совещание студентов универси­тета и ветеринарного института.
На нем обсуждался план проведения студенческой сходки, активным участником
которой был и Володя Ульянов.
К северу и северо-востоку от Благовещенского собора находятся сад и
двухэтажное здание. При­мерно на этом месте до 1552 г. располагался ханский
двор, огороженный высоким забором, — казанский «вышград». Археологические
раскопки, проведенные в 1973—1975 гг., показали, что здесь же находилась и
древнейшая Казань.
Одним из наиболее примечательных архитектур­ных памятников Кремля и Казани
является леген­дарная башня Сююмбике, ставшая своеобраз­ным символом
города. Это сложенная из большемерного красного кирпича, характерного для XVII
ве­ка, семиярусная башня высотой в 58 м (70 м над уровнем Казанки). Нижние три
яруса прямоуголь­ной формы. Они завершаются открытыми круговыми террасами и
невысокими парапетами по краям. Пер­вый ярус, занимающий площадь в 140 кв. м,
имеет проездные ворота. Интересно оформление его лице­вых стен колоннами,
завершенными, как и в булгарских постройках, капителями в виде
консолей-сталактитов. Четыре верхних этажа восьмигранные, причем шестой имеет
характер усеченного шатрово­го покрытия, завершенного также восьмигранной
дозорной вышкой-фонарем. Последняя напоминает завершения татарских мечетей как
каменных, так и деревянных. Ближайшие аналогии мы можем наблю­дать в Боровицкой
башне Московского кремля, по­строенной в XVII в. и являвшейся, как и башня
Сююмбике, дозорной вышкой. Археологические исследования, проведенные в районе
фундамента баш­ни, показали, что он заложен уже в русском слое. Поэтому время
сооружения этого великолепного зда­ния надо отнести к XVII в., может быть, к
1645 г., как об этом писал татарский просветитель Каюм Насыри. Вместе с тем
указанные булгаро-татарские параллели дают основание полагать участие в его
строительстве и татарских мастеров.
Название башни легендами связано с именем ка­занской царицы Сююмбике — дочери
ногайского мурзы Юсуфа и жены трех последних казанских ца­рей: Джан-Али,
Сафа-Гирея и Шах-Али. Она была привезена в Казань в 1532 г. и здесь
находилась до 1551 г., когда вместе с малолетним сыном Утямыш-Гиреем была
отправлена в Москву.  По описанию очевидцев, «народ казанский с большой
скорбью про­водил царицу», мечеть же, где был погребен опла­киваемый ею муж
Сафа-Гирей, была названа ме­четью Сююмбике. Возможно, остатки мечети
находи­лись рядом с позднее построенной башней, на кото­рую традиционно и
перешло название.
     Есть и более поэтические легенды о названии баш­ни. Одна из них гласит, что
Иван Грозный, услышав о красоте и обаянии казанской царицы Сююмбике, при­слал в
Казань послов с предложением ей стать москов­ской царицей. Но гордая Сююмбике
отвергла царскую руку. Разгневанный царь пришел с огромным войском под город,
осадил его. Тогда красавица согласилась выйти замуж, но в качестве свадебного
подарка попро­сила построить за семь дней в Казани самую высокую башню.
Началось спешное строительство — в первый день построили первый, самый большой
по размерам, ярус, во второй день — второй и т. д. Наконец, к исхо­ду седьмого
дня башня была построена и начался сва­дебный пир. Сююмбике попросила
разрешение поднять­ся на самый верх башни, чтобы обозреть город и по­прощаться
с его горожанами. Когда царица поднялась на башню, то, не имея сил расстаться
со ставшим ей близким и родным городом, она бросилась вниз, на острые камни.
Народ в память о последней казанской царице назвал башню ее именем.
Ныне силуэт башни часто используется как ар­хитектурная эмблема города — ее
мы видим на от­крытках, значках, сувенирных изделиях. Башня Казанского
вокзала в Москве более или менее точно воспроизводит башню Сююмбике, что,
очевидно, по замыслу архитектора, должно было указывать на­правление железной
дороги.
Рядом с башней Сююмбике находится квадратное двухъярусное здание бывшей 
дворцовой церкви, построенное, по мнению ряда исследователей, на месте так
называемой Муралеевой (искаженное имя Нур-Али, влиятельного казанского князя)
мече­ти. На старинном плане Казани 1708 г. на этом месте показана «церковь,
обращенная из мечети». Фундамент здания, сложенный из крупных отесан­ных
известняковых блоков, напоминает фундамент булгаро-татарских построек.
В 1849 г. казанский архитектор А. И. Песке про­извел реставрацию церкви и
соединил ее крытой галереей с построенным в 1845—1849 гг. по проек­ту
московского архитектора К. А. Тона (создателя Большого Кремлевского дворца в
Москве) губер­наторским дворцом. Это здание построено в характерном для конца
николаевской эпохи лож­ном византийско-русском стиле. Здесь после
Фев­ральской революции 1917 г. одно время находился Казанский Совет рабочих,
солдатских и крестьянских депутатов.
От башни Сююмбике в конце улицы Шейнкмана спустимся по пологому склону к
Тайницкой башне. Археологические раскопки показали, что в конце спуска в
XV—XVI вв. проходила кремлев­ская стена татарской Казани, а на месте
Тайницкой стояла так называемая Муралеева башня с проезд­ными воротами. В
1556—1560 гг. при строительстве нового кремля здесь также была поставлена
проезд­ная башня, названная по имени располагавшейся в башне церкви
Воскресенской. Однако это название вскоре было забыто, поскольку здесь, как
считалось в народе, в 1552 г. от Муралеевой башни был про­рыт осажденными
подземный ход к тайному ключу. До 30-х годов XX века этот ключ еще выбивался
несколько восточнее башни. В сентябре 1552 г. тай­ный ход был взорван
подкопом, проведенным на расстоянии 80 саженей (160 м)от так называемой
Даировой (Тахировой) каменной бани, располагав­шейся на берегу одного из
рукавов Булака под го­родской стеной. По описаниям очевидцев, подкоп вели в
течение 10 дней казаки отряда Ардашева под руководством английского инженера
Бутлера. На десятый день в конце подкопа услышали голоса людей, ходивших
тайным ходом к ключу. Тогда осаждавшие вкатили 11 бочек с порохом и взорвали
подземный ход и часть кремлевской стены.
В современном виде Тайницкая башня оформилась в XVIII в. Это двухъярусная
постройка с шатровым покрытием и коленчатым проездом в нижней части. Под
первым ярусом располагалась подземная часть с бойницами, выходившими в
сторону Казанки. Ар­хитектурная обработка башни, особенно парапета нижнего
яруса, относится к XVII в. и напоминает декор парапета нижних ярусов башни
Сююмбике.
Через коленчатый проезд выйдем к набережной Казанки и вдоль кремлевского
откоса пройдем к ул. Баумана. По лестнице с левой (северо-западной) стороны
кремлевского холма поды­мемся вверх — вновь к кремлевским стенам.
Остано­вимся наверху. Отсюда открывается красивая пано­рама Казанки и
заречных районов города.
Небольшая до 1956 г. река Казанка, берущая на­чало примерно в 80 км северо-
восточнее Казани, в своей приустьевой части в 1957 г. превратилась в широкое
водное зеркало — сюда подошла большая вода водохранилища сооруженной у
Жигулей ГЭС им. В. И. Ленина. В 1952—1957 гг. в Казани, мно­гие районы
которой расположены на низменных местах левого берега Волги, были проведены
боль­шие работы по строительству комплекса сооружений для защиты города от
подтопления. Весь город со стороны Волги и Казанки опоясался системой дамб,
имеющих в основании ширину не менее 30 м, а в вершине 5—10 м при высоте до 20
м. Для сооруже­ния их было намыто около 10 миллионов кубометров грунта,
откосы замощены камнем и забетонированы, а верхние площадки заасфальтированы.
Каменным островком на водной глади возвы­шается оригинальный памятник
погибшим воинам, построенный в 1820—1830 гг. по проекту архитекто­ра Н.
Алферова — ученика знаменитых А. Воронихина и Ч. Камерона. Летописи и
предания гласят, что на этом месте, на небольшом холме левого берега Казанки,
примерно в 2 км от Кремля, стоял шатер Ивана Грозного, осаждавшего Казань.
После взятия города все павшие (их не разбирали - здесь были и русские, и
татары, и марийцы) были погребены в братской могиле на этом холме, получившем
назва­ние «убогого дома». До начала XIX в. над могилой стояла деревянная
часовня. В 20—30-е годы на сред­ства, собранные по всей России, под
наблюдением казанского архитектора А. К. Шмидта был построен памятник в виде
усеченной пирамиды с квадратным основанием. С четырех сторон пирамиды
выступают порталы, опирающиеся на колонны дорического сти­ля. Основание
пирамиды было обложено камнем, а в 1951—1956 гг. здесь были проведены
защитные работы, позволившие оставить памятник среди воды.
Продолжим наше путешествие вдоль кремлевских стен. Под нами справа
протянулась улица Баумана, а в далеком прошлом здесь весной — в мае месяце
каждого года бурлила знаменитая казанская ярмар­ка «Ташаяк» («Каменная
чаша»). По преданиям, в центре ярмарки, на которую съезжались тысячи купцов
из разных стран, стояла большая каменная чаша, куда собирали базарную подать.
К ярмарке из города выходили через Тюменские и Аталыковы ворота. Между этими
воротами и был произведен в конце сентября 1552 г. еще один взрыв-подкоп.
В память этого взрыва-пролома улица, идущая между кремлевским холмом и
Булаком, получила название Проломной (ныне ул. Баумана).
Пройдем вдоль западных стен Кремля. Некогда они были построены из толстых
дубовых бревен и представляли собой ряд больших срубов шириной до 8 м,
заполненных внутри утрамбованной глиной с камнями. Автор-летописец «Казанской
истории» (XVI в.) пишет: «Град же Казань тверд бяше паче меры, подобен
каменной горе, стена дубовая рубле­ная и в целых древесах, а в городки сыпав
ил да хрящ». На верху стены, имевшей высоту 8—10 м, шли покрытые крышей
стрельницы. В стенах стояли и четырехугольные деревянные башни с шатровыми
завершениями.
В 1556—1560 гг. западная стена вновь возведен­ного Кремля еще в основном
оставалась деревянной, но к рубежу XVI—XVII веков ее уже отстроили из кирпича
и белого камня. Она представляла доволь­но сложное для своего времени военно-
инженерное сооружение. Высота ее достигала 8—10 м, а толщи­на местами
доходила до 6 м. В нижней, наиболее толстой части с внутренней стороны стены
были устроены ниши с арочным верхом и бойницами для пушек. Рядом с каждой
нишей находились спе­циальные камеры, в которых хранились порох, ядра, бочки
со смолой, камни и прочие нужные для обо­роны припасы. В верхней части стены
через равные промежутки расположены скошенные книзу щели-стрельницы, через
которые вели наблюдения и обо­ронялись защитники крепости.
До конца XVIII века на западной стене находилось 5 башен — круглая северо-
западная, круглая безы­мянная, многогранная, Преображенская-проездная,
круглая юго-западная. До наших дней сохранились три   башни — северо-
западная, Преображенская и круглая юго-западная. Круглые башни в XVIII в.
имела вид, восстановленный в настоящее время на основе   юго-восточной башни.
Остальные, разрушенные во время осады Кремля Пугачевым, в начале XIX века
были разо­браны. Круглые башни в прошлом были без кониче­ских покрытий в так
же, как башни Псковского, Новгородского и других кремлей, послуживших
про­образом Казанского, завершались сверху площадкой, обрамленной по краям
зубчатым парапетом. Заде­ланные следы этого парапета можно еще заметить при
внимательном осмотре верхних частей башен.
Не доходя метров 20—25 до выступающей прямо­угольной Преображенской выездной
башни, можно увидеть, что здесь начинается стена, сложенная из белого камня в
1558—1560 гг. В этом месте кон­чался кремль ханской Казани и далее вниз
спускалась посадская стена. Почти квадратная в плане Преображенская башня до
конца XVIII века имела проездные ворота, через которые из Спасо-
Преображенского монастыря выезжали на ярмарку «Ташаяк».
Огибая круглую юго-западную башню Кремля, выходим к Спасской башне и площади
Первого мая.