Каталог :: История

Реферат: Соборное Уложение 1649 года

     

Соборное Уложение 1649 года
как памятник русского феодального права

Министерство общего и профессионального образования

Российской Федерации

ТАМБОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

Кафедра истории и философии

Реферат по дисциплине

ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА РОССИИ

на тему:

Выполнил:

Руководитель:

ПОПОВ В. И.

ТАМБОВ – 1999

ПЛАН ВВЕДЕНИЕ 1. Необходимость создания Соборного Уложения 1649 года 2. Разработка и принятие Уложения 3. Источники Соборного Уложения 1649 года. 4. Общее содержание Уложения 5. Система преступлений 6. Система наказаний

7. Уголовный процесс по Соборному Уложению 1649 года

8. Роль Соборного Уложения 1649 года в развитии феодального права ЗАКЛЮЧЕНИЕ Введение Соборное уложение 1649 года было первым печатным памятником русского права, само будучи кодексом, исторически и логически оно служит продолжением предшествующих кодексов права - Правды Русской и судебников, знаменуя вместе с тем неизмеримо более высокую ступень феодального права, отвечавшего новой стадии в развитии социально-экономических отношений, политического строя, юридических норм, судоустройства и судопроизводства Русского государства. Как кодекс права Уложение 1649 г. во многих отношениях отразило тенденции дальнейшего процесса в развитии феодального общества. В сфере экономики оно закрепило путь образования единой формы феодальной земельной собственности на основе слияния двух ее разновидностей — поместий и вотчин. В социальной сфере Уложение отразило процесс консолидации основных классов — сословий, что привело определенной стабильности феодального общества и в то же время вызвало обострение классовых противоречий и усиление классовой борьбы, на которую безусловно влияло установление государственной системы крепостного права. Недаром с XVII в. открывается эра крестьянских войн. В сфере политической кодекс 1649 г. отразил, начальный этап перехода от сословно-представительной монархии к абсолютизму. В сфере суда и права с Уложением связан определенный этап централизации судебно-административного аппарата, детальная разработка и закрепление системы суда, унификация и всеобщность права на основе принципа права-привилегии. Уложение 1649 г. — качественно новый в истории феодального права России кодекс, значительно продвинувший разработку системы феодального законодательства. В то же время Уложение является крупнейшим памятником письменности феодальной эпохи[1]. Уложение 1649 г. более двухсот лет не утрачивало своего значения: оно открыло в 1830 г. «Полное собрание законов Российской империи» и в большой мере было использовано при создании XV тома Свода законов и уголовного кодекса 1845 г. — Уложения о наказаниях. Использование Уложения 1649 г. во второй половине XVIII и первой половине XIX в. означало, что консервативные режимы того времени искали в Уложении опору для укрепления самодержавного строя. В 1649 г. Соборное уложение было издано дважды церковнославянским шрифтом (кириллицей) общим-тиражом 2400 экземпляров. Третье издание 1737 г., осуществленное по тексту второго первопечатного издания, было напечатано гражданским шрифтом. В нем имеются отступления от второго издания: 1) числовая буквенная нумерации глав (например, глава КД) заменяется словесной (в данном случае; «глава двадесят четвертая»); 2) орфография текста приближена к нормам грамматики 30-х гг. XVIII в.; 3)издателями дано заглавие Уложения, которое отсутствовало в изданиях XVII в." Последующие издания XVIII в., в 1748, 1759, 1776, 1778, 1779, 1780, 1790, 1792 и 1796 гг., повторяли издание 1737 г. Такие же повторения предыдущего текста памятника имели место в 1804, 1805 и 1820 гг. Затем, как уже указывалось, Уложение 1649 г. в 1830 г. вошло в «Полное собрание законов Российской империи». Впервые в истории издании памятника Уложение было названо «Соборным». В изданиях ХVIII—начала XIX в. оно называлось «Уложением». Первопечатные издания 1649 г. не имели названия. В предисловии к изданию кодекса в Полном собрании законов Российской империи говорилось, что до этого было 13 изданий Уложения гражданской печати, в которых имеются опечатки и отступления от первоначального текста. В основу издания Полного собрания законов Российской империи положены реферат взят из всемирной паутины тексты первоначальных изданий, как «вернейшие и преподаватель поставь этому дураку то, что он заслужил, постоянным употреблением их в присутственных местах утвержденные». В действительности воспроизводился текст издания 1737 г. со всеми его орфографическими особенностями. Более того, издатели Полного собрания законов Российской империи предприняли дальнейшую правку орфографии текста применительно к своему времени. В Полном собрании законов Российской империи был издан только текст Уложения без оглавления, которое имеется в первопечатных и последующих изданиях. Изменена дата решения о составлении Уложения: указано 16 июня 1649 г. вместо 16 июля, что значится в предисловии к кодексу в свитке и в других изданиях. Кроме того, издатели Полного собрания законов Российской империи снабдили в сносках отдельные статьи кодекса текстами актов XVII в. с целью проиллюстрировать некоторые положения статей. В 1874 г. Е. П. Карнович воспроизвел первый том Полного собрания законов Российской империи в своем издании. Новым в сравнении с Полным собранием законов Российской империи было приложение указателей предметного (с раскрытием содержания терминов), имен, местностей и словаря древнерусских терминов. Следующее издание Соборного уложения 1649 г. состоялось в 1913 г. в память трехсотлетия дома Романовых. Отличающееся высоким полиграфическим качеством, оно содержит важные приложения: фотовоспроизведение частей текста из свитка Уложения, подписей под ним и другое [2]. В начале XX в. появились учебные издания Уложения 1649 г. В 1907 г. Московский университет выпустил полное и частичное издания текста. Следующий выпуск был предпринят в 1951 г. Московским юридическим институтом. В 1957 г. Уложение вошло в состав «Памятников русского права». Всесоюзный юридический заочный институт подготовил издание текста Уложения 1649 г. в извлечениях. Все перечисленные учебные издания воспроизводят текст Уложения по ПСЗ. Советские издания снабжены предисловиями, дающими краткую характеристику эпохи, причин и условий возникновения кодекса и оценку правовых норм. Издание 1957 г. (ПРП, вып.6) кроме предисловия снабжено краткими постатейными комментариями, далеко не равноценными по главам и в основной своей массе передающими содержание статей. Итак все издания Соборного уложения 1649 г. по своему назначению делятся две группы — имеющие практическое применение и использующиеся в учебных целях. Издания XVII - первой половины XIX в. следует отнести к первой группе, поскольку они находили применение в юридической практике. В 1804 г. вышел в свет подготовленный М. Антоновским «Новый памятник, или Словарь из Соборного уложения царя Алексея Михайловича», служившим пособием для юристов. Учебные издания кодекса появились в начале ХХ в. и продолжаются до настоящего времени [3]. Между тем уже почти полтора столетия идет изучение Уложения — крупнейшего памятника феодального права — как в целом, так и по отдельным проблемам — происхождение кодекса, источники, состав, нормы уголовного, гражданского, государственного и процессуального права. 1. Необходимость создания

Соборного Уложения 1649 года

Начало 17-го столетия характеризуется политическим и экономическим упадком России. В значительной мере этому способствовали войны со Швецией и Польшей, закончившиеся поражением России в 1617 году. После подписания мирного договора в 1617 году со Швецией Россия потеряла часть своих территорий - побережье Финского залива, Карельский перешеек, течение Невы и города на её побережье. Выход России к Балтийскому морю был закрыт. Кроме того, после похода на Москву в 1617-1618 годах польско-литовского войска и подписания перемирия к Польше отошли Смоленская земля и большая часть Северной Украины. Последствия войны, вылившиеся в упадке и разорении хозяйства страны, требовали срочных мер по его восстановлению, но вся тяжесть легла, главным образом, на черносошенных крестьян и посадских людей. Правительство широко раздает земли дворянам, что приводит к непрерывному росту крепостничества. Первое время, учитывая разорение деревни, правительство несколько уменьшило прямые налоги, зато выросли различного рода чрезвычайные сборы (“пятая деньга”, “десятая деньга”, “казачьи деньги”, “стрелецкие деньги” и т.д.), большинство которых вводилось почти непрерывно заседавшими Земскими соборами. Однако, казна остается пустой и правительство начинает лишать денежного жалования стрельцов, пушкарей, городовых казаков и мелкий чиновный люд, вводится разорительный налог на соль. Многие посадские люди начинают уходить на “белые места” (освобожденные от государственных налогов земли крупных феодалов и монастырей), эксплуатация же остальной части населения увеличивается. В такой ситуации невозможно было избежать крупных социальных конфликтов и противоречий[4]. 1 июня 1648 года вспыхнуло восстание в Москве (так называемый “соляной бунт”). Восставшие в течение нескольких дней удерживали город в своих руках, разоряли дома бояр и купцов. Вслед за Москвой летом 1648 года развернулась борьба посадских и мелких служилых людей в Козлове, Курске, Сольвычегодске, Великом Устюге, Воронеже, Нарыме, Томске и других городах страны. Практически, на протяжении всего правления царя Алексея Михайловича (1645-1676 г.) страна была охвачена мелкими и крупными восстаниями городского населения. Необходимо было укрепить законодательную власть страны. Это побудило приступить к новой полной кодификации[5]. 2. Разработка и принятие Уложения 16 июля 1648 года царь и дума вместе с собором духовенства решили согласовать между собой все источники действовавшего права и, дополнив их новыми постановлениями, свести в один кодекс. Проект кодекса тогда же было поручено составить комиссии из бояр: кн. И.И. Одоевского, кн. Сем. В. Прозоровского, окольничего кн. Ф.Ф. Волконского и дьяков Гавр. Леонтьева и Фед. Грибоедова (последние были образованнейшими людьми своего века). Тогда же решено было собрать для рассмотрения и утверждения этого проекта земский собор к 1 сентября. Активное участие собора в деле составления и утверждения Уложения не подлежит сомнению. В частности, 30 октября 1648 г. от дворян и посадских была представлена челобитная об уничтожения частных боярских церковных слобод и пашен вокруг Москвы и других городов, а также о возвращении городам перешедших к тем же боярам и монастырям тяглых городских имуществ внутри городов; предложение выборных было принято и вошло в XIX гл. Уложения. Около того же времени «выборные от веся земли» просили о возвращении в казну и раздаче служилым лицам церковных имуществ, неправильно приобретенных церковью после 1580г., когда всякое новое приобретение было уже ей воспрещено; закон в этом смысле введен в XVII гл. Уложения (ст. 42). Точно так же светские выборные, не находя управы на обиды со стороны духовенству просили подчинить иски на него государственным учреждениями; в удовлетворение этого ходатайства возникла XIII гл. Уложения (о монастырском приказе). Но главная роль собора состояла в утверждении всего Уложения. Обсуждение Уложения закончено в следующем 1649 г. Подлинный свиток Уложения, отысканный по приказанию Екатерины II Миллером, хранится ныне в Москве. Уложение есть первый из русских законов, напечатанный тотчас по утверждении его. Если непосредственной причиной создания Соборного уложения 1649 г. послужило восстание в 1648 г. в Москве и обострение классовых и сословных противоречий, то глубинные причины лежали в эволюции социального и политического строя России, и процессах консолидации основных классов - сословий того времени - крестьян, холопов, посадских людей и дворян - и начавшемся переходе от сословно-представительной монархии к абсолютизму. Указанные процессы сопровождались заметным ростом законодательной деятельности, стремлением законодателя подвергнуть правовой регламентации возможно больше сторон и явлений общественной и государственной жизни. Интенсивный рост числа указов за период от Судебника 1550 года до Уложения 1649 года виден из следующих данных: 1550-1600гг. - 80 указов;1601-1610 гг. -17; 1611-1620 гг. - 97;1621- 1630 гг. - 90; 1631-1640 гг. - 98; 1641-1948 гг. - 63 указа. Всего за 1611- 1648 гг. - 348, а за 1550-1648 гг. - 445 указов. Главнейшая причина принятия Соборного уложения заключалась в обострении классовой борьбы. Царь и верхушка господствующего класса, напуганные восстанием посадских, стремились в целях успокоения народных масс создать видимость облегчения положения тяглового посадского населения. Кроме того, на решение об изменении законодательства повлияли челобитные дворянства, в которых содержались требования об отмене урочных лет [6]. 3. Источники Соборного Уложения 1649 года. Источники Уложения отчасти были указаны законодателем при назначении редакционной комиссии, отчасти взяты самими редакторами. Это: 1) Судебник царский и Указные приказов; первый составляет один из источников Х гл. Уложения — «о суде», которая, кроме того, по всей вероятности, черпала из указанных книг приказ. Указанные книги послужили источниками каждая для соответствующей главы Уложения. 2) Источники Уложения греко-римские взяты из кормчей, а именно из Эклоги, Прохирона, новелл Юстиниана и правил Василия В.; из них более обильным источником был Прохирон (для гл. Уд. X, XVII и XXII); новеллы послужили источником 1 гл. Ул. («о богохульниках»). Вообще же заимствования из кормчей немногочисленны и фрагментарны и иногда противоречат постановлениям, взятым из русских источников о том же самом предмете и включенным в то же Уложение (ср. Ул. XIV гл., ст. 10 гл. XI, ст. 27). Многие черты жестокости уголовного права проникли в Уложение из кормчей. 3) Важнейшим источником Уложения был Литовский статут 3-й редакции (1588 г.). Заимствования из статута отменены (но далеко не все) на подлинном свитке Уложения. Путь для заимствований был облегчен тем, что уже раньше (как уже было сказано) приказные дьяки брали и переводили из статута некоторые пригодные артикулы. Способ заимствования разнообразен: иногда заимствуется содержание статута буквально; иногда берется только система и порядок предметов; иногда заимствуется только предмет закона, а решение дается свое; большей частью Уложение дробит один артикул на несколько статей. Заимствования из статута иногда вводят в Уложение погрешности против системы и даже разумности узаконений. Но вообще статут как памятник также русского права, весьма сходный с Русской Правдой, может быть признан почти местным источником Уложения. Несмотря на такое множество заимствований из чужих источников. Уложение есть не компиляция иноземного права, а кодекс вполне национальный, переработавший чужой материал по духу старомосковского права, чем он совершенно отличается от переводных законов XVII в. 4) Что касается новых статей в Уложении, то их, вероятно, немного; надо думать, что комиссия (до собора) сама не составляла новых узаконений (кроме заимствований)[7]. 4. Общее содержание Уложения В Соборном Уложении определялся статус главы государства — царя, самодержавного и наследного монарха. Утверждение (избрание) его на Земском соборе не колебало установленных принципов, напротив, обосновывало, легитимировало их. Преступный умысел (не говоря о действиях), направленный против персоны монарха, жестоко наказывался. Уложение содержало комплекс норм, регулировавших важнейшие отрасли государственного управления. Эти нормы можно условно отнести к административным. Прикрепление крестьян к земле (гл. XI, «Суд о крестьянах»), посадская реформа, изменившая положение «белых слобод» (гл. XIX), перемена статуса вотчины и поместья в новых условиях (гл. XVI, XVII), регламентация работы органов местного самоуправления (гл. XXI), режим въезда и выезда (гл. VI) - все эти меры составили основу административно-полицейских преобразований [8]. Уложение начинается предисловием, в котором утверждается, что оно составлено "по государеву указу общим советом, чтобы Московского государства всяких чинов людям, от большего и до меньшего чину, суд и расправа был во всяких делах всем ровна земского великого царственного дела". 3 октября 1649 г, царь вместе с Думой и духовенством слушал Уложение, выборным людям оно было "чтено". Со списка Уложения был " список в книгу, слово во слово, и с тое книги напечатана сия книга"[9]. Соборное уложение состояло из 25 глав, включавших в себя 967 статей. В этом большом по объему памятнике феодального права были систематизированы на более высоком уровне юридической техники правовые нормы, действовавшие ранее. Кроме того, имелись и новые правовые нормы, появившиеся главным образом под давлением дворянства и чернотяглых посадов. Для удобства главам предшествует подробное оглавление, указывающее содержание глав и статей. Система довольно беспорядочная, усвоенная Уложением, в 1-й части кодекса копирует систему статута. Первая глава Уложения ("о богохульниках и церковных мятежниках") рассматривает дела о преступлениях против церкви (9 статей), в которых наказывется смертью "хула" против бога и против богородицы тюремным же заключением - бесчинное поведение в церкви. Глава вторая ("о государьской чести и как его государьское здоровье оберегать", 22 статьи) говорит о преступлениях против царя и его властей, называя их "изменой". К ней примыкает глава третья ("о государеве дворе, чтоб на государевом дворе ни от кого какова бесчиньства и брани не было", 9 статей) со строгими наказаниями за ношение оружия на дворе и прочее. Глава четвертая ("о подпищекех и которые печати подделывают", 4 статьи) говорит о подделках документов и печатей, глава пятая (2 статьи) - " о денежных мастерах которые учнут делати воровские деньги". В главе шестой (6 статей) сообщается "о проезжих грамотах в и(ы)ные государьства". Близко связны с ними по содержанию следующие главы: седьмая ("о службе всяких ратных людей Московского государьства", 32 статьи) и восьмая ("о искуплении пленных", 7 статей). B девятой главе говорится "о мытах и о перевозех и о мостах" (20 статей). Собственно с десятой главы (" о суде", 277 статей) начинаются наиболее важные постановления Уложения. К этой статье примыкает глава 11 ("суд о крестьянех", 34 статьи), глава 12 ("о суде патриарших приказных, и дворовых всяких людей, и крестьян", 3 статьи), глава 13 ("о монастырском приказе", 7 статей), глава 14 ("о крестном целовании", 10 статей), глава 15 "о вершеных делах", 5 статей). Глава 16 ("о поместных землях", 69 статей) объединен общей темой с главой 17 "о вотчинах" (55 статей). Глава 18 говорит "о печатных пошлинах" (71 статья). 19 глава носит название "о посадских людех" (40 статей). Глава 20 заключает "суд о холопех" (119 статей), глава 21 говорит "о розбойных и татиных делех (104 статьи), 22 глава заключает в себе "указ за какие вины кому чинити смертная казнь и за какие вины смертию не казнити, чинити наказние" (26 сттей). Последние главы -23 ("о стрельцах", 3 статьи), 24 ("указ о атаманах и о казакех", 3 статьи), 25 ("указ о корчмах", 21 статья) - очень кратки [10]. Все главы Уложения могут быть разделены на пять групп: 1) I-Х составляют тогдашнее государственное право, здесь ограждается богопочтение (I), личность государя (II) и честь государева двора (III), воспрещается подделка государственных актов (IV), монеты и драгоценных вещей (V), что включено сюда потому, что поселку монеты статут считал преступлением против величества; здесь же паспортный устав (VI), устав военной службы и вместе с ним специальное военно-уголовное уложение (VII), законы о выкупе пленных (VIII) и, наконец, о мытах и путях сообщения (IX). 2) Гл. Х-ХV содержат устав судоустройства и судопроизводства; здесь (в гл. X) изложено и обязательное право. 3) Гл. ХVI -ХХ — вещное право: вотчинное, поместное, тяглое (гл. XIX) и право на холопов (XX). 4) Гл. ХХI-XXII составляют уголовное уложение, хотя и во все прочие части Уложения вторгается уголовное право. 5) Гл. XXIII-XXV составляют добавочную часть[11]. 5. Система преступлений Система преступлений охватывала разнообразные стороны жизни общества, касалась как простого люда, так и зажиточных слоёв населения, государственных служащих и по Соборному Уложению 1649 года выглядела следующим образом: - преступления против церкви: богохульство, совращение православного в иную веру, прерывание хода литургии в храме; - государственные преступления: любые действия и даже умысел, направленный против личности государя или его семьи, бунт, заговор, измена. По этим преступлениям ответственность несли не только лица, их совершившие, но и их родственники и близкие; - преступления против порядка управления: намеренная неявка ответчика в суд и сопротивление приставу, изготовление фальшивых грамот, актов и печатей, самовольный выезд за границу, фальшивомонетничество, содержание без разрешения питейных заведений и самогоноварение, принесение в суде ложной присяги, дача ложных свидетельских показаний, ”ябедничество” или ложное обвинение; - преступления против благочиния: содержание притонов, укрывательство беглых, незаконная продажа имущества, недозволенная запись в заклад, обложение пошлинами освобожденных от них лиц; - должностные преступления: лихоимство (взяточничество, неправомерные поборы, вымогательство), неправосудие (заведомо несправедливое решение дела, обусловленное корыстью или личной неприязнью), подлоги по реферат скачен внимание пишите рефераты сами службе (фальсификация документов, сведений, искажения в денежных бумагах и т.д.), воинские преступления (нанесение ущерба частным лицам, мародерство, побег из части); -преступления против личности: убийство, разделявшееся на простое и квалифицированное (убийство родителей детьми, убийство господина рабом), нанесение увечья, побои, оскорбление чести (обида, клевета, распространение порочащих слухов). Вовсе не наказывалось убийство изменника или вора на месте преступления; - имущественные преступления: татьба простая и квалифицированная (церковная, на службе, конокрадство, совершенная в государевом дворе, кража овощей из огорода и рыбы из садка), разбой (совершаемый в виде промысла) и грабеж обыкновенный или квалифицированный (совершенный служилыми людьми или детьми в отношении родителей), мошенничество (хищение, связанное с обманом, но без применения насилия), поджег (пойманного поджигателя бросали в огонь), насильственное завладение чужим имуществом (землей, животными), порча чужого имущества; - преступления против нравственности: непочитание детьми родителей, отказ от содержания престарелых родителей, сводничество, “блуд” жены (но не мужа), половая связь господина с рабыней[12]. 6. Система наказаний В системе наказаний по Соборному уложению 1649 года основной упор делался на физическое устрашение (начиная от битья кнутом до отсечения рук и четвертования при смертной казни). Заключение преступника в тюрьму было второстепенной задачей и являлось дополнительным наказанием. За одно и то же преступление могло быть установлено сразу несколько наказаний (множественность наказаний) - битье кнутом, урезание языка, ссылка, конфискация имущества. За кражу наказания устанавливались по нарастающей: за первую - битье кнутом, урезание уха, два года тюрьмы и ссылка; за вторую - битье кнутом, урезание уха и четыре года тюрьмы; за третью - смертная казнь. В Соборном Уложении 1649 года применение смертной казни предусматривалось почти в шестидесяти случаях (даже курение табака наказывалось смертью). Смертная казнь делилась на простую (отсечение головы, повешение) и квалифицированную (колесование, четвертование, сожжение, залитие горла металлом, закапывание живьем в землю), Членовредительские наказания включали следующие: отсечение руки, ноги, урезание уха, носа, губы, вырывание глаза, ноздрей. Эти наказания могли применяться как в качестве основных, так и в качестве дополнительных. Они должны были выделять преступника из окружающей массы людей. Вообще, система наказаний по Соборному Уложению 1649 года характеризовалась следующими особенностями: а). Индивидуализация наказания. Жена и дети преступника не отвечали за совершенное им деяние. Однако пережитки архаической системы наказаний сохранились в институте ответственности третьих лиц: помещик, убивший чужого крестьянина, должен был передать понесшему ущерб помещику другого крестьянина, сохранялась процедура “правежа”. б). Сословный характер наказания. Этот признак выражался в том, что за одни и те же преступления разные субъекты несли разную ответственность (например, за аналогичное деяние боярин наказывался лишением чести, а простолюдин - кнутом. Глава 10). в). Неопределенность в установлении наказания. Этот признак был связан с целью наказания - устрашением. В приговоре мог быть указан не сам вид наказания и использовались формулировки: “как государь укажет”, “по вине” или “наказать жестоко”. Если даже вид наказания был определен, неясным оставался способ его исполнения (аналогичные формулировки типа “наказать смертью” или “бросить в тюрьму до государева указа”), т.е. неопределённость наказания. Неопределенность в установлении наказания создавала дополнительное психологическое воздействие на преступника. Целям устрашения служила особая символика наказаний: заливание преступнику горла расплавленным металлом; применение к нему такого наказания, которое он желал бы для оклеветанного им человека. Публичность наказаний имела социально-психологическое назначение, поскольку многие наказания (сожжение, утопление, колесование) служили как бы аналогами адских мук. г). Тюремное заключение, как специальный вид наказания, могло устанавливаться сроком от трех дней до четырех лет или на неопределенный срок. Как дополнительный вид наказания (а иногда как основной) назначалась ссылка (в отдаленные монастыри, остроги, крепости или боярские имения). К представителям привилегированных сословий применялся такой вид наказания, как лишение чести и прав, варьирующийся от полной выдачи головой (превращение в холопа) до объявления “опалы” (изоляции, остракизма, государевой немилости). Обвиненного могли лишить чина, права заседать в Думе или приказе, лишить права обращаться с иском в суд. С принятием Уложения 1649 года стали широко применяться имущественные санкции (глава 10 Уложения в семидесяти четырех случаях устанавливала градацию штрафов “за бесчестье” в зависимости от социального положения потерпевшего). Высшей санкцией этого вида была полная конфискация имущества преступника. Наконец, в систему санкций входили церковные наказания (покаяние, отлучение от церкви, ссылка в монастырь, заточение в одиночную келью и др.) [13].

7. Уголовный процесс

по Соборному Уложению 1649 года

В Соборном уложении 1649 г. содержалось предписание о том, что правосудие должно осуществляться справедливо. Однако в условиях феодального государства такое предписание в большей мере являлось пустой декларацией. В развитии феодального судопроизводства и процессуального права для первой половины XVII в. характерно сосуществование состязательного (обвинительного) и розыскного (следственного) процессов при явном преобладании второго над первым. Рост классовой борьбы и усиление абсолютистских черт монархии выдвигали на первый план розыскной инквизиционный процесс, как наиболее эффективное средство подавления народных выступлений и укрепления правопорядка и интересах господствующего класса. Вместе с тем существовало известное различие сфер применения того и другого процессов. Розыскной явно господствовал в политическом и уголовном судопроизводстве, а состязательный имел преобладание в делах гражданских. Однако при отсутствии достаточно определенного разграничения между уголовным и гражданским правом, уголовным и гражданским процессом указанное разделение сфер применения состязательного и розыскного процессов не следует абсолютизировать. Обычно споры по договорам купли-продажи, займа, поклажи, а также нанесение оскорблений, должностные преступления, убийства, учиненные не с целью грабежа, в том числе в ходе судебных разбирательств, рассматривались по правилам обвинительного процесса. Политические преступления и наиболее тяжкие уголовные (разбой, грабеж, татьба и сопряженные с ними убийства), а также крепостные дела о холопах, крестьянах, поместьях и вотчинах рассматривались с применением розыскного процесса. Судебное право в Уложении составило особый комплекс норм, регламентировавших организацию суда и процесса. Еще более определенно, чем в Судебниках, здесь происходила дифференциация на две формы процесса: «суд» и «розыск». Это в полной мере отражено в Уложении 1649 г. Вопросам судоустройства и судопроизводства посвящена в нем в Х глава — «О суде», самая большая, содержащая 287 статей. Правовые нормы даны в Х главе не по отраслям права, а по объектам правонарушений. Поэтому в одной и той же статье, а иногда и в группе соседних статей, посвященных одному и тому же вопросу, нормы материального и процессуального права, как уголовного, так и гражданского, сопряжены. Другая важная особенность судопроизводства того времени — отсутствие отделения суда от административных органов. Более того, следует подчеркнуть, что судебная функция была важнейшей задачей администрации; этим, надо полагать, и вызвано то, что судебные и процессуальные вопросы получили в законодательстве до Уложения и в Уложении детальную регламентацию. Все судебные органы XVII в. делились на государственные церковные и вотчинные. Таким образом, система судебных органов соответствовала системе органов государственной власти и управления. Уложение не касается вотчинного суда, хотя изымает из его ведения дела о татьбе и разбое и узаконивает некоторые нормы отношений феодалов с крестьянами и холопами. Государственные судебные органы состояли из трех инстанций: 1) губные, земские учреждения, воеводы на местах, 2) приказы и 3) суд Боярской думы и царя. Суд полковых воевод и судей при них над воинскими людьми в период их службы и полках тоже был разновидностью государственного суда. Уложение, развивая установление Судебника 1550 г., провозглашало: «Суд государя царя и великого князя Алексея Михайловича всея Русии, судити бояром и околничим и думным людем и диаком, и всяким приказным людом, и судьям...» (X, I). Здесь в форме перечисления чинов и должностей названы все категории лиц государственного аппарата, причастные к судопроизводству. Важнейшим центральным судебным звеном были приказы, среди которых имелись судебные (судные, четвертные приказы) и приказы со специальной подсудностью (Земский, Поместный, Разбойный, Холопий). Высшей судебной и апелляционной инстанцией в отношении приказов были Боярская дума и царь: «А спорные дела, которых в приказех зачем вершити будет не мощно, взносити из приказов в доклад к государю царю и великому князю Алексею Михайловичю всея Русии, и к его государевым боярам и околничим и думным людем» (X, 2). В данной статье, возможно, заключена другая мысль - приказы могли быть некомпетентны в рассмотрении некоторых дел, относящихся к компетенции царя и Боярской думы. Аналогичная ситуация предусмотрена и в отношении местного суда в лице воеводы или губного старосты. Не будучи в состоянии решить судебное дело, они обязаны отправить его в Москву, в приказ, и одновременно выслать поручные записи на истца и ответчика о их явке в суд. В противном случае с них взыскивались проести, волокиты и судебные пошлины (X,130,131). Уложение регламентировало порядок работы судей прежде всего в приказах и на местах. В приказах обычно было несколько судей. Во главе некоторых приказов стоял боярин, или окольничий, или думный человек «с товарищи» — человека три- четыре. Уложение предписывало решать судебные дела коллегиально («всем вопче»). При отсутствии кого-либо по болезни или по другой уважительной причине остальные судьи решали дела самостоятельно (X, 23). За злостное уклонение от явки в приказ «многие дни» судья повергался наказанию, «что государь укажет» (X, 24). По воскресеньям, крупным церковным праздникам и в дни тезоименитств в приказах никаких дел не рассматривала, кроме «самых нужных государьственных дел» (X, 25). Судебное решение считалось окончательным и могло подлежать пересмотру только в порядке апелляции в высшую инстанцию. Поэтому добавлять какие-либо документы к судному списку - новые свидетельские показания и т.п. — после судопроизводства не допускалось. Предписывалось судьям «после суда своим вымыслом в судном деле никому по дружбе или по недружбе... ничего неприбавливати, ни убавливати...» (X, 21, 22). Вслед за Судебником 1550 г. закон предусматривал возможность судебной ошибки, когда судья «просудится... без хитрости». Если это подтверждалось, то в отношении судьи определялось то взыскание, которое «государь укажет», а дело передавалось на рассмотрение «всем боярам» (X, 10). Уложению допускало отвод судей сторонами по мотивам родства или пристрастного отношения к одной из тяжущихся сторон, но не иначе как до судебного процесса. Такие жалобы после суда во внимание не принимались (X, 3,4). Судебное делопроизводство в приказах, как и всякое другое, бежало на дьяках и подьячих. «А судные дела в приказех записывати подьячим». Запрещались при этом исправления (черненье, скребление) и вписывание между строк. Подьячий был обязан положить дело «на стол к вершению вскоре». После судебного решения стороны «прикладывали руки» к записям. Затем подьячий переписывал дело набело, а дьяк, сверив беловой экземпляр скреплял его своей подписью. Черновой экземпляр тоже сохранялся «впредь для спору». Запрещалось показывать судное дело сторонам и выносить из приказа. Если подьячий делал это, наровя какой-либо из сторон, дело от него отбиралось и передавалось другому подьячему (X, II, 13). Подьячие вели в приказах и книги записи судебных дел и сбора судебных пошлин с точным обозначением даты слушания дела. Книги скреплялись подписями дьяков (X, 128, 129). Такое делопроизводство применялось для менее важных уголовных и гражданских дел, которые рассматривались в порядке обвинительного процесса, т. е. суда, при активном участии сторон. К гражданским делам такого рода относились исковые дела вызванные нарушением условий договоров мены, купли-продажи, займа, поклажи- сделки, не требовавшие утверждения крепостным порядком[14]. Гл. Х Уложения подробно описывает различные процедуры «суда»: процесс распадался на собственно суд и «вершение», т. е. вынесение приговора, решения. Сторонами в процессе могли быть все: монахи, холопы, несовершеннолетние, не могут искать люди, обвиненные в крамоле и «составе» и в клятвопреступлении, а также дети на родителей. Взаимное отношение сторон до суда (вызов) определяется договором; но в заключение договора власть вмешивается гораздо решительнее, чем в древнерусском процессе. Отношения устанавливаются посредством «челобитной», «приставной памяти» и «срочной»: первая определяет границы спорного права, вторая — к какому судье идти; третья определяет срок явки. Договорные отношения сторон постепенно отстранялись государством: так, вызов через приставную память уступил в эпоху Уложения место вызову через «зазывную грамоту» (Улож. Х, 100 и др.); первая удержалась только для Москвы и ее ближайших окрестностей. Различие последствий вызова через приставную память и зазывную память и зазывную грамоту состояло в том, что не явившийся к суду по вызову первого рода тотчас обвинялся без суда; напротив, к не явившемуся по вызову второго рода, но давшему по себе поруку посылались 2-я и 3-я зазывные грамоты и лишь после того не явившийся был обвиняем без суда; если же ответчик не давался в поруку, то воевода брал его насильно через пушкарей и затинщиков. Договор скрепляется непременно поручитепьством, на поруки можно отдать насильно по распоряжению власти (Улож. X, 117,140, 229). Необходимыми поручителями были соседи и сродники которые составляли между собой круговую поруку, что, впрочем, исчезло в эпоху Уложения. Целью поруки первоначально было не только представление ответчика к суду, но и обеспечение иска в случае его неявки; но в Уложении осталась только первая цель. Стороны могучи не являться в суд лично; их заменяли естественные представители — родственники и люди (Улож. Х, ст.108,109,149,156,157,185; ср.указн.кн.зем.прик.V; ХIII,3 и 12); только за неимением таких допускаются свободные представители, которые большей частью были холопы (ук.кн.ведом.казн ХХ) и для которых до 1690 г. не требовалась доверенность. Последствием этого была ничтожность права поверенных и легкая возможность восстановления решенных дел. На самом суде стороны подают «ставочные челобитные». Последствием неявки в срок для ответчика была выдача «бессудной грамоты», т.е., утверждение права за истцом так, как если бы суд состоялся; неявка истца вела к прекращению иска. Явившиеся не должны были съезжать с места производства суда под угрозой тех же последствий; в 1645 г. из этого сделано исключение для дел, основанных на крепостных актах. (ук. кн. зем.прик., ст. X, 1,3,4; XIII, 4, 5, II; XXXVII, и ХLVII; Улож, Х, 108, 109, 149, 185; ХVI, 59; ХVIII, 22-23; ХХ, III, 119). Отношения сторон к суду: стороны имеют лишь отрицательное влияние на состав суда (через отвод судей). В эпоху Уложения пассивная роль судьи в процессе становится все более активной. Доказательства, которые использовались и принимались во внимание судом в состязательном процессе, были многообразны — свидетельские показания (практика требовала привлечения в процесс не менее десяти свидетелей), письменные доказательства (наиболее доверительными из них были официально заверенные документы). 1.Послушество принимает в московском процессе следующие формы: а) Ссылка из виноватых, когда сторона ссылается на одного свидетеля с условием подчиниться обвинению, если свидетель покажет против сославшегося. Ссылка из виноватых имела безусловное значение для обеих сторон до эпохи судебников потому, что тогда еще существовало поле, на которое могла вызвать послуха противная сторона. Ее всегдашнее второстепенное значение есть обвинение той стороны, которая на нее сослалась. Безусловное значение ссылки, по уничтожении поля, признается в следующих случаях: при ссылке одной стороны на отца или мать другого, при ссылке на несколько лиц (не менее 10) служилых (при иске до 50 руб.) и остальных (при иске до 20 руб.), если эти лица показывают единогласно (Ук. кн. ведом. казн., ст. V, 9; Улож. X, 158-159, 160, 176). б) «Общая ссылка»—остаток третейского решения споров— есть ссылка обеих сторон на одного и того же или на одних и тех же послухов. Однако закон ограничивает право сторон в выборе третьих: нельзя ссылаться на людей, слышавших о факте, но не видевших его; обшей ссылкой не может быть лицо, зависимое от одной из сторон. Значение показаний общей ссылки ослабляется в эпоху Уложения: допускается обвинение общей ссылки в подкупе и пристрастии; допускается отвод общей ссылки для другого дела, решаемого в том же заседании. в) Свидетелями могли быть лица совершеннолетние; не могли быть свидетелями жена против мужа, дети против родителей, холопы против господ. Свидетель из высших классов предпочитался свидетелю из низших: «свидетельство одного человека из благородного класса (говорит Герберштейн) значит больше, чем свидетельство многих людей низкого состояния» (в пер. Аноним., стр. 84). Явка свидетеля обязательна; с неявившегося без уважительной причины взыскивается весь иск, убытки и пошлины (Суд.цар.,ст. 18; ак.юрид.,№13). г) Повальный обыск в дедах судных допускается за неимением общей (поименной) ссылки или ссылки из виноватых (ук. кн. вед. казн., V, 1, 3-6; уст. кн. разб. прик. VI). Повальный обыск состоял в опросе окольных людей (не свидетелей) о личности подозреваемого или обвиняемого; они давали оценку личности (хороший или плохой человек, преступник или нет). Особое значение это имело при признании подозреваемого известным лихим человеком, т. е. наиболее опасным преступником, систематически совершавшим преступления. Устанавливалось правило, при котором данные повального обыска имели конкретные юридические последствия. Если большинство опрошенных признавало лицо известным лихим человеком, то дополнительных доказательств не требовалось. К нему применялось пожизненное тюремное заключение. Если при тех же условиях так высказывалось квалифицированное большинство (две трети), то применялась смертная казнь. 2. Суды Божии, уцелевшие в московском периоде, суть следующая: а) Поле в эпоху Судебников еще общеупотребительно; оно происходит между истцом и ответчиком, послухом и стороной и между послухами одной стороны при разноречии их. Стороны должны иметь стряпчих и поручников, которые, наравне со сторонними, отклоняются от участия в битве; равенство сторон наблюдается теперь физическое. Наймитство (Суд. цар., 13 и 14) допускается так же, как в Псковской судной грамоте. Поле допускается только в личных исках: бой, заемное дело, пожог, душегубство, разбой, татьба (Суд. 1-й, 4-7, 69; Суд. цар., 13-14; ук. кя. вед. казн., V, 15). Поле исчезает незаметно в начале XVII в. б) Крестное целование, т. е. присяга сторон, допускается в исках, превышающих 1 руб., для лиц совершеннолетних и целовавших крест не более двух раз в жизни. Вспомогательное значение ее при поле такое же, как и в древнем процессе, ока постепенно заменяет поле. Право присяги решается жребием (Ук. кн. прик. холоп, суда, ст. X; Указ. кн.зем.прик.Х,6;ХII,12,ХХХI,4;Улож:ХIV). в) «Жребий», кроме вспомогательного (указанного выше) значения, в эпоху Уложения получает самостоятельное в делах менее рубля и в исках на лицах, духовных. 3. Письменные акты в эпоху Уложения и только крепостные имеют безусловное значение; в эпоху Уложения их можно было отвергать только при уголовном обвинении противной стороны в насильственном исторжении акта или подлоге (ул. кн. зем. пр., XXIV; Улож., X, 246-247). Судебное решение: сила судебных решений. Прежде, при отсутствии письменного делопроизводства в личном интересе судей в процессе, была легкая возможность восстановления решенных дел. Уложение воспрещает под страхом наказании батогами и уплаты «проестей» и волокит, повторение иска, если это тот же самый иск, против того же самого лица; в исках вещных смена физических лиц субъектов прав, например, епископов и игуменов в церковных вотчинах, помещиков и вотчинников в частных, не признается обстоятельством, допускающим восстановление решенного дела. Дела, решаемые мировой сделкой, требуют записи об этом, чтобы их вновь не начинать (Улож., Х, 154; XV, 1-5). Судебное решение с самого начала Московского государства облекалось в форму «правой грамоты». Что касается способа исполнения судебных решений, то все личные иски обращаются на лицо. Отсюда «правеж», ответчик (чаще всего неплатежеспособный должник) регулярно подвергался судом процедуре телесного наказания — его били розгами по обнаженным икрам. Число таких процедур должно было быть эквивалентным сумме задолженности (за долг в сто рублей пороли в течение месяца): здесь явно звучит архаический принцип замены имущественной ответственности личностной. «Правеж» был не просто наказание — это мера, побуждающая ответчика выполнить обязательство (у него могли найтись поручители или он сам мог решиться на уплату долга). Со времени Уложения взыскание постепенно распространяется на недвижимую собственность: на пустые вотчины, с 1656 г. — на пустые поместья, а с 1685 г. — на всякие имущества (Суд. цар., ст. 55; уст. Важ. гр.; ук. кн. зем. пр., X, 7-8; ук. вед. казн. ст., III, XII и XVI). Розыск, или «сыск», применялся по наиболее серьезным головным делам. Особое место и внимание отводились преступлениям, о которых было заявлено: «Слово и дело государево», т. е. в которых затрагивался государственный интерес. В розыске истцом является государство; это начало развивается постепенно: через запрещение самосуда (Уст. кн. разб. прик. 66; Улож. XXI, 79), возложение на общины обязанности отыскивать преступников и большой повальный обыск; запрещение мировых по уголовным делам и обязанность частного лица продолжать начатый (уголовный) иск (Уст. кн. разб. прик. ст. 41: ук. кн. зем. пр., ст. IV). В розыске отношение сторон до суда уже не договорное: вместо приставных здесь практикуются «записи», «зазывные грамоты», приказ арестовать и привести обвиняемого и «погонных грамоты» — приказ, местным властям и соседям поймать обвиняемого. Одно из характерных отличий древнерусского права есть широкое развитие поручительства взамен ареста; обыкновенно поручителями были родственники и члены той же общины (см. Судеб. 1=й, ст. 34-36; губи. Белг. гр.; Судеб, цар., 53,54, 70; Уст. Важ. грам. уст. кн. разб. прик. ст. 4 и V). Дело в розыскном процессе могло начаться с заявления потерпевшего, с обнаружения факта преступления (поличного) или с обычного наговора, все равно до этого места никто читать этот труд не будет, поэтому и ты преподаватель и ты, кто скачал очень плохие люди не подтвержденного фактами обвинения («язычная молва»). После этого в дело вступали государственные органы. Потерпевший подавал «явку» (заявление), и пристав с понятыми отправлялся на место происшествия для проведения дознания. Процессуальным действием был «обыск», т. е. допрос всех подозреваемых и свидетелей. Собственное признание и пытка. До узаконений царя Федора Иоанновича собственное признание не было необходимым и последним способом судебных доказательств в розыске (уст. кн. разб. пр. ст. 9; ср. ст. 6), хотя вынуждение собственного призвания пыткой началось уже в первом периоде. Со времен указа царя Федора Иоанновича пытка становится главным средством розыска и практикуется в разнообразных формах (преимущественно в форме «дыбы») до времен Екатерины II. В гл. XXI Соборного Уложения, впервые регламентируется такая процессуальная процедура, как пытка. Основанием для ее применения могли послужить результаты «обыска», когда свидетельские показания разделялись: часть в пользу подозреваемого, часть — против него. В случае когда результаты «обыска» были благоприятными для подозреваемого, он мог быть взят на поруки, т. е. освобожден под ответственность (личную и имущественную) его поручителей. Применение пытки регламентировалось: ее можно было применять не более трех раз с определенным перерывом. Показания, данные на пытке («оговор»), должны были быть перепроверены посредством других процессуальных мер (допроса, присяги, «обыска»). Показания пытаемого протоколировались. По делам о религиозных и государственных преступлениях пытка применялась ко всем подозреваемым (при наличии доносов или оговоров) независимо от классовой принадлежности. Что касается других дел, то здесь представители господствующего класса имели привилегии. Пытка в этих случаях применялась к ним редко и только после неблагоприятных для них результатов повального обыска. Средства розыска: а) поличное, которое имеет силу лишь тогда, когда вещь вынута у обвиняемого из-за замка (уст. Белоз. Гр.,ст.11; уст. кн. разб. пр., 21-23; Улож., XXI, 50-57). Древнее безусловное значение поличного постепенно падает. б) Повальный обыск есть остаток старинного права общин участвовать в суде; существует мнение, по которому обыск возникает из обязанности общин ловить преступников (сведенья о повальном обыске излагаются выше на стр.15 "Судебные доказательства"). Приговор и его исполнение. В розыске возможны нерешительные приговоры, именно при противоречии доказательств, а потом всегда при отсутствии собственного признания; если нет собственного признания, но обыск «лихует» обвиняемого, то этот последний вместо следовавшей ему казни, заключается в тюрьму пожизненно (Уст. кн. разб. прик. 12); если же на обыске одобрят, то обвиняемый дается на чистую поруку с записью, «что ему впредь не красти и не разбивати» (Улож. XXI, 29, 36 и др.). Приговоры по розыскным делам приводятся в исполнение силами самого государства. В отношении к уголовным делам право государства и наказание преступника постепенно торжествует над правом частных истцов (потерпевших) на вознаграждение[15]. 8. Роль Соборного Уложения 1649 года в развитии феодального права В феодальном обществе право в своем развитии проходит три стадии: относительно единое право, партикулярное и унифицированное. Каждая из этих фаз отвечает определенному уровню развития производственных отношений и политической надстройки. Стадия унифицированного права возникает в процессе становления единого государства. В России она отмечена возникновением единых кодексов национального права — Судебников 497, 1550 гг. и—как вершины процесса—Уложения 1649 г. Уложение возникло в пору значительной по масштабам законодательной деятельности царского правительства, приходящей на второе — пятое десятилетия XVII в. Уложение 1649 г. — качественно новый в истории феодального права России кодекс, значение которого состоит прежде всего в дальнейшей разработке системы феодального законодательства. В нем представлено право, выражающие коронные интересы господствующего класса и регулирующее в масштабе всей страны многие процессы социально-экономической, политической и правовой сфер феодальной России. Тем самым в значительной мере были преодолены остатки партикуляризма, свойственные предшествующему периоду. Преобладающей формой права стал закон, который в заметной мере потеснил и подчинил себе обычное право [16]. Другой аспект всеобщности закона выражен в словах предисловия к Уложению: «. . . чтобы. . . суд и расправа была во всяких делех всем ровна», — под которыми следует понимать всеобщее подчинение государственному суду и закону. По закон не был одинаков для всех сословий. Право-привилегия для феодального класса остается доминирующим принципом Уложения. Проведение же принципов территориальной посословной общности права в период до Уложения в условиях ограниченных сфер действия письменных законов, выраженных главным образом в форме многочисленных, исходящих от разных инстанций указов, было невозможно. Введение единого и напечатанного кодекса законов не только отвечало возросшим задачам феодальной государственности, но и делало возможным унификацию и упорядоченно феодального судоустройства и судопроизводства в масштабах всей страны. Сказанное касалось всех сфер общественной жизни феодальной России, начиная от землевладения и правового положения классов и кончая политической и правовой надстройками [17]. Соборное Уложение способствовало расширению и укреплению социальной базы феодального строя России. В той мере, в какой Уложение открывало выход поместьям в вотчины, оно смотрело вперед; в той мере, в какой оно ограничивало этот процесс и гарантировало правовую неприкосновенность поместья, Уложение отражало текущие потребности, продиктованные внутриполитической и внешнеполитической обстановкой первой половины XVII в. В целом Уложение 1649 г. послужило крупной вехой па пути развития феодального вотчинного и поместного права в направлении укрепления феодальных прав на землю и создания единого права феодальной поземельной собственности. Уложением узаконена целая система документальных оснований крепостной зависимости и сыска беглых крестьян. В то же время признание экономической связи феодального владения с крестьянским хозяйством нашло выражение в защите законом имущества и жизни крестьянина от произвола феодала. В части гражданских дел, касающихся личных имущественных прав, и в уголовных делах крестьяне оставались субъектом права. Крестьянин мог участвовать в процессе в качестве свидетеля, быть участником повального обыска. Таким образом. Уложение 1049 г., завершив юридическое оформление крепостной зависимости, одновременно стремилось замкнуть крестьянство в сословных рамках, запрещало переход в другие сословия, законодательно в какой-то степени ограждая от своеволия феодалов. Это обеспечивало для той поры устойчивое равновесие и функционирование всей феодально-крепостнической системы. Уложение 1649 г. включает обширный свод законов холопьего права, составляющий важнейшую часть права феодальной России. Кодекс отразил завершение процесса отмирания прежних категорий холопства и вытеснения их кабальным холопством. А это последнее, будучи также обречено на отмирание в относительно близком будущем, в XVII в. продолжало быть средством мобилизации феодальной системой свободных элементов общества. Вместе с тем кодекс холопьего права был создан в ту пору, когда холопство уже проделало заметный шаг в направлении слияния с крепостным крестьянством. И все же доминирующей оставалась линия Уложения на консолидацию холопьего сословия, на укрепление его сословных рамок в эпоху наибольшей консолидации основных классов-сословий феодального общества. Этим определялось обособленное положение кабальных холопов, продолжавших играть важную роль в социальной структуре общества. Уложение закрепляло права и привилегии господствующего класса феодалов под эгидой дворянства. Интересы дворянства сыграли важную роль в формировании многих законов относительно землевладения, крестьянства, судопроизводства. Еще В. О. Ключевский отметил, что в Уложении « главное внимание обращено на дворянство, как на господствующий военно-служилый и землевладельческий класс: без малого половина всех статей Уложения прямо или косвенно касается его интересов и отношений. Здесь, как и в других своих частях, Уложение старается удержаться на почве действительности»[18]. Уложение 1649 г. впервые в истории русского законодательства дало наиболее полное выражение статуса власти царя в условиях перехода от сословно- представительной монархии к абсолютизму. В кодексе раскрыт состав государственного аппарата центрального (царь, Боярская дума, приказы) и на местах (воеводское управление, губные старосты и их аппарат). Нормы, регулирующие деятельность центральных учреждений, представлены преимущественно в части судопроизводства. Уложение показывает, что феодальное государство — хотя и главный, решающий, но не единственный элемент политической организации феодального общества. Важную роль играет церковь, которой отведена отдельная глава, поставленная на первое место. В интересах усиления царской власти Уложение подрывало экономическую мощь церкви, лишив ее легальной возможности увеличивать земельные владения, иметь слободы и торгово-промысловые заведения в городах. Созданием Монастырского приказа ограничивались привилегии церкви в области управления и суда. Эта реформа не была последовательной. В руках патриарха оставались земельные владения и собственный суд, который, однако, был подчинен царю и Боярской думе. Вместе с тем Уложение брало под защиту закона вероучение церкви и сложившийся в ней чин службы, видя в их ослаблении падение авторитета церкви и ее влияния на массы. В сфере местного управления Уложение отразило ведущее положение бюрократических звеньев воеводской власти, но в то же время показало, что низовой аппарат не был еще полностью оторван от населения и использовал институты и обычаи, свойственные общинному строю. Наличие в политической организации России середины XVII в. элементов, формально не принадлежащих к органам государственного аппарата, не противоречило тому обстоятельству, что ведущей силой было феодальное государство. Отсюда получили в Уложении правовое оформление понятия государственного суверенитета, государственной безопасности, подданства и воинского долга. Впервые в истории русского законодательства дано систематическое описание государственных преступлений и определен процесс по ним. В Уложении получили значительную разработку вопросы материального и процессуального права и судопроизводства. Заметно стремление совершенствовать судебно-административную систему, оградить ее от злоупотреблений со стороны воеводского и судебного аппарата и обеспечить соответствующее законам решение судебных дел. В Уложении закреплена та стадия развития обязательственного права, при которой вытекающие из договоров обязательства распространялись не на само лицо, а на его имущество. При невозможности выплаты долга следовала его отработка («отдача головою до искупа») по установленной повременной цене. Здесь также выступал сословный характер права: крестьяне и холопы несли ответственность по обязательствам своих господ. Уложение предусматривало широкую практику договорных отношений, которые скреплялись официально разрешенными актами (договора поклажи, подряда и сервитутное право). Семейное право по Уложению совмещало в себе элементы гражданского и уголовного права. В основе его лежали имущественные отношения. Имело место расширение наследственных прав женщин (вдов, дочерей, сестер). Ряд семейных преступлений впервые регулируется светским законодательством (например, преступления детей против родителей). В целом Уложение закрепляло неограниченное право родителей в отношении детей, мужа в отношении жены. На разработку норм уголовного права первой половины ХХII в. оказало воздействие усиление классовой борьбы, связанное с событиями начала XVII в. и восстаниями 1648 г. Впервые в истории русского законодательства дана классификация преступлений (антигосударственные, против церкви, уголовные и гражданские правонарушения). По систематике преступлений и их правовой квалификации соответствующие разделы Уложения — несомненный шаг вперед в сравнении с судебниками и указными книгами Разбойного приказа. Получило дальнейшее развитие вменение вины. Уложение закрепило возникшие в законодательстве предшествующего периода понятия умысла, неосторожности, случайности, хотя и не было еще сколько-нибудь четкого их разграничения. Были выделены обстоятельства, влияющие на определение степени виновности или на ее устранение, — необходимая оборона, крайняя необходимость. Однако применение средств самообороны и ее последствия не ставились в связь со степенью опасности. Отягчающим вину обстоятельством признавалась повторность преступления. Получили более подробную, чем в судебниках, разработку вопросы соучастия в преступлении. Выделялся главный виновник от пособников, попустителей, укрывателей и недоносителей. Наконец, в отличие от ранних стадий развития русского права, уголовная ответственность ложилась теперь на все прослойки общества, хотя и на основе принципа права-привилегии. Окончательно закреплялось положение, когда на государственные органы возлагалась обязанность карать преступников независимо от жалоб потерпевших [19]. Заключение Принятие Соборного уложения 1649 г. — было значительным шагом вперед по сравнению с предыдущим законодательством. В этом законе регулировались не отдельные группы общественных отношений, а все стороны общественно- политической жизни того времени. В связи с этим в Соборном уложении 1649 г. нашли отражение правовые нормы различных отраслей права. Система изложения этих норм, однако, была недостаточно четкой. Нормы разных отраслей права часто объединялись в одной и той же главе. Соборное Уложение 1649 г. во многих отношениях отличается от предшествующих ему законодательных памятников. Судебники XV-XVI вв. представляли собой свод постановлений преимущественно процедурного, процессуального свойства. Уложение 1649 г. значительно превосходит предшествующие памятники русского права прежде всего своим содержанием, широтой охвата различных сторон действительности того времени - экономики, форм землевладения, классово- сословного строя, положения зависимых и не зависимых слоев населения, государственно-политического строя, судопроизводства, материального, процессуального и уголовного прав. Второе отличие - структурное. В Уложении дана довольно определенная систематика норм права по предметам, которые расположены таким образом, что легко могут быть объединены по разновидностям права - государственное военное, правовое положение отдельных категорий населения, поместное и вотчинное, судопроизводство, гражданские правонарушения и уголовные преступления. Третье отличие, как прямое следствие первых двух, состоит в неизмеримо большом объеме Уложения в сравнении с другими памятниками. Наконец, Уложению принадлежит особая роль в развитии русского право вообще. И Русская Правда и судебники прекратили свое существование, оказав на Уложение в сравнении с другими его источниками (например, указными книгами приказов) довольно скромное влияние, Уложение же как действующий кодекс, хотя и дополняемое многими новыми установлениями, просуществовало свыше двухсот лет [20]. Список использованной литературы: 1. Хрестоматия по истории государства и права СССР. Дооктябрьский период. – М., 1990. 2. Памятники русского права, V. – М., 1959. 3. Судебники XV-XVI в.в. М.-Л.,1952. 4. Маньков А.Г. Уложение 1649 г. – кодекс феодального права России. – Л., 1980. 5. Тихомиров М.Н., Елифанов П.П. Соборное Уложение 1649 г. – М., 1961. 6. Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. – Ростов-на- Дону, 1995. 7. Исаев И.А. История государства и права России. – М., 1996. 8. Карганов В. Соборное Уложение // Человек и закон, 1979, №11.
[1] Тихомиров М.Н., Елифанов П.П. Соборное Уложение 1649 года. – М., 1961, с.7. [2] Маньков А.Г. Уложение 1649 г. – кодекс феодального права. – Л., 1980, с. 11,12. [3] Тихомиров М.Н., Елифанов П.П. Соборное Уложение 1649 года. – М., 1961, с.22. [4] Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. – Ростов-на-Дону, 1995, с206. [5] Исаев И.А. История государства и права России. – М., 1996, с. 73. [6] Маньков А.Г. Уложение 1649 г. – кодекс феодального права. – Л., 1980, с. 24,25. [7] Маньков А.Г. Уложение 1649 г. – кодекс феодального права. – Л., 1980, с. 28. [8] Исаев И.А. История государства и права России. – М., 1996, с. 73, 74. [9] Тихомиров М.Н., Елифанов П.П. Соборное Уложение 1649 года. – М., 1961, с.30, 31. [10] Маньков А.Г. Уложение 1649 г. – кодекс феодального права. – Л., 1980, с. 34. [11] Памятники руского права, V. – М., 1959, с. 98. [12] Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. – Ростов-на-Дону, 1995, с. 212, 213. [13] Тихомиров М.Н., Елифанов П.П. Соборное Уложение 1649 года. – М., 1961, с.42, 43. [14] Карганов В. Соборное Уложение // Человек и закон, 1979, №11, с. 16,17. [15] Маньков А.Г. Уложение 1649 г. – кодекс феодального права. – Л., 1980, с. 37-41. [16] Карганов В. Соборное Уложение // Человек и закон, 1979, №11, с. 16. [17] Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. – Ростов-на-Дону, 1995, с. 205. [18] Тихомиров М.Н., Елифанов П.П. Соборное Уложение 1649 года. – М., 1961, с. 5-7. [19] Маньков А.Г. Уложение 1649 г. – кодекс феодального права. – Л., 1980, с. 154. [20] Карганов В. Соборное Уложение // Человек и закон, 1979, №11, с. 18,19.