Каталог :: История

Реферат: Карибский кризис его уроки

Карибский кризис его уроки
Содержание работы:
     Введение. 3
     1. Советский союз и революционная Куба. 4
     1.1. Предпосылки. 7
     1.2. Развитие Карибского конфликта. 10
     1.3. Карантин. 15
     1.4. Черная суббота. 18
     Заключение. 24
     Список литературы: 27
     
      

Введение.

Вторая половина октября 1962 г. вошла в историю под названием Карибский кризис, возникший в атмосфере обострения «холодной войны» и поставивший мир на грань ядерной катастрофы. Человечество в полной мере ощутило реальность апокалипсиса. К счастью, силы разума взяли тогда верх над безрассудством и разыгравшимися эмоциями. Государственные деятели СССР, США и Кубы впервые осознали что такое «ядерный тупик»,и, проявив необходимый реализм при ликвидации кризисной ситуации, нашли в себе силы вступить на путь решения острейших международных проблем не военными, а политическими средствами. И не будет преувеличением сказать, что уроки кризиса, предостерегающие от поспешных, непродуманных действий, стали серьезным вкладом в разработку и нового мышления, и новых подходов к событиям на мировой арене. Однако не все страны приняли во внимание этот опыт. Подтверждением может служить недавно разразившийся Балканский конфликт. Вследствие каких противоречий мировой системы он мог разразиться? Истоки этого конфликта, по- моему мнению, надо искать в далеком 1962 году, поскольку причины, породившие их, основываются на одной платформе. Желание Североатлантического союза расширить как можно дальше на восток сферы своего влияния - это далеко не главный, хотя немаловажный критерий. Показать, да и посмотреть свою военную силу в действии, сделать миф о миротворчестве путем оружия- вот что двигало политические круги НАТО в вопросе о вмешательстве во внутренние дела европейской, независимой страны. В тоже время американцы пошли намного дальше в своих действиях, понимая, что нынешняя «демократическая» Россия, в отличие от своего коммунистического собрата СССР, не сможет, да и не пожелает применить свою военную машину против стран Запада (это чревато гибелью и без того слабой экономической системы, зависимой от валютных вливаний). Почему мы допустили такой исход событий, мы, пережившие подобную ситуацию почти сорок лет назад? Наверное, во многом потому, что многие просто не понимают всей актуальности проблемы ядерной войны. Ко всему прочему, материалы событий 1962г. тщательно скрывались от народа, и только в постперестроечные времена мы смогли ощутить ту грань, переступив которую, можно было бы поставить точку на всем живом. Но и этого для объективной оценки недостаточно, так как основные документальные факты до сих пор числятся под грифом «совершенно секретно», и вся литература, которая посвящена Карибскому кризису, тем или иным образом связано либо с личной оценкой общедоступных фактов, либо со степенью причастности к тем событиям. Однако того, что уже издано по данной тематике вполне хватает для формирования представления о политике нашей страны в середине этого столетия. Цель моего реферата: показать первопричинные истоки конфликтов между СССР и США в послевоенные десятилетия, определить насколько серьезны и плодотворны были шаги по их предотвращению.

1. Советский союз и революционная Куба.

Начало 1960-х гг. в развитии мировой социалистической системы характеризуется напряженностью отношений между СССР и странами соцлагеря, имевших на вооружении большие запасы оружия самых разных систем, и США. В Латинской Америке подъем национально-освободительного движения ознаменовался победой Кубинской революции. 1 января 1959 г. на Кубе был свергнут реакционный режим ставленника американских монополий диктатора Батисты и, в конечном итоге, национально-освободительное движение заверши­лось победой народной революции. Было создано новое правительство во главе с Фиделем Кастро Рус.10 января 1959 г. Советское правительство признало его и установило с Кубой дипломатические отношения. В апреле 1961 г. Фидель Кастро заявил о социалистическом ха­рактере экономической политики: «Кубинская революция разорвала цепь империалистического гнета в Латинской Америке и привела к созданию первого социалистического государства на Американ­ском континенте, ознаменовав исторический поворот и открыв здесь новый этап революционного движения». Победа революции на Кубе вызвала неадекватную реакцию у империали­стов Соединенных Штатов, и они пустили в ход весь арсенал средств политического шантажа, экономического давления и орга­низации контрреволюционных заговоров. Резко враждебная антикубинская линия США подтолкнула Фиделя на сближение с СССР и другими социалистическими странами: иного выхода из экономического кризиса и политической изоляции не было. Отношения с Москвой никогда не были простыми у Кастро, который стоял за более активную поддержку революций во всем мире, а не за «мирное сосуществование» с Западом (в конце 60-х он даже посадил на скамью подсудимых членов «просоветской фракции» своей партии). Неоднозначно к нему относились и в странах соцлагеря и в развивающихся в частности. Тито откровенно его не признавал, не сложились отношения с Насером, в частности, из-за того, что Фидель, получив в подарок серебряный сервиз, неудачно пошутил: «А я думал, что вы подарите мне крокодила». Тем не менее авторитет Кастро оставался высоким, особенно в Латинской Америке, со многими мировыми лидерами он встречался на сессиях Генассамблеи ООН, к нему тянулись многие писатели и артисты: Хемингуэй, Габриэль Гарсиа Маркес, Грэм Грин, Сидней Пуатье, Гарри Белафонте. Возвращаясь к политике контрпереворота надо сказать, что в период с 1960 по 1965 г. ЦРУ организовало и пыталось осущест­вить ряд заговоров и террористических актов с целью устранения Фиделя Кастро. «Мы обнаружили конкретные доказательства по крайней мере восьми заговоров ЦРУ с целью убить Фиделя Каст­ро»,— говорится в докладе сенатской комиссии по расследованию деятельности разведывательных органов США. По целому ряду причин, не за­висящих от ЦРУ, осуществить эти планы не удалось» 2. Одно­временно с политическим нажимом и угрозами США прибегли к организации экономической блокады Кубы. Они рассчитывали подорвать народное хозяйство страны, искусственно вызвать эко­номические трудности и таким образом вынудить кубинское прави­тельство к капитуляции. Эту цель преследовали США, когда на­рушили свои обязательства по импорту кубинского сахара — важ­нейшего источника национального дохода, без экспорта которого Куба как страна, зависящая от импорта продовольствия и других товаров, не в состоянии существовать. Зная это, США в 1960 г. аннулировали 95% квоты на закупки кубинского сахара и запре­тили продажу Кубе промышленного оборудования и других това­ров. В результате этого Куба оказалась в крайне тяжелом поло­жении. Установление дипломатических отношений и торговых связей с Советским Союзом и другими социалистическими странами, их большая бескорыстная экономическая помощь позволили Кубе устоять перед нажимом империали­стов и сорвать экономическую агрессию, предпринятую Соеди­ненными Штатами с целью удушения Кубинской революции. Уже в феврале 1960 г. было заключено соглашение о товарообороте и платежах, создавшее предпосылки для установления тесного сотрудничества СССР с Кубой и обеспечившее ей со­ветскую экономическую помощь. Оно предусматривало закупку кубинского сахара в обмен на поставки необходимых для Кубы товаров из Советского Союза, а также предоставление Кубе кре­дита для приобретения в СССР оборудования и других товаров на 100 млн. долларов. В июне 1960 г. было заключено соглашение, кото­рое обеспечивало Кубу советской нефтью. Начиная с 1960 г. СССР стал поставлять ежегодно до 5 млн.т нефти и нефтепродуктов и закупать 2—3 млн.т кубинского сахара-сырца. Широкую поддержку Кубе оказывали и другие страны социали­стического лагеря.

1.1. Предпосылки.

Этот шаг советского руководства мог принести немалые дивиденды: · развернутая на острове группировка ракет Р-12 (дальность—2000км) и Р-14 (дальность — 4500 км) позволяла наносить ракетно-ядерные удары прак­тически на всю глубину территории США; · развертыванием на Кубе ракетной дивизии до­стигался военно- стратегический паритет с США по числу пусковых установок стратегических ракет, при­влекаемых для поражения целей на территории про­тивника (40 ПУ РСД и 30 ПУ МКР, развернутых на тер­ритории СССР, против 69 американских ПУ МКР); · при подлетном времени (10—12 минут) ракет, стартовавших с острова, и отсутствии на южном на­правлении элементов американской системы предуп­реждения о ракетно-ядерном ударе достигалась вне­запность ракетной атаки. Количественные и качественные изменения в со­отношении стратегических ядерных средств, которые могли сложиться по завершении развертывания Груп­пы советских войск на Кубе, создавали условия нане­сения внезапного удара по территории США и, по оценкам военных, позволяли теперь уже СССР достичь победы в ядерной войне. Для этого необходимо было первым эшелоном (группировка РСД, развернутая на Кубе) нанести «обезглавливающий» удар по центрам государствен­ного и военного управления с целью нарушения бое­вого управления стратегическими силами, а вторым эшелоном (группировка МКР, развернутая на терри­тории СССР, и стратегическая авиация) поразить базы межконтинентальных ракет и стратегической авиации, а также крупные промышленные центры. Развертывание на Кубе группировки ракет сред­ней дальности было блестяще разработано СССР в ходе операции «Анадырь» в июле—октябре 1962 г. Даже несмотря на ее незавершенность (ракеты Р-14 не были доставлены), удалось достигнуть военно-стра­тегического паритета и изменить соотношение стра­тегических сил в западном полушарии. Поскольку американцы уже окружили Советский Союз кольцом своих военных баз и ракетных установок различного назначения, мы должны заплатить им их же монетой, дать им попробовать соб­ственное лекарство, чтобы на себе почувствовать, каково живется под прицелом ядерного оружия. Говоря об этом, Хрущев подчеркнул необходимость проведения этой операции в условиях строгой сек­ретности, чтобы американцы не обнаружили ракет до того, как они будут приведены в полную боевую готовность. Особенно важно из­бежать огласки в период накала в США политических страстей — кампании по выборам в конгресс, назначенным на 6 ноября 1962 г. А после этого, считал Хрущев, можно будет обнародовать со­глашение о ракетах, если оно будет одобрено кубинским прави­тельством. Тогда Куба окажется в фокусе мировой политики, и аме­риканцам будет уже поздно что-либо предпринимать против нее. Мы же будем разговаривать с Америкой на равных. Конечно, подчеркивал Хрущев, необходимо избрать такой спо­соб противодействия американской угрозе в отношении Кубы, ко­торый не привел бы к началу термоядерной войны. Он высказал уве­ренность, что прагматичные американцы не отважатся на безрас­судный риск, точно так же как мы сейчас не можем ничего предпри­нять против нацеленных из Турции, Италии, ФРГ на Советский Союз американских ракет. Должны же здравомыслящие политики в США рассуждать так же, как сегодня рассуждаем мы, заключил Хрущев. На совещании было принято решение направить в Гавану де­легацию в составе Ш.Р.Рашидова, маршала С.С.Бирюзова и посла СССР А.И.Алексеева. Полеты У-2, планы ядерной войны против Советского Союза и нанесения атомных ударов по военным объектам и городам социалистических стран привели руководство нашего государства в шоковое состояние - вести переговоры о мирной жизни и одновременно планировать атомные удары! Это делает понятным, где корни Карибского кризиса. США и НАТО буквально подвели СССР к ответному размещению ракет на Кубе. Хотелось бы акцентироваться на причинах его возникновения и отразить участие офицеров Главного разведывательного управления Генерального штаба ВС (ГРУ ГШ ВС)6 в его урегулировании.

1.2. Развитие Карибского конфликта.

В июле 1962 г. в Москву прибыла военная делегация Кубы во главе с Раулем Кастро. Она вела переговоры с военными руководителями СССР о предоставлении Кубе военной помощи. Переговоры шли долго, а 3 и 8 июля в них принимал участие и Н.С.Хрущев. Можно с уверенностью предположить, что именно в эти дни было принято окончательное решение о размещении на Кубе ракет среднего радиуса с ядерными боеголовками и бомбардировщиков, способных нести атомные бомбы, и были согласованны детали их отправки. Когда на советские корабли грузилось это грозное оружие и корабли один за другим отплывали в далекий путь со своим смертоносным грузом, Хрущев предпринял самую продолжительную поездку по стране за все время пребывания у власти. Несомненно, что эта поездка имела характер отвлекающего маневра. Хрущев побывал в Петрозаводске, в Мурманске и Мурманской области, присутствовал на учениях военных кораблей Северного флота, причем в учениях принимали участие и первые советские атомные подводные лодки. Из Мурманска он вылетел в Архангельск и Архангельскую область. Он никогда раньше не был в этих областях. С севера Хрущев поехал на юг - сначала в Тульскую и Орловскую, а затем в Курскую области. Он осмотрел стройки на Курской магнитной аномалии и провел день в своей родной Калиновке, пригласив сюда с Украины Подгорного и Щербицкого, а из Москвы Полянского, чтобы показать им процветающее хозяйство колхоза. Конец июля он провел на Украине - в Кременчуге, Днепропетровске, Херсоне и сельских районах, большую часть августа отдыхал в Крыму и на мысе Пицунда возле г. Гагры. В гостях у Хрущева побывали и король Афганистана Муххамед Захир Шах, и глава ГДР Вальтер Ульбрихт, и исполняющий обязанности Генерального секретаря ООН У Тан, и американский фермер Р.Гарст. Но самая важная встреча состоялась у Хрущева с кубинскими лидерами Э.Че Гевара и Э.Арагонесом. Операция по переброске на Кубу ракетного и атомного оружия шла в августе 1962 г. полным ходом. После отдыха в Пицунде Хрущев вылетел в Среднюю Азию, где знакомился с предприятиями Туркмении, Таджикистана и целую неделю провел в Узбекистане. Только 10 октября, когда советские ракеты уже находились на Кубе и шла быстрая работа по устройству пусковых площадок и сборка доставленных по частям бомбардировщиков ИЛ-28, Хрущев вернулся в Кремль. Операция по размещению советс­ких баллистических ракет на Кубе называлась «Анадырь». Считается, что это название придумал И.В.Ста­лин, намеревавшийся базировать один миллион войск на Чукотке на случай, если США попытаются на­пасть на СССР. По плану операции от советского ВМФ предполагалось задействовать две эскадры: надво­дную и подводную. Однако, желая обеспечить мак­симальную скрытность операции, от использования эскадры надво­дных кораблей отказались, а эскадру подводных лодок задействовали частично — в составе четырех боль­ших дизельных торпедных подвод­ных лодок 641 проекта, достаточно современных по тому времени. Это были Б-4, Б-36, Б-59 и Б-130. Между тем уже в июле началась подготовка к отправке на Кубу как материальной части, так и воинского персонала. С нашей стороны к середине октября 1962г. на Кубу было поставлено почти все, что планировалось: войска, бронетехника, средства ПВО, самолеты МиГ-21 и Ил-28, 32 ракеты средней дальности, а также ядерные боеголовки к ним, правда, не в полном комплекте. 1 октября 1962 г. около полу­ночи четыре подводные лодки Се­верного флота с полным запасом боевых торпед, в том числе с одной ядерной, с интервалом в 30 минут отошли от плавбазы в губе Сайда. Перед походом подводников напут­ствовал первый заместитель глав­нокомандующего ВМФ адмирал В. Фокин: «Провожаем не на войну, но все может быть!» Пакеты с маршрутами командирам подводных лодок разрешалось вскрыть в открытом море — только там они наконец узнали, что идут на Кубу. За два с половиной месяца 85 кораблями было совершено 185 рейсов. Еще в середине августа 1962 г. США получили сведения от немцев, англичан, предателя Пеньковского и своей воздушной разведки о необычайной активности нашего торгового флота, поставках вооружений и, возможно, баллистических ракет. 10 августа 1962 г. директор ЦРУ Дж.Маккоун предупредил президента о возможной поставке на Кубу ракет средней дальности, но это были аналитические данные, точных доказательств у американцев еще не было. Лишь 15 октября очередной полет У-2 дал фотоподтверждение установок ракет средней дальности. Дж.Ф. Кеннеди был поражен. Он верил неоднократным заверениям посла, МИДа и другим доверенным лицам. Обман глубоко его уязвил. В тот же день он сказал об этом брату, Р.Кеннеди. Тот, в свою очередь, был также в недоумении. Он недавно встречался с Добрыниным и поверил его заверениям. Сообщение о советской военной помощи обеспокоило американских политиков и военных. Наблюдение американской разведки за Кубой было усилено. Вскоре стало очевидно, что Советский Союз сооружает на Кубе стартовые площадки для зенитных управляемых ракет (ЗУР), которые считаются оборонительным оружием. Велось интенсивное строительство крупного рыбацкого поселка, под видом которого, как полагало ЦРУ, СССР создает крупную судоверфь и базу для советских подводных лодок. Американское правительство не только выразило свою «озабоченность» через посла СССР А. Добрынина, но провело в районе Кубы крупные маневры, в которых участвовало 45 военных кораблей и 10 тысяч морских пехотинцев. Увеличилось число разведывательных полетов «У-2», непрерывно фотографировавших территорию Кубы, что можно было делать, не нарушая воздушного пространства острова. Теперь перед Соединенными Штатами встал во­прос жизни и смерти, разрешение которого требова­ло либо решительных действий, либо уступок. Расчеты аналитиков, растянувшиеся на неделю, показали, что несмотря на то, что в ответ на старт со­ветских ракет с Кубы американская сторона может нанести удар по территории Советского Союза, по­тери для США в этом случае станут совершенно не­приемлемыми, во многом по этому президент Кеннеди попросил Конгресс разрешить призвать в армию 150 тысяч резервистов. 4 сентября Кеннеди сделал публичное предостережение: США ни при каких условиях не потерпит размещения на Кубе ракет «земля-земля» и другие видов наступательного оружия. Советское руководство оставило без внимания демарш президента США и маневры американского флота. А. Добрынин просил Роберта Кеннеди заверить своего брата, что на Кубе не будут устанавливаться ракеты типа «земля-земля». 12 сентября в советских газетах появилось «Сообщение ТАСС», в котором можно было прочесть: «Правительство СССР уполномочило ТАСС заявить, что Советскому Союзу не требуется перемещения в какую-либо другую страну, например в Кубу, имеющихся у него средств для отражения агрессии, для ответного удара. Наши ядерные средства являются настолько мощными по своей взрывной силе и Советский Союз располагает настолько мощными ракетоносителями для этих зарядов, что нет нужды искать место для их размещения где-то за пределами СССР». В конце сентября и в начале октября в районе «Острова Свободы» сильная облачность не позволяла проводить фоторазведку. Это облегчало скрытное и срочное проведение работ по созданию пусковых установок. Хрущев и Кастро рассчитывали, что все работы будут завершены раньше, чем разведка США обнаружит, каким именно оборонительным оружием располагает теперь Куба. Как откровенно писал позднее в своих мемуарах Хрущев, «этой силы было остаточно, чтобы разрушить Нью-Йорк, Чикаго и другие промышленные города, а о Вашингтоне и говорить нечего. Маленькая деревня». Различного рода слухи о ракетах на Кубе и ведущихся там строительных работах доходили до американцев. Но у них не имелось ясных доказательств. Только 10 октября они смогли возобновить фоторазведку, и полученные фотографии их крайне обеспокоили. Они увидели автомобильные дороги там, где десять дней назад темнели джунгли. Кеннеди приказал расширить фоторазведку, но на Кубу обрушился еще один тайфун, и новые снимки удалось сделать только 14 октября. Американские самолеты снимали не только с большой высоты, но и с малой - в 130 метрах. Тысячи снимков, которые были получены, ясно показали специалистам, что речь идет уже не о зенитных ракетах, а о ракетах «земля- земля», способных нести ядерное оружие. В Белом доме шли почти непрерывные дискуссии, что делать по двум проблемам: как остановить поставки оружия на Кубу и как удалить или уничтожить завезенные туда баллистические ракеты. Бурное обсуждение разделило президентский штаб. Военные были за радикальное силовое решение обеих проблем. Еще раньше Кеннеди создал особый военно- политический штаб - Исполнительный комитет Национального совета безопасности, все члены которого уже не сомневались в грозящей Америке опасности и требовали ответных действий, правда они еще расходились во мнениях о характере и масштабах этих действий. Джон Кеннеди и его брат Роберт выступали за полную морскую блокаду Кубы. Военные лидеры настаивали, однако на массированной бомбардировке всех пусковых установок, на которых уже проводился монтаж ракет, доставленных ранее. Войска и авиация стягивались в районы, максимально приближенные к Кубе. Но президент США временно отклонил предложение о немедленной военной атаке, приказав, однако, начать блокаду.

1.3. Карантин.

А в это время Карибском регионе развернулась армада из 180 военных кораблей. Американские войска во всем мире приводились в состояние повышенной готовности. Атомные подводные лодки с ракетами «Полярис» изменили свои курсы в соответствии с полученными секретными приказами. Бомбардировщики стратегической авиации на всех базах получили приказ подняться в воздух с полной ядерной нагрузкой, и как только один из них приземлялся для заправки и отдыха, другой поднимался в воздух. На Флориде были развернуты шесть дивизий, дополнительные войска перебрасывались на военную базу в Гуантанамо на Кубе. 22 октября президент США Д.Кеннеди выступил по телевидению. Он объявил о блокаде Кубы, которая в целях обмана обществен­ного мнения была названа «карантином». и некоторых других принятых мерах и о причинах, которыми были вызваны действия США. «Это лишь первый шаг, - заявил Кеннеди, - Пентагон получил приказ к проведению дальнейших военных мер». Речь Кеннеди, продолжавшаяся около 20 минут, повергла не только США, но все западные страны в состояние нервного ожидания. Военный министр США Р. Манкмара готовил бомбардировку и оккупацию Кубы, что требовало, по его подсчетам, 250 тысяч солдат, 90 тысяч бойцов морской пехоты и более ста десантных судов. Вместе с тем США стали сосредоточивать свои вооруженные силы не только Кариб­ском море, а также привели в полную боевую готовность свои войска, расположенные в Европе, 6-й и 7-й флоты, парашютно-десантные, пехотные и бронетанковые дивизии, авиацию. Над Кубой нависла угроза вторжения. К 22 октября 1962 г., когда президент США Джон Кеннеди выступил по американскому радио и телевидению с сообщением об обнаружении на Кубе советских ракет, все 42 ракеты и боеголовки к ним, а также воинский персонал уже были на месте. Некоторые ракеты были приведены в боевую готовность. Часть наших кораб­лей еще находилась в пути, но на них было вспомогательное снаря­жение и продовольствие для воинского контингента, без чего при случае можно было и обойтись. В своем обращении к американскому народу 22 октября пре­зидент Дж.Кеннеди потребовал от СССР вывода ракет и объявил военную блокаду Кубы (поскольку фактически это означало объяв­ление войны. Чтобы не обострять конфликта, ряду наших кораблей, следо­вавших на Кубу, было дано указание изменить курс, но несколько судов, не обращая внимания на предупреждения со стороны аме­риканских военных кораблей, все же прорвались к острову. Аме­риканцами было остановлено и проверено только одно зафрахтован­ное Советским Союзом канадское судно, доставлявшее на Кубу сельскохозяйственные машины. Конечно, Хрущев немедленно узнал о выступлении Кеннеди. Советская разведка докладывала ему о всех военных приготовлениях США. Хотя в Кремле, как и в Белом Доме, шли непрерывные совещания политиков и военных, советские средства информации ничего, например, не сообщили 23 октября о выступлении Кеннеди и о блокаде Кубы. Все работы по установке ракет на Кубе проводились круглосуточно, но для окончания этих работ и приведения ракет в боевую готовность требовалось еще несколько дней. Хрущев хотел иметь на Кубе мощную ракетную базу, но он не хотел войны, опасность которой все возрастала. Для него важнее всего было в эти дни понять - являются ли действия США блефом, или же американцы действительно готовятся нанести мощный удар по Кубе и советским ракетным установкам. С 23 октября между Москвой и Вашингтоном начался обмен официальными письмами. В первых посланиях Н.С.Хрущев с негодованием называл действия США «чистейшим бандитизмом» и «безумием выродившегося империализма». А уже 24 октября Советское правительство заявило решительный протест против блокады Кубы и других военных мероприятий США. СССР просил немедленно созвать Совет Безопасности ООН. Министр обороны СССР приказал привести Вооруженные Силы страны в состояние повышенной боевой готовности, отменить отпуска и задержать демобилизацию старших возрастов. Советский Союз продолжал отрицать наличие на Кубе наступательного оружия, заявляя, что там находится только оружие, необходимое для самообороны, и что «с требованием об удалении этой техники не может согласиться ни одно государство, дорожащее своей независимостью». На Кубе Фидель Кастро объявил о проведении всеобщей мобилизации. На срочно созванном заседании Совета Безопасности советский представитель В.Зорин решительно отрицал наличие на Кубе ракет с ядерным оружием. Как можно было прочесть в советских газетах, В.Зорин «разоблачил извлеченные из кучи всякого хлама сотрудниками государственного департамента США утверждения о так называемом установлении советских ракетных баз на Кубе». В это время на пути к Кубе находилось более 20 советских кораблей, и первые из них приближались к линии блокады. Хрущев вел себя внешне спокойно, и вечером 23 октября посетил Большой театр, понимая, что за океаном внимательно следят за каждым его шагом.

1.4. Черная суббота.

В субботу, 27 октября, над островом был сбит американский разведывательный самолет У-2. Его пилот Андерсон погиб. Обста­новка в США накалилась до предела: тот день американцы назы­вают «черной субботой». Президент, подвергавшийся сильному на­жиму «ястребов», требовавших немедленного возмездия, расценил это событие как решимость СССР не отступать перед угрозами, даже с риском начала ядерной войны. Если до этого он придержи­вался арсенала традиционных военно-политических средств, то те­перь понял, что только дипломатия, только равноправные перегово­ры и компромиссы могут стать эффективными средствами разре­шения кризиса. Кстати, тогда был пущен слух, что самолет У-2 сбили кубинцы. Один эмигрант, называвший себя «очевидцем», даже доказывал позднее в газетной публикации, что «кнопку пускового устройства ракеты нажал сам Фидель Кастро». Президент США не поверил этим слухам, но он был убежден, что самолет сбит по приказу Со­ветского правительства. На самом же деле, как уже стало известно, самолет сбили по приказу командующего ПВО группы советских войск на Кубе. Самолет появился на высоте 22 тысяч метров и через 20 минут должен был оказаться в зоне досягаемости ракеты. Наш коман­дующий ПВО, зная о приказе Ф.Кастро своим вооруженным си­лам сбивать без предупреждения все военные самолеты, появляю­щиеся в воздушном пространстве Кубы, и не имея времени на раз­мышление, отдал приказ о поражении цели. Самолет Андерсона был сбит первой же ракетой...Напряжение нарастало. В ночь с 26 на 27 октября и вечером 27 октября прошли две встречи Р.Кеннеди с послом А.Добрыниным, где он заявил следующее: «Напряжение очень сильное. Опасность войны велика. Президенту очень трудно под давлением военных, конгрессменов, госдепартамента, прессы. Помимо его воли может случиться непоправимое. Помогите президенту решить эту задачу, он не хочет военного столкновения и питает глубокое уважение к мужеству советского народа, но его принуждают к действию. Остается всего несколько часов». Об этих встречах посол немедленно доложил в Москву. В Москве тоже шел анализ ситуации. Для реальной оценки обстановки, в том числе возможности высадки ВС США на Кубу, были задействованы все каналы получения информации. Она шла от А. Добрынина о его встречах с Р.Кеннеди, от резидента КГБ Феклисова, от источников ГРУ. Г.Большаков в этот период с Р.Кеннеди лично не встречался, но был очень активен в контактах с представителями прессы, близкими лично к Дж.Ф.Кеннеди, его брату, к госдепартаменту, конгрессу. Он встречался с Барлеттом (другом Дж.Ф.Кеннеди), который показал ему фотоснимки двух ракетных баз на Кубе и просил сообщить ему или Р.Кеннеди немедленно любую информацию, опровергающую эти данные; с корреспондентом Роджерсом (близким к госдепартаменту), который сообщил о неминуемой бомбардировке и высадке американцев на Кубу. О состоянии ВС США и НАТО в этот период ГРУ подробно информировал агент Мюрат. Все данные, которые поступали в Москву, говорили о том, что атака и высадка на Кубу неизбежны и нужно принимать кардинальное решение. На сей раз Н.С.Хрущев отнесся к донесению разведки со всей серьезностью. 26 октября Кеннеди отдал приказ о подготовке к вторжению на Кубу. Узнав о гибели американского летчика, он приказал увеличить в несколько раз число самолетов, проносящихся над островами. Вечером 26 октября Кеннеди получил от Хрущева новое письмо, составленное в иных выражениях, - оно не появилось в советских газетах. Письмо было продиктовано лично Хрущевым и даже не отредактировано. Советский премьер убедился, что действия США не являются блефом и что мир оказался на краю пропасти. Теперь и Хрущев просил Кеннеди проявить сдержанность, ибо «если разразится война, то остановить ее будет не в нашей власти. Я сам участвовал в двух войнах и знаю, что война кончается только после того, как прокатиться по всем городам и селам, сея повсюду смерть и разрушение». Сложившаяся ситуация подтолкнула президента США к реше­нию искать любые средства для политического урегулирования кризиса. Почувствовав, что США находятся в преддверии войны, он поручил своему брату Роберту срочно встретиться с советским послом в Вашингтоне А.Ф.Добрыниным. В обмен на вывод совет­ских ракет Дж.Кеннеди принимал на себя джентльменское обяза­тельство не только не нападать на Кубу, но и удерживать своих со­юзников от этого шага. В ночь на 28 октября Советским правительством без консуль­тации с Фиделем Кастро было решено принять условия Кенне­ди. Последнее письмо Председателя Совета Министров СССР Н.С.Хрущева президенту США Дж.Кеннеди было передано от­крытым текстом по Московскому радио. В письме от 28 октября Хрущев заявлял: «Я отношусь с пониманием к вашей тревоге и тревоге народов США в связи с тем, что оружие, которое вы называете наступательным, действительно является грозным оружием. И вы, и мы понимаем, что это за оружие». Позднее, во время визита Ф.Кастро в СССР в мае 1963 г., Хрущев рассказывал, что такая поспешность была вызвана полученными из США достоверными данными о принятом американским военным командованием реше­нии начать 29 или 30 октября бомбардировку советских ракетных установок и кубинских военных объектов с последующим вторже­нием на остров. Хрущев сказал, что -ночь на 28 октября все члены Президиума ЦК КПСС провели в Кремле, готовя последнее письмо американскому президенту. По его словам, текст послания начал передаваться по радио, когда его конец еще не был отредактирован. Поэтому, говорил Хрущев, у советского руководства не оставалось времени, чтобы согласовать свое решение с Гаваной: мир висел на волоске. 29 октября 1962 г. Советское правительство приняло реше­ние направить на Кубу для переговоров с руководством республики А.И.Микояна. По пути он остановился в Нью-Йорке для встречи с постоянным представителем США в ООН Эдлаем Стивенсоном и бывшим верховным комиссаром США в Германии, а в ту пору со­ветником президента по вопросам разоружения Джоном Макклоем (по поручению Кеннеди оба они вели переговоры с находившимся там заместителем министра иностранных дел СССР В.В.Кузне­цовым) . 2 ноября А.И.Микоян прибыл в Гавану. За два дня до того Кубу посетил исполнявший тогда обязанности генерального се­кретаря ООН У Тан, который вел переговоры с кубинским руковод­ством и нашим посольством о порядке вывоза ракет. Мы заверили У Тана, что в кратчайший срок все 42 ракеты будут демонтирова­ны и направлены в морские порты. С кубинцами он вел перегово­ры об организации инспекции над демонтажем и вывозом ракетно­го оружия. После переговоров с У Таном Фидель Кастро в своем выступлении по телевидению 1 ноября заявил: «Мы не нарушали никакого права, не совершали никакой агрессии против кого бы то ни было. Поэтому инспекция является еще одной попыткой уни­зить нашу страну. Поэтому мы ее не принимаем». В том же выступлении кубинский руководитель коснулся отношений с Советским Союзом. Он сказал: «Нужно особенно напомнить о том, что во все трудные моменты, когда мы встречались с американской аг­рессией... мы всегда опирались на дружескую руку Советского Союза. За это мы благодарны ему, и об этом мы должны говорить во весь голос. Советские люди, которых мы видим здесь... сделали для нас очень много. Кроме того, советские военные специалисты, которые были готовы умереть вместе с нами, очень много сделали в обучении и подготовке наших вооруженных сил». Говорят, когда Хрущев распорядился вывезти ракеты, он натолкнулся на резкую реакцию Кастро. В узком кругу Фидель не стеснялся в выборе выражений в адрес Хрущева: «Сукин сын! Негодяй! Задница!» Будто бы в пароксизме гнева он разбил зеркало и швырял стаканы. Хрущев в мемуарах отмечал, что Кастро рассчитывал на «превентивный» удар СССР по США. В итоге, несмотря на длительное сопротивление кубинских то­варищей, нам все же пришлось согласиться с американцами на вы­вод самолетов Ил-28 и торпедных катеров. Была достигнута догово­ренность об оставлении на Кубе военного соединения, которое могло бы оказывать кубинцам помощь в овладении советской военной техникой. Переговоры в Гаване и Нью-Йорке завершились 20 ноября 1962 г. — после того как президент США Дж.Кеннеди объявил о снятии блокады. Советские ракеты к тому времени уже были вывезены с Кубы. Советское правительство дало указание нашим вооруженным силам об отмене повышенной боевой готовности. Такое же указание последовало и от главнокомандующего Объединенными вооруженными силами государств — участников Варшав­ского Договора. Так закончился карибский кризис.

Заключение.

Во-первых, карибский кризис был детищем «холодной войны». Конфронтация между великими державами, сопровождавшаяся в ту пору политикой взаимных угроз, и стала фоном для событий осени 1962 г. Поэтому установка наших ракет на Кубе в тех условиях была закономерной; ибо такой шаг, с одной стороны, защищал кубинскую революцию от внешней агрессии, а с другой — привел к равенству противостояв­ших друг другу сил, заставил США вступить в диалог с Советским Союзом на паритетных началах. А ведь паритет, примерное равенст­во сил и дали возможность для проводимого сегодня обеими сторо­нами равномерного снижения уровня вооружений. Во-вторых, именно после ликвидации карибского кризиса нача­лись практические поиски путей к общему ослаблению международ­ной напряженности, к разрядке, ибо всем стало ясно, что иной альтернативы сохранению мира на земле нет. При ликвидации карибского кризиса восторжествовали разум, здравый смысл. В-третьих, объективный анализ ситуации, сложившейся осенью 1962 г., показывает, что размещение советских ракет на Кубе не породило, а, напротив, в конечном итоге предотвратило даль­нейшие агрессивные и потому весьма опасные действия американ­ского империализма в районе Карибского моря; это, в свою очередь, спасло революционную Кубу и заставило США, хотелось им того или нет, уважать суверенитет острова Свободы. За минувшие с той поры 26 лет Куба успешно продолжала строительство социалисти­ческого общества. Социализм заставил признать свое право на существование и в Западном полушарии. Уроки карибского кризиса были учтены обеими сторо­нами. Представляется, и Хрущев, и Кеннеди осознали опас­ность политики балансирования на грани войны и необхо­димость компромиссов. Во всяком случае, со стороны СССР угроз применения ядерного оружия в локальных конфлик­тах более не высказывалось. Выступая на сессии Верхов­ного Совета СССР 12 декабря 1962 г., Н.С.Хрущев опреде­лил политику мирного сосуществования как решение спор­ных вопросов между государствами без войны, мирным путем. Он отметил, что опыт карибского конфликта «заста­вит многих людей изменить свои взгляды на развитие меж­дународного положения и свою оценку соотношения сил на международной арене. Они более реально будут представ­лять сейчас опасность ядерной катастрофы». Говоря об изменении взглядов, имел ли в виду Хру­щев себя? Вполне возможно. Так или иначе, не отказываясь от поддержки революционных сил и движений «третьего мира», КПСС стала проявлять большую осторожность во внешней политике. В ходе развернувшейся полемики в коммунистичес­ком движении по вопросу о методах противодействия агрес­сивным акциям империализма ЦК КПСС, явно учитывая уроки международных кризисов, высказался против мето­да «борьбы острием против острия». Приверженцы подоб­ных действий, отмечал ЦК КПСС в 1963 году, очевидно, полагают, что Советский Союз должен отвечать провокация­ми на провокации, должен принять вызов империализма на соревнование в авантюризме и агрессивности, то есть в соревновании не за обеспечение мира, а в развязывании войны. Изменение подходов к проблемам мировой политики, отразившее растущее осознание той истины, что отсутствие реальных мер по понижению опасности войны неизбежно при­ведет человечество к катастрофе раньше, чем та или иная система сумеет доказать свои преимущества, дало свои плоды. Так, в 1963 году СССР, США и Англия заключили Договор о запрещении испытаний ядерного оружия в ат­мосфере, в космическом пространстве и под водой. Это было ответственное и мудрое решение - в результате ядерных испытаний возникала опасность радиоактивного заражения планеты. Уже в 1956 году, по оценкам ученых, на гибель от лейкемии и рака костей в результате этого заражения.

Список литературы:

1. Адамишин А.Л. Советский Союз и революционная Куба - М. Наука 1987 2. Алексеев А.И. Карибский кризис, как это было – М. Лори 1998 3. Загладин Н.В. Военная политика СССР 60 - М. Международные отношения 1990 4. Копылов И.П. Главное не проиграть //Родина 1998 №8 5. Костев Г.А. Живыми не ждали //Родина 1998. №9