Каталог :: Исторические личности

Реферат: Власть и деспотизм в России: Иван IV Грозный и И.В. Сталин

                  Министерство образования Российской федерации                  
Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
                     Государственный университет управления                     
                        Институт управления на транспорте                        
                               Реферат по истории:                               
                        «Власть и деспотизм в России:                        
Иван IV Грозный и И.В. Сталин»
Выполнила студентка IIого курса:
Группа Авто II-1
Рассказова Ю.П.
Проверила:
                                  Москва, 2003                                  
     

План

I. Вступление: 1. Роль личности в истории; 2. Деспотичные правители в России; 3. Парадокс отношения современности. II. Иван IV Грозный: 1. личность; a. биография, b. мнения, 2. проявление деспотизма; a. опричнина, b. поход на Новгород, c. итоги. III. И.В. Сталин: 1. Личность; a. Биография, b. Характер, c. Мнения i. культ личности ii. его разоблачение iii. отношение к Сталину сегодня 2. проявление деспотизма a. репрессии IV. Сравнительно - сопоставительная характеристика V. Заключение. Вступление Одной из главных характерных черт российского исторического процесса была гипертрофированная роль верховной власти по отношению к обществу. Каковы же истоки особого государственного деспотизма в России? На этот счет имеются различные мнения. Историки-исследователи обращают внимание на ряд обстоятельств. В России с самого зарождения российской государственности стала вырабатываться ее низшая форма - государство-вотчина. Даже в более поздние времена российские императоры владели, а не правили Россией, имели в ней свой династический, а не государственный интерес. Традиция рассматривать вверенную им страну как собственность сохранялась у российских правителей вплоть до Февральской революции 1917 г. (до отречения Николая II от престола). И после означенного события отношение к власти, её характерная черта осталась прежней. Однако не обстоятельства возникновения деспотизма в России являются темой работы. Я бы хотела рассмотреть само проявление деспотизма, а именно, двух ярчайших представителей деспотичной власти: Ивана IV Грозного и И.В. Сталина, и остановиться на отношении к ним. Иван IV Грозный

Личность

Личность Ивана IV является одной из самых ярких и противоречивых фигур русской истории, поэтому эпоху его правления изучали многократно и все время оценивали с разных точек зрения. Я надеюсь, что моя попытка объективного освещения жизнедеятельности на основании исторической литературы, отражающей различные точки зрения на исследуемую проблему, позволит Вам составить собственное мнение об этом человеке и его роли в развитии государства российского.

Биография

25 января 1530 родился Иван IV Грозный (ум. в 1584), царь и великий князь всея Руси, старший сын великого князя Василия III Иоанновича от второго брака с княгиней Еленой Васильевной Глинской. Когда Ивану исполнилось три года, умер его отец, великий князь Василий III, а в восемь лет он потерял и мать, оставшись круглым сиротой на попечении бояр. Иван обладал на удивление быстрым и гибким умом, который, однако, вследствие обстоятельств его детства получил болезненное и искаженное развитие. В детстве Иван был марионеткой в руках княжеских и боярских клик Шуйских Бельских и Глинских, которые делили в это время государственную власть. Бесконечная лента дворцовых интриг и заговоров, опутывавшая царя, невольно заставляла его держаться настороже, обостряла и без того развитый у него инстинкт самосохранения. Именно в детские годы в его душе зародилась ненависть к боярам, превратившаяся с возрастом в маниакальную одержимость. Свойственная его характеру наблюдательность превратилась в подозрительность и недоверие к людям, задумчивость в скрытность, справедливость и милосердие в жестокость. В пору своей юности Иван вошел уже ментально зрелым человеком. Это раннее развитие умственных способностей в будущем царе отмечали все его современники. Речи Ивана, страстные, возбужденные, производившие впечатление искренности, и всегда очень убедительно действовавшие на слушателей, представляют собой вышину русского ораторского искусства XVI века. Как отмечает историк Костомаров, "в сочинениях, написанных под диктовку страсти и раздражения, Иван больше заражает, чем убеждает, поражает жаром речи, гибкостью ума, изворотливостью диалектики, блеском мысли, но это фосфорический блеск, лишенный теплоты, это не вдохновение, а горячка головы, нервическая прыть, следствие искусственного возбуждения". Все перечисленные черты характера Ивана IV оказывали непосредственное влияние на государственную деятельность. Наряду с хорошими, умными, великими планами и действиями, многие поступки царя, совершенные в состоянии аффекта, или, напротив, тщательно продуманные, являются верхом жестокости, распущенности и самого настоящего зверства. С 1547 года условия жизни Ивана изменились. Он постепенно стал выходить из под политической опеки бояр, а роль фактического руководителя государства перешла к митрополиту Макарию, стороннику идеи национального величия Москвы. 16 января 1547 года по старому стилю Иван торжественно венчался на царство. В 1561 г. царский титул был утвержден грамотой константинопольского патриарха. В этом же году Иоанн женился на Анастасии Романовне Захарьиной-Юрьевой из старого боярского рода. В июне 1547 года потерпела поражение могущественная придворная группировка бояр Глинских. Страшный пожар Москвы вызвал народный бунт против Глинских, обвиненных в поджоге. Бунт был скоро подавлен, но серьезно умалил придворное значение Глинских. В это время влияние над царем приобрел протопоп Благовещенского собора Сильвестр, умный и прогрессивно мыслящий человек, стремившийся направить действия юного царя на благо государства. По его совету, Иван для оптимизации управления и выработки новых реформ учредил т.н. "Избранную раду", оттеснившую на задний план боярскую думу. В 50-е гг. был пересмотрен старый и принят новый судебник, к этому же времени относится введение земского самоуправления, отмена кормлений, установление точного срока службы, в зависимости от размеров земельной собственности и т.д. Ряд успехов был достигнут в 50-е - начале 60-х гг. и во внешней политике России. Завоеваны Казанское и Астраханское ханства, успешно начата Ливонская война. В 60-е гг. ситуация изменилась. После тяжелой болезни и смерти супруги, Иван IV охладел к "избранной раде", а начатые прогрессивные государственные преобразования были приостановлены. Окончательно озлобило царя бегство в Литву князя Курбского, одного из ближайших его соратников. Поворотным событием стал отъезд Ивана 3 декабря 1564 г. в Александровскую слободу вместе с царицей, царевичами, придворным штатом, военной охраной, дворцовой казной и святынями. Эта акция была хитрым политическим шагом Ивана IV. Просьбы народа о возвращении в Москву царь использовал в свою пользу, обвинив бояр в разрушении страны и выговорив себе право действовать против врагов государства по своему собственному усмотрению. Вернувшись в Москву, он учредил опричнину, ставшую главным орудием царского террора. За время существования опричинины были казнены десятки видных бояр, в их земли разорены, кощунственно убит митрополит Московский Филипп, разорены Новгород и Псков, запущена внешняя политика.

Мнения

Хотя, несомненно, Иван IV является очень крупной исторической личностью, различными историками он всегда оценивался с разных точек зрения. В советское время Ивану Грозному приписывались такие заслуги, как создание твердого государства, укрепление централизованной власти и т.д., то есть все его деяния оценивались с позиций приоритета сильной, централизованной власти. Но существовал и другая крайность в исторической оценке деятельности Ивана Грозного: для многих историков он однозначно попадал в историческую рубрику под титул "тиранов", присоединяясь к обществу Калигулы, Нерона, Людовика XI и др., а при изучении влияния личности царя на его политическую деятельность психиатрические мотивы выступали чуть ли не на первое место. С.Ф. Платонов объясняет сложность и противоречивость толкования личности царя тем, что о его времени осталось очень мало исторических материалов, поэтому составить объективную картину характера и жизнедеятельности царя, по мнению Платонова, невозможно. "Перед историком проходят целые вереницы лет без единого достоверного упоминания о самом Грозном. Какая "биография" тут возможна? И где тот материал, на котором можно было бы построить правильную "характеристику". В данных условиях мыслимы только догадки, более или менее вероподобные, более или менее соответствующие указаниям уцелевшего материала". По мнению Платонова, историк XVIII века князь Щербатов в своей "Истории Российской", "порабощенный противоречиями своих источников. перенес их на характер своего героя." Из недостатков Грозного Щербатов выделял "самовластие, соединенное с робостью и низостью духа" которыми он объяснял "непомерную горячность, недоверчивость и суровое мщение". Внутреннее противоречие и двойственность характера Ивана Грозного, с точки зрения Щербатова, заключались в противопоставлении его недостатков "проницательному и дальновидному разуму". Тот же взгляд на личность Ивана Грозного, но с большим литературным искусством, по мнению Платонова, выразил в своей "Истории Государства Российского" Карамзин. Далее, на материале Карамзина, но, как считает Платонов, более удачно и тонко личность Ивана Грозного изобразил К. Аксаков, считавший, что "ослабление воли в сочетании с силою острого ума – одно из основных свойств Грозного." В числе не менее важных особенностей царя Аксаков выделял "художественность", которая "увлекала его к самым диким и самым низким поступкам". "Эти попытки славянофильского кружка развить карамзинский взгляд и сделать его более цельным положили начало длянному ряду художественных воспроизведений характера Грозного". С.М. Соловьев подошел к изучению личности Ивана Грозного с точки зрения изучения роли царя в цельном процессе развития патриархального быта в государственные формы. Соловьев считал, что нет необходимости скрывать личные качества Ивана Грозного, но его иторическое значение заключается в том, что он правильно понял задачи своего времени, поэтому личные свойства и пороки Грозного мало интересовали представителей так называемой "историко- юридической" школы, во главе которой стоял Соловьев. Таким образом, начиная с 80-х годов прошлого столетия определилось две точки зрения на оценку деятельносити Грозного. По мнению Платонова "дальнейшее развитие историографии не упразнило ни одной из них, но, очевидно дало торжество той, которая, пренебрегая целями личной характеристики, стремилась оценить Грозного как деятеля, как политическую силу. <.> Как сравнительно много дается теперь, можно видеть из любого профессорского учебника русской истории и, конечно, из "Курса" В.О. Ключевского." Ключевский особо отмечает нравственную неуравновешен­ность, неус­тойчивость, глубокую противоречивость, двойствен­ность в характере Ивана Грозного, приводит яркие пимеры из жизни государя, которые подтверждают его предположения. Ключевский ставит в прямую зависимость политическую дея­тельность Ивана Грозного от его личных качеств – "Минуты уси­ленной работы ума и чув­ства сменялись полным упадком утомлен­ных душевных сил. Такой нравст­венной неровностью, чередова­нием высоких подъемов духа с самыми постыд­ными падениями объясняется и государственная деятельность Ивана."<.> "Иван был царь. Черты его личного характера дали особое направление его политиче­скому образу мыслей, а его политический образ мыслей оказал сильное, притом вредное, влияние на его политический об­раз действий, испортил его." Однако в настоящее время взгляды историков на прошлое далеко не однозначны, поэтому изучение влияния правления Ивана Грозного на историю России является актуальной темой.

Проявление деспотизма

Мало найдется в отечественной истории периодов, которые привлекали бы к себе столь стойкий интерес самой широкой публики, как время Ивана Грозного. Ведь, пожалуй, только петровское и сталинское времена могут соперничать с этой эпохой в популярности. В чем дело? В яркости ли самих правителей, с которыми связывается эпоха? В неизбывном ли тяготении к сильным личностям? В том ли, наконец, глубоком отпечатке, который оставила каждая из этих эпох и на реформах жизни общества, и на общественном сознании? Вероятно, здесь смешались все эти компоненты. Конечно, мы вправе возмутиться: людей, оставивших кровавый зловещий след в истории, называют яркими. Увы, яркость и даже талантливость личности исторического деятеля вовсе не предопределяют его положительную оценку. Гений и злодейство несовместимы, но талант и яркость совместимы со злодейством, в истории тому есть немало примеров. Для историка, пожалуй, главное в каждой из эпох - ее роль в общем ходе исторического развития страны. Изменились ли в результате деятельности Ивана Грозного темп и направление движения истории? Над этими и другими вопросами историки задумываются уже не один век. Переломный характер русского XVI в. ощущали уже младшие современники той мрачной эпохи. Вряд ли случайно, что почти все авторы первой половины XVII в., писавшие о Смутном времени, этом калейдоскопе возводимых и свергаемых с престола царей, самозванцев, крестьянско-казацких отрядов, иноземных полков и иноземных же и отечественных грабительских шаек, начинали свой рассказ о деятельности того царя, который "множество народу от мала до велика при царстве своем погуби и многие грады своя поплени.", хотя и был "муж чудного рассуждения''. Я уверена, что при игре в ассоциации большинство при имени царя Ивана Грозного, не задумываясь, скажет: "Опричнина''. Правда, всего семь лет из 51 года, которые Иван Грозный провел на престоле. Но какие семь лет! "Пожар лютости", разгоревшийся, по словам Курбского, в те годы (1565-1572), унес многие тысячи, а то и десятки тысяч человеческих жизней. Мы в наше просвещенное время привыкли считать жертвы миллионами, но в грубом и жестоком XVI в. не было ни такого количества населения (в России жило всего 5-7 миллионов человек), ни тех совершенных технических средств уничтожения людей, которые принес с собой НТП. Да и аппарат насилия был еще примитивен и патриархален. Так что в памяти людей XVI в. и их младших современников опричнина осталась таким же символом людской мясорубки, как в нашей - тысяча девятьсот тридцать седьмой год. Сходство наблюдается и в том, что как 1937-й начался значительно раньше этой сакраментальной даты, а кончился куда позже, так и опричнина как террор началась до ее учреждения и кончилась много позже ее отмены. И все же не случайно символом террора стала именно опричнина: концентрация казней и садистских расправ была в это семилетие особенно велика. А потому стоит пренебречь строгой хронологией: через призму опричнины попытаемся взглянуть на ход событий эпохи. Для этого перенесемся на мгновение в XVI век. Опричнина Само слово опричнина обозначает совокупность мер, направленных на родовую аристократию. Грозный решил уничтожить радикальными мерами значение княжат, пожалуй, даже и совсем погубить. В годы правления Ивана III и Василия III началось становление централизованного государства; этот процесс продолжался и позднее. В период регентства Елены Глинской (1533-1538), матери малолетнего великого князя Ивана VI, и боярского правления (1538-1547) шла ожесточенная борьба за власть. Однако ни одна из аристократических группировок, возглавлявшихся семейными кланами Шуйских, Бельских и Глинских, не ставила под сомнение сам принцип единства государственной территории Великого княжества Московского, не стремилась восстановить прежнюю феодальную систему. Борьба велась не ради разрушения формировавшегося аппарата центральной власти, а во имя овладения ключевыми позициями в этом аппарате. Сходные устремления были присущи боярам, и после воцарения Ивана VI (1547); ход политической борьбы в то время направлялся не только честолюбием каких- либо лиц или семейств. Речь шла и о более принципиальном выборе, чем выбор между претендентами на высшие государственные должности. Процесс централизации поставил на очередь вопрос о формах власти и о степени участия ведущих социальных сил общества в управлении страной. Судьба страны зависела не только от противоборства и взаимодействия духовной и светской власти. Не меньшее значение имело и создание достаточно прочной социальной базы складывавшей монархии. Стабильность государственной власти может достигаться и при отсутствии явно выраженной поддержки большинства общества; количественные факторы обычно не имеют здесь решающего значения. Намного важнее, чтобы общество в целом воспринимало существующую власть как приемлемую, а активное меньшинство- политическая элита - связывала свои надежды с деятельностью в рамках сложившихся форм государственной жизни и стремилась улучшить их, а не заменить совершенно другими. Ведь всякое общество неоднородно, делится на управляющих и управляемых; общество всегда нуждается в политической элите - наиболее образованных, умелых, способных и подготовленных к сложной деятельности. Политическая элита первой половины XVI в. (бояре и дворяне) не сомневались в необходимости стоящей над обществом наследственной монархической власти, но считала, что царь должен делиться своими полномочиями с верхушкой общества. Боярско-дворянский взгляд на государственное устройство опирался на традиционные средневековые представления о социальной иерархии, о том, что между верхушкой общественной пирамиды (великим князем) и ее низами (холопами) должно существовать известное количество ступеней. Стоящие на наиболее высоких ступенях по своему статусу намного ближе к князю, чем к холопам. Такие взгляды, становившиеся обоснованием участия аристократии (как старой, боярской, удельной, так и новой, дворянской) в управлении государством, уходили корнями в феодальную эпоху, но были вполне приемлемы и в условиях централизации: ведь новый государственный аппарат при рациональной его организации также нуждается в иерархии - только в иерархии должностей, а не уделов, вотчин и других земельных владений. В формирующемся Русском государстве существовала, однако, и иная концепция распределения власти, восходящая к византийским традициям, а также к идеям, сложившимся в северо-восточных княжествах в годы ордынского владычества, - концепция равного бесправия всех членов общества перед лицом монарха. Такой взгляд на взаимоотношения монарха и подданных усвоил Ивана Грозного; он обосновал и пытался применять на практике теорию безусловной и всеобъемлющей власти царя-самодержца. "А жаловать своих холопов мы всегда были вольны, вольны были, и казнить'', - писал царь Иван Андрею Курбскому, называя холопами (рабами) всех без исключения своих подданных. Такой подход был неприемлем для верхушки общества, которая в XVI в. уже могла достаточно отчетливо осознать свои интересы и - пускай не без некоторой опаски - заявить о них. Прежней боярской независимости, характеризовавшей социальное положение крупного вотчинника в феодальные времена, уже нельзя было вернуть; но формировавшееся в XVI в. новое политическое сознание боярства, высшей бюрократии (дьяков) и служилого дворянства предполагало определенную самостоятельность этих слоев общества. Царь Иван, вынужденный в 1550-е годы делиться властью со своим ближайшим окружением (Избранной радой), постепенно стал тяготиться всем, что ограничивало его произвол. Искренне убежденный в праве монарха единолично вершить все государственные дела, Иван Грозный попытался привести действительность в соответствии с собственными убеждениями. Упорство монарха в достижении абсолютной власти, не стесняемой ни обычаем, ни законом, ни даже здравым смыслом или соображениями государственной пользы, - это упорство, усиленное крутым нравом Иваном Грозного, обострило долго вызревавший кризис во взаимоотношениях царя и общества. Итак, декабрь 1564 г., последний месяц до опричнины. Ситуация в стране была тревожной. Всего четыре года тому назад начались перемены в высших эшелонах власти. 7 августа 1560г. умерла царица Анастасия Романовна, женщина, которую царь Иван, похоже, искренне любил. При жизни царицы клан ее родственников Захарьиных-Юрьевых (впоследствии за ними утвердилась фамилия Романовых) был в напряженных отношениях с реально правившим в стране неофициальным правительственным кружком, возглавлявшимся костромским вотчинником Алексеем Федоровичем Адашевым и придворным священником, После смерти Анастасии влияние Захарьиных на оплакивавшего любимую жену царя усилилось, а отношения Ивана IV с Избранной радой обострилось. А.Ф.Адашев и его брат Данило оказываются в опале, в ссылку попадает Сильвестр. "Собаку Алексея" и "попа" царь теперь считать виновниками всех своих бед и неудач. Новая жена царя (он женился через год после смерти Анастасии) - дочь кабардинского князя Темрюка Айдаровича Кученей, получившая при крещении имя Мария, чужачка, - не связана так с придворными группировками, как покойная Анастасия. Но именно о ней, "черкешенке" Марии Темрюковне, усиленно ходят слухи, что она нашептала царю злой совет - учредить опричнину. Нелегка внешнеполитическая ситуация. Еще в правление Избранной рады началась Ливонская война- против властвовавшего в Прибалтике на территории современных Латвии и Эстонии Ливонского ордена. Также еще одна "горячая точка" политической жизни начала 60-х годов XVI в. - двоюродный брат царя Старицкий князь Владимир Андреевич. Когда в 1553 г. царь Иван тяжело заболел и казался уже безнадежным, кое-кто из придворных противопоставлял удельного князя Владимира как возможного наследника престола сыну Ивана VI, еще грудному младенцу. Этого было достаточно, чтобы царь стал относиться к своему кузену как к династическому сопернику. Недоверие усиливалось еще и потому, что в 1537 г. отец князя Владимира, добиваясь великокняжеского престола, поднял мятеж против своего семилетнего племянника Ивана IV. В 1563 г. Иван IV использовал сфабрикованный донос, чтобы обвинить князя Владимира и его мать в "великих изменных делах"; мать была сослана в далекий монастырь, а у князя Владимира царь отобрал часть удела, дав взамен новые земли, где население и, главное, местные феодалы не привыкли считать удельного князя своим государем В апреле 1564 г. из Юрьева Ливонского (ныне Тарту) бежал в Великое княжество Литовское опытный и видный воевода князь Андрей Михайлович Курбский. Человек, близкий к Адашеву и Сильвестру, Курбский сначала избежал опалы. Но в августе 1562 г. он проиграл битву под Невелем, и только боевая рана спасла князя от репрессий. Курбский, однако, знал, что царь не простил ему неудачи, до него доходили слухи о ''гневных словах'' повелителя. В послании инокам Псково- Печерского монастыря князь Андрей писал, что ''напасти и беды'' на него ''кипети многи начинают''. Бегство Курбского тем сильнее ударило по Грозному, что беглый боярин прислал из-за рубежа краткое, но энергичное послание своему бывшему монарху, в котором гневно обвинял царя в тирании, казнях невинных людей. Таков был канун опричнины. Далее события стали развиваться стремительно. 3 декабря 1564 г. царь с семьей и приближенными выехал на богомолье в Троице- Сергиев монастырь. Вроде ничего особенного в этом нет, но настораживало то, что царь увез с собою всю свою казну, а заранее отобранным многочисленным сопровождающим было приказано ехать с семьями. Задержавшись под Москвой из-за внезапно наступившей распутицы, помолившись у Троицы, царь к концу декабря добрался до Александровой слободы (ныне - г. Александров Владимирской области)- села, где не раз отдыхали и ”тешились” охотой и Василий III, и сам Иван IV . Оттуда 3 января 1565 г. в Москву приехал гонец, который привез две грамоты. В первой, адресованной митрополиту Афанасию, сообщалось, что царь положил свой гнев на всех епископов и настоятелей монастырей, а в опалу - на всех служилых людей, от бояр до рядовых дворян, поскольку служилые люди истощают его казну, плохо служат, изменяют, а церковные иерархи их покрывают. Потому он, ''от великие жалости сердца, не хотя их изменных дел терпети, оставил свое государство и поехал, где вселитися, иде же его, государя, бог наставит''. Он грозил оставить свое царство из-за боярской измены и остался во власти, по молению москвичей, которым, кстати, и была адресована вторая грамота, в которой он заверял, ''чтобы они себе никоторого сумнения не держали, гневу на них и опалы никоторые нет'', только под условием, что ему на изменников ''опала своя класти, а иных казнити, и животы их и статки (имущество) имати, а учинити ему на своем государстве себе опришнину: двор ему себе и на весь свой обиход учинити особной''. Борьба с изменою была целью, опричнина же была средством. Новый двор Грозного состоял из бояр и дворян, новой ''тысячи голов'', которую отобрали так же, как и в 1550 г. отобрали тысячу лучших дворян для службы по Москве. Первой тысяче дали тогда подмосковные поместья; второй- Грозный дает поместья в тех городах, ''которые городы поимал в опришнину''; это и были опричники, предназначенные сменить опальных княжат на их удельных землях. В опричнине действовала своя Боярская дума, были созданы свои особые войска, возглавлявшиеся воеводами ''ис опришнины''. Опричнина часть была выделена и в Москву. Естественно, рядовые опричники по своему социальному составу не отличались от рядовых служилых людей из земщины. Разницу стоило бы искать в составе руководителей, но и здесь она была невелика. С самого начала в число опричников вошли многие отпрыски знатных и старинных боярских и даже княжеских родов. Те же, кто не принадлежали к аристократам, тем не менее, и в доопричные годы в основном входили в состав ''дворовых детей боярских''- верхушки феодального сословия, традиционной опоры русских государей. Внезапные возвышения таких мало знатных, но честных людей неоднократно случались и раньше (например, Адашев). Дело было не в якобы демократическом происхождении опричников, потому будто бы вернее служивших царю, чем знать, а в том, что опричники стали личными слугами самодержца, пользовавшимися, кстати, и гарантией безнаказанности. Служивший в опричнине немец Генрих Штаден рассказывает, будто при учреждении опричнины царь Иван послал в земщину приказ: ''Судите праведно, наши виноваты не были бы''. Слова эти Штаден записал по-русски латинскими буквами:''Sudite praveda, nassi winowath ne boly by'', следовательно, он слышал эти слова. Вероятнее всего, Штаден передает лишь слух, но не возник же он на пустом месте? Так была, по сути, узаконена жизненная практика, которую он сам знал прекрасно. Пока он не вступил в опричнину, его сумел обобрать успевший стать опричником современник. Впрочем, и сам Штаден, когда сумел попасть в опричнину, не остался в долгу. Опричнина была жестокою мерою, разорившей не только княжат, но и многих других людей, - всех тех, кого насильственно переселяли с места на место, у кого отнимали вотчины и хозяйство. Сама по себе опричнина должна была возбудить ненависть гонимых. Но действия опричнины сопровождались еще чрезвычайными зверствами. Царь Иван не только выгонял знать из ее вотчин: он мучил и казнил неприятных ему людей. По царскому велению рубили головы изменникам не только десятками, но целыми сотнями. Опалы, ссылки и казни заподозренных лиц, насилия опричников над изменниками, чрезвычайная распущенность Грозного, жестоко истязавшего своих подданных во время оргий, - все это приводило Москву в трепет и робкое смирение перед тираном. Тогда еще никто не понимал, что этот террор больше всего подрывал силы самого правительства и готовил ему жестокие неудачи вне и кризис внутри государства. До каких причуд и странностей могли доходить эксцессы Грозного, свидетельствует, с одной стороны, новгородский погром, а с другой, вокняжение Симеона Бекбулатовича. Кульминацией опричного террора стали конец 1569- лето 1570 г. В 1570 году по какому-то подозрению Грозный устроил целый поход на Новгород, по дороге разорил Тверской уезд, а в самом Новгороде из 6000 дворов запустошил около 5000 и навсегда ослабил город. Остановимся на этом подробнее. Поход на Новгород Царь давно уже не терпел Новгорода. При учреждении опричнины он обвинял весь русский народ в том, что в прошедшие века этот народ не любил царских предков. Видно, что Иван читал летописи и с особенным вниманием останавливался на тех местах, где описывались проявления древней вечевой свободы. Нигде он не видел таких резких, ненавистных черт, как в истории Новгорода и Пскова. Понятно, что к этим двум землям, а особенно к Новгороду, развивалась в нем злоба. В 1569 году какой-то бродяга, родом волынец, наказанный за что-то в Новгороде, вздумал разом, и отомстить новгородцам, и угодить Ивану. Он написал письмо как будто от архиепископа Пимена и многих новгородцев к Сигизмунду-Августу, спрятал это письмо в Софийской церкви за образ Богородицы, а сам убежал в Москву и донес государю, что архиепископ с множеством духовных и мирских людей отдается литовскому государю. Царь с жадностью ухватился за этот донос и тотчас отправил в Новгород искать указанных грамот. Грамоты действительно отыскались. Чудовищно развитое воображение Грозного не допустило его до каких-нибудь сомнений в действительности этой проделки. Что же, в декабре этого года Иван Грозный предпринял поход на север. С ним были все опричники и множество детей боярских. Он шел как на войну: то была странная, сумасбродная война с прошлыми веками, дикая месть живым за давно умерших. Не только Новгород и Псков, но и Тверь были осуждены на кару, как бы в воспоминание о тех временах, когда тверские князья боролись с московскими предками Ивана. Город Клин, некогда принадлежащий Твери, должен был первый испытать царский гнев. Опричники, по царскому приказанию, ворвались в город, били и убивали, кого попало. Испуганные жители, ни в чем не повинные, не понимавшие, что все это значит, разбегались. Затем царь пошел на Тверь. На пути все разоряли и убивали всякого встречного, кто не нравился. Подступивши к Твери, царь приказал окружить город войском со всех сторон, и сам расположился в одном из ближних монастырей. Грозный стоял под Тверью пять дней. Сначала ограбили всех духовных, начиная с епископа. Простые люди думали, что тем дело и кончится; но через два дня, по царскому приказанию, опричники бросились в город, бегали по домам, ломали всякую домашнюю утварь, рубили ворота, двери, окна, забирали всякие домашние запасы и купеческие товары: воск, кожи и пр., свозили в кучи, сжигали, а потом удалились. Жители опять начали думать, что этим дело кончится, что, истребивши их достояние, им, по крайней мере, оставят жизнь, как вдруг опричники опять врываются в город и начинают бить, кого ни попало: мужчин, женщин, младенцев, иных жгут огнем, других рвут клещами, тащат и бросают тела убитых в Волгу. Сам Грозный собирает пленных полочан и немцев, которые содержались в тюрьмах, частью помещены были в домах. Их тащат на берег Волги, в присутствии царя рассекают на части и бросают под лед. Из Твери уехал царь в Торжок, и там повторилось то же, что творилось в Твери. В помяннике Ивана записано убитых там православных христиан 1490 человек. Ведь надо заметить, что Иван Грозный при всей своей жестокости был крайне набожен. Он постоянно молился о спасении душ людей, умерщвленных его опричниками, просил молиться об этом и духовенство. Он надеялся очиститься от греха пролитой крови, тем более он не мог не понимать, что часто гибли ни в чем не повинные люди. Для поминовения погибших в монастырях в 1582-1583 г.г. был составлен «Синодик опальных» (или «Помянник»), который содержит более 3 тыс. имен казненных в 1567-1571 г.г. и является ценным источником по истории опричнины. Но вернемся к походу Грозного. В Торжке Иван едва избежал опасности. Там содержались в башнях пленные немцы и татары. Иван IV явился прежде к немцам, приказал убивать их перед своими глазами и спокойно наслаждался их муками; но, когда оттуда отправился к татарам, мурзы бросились в отчаянии на Малюту, тяжело ранили его, потом убили еще двух человек, а один татарин кинулся было на самого Ивана Грозного, но его остановили. Все татры были умерщвлены. Из Торжка царь шел на Вышний Волочек, Валдай, Яжелбйцы. По обе стороны дороги опричники разбегались по деревням, убивали людей и разоряли их достояния. Еще до прибытия Ивана в Новгород приехал туда его передовой полк. По царскому приказу тотчас окружили город со всех сторон, чтобы никто не мог убежать из него. Потом нахватали духовных из новгородских и окрестных монастырей и церквей, заковали в железа и в Городище поставили на правеже, всякий день били их, требуя по 20 новгородских рублей с каждого, как бы на выкуп. Так продолжалось дней пять. Дворяне и дети боярские, принадлежащие к опричнине, созвали в Детинец знатнейших жителей и торговцев, а также и приказных людей, заковали и отдали приставам под стражу, а дома их и имущество опечатали. Это делалось в первых числах января 1570 года. 6 января, в пятницу вечером, приехал государь в Городище с остальным войском и с 1500 московских стрельцов. На другой день дано повеление перебить дубинами всех игуменов и монахов, которые стояли на правеже, и развести тела их на погребение, каждого в свой монастырь. 8 января, в воскресенье, царь дал знать, что приедет к св. Софии к обедне. По давнему обычаю, архиепископ Пимен со всем собором, с крестами и иконами стал на Волховскому мосту у часовни Чудного креста встречать государя. Царь шел вместе с сыном Иваном, не целовал креста из рук архиепископа и сказал так: «Ты, злочестивец, в руке держишь не крест животворящий, а вместо креста оружие; ты со своими соумышленниками, жителями сего города, хочешь этим оружием уязвить наше царское сердце, вы хотите отчину нашей царской державы Великий Новгород отдать иноплеменнику, польскому королю Жигимонту-Августу, с этих пор ты уже не назовешься пастырем и сопрестольником св. Софии, а назовешься ты волк, хищник, губитель, изменник нашему царскому венцу.». Затем, не подходя к кресту, царь приказал архиепископу служить обедню. Иван отслушал обедню со всеми людьми, а из церкви пошел в столовую палату. Там был приготовлен обед для высокого гостя. Едва уселся за стол и отведал пищи, как вдруг завопил. Это был условный знак: архиепископ Пимен был схвачен, опричники бросились грабить его владычную казну, дворецкий Салтыков и царский духовник Евстафий с царскими боярами овладели ризницею церкви св. Софии, а отсюда отправились по всем монастырям и церквам забирать в пользу царя церковную казну и утварь. Вслед за этим царь приказал привести новгородцев, которые до его прибытия были взяты под стражу. Это были владычные бояре, новгородские дети боярские, выборные городские и приказные люди, и знатнейшие торговцы. С ними вместе привезли их жен и детей. Собравши эту толпу перед собою, Иван Грозный приказал своим детям боярским раздевать их и терзать «неисповедимыми», как говорит современник, муками, между прочим, поджигать их каким-то изобретенным им составом, который у него назывался «поджар»; потом он велел измученных, опаленных привязывать сзади к саням, шибко везти вслед за собою в Новгород, волоча по замерзшей земле, и метать в Волхов с моста. За ними везли их жен и детей, женщинам связывали к ним младенцев и в таком виде бросали в Волхов, по реке ездили царские слуги с баграми и топорами и добивали тех, которые всплывали. «Пять недель продолжалась неукротимая ярость царева», говорит современник. Когда царю надоела такая потеха на Волхове, он начал ездить по монастырям и приказал перед своими глазами истреблять огнем хлеба в скирдах и в зерне, рубить лошадей, коров и всякий скот. Осталось предание, что, приехавши в Антониев монастырь, царь отслушал обедню, потом вошел в трапезу и приказал побить все живое в монастыре. Расправившись, таким образом, с иноческими обителями, Иван начал прогулку по мирскому жительству Новгорода: приказал истреблять купеческие товары, разметывать лавки, ломать дворы и хоромы, выбивать окна, двери в домах, истреблять домашние запасы и все достояние жителей. В то же время царские люди ездили отрядом по окрестностям Новгорода, по селам, деревням и боярским усадьбам разорять жилища, истреблять запасы, убивать скот и домашнюю птицу. Наконец, 13 февраля, в понедельник, на второй неделе поста, созвал государь оставшихся в живых новгородцев; ожидали они своей гибели, как вдруг царь окинул их милостивым взглядом и ласково сказал: «Жители Великого Новгорода! Молите всемилостивого, всещедрого, человеколюбивого Бога о нашем благочестивом царском державстве, о детях наших и обо всем христолюбивом нашем воинстве, чтоб Господь подаровал нам свыше победу и одоление на видимых и невидимых врагов! Судит Бог изменнику моему и вашему архиепископу Пимену и его злым советникам и единомышленникам: на них, изменниках, взыщется вся пролитая кровь; и вы об этом не скорбите, живите в городе сем с благодарностью, я вам оставляю наместника князя Пронского”. Самого Пимена Иван отправил в оковах в Москву. Иностранные известия говорят, что он предавал его поруганию, сажал на белую кобылу и приказывал водить окруженного скоморохами, игравшими на своих инструментах. Вот мы и рассмотрели один из примеров противостояния вечевого города и московского самодержавия! Опричнина была жестокою мерою, разорившей не только княжат, но и многих других людей, - всех тех, кого насильственно переселяли с места на место, у кого отнимали вотчины и хозяйство. Кровавые казни сменялись у него пирами, на которых также лилась кровь; пиры сменялись богомольем, в котором бывало и кощунство. В Александровской слободе Иван устроил что-то вроде монастыря, где его развратные опричники были «братиею» и носили черные рясы поверх цветного платья. От смиренного богомолья братия переходила к вину и крови, глумясь над истинным благочестием. Московский митрополит Филипп (из рода бояр Колычевых) не мог мириться с распущенностью нового государева двора, обличал Ивана и опричников и за то был низложен царем с митрополии и сослан в Тверь (в Отрочь монастырь), где в 1570 г. был задушен одним из самых жестоких опричников - Малютой Скуратовым-Бельским. Иван не постеснялся расправиться со своим двоюродным братом князем Владимиром Андреевичем, которого подозревал в умыслах против себя еще со своей болезни 1553 года. Князь Владимир Андреевич был умерщвлен без суда, так же, как мать и жена его. Не умеряя своей жестокости, Грозный не ограничивал никаких своих вожделений. Он предавался всяческим излишествам и порокам. Наблюдая необычайную жестокость царя и его странные выходки, народ не понимал его и говорил, что царь «играл божьими людьми», порученными ему Богом, нелепо раздвоил свое царство на две половины и одной половине (опричникам) заповедовал другую грабить и убивать. При этом, однако, подданные не считали Ивана больным или умалишенным человеком; напротив, о Грозном царе говорили, что он был «муж чудного рассуждения»; Грозного царя народ славил в своих песнях. Да, вера в доброго, честного царя была непоколебима! А мы же давайте посмотрим правде в глаза, окунувшись во времена правления Ивана. Весной 1570 года в застенках Александровской слободы пыточных дел мастера вели следствие. В измене теперь были обвинены многие из руководителей опричнины. 15 июля 1570 г. состоялась публичная казнь более ста человек на Красной площади в Москве. Перед смертью людей подвергали нечеловеческим мучениям: резали живьем на куски, варили в котлах. В качестве палачей орудовали и сам Иван, и опричные бояре и воеводы. Кое-кому из них пришлось через год-два тоже сложить головы на плахе. И это не единственный пример жестоких расправ Грозного. Так, например, 25 июля 1570 года произошло наиболее массовая казнь в Москве на площади в Китай-городе, непосредственно примыкающем к Кремлю с востока. На большой торговой площади поставили 18 виселиц; разложили многие орудия мук; зажгли костер и над ним повесили огромный чан с водой. Увидев сии грозные приготовления, несчастные жители вообразили, что настал последний день для Москвы; что Иоанн хочет истребить их всех без остатка: в беспамятстве страха они спешили укрыться, где могли. Площадь опустела; в лавках отворенных лежали товары, деньг; не было ни одного человека, кроме толпы опричников у виселиц и костра пылающего. В сей тишине раздался звук бубнов: явился царь на коне с любимым старшим сыном, с боярами и князьями, с легионом кромешников в стройном ополчении; позади шли осужденные, числом 300 или более, в виде мертвецов, истерзанные, окровавленные, от слабости едва передвигая ноги. Иоанн стал у виселиц, осмотрелся и, не видя народа, велел опричникам искать людей, гнать их повсюду на площадь. Не имев терпения ждать, сам поехал за ними, призывая москвитян быть свидетелями его суда, обещая им безопасность и милость. Жители не смели ослушаться: выходили из ям, из погребов; трепетали, но шли; вся площадь наполнилась ими; на стене, на кровлях стояли зрители. Тогда Иоанн, возвысив голос, сказал: ''Народ! Увидишь муки и гибель; но караю изменников! Ответствуй: прав ли суд мой?'' Все ответствовали велегласно: ''Да живет многие лета государь великий! Да погибнут изменники!'' Он приказал вывести 180 человек из толпы осужденных и даровал им жизнь, как менее виновным. Потом думный дьяк государев, развернув свиток, произнес имена казнимых; назвал Висковатого и читал следующее: ''Иван Михайлов, бывший тайный советник государев! Ты служил неправедно его царскому величеству и писал к королю Сигизмонду, желая предать ему Новгород. Се первая вина твоя!'' Сказав, ударил Висковатого в голову и продолжал: ''А се вторая, меньшая вина твоя: ты изменник неблагодарный, писал к султану турецкому, чтобы он взял Астрахань и Казань.'' Ударив его в другой - и в третий раз, дьяк промолвил: ''Ты же звал и хана крымского опустошать Россию: се твое третье злое дело!'' Висковатый ответствовал: ''Свидетельствуюся Господом Богом, ведающим сердца и помышления человеческие, что я всегда служил верно царю и отечеству. Слышу наглые клеветы: не хочу более оправдываться, ибо земной судия не хочет внимать истине; но судия небесный видит мою невиновность - и ты, о государь! Увидишь ее перед лицом всевышнего!'' Кромешники заградили ему его уста, повесили вверх ногами, обнажили его, рассекли на части, и первый Малюта Скуратов, сошедши с коня, отрезал ухо страдальцу. Второю жертвою был казначей Фуников-Карцов, друг Висковатого, в тех же изменах и столь же нелепо обвиняемый. Он сказал царя: ''Се кланяюсь тебе в последний раз на земле, моля Бога, да приимешь в вечности праведную мзду по делам своим!'' Сего несчастного обливали кипящею и холодною водою, он умер в страшных муках. Других кололи, вешали, рубили. Сам Иоанн, сидя на коне, пронзил копием одного старца. Умертвили в четыре часа около двухсот человек. Наконец, совершив дело, убийцы, облиянные кровью, с дымящимися мечами стали пред царем, восклицая: ''Гойда! Гойда!'' и славили его правосудие. Объехав площадь, обозрев груды тел, Иоанн, сытый убийствами, еще ненасытился отчаянием людей: желал видеть злосчастных супруг Фуникова и Висковатого; приехал к ним в дом, смеялся над их слезами; мучил первую, требуя сокровищ; хотел мучить и пятнадцатилетнюю дочь ее, которая стенала и вопила; но отдал ее сыну, царевичу Иоанну, а после вместе с матерью и с женою Висковатого заточил в монастырь, где они умерли с горести. Граждане московские, свидетели сего ужасного дня, не видали в числе его жертв ни князя Вяземского, ни Алексея Басманова: первый испустил дух в пытках; конец последнего - несмотря на все беспримерные злодейства - кажется еще невероятным. Современники пишут, что Иоанн будто бы принудил юного Федора Басманова убить отца своего, тогда же или прежде заставив князя Никиту Прозоровского умертвить брата, князя Василия! По крайней мере, сын-изверг не спас себя отцеубийством: он был казнен вместе с другими. Жены избиенных дворян, числом 80, были утоплены в реке. Одним словом, Иоанн достиг высшей степени безумного своего тиранства; мог еще губить, но не мог изумлять россиян никакими новыми изобретениями лютости. Не было ни для кого безопасности, но всего менее для людей, известных заслугами и богатством: ибо тиран, ненавидя добродетель, любил корысть. Гнев тирана, падая на целые семейства, губил не только детей с отцами, супруг с супругами, но часто и всех родственников мнимого преступника!!!! И когда в ужасах душегубства, Россия цепенела, во дворце раздавался шум ликующих; Иоанн тешился со своими палачами и людьми веселыми, или скоморохами, коих присылали к нему из Новгорода и других областей вместе с медведями! Последними он травил людей, и в гневе и в забаву: видя иногда близ дворца толпу народа, всегда мирного, тихого, приказывал выпускать двух или трех медведей и громко смеялся бегству, воплю устрашенных, гонимых, даже терзаемых ими. Таков был царь; таковы были подданные! В 1571 г. князь Иван Мстиславский дал запись, в которой говорил, что вместе с товарищами своими навел на Москву крымского хана; Мситиславский был прощен за поручительством 285 человек. Подозрительность Иоанна к боярам земским увеличивалась все более и более, так что он прибегнул к новому средству: поставил над ними великим князем всея Руси Симеона Бекбулатова, крещеного татарина, касимовского хана, а сам назывался государем, князем московским; княжение Симеона было впрочем, недолговременно. Менее чем через год татарский царь был сведен с Москвы на Тверь, а в Москве все стало по-прежнему. Что Иван Грозный действительно считал положение свое и детей непрочным на престоле московском, доказывает завещание его, написанное в 1572 году. Здесь, обращаясь к сыновьям своим Ивану и Федору, царь говорит, что он изгнан боярами ради их самовольства и скитается по странам; уговаривает сыновей, чтобы они не разделялись до тех пор, пока старший Иван не сломит всех крамол и не утвердится на престоле, просит сыновей поминать его, если даже в гонении и изгнании будут. Это завещание важно тем, что в нем Иоанн совершенно подчиняет младшего сына к старшему; младший также не должен был думать ни о какой самостоятельности в своем уделе. Опричнина, несомненно, повела к разорению государства, потому что разрушила хозяйственный порядок в центральных московских областях, где сосредоточены были княжата с их удельными вотчинами. Когда Грозный выселял крупных вотчинников с их старых земель, оттуда уходили с ними их холопы, а затем стали уходить и крестьяне, которым невыгодно было оставаться за новыми владельцами, мелкими помещиками, не имевшими никаких земельных льгот. Крестьянам была еще и та выгода уйти со старых мест, что они могли поселиться на новых хороших землях или завоеванном Казанском царстве, куда само правительство звало поселенцев, или же в чёрноземно-плодородной полосе на юг от Оки, где тогда возникало много новых городов. Народ охотно шел на окраины государства, где не было ужасов опричнины, а от этого центральные области все пустели и пустели. К концу царствования Грозного они запустели до такой степени, что с них царь не получал уже ни ратных людей, ни податей. У Грозного не стало войска и средств, что заставило его окончить шедшие тогда войны с Литвой и шведами. Таковы были результаты опричнины. Новые беды стране принес 1571 г. Крымский хан Девлет-Гирей совершил очередной набег на Русь. Большая часть опричников берега Оки в районе Калуги, на службу не вышла: воевать с мирским населением было привычнее и безопаснее, безопасность развратила. Опричнина из мрачного карательного механизма выродилась в шайку убийц с княжескими и боярскими титулами. Хану удалось обойти русские войска и беспрепятственно подойти к Москве. Он не стал штурмовать городские стены, а поджег посады. Огонь перекинулся в Кремль и Китай-город. Пожар бушевал три часа, пока хватало пищи огню. В итоге- пепелище вместо столицы, множество обгоревших и задохнувшихся людей. Хоронить их было некому, а потому из-за разлагавшихся трупов (Москва сгорела 24 мая) ''смрад велик был''. Только к 20 июля, почти через два месяца, город удалось очистить от мертвых тел. Поражение оказалось тяжелым ударом не только для страны, но и для престижа царя Ивана и его опричников. И современники, и ближайшие потомки считали это событие божьей карой за бесчинства опричников. Правда, царь, как обычно, нашел виноватого: уже летом читали публично покаянную грамоту князя Ивана Мстиславского, признавшегося в том, что ''государю.и всей Русской земле изменил, навел есми с моими товарыщи безбожного крымского Девлет-Кирея царя.”. Кто бы мог поверить этому ''признанию'', если сам ''изменник'' продолжал первенствовать в Боярской Думе, а вскоре был назначен наместником в Новгород? Просто покладистый Мстиславский оказал услугу царю - взял грех на себя. Зато у царя появилась новая возможность обвинять бояр-изменников во всех бедах страны. Разгром 1571 г. значительно ухудшил внешнеполитическое положение страны. На переговорах с Крымом русские дипломаты получили тайную инструкцию в крайнем случае соглашаться на уступку Астрахани, но ханские послы требовали Казани. В этих условиях Девлет-Гирей решил следующим летом повторить поход. У царя не оставалось выхода. Он назначил командующим войсками опытного воеводу, часто оказывавшего в опале, - князя Михайлу Ивановича Воротынского и объединил под его началом и опричником и земских людей. В каждом полку вместе воевали люди из земщины и опричники, и земские. Это объединенное войско 30 июля 1572 г. возле деревни Молоди (примерно в 45 километрах к югу от Москвы, возле Подольска) наголову разбило Девлет-Гирея. В плен попал даже знаменитый крымский полководец Дивей-мурза. Страна была спасена. Спасителя же - Воротынского - царь Иван отблагодарил по-своему: меньше чем через год он был казнен по доносу своего холопа, утверждавшего, что Воротынский хотел околдовать царя. Курбский сообщает, что князя связанным держали над огнем, а Грозный сам подгребал угли поближе к жертве. Битва при Моглодях стала победой не только над Девлет-Гиреем, но и над опричниной. Даже Ивану IV стало ясно, что сохранение этого зловещего учреждения угрожает обороноспособности страны. Осенью 1572 г. государь опричнину оставил, и сразу она стала одиозной: наказанию кнутом подлежал тот, кто только осмелится произнести это слово, внезапно превратившееся в крамольное. Отмена опричнины не прекратила террора, более того: были казнены некоторые опричники, в том числе чересчур скомпрометировавшие себя палачеством. Но царь сделал и некоторые жесты в пользу земщины: была возвращена небольшая часть конфискованных имений, реабилитированы (посмертно) некоторые из жертв террора, в Новгород торжественно вернули две иконы в серебряных окладах, хотя все остальное награбленное осталось у царя. По временам укоры совести жестоко терзали его; беспощадное сознание озаряло его больную душу, и он тогда становился страшен сам себе. Часто среди ночи, пробужденный ужасным сновидением, царь в страхе вскакивал с постели; кровавые призраки безвинно замученных им жертв тянулись к нему из темных углов, шептали ему глухие укоры, требовали возмездия, посылая страшные проклятия на его голову.В диком ужасе царь звал к себе на помощь, боясь оставаться один, боясь этой давящей его тишины и мрака.И тогда начиналась или безобразная, разгульная попойка, в которой он хотел утопить терзания своей совести, или, одевшись в монашеское облачение, он со всем двором своим воссылал горячие мольбы к Творцу о ниспослании его измученной душе покоя и мира.И страшно было смотреть тогда на это страдальческое лицо, искаженное исступленным фанатизмом, и жалок становился этот не знавший жалости тиран, бессильный перед самим собой, перед больными страстями своей истерзанной души. Итоги Прежде чем задаться вопросом о том, существовали ли альтернативы кровавой политике опричнины, необходимо обдумать, каковы были ее причины, на какие цели была направлена и к каким объективным результатам она привела. Первым, естественно, возникает вопрос о казнях. Увы, мы не в состоянии ответить на вопрос, были ли все заговоры сфабрикованы в застенках, или хотя бы часть из них была реальной. Прежде всего, до нас не дошли следственные дела. Но даже, если бы они и были, мы вряд ли смогли продвинуться далеко в поисках истины. Так был ли все же какой-то смысл в этой вакханалии казней и убийств? Речь идет не об оправдании опричнины, ибо цель не оправдывает средств, и никакие государственные соображения не могут обелить убийство десятков тысяч невиновных людей. Речь - о задачах опричнины, о ее корнях. Иван Грозный вряд ли ставил перед собой какие бы то ни было глобальные задачи, для него важно было укрепление личной власти. К каким же результатам это привело? Казнь Владимира Андреевича Старицкого с семьей, каким бы гнусным преступлением она ни была, привела к уничтожению последнего реального удельного княжества на Руси. Низложение митрополита Филиппа, человека, перед мужеством которого нельзя было не преклоняться, оказалось шагом на пути лишения церкви ее относительной самостоятельности, превращения ее из союзницы власти в ее служанку. Такая самостоятельность была, как и существование Старицкого княжества, одним из следов удельной старины. Наконец, варварский погром Новгорода был не случаен: в политическом строе этого города сохранялись особенности, уходившие своими корнями в период феодальной раздробленности. Здесь самый воздух был, казалось, пропитан памятью о гордом ''Господине Великом Новгороде”. Так что, какие бы ни были желания и намерения царя Ивана, опричнина способствовала централизации и была объективно направлена против пережитков феодальной раздробленности. Однако и на сей раз цель не оправдала средств, а лишь сама изменилась под их воздействием. Ведь результаты опричнины - и ближайшие, и отдаленные - были трагичны для страны. Давайте их рассмотрим. Ведь это очень важно для того, чтобы сравнить Сталина и Грозного. Начнем с ближайших. В послеопричные годы в стране разразился страшнейший экономический кризис. Деревни и села Центра Северо-Запада (Новгородской земли) запустели: часть крестьян погибла во время террористических опричных набегов, часть разбежалась. Необработанными оставалось больше половины, а то и до 90% земли. Даже в Московском уезде обрабатывалось всего 16% пашни. Многие помещики, лишившиеся крестьян вынуждены были бросить свои поместья и нищенствовать. Иногда роль опричнины в этом разорении косвенная: например, в годы опричнины резко вырос налоговый гнет. Ведь уже в 1565 году царь взял с земщины на свой подъем 100 тыс. руб. Для того времени - эта цена примерно 5-6 млн. пудов ржи или 200-300 тыс. рабочих лошадей. К тому же в 1550-1571 г.г. в дополнение ко всем бедам на Россию обрушилась эпидемия чумы. Но и роль опричнины чрезвычайно велика. Во времена опричнины крестьянское хозяйство потеряло устойчивость: оно лишилось резервов, и первый же недород привел к голоду. ''Из-за кусочка хлеба человек убивал человека'', -писал Штаден. ''Мор был силен по всей Русской земле'', –сообщает один летописец. А другой подводит итог: ''Царь учиниша опричнину.И от того бысть запустению велие Русской земли.''. Достаточно сказать, что во всей Новгородской земле осталась на месте и в живых всего лишь пятая часть жителей. Но если последствия хозяйственного кризиса были преодолены, то другие наложили стойкий отпечаток на отечественную историю. Опричнина утвердила в России режим личной власти. В.И. Ленин подчеркивал, что русское самодержавие ''азиатски –дико''. Но нельзя утверждать, что своим деспотическим характером русское самодержавие обязано не только опричнине. Но и опричнине! Опричнина- это форсированная централизация без достаточных экономических и социальных предпосылок. В этих условиях свою реальную власть пытается компенсировать террором. Она создает не четко работающий аппарат государственный власти, обеспечивающий выполнение решений правительства, а аппарат репрессий, окутывает страну атмосферой страха. Опричнина способствовала закреплению и утверждению крепостного права. Но роль опричнины в утверждении крепостного права не ограничивается хозяйственным кризисом. Ведь без террористической, репрессивной диктатуры, может быть, не удалось бы загнать крестьян в крепостное ярмо. Думается, опричнина повлияла и на те формы, в которых развивалось крепостничество. Рабовладельческое крепостничество - одно из удаленных последствий опричнины. Террор опричнины привел к установлению деспотического режима, при котором возникает некое равенство рабов. Завершилось превращение русских дворян в холопов самодержавия. Итак, путь централизации страны, по которому прошел Грозный, был разорительным и даже губительным для России. Централизация двинулась вперед, но в таких формах, которые нельзя назвать прогрессивными. А значит, не была прогрессивной террористическая диктатура опричнины. Она отрицательно сказалась на ходе отечественной истории. Но не была ли она ли закономерной? Ведь злая или добрая воля одного человека или группы лиц опасны и дорого оплачены нашим народом. Потому даже у опричнины должны быть какие-то корни. Да, традиции деспотизма реально существовали в политической практике тогдашней России. Но не только это привело к страшной опричнине. Надо затронуть и личные причины Ивана IV, как бы не цинично это ни звучало. В годы малолетства Ивана шла острая борьба за власть между боярскими группировками. Эти междоусобия дезорганизовали правительственный аппарат, и без того еще слабый. Ничто не сдерживало произвол наместников. Безусловно, этот произвол, оскорбления нанесли отпечаток на Ивана Грозного. У него появилось подозрение ко всем, недоверие. Конечно, действия Ивана была направлена не на процветание страны, а на укрепление своей личной власти . Грозный понимал, что режим индивидуальной диктатуры должен опираться на всеобщий страх перед диктатором, что нужна, по словам Попова, подсистема страха: иначе не подавить людей думающих и рассуждающих. Государь выступает в ореоле божества, которому известно то, что неведомо простым смертным, божества, чьи замыслы недоступны слабому уму его подданных. Режим Грозного, сцементированный лишь террором и демагогией, не пережил своего создателя, хотя и оставил неизгладимые следы как в психологии господствующего класса и народных масс, так и в судьбах страны. Царь Иван в народных песнях нередко выступает как вспыльчивый и легковерный, но справедливый правитель. Тем самым консервируется утешительная легенда о добром царе и злых боярах. Стойкость массового сознания, его традиционность делают этот феномен особенно опасным для дальнейшего развития страны. Конечно, все это обусловливает отрицательную оценку роли опричнины и в целом деятельности Ивана Грозного в истории России. И.В. Сталин Личность Биография Иосиф Виссарионович Сталин (Джугашвили), генеральный секретарь Коммунистической партии Советского союза, глава СССР, диктатор. На протяжении четверти века, которые он находился у власти, он был, пожалуй самым влиятельным и всемогущим человеком в мире. Под его идейным руководством страна пережила индустриализацию, коллективизацию и раскулачивание, террор и "чистки" 1940-50-х годов, ужасы Великой Отечественной войны и радость победы в 1945 году. Долгое время его биография была тайной за семью печатями. Люди видели в нем настоящего небожителя, находясь под влиянием культа личности, к которому сам Сталин относился с большой иронией. Иосиф Джугашвили родился 21 декабря 1879 года в Гори, в Грузии, в семье бедного сапожника, который в периоды запоя очень жестоко обращался с сыном. В 1888-1984 годах Иосиф учился в школе, где изучал русский язык. После школы он переехал в Тифлис, где поступил в семинарию. Именно там он познакомился с трудами Карла Маркса. В 1899 году его отчислили из семинарии за революционную деятельность. Однако его мать говорила, что Иосифа исключили из-за плохого здоровья. Она мечтала видеть сына священником, но его характер совсем не сочетался с этой деятельностью. В декабре 1899 года Джугашвили начал работать в Тифлисской обсерватории. На следующий год он уже был членом революционного подполья города, организовывая рабочие демонстрации, забастовки и стачки и распространяя запрещенную литературу. После раскола 1903 года на большевиков и меньшевиков Сталин примкнул к первым, поскольку их политическая программа более соответствовала агрессивным ожиданиям Сталина. В период между апрелем 1902 и мартом 1913 года Иосифа семь раз арестовывали, сажали в тюрьму или ссылали в Сибирь, но каждый раз он умудрялся бежать. Подобная политическая одержимость способствовала продвижению Сталина по партийной иерархической лестнице. В 1913 году Сталин опубликовал свою статью на тему марксизма. С того момента а ним закрепился псевдоним Сталин. Некоторое время он редактировал партийное издание - газету "Правда". Но с июля 1913 по март 1917 года он оказался в долгосрочной ссылке. В 1904 году Сталин женился на Екатерине Сванидзе, которая через три года умерла, оставив ему сына Якова. В начале 1920-х годов Яков пытался покончить жизнь самоубийством, после чего отец стал называть его слабым человеком. Когда же Яков попал в плен к фашистам в годы войны, "отец народов" отказался менять своего сына-лейтенанта на немецких пленных. 25 марта 1917 года Сталин возвратился в Петроград из ссылки и возобновил редакторскую деятельность. ОН выступал за военный переворот и захват власти большевиками. Во время октябрьского переворота 25 октября 1917 года Сталин сыграл одну из решающих ролей, однако он все же был менее важен и почитаем, чем его главный соперник - Лев Троцкий. В новом правительстве большевиков - совете Народных комиссаров - Сталин занял два поста - наркома национальностей и государственного контроля. В 1922 году он стал секретарем ЦК КПСС. На тот момент эта должность не представляла особого интереса партийных деятелей, однако она позволила Сталину составлять досье на каждого относительно влиятельного члена партии. Таким образом, будучи главным кадровиком партии, Сталин мог легко расставлять своих людей на ключевых постах. Именно знание биографий всех членов партии сыграло не последнюю роль во внутриполитической борьбе Сталина за главенство в партии. После смерти Ленина Сталин стал идеологом построения социализма в отдельно взятой стране - в СССР. В 1928 году он провозгласил начало коллективизации в государстве и первую пятилетку - план развития страны на ближайшие пять лет. В 1919 году Сталин повторно женился - на Надежде Аллилуевой, которая родила ему двоих детей - Василия, который спился после того, как стал один из руководящих должностных лиц в советских вооруженных силах, и Светлану, которая после смерти отца эмигрировала в США и там написала весьма откровенные мемуары, раскрывшие многие черты характер её отца. Что же касается жены, то Надежда Аллилуева покончила собой в 1932 году. В 1934 году страна вступила в новый этап своей истории - в период сталинского террора и политических процессов. Формальным поводом к этому послужило убийство 1 декабря председателя Петросовета Сергея Кирова, одного из основных оппонентов Сталина. В 1936 году были казнены Зиновьев и Каменев, бывшие союзники генерального секретаря. В июне 1937 года были расстреляны самые авторитетные военные чины СССР, среди которых был и Михаил Тухачевский. Сталин постепенно расправлялся со всеми "героями революции", которые оказывались "врагами народа". Когда верхние эшелоны власти были "прочищены", репрессии начались в среде рядовых граждан союза. Роль Сталина во II Мировой войне были весьма противоречива. С одной стороны, он пытался максимально отодвинуть дату начала схватки с Гитлером, понимая неготовность страны к войне. Но с другой стороны, во многом из-за его террора первые месяцы войны СССР был на грани краха. Буквально накануне вторжения фашистов, в мае 1941 года Сталин стал председателем Совнаркома -это был его первый государственный пост с 1923 года. Сталин был членом т.н. "Большой Тройки", в которую помимо него входили Рузвельт и Черчилль. Однако когда союзники победили общего врага - Гитлера, их пути, естественно, разошлись. После Фултонской речи Черчилля он открыто стали главными врагами в Холодной войне. Несмотря на разруху, в которой находилось государство после Великой Отечественной войны, Сталин тратил много средств на поддержку других государств, вступивших на социалистический путь развития. Однако политические разногласия с Иосифом Броз Тито в конце 1940-х годов стали поводом для нового ветка репрессий в Советском Союзе, среди которых наиболее известными стали "дело врачей", обвинявшихся в покушении на Сталина, и процесс по делу журналов "Ленинград" и "Звезда", после которых такие личности, как Зощенко и Ахматова были подвергнуты остракизму со стороны литературной общественности страны и были обречены на забвение. Дело врачей началось незадолго до смерти Иосифа Сталина 5 марта 1953 году. Видимо, если был не это, было бы расстреляно ещё много выдающихся деятелей Советского Союза. Смерть вождя народов стал шоком для населения, большая часть которого верила в непоколебимость его правления, в его бессмертие. Траур по поводу его кончины продолжался очень долго, причем когда проходила гражданская панихида, столько людей захотели попрощаться со Сталиным, что возникла ужасная давка, в которой многие погибли. Характер Мнения культ личности его разоблачение отношение к Сталину сегодня Проявление деспотизма В 20-30-е годы в Советском Союзе шло формирование административно-командной системы. Процесс этот не был случайным, он вырастал в ответ на потребности так называемого государственного социализма, государства диктатуры пролетариата. Завершился он к концу 30-х годов, в стране утвердилось бесправие и беззаконие, был создан механизм экономического, политического, социального и духовного, то есть тотального давления на человека, полного подчинения его существующему режиму. В обстановке нагнетания истерии по поводу обострения классовой борьбы по мере «продвижения общества к социализму», организации массовых репрессий2 против граждан своей страны в 1936 году была принята новая Конституция СССР, получившая название Сталинской. Конституция была вполне демократичной для того времени, но реальная действительность противоречила её содержанию. Административно-командная система неузнаваемо изменила российскую действительность. Ряд казавшихся несущественными социалистических идей были реализованы, и насильственно навязанная миллионам людей утопия стала их повседневной жизнью. К началу 40-х годов эта система набрала такую устойчивость и силу инерции, которые позволили ей в течение долгого времени прочно удерживать свои позиции. Одной из причин длительного существования этой систему была власть партийной номенклатуры, мощный репрессивно- карательный аппарат, опора на гигантскую государственную собственность, слабость демократических традиций. Большой исторический опыт радикализма и политического террора, с одной стороны, и страх перед репрессиями, ужас перед ГУЛАГом, с другой, сковывали сопротивление режиму. Эта система, её установление и действе тесно связана с именем И.В. Сталина и таким явлением, как сталинизм Репрессии Сталинизм - одно из наиболее масштабных, страшных и загадочных явлений ХХ века. Само понятие ''Сталинизм'' было введено в оборот Л.Д.Троцким, который рассматривал этот феномен как бюрократическую контрреволюционную систему. Современные исследователи рассматривают Сталинизм как, прежде всего систему власти, опиравшуюся на диктатуру пролетариата. Нам важно понять историю возникновения и развития сталинизма. Для этого коротко ознакомимся с историей внутрипартийной борьбы в партии в 1923-1930 годах. Кстати, мало какой из вопросов нашей истории подвергался столь явной фальсификации, как вопрос об оппозиции. Уже в публикациях 20-х годов многие эпизоды, факты, как само направление происходившей борьбы, излагались крайне тенденциозно. При этом каждая из сторон старалась представить своих оппонентов в наиболее непривлекательном виде, те или иные высказывания искажались, ошибки и неточности преувеличивались. Грубость и нелояльность не только не пересекались, но и поощрялись и с одной, и с другой стороны, что придавало с самого начала внутрипартийной борьбе крайне резкий характер. В 30-ые годы лидеры оппозиции стали изображаться уже как предатели и шпионы иностранных государств, завербованные империалистическими разведками еще с первых лет Советской власти. Но было бы неправильно изображать борьбу различных группировок в партии после смерти Ленина только как беспринципную борьбу за власть, прикрытую для видимости различного рода теоретическими рассуждениями. Нет, в 20-ые годы в партии существовали серьезные теоретические и практические расхождения, шла идейная борьба, особенно по вопросу о возможностях, путях и методах строительства социализма в Советском Союзе. Верно, однако, и то, что для Сталина в этой борьбе главным был именно вопрос о власти. Сталин мало заботился о том, чтобы переубедить своих оппонентов и привлечь их к совместной работе. Он старался подчинить их своей воле, сломить их сопротивление. К тому же Сталин был крайне злопамятен и мстителен. Его оппоненты оставались для него личными врагами даже тогда, когда исчезал предмет спора, и возникала необходимость совместной дружной работы. Правда, следует отметить, что Сталин умел хорошо скрывать свои чувства. Так еще 29 мая 1918 года в связи с обострением продовольственного положения в Москве и в центральных губерниях России Совнарком РСФСР назначает Сталина общим руководителем продовольственного дела на юге чрезвычайными правами. В этой связи Сталин 4 июня выезжает в Царицын. Он застает здесь неразбериху и хаос как в продовольственных, так и в военных делах, в области транспорта, финансов и т.п. Используя свои полномочия, Сталин на себя все всю власть в районе Царицына. Нет сомнения в том, что он проделал в Царицыне большую работу для наведения порядка в тылу и на фронте и снабжения продовольствием промышленных центров России. Однако основным средством для наведения этого порядка Сталин уже тогда избрал массовый террор. Он писал Ленину: ''Гоню и ругаю всех, кого нужно, надеюсь, скоро восстановим положение. Можете быть уверены, что не пощадим никого, ни себя, ни других, а хлеб все же дадим''. Сталин и не щадил никого. Он не останавливался не только перед расстрелом всех тех, кто лишь подозревался в связях с контрреволюцией. Можно задать вопрос: почему Сталину так легко сходили с рук самоуправство и грубость? Но, во-первых, Сталин был в 1918-1920 годах достаточно сильной фигурой в руководстве партии и умел постоять за себя. Тем более Сталин стоял на стороне Ленина, и Ленин ценил это и поддерживал его. Поэтому не удивительно, что Сталин сумел оттеснить всех и занять место Ленина после его смерти. В начале 20-х г.г. Сталин взял на вооружение радикальные методы ленинского ''военного коммунизма''. Избавившись от соперников, Сталин встал на путь тотального и быстрого преобразования всех сторон экономической, социальной и культурной жизни страны. Он навязал свои планы сверхиндустриализации и поголовной коллективизации - сверху, без учета интересов общества путем систематического применения большого террора ... Немедленная, тотальная, одновременная, сугубо политическая революция- усиление власти, преобразование экономики, преобразование общественных структур, социальная интеграция, перемены в интеллектуальной и моральной области - осуществлена Сталиным, навязавшим свою волю всему обществу, насильственного. Отождествив себя с партией, Сталин подменил партию, разрушил ее и заявил, что лишь он один сохраняет верность железным законам истории. Политика Сталина пронизана насилием над личностью. Еще в конце 20-х годов его не без основания называли диктаторам. Та ничем не ограниченная, единоличная диктатура Сталина, которая утвердилась с конца 30-х годов, не имела прецедента в истории. На протяжении последних пятнадцати лет своей жизни Сталин обладал такой властью, какой не обладал ни один из русских царей и ни один из диктаторов последнего тысячелетия. Главный мотив, побудивший Сталина развязать террор, - непомерное честолюбие и властолюбие. Всепоглощающая жажда власти обуяла его. Влияние его уже к началу 30-х годов было огромно, но он хотел безграничной власти и абсолютной покорности. И навязать свою волю партии Сталину помог, прежде всего, непомерно раздутый культ личности, о котором говорилось ранее. Обожествление Сталина лишало партию возможности контролировать его действия и заранее оправдывало все, что от него исходило. Обожествив Сталина, люди иными глазами смотрели на него, стараясь оправдать и то, что никакими разумными доводами оправдать было невозможно. Система созданной Сталиным единоличной диктатуры была сложной и прочной. Главную роль в ней играли карательные органы, находившиеся под личным контролем Сталина. Посмотрим же, откуда идут истоки карательных аппаратов, которые наводили потом ужас на миллионы людей. Итак, перед Октябрьской революцией Ленин предполагал, что пролетариат сумеет достаточно легко сломить сопротивление буржуазии, и при подавлении контрреволюции можно будет обойтись относительно короткими и ограниченными карательными акциями. Действительность оказалась много сложнее, и Советскому правительству пришлось создать вскоре после революции специальные карательные органы. В декабре 1917 года состоялась первое заседание Всероссийской Чрезвычайной Комиссии. Особый размах она приняла в годы гражданской войны. Советская власть и Красная Армия вряд ли смогли бы победить своих противников без помощи ВЧК, без ее массовых карательных действий и ''красного террора''. Карательные акции ВЧК включали не одни лишь расстрелы, но и создание больших концентрационных лагерей. В мирное время необходимость отпала. Но 6 февраля 1922 года был принят декрет о реорганизации ВЧК в ГПУ, на которое возлагалась борьба лишь с опасными государственными преступлениями. При этом ГПУ не имело права выносить окончательные решения о наказании преступников, этим занимался суд. Под влиянием Сталина ГПУ стало превращаться в карательную организацию: получило право заключать в тюрьму или в лагерь, высылать в отдаленные районы страны, а позднее даже расстреливать отдельных заключенных. В начале 30-х годов ОГПУ руководило выселением кулаков. На органы ОГПУ опирался Сталин при проведении репрессии среди ''буржуазной'' интеллигенции, технических и военных специалистов. Уже тогда достаточно применялась фальсификация следственных материалов и пытки заключенных. Постепенно увеличивались штаты ОГПУ, реорганизованного в Наркомат внутренних дел (НКВД), в его состав вошло также управление милицией и пограничной охраны. Права НКВД были значительно расширены. При наркоме было создано Особое совещание, наделенное правом заключать людей в лагерь, тюрьму или отправлять в ссылку на срок до пяти лет без какого-либо судебного разбирательства. После убийства Кирова и особенно после первого открытого судебного процесса в 1936 году Сталин и Ежов провели ''генеральную чистку'' органов НКВД. Важно отметить, что оклады работников НКВД были увеличены вчетверо, также органам НКВД передавались лучшие квартиры, дома отдыха, больницы. Итак, в 1937 г. наркомат превратился в огромную армию со своими дивизиями и полками, сотнями тысяч работников охраны, десятками тысяч офицеров. По всей стране была создана огромная сеть осведомителей и доносчиков, работавших на ''общественных началах''. Специальные досье заводились на десятки миллионов человек. Полномочия и права органов НКВД были необычайно велики и в начале 30-х годов, однако по предложению Сталина летом 1936 года ЦК ВКП (б) принял постановление о предоставлении органам НКВД чрезвычайных полномочий сроком на один год - для полного разгрома ''врагов народа''. Потом были также расширены судебно- карательные функции НКВД. Теперь была создана система ''троек'', которые выносили заочные приговоры, не считаясь ни с какими формальностями и нормами судопроизводства. Санкция прокурора имела для НКВД чисто формальный характер. Во многих областях прокуроры подписывали не только задним числом любые санкции, но и чистые бланки, в которые следователи НКВД могли вносить какие угодно фамилии. Вся эта чудовищная, непомерно разросшаяся карательная система подчинялась приказам и воле одного человека- Сталина, была прочной опорой сталинской режима. Так в середине 30-х годов заключенные строили в основном каналы, сначала Беломорско-Балтийский, а затем Москва-Волга. К концу положение изменилось, т.к. стремительное расширение системы ГУЛАГа совпало с расширением в стране промышленного строительства. Работа ГУЛАГа входила в государственные планы и занимала в них все более и более важное место. На долю ГУЛАГа приходилась значительная часть вывозки древесины, добычи медной руды, золота и угля. ГУЛАГ строил не только каналы, но и стратегические дороги и промышленные предприятия в отдаленных районах страны, а также многие другие работы. При этом планировалось не только развитие работ по линии ГУЛАГа, но и прирост лагерной рабочей силы. Таким образом, однажды возникнув, широкая система принудительного труда становилась одной из важных причин все новых массовых репрессий. Итак, пока сфабрикованные таким образом дела увязывались друг с другом во время мучительных допросов на Лубянке и в других тюрьмах НКВД, ударные волны одна за другой обрушивались на партию. Начался ''обмен партийных билетов''- этот эвфемизм обозначал обычную чистку - и около полумиллиона человек были исключены из партии. По всей стране проходили партийные собрания, где коммунистов заставляли вспоминать все свои ''ошибки'' и сознаваться в них, а равно и доносить на своих товарищей. Так появились новые виды ''вражеской деятельности''. Это могла быть связь с осужденным, часто выражавшаяся лишь в мимолетном личном или служебном знакомстве. Другим видом недоносительства считалось умолчание о какой-либо частной беседе. Вот на одном из этих собраний в Казанском педагогическом институте Евгения Гинзбург была обвинена в недоносительстве на ''троцкистского контрабандиста'' Эльвова, который написал статью о революции 1905 г., вызвавшего неудовольствие Сталина. На ее возражение, что связь Эльвова с троцкистами не доказана, она получила ответ: ''Но ведь он арестован! Неужели вы думаете, что кого-нибудь арестовывают, если нет точных данных?'' Надо сказать, что когда кто-либо оказывался исключенным из партии или уволенным с работы, то единственное, чем могли обезопасить себя знакомые такого человека, было прекращение дальнейших связей с ним. В противном случае знакомым жертвы угрожали те же обвинения. Если же забирали приятеля или сослуживца, следовало прекратить любые контакты с семьей пострадавшего, как бы ни горька была ее участь. Женам арестованных советовали как можно скорее добиться развода, детей принуждали отказываться от родителей. Один оперативный работник НКВД был арестован вместе с женой, и их тринадцатилетняя дочь оказалась на улице. Ее заставили выступить на пионерском собрании и заявить, что она требует расстрела своих родителей как шпионов. Кульминации это безумие доносительства достигло во время прошедших один за другим трех показательных процессов в Москве. В августе 1936 г. прошел первый, на котором Зиновьев, Каменев и другие сознались в принадлежности к ''Троцкистско-зиновьевскому центру'', который по поручению Троцкого составил заговор с целью убийства Сталина, Орджоникидзе, Кагановича, Ворошилова и других высших партийных руководителей. Они также сознались в организации убийства Кирова. Все были приговорены к смерти, и приговор, видимо, был немедленно приведен в действие. В январе-феврале 1937 г. состоялся следующий процесс, где Радек, Пятаков и другие обвинялись в связях с Троцким и иностранными разведывательными службами, в создании террористических групп с целью организации убийств, вредительства и саботажа в промышленности. Пятаков был приговорен к смерти. Радек получил десять лет (через несколько лет он умер в лагере). Последний процесс состоялся в марте 1938 г. Бухарин, Рыков, Крестинский и Ягода (бывший глава НКВД) были обвинены в принадлежности к ''правотроцкистскому блоку'', занимавшемуся вредительством, подрывом советской военной мощи и подготовкой с помощью немецкой, британской, японской и польской разведок империалистической агрессии против СССР с последующим расчленением страны. Все обвиняемые были приговорены к смерти. Эти аресты вовсе не ограничились только непосредственными политическими противниками Сталина. Они затронули все слои общества, все слои внутри партии. Обстановка всеобщей подозрительности и террора, которая была в 1936- 1938 годах затронула и научную, техническую интеллигенцию. Погибли тысячи ученых, инженеров, хозяйственников. Споры и обсуждения, начинавшиеся на конференциях или на страницах печати, заканчивались нередко пытками и расстрелами в застенках НКВД. Для того чтобы понять обострение внутриполитической обстановки, рассмотрим ''Шахтинское дело''. По этому делу привлекались инженеры, техники Донецкого бассейна, обвиненные в сознательном вредительстве, в организации взрывов на шахтах, в преступных связях с их прошлыми владельцами, а также в покупке ненужного импортного оборудования, нарушения законов о труде технике безопасности, неправильной закладке новых шахт и т.п. Большинство подсудимых признали лишь часть обвинений, которые им предоставили, или же отвергли их вовсе. А некоторые признали себя виновными по всем статьям обвинения. Суд оправдал четверых из 53 подсудимых. Большинство было осуждено на длительное заключение. Понятие ''шахтинцы'' стало нарицательным, как бы синонимом ''вредительства''. Сталину было выгодно поддерживать версию о сознательном вредительстве. Поэтому он поспешил обобщить уроки ''Шахтинского дела'' и призвал членов партии искать ''шахтинцев'' во всех звеньях советского и хозяйственного аппарата. И террор против ''буржуазных'' специалистов резко усилился. Сталин, кстати, пытался свалить на ''вредительство'' буржуазных специалистов все свои ошибки и просчеты. Сам же он хотел приписать себе несуществующие заслуги в предотвращении иностранной интервенции и в разгроме подпольных контрреволюционных партий. Другими словами, нажить пусть и фиктивный, но важный для него политический капитал. К тому же, организуя политические судебные процессы, Сталин сознательно нагнетал в стране напряженность, чтобы заставить замолчать своих критиков и лишний раз бросить тень на лидеров оппозиционных групп 20-х годов. Как же удалось заставить обвиняемых публично клеветать на себя, придумывать несуществующие организации и несовершенные преступления? Ответ достаточно прост: пытками и другими средствами незаконного давления на арестованных. Вот видите, мы как будто перенеслись в мир правления Ивана Грозного, где творился такой же беспредел и жестокость. Можно многое написать про организации, ''заговоры'', которые раскрывали следователи. Постоянные ''разоблачения'' были повседневностью в стране. Это помогало Сталину укреплять свою диктатуру, власть. Политические процессы конца 20-х начала 30-х г. послужили поводом для массовых репрессий против старой, буржуазной интеллигенции, представители которых работали в различных наркоматов, учебных заведениях, в Академии наук, в музеях, а также в армии. Было арестовано и расстреляно ученых. Судьба их различна. Многие были через несколько лет освобождены и сделали себе блестящую научную карьеру: Е.В. Тарле, А.Г. Лорх, В.В. Виноградов, В.В. Таланов. Иные же - Н.Е. Какурин, А.Е. Снесарев, П.П. Лазарев, С.Ф. Платонов - умерли в заключении и реабилитированы лишь посмертно. А многих ученых, арестованных в 1929-1931 г., не реабилитированы до сих пор, причем о некоторых просто забыли. Кто же всем этим руководил? Кто был исполнителем этих ужасных преступлений? Итак, три имени фигурируют в памяти людей: Ягода, Ежов и Берия. На XVII съезде в состав ЦК без кандидатского стажа вошли Берия Л.П., Н.Е. Ежов, а также Хрущев Н.С. Членом ЦК стал и Ягода Г.Г Ягода был наркомом внутренних дел. Но 25 сентября 1936 г. Сталин и Жданов направили из Сочи телеграмму Кагановичу, Молотову и др. членам Политбюро, чтобы на пост наркомвнудела назначить т. Ежова. По их мнению Ягода оказался не на высоте своей задачи в деле разоблачения троцкистско-зиновьевского блока. И уже на следующий день Ягода был снят с поста и назначен наркомом связи. Но возглавлял наркомат связи Ягода недолго: в начале 1937 г. его арестовали. Ежову суждено было сыграть одну из коротких, но страшных ролей в истории нашей страны. После его назначения наркомом произошли изменения в аппарате НКВД. Вместе с Ягодой оттуда были удалены, а позднее и арестованы его заместители и сотрудники, начальники областных управлений. С приходом Ежова аппарат НКВД был значительно расширен. Именно после его назначения по стране прошли массовые и страшные репрессии. Уничтожали всех: и виновных, и безвинных людей. Человек не знал, что с ним будет через минуту. Ведь в любой момент могли прийти люди в форме и забрать. Это было страшное время. Поэтому террор 1937-1938 г. назвали ''ежовщина''. Неожиданно ЦК ВКП(б) по предложению Сталина назначил для проверки деятельности НКВД специальную комиссию, в которую вошли Л. Берия и Г. Маленков. Никто не обратил на это назначение внимание, но для Ежова и его окружения то был тревожный знак. В печати не было сообщения об аресте Ежова. Он просто исчез. По свидетельству Снегова, Ежов был расстрелян летом 1940 г. Последние недели своей жизни он провел в Сухановской тюрьме НКВД под Москвой, где содержались ''особо опасные враги народа''. И с декабря 1938 г. наркомом внутренних дел становится Л.П. Берия. Берия был груб, невежествен, жаден до плотских утех, при этом ловок и хитер. Сталин получал много писем о моральном разложении, грубости Берия, но он их игнорировал. Вообще, назначение Берия восприняли с надеждой (в широких кругах партии его знали мало). И действительно, массовые репрессии были приостановлены, сотни тысяч новых дел и доносов отложены в сторону. Однако вскоре расстрелы в подвалах тюрем НКВД возобновились. Но, надо отметить, что многие арестованные были реабилитированы. Из них были и те, кто прославился потом в ВОВ (Рокоссовский, Богданов), ученые, конструкторы. Но это не умаляет количество преступлений, совершенных по приказу Берия! То, что испытала страна в те времена просто не передать. Сами работники знали, что перед ними не враги, а невинные, оклеветанные люди. Но для них предпочтительнее было творить произвол, чем становиться его жертвами. Что же превращало работников НКВД в садистов? Почему они переступали через все законы и нормы человеческих жизней? Думаю, причин несколько: § страх оказаться в положении арестованного; § шел отбор людей, т.е. брали самых худших и невежественных; § для НКВД готовили тех, кто способен выполнить даже преступный приказ. Часть работников НКВД уничтожили во времена Сталина, некоторых наказали в 1953-1957 г., а многих просто сместили. Никак не оправдать действия НКВД. Все эти преступления противоречат основным правилам морали, разрушая все нормы человечности. Сравнительно - сопоставительная характеристика Итак, подведем некоторые итоги. Сейчас, с высоты нашего времени, нам видно, что реформация России назрела еще при Иване III. Но уже тогда она не была начата. Нельзя же в самом деле женитьбу на царевне Софье считать за реформу, даже и учитывая, что ее приданым был герб Византии, двуглавый орел. Лишь при внуке Ивана Ш страна встала на путь реформ, но вектор действий был выбран неверно. После избавления от внешней подчиненности татаро-монголам необходимость требовала освобождения и от внутренней зависимости трехсотлетнего раболепства: необходимо было возрождать доазиатскую, свою, национальную форму политического устройства страны, созданную самим народом -- с не единым центром деспотической власти, а с множественными центрами, княжеским и вечевым, выделяя постепенно судебную власть из княжеской. Таким образом, постепенно обретая забытый, но родной и понятный политический язык, Россия двигалась бы в сторону Европы. Но Иван Грозный избрал другой путь, заложив основу с каждым царствованием возрастающего несоответствия между европейской ментальностью народа и политической организацией его жизнедеятельности. Это несоответствие сказывается и до наших дней с постоянной периодичностью -- вспышками догоняющих реформ, смутами, революциями, а народный характер все более деградирует в сторону пассивного юродства. Именно всю полноту власти не желал выпускать из рук Иван Грозный. Тем не менее страну необходимо было вытягивать в открытый мир из того медвежьего угла истории, в котором она погрязла. И последний по силе, яркости и масштабности характера Рюрикович начал действовать, желая одним выстрелом убить двух зайцев: по сути он желал остаться азиатским деспотом, по факту он хотел развернуть страну лицом к Европе. У страны был, выражаясь современным языком, стратегический плацдарм -- Новгород, хранивший ярославовы грамоты и живые экономические связи с Западом. Любой государь без сомнения лишил бы вольный город его самостоятельности и ликвидировал бы республиканский образ правления. Но любой государь, обладающий здравым смыслом, учел бы наличие в стране фактора новгородской традиции -- и политической, и культурной. Учел бы и постарался использовать все плюсы давних связей с ганзейскими, венецианскими и прочими европейскими партнерами, вросшими в землю Новгорода многочисленными колониями первых капиталистических городов Европы. Но, увы, Иван Грозный не обладал здравым смыслом. Он обладал маниакальной преданностью гигантской идее о великом возвышении православной Москвы в качестве Третьего Рима. Цезарю -- царю, маньяку деспотии не нужны сотрудники, союзники и традиционный партнеры. Ему нужны молчаливые и послушные рабы. Поэтому царь Иван залил реку Волхов и город Новгород, стоявший над рекой много веков, кровью свободных граждан. Он опустошил город, обезлюдел его. Тем самым царь московский загнал в кости, в подсознание народа его европейское самоощущение, которое с тех пор выражалось однобоко и уродливо, порождая справедливое мнение о «загадочности» русской души и невозможности понять Россию умом, так как юродство действительно трудно понять. Вместо того, чтобы опереться на дворянство, как на перспективную, свежую социальную силу, и наделить его хоть какой-то, хоть мизерной, но самостоятельной ролью и этим хотя бы символически сохранить традиции Новгорода и тем самым пустить реформы вглубь, Иван Грозный охолопил дворянство и изначально выхолостил его, сделав служилым придатком к трону, привязал к себе кровью и грабежом, обезволил круговой порукой и, модернизировав только военную систему, отнюдь не политическую, укрепил свое деспотическое единовластие . Но, как оказалось, ненадолго. Реформы, разлитые вширь, оказались кровавой лужей, а сословия, недопущенные ни к политической, ни к экономической деятельности, уродливо преобразовались в рабских и лукавых чиновников при троне. Так что бичом чиновничества мы обязаны не Петру Великому. Нет ничего страшней родного российского чиновника, ибо он -- порождение иоанновских реформ. Петровские чиновники все-таки смягчили иоанновских, приказных и опричных. Петровские были на несколько порядков цивилизованней, ибо были послушны циркуляру и, следовательно, начальству -- священному автору циркуляра и потенциальной управе на чиновничий произвол, нарушающий букву циркуляра, не говоря уже о духе оного, буде таковой имелся. Иоанновские служаки были неподвластны ничему и никому, кроме своей воли. Не было над ними ни циркуляра, ни суда. Против их воли реально была только одна сила и управа: воля царская. Но, как гласит народная мудрость, «царь далеко, а бог высоко»... Так и получилось, что, не угадав направление реформ, царь Иван Грозный развернул страну лицом не к Западу, а совсем в противоположную сторону. Тем, что заложил основы бесконтрольного господства чиновничества, этаких царских баскаков, тем, что увеличил территорию страны на Восток стараниями (добро)вольного служилого казачества под водительством лихого Ермака Тимофеевича и, главное, тем, что загнал в кости европейскую самоидентификацию народа. В связи с иоанновскими реформами бросаются в глаза откровенные совпадения базовых моментов той эпохи с основными базовыми установками другой эпохи, такой еще недавней, эпохи одного из самых страшных деспотов азиатского толка -- Иосифа Сталина. Как Иван Грозный не пожелал учесть наличие в стране новгородского фактора, так и Иосиф Сталин вслед за Лениным не пожелал считаться с реальным фактором жизни -- результатами романовских реформ. То есть: а) раскрепощенное крестьянство, наделенное землей, ведь до революционной разрухи в стране было сильное аграрное хозяйство, экспортирующее зерно не хуже современных экспортеров Северной Америки и Канады, в которых производством зерна занимаются фермеры, многие из которых являются потомками тех самых русских и украинских раскрепощенных крестьян, бежавших от революции, Гражданской войны и сталинской коллективизации за океан; б) слабый, но бурно развивающийся промышленно-торговый сектор; в) слабый, но реально функционирующий и участвующий в политической жизни страны многопартийный парламент; г) развивающаяся судебная система с судом присяжных; д) формирующиеся органы местного самоуправления, известные всем как земская система; е) и, наконец, великая русская культура - вот не больше и не меньше и есть плоды реформ некоторых царей из династии Романовых. Но вместо того, чтобы опереться на наиболее инициативные силы, выдвинувшиеся из народных глубин и в ходе обеих революций, и в ходе Гражданской войны, если уж она случилась, и в процессе НЭПа и дать им возможность участвовать в политической и экономической жизни страны, вместо всего этого выявленные историей свежие силы, как некогда при царе Иване IV, обращали в холопствующих опричников, проводя через иезуетский механизм партийной дисциплины и партнадзора, а непокорных уничтожали физически. Как Иван Грозный, так и Иосиф Сталин в принципе не собирался реформировать политическую систему страны. Являясь азиатами по мышлению и деспотами по чувству, они не имели не только намерений, но даже и тени импульса к реформам в этой области. Жизнь страны и людей, ее населяющих, их благосостояние, их политические интересы, гражданские потребности и социальные нужды, то есть все то, что по определению должно было быть целью правителей, должны было бы их интересовать кровно, на самом деле нимало не интересовало ни Сталина, ни Грозного. Страна со всеми ее интересами не являлась их целью. Огромная страна интересовала их только как средство. Средство достижения владычества. Причина этого явления крылась в том, что оба владетеля считали свои особы носителями истины в последней инстанции, и в период правления как одного, так и другого, вырабатывалась и внедрялась «новая» идеология, и в обоих случаях это была деспотическая идеология вселенского масштаба. Идеология Ивана Грозного, известная своей формулой «Москва -- Третий Рим, а четвертому не бывать», была идеологией зарождающегося превосходства православия над мятущейся в лихорадке мировоззренческого кризиса Рефомации неправославной, «еретической» = католической Европой. В основу «новой» идеологии была положена жертва -- сила свободного народного религиозного чувства. Это свободное, и поэтому эффективное, чувство зародилось намного раньше того, как ионнавские идеологи решили заварить на нем идеологический столп власти. Оно было свободно и этим эффективно тогда, когда православие воспринималось не как одна из двух соперничающих конфессий христианства, а только как именно христианство, противостоящее язычеству, в пору трехсотлетнего сопротивления татаро-монголам. Именно христианство как свободное религиозное чувство было основой национальной идеей Руси -- стремление к свободе, к возврату к свободной, доазиатской жизни. Пушкин ведь именно об этом говорил, когда утверждал, что православие и русский язык спасли русский народ именно как европейский в его противоборстве с татаро- монгольской азиатчиной. Каким коварным и иезуитским сознанием надо было обладать, чтобы христианскую основу свободы и независимости, живую и развивающуюся, готовую к реформации вслед за другой, европейской христианской конфессией, чтобы ее связать, мумифицировать и замуровать в фундамент удушающей идеологии деспотизма. Идеология Российской империи зарождалась тогда, вместе с империей. Удушение православия пришлось на период подчинения Астрахани и Казани, покорения Сибири -- на момент колоссальных территориальных приобретений Ивана Грозного. Царство его росло и расширялось. Оно распростерлось от южных степей до Ледовитого океана. От границ с Литвой, которые он готовился преодолеть и уничтожить, до бескрайнего Зауралья, где по преданиям -- край, конец Земли, где живут люди с песьими головами. Идеология Третьего Рима, заложенная Грозным, -- это идеология несвободы, идеология уничтожения Новгорода и задушенного православия. То есть: эта идеология загнала в подсознание народа потребность гражданской свободы и потребность свободного религиозного чувства. Эти два фактора, загнанные в подкорку, стали минами замедленного действия, на которых подорвались реформы Петра I и Екатерины II, и Александра II, и столыпинские реформы. Но если зарезанный новгородский фактор как-то поддавался частичной реставрации через упорные ростки парламентаризма, то фактор затравленных заволжских старцев, загнанных до безумного сектанства раскольников не поддается восстановлению. Хотя пытался Владимир Соловьев, пытался патриарх Тихон. В случае их удачи сломан был бы лед самозацикленности русского сознания, открылся бы выход в мир -- к терпимости и сосуществованию с другими точками зрения. А это дало бы возможность сознанию освободиться от того, что оно владеет идеологической истиной в последней инстанции, то есть сознание стало бы свободным и пересмотрело все свои опорные точки -- такие понятия, как свобода, труд, собственность, право, государство, человек, семья, и так далее. Из загнанной в подсознание нравственно-религиозной свободы сформировалось много негативного -- не только загадка юродства русской души, не только фантастические секты бегунов, хлыстов, скопцов и проч., родились еще и народники, интеллигенты, попытавшиеся взять на себя функции церкви, а также изуверский продолжатель народнического, идеологического мессианства, Иосиф Сталин. Идеология сталинской эпохи есть «новая» идеология превосходства. На сей раз это была идеология превосходства одного сословия над всеми другими. Но как и во времена Реформации в Европе, «новая» идеология «трудящихся» была призвана победно преодолеть мировоззренческий кризис конца XIX -- начала XX веков, в котором погряз беспомощно мятущийся мир на пороге страшных потрясений. В основу «новой» идеологии также была положена жертва: сила свободного, живого чувства справедливости, сочувствия ближнему. Это живое чувство гуманности задолго до мумифицирования его в качестве «новой» идеологии лежало в основе национальной идеи -- поиске правды, в правдоискательстве. В русском понимании в этом слове сосредоточена жажда гражданских свобод, подавленной единовластием и чиновничьей вседозволенностью. В русском понимании слову «правда» есть только один синоним -- справедливость. Это живое чувство правды, как свободы и достоинства свободного человека, родилось из глубин подсознания, в которые некогда канула живая религиозная вера, удушенная политикой Ивана Грозного, и живая свободная жизнь новгородских граждан. Здесь дело не в особой религиозности, богоносности русского народа. Нет особенно религиозных народов. Здесь дело в том, что нельзя было душить, задраивать клапан веры, очень существенный в устройстве сложной, социальной и государственной жизни страны. Там, где этот клапан сохранился открытым, там и общество мобильней, живей и осознанней. Любая диктатура в таких более мобильных обществах обречена, она недолгосрочна и перманентно не возрождается. Так обстояло дело в Италии, пережившей Муссолини, в Польше, нашедшей силы обрести независимость от Русской империи, и даже в Чили, совсем еще недавно. Закрученный наглухо клапан веры в России породил нечто особенное -- орденскую, сектанскую народническую интеллигенцию, которая сама того не сознавая, не веруя ни в бога ни в черта, а только в человеческий фактор, попыталась заместить очиновненное священничество. Правда стала верой, и эту веру, живую, искреннюю, но заблуждающуюся, Сталин мумифицировал и замуровал в основание фундамента новой «фашизированной» системы. Пространство для идеологии сталинской несвободы также разрослось. И до пространств необъятных, гораздо далее мечтаний его предшественника о Сибири. Одновременно с разрастанием империи от Варшавы до Пекина, внедрялась вселенского масштаба мессианская идея о превосходстве одного мифического сословия над всеми другими. Сталин задумал непросто, как его бесхитростный пращур, развернуть страну к Западу, оставаясь при этом деспотом. Он задумал подойти к Западу с тыла, с Востока, обойдя шар земной. Он двинул страну в Азию, в Китай, двинул вспять, простодушно не понимая, какая разница -- с какой стороны подойти к Западу и его достижениям в научно техническом прогрессе, лишь бы подойти. Его задача была уже более агрессивна и открыта, чем туманные прозрения Грозного. Он готовился один занять все земное пространство для своей «новой» идеи превосходства -- и Запад, и Восток. И первой жертвой этого маниакального стремления стала живая народная вера в добро и правду, а также и те, кто озвучивал эту веру... некоторые священнослужители и вся интеллигенция -- плод романовских реформ. Национальная идея свободы, гражданской и религиозной, дважды уродовалась и дважды была брошена под ноги «реформируемой» военизированно-деспотической системе ради мессианской ереси владык. Есть в этой параллели небольшая несостыковочка. Неадекватность реформ Ивана Грозного закончилась крахом государства. Вскоре после смерти «реформатора» страна быстро деградировала. Холопское дворянство не стало опорой трона. Разбойная опричнина не спасла Федора Иоанновича. Династия рухнула. Неуправляемая страна понеслась по волнам анархии и погрузилась во мглу гражданской смуты и интервенции. Всего этого не произошло после смерти «реформатора» Сталина. Неадекватность сталинских потуг не закончилась крахом со смертью властителя. Но так ли это? Заключение Список литературы 1. Платонов С.Ф. Иван Грозный (1530-1584). Виппер Р.Ю. Иван Грозный / Сост. и вступ. Статья Д.М. Володихина. – М., 1998. Виппер Р.Ю. «Иван Грозный» 2. Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории. Петрозаводск, 1996. 3. Соловьев С.М. Чтения и рассказы по истории России. – М., 1989. 4. Карамзин «История Государства Российского» 5. Ключевский В.О. Сочинения. Том II. Часть 2. Лекция XXX. Ха­рактеристика царя Ивана Грозного // Бутромеев В.П. Все­мирная история в лицах: Позднее средневековье. М., 2000. 6. История Отечества: люди, идеи, решения.// В.Б. Кобрин. Иван Грозный: Избранная Рада или Опричнина 7. В.Б. Кобрин. Иван Грозный: Избранная Рада или Опричнина 8. Хрестоматия по Истории. М., 1994 г.// Костомаров Н.И. Поход на Новгород 9. ''Знамя'' №1// Рой Медведев. О Сталине и Сталинизме. 10. ''Знамя'' №4, М., 1989 г.// Рой Медведев 11. Джефри Хоскинг. История Советского Союза 1917-1991. М., 1994 г. 12. Наталья Черникова, статья «Репризы истории» 13. http://www.2day.ru , статья «И.В.Сьалин»