Каталог :: Исторические личности

Контрольная: Макиавелли

                Рязанский государственный медицинский университет                
                             им. акад. И. П. Павлова                             
                              Юридический факультет                              
     

Контрольная работа

По истории политических и правовых учений На тему: «Политико-правовая концепция Николо Макиавелли» Выполнил: Студент III курса з/о отделения (на базе средне-специального образования) Курилин А. Н.

Рязань, 2004

МАКИАВЕЛЛИ, (Machiavelli) Никколо (3.5.1469, Фло­ренция,—22.6.1527, там же), итальян­ский политический мыслитель, писа­тель, историк, военный теоретик. Из обедневшей знатной семьи. С 1498 был секретарём Совета десяти Флорентий­ской республики, выполнял важные дипломатич. поручения. В 1512, после восста­новления тирании Медичи, был отстра­нён от службы и сослан в своё поместье под Флоренцией. Наиболее значит, соч.: «Рассуждения по поводу первой декады Тита Ливия» (1531, рус. пер. 1869), «Государь» (1532, рус. пер. 1869; «Князь» в Соч., т. 1, 1934), «История Флоренции» (1532, рус. пер. 1973). Макиавелли, страстный патриот, считавший, что бедствия Ита­лии объясняются гл. обр. политич. раз­дробленностью, создал теорию государства, способного, как он полагал, преодолеть эту раздробленность. Важным вкладом Макиавелли в историю политич. идей Возрождения был его подход к проблеме государства со светских (а не с теологических) позиций: он пытался раскрыть законы обществ, развития, основываясь на данных исто­рии, на раскрытии человеческой психики, на учёте реальных фактов, реальной об­становки. К. Маркс относил Макиавелли к числу тех политич. мыслителей, которые «...стали рассматривать государство человече­скими глазами и выводить его естествен­ные законы из разума и опыта, а не из теологии». Макиавелли разделял веру большинства гуманистов в могучие творческие возможности человека. Со­гласно концепции Макиавелли, сильная личность способна противостоять «фортуне», слу­чайным стечениям обстоятельств (роль которых в истории велика), противо­поставив им свою энергию и проницатель­ность (в идее борьбы личной «доблести» — virtu и «фортуны» особенно ярко про­явились черты, характерные для взглядов эпохи Возрождения); всестороннее рас­смотрение обстоятельств и умение изме­нять политику в соответствии с ситуаци­ей способны обеспечить успех правите­лям. Лучшей формой государства Макиавелли считал республику, однако был убеждён, что итал. действительность (непрерывная вражда между собой итал. государств, подвер­гающихся нападениям иноземцев) тре­бует установления единовластия; только при сильном государе возможно создать независимое итал. государство, свободное от чужеземного ига. Он полагал, что для упрочения государства допустимы любые средства — насилие, убийство, обман, предательство (впоследствии появил­ся термин «макиавеллизм», обозначаю­щий политику, пренебрегающую законами морали). Макиавелли резко осуждал политику феод, знати и особенно папства, приво­дившую к постоянным раздорам, пре­пятствовавшую складыванию единого итал. государства; вместе с тем он опасался и «черни» (plebs), легко вовлекаемой в авантюры. Его симпатии — на стороне средних и высших слоев торгово-ремесленного населения итал. городов («народа» — populo). Как историк Макиавелли сделал важный шаг в развитии историографии. Он искал исторические закономерности, глубокую причинную связь событий. Макиавелли, убеждён­ный в неизменности человеческой приро­ды, рассматривал историю как столкнове­ние «вечных» страстей и интересов, инди­видов и сословий. Важнейшей движущей силой истории Макиавелли считал политич. борь­бу, которая в его изложении часто высту­пала как борьба социальная, классовая. Макиавелли — автор карнавальных песен, соне­тов, новелл и др. лит. произведений. Наи­более выдающееся из них — комедия «Мандрагора» (рус. пер. 1924), резко бичующая нравы тогдашней Флоренции. Особым нападкам подвергнута церковь с её лицемерием и растлением нравов. Отличительная черта комедии — целеустремлён­ность, воля, активность её персонажей. Макиавелли обогатил итал. литературу ясной, лако­ничной, лишённой риторич. украшений прозой. Макиавелли был «...первым достойным упомина­ния военным писателем нового времени». В трактате «О военном искусстве» (1521, рус. пер. 1936) резко критиковал систему наёмных войск, состоящих, по его мне­нию, из подонков общества и занимаю­щихся грабежом, и рекомендовал заме­нить наёмников постоянной армией ми­лиционного типа, построенной на основе всеобщей воинской повинности и полно­стью подчинённой государю. «Жизнен­ной основой всякого войска» Макиавелли считал пехоту; кавалерия, полагал Макиавелли, должна быть немногочисленной, хорошо обучен­ной и экипированной. Макиавелли отводил гл. роль в бою холодному оружию и недооце­нивал огнестрельное оружие, поскольку оно в то время было несовершенным. Макиавелли требовал от армии высокой тактич. вы­учки, слаженности, дисциплины, способ­ности к быстрому манёвру, придавал большое значение резервам. Стратегич. взгляды Макиавелли были непоследовательны (он выдвигал в качестве гл. средства дости­жения победы то решит, сражение, то из­мор противника). Многие положения Макиавелли заимствовал у Вегеция, нередко механически перенося опыт армии Др. Рима в совершенно иную эпоху. В 1506— 1510 создал во Флоренции пешее и кон­ное ополчение (до 20 тыс. чел.), имевшее единое обмундирование и проходившее систематич. боевую подготовку (однако в 1512 оно было разбито профессиональ­ной исп. армией). Католическая церковь в 1559 внесла сочинения Макиавелли в «Индекс запрещённых книг» [1]. Макиавел­ли долгое время был должностным лицом Флорентий­ской республики, имеющим доступ к ряду государствен­ных тайн. Жизнь и деятельность Макиавелли относятся к периоду начавшегося упадка Италии, до XVI в. быв­шей самой передовой страной Западной Европы. В се­верной и средней Италии еще в XII—XIII вв. сложились города-республики (Венеция, Флоренция, Генуя и др.) с развитой ремесленной и торговой экономикой. Про­мышленная и торговая верхушка этих городов сумела, опираясь на народ, подчинить себе феодалов своего ок­руга, создать свою коммунальную государственность. Од­нако перемещение главных торговых путей в связи с от­крытием Америки, развитие производства в других стра­нах Европы вели к упадку итальянской промышленности и торговли, подрывали силы буржуазии итальянских го­родов. В Италии не сложилось единое государство — на ее территории существовали городские республики, пап­ское государство, а также владения Испании. Раздроб­ленная Италия подвергалась нашествиям иноземных войск; в ряде городов-государств силами феодальной ре­акции учреждались тирании, опиравшиеся на наемные войска. После установления во Флоренции синьории Медичи Макиавелли был лишен должности. Последний период жизни он занимался литературной деятельнос­тью. Кроме сочинений на темы политические ("Рассуж­дения на первую декаду Тита Ливия", "Государь", "О военном искусстве" и др.) и исторические ("История Флоренции") его перу принадлежит ряд художественных произведений. Сочинениями Макиавелли положено начало полити­ко-правовой идеологии Нового времени. Его политичес­кое учение было свободно от теологии; оно основано на изучении деятельности современных ему правительств, опыта государств Античного мира, на представлениях Макиавелли об интересах и стремлениях участников по­литической жизни. Макиавелли утверждал, что изучение прошлого дает возможность предвидеть будущее или по примеру древних определить средства и способы дейст­вий, полезных в настоящем. "Чтобы знать, что должно случиться, достаточно проследить, что было... Это про­исходит от того, — пояснял Макиавелли, — что все че­ловеческие дела делаются людьми, которые имели и всегда будут иметь одни и те же страсти и поэтому они неизбежно должны давать одинаковые результаты". Природа человека одинакова во всех государствах и у всех народов; интерес является наиболее общей причи­ной человеческих действий, из которых складываются их отношения, учреждения, история. Для того чтобы управ­лять людьми, надо знать причины их поступков, их стремления и интересы. Устройство государства и его де­ятельность должны основываться на изучении природы человека, его психологии и влечений. "Природа создала людей таким образом, — писал Ма­киавелли, — что люди могут желать всего, но не могут всего достигнуть". Из-за этого люди беспокойны, често­любивы, подозрительны и никогда не довольствуются своей долей. Поэтому в политике всегда следует рассчи­тывать на худшее, а не на доброе и идеальное [2]. В центре исследования Н. Макиавелли находится государст­во. Он создает принципиально новую концепцию государства. Он первым различает понятия "государство" и "общество". Государство, по Макиавелли, — это политическое состояние общества, выражающее отношения государства и подчинения, которые складываются между правителями и подданными. От­ношения властвующих и подвластных основаны на двух ресурсах — любви и страхе подданных. Государство незыблемо, если прави­тельство не дает повода к заговорам и возмущениям, если страх подданных не перерастает в ненависть, а любовь — в презрение. Причины возникновения государства Н. Макиавелли выводит из природы человека, из естественной потребности в безопасности и гарантии частной собственности, которые он назвал благами свободы. В лучшей степени эти блага гарантированы в республике: "Ибо каждый человек в этих странах, не задумываясь, при­умножает и приобретает блага, которыми рассчитывает за­тем свободно пользоваться. Следствием этого оказывается то, что все граждане, соревнуясь друг с другом, заботят­ся как о частных, так и об общественных интересах и что общее их благосостояние на диво растет". Будучи знатоком человеческой психики, Н. Макиавелли пре­достерегает правителя посягать на имущество подданных, по­скольку это неизбежно порождает ненависть. Он дает практический совет правителю: "Даже когда госу­дарь считает нужным лишить кого-либо жизни, он может сделать это, если налицо подходящее обоснование и оче­видна причина, но он должен остерегаться посягать на чу­жое добро. Люди быстрее забудут смерть отца, чем потерю наследства". Формы государства имеют тенденцию сменять друг друга, от­ражая тем самым состояние общества и соотношение борю­щихся сил, главным образом народа и знати. Н. Макиавелли сформулировал концепцию циклического раз­вития государственных форм, в основе которой лежит идея кру­гооборота, взаимообращения добра и зла. Выделив шесть форм государства, он рассматривал три из них как "дурное во всех отношениях" (тирания, олигархия и охло­кратия), а относительно трех других писал, что они "хороши сами по себе" (монархия, аристократия, демократия). Согласно Н. Макиавелли, достигнув предела совершенства, форма государства клонится к упадку, переходя в свою проти­воположность. Это происходит потому, что природа не позволяет вещам пребывать в состоянии покоя. Монархия сменяется ти­ранией, тирания — аристократией, аристократия уступает место оли­гархии, на смену последней приходит демократия, которая, в свою очередь, перерастает в охлократию (власть толпы). Следует заметить, что к выбору формы Н. Макиавелли под­ходит конкретно- исторически. Если страна расколота на враждебные лагеря в результате борьбы аристократии и народа, распрей между многочислен­ными кланами и группами, то ей больше подходит монархия - как для объединения Италии в единые государства. Эту идею он обосновывает в работе "Государь". Когда государство объединено и наступил гражданский мир и процветание в обществе, то дальнейший прогресс, по мнению Макиавелли, связан с республикой. Об этом он пишет в "Рас­суждениях о первой декаде Тита Ливия". Наилучшей формой правления Н. Макиавелли считал умерен­ную республику, сочетающую достоинства монархии (сильное объединяющее начало), аристократии (мудрость и добродетельное правление) и демократии (свобода и участие народа в управлении). Следует отметить, что умеренную республику он считал резуль­татом договора и средством согласования стремлений и интере­сов борющихся социальных групп. "В каждой республике всегда бывают два противоположных направления: одно - народное, другое - высших классов; из этого разделения вытекают все законы, издававшиеся в ин­тересах свободы". Стремление к безграничному господству одной социальной группы над другой приводит к краху республики. Н. Макиавел­ли проводит историческую параллель между Римской респуб­ликой и Флорентийской. В Древнем Риме смешанная республика сложилась в результате борьбы и компромиссов народа и аристократии, но их непримири­мые распри вокруг аграрного закона погубили республику. В исто­рии Флоренции раздоры простого народа (пополанов) и знатных людей (нобилей) с самого начала носили бескомпромиссный ха­рактер. Этот антагонизм обусловил непрочность Флорентий­ской республики. Рассматривая государство как сферу реализации интересов и потребностей различных групп и общностей, Н. Макиавелли обращал серьезное внимание на средства и методы осуществле­ния государственной власти. Он создал концепцию эффективного лидерства, в основе ко­торой лежит набор принципов и правил (максим), которым должен следовать правитель, стремящийся укрепить собствен­ную власть и расширить границы государства. Государства создаются и сохраняются не только с помощью военной силы, но и опираясь на хитрость, коварство и обман. "Надо знать, что с врагом можно бороться двумя способами: во-первых, законами, во-вторых, силой. Первый способ при­сущ человеку, второй - зверю; но так как первое часто не­достаточно, то приходится прибегать и ко Сорому. Отсюда следует, что государь должен усвоить то, что заключено в природе и человека, и зверя... - поучал Макиавелли. - Из всех зверей пусть государь уподобится двум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса - волков, следовательно надо быть подобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву, чтобы отпугнуть волков". Государь не должен быть всегда верен договору. "Мы знаем по опыту, что в наше время великие дела удава­лись лишь тем, кто не старался сдержать слово, и умел, кого нужно, обвести вокруг пальца..."; "разумный прави­тель не может и не должен оставаться верным своему обе­щанию, если это вредит его интересам и если отпали при­чины, побудившие его дать обещания". Правитель должен знать, что ожидают от него подданные, и "постараться всеми своими поступками создать себе славу вели­кого человека, наделенного умом выдающимся". Отношения с подданными государь должен основывать на любви и страхе. "Людей следует либо ласкать, либо уничтожать, ибо за мел­кое зло человек может отомстить, а за большое - не мо­жет", - замечает Н. Макиавелли. Причем жалость и благодеяния необходимо использовать по-разному. Все обиды и жестокости надо учинять разумом, поскольку, "чем меньше их раскроют, тем меньше от них вреда; благодеяния же полезно оказывать мало-помалу, чтобы их рас­пробовали как можно лучше". Дела, неугодные подданным, государь должен возлагать на других, а угодные — исполнять сам[3]. Государство (независимо от его формы) Макиавелли рассматривал как некое отношение между правительст­вом и подданными, опирающееся на страх или любовь последних. Государство незыблемо, если правительство не дает повода к заговорам и возмущениям, если страх подданных не перерастает в ненависть, а любовь — в презрение. В центре внимания Макиавелли — реальная способ­ность правительства повелевать подданными. В книге "Государь" и других сочинениях содержится ряд правил, практических рекомендаций, основанных на его пред­ставлении о страстях и стремлениях людей и социальных групп, на примерах истории и современной ему практи­ки итальянских и других государств. Целью государства и основой его прочности Макиа­велли считал безопасность личности и незыблемость собственности. "Человек, которого лишают какой-либо выгоды, никогда не забывает этого: достаточно малей­шей надобности, чтобы напомнить ему это; а так как его надобности возобновляются с каждым днем, то он вспо­минает это каждый день". Самое опасное для правителя, неустанно повторял Макиавелли, — посягать на имуще­ство подданных — это неизбежно порождает ненависть (а ведь никогда не ограбишь так, чтобы не осталось и ножа). "Даже когда государь считает нужным лишить кого-либо жизни, он может сделать это, если налицо подходящее обоснование и очевидна причина, но он должен остерегаться посягать на чужое добро... Люди скорее забудут смерть отца, чем потерю наследства". Незыблемость частной собственности, как и безопас­ность личности, Макиавелли называл благами свободы, считал целью и основой прочности государства. По его учению, блага свободы наилучшим образом обеспечены в республике. В свободных землях и странах, рассуждал Макиавелли, богатства все время увеличиваются: "Ибо каждый человек в этих странах, не задумываясь, приум­ножает и приобретает блага, которыми рассчитывает затем свободно пользоваться. Следствием этого оказыва­ется то, что все граждане, соревнуясь друг с другом, за­ботятся как о частных, так и об общественных интересах и что общее их благосостояние на диво растет". Макиавелли воспроизводит идеи Полибия о возник­новении государства и круговороте форм правления; вслед за античными авторами он отдает предпочтение смешанной (из монархии, аристократии и демократии) форме. Особенность учения Макиавелли в том, что смешан­ную республику он считал результатом и средством со­гласования стремлений и интересов борющихся социаль­ных групп. "В каждой республике всегда бывают два противоположных направления: одно — народное, дру­гое — высших классов; из этого разделения вытекают все законы, издававшиеся в интересах свободы". Предпо­сланные всему учению о государстве рассуждения о при­роде человека (индивида) Макиавелли существенно до­полняет исследованием общественной психологии соци­альных групп, борющихся за влияние в государстве. В Древнем Риме смешанная республика сложилась в ре­зультате борьбы и компромиссов народа и аристократии, но их непримиримые распри вокруг аграрного закона погубили республику. В истории Флоренции раздоры простого народа (пополанов) и знатных людей (нобилей) с самого начала носили бескомпромиссный характер; этим обусловлена непрочность Флорентийской респуб­лики. Макиавелли стремился опровергнуть общее мнение историков о порочности народа. Народные массы посто­яннее, честнее, мудрее и рассудительнее государя. Если единоличный правитель лучше создает законы, устраива­ет новый строй и новые учреждения, то народ лучше со­храняет учрежденный строй. Народ нередко ошибается в общих вопросах, но очень редко — в частных. "При из­брании должностных лиц, например, народ делает не­сравненно лучший выбор, нежели государь". Даже взбунтовавшийся народ менее страшен, чем необуздан­ный тиран: мятежный народ можно уговорить словом — от тирана можно избавиться только железом; бунт наро­да страшен тем, что может породить тирана, — тиран уже наличное зло; жестокость народа направлена против тех, кто может посягнуть на общее благо, "жестокость государя направлена против тех, кто, как он опасается, может посягнуть на его собственное, личное благо". От народа отличается знать. "Нет города, где не обо­собились бы два этих начала: знать желает подчинять и угнетать народ, народ не желает находиться в подчине­нии и угнетении". Если бы не сопротивление народа, аристократы античного Рима погубили бы свободное го­сударство лет на триста раньше; честолюбивые устремле­ния знати — источник беспокойства и смут в государст­ве. Макиавелли все же считал знать неизбежной и нуж­ной частью государства. Из среды аристократов выдвига­ются государственные деятели, должностные лица, вое­начальники; совершенное подавление пополанами фло­рентийских нобилей, писал Макиавелли в "Истории Флоренции", привело к угасанию воинской доблести и душевного величия, а тем самым к ослаблению и униже­нию Флоренции. Свободное государство должно быть основано на компромиссах народа и знати; суть "смешанной респуб­лики" в том и состоит, что система государственных ор­ганов включает аристократические и демократические учреждения, каждое из которых, выражая и защищая ин­тересы соответствующей части населения, сдерживает посягательства на эти интересы другой его части. Вместе с тем Макиавелли с ненавистью отзывался о феодальном дворянстве и призывал к его уничтожению. "Дворянами именуются те, кто праздно живет на доходы со своих огромных поместий, нимало не заботясь ни об обработке земли, ни о том, чтобы необходимым трудом заработать себе на жизнь. Подобные люди вредны во всякой республике и в каждой стране. Однако самыми вредными из них являются те, которые помимо указан­ных поместий владеют замками и имеют повинующихся им подданных". Засилье дворян, которыми переполнены Неаполитанское королевство, Римская область, Романья, Ломбардия, мешает возрождению Италии. Из-за дворян там не было ни республики, ни политической жизни; "подобная порода людей — решительный враг всякой гражданственности". "Желающий создать республику там, где имеется большое количество дворян, не сумеет осуществить свой замысел, не уничтожив всех их до еди­ного". На пути к созданию будущей свободной Итальянской республики много препятствий. Освобождение страны от иноземных войск и наемников, от мелких тиранов и многочисленных дворян, от папского государства и ин­триг католической церкви, поддерживающей раздроблен­ность страны, требует крайних мер, проводимых абсо­лютной и чрезвычайной властью единоличного правите­ля, уничтожающего укоренившиеся пороки, учреждаю­щего мудрые законы и порядки. Этой проблеме посвя­щено наиболее известное произведение Макиавелли "Государь" (в иных переводах — "Князь"; дословно — "О принцепсе") [4]. Н. Макиавелли считается родоначальником политической науки. Именно он определил предмет, метод и закономерности политики. Макиавелли обосновал самостоятельность политической сфе­ры, ее относительную автономность от других областей жизни общества (экономики, культуры и т. д.), поскольку политика имеет собственную логику, содержание которой определяет политическая власть. Именно власть во всех ее проявлениях и является предметом политической науки. Макиавелли изучал политику как социальную реальность, а не воображаемый, идеальный мир. Он перенес политику из сферы воображаемого в плоскость объективного и реального. В трактате "Государь" он определял политику как "совокупность средств, которые необходимы для того, чтобы прийти к власти, удержаться у власти и полезно использо­вать ее... Итак, политика есть обращение с властью, за­данное обстоятельствами и зависящее от могущества вла­стителя или народа, а также от текущей ситуации". Политика, по Макиавелли, будучи самостоятельной сферой жизни, имеет собственную логику, которую определяет не Бо­жественный Промысел, а действие двух факторов: 1) идея объективной исторической необходимости закономер­ности: "Чтобы знать, что должно случиться, достаточно просле­дить, что было...". Эту историческую необходимость мыслитель называет «судьба»; 2) политическая энергия индивида как набор личных качеств (доблести, силы, хитрости, предприимчивости и т. д.), необхо­димых для завоевания власти. Природа политики, по мнению Н. Макиавелли, коренится в глу­бинах человеческой психики. Человек как существо, наделенное разумом и свободной волей, стремится к превосходству над другими индивидами для получения желаемых благ: "Это происходит оттого, что все человеческие дела дела­ются людьми, которые имели и всегда будут иметь одни и те же страсти и потому они неизбежно должны давать оди­наковые результаты". Однако желания всегда обгоняют реальные возможности че­ловека. "Природа создала людей таким образом, - писал Макиавел­ли, - что люди могут желать всего, но не могут всего достигнуть". Из-за этого люди беспокойны, честолюбивы, подозрительны и никогда не довольствуются своей долей. Участие в борьбе за политическую власть позволяет человеку удовлетворить те потребности, которые были для него недоступны. Интересы и потребности являются мотивами политического участия. Однако наиболее значимые потребности и интересы человек реализует в определенных условиях, с которыми вынуж­ден сообразовывать свои поступки. "Чтобы не была потеряна свободная воля, можно полагать правдой, что судьба предопределяет половину наших действий, а другой половиной, или около этого, она предоставляет управлять нам". Макиавелли считал, что политическая наука — это наука практическая, служащая решению жизненно важных задач. По­литическая наука, по его мнению, должна постигать истинное положение вещей, непосредственно наблюдая за фактами: по­ведением политических лидеров, масс, их взаимодействием. Метод политического реализма, который ввел в политическую науку Н. Макиавелли, окончательно освобождает ее от религии. Задачу политической науки он видел в том, чтобы выявить: закономерности развития различных форм государства; факторы их устойчивости; - их связь с расстановкой политических сил; - обусловленность политики экономическими, военными, геогра­фическими, психологическими факторами[5]. Н. Макиавелли отделил политику и право от морали на том основании, что мораль — это сфера вечного, а политика и право — сфера повседневных интересов. Позднее политику, основанную на культе насилия, безнравственности, назвали "макиавеллизмом". Политика, по его мнению, не должна основываться на мораль­ных принципах, должна исходить из целесообразности, соответство­вать опыту, практике, конкретной ситуации. Политика подчинена достижению определенных целей, которые ставят участники поли­тических взаимодействий. Выбор цели зависит от обстоятельств, а не от морали. Поэтому цель следует сообразовывать со средст­вами, а средства — с обстоятельствами и результатами. Следова­тельно, принцип относительности, по Н. Макиавелли, решает про­блему соотношения целей и средств в политике. "Государь, - отмечал мыслитель, - если он желает удержать в повиновении подданных, не должен считаться с обвинениями в жестокости. Учинив несколько расправ, он проявит больше милосердия, чем те, кто по избытку его потворствует беспорядку. Ибо от беспорядка, который порождает грабежи и убийства, страдает все население, тогда как от кар, нала­гаемых государством, страдают лишь отдельные лица". Однако использование коварства и насилия является, по Макиавелли, не самоцелью, а неизбежным злом, направленным против еще большего зла. Прогрессивное по методологической основе полити­ческое учение Макиавелли несло на себе отпечаток эпохи. Это особенно ярко выразилось во взглядах Маки­авелли на методы осуществления государственной влас­ти, способы и приемы политической деятельности. В произведениях Макиавелли политика не только отде­лялась от морали, но и противопоставлялась общераспро­страненным представлениям о должном и недолжном, по­стыдном и похвальном, человечном и бесчеловечном, по­зорном и почетном. Деятельность государства он исследо­вал как такую сферу проявления интересов, чувств, на­строений людей, социальных общностей и правительств, в которой действуют особые правила, не тождественные нормам морали, регулирующей отношения между частны­ми лицами. Поступки основателей государств, завоевате­лей, узурпаторов престола, создателей законов, политичес­ких деятелей вообще, рассуждал Макиавелли, должны оце­ниваться не с точки зрения морали, а по их результатам, по их отношению к благу государства. Макиавелли стремился обосновать несовместимость политических правил и элементарных норм морали и их принципиальную противоположность. Государства, писал Макиавелли, создаются и сохраня­ются не только при помощи военной силы; методами осу­ществления власти являются также хитрость, коварство, обман. "Надо знать, что с врагом можно бороться двумя способами: во-первых, законами, во-вторых, силой. Пер­вый способ присущ человеку, второй — зверю; но так как первого часто недостаточно, то приходится прибегать и ко второму. Отсюда следует, что государь должен усвоить то, что заключено в природе и человека, и зверя... — поучал Макиавелли. — Из всех зверей пусть государь уподобится двум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса — волков, следовательно, надо быть подобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву, чтобы отпугнуть волков". Государственный деятель не должен быть всегда верен договорам: "Мы знаем по опыту, что в наше время великие дела удавались лишь тем, кто не старался сдер­жать данное слово и умел, кого нужно, обвести вокруг пальца... Разумный правитель не может и не должен ос­таваться верным своему обещанию, если это вредит его интересам и если отпали причины, побудившие его дать обещание". Идеалом государственного деятеля, которым Макиа­велли восхищался, был герцог Романьи Чезаре Борджиа, стремившийся расширить свои владения вероломными и жестокими способами, типичными для феодалов эпохи позднего средневековья. Ссылаясь на деяния романского герцога и ставя их в пример, Макиавелли писал, что для укрепления и расширения государства политик должен уметь решаться на великие, виртуозные злодейства, под­лости и предательства, требующие, как он считал, мужест­ва, геройства, широты души. В политике единственным критерием оценки действий правителя государства являет­ся укрепление власти, расширение границ государства. Для достижения этой цели правитель должен использовать все средства, в том числе аморальные: "Пусть обвиняют его поступки, лишь бы оправдывали результаты, и он всег­да будет оправдан, если результаты окажутся хороши". При всем том, учил Макиавелли, вероломство и жес­токость должны совершаться так, чтобы не подрывался авторитет верховной власти. Отсюда вытекает одно из излюбленных Макиавелли правил политики: "Людей следует либо ласкать, либо изничтожать, ибо за малое зло человек может отомстить, а за большое — не может". "Следует или вовсе не обижать никого, или удовлетво­рять своей злобе и ненависти одним ударом, а потом ус­покоить людей и возвратить им уверенность в безопас­ности". Лучше убить, чем грозить, — грозя, создаешь и предупреждаешь врага, убивая — отделываешься от врага окончательно. Лучше жестокость, чем милосердие: от на­казаний и расправ страдают отдельные лица, милосердие же ведет к беспорядку, порождающему грабежи и убий­ства, от которых страдает все население. Лучше быть скупым, чем щедрым, — щедрый обирает многих, чтобы одарить немногих, скупым же недовольны немногие, а народ не обременен излишними поборами. Лучше вну­шать страх, чем любовь, — любят государей по собствен­ному усмотрению, боятся — по усмотрению государей, мудрому правителю лучше рассчитывать на то, что зави­сит от него. Все обиды и жестокости надо учинять разом: "Чем меньше их распробуют, тем меньше от них вреда; благо­деяния же полезно оказывать мало-помалу, чтобы их распробовали как можно лучше". Дела, неугодные под­данным, государи должны возлагать на других, а угод­ные — исполнять сами. Рекомендуя правителям государства в зависимости от того, куда дует ветер фортуны, "по возможности не уда­ляться от добра, но при надобности не чураться и зла", Макиавелли в то же время советовал государям притво­ряться носителями нравственных и религиозных добро­детелей. В государственной деятельности, поучал Макиа­велли, "всегда в выигрыше оказывался тот, кто имел лисью натуру. Однако натуру эту надо еще уметь при­крыть, надо быть изрядным обманщиком и лицемером". "Самое главное для государя — постараться всеми свои­ми поступками создать себе славу великого человека, на­деленного умом выдающимся... Каждый знает, каков ты с виду, немногим известно, каков ты на самом деле, и эти последние не посмеют оспорить мнение большинст­ва, за спиной которого стоит государство". Эти и аналогичные рекомендации Макиавелли черпал из современной ему политической практики. В период позднего средневековья феодальные отно­шения во всех странах образовывали запутанный клубок прав и обязанностей, порождающий непрекращающиеся конфликты феодалов, непрерывную борьбу между коро­левской властью и вассалами, вереницу измен, преда­тельских убийств, отравлений, коварных интриг, при­крываемых поэтическим именем рыцарства, рассуждаю­щего о дворянской чести и дворянской верности. Именно эту практику Макиавелли поднял на теорети­ческий уровень "высокой политики" и попытался дать ей своеобразные оправдания. Многие рекомендации Ма­киавелли послужили практическим руководством для беспринципных политиков; поэтому "макиавеллизм" стал символом политического коварства [6]. Важным средством политики Макиавелли считал ре­лигию. Религия, рассуждал Макиавелли, — могучее сред­ство воздействия на умы и нравы людей. Именно поэто­му все основатели государств и мудрые законодатели ссылались на волю богов. Там, где есть хорошая религия, легко создать армию. В Древнем Риме "религия помога­ла командовать войсками, воодушевлять народ, сдержи­вать людей добродетельных и посрамлять порочных". Государство должно использовать религию для руковод­ства подданными. Макиавелли, однако, не одобряет современное ему христианство, проповедующее смирение, самоуничиже­ние, презрение к делам человеческим. "Религия анти­чная почитала высшее благо в величии духа, в силе тела и во всем том, что делает людей чрезвычайно сильными. А если наша религия и требует от нас силы, то лишь для того, чтобы мы были в состоянии терпеть, а не для того, чтобы мы совершали мужественные деяния. Такой образ жизни сделал, по-моему, мир слабым и отдал его во власть негодяям: они могут безбоязненно распоряжаться в нем как угодно, видя, что все люди, желая попасть в рай, больше помышляют о том, как бы стерпеть побои, нежели о том, как бы за них расплатиться". Макиавелли порицал католическую церковь и духовенство: "Дурные примеры папской курии лишили нашу страну всякого благочестия и всякой религии". Кроме того, писал Ма­киавелли, католическая церковь держала и держит стра­ну раздробленной. В канун Реформации Макиавелли прозорливо предсказывал, что католическая религия "близка либо к своей гибели, либо к мучительным испы­таниям". Рассматривая религию как одно из средств управле­ния людьми, Макиавелли допускал преобразование христианства так, чтобы оно служило прославлению и защите отечества. Отличие его позиции от позиции при­верженцев Реформации в том, что образцом и основой религиозной реформы он считал не идеи первоначально­го христианства, а античную религию, всецело подчи­ненную целям политики. Не политика на службе рели­гии, а религия на службе политики — такой взгляд резко расходился со средневековыми представлениями о соот­ношении церкви и государства. В противоположность католическим богословам, стремившимся подчинить учение о праве и государстве христианской этике, Макиавелли отделял политику от морали. Политика (учреждение, организация и деятель­ность государства) рассматривалась как особая сфера че­ловеческой деятельности, имеющая свои закономернос­ти, которые должны быть изучены и осмыслены, а не выведены из св. писания или сконструированы умозри­тельно. Такой подход к изучению государства был гро­мадным шагом вперед в развитии политико-правовой теории [7]. В качестве средства регуляции Н. Макиавелли рассматривал религию, могучее средство воздействия на умы и нравы людей. По этой причине мудрые законодатели часто ссылались на во­лю богов: в Древнем Риме "религия помогала командовать вой­сками, воодушевлять народ, сдерживать людей добродетельных и посрамлять порочных". Макиавелли отвергал современное ему христианство и счи­тал необходимым вернуться к античной религии: "Религия античная почитала высшее благо в величии духа, в силе тела и во всем том, что делает людей чрезвычайно сильными. А если наша религия и требует от нас силы, то лишь для того, чтобы мы были в состоянии терпеть, а не для того, чтобы мы совершали мужественные деяния"... По мнению Макиавелли, религия должна быть на службе у государства, а не наоборот. Произведения Макиавелли оказали громадное влия­ние на последующее развитие политико-правовой идео­логии. В них сформулированы и обоснованы главные программные требования буржуазии: незыблемость част­ной собственности, безопасность личности и имущества, республика как наилучшее средство обеспечения "благ свободы", осуждение феодального дворянства, подчине­ние религии политике и ряд других. Наиболее проница­тельные идеологи буржуазии высоко оценили методологию Макиавелли, в особенности освобождение политики от теологии, рационалистическое объяснение государства и права, стремление определить их связь с интересами людей. Названные положения Макиавелли были воспри­няты и развиты последующими теоретиками (Спиноза, Руссо и др.). Камнем преткновения для этих теоретиков явились, однако, "макиавеллизм" и его оценка. Делались попытки противопоставить наиболее извест­ную книгу "Государь", в которой определяются "чрезвы­чайные меры" для объединения Италии, другим произ­ведениям Макиавелли, усмотреть противоречие между ними. Попытки неудачны, поскольку другие его сочине­ния содержат такие же рекомендации, причем специаль­но оговорено, что способы усиления могущества госуда­рей и республик тождественны. "Всегда, когда приходит­ся обсуждать вопрос, от которого единственно зависит спасение государства, — писал Макиавелли, — не следу­ет останавливаться ни перед каким соображением спра­ведливости и несправедливости, человечности или жес­токости, славы или позора, — но отбросив всякие сооб­ражения, решиться на то, что спасает и поддерживает свободу". Неудачны и попытки истолковать книгу "Государь" как обличительный памфлет против тиранов, разобла­чающий их повадки, либо представить "макиавеллизм" как искажение подлинных идей Макиавелли. Суть дела в том, что рассуждения Макиавелли о спо­собах и приемах политической деятельности предопреде­лялись не только спецификой исторических условий того времени, но и сущностью методов власти меньшин­ства, опирающегося на насилие. Политика господству­ющих классов всегда стремилась найти идейную опору в общественной морали и теоретическое обоснование в философии. Макиавелли поменял местами опору и обо­снование: его поиск теоретических основ эффективности политики правящего меньшинства неизбежно привел к противопоставлению принципов такой политики общеп­ризнанным элементарным нормам морали, к обоснова­нию конкретных рекомендаций, приноровленных к практике противостоящих народу правительств. Именно поэтому труды Макиавелли оказали влияние не только на развитие политико-правовой теории, но и на реаль­ную политику ряда государственных деятелей, одни из которых (Ришелье, Наполеон, Муссолини) открыто при­знавали это влияние, другие же, следуя практическим рекомендациям Макиавелли, его же лицемерно порицали ("Анти-Макиавелли" Фридриха II Прусского). В одном из своих строго секретных писем для членов Политбюро ЦК РКП(б) Ленин называл Макиавелли умным писателем по государственным вопросам, спра­ведливо говорившим о способах достижения известной политической цели [8]. Список литературы 1. Большая советская энциклопедия. Т. 15. М., 1974. 2. Вайнштейн О. Л., Западноевропейская сред­невековая историография, Макиавелли — Л., 1964. 3. Виллари П. Н. «Макиавелли и его время», пер. с итал., т. 1. М., 1969. 4. История политических и правовых учений: Учебник /Мухаев Р. Т. – М.: Приор-издат, 2004. 5. История политических и правовых учений: Учебник /под ред. О. Э. Лейста. – М.: Юрид. Лит., 1997. 6. Рутенбург В. И., Жизнь и творчество Н. Макиавелли. Л., 1973. 7. Санктис Д. Ф., История итальянской литературы, Макиавелли; пер. с итал., т. 2, , 1964. 8. Строков А. А., История военного искусства, т. 1, Макиавелли, 1975.
[1] Большая советская энциклопедия. Т. 15. М., 1974, стр. 241. [2] История политических и правовых учений: Учебник /под ред. О. Э. Лейста. – М.: Юрид. Лит., 1997, стр. 129. [3] История политических и правовых учений: Учебник /Мухаев Р. Т. – М.: Приор-издат, 2004, стр. 139. [4] История политических и правовых учений: Учебник /под ред. О. Э. Лейста. – М.: Юрид. Лит., 1997, стр. 134. [5] История политических и правовых учений: Учебник /Мухаев Р. Т. – М.: Приор-издат, 2004, стр. 143. [6] История политических и правовых учений: Учебник /под ред. О. Э. Лейста. – М.: Юрид. Лит., 1997, стр. 138. [7] История политических и правовых учений: Учебник /Мухаев Р. Т. – М.: Приор-издат, 2004, стр. 145. [8] История политических и правовых учений: Учебник /под ред. О. Э. Лейста. – М.: Юрид. Лит., 1997, стр. 140.