Каталог :: Иностранные языки

Диплом: Структурно-семантические и коммуникативные особенности пассивных конструкций в тексте

     КИЕВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
На правах рукописи
                                                          УДК 804. 0. 471
ПОЛИЩУК НАДЕЖДА ПЕТРОВНА
СТРУКТУРНО-СЕМАНТИЧЕСКИЕ И КОММУНИКАТИВНЫЕ
ОСОБЕННОСТИ ПАССИВНЫХ КОНСТРУКЦИЙ В ТЕКСТЕ
Специальность  10.02.05 - романские языки
Д И С С Е Р Т А Ц И Я
на  соискание  ученой   степени
кандидата  филологических наук
                                                            Научный руководитель
                                                       Саенко Сергей Григорьевич
                                                   кандидат филологических наук,
                                                                  доцент
     КИЕВ – 1999
     Введение ...............................................................4
     Глава 1. Теоретическое определение категории пассивного
     залога ................................................................12
1.1. Функциональные особенности категории пассивного
залога .......................................................................12
1.2. Коммуникативный уровень пассивного залога
как категории глагольного формообразо-
вания ........................................................................19
1.3. Концепция пассивного залога в  теории
функционально-семантических полей ......................... 23
1.4. Залог и переходность ....................................................27
     Выводы по главе .......................................................34
     Глава 2. Семантико-синтаксическая характеристика
     пассивных   конструкций ...............................................37
2.1. Некоторые аспекты классификационных
структур .....................................................................37
2.2. Структурное своеобразие пассивных конструкций и
семантическое  своеобразие  глаголов
в них ........................................................................46
2.3.  Логико-семантические особенности пассивных
конструкций ..................................................................59
2.4. Пассивные конструкции с агентивным
дополнением ..................................................................68
2.5. Пассивные конструкции без агентивного
дополнения ...................................................................88
2.6 Особенности пассивизации как
грамматического явления................................................. 93
     Выводы по главе 
...........................................................................
     Глава 3. Текстообразующие, коммуникативные 
     и прагматические особенности  
     конструкций с пассивом........................................... 103
3.1.Коммуникативные и прагматические
особенности конструкций с агентивным
дополнением ............................................................. 103
3.2. Коммуникативные функции пассивных
конструкций в тексте................................................ 114
Выводы по главе .............................................................133
     Заключение ...........................................................136
     Список условных сокращений.............. 141
     Список  использованных  источников   ............................... 142
     Список источников иллюстративного материала ............ 155
     В В Е Д Е Н И Е 
В современном французском языке категория залога рассматривается как одна из
центральных проблем, что связано с наличием многих спорных вопросов. К ним
относятся интерпретация залога, определение залоговой семантики и характера
залоговых противопоставлений,  количества выделяемых залоговых форм актива и
пассива, их сочетаемость с учетом семантических и функциональных
особенностей, отграничение пассива действия от пассива состояния.. Спорным
также является вопрос о принадлежности категории залога к морфологии и
синтаксису как различным уровням языковой системы.
В настоящее время, при изучении языковых явлений полностью оправданным
является применение системного направления, объектом изучения которого
является системно-структурный подход к языку, объединенный с функциональным.
Данное  исследование  посвящено  рассмотрению  семантико-синтаксических и
коммуникативных особенностей использования языковых единиц в пассивной
конструкции в современном французском языке,  т. е. фактически сделана
попытка рассматривать пассив как многоуровневое образование.
В работе изучаются языковые механизмы, действующие в процессе построения
текста, что обеспечивает соответствующую передачу его содержания.
Данная проблема является основной задачей лингвистики текста,  относительно
молодого направления науки языкознания. Для отечественной  романистики, как
известно, характерным является отсутствие специальных работ по данной
проблематике. Необходимость исследования пассивных конструкций в тексте
определяется тем, что смысловая структура текста находит свое отражение в его
лингвистической структуре, имеющей соответствующие лексико-грамматические
характеристики. Исследование лингвистической структуры текста производится с
учетом использования предложений, как элементов синтаксической системы языка, а
также основных единиц, участвующих в построении текста, и имеющих свои законы
функционирования. Все это и обусловило актуальность  настоящей
диссертационной работы.
Исследование пассивных конструкций с агентивным дополнением находится в
центре внимания курса теоретической грамматики, т.к. представляет собой
теоретическое и практическое описательное изложение фактов грамматического
строя данных конструкций. В работе представлена функционально-семантическая
точка зрения на данную проблему, что позволяет вскрыть полифункциональность
грамматических форм пассивных конструкций с агентивным дополнением, различие
ядерных и периферийных явлений, взаимодействие грамматики с лексикой.
Функциональный подход позволяет дать системное и единообразное освещение
такого явления как пассивизация, что имеет существенное значение для изучения
грамматических явлений, а также раскрыть ряд    вопросов, а именно: логико-
семантический и коммуникативный аспекты пассивных конструкций с агентивным
дополнением, что отражает результаты исследования в области наиболее сложных
теоретических и практических проблем французского языка, предусмотренных
научными программами, планами, темами по данной проблематике.
До недавнего времени предметом изучения лингвистов были предложения; тексты,
состоящие из многих предложений, как правило, не являлись объектом изучения в
рамках языкознания.
Исследуемые в настоящее время тексты, характеризуются связностью и
логичностью при рассмотрении содержания. Связность текста обеспечивается
связностью элементов образующих предложения, которые в свою очередь связаны
между собой в пределах сверхфразового единства, а также связностью
сверхфразовых единств между собой; она может иметь как смысловые, так и
формальные признаки. При этом формальная связь сверхфразовых единств, как
составляющих текст элементов, осуществляется при помощи лексических и
грамматических средств.
На коммуникативном уровне предложение анализируется как тема и рема.
Следовательно, сверхфразовое единство имеет темо-рематическую прогрессию,
которая сочетается с темо-рематическим членением предложений, которые его
составляют. Темо-рематическая связь сверхфразовых единств образует сложные
линии текста.
В результате анализа коммуникативного членения текста подтверждается мнение о
существовании связи и взаимодействии содержательной структуры текста и
способов его языкового оформления. Текст рассматривается как языковое
выражение мысли, как способ передачи какого-либо сообщения, которое подчинено
определенным законам языкового построения.
     Научная новизна  проведенного исследования состоит в том, что впервые
исследовались семантические и синтаксические особенности пассивной конструкции
с агентивным дополнением; без агентивного дополнения, в которых глагол занимает
ядерную позицию; впервые исследовался коммуникативный аспект данных
конструкций;  впервые определено понятие пассивизации в рамках данных
конструкций как противопоставление активизации; впервые изучались
функциональные особенности  данных конструкций в тексте.
     Объектом  анализа являются вербальные конструкции с агентивным дополнением.
     Предмет  изучения составляют пассивные конструкции с агентивным
дополнением или без него, которые рассматриваются на семантическом,
синтаксическом и коммуникативном уровнях. Употребление данных конструкций в
тексте анализируется с учетом таких понятий как: адресант, адресат,
прагматическая ситуация, интенциональная природа текста.
Данный вид пассивных конструкций является малоизученным во французской
лингвистической науке, и по сути, не рассматривался в отечественном
языкознании.
     Материалом  настоящего исследования являются художественные произведения
/повести, рассказы, новеллы, пьесы/ французских  писателей  ХIХ - ХХ века,  а
также  современная  пресса.
Основная цель исследования - показать на материале французского языка
взаимодействие и взаимовлияние семантического, синтаксического и
коммуникативного уровней, исходя из общей единицы, для анализа которой и стала
в данной работе пассивная конструкция с агентивным дополнением или без него.
Цель исследования предопределила решение следующих   задач:
1/  определение статуса категории пассивного залога;
2/ систематизация классификационных структур пассивного залога;
3/ выявление структурных особенностей пассивных конструкций с агентивным
дополнением, без агентивного дополнения, а также семантического своеобразия
глаголов в них;
4/ выявление особенностей пассивизации как грамматического явления;
5/ разграничение соотношения грамматического и коммуникативного членения;
особенности размещения членов предложения под  воздействием коммуникативного
фактора;
6/ изучение специфики функционирования пассивных конструкций в тексте;
7/ выяснение действия механизмов текстообразования как продукта речевой
деятельности;
8/ изучение языковых средств, обеспечивающих связность и логичность текста.
Цели и задачи исследования определили его методы, которыми стали методы
трансформационного анализа, дистрибуции, субституции, а также приемы
функционального анализа.
     Основные положения, выносимые на защиту:
1.     Синтаксическая  тенденция пассивной конструкции использует структуру,
составным элементом которой является агентивное дополнение, что позволяет
выражать субъективно-объективные отношения и обеспечивает  структурную и
смысловую полноту данной конструкции.
2.     Семантическая модель пассивной конструкции с агентивным дополнением
представляет конструкцию, полученную в результате пассивной трансформации,
имеющую в основе пассивный компонент, вводимый при помощи предлогов par  и
de.
3.     Пассивные конструкции с агентивным дополнением используют глагол,
устанавливающий отношение с двумя GN,  что позволяет определить понятие
пассивизации, которое заключается в процессе перехода от активной формы к
соответствующей пассивной, что позволяет рассматривать данные формы во
взаимосвязи с учетом операций дисимметрического характера.
4.     Пассивные конструкции являются “незаконченными” или “неполными” при
отсутствии агентивного дополнения и имеют номинальную систему неопределенного
подлежащего.
5.     Коммуникативные функции пассивных конструкций обеспечивают единство и
связность текста. Изучение построения языкового материала и связности текста
– начинается с выявления темо-рематической структуры его компонентов.
     Теоретическая значимость  диссертации состоит в дополнительных
исследованиях по определению статуса пассивного залога и выявлении
семантических, синтаксических и коммуникативных особенностей пассивных
конструкций в тексте. Исследование проведено в рамках функционального
синтаксиса и тем самым вносит определенный вклад в дальнейшее развитие
функционального направления в современном отечественном языкознании.
     Практическая ценность  данного исследования заключается в том, что
материал, изложенный в работе, может быть использован при чтении курса
теоретической грамматики французского языка по разделам: морфология частей
речи, синтаксис простого и сложного предложения; синтаксическая семантика;
лингвистика текста. Результаты  данного исследования могут быть использованы на
занятиях по практической грамматике в филологических вузах.
     Апробация работы. Основные положения и результаты исследования
докладывались и обсуждались на кафедре французской филологии Киевского
Государственного Лингвистического Университета,  в  выступлениях  на
международной  конференции   "Мова,   культура,   література  та  філософія
Франції" /Дніпропетровськ 1994/, на науковій конференції молодих учених
/Запоріжжя 1993/. По теме диссертации опубликовано шесть тезисов и девять
статей.
Основная цель и конкретные задачи определили структуру данного исследования.
Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографии, списка
лексикографических источников.
     Во введении обосновывается актуальность темы диссертационной работы,
раскрывается научная новизна исследования, его теоретическая и практическая
значимость, определяются объект и предмет исследования, его цели и задачи,
указывается материал исследования и методы анализа, формируются положения,
выносимые на защиту, дается информация об апробации результатов исследования.
     В  первой главе  дается теоретическое определение категории залога, в
частности пассива в рамках теории диатез и залогов на основании истории
формирования французского языка как романского, в основе которого лежит
латинский язык. Также теоретически определяется коммуникативный уровень
пассивного залога, как категории глагольного формообразования, связанного с
понятиями переходности и валентности.
     Во второй главе рассматривается семантико-синтаксическая характеристика
пассивных конструкций, включающих предложение с агентивным дополнением, или без
него, ядерную позицию которых занимает специальная пассивная форма глагола, что
позволяет отображать соотношение между лексическими типами глагола и
синтаксической структурой глагольного предложения. В основе систематизации
исследования пассивного залога используется классификационная   структура,
включающая  пять основных принципов. На основании исследования взаимосвязи
активной и пассивной конструкций было определено понятие пассивизации.
     В  третьей главе исследуются коммуникативные и прагматические
особенности пассивных конструкций в тексте, и конкретно конструкции,
использующие агентивное дополнение. Залог рассматривается как прагматическая
категория, связанная и обусловленная коммуникативным заданием, семантика
которой определяется с учетом коммуникативных особенностей.
Текст исследовался как наивысшая коммуникативная единица, характерными
признаками которого является смысловая замкнутость и законченность, одним из
составных элементов которого является предложение, как минимальная единица
речевой деятельности и, исследуемая нами как многоуровневое образование.
     В  заключении  подытоживаются результаты исследования и намечаются
перспективы дальнейшего поиска.
     ГЛАВА  1
                   ТЕОРЕТИЧЕСКОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ КАТЕГОРИИ                   
                            ПАССИВНОГО ЗАЛОГА                             
                     ФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ  ОСОБЕННОСТИ  КАТЕГОРИИ                     
                                ПАССИВНОГО ЗАЛОГА                                
Категория залога  имеет  собственное значение, так  же  как время и  число.
На этом основании определение залога  строится как смысловое. Наиболее
обычное описание залогового значения - "выражение  отношений между субъектом
и  объектом всегда одни и  те  же: субъект совершает действие, а объект ему
подвергается: это  вытекает  из самого  их  определения" [89: 46].
Существует и такое мнение: “действительный и страдательный залоги обозначают
одни и те же отношения действительности” [80: 345]. Иначе говоря, между
залоговыми формами вообще нет смысловых различий.
Обращаясь к данной проблеме, одни ученые рассматривают залог как отношение
глагола- сказуемого к подлежащему предложения. Это определение можно назвать
синтаксическим. Другие определяют залог как отношение действия к его
субъекту, что является семантическим определением категории залога. “Иногда к
этому, самому существенному различию между подходами к залогу, присоединяются
вторичные, вытекающие из вопроса о том, следует ли учитывать дополнение-
объект. В таком случае в синтаксическом определении залога появляется
разновидность: залог как отношение глагола-сказуемого к подлежащему и
дополнению в предложении.  Такая же разновидность появляется в семантическом
определении: залог как отношение действия к его субъекту и объекту " [85: 5 –
6].
Подчеркнем, что семантической основой пассивных конструкций есть выражение
такого залога субъекта, который вызван действием объекта. Следовательно,
действие объекта есть причиной залога субъекта [35].
Следует учитывать "тот факт, что  отдельные  партиципанты, входящие   в
толкование ситуации, называемой  глаголом  могут  регулярно  не обозначаться
в предложении с помощью актантов, что имеет существенное значение для
характеристики отношений между семантикой и синтаксисом" [94: 11].
Важен тот факт, что различные залоговые формы употребляются в различных
конструкциях предложения; это позволяет отличать глагольную категорию залога
от других глагольных категорий. Иначе говоря, категория залога в отличие от
других морфологических глагольных категорий более тесно связана с синтаксисом
предложения [64]. Такая связь с синтаксисом определяется содержанием
залоговой оппозиции - обозначением различных типов соответствий между членами
предложения и партиципантами ситуации [92].
Актуальным   представляется  следующее  определение залога. Так как "залог
есть  двухуровневая  грамматическая  категория,  на  более  глубинном уровне
залог заключается в отношении действия к его  субъекту  и  выражается  в
морфологии  и  семантике  глагольного слова. На  более  поверхностном уровне
залог  заключается  в  отношении  глагола-сказуемого  предложения  к
подлежащему.  Первый  уровень  имеет  особое  название - диатеза. Второй
уровень  называется  тем  же  словом, что  и  залог вообще,  залогом  в
узком  смысле  слова. Описание  залога  в каждом отдельном  языке  должно
состоять  в  описании  каждого  уровня  отдельно  и  в  указании  затем
правил  соотнесения  второго  уровня с первым” [85: 46].
Как видим, понятие диатезы является определяющим при описании синтаксической
категории залога.
Следует подчеркнуть, что соотнесение между глубинными и поверхностными
структурами, т.е. разграничение между семантическим и синтаксическим
уровнями, лежит в основе концепции диатез и залогов [89,73]. Одно из
центральных мест при описании ситуации занимает число и природа ее участников
/партиципантов/. Глагол, как известно, является ядром ситуации. Вокруг него
группируются основные участники ситуации, или семантические актанты. Они
разделяются на субъекты  и объекты,  которые отличаются степенью зависимости
от ядра и иерархической упорядоченностью. На поверхностном, синтаксическом
уровне семантические актанты представляются в качестве членов предложения
/субъекта, объекта, обстоятельства, определения/. Определением диатезы
является схема соответствия между единицами синтаксического уровня и
единицами семантического уровня [92]. В связи с чем категория залога
рассматривается как изменение диатезы, т.е.  такой сдвиг схемы соответствия
между единицами семантического и синтаксического уровней, которая регулярно
образует целые лексико-семантические классы; обязательно сопряжено с
одинаковым изменением пресуппозиционных значений для всего этого класса /или
подкласса/ глаголов [34].  Рассматривая данное определение, можно сделать
вывод, что залог характеризуется высокой степенью регулярности, что отличает
его от просто диатезы. Это дает возможность отделить единичные образования от
регулярнообразуемых синтаксических конструкций, а также провести
дифференциацию залогов, реализованных в рамках одной диатезы, в связи с
реализацией разных типов пресуппозиционных значений.
На протяжении  последних десятилетий  категории залога посвящено значительное
количество работ. В украинской и русской лингвистической литературе, которая
развивает учение А.А.Потебни о глаголе [66], принято  считать, что  в  формах
залога  отображаются  взаимоотношения  между субъектом и объектом действия,
точнее, отношения сказуемого к подлежащему и дополнению.
А.В.Попов [68: 181] - разрабатывал вопрос о трехчленной структуре активных и
пассивных конструкций. Устанавливая взаимозависимость субъекта и объекта в
предложении, он писал: “...только те обороты без сомнения переходные, которые
имеют при себе пассивные обороты".
А.В.Исаченко [41] выделяет две залоговые формы  - активную и пассивную. Он
считает,  что все глаголы вовлечены в сферу залоговых отношений только
потому, что каждый из них имеет переходное или непереходное значение.
Исходя из функциональной роли пассивных деепричастий, которые употребляются
предикативно, большинство исследователей современной  грамматической
структуры  славянских  языков, вслед  за  А.А. Потебней, относят  их  к
формам  выражений  пассивного значения глаголов. Единственным критерием, на
который ссылаются  современные  исследователи  при  рассмотрении  этого
вопроса,  все  еще  остается  " языковое чувство " [77].
В русском языке категория залога " лежит на пограничной черте  между
морфологией,  синтаксисом,  лексикой и фразеологией, в  ней  скрестились пути
развития разных грамматических и лексических явлений  в области  глагола"
[22: 132]. Во  многих  работах В.В. Виноградова прослеживается мысль о
необходимости изучения грамматики  и лексики  в их  взаимной  связи.   А. В.
Бондарко [11] трактует залоговость в русском языке как функционально-
семантическую  категорию, охватывающую  средства,  которые   выражают
языковую  семантическую  интерпретацию отношения действия к субъекту и
объекту.
Проблемам пассивного залога во французском языке посвящено значительное
количество работ. Данную тему разрабатывали следующие ученые: Васильева,
Пицкова [19]; Гак [25, 26]; Илия [38, 39]; Степанов [84]; Chevalier [111];
Denis-Sancier-Chateаu [116]; Molinie [144]; Flaux [122]; Milner
[140,141,142]; Zribi-Hertz [151, 152].
Отметим, что в основе формирования французского языка как романского, лежит
латинский язык,  о чем свидетельствует тот факт, что пассивное спряжение
французского, как романского языка развилось  на основе сложных форм
латинского пассива, к которым относились perfectum /laudatus  sum /,
plusquamperfectum /laudatus  ero/ indicativi, а также perfectum /laudatus
sim/ u plusquamperfectum /laudatus essen/ coniunctivi.
Именно через посредство народного латинского языка, который был основой  этих
форм, возникли пассивные формы в романских языках,  использующие  формы
латинского глагола essere.
Подчеркнем, что романским пассивным конструкциям было свойственно значение
латинских синтетических форм laudor, laudabar, laudabot, которые в латинском
языке  выполняли  функцию сказуемого, указывая тем самым на пассивность
подлежащего в предложении;  романские формы praesens passivi, образовавшиеся
на основе перфекта /laudatus sum/, могут использоваться как составное
сказуемое, что обозначает наличие у подлежащего свойства,  выраженного
отглагольным прилагательным.
Как видим, пассивное спряжение романских языков развилось на основе
аналитических форм латинского пассива системы перфекта. Об этом
свидетельствует тот факт, что сложные романские пассивные конструкции имели
значение латинских синтетических форм. При этом  сложные латинские пассивные
конструкции  в романских языках стали  выражаться сверхсложными
конструкциями. Временное значение было выражено не причастием, как в
латинском языке, а при помощи  вспомогательного глагола.
Имеющиеся наблюдения над категорией пассивного залога в современном
французском языке таких ученых как: Степанова [87]; Скрелина [82]; Moignet
[143]; Le Galliot [131];  Forest [123];  Lazard [130]; Authier [105] вполне
справедливо и обоснованно указывают на тесную связь морфологической категории
залога с рядом синтаксических явлений.
Признак  формы положен в основу классификации  на морфологические и
синтаксические признаки. Проблема заключается в том, чтобы определить
являются ли они морфологическими формами глагола или же синтаксическими
образованиями.
Причиной синтаксических свойств морфологических категорий является само
значение данной морфологической категории, так как синтаксическими свойствами
обладают все те морфологические категории, которые обозначают характеристику
предметов или признаков, взятых не изолированно от других предметов или
признаков, а в их взаимосвязи с другими предметами или признаками.
Синтаксические факторы следует учитывать из-за непосредственной связи со
сферой  субъектно-объектных отношений. Глагольная  же форма сама по себе не
может выражать залогового значения, чем объясняется ее связь с другими
элементами предложения.
Важным является тот факт, что "синтаксис представляет собой ту область, где
язык с наибольшей полнотой функционирует как динамическое единство формы и
содержания и где непосредственно можно наблюдать те синтаксические процессы,
которые определяют развитие языка в целом" [87: 43]. В связи с чем
значительное место в исследованиях, посвященных пассивному залогу, занимает
описание преобразований активных конструкций в соответствующие пассивные,
которые рассматриваются как исходные и производные.
В целом, категория пассивного залога изучается как трансформация актива. При
этом пассивные конструкции находятся в соотношении относительной
синтаксической синонимии с активными конструкциями и характеризуются:
1/ общностью денотативного значения;
2/ общностью грамматического значения залога, которая заключается в передаче
отношения между процессом, его субъектом и объектом при разноконструктности
выражения частных видов этого отношения, обуславливающих относительность их
синонимии [81].
Особенностью всех пассивных конструкций является не нали-
чие пассивного значения, а то, что лексически обозначенный субъект не
занимает центральной грамматической позиции первого актанта-подлежащего, что
отличает его от активной конструкции и характеризует как обладающего
определенной спецификой. Можно сказать, что "...сущность страдательного
залога заключается не в "претерпевании действия одного предмета другим", а в
том, что в страдательном обороте действие представляется как факт, как такое
проявление действия, при котором производитель действия вполне или в
значительной степени игнорируется "[68: 92].
Так как объектом исследования является грамматическая категория глагола,
залоговая модель должна включать признаки двух планов - плана содержания и
плана выражения, т.е.: 1/ смысловые или функциональные различительные
признаки и 2/ "внешние" категориальные показатели, специфичные для
словоизменительной парадигмы; иными словами, грамматическое значение и
грамматическую форму; вне этих двух составляющих элементов нет грамматической
категории залога [33].
Отметим, что различные грамматические значения активной и пассивной
конструкций связаны особым отношением с единицами логико-семантического
уровня /агенсом и пациенсом/ и членами предложения на грамматико-
семантическом уровне /подлежащим и дополнением/.
Известно, что грамматические категории актива и пассива выражают одни и те же
понятийные категории субъекта и объекта по отношению к действию, что
позволяет характеризовать их идентичность смысла. Наблюдающиеся различия в
отношениях активного и пассивного залогов позволяют различать данное
понятийное соотношение с точки зрения языковой семантической интерпретации, а
именно в активе признак глагола является исходящим от его носителя, которым
выступает объект. Такой подход к залогу дает возможность учитывать
морфологические, а также формальные и содержательно-синтаксические различия
предложений, относящихся к залогу [12].
КОММУНИКАТИВНЫЙ УРОВЕНЬ ПАССИВНОГО  ЗАЛОГА
КАК КАТЕГОРИИ ГЛАГОЛЬНОГО ФОРМООБРАЗОВАНИЯ
В традиционной грамматике залог определяется как категория глагола, которая
выражает отношение субъекта к действию: субъект совершает действие либо
подвергается ему [38].
Принято считать, что во французском языке залог является  лексико-
грамматической категорией, которая обозначает отношение между субъектом и
объектом действия, выражаемые в форме глагола [24].
Также "залог определяется в грамматике как категория глагола, выражающая
отношение субъекта к действию: субъект совершает действие или подвергается
ему [38].
Действительно, в структуре предложения глагол играет центральную,
интегрирующую роль, что отмечается многими лингвистами, такими как: Васильев
[20], Золотова [37], Кацнельсон [43], Кубрякова [49], Чейф [97], Helbig
[129], Muhlner [146], Steube [154], Nalthet [147].
Как отмечает А.А.Холодович [93: 85], "информация, содержащаяся в предложении
равна информации, содержащейся в лексикографическом  толковании  глагола,
который  является вершиной  этого  предложения". При этом глагол - вершина
/ключевое слово/, которое является словом-предикатом, которое называет
ситуацию. Данная ситуация толкуется при помощи других предикатов и
партиципантов /предметных переменных/. Очевидно, что в процессе
лексикографического толкования глагола /т.е.смысла/ к предложению с этим
глаголом /т.е.тексту/ партиципантам приписываются конкретные лексические
значения. Ситуация, называемая словом-предикатом, может иметь разное
количество партиципантов, которые связаны иерархическими отношениями.
Важным является то, что "любая ситуация, называемая глаголом, индивидуальна,
однако партиципанты, наряду со специфическими свойствами, детерминируемыми
данной ситуацией, имеют "надиндивидуальные" общие свойства, что позволяет
установить понятийный код "обобщенных" партиципантов ситуации" [93: 86]; это
хорошо известные в традиционной лингвистике семантические понятия,
обозначаемые терминами: субъект, объект, адресат, инструмент, исходная точка,
конечная точка и т.п.
Обращаясь к данному вопросу, Л.М.Скрелина [82: 12] в своей работе "Изменение
валентных свойств фундаментальных глаголов французского языка /развитие
структуры словосочетания и предложения/" выделяет шесть фундаментальных
глаголов французского языка  être, avoir, faire, laisser, aller, venir,
которые являются семантическими инвариантами трех больших подразделений,
объединяющих все французские глаголы, т.е. они являются инвариантами
непереходных глаголов состояния, бытия, переходных глаголов действия и
непереходных глаголов движения.  Вышеназванные глаголы есть ни что иное как
"наиболее общие формализованные отображения всех классов глаголов французского
языка вообще, обладая самой высокой частотой употребления” [82: 14].
Грамматически избранные глаголы  представляют собой то необходимое поле, на
котором представляется возможным проводить разные исследования, так как данная
группа глаголов  классифицируется на тех же основаниях, что и все глаголы
французского языка. Можно сказать иначе: формальные и функциональные
противопоставления, присущие данной группе глаголов, отражают формальные и
функциональные противопоставления, которые наблюдаются между всеми остальными
глаголами во французском языке.
Понятие инвариантов французского языка раскрывается на материале
синтаксических структур, которые образуются валентными свойствами
фундаментальных глаголов. При этом "избранные глаголы могут быть использованы
как метод оценки других глаголов, поскольку в них как бы фокусируются
особенности всех других глаголов. Находясь в одно/многозначных отношениях с
остальными глаголами, избранные шесть глаголов позволяют рассматривать вместе
с изменениями их валентных свойств, изменения в структуре предложения вообще,
ибо структура валентных характеристик глагола и есть структура предложения"
[82: 14].  Инвариантный характер синтаксических структур, образуемых при
помощи фундаментальных глаголов, определяется валентными свойствами, а
именно, потенциальной сочетаемостью избранных глаголов. На основании чего
устанавливаются следующие инвариантные /фундаментальные/ структуры:
1. Предложение-инвариант с глаголом  être.
2. Предложение-инвариант с одним из фундаментальных   глаголов: avoir, faire,
laisser.
3. Предложение-инвариант с фундаментальными глаголами движения: аllеr или venir.
Данные модели позволяют рассматривать реализацию первичных функций
фундаментальных глаголов, все другие модели реализуют их вторичные функции.
Рассматривая структуру предложения, следует учитывать  взаимозависимость и
взаимообусловленность изменений, наблюдающихся в составляющих предложения
элементах: взаимодействие внутренних /семантических/ и внешних /формальных/
языковых явлений. Таким образом,  очевидно взаимодействие семантических
преобразований, характерных для основных компонентов предложения-глагола и
имени с формальными.
Также следует отметить, что взаимообусловленность языковых изменений
характеризуется влиянием семантических сдвигов в категории на ее оформление,
а также влиянием формальных преобразований на семантику.
Существенным является то, что преобразования в пределах этой категории
наблюдаются в двух элементах. В данном случае действительным и естественным
условием функционирования и развития языковой системы выступает принцип
динамической солидарности, что является объединяющим не только взаимодействие
формальных сторон элементов языковой системы, но также сложное взаимодействие
семантики и формы.
Согласно точке зрения, представленной Гухман М.М.[33], залог рассматривается
как категория глагольного словоизменения, а залоговые значения можно отнести
к категориальным, так как они опираются на формальные ряды глагольных форм и
их оппозицию. В данном случае залог рассматривается, в первую очередь, как
категория грамматического уровня, а не лексического, хотя смысловая структура
залоговых оппозиций находит применение в рамках определенных синтаксических
отрезков.
Критерии выделения категориальных показателей имеют особое значение для задач
типологического исследования морфологических категорий, так как от них в
значительной мере зависит создание модели залоговой системы.
                           КОНЦЕПЦИЯ ПАССИВНОГО ЗАЛОГА                           
В ТЕОРИИ ФУНКЦИОНАЛЬНО- СЕМАНТИЧЕСКИХ  ПОЛЕЙ
Особенностью грамматического строя языка является наличие центральных, /где
сконцентрированы специфические признаки грамматики, что не свойственно
лексике/ и периферийных явлений, /где представлены единства, совмещающие
признаки грамматики и лексики/, факт, отмечавшийся многими учеными [1, 33,
15].
Категория пассивного залога изучается в функциональном аспекте,
рассматривается взаимосвязь и взаимодействие с  элементами разных уровней,
которые выражают залоговую семантику с позиции функционально-семантических
полей.
"ФСП - это система разноуровневых средств данного языка /морфологических,
синтаксических, словообразовательных, лексических, а также комбинированных -
лексико-синтаксических и т.п./,  объединенных на основе общности и
взаимодействия их семантических функций" [16: 32].
Очевидно, что семантическая общность является основой группировки языковых
явлений с ФСП, которое характеризуется как конкретный языковой и
универсально-понятийный аспект. ФСП рассматривается в плане выражения,
который составляют  конкретные языковые средства, и в плане содержания, когда
семантические функции элементов данного поля не тождественны понятийным, но
тесно взаимосвязаны между собой [11].
Функционально-семантическое поле рассматривается как центральное понятие
функциональной грамматики, трактовка которого опирается, прежде всего, на
концепцию А.В.Бондарко, а сам термин ФСП объясняется как структурирование
всей системы языка.
Согласно концепции А.В.Бондарко [13] выделяются два основных структурных типа
ФСП - 1/ моноцентрическое и 2/ полицентрическое. В первом случае - это сильно
центрированные поля, базой которых является грамматическая категория, во
втором  случае  - это слабо  центрированные  поля, базой  которых является
определенная совокупность различных языковых  средств.
Данная проблема исследовалась такими учеными, как: Азначеев [2]; Горлатов
[30]; Шубик [102]; Михайловский [58] и др. Однако, следует подчеркнуть, что
основное внимание уделялось грамматическим средствам, хотя составляющими ФСП
являются и лексические средства, которые до настоящего времени не достаточно
изучены. Тем не менее, анализ категорий залога в терминах функционально-
семантических полей показал, что для комплексного подхода к данной категории
является необходимым привлечь еще и лексический уровень.
Функционально-семантическое поле представляет собой иерархическую структуру и
делится на центр /ядро/ и периферию.
Ядерные элементы поля имеют ряд общих черт: 1/ концентрация базисных
семантических функций; 2/ наибольшая специализированность языковых средств,
служащих для реализации базисных семантических функций /имеются в виду такие
формы, для которых данная функция является основной, первичной/;  3/ наличие
связей между средствами, являющимися носителями этих признаков;  регулярность
функционирования  данного  языкового элемента  по  отношению  к
нерегулярности  или  меньшей  регулярности,  меньшей  употребительности
периферийных  элементов [54].
Таким образом, в центре ФСП базируются наиболее специализированные средства
языка, позволяющие выражать определенную семантическую категорию.
Ядро функционально-семантического  поля залоговости представляет оппозицию
актив/пассив, распадается соответственно на два микрополя - активности и
пассивности. Центр микрополя пассива представляет глагол в форме
страдательного залога.
Если говорить  о  периферии ФСП пассива, то следует отметить, что ее
компоненты представлены разноуровневыми единицами с пассивным   значением.
Они являются некатегориальными   способами   выражения категориального
значения пассива, о чем свидетельствует тесная взаимосвязь лексики и
грамматики [102].
Рассматривая проблему функционально-семантических полей, А.В.Бондарко [14,
16] определил понятие категориальной ситуации /КС/,которая представляет собой
типовую содержательную структуру, выражаемую в высказывании, которая:
а/ базируется на определенном ФСП данного языка;
б/ представляет собой /в том или ином конкретно речевом варианте/ один из
аспектов передаваемой высказыванием общей сигнификативной ситуации.
Представляя данную структуру, А.В.Бондарко выделяет также их варианты,
которые включают не только общесмысловую /понятийную/ основу содержания, но и
его конкретно-языковую интерпретацию.
Наряду с понятием категориальной ситуации, существует более узкое понятие -
залоговой ситуации /ЗС/. ЗС - это типовая содержательная структура,
выражаемая в высказывании в том или ином варианте, базой которой является ФСП
залоговости. Она способствует выражению характера направленности глагольного
действия по отношению к его носителю, и таким образом представляет собой
определенную сторону в высказывании общей сигнификативной ситуации. Понятие
залоговой ситуации связано с вычленением из денотативной ситуации элементов,
относящихся к семантике залоговости. Определение данных элементов имеет
огромное значение для изучения функционирования глаголов со значением
пассивности не только для парадигматической ситуации, но и на
синтагматическом уровне.
В целом следует отметить, что структура ФСП характеризуется нечеткостью
границ между центральной частью и периферийной, способностью перехода от
центра к периферии. Однако, бывают случаи, когда то или иное языковое
средство по одним признакам можно отнести к ядерным элементам поля, а по
другим - к периферии, в связи с чем возникают определенные трудности в
распределении данных компонентов к определенной ступени структурной иерархии
поля [7].
                         ПАССИВНЫЙ ЗАЛОГ И ПЕРЕХОДНОСТЬ                         
Пассивный залог, будучи формой глагольного словоизменения, является
компонентом парадигмы переходного глагола, т.е. "пассивный залог является
способом репрезентации  транзитивного глагола" [66: 201].
Данная проблема разрабатывалась такими лингвистами, как: Степанова [87];
Степанов [85]; Кумлева [50]; Потебня [67]; Мещанинов [55]; Виноградов [22];
Wagner [159]; Pinchon [149]; Riegel, Pellat, Rioul [150].
Рассматривая категорию пассивного залога в современном французском языке,
следует отметить, что переходность глагола устанавливалась на основании
латинского языка.
Нужно отметить, что процесс переходности глагола зависел  от характера основы
того или иного глагола. Позже наметилась тенденция перехода интранзитивных
глаголов в разряд транзитивных путем префиксации. А переходные глаголы стали
непереходными в следствие нескольких причин:
1 - активная форма получила в предложении медиальное значение;
2 - дополнение не выражено  и не может быть восстановлено из контекста.
Переходность определяется, в данном случае, как свойство глагола принимать
прямое дополнение и характерно только для флективных языков, так как они
имеют категорию падежа. Нужно подчеркнуть, что не всегда возможно определить
различие между переходным и непереходным глаголом; причины заключаются в
следующем :
1/  формальное различие между переходными и непереход-ными глаголами
отсутствует;
2/  для одного глагола могут быть характерны  как переходное так и
непереходное значение;
3/ в латинском языке флексия непереходных отложительных глаголов совпадает с
флексией переходных глаголов в пассиве;
4/ если отсутствует прямое дополнение, переходные глаголы  обозначаются как
непереходные;
5/ длительность процесса перехода от интранзитивности к транзитивности имела
свои особенности,  так как в переходные периоды трудно определить
принадлежность глагола к той или иной категории.
Следует подчеркнуть, что такие процессы как употребление категорий
переходности, оформление категорий страдательного залога и использование
винительного падежа в функции прямого дополнения  тесно связаны между собой
и происходили одновременно.
Так как только переходные глаголы могут употребляться в страдательном залоге,
то и способность образования от них страдательного залога есть формально-
грамматический признак их переходности.
Рассматривая проблему переходности в пассивном залоге, И.Циммерман [95] также
считает, что залог, будучи грамматической категорией, является производным от
переходности. В связи с чем, он описывает исходную переходность, присущую
глаголу на лексико-синтаксическом уровне глубинной структуры, т.е. в его
исходной диатезе, и производную переходность, которая осуществляется в ходе
синтаксических преобразований, происходящих по причине перераспределения
синтаксических функций.
А.Н.Степанова [87] рассматривает переходность как особый тип динамичности,
выделяя его среди различных видов взаимодействия языковых явлений. При этом
термин "переходность" совмещает два значения: философское, т.е.
транзитивность, "выражающее динамику явления", и лингвистическое, которое
соотносится с семантико-синтаксическими особенностями части речи, чаще всего
глагола. Транзитивность объясняется как явление системного плана, а также как
один из видов внутреннего движения языка на синхронном срезе и находит свое
выражение в семантико-синтаксической /синтагматической/ переходности
лингвистической единицы. Характерным для транзитивности французского слова
является его одновременное стремление к анализу и синтезу, что отражает
ведущую грамматическую тенденцию языка, в результате которой проявляется
стремление разделить "формальную" и "значимую" части, т.е. в осуществлении
раздельных сочетаний грамматических и лексических средств, одинаково
относящихся как к морфологии так и к синтаксису.
Важным является тот факт, что категория залога, которая связана с переходным
характером глаголов, позволяет иметь им взаимоисключающие формы актива и
пассива, способных образовывать грамматическую категорию залога.
Залоговые значения самым тесным образом связаны с
переходностью/непереходностью глагола. Непереходность определяется как
несочетаемость глагола с существительным-объектом, например, для таких
глаголов как: marcher, rire, exister. Критерием непереходности является
неприменимость к таким глаголам пассивной трансформации.
Т.М.Кумлева [50] исследовала деление языка на уровни системы, нормы и речи; в
связи с этим рассматривается изменение глагольной соотнесенности с одной
стороны, когда глагол переходил из одной семантико-синтаксической группы в
другую на уровне нормы и системы, с другой стороны он использовался в
синхронном плане, а именно, в ненормативной для него семантико-синтаксической
группе только на уровне речи. Была сделана попытка классифицировать глаголы
на переходные, непереходные, косвенно-переходные.В связи с чем выделяется
несколько критериев их употребления.
Первый критерий переходности/непереходности глагола -сочетаемость глагола с
существительным-объектом выражаемого им действия.
Второй критерий разделения на переходные/непереходные глаголы - возможность
переходных глаголов к пассивной трансформации, что  недопустимо для
непереходных глаголов. Спорным является вопрос о целесообразности выделения в
отдельную группу косвенно-переходных глаголов.По мнению Т.А.Кумлевой [50]
существует две причины, согласно которым данные глаголы семантически связаны с
сочетающимися с ними существительными, а также выражение этой связи предложной
формой, что позволяет противопоставлять их одновременно и прямопереходным и
непереходным глаголам. Отмечается также, что группы переходных и
косвенно-переходных глаголов нельзя отнести к синтаксическим, но и к сугубо
семантическим их отнести тоже нельзя, так как в основе лежит понятийная
соотнесенность, которая не является надежным критерием
переходности/непереходности.Указывается, что переходные группы рассматриваются
в современном языке как функциональные, ввиду многочисленности симметричных
глаголов, соподчиненных одному понятию; при этом они могут выступать как
переходные, так и непереходные, как например : descendre, brûler,
baigner, couler, etc.Это интерпретируется следующим образом.На уровне системы
языка,вне контекста, данные глаголы способны функционировать в речи и
переходно, и непереходно. И только конкретная функция, выражающая действие
объектной направленности, позволяет решать вопрос о переходности или
непереходности в контексте, устанавливая конкретную категориальную
соотнесенность данных глаголов.
Как указывает В.Г.Гак [24: 163], прямопереходные и косвенно-переходные
глаголы нередко бывают синонимичны, "но часто конструкция различает у одного
и того же глагола разные значения. Прямопереходная конструкция может
свидетельствовать о прямом значении глагола, косвенно-переходная - о
переносном значении глагола, либо о моральном характере объекта".
Переходные глаголы очень употребительны. Они выражают создание объекта,
уничтожение, изменение объекта, различные действия с объектом, передачу,
перемещение, сообщение, обладание всеми его модификациями, восприятие,
субъектное отношение, вступление в контакт, пространственные отношения и др.
[24].
Лингвистические исследования показывают, что строгой границы между
переходными и непереходными глаголами не существует.
Исследования грамматистов свидетельствуют о том, что переходные и
непереходные глаголы - это не лексические подклассы глагола, а подклассы
дистрибутивные и функциональные [53, 38].
Многие исследователи, такие как: Васильева, Пицкова [19] и др. подчеркивают
тот факт, что не все глаголы, имеющие признак переходности могут
использоваться в пассивной конструкции. Например, проблему составляет
лексическое значение существительного в функции субъекта и объекта. Так,
пассивная форма практически отсутствует, если в качестве субъекта
используется местоимение 1-го и 2-го лица.
Следует обратить внимание на то, что от переходных глаголов состояния, формы
страдательного залога не образуются. Следовательно, они не участвуют в
залоговых оппозициях. Это объясняется лексическим характером глагола, который
обусловил нейтрализацию противопоставления как по линии направленности
процесса, так и по типу связей между подлежащим и сказуемым.
Следует отметить тот факт, что возможно использование одной и той же формы
как выражения страдательного залога у переходных глаголов, и как средство
выражения глаголов непереходных. Хотя это не говорит о том, что непереходные
глаголы имеют тоже страдательный залог.
Существует и такая точка зрения: категория залога характеризует все глаголы,
независимо от их переходности и непереходности, которая полно отражена в
работах, рассматривающих в качестве залоговых оппозиций лексико-
грамматическое противопоставление переходности и непереходности [17, 91].
Так, Ф.Ф. Фортунатов рассматривал глагольные формы залогов, как производные
от одной основы. Залоговые оппозиции представлены им как противопоставление
оппозиции переходности/ непереходности.
Отметим основные интерпретации категории залога в современном французском языке:
1. Оппозиция трех форм, выражающих активный, пассивный и возвратный залоги.
2. Оппозиция двух форм: актив/пассив; местоименная форма при этом не
считается специфической залоговой формой и распределяется между активом и
пассивом.
3.Оппозиция двух форм: активная/местоименная.
4.Оппозиция четырех форм: активный/пассивный/возвратный/ фактитивный залоги.
5. Ни пассивная, ни местоименная формы не считаются специфической формой
выражения залога, в связи с чем залог как морфологическая категория глагола
отрицается [24].
Также следует подчеркнуть, что во французском языке залоговая система
представлена оппозицией действительный/страдательный залог. При этом для
выражения страдательного залога используются разные языковые средства. В
плане содержания это противопоставление имеет обобщенный характер,
независимый от лексического значения глагольной основы, присущий смысло-
различительным признакам грамматических оппозиций, которые имеют определяющее
значение для смысловой структуры оппозиции действительный/страдательный залог
[41].
Подчеркнем, что для толкования залога, существенной является определенная
направленность глагольного признака по отношению к его носителю. Залоговые
оппозиции обозначают противопоставление по типу связей, т.е. между подлежащим
и процессом, обозначением которого является глагольная форма, а также между
признаком, обозначенным сказуемым и носителем признака - подлежащим
/грамматическим субъектом/. Характерным для смысловой структуры этой
оппозиции в системе языка является противопоставление направления процесса:
центробежность/ центростремительность. При центробежном процессе носитель
признака является источником процесса, его производителем, при
центростремительном - носитель признака инактивен  в широком смысле слова,
включая не только инактивность, но и аффицированность [33].
ВЫВОДЫ:
1. Существует  семантическое определение категории пассивного залога, т.е.
отношение действия к его субъекту, а также синтаксическое, т.е. отношение
глагола-сказуемого к подлежащему предложения. Существенным различием в данных
определениях является наличие дополнения – объекта. В таком случае,
семантическое определение категории залога рассматривает залог как отношение
действия к его субъекту и объекту, а синтаксическое  - как отношение глагола-
сказуемого к подлежащему и дополнению в предложении.
Пассивный залог рассматривается как двухуровневая грамматическая категория.
На более глубинном уровне залог заключается в отношении действия к его
субъекту и выражается в морфологии и семантике глагольного слова. Этот
уровень имеет название – диатеза. На более поверхностном уровне залог
заключается в отношении глагола-сказуемого предложения к подлежащему и
называется залогом в узком  смысле слова.
Категория пассивного залога представляет трансформацию актива, т.е.
преобразование активных конструкций в соответствующие пассивные, которые
рассматриваются как исходные и производные.
2. Пассивный залог представляет собой лексико-грамматическую категорию,
выражающую субъектно-объектные отношения. В грамматике залог определяется как
категория залога, при этом в структуре предложения глагол играет центральную,
интегрирующую роль, т.е. глагол – вершина /ключевое слово/ предложения.
Существуют фундаментальные глаголы французского языка,  объединяющие все
французские глаголы и представлящие необходимое поле для проведения различных
исследований.
Пассивный залог является категорией глагольного словоизменения, а залоговые
значения, являясь категориальными, опираются на формальные ряды глагольных
форм и их оппозицию.
3. Категория пассивного залога, являясь грамматической, изучается в
фукнциональном аспекте, что позволяет рассматривать взаимосвязь и
взаимодействие равноуровневых элементов / морфологического, синтаксического,
лексического/,  выражающих залоговую семантику с позиции функционально-
семантических полей /ФСП/.
ФСП  представляет собой иерархическую структуру и делится на центр /ядро/ и
периферию. Ядро функционально-семантического поля представлено оппозицией
актив/пассив. Центр микрополя пассива представлен формой страдательного
глагола. Что касается периферии ФСП  пассива, то её компоненты представлены
разноуровневыми единицами с пассивным значением. Они являются
некатегориальными способами выражения категориального значения пассива.
Структура ФСП характеризуется нечеткостью границ между центральной частью и
периферийной, способностью перехода от центра к периферии, в связи с чем
возникают определенные трудности в распределении языковых средств к
определенной ступени структурной иерархии поля.
4. Категория пассивного залога, будучи формой глагольного словоизменения,
является компонентом парадигмы переходного глагола, т.е. данная категория
связана с переходным характером глаголов, что позволяет иметь им
взаимоисключающие формы актива и пассива, способных образовывать
грамматическую категорию залога.
Во французском языке залоговая система представлена оппозицией
действительный/страдательный залог. Залоговые оппозиции обозначают
противопоставления по типу связей – между подлежащим и процессом,
обозначением которого является глагольная форма, или между признаком,
обозначенным сказуемым и носителем признака  - подлежащим.
     ГЛАВА  2
СЕМАНТИКО-СИНТАКСИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА
ПАССИВНЫХ  КОНСТРУКЦИЙ
                                НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ                                
                           КЛАССИФИКАЦИОННЫХ СТРУКТУР                           
В основе систематизации исследования пассивного залога  различные лингвисты
выделяют определенные базовые принципы.
Нам представляется целесообразной классификационная структура, предложенная
Ж. Пиншон [149: 203], которая выделяет пять принципов, основанных на:
а/  семантических категориях ;
б/  морфологии ;
в/  синтаксисе ;
г/  объединении семантики и морфологии ;
д/ объединении морфологии и синтаксиса .
Традиционно грамматисты противопоставляют активный и пассивный залоги,
поскольку их интересуют условия, которые способствуют  употреблению  одного
из двух  способов  выражения:  активного  или  пассивного.
По мнению M. Гревисса [127: 160], "существуют два залога  глагола:
1.    Активный залог  /иначе говоря, актив/, обозначающий,  что подлежащее
совершает  действие:
          Le  maître  PARLE: l'élève ÉCOUTE.          
2. Пассивный залог /иначе говоря, пассив/, обозначающий, что подлежащее
испытывает действие:
L'élève est INSTRUIT par le maître."
В таком случае, актив  определяется  связью  с  пассивной  формой, что
говорит о  том,  что форма:
Nos amis construisent cette maison
ассоциируется с формой:
Cette maison est construite par nos amis [125: 84].
Как видим, согласно определению М.Гревисса  противопоставляются  два
действия: делать   и   испытывать  действие.
Надо отметить,  что  долгое  время  данное  определение подвергалось критике.
В   связи   с  чем  H. Боннар [109: 147] представляет  свою  точку зрения:
"это определение  не  представляет   ни  что  иное  как  оппозицию  разных
значений  одного  и  того же  глагола; не  нужно думать,   что  всякий
активный   или   возвратный  глагол  имеет определение,  как  сказано  выше.
Известно,  что  многие  глаголы   в активной  форме  выражают  состояние:
Le sucre souffre, le chat est pris ;
некоторые глаголы  выражают  подчиняющееся действие:
Le sucre fond,  le pain cuit . "
Существует  также  мнение,  что пассив, несмотря  на отводимую  ему  роль
"контр-актива", не должен  описываться  исключительно  как  оппозиция  актива
[104: 10].
Морфологическая классификация разработана различными  лингвистами. Здесь
также существуют различные  точки  зрения.
В частности,  традиционная  грамматика  определяет  пассив  как категорию
глагола: "пассивный  залог"  объединяет  сложные формы, полученные в
результате присоединения к базовым  формам, называемым активными с морфемой
"discontinue", по терминологии французских лингвистов [150: 433],
вспомогательного глагола и причастия прошедшего времени.
Согласно критерию, предложенному Ж. Може [137: 228 ],   "французский язык не
имеет специфической  пассивной  формы.  Это   вспомогательный глагол
être  è
ïðè÷àñòèå
ïðîøåäøåãî
âðåìåíè,
êîòîðûå
îáúåäèíåíû
â  åäèíóþ
êîíñòðóêöèþ".
Îäíàêî ñ
òàêèìè
äîâîäàìè
òðóäíî
ñîãëàñèòüñÿ,
òàê  êàê
"ãëàãîëû  íå
óïîòðåáëÿющиеся в
пассивном значении как, например partir, спрягаются со вспомогательным глаголом
être, как в простой  форме  /Il est parti /, так и в сложной /quand il a
été parti/"[149: 204 ].
Определение, данное Ж. Може  почти  всегда  ассоциируется  с другим -
синтаксическим,  так  как морфологическая  категория  залога  обладает
определенными  синтаксическими свойствами и участвует  в создании
структурных  типов  словосочетаний  и предложений.
Когда речь идет  о пассивной  фразе, следует  учитывать мнение, что "каждая
пассивная  фраза является  трансформацией  активной  фразы,  которая  имеет
следующую  структуру: P – SN1 - V – SN2, т. е. с  обеих
сторон   глагольного  ядра  располагаются   актанты"  [149: 204 ].
Согласно определению Ж. Дюбуа  [118: 81-82], "трансформацией в пассивную
форму  минимального  предложения является  применение  к  последнему  правила
пассивной  трансформации,  а именно  значимое  остается  инвариантным,  роли
и порядок слов в двух номинальных синтагмах  будут  противоположны". На
основании пассивной трансформации, которая представляет собой “ tout about
susceptible de devenir le repere du passif” выделяется понятие агенс /agenc/
[115: 163-164]. При этом  пассивная трансформация понимается как способность
выступать подлежащим в пассивной конструкции.
SN1        -        V          -        SN2
Le  soleil        jaunit          les papiers
SN2      -         V       -         SN1
Les papiers      sont jaunis     par le soleil
Данное определение  показывает,  что Ж. Дюбуа сознательно не  использует
глагольную  форму. "В морфо-синтаксическое  определение пассива не входит
модификация  глагола  путем использования вспомогательного глагола être.
В целом, не существует морфологической  взаимосвязи  между  минимальной
активной   фразой   и пассивной  фразой,  полученной  в результате
трансформации"[118: 82].
Таким образом,  все  фразы  типа  SN2 - V (Prep.SN2),
полученные  в результате  трансформации  соотносятся  с фразами  типа:
SN1      -      V       -       SN2
Итак, если  ставится  фраза:
SN1      -      V       -       SN2
Le soleil         jaunit        le papier
соответствующие  пассивные  фразы  могут включать:
- глагол   être  +  participe passé:
Le papier est jauni par le soleil.
- неизменяемый  глагол:
Le papier jaunit.
- глагол  в возвратной  форме:
Le papier se jaunit.
Наконец,  непереходный  глагол  tomber   используется в пассивной
конструкции,  имея  следующую  структуру :
SN2      -       V      -      ( Prep. SN1 )
     La maison est tombée sous le rafale de vent.
Соответствующая  активная конструкция использует   глагол  faire:
     Le rafal de vent a fait tomber la maison.
Раскрывая  проблему  пассивной  трансформации,  французский лингвист  П.Ле
Гоффик [133: 202], придерживается  совершенно иной  точки  зрения: "пассив -
это атрибутивная  структура,  которую  можно  рассматривать  как
самостоятельно  образованную, а не структуру, полученную  в  результате
трансформации  активной  конструкции  в пассивную".
В своем исследовании А.К. Реферовская и Е.А. Васильева [75: 186] дают четкое
определение, основанное  на  объединении  смысла и морфологии: "Парадигма
пассивного залога заключается  в сложных  формах, называемых "аналитическими".
Они строятся с помощью  времен вспомогательного глагола être,
êîòîрый  предшествует причастию прошедшего  времени
спрягаемого глагола. Формы пассива  используются для того,  чтобы  показать,
что подлежащее  фразы  подчиняет  действие,  руководимое  самим автором ".
Интересным  и  актуальным представляется определение, основанное   на
объединении   морфологического и  синтаксического  подходов. Имеющиеся
наблюдения над  категорией   залога  вполне   справедливо  и  обоснованно
указывают  на тесную   связь  морфологической  категории  с рядом
синтаксических  явлений. Если говорить о взаимосвязи  морфологии  и
синтаксиса, то можно выдвинуть  основные  положения: так   как   фраза
построена  с  помощью    глагола,  допускающего   прямое  дополнение:
A. " Son ancienne attachée a desavoué la version des faits..."
" ...mille pensées semblables a assailli l'inconnu ..."
возможно изменить порядок слов данной фразы /при условии  модификации
глагольной формы/, без чего выраженная идея варьируется [121, 119]:
Б."... la version des faits  servait d'alibi а l'ex-patron de  l'OM,
     a été  desavouée  par son ancienne attachée... ".
/Liberation, p.1/.       "L'inconnu fut assailli par mille
pensées semblables qui         passaient en lambeaux dans son
âme, comme des drapeaux déchirés voltigent au milieu d'une
bataille".
/H. Balzac,  p.41/.
Вспомогательным  глаголом  в конструкции  "а"  всегда  является  глагол
AVOIR; тогда как в  конструкции "б"  глагол  ÊTRE.
В целом, огромное количество  фраз,  в которых  глагол  связан  с прямым
дополнением  /активная  конструкция/  может  быть  выражено  и пассивными
конструкциями,  которые  определяются  следующими  четырьмя  признаками:
- объект в активной  конструкции  становится   подлежащим;
- глагол, имеющий  форму  причастия  прошедшего  времени,  спрягается со
вспомогательным  глаголом  "être",  который  ставится в то же время и в
то же наклонение, что и глагол активной  конструкции;
- подлежащее в активной  конструкции может быть  одинаково  выражено
предложным дополнением /так называемое  дополнение  агенса/, вводимым
предлогами par  или  de.
- подлежащее и дополнение изменили свое место расположения,  но сохранили
свою семантическую роль  по отношению  к  процессу,   выраженному  глаголом.
Рассмотрение подобных  формальных  характеристик  приводит  к анализу
пассивных  конструкций  как измененных  и  обратных  активным  конструкциям,
что указывает на способность прямого дополнения действительной конструкции
быть подлежащим в страдательной, а подлежащее действительной конструкции
может быть в страдательной конструкции агентивным дополнением [152].
Эта гипотеза подкреплена  существованием  лексического  эквивалента,
отношением фразы  к  двум  конструкциям  и тем  фактом,  что глагол  имеет
ту же  контекстуальную  основу  в парах  /подлежащее  активной  конструкции
-  дополнение агенса/ и / дополнение  активной  конструкции - подлежащее в
пассивной  конструкции/.
"Les éternels préjugé
s, la préoccupation du rang, le souci de ne  pas déchoir, 
hantaient ces familles autrefois brillantes..."
                                                             /G.Maupassant, p.129/
"Ces familles  autrefois brillantes étaient hant
ées par les éternels         préjugés..."
Данный пример свидетельствует, что пассивная фраза имеет следующую структуру:
SN2                    est              V             par           SN1
Ces familles        étaient         hanteés         par         les éternels,
которая наглядно свидетельствует, что объект в активной конструкции становится
подлежащим в пассивной конструкции, т.е. подлежащее и дополнение данных
конструкций изменили свое место расположения. В первом случае, подлежащее (ces
familles) испытывает действие, во втором случае, подлежащее (les
éternels) совершает действие. Таким образом, противопоставляются два
действия: делать что либо или подвергаться какому-либо действию.
Исследование пассивной конструкции сes familles  autrefois brillantes
étaient hanteés par les éternels présugés
проводится как обратной активной и доказывает, что подлежащее активной
конструкции (les éternels) может быть в пассивной конструкции агентивным
дополнением (par les éternels présugés) и вводится при
помощи предлога par, представляя следующую структуру:
SN1          V             SN2,   где    SN2    est   V   par   SN1. 
Трансформация пассивной фразы из соответствующей активной свидетельствует, что
изменяется порядок слов данных фраз при условии изменения глагольной формы,
т.е. с обеих сторон глагольного ядра располагаются актанты (ces familles, les
éternels), что можно представить как соответствующую структуру:
P              SN1                  V           SN2    
В данных конструкциях глагол (V) hanter является вершиной предложения и
рассматривается как стержневой элемент. Пассивная фраза с агентивным
дополнением использует сложные формы, полученные в результате присоединения к
базовым формам вспомогательного глагола (être) и прошедшего времени,
которые представляют единую конструкцию.
Также  наречия,  которые  изменяют  отношения: подлежащее -  глагол в
активной  фразе:
             "La reconnaissance passionnée émit tellement ma mère ... "
служат для  создания  отношений  дополнения  агенса  -  глагол  в
соответствующей  пассивной конструкции:
" Ma mère  elle-même fût 
tellement  émue par la reconnaissance
passionnée..."
/G. Maupassant, p.279 /.
Пассивная  форма  может  указывать,  что  подлежащее,  выраженное   глаголом,
не совершает  действие  в  активной  форме,  но  ему подчиняется.
Таким образом, как видим, данные  определения  варьируются согласно  тому,
что берется  во внимание -  только  форма  глагола или семантическое
отношение, которое связывает  подлежащее и глагол,  или  отношение  между
глаголом,  известным  как стержневой элемент /ядро/  и его  актантами,
представленными  двумя  номинативными  синтагмами, которые  его  окружают.
Наличие пассива в глагольной форме изучается  в рамках спряжения,  когда
пассивная  фраза  противопоставляется  активной,  и  характеризуется  дважды:
первый  раз - местом  номинативной  синтагмы,  второй  - формой  глагола
[149: 205].
Следует  учитывать,  что переход одной  конструкции  в  другую  не   имеет
четко  выраженной механической характеристики, которая представлена  в
традиционной грамматике. Кроме того, он ограничен  множеством  лексических
факторов;  пассивная   конструкция  не  всегда  может  быть  рассмотрена  как
обычная  трансформация  активной  фразы, сопровождающаяся обычными
интерпретационными изменениями /например, во фразах негативного  характера  с
некоторым  количеством отрицаний/:
"Le film n'a pas été vu par un seul étudiant"  [150: 434 ].
Основываясь на тезисе  Ж. Пиншон [149: 206] и в результате проведенных
исследований, представляется целесообразным изучать условия функционирования
пассивной конструкции, учитывая следующие факторы:
1. Отношения глагола и его актантов;
2. Обстоятельственные дополнения;
3. Отношения с другими фразами.
СТРУКТУРНОЕ СВОЕОБРАЗИЕ ПАССИВНЫХ
КОНСТРУКЦИЙ И СЕМАНТИЧЕСКОЕ СВОЕОБРАЗИЕ
ГЛАГОЛОВ В НИХ
Залог  принадлежит к лексико-грамматическим  категориям: возможность его
образования зависит от значения глагола. Следовательно, лексика  имеет
определенное  влияние  на  формирование  пассивной  конструкции.
В современной    лингвистике к пассивным  относят  те  конструкции, у которых
"позицию сказуемого занимает специальная  "пассивная" форма глагола и объект
занимает позицию подлежащего, а субъект позицию дополнения" [94: 25].
Как  отмечает Сильницкий Г.Г.[79: 71], "залоговая  парадигма каждого глагола
определяется его лексическим значением:  различные лексико-семантические
классы глаголов имеют  различные  наборы залоговых  разрядов. С другой
стороны,  каждый залоговый разряд характеризуется определенной структурой
лексико-синтаксического окружения глагола". Иначе говоря, глагольная лексема,
а  также управляемые  ею  синтаксические  компоненты, в  совокупности,
образуют конструкцию. Конструкция порождается ядерной глагольной  лексемой.
Как видим, целесообразно исследовать не только отдельные глаголы как элементы
глагольной лексики, но и глаголы в составе словосочетаний и предложений, что
позволяет отображать  соотношения между лексическим типом глагола и
синтаксической  структурой глагольного предложения,так как  глаголы,
исследуемые в системе  залога,  рассматриваются  как  стержневой  элемент, т.
е. ядро,  которое  является  вершиной  предложения, поскольку ситуация обычно
обозначается в предложении ядром. Актанты и сирконстанты относятся  к
периферийным элементам предложения, в связи с  чем  партиципанты данной
ситуации обозначаются актантами, а атрибуты - сирконстантами.
Представляет  интерес,  в данном  случае,  теория  актантов  Л. Теньера
[156], где глагол занимает центральное место в структуральном  синтаксисе,  и
рассматривается  как  вершина  иерархического подчинения всех остальных
элементов предложения. С функциональной стороны, Л. Теньер  противопоставляет
актанты  сирконстантам,  так  как  видит  формальное  различие  между  ними .
В данном случае можно сказать, что категория залога "моделирует  основные,
грамматически маркированные  в глаголе и его  окружении  способы порождения
предложения  глагольными  ядрами" [79: 72]. "И как строевое ядро французского
синтаксиса,  глагол  играет  особую роль в создании целостности  сложного
предложения" [26:197].
Существует  мнение,  что  пассивная  конструкция  является производной  от
переходной  активной,  что  позволяет  противопоставлять  глаголы  со
значением  пассивности  по  семе активность/ пассивность. Также  следует
учитывать,  что  сами  глаголы, имеющие  пассивное значение,  не  допускают
пассивной  формы,  поэтому  преобразование конструкций,  имеющих  активную
формуи использующих данные глаголы в пассивные, осуществляется при помощи
семантических замен .
Следует отметить тот факт, что основную  массу трансформаций уровня
предложений составляют различные виды пассивной трансформации [59]. Что
касается глаголов, трансформированных в пассивный залог, то их описательное
значение зависит  прежде всего от совершенного или несовершенного характера
этих глаголов, а также от отсутствия или наличия дополнения.
1. В отсутствие дополнения, пассив глаголов, имеющих определенно
совершенный характер, описывает состояние, следующее за законченным
действием.
Имеется законченный результат:
     Le processus est fini.
2. Пассив глаголов,  которые имеют несовершенный характер, описывает процесс
в ходе завершения. Он относится к  гомологическому времени тех же глаголов,
которые спрягаются в активе:
Actif                               Passif
Present            On me remercie                    Je suis remercié
Imparfait         On me remerciait                  J'étais remercié
Passe defini     On me remercia                    Je fûs remercié
Futur                On me remerciera                 Je serai remercié
[159: 301].
В данной работе исследованию подвергались переходные глаголы, употребляющиеся
в пассивной конструкции. Для данной категории глаголов характерным
преимущественно является синтаксическое употребление, что связано с
грамматическими понятиями субъекта и объекта действия. Переходность
определяется как "сочетаемость глагола  с существительным - объектом без
предлога, допускающая пассивную  позиционную трансформацию" [38: 88].
По мнению  А.Н. Степановой [87: 7], переходность или  транзитивность
/"transitivité"/ французского  глагола выражается в "... стремлении
соединяться с другими  словами, освобождаться  от  собственного  лексического
значения и оформлять  внутреннее  единство  различных  синтаксических
комплексов".
Как  отмечает  Илия  Л.И. [38: 89], пассивная   трансформация  заключается  в
том,  что субъект  действия  и его  объект  изменяют  положение по отношению
к глаголу .
В основном  лингвисты  выражают  ту  точку  зрения,  что в пассивном  залоге
употребляются  только  переходные глаголы. Данной точки зрения придерживаются
такие ученые, как: Wagner [159]; Pinсhon [149]; Riegel, Pellat,  Rioul [150].
Удачной,  на  наш  взгляд, является  классификационная  структура,
предложенная  Ж. Пиншон [149: 206],  которая  считает,  что  глагольное  ядро
может  быть  представлено  двумя  формами:  только один глагол;  группа
глагол + инфинитив .
Рассмотрим    подробнее данные  формы .
1. Простой глагол.
А. В пассивном  залоге используются  фразы  различной  структуры .
1/  SN1 - V – SN2, где – SN2 est Ve par SN1.
             " La nullit
é  du  sujet  avait  suivi  la
révélation  de  la  nullité      de  la  forme "
" La révélation de la nullit
é de la forme avait été 
suivie par celle de la nullité du sujet " .
/A. Maurois, p. 95 /.
Пассивная фраза, имеющая структуру:
SN2          est            V             par           SN1
la révélation    avait été     suivie      par      celle de la nullité du sujet
является производной от соответствующей активной:
SN1                          V                     SN2
la nullité du sujet      avait suivie       la révélation.
Неодушевленное подлежащее (la nullité du sujet) в активной конструкции
становится дополнением агенса в пассивной конструкции и вводится при помощи
предлога par.
В данных конструкциях используется глагол suivre, обозначающий местонахождение,
который является вершиной предложения и используется как ядро, т.е. стержневой
элемент, с обеих сторон которого расположены актанты (la nullité du
sujet; la  révélation  de  la  nullité de  la  forme).
2/ SN1 - V – SN2 - Prep. SN3, где SN2 est Ve par SN1 Prep. SN3.
             "La duchesse de T... avait timidement suggéré ce projet а un académicien"
"Ce  projet a été timidement suggéré par la duchesse de T. à un académicien".
/ A.Maurois, p. 89 /.
Пассивная фраза, имеющая структуру:
SN2          est        V        par            SN1        Prep.     SN3
ce projet   a été  suggéré  par    la duchesse     à      un académicien
de T.
является производной от соответствующей активной:
SN1                          V                  SN2        Prep.       SN3
la duchesse de T...    avait  suggéré   ce projet      а    un cadémicien.
Одушевленное подлежащее (la duchesse de T...) употребляется в единственном
числе в активной конструкции и становится агентивным дополнением в пассивной,
которое вводится при  помощи предлога par.
В данных конструкциях используется глагол suggérer, который может
выражать различные действия с объектом: восприятие, вступление в контакт и
является ядром предложения, с обеих сторон которого расположены актанты (ce
projet; la duchesse de T...). Пассивная конструкция включает несколько
дополнений (la duchesse de T...; un cadémicien) и использует предлог
à, указывающий на принадлежность.
3/ SN1 - V – SN2 Attribut, где  SN2 est Ve Attr. par SN1.
             " Le ministre a nommé M.Dupont directeur "
" M.Dupont a été nommé directeur par le ministre".
                                                                     [149: 206].
Пассивная фраза, имеющая структуру:
SN2          est        V          Attr.       par         SN1            
M.Dupont       a été    nommé  directeur   par         le ministre
является производной от соответствующейй активной:
SN1             V               SN2                   Attr.
le ministre        a nommé     M.Dupont   directeur.
Одушевленное  подлежащее (le ministre) единственного числа, которое
используется в активной конструкции становится дополнением агенса в пассивной
конструкции (par le ministre) и вводится при помощи предлога par.
В данных конструкциях используется глагол nommer, как стержневой элемент
предложения, обозначающий создание объекта, вступление в контакт с обеих
сторон которого расположены актанты (le ministre; M.Dupont). Пассивная
конструкция фразы включает атрибутивныйй компонент (directeur), который имеет
определяющее значение и выражает принадлежность.
4/ SN1 - V – SN2 , где Il  est  Ve / par SN1 / SN2.
             " La  justesse de  ses  jugementes  le   frappait "
     "... il etait frappé par la justesse de ses jugements ".
/ A.Daudet, p. 65 /.
Пассивная фраза, имеющая структуру:
SN2          est        V          par          SN1        
il             etait          frappé       par     la justesse de ses jugements
является производной от соответствующей активной:
SN1          SN2                                       Il             V
la  justesse    de  ses  jugementes       le        frappait.
В пассивной конструкции используется личное местоимение (il) в III лице
единственного числа и является подлежащим данной конструкции. Дополнение
агенса (la justesse de ses jugementes) вводится при помощи предлога par, в
активной конструкции имело место подлежащего. Глагол frapper, который может
обозначать уничтожение, субъектное отношение является ядром данных
конструкций, с обеих  сторон которого расположены актанты (la  justesse, il).
Исследование данных конструкций свидетельствует о наявности активно-пассивной
трансформации, в результате которой пассивные фразы образуются от
соостветствующих активных при помощи вспомoгательного глагола être и
причастия прошедшего времени. Глаголы, употребляющиеся в данных пассивных
конструкциях с агентивным дополнением могут выражать разрешение чего-либо,
способность, возможность, неисключаемость.
Б. В данной  категории рассматриваются  переходные глаголы,  которые   не
используются  в  пассивном залоге. Надо отметить,  что данная  группа
глаголов  является  достаточно  многочисленной.
1. Переходные  глаголы  позволяют использовать  дополнение  объекта,  которое
не  сочетается  с  ними  глагольным  выражением . Таким образом,  в пассивном
залоге   не  используются  выражения   avoir  peur  /- raison, - tort/,
faire peur,  prendre  feu /-forme/, prendre la fuite, etc. Исключение
составляют  такие  выражения  как:  Rendez-vous fut pris, justice fut  faite
[158: 271].
2. Глаголы  avoir и  comporter  не употребляются  в  пассивном  залоге.
3. В пассивном залоге не используются  также  вспомогательные  глаголы
devoir,  pouvoir,  vouloir. Хотя  глаголы   devoir  и  vouloir  могут
использоваться  в  пассивном  залоге  как  всякий   переходный  глагол,
выполняя основную функцию [158: 272].
4. К глаголам,  не использующим  пассивное  значение относится глагол affare:
"Des  pris qui defient toute concurrence. Cette affare regarde      Paul"
[128: 85].
Тогда  как  глагол  со смежным  значением  concerner   может употребляться в
пассивном  значении .
5. Глагол  perdre  употребляется в  двух противоположных случаях:
perdre   des  clés,  perdre  l'éspoir / des clés ont
été perdues, l'éspoir a été         perdu /
u  perdre  sa  femme / не  используется в пассивном  залоге/.
6. В оппозиции находится   употребление одного  глагола в  его  прямом
смысле и  его  употребление в  каком-либо выражении:
donner des  livres                     : пассив  возможен
donner du courage                   : пассив  невозможен
prendre un livre                      : пассив  возможен
prendre un air contrarié           : пассив  невозможен.
Так  как  глагол  употреблен  в  переносном   значении, его использование  в
пассивном  залоге  не   всегда   возможно: respirer  la  santé,
еssuyer  un  refus  [159: 294].
Об этом свидетельствуют следующие примеры:
Paul a respiré ce gaz                                 : пассив  возможен
Son visage  respire la sante                      : пассив  невозможен
Essuyer les  meubles                                 : пассив  возможен
Essuyer  un mauvais accueil, un refus,    : пассив  невозможен
essuyer  les platres [149: 207].
2.Комплексная  глагольная  группа   V0 + infinitif.
Данная  группа  глаголов  исследовалась  нами на  основании критериев,
предложенных Р.Л.Вагнер, Ж.Пиншон [158, 159]; Ж.Пиншон [149],  где
рассматривалась  вышеназванная  структура.
Глаголы  laisser, faire, voir, entendre  не  исследовались; так  как
глаголы laisser, faire  не могут  употребляться  в конструкции пассив  +
инфинитив, хотя за ними может  следовать  инфинитив, который позволяет
использовать пассивную конструкцию. Если в классическом  французском  языке
употреблялись  конструкции,  где  инфинитив  активной  конструкции  напоминал
по  значению  пассив, то  в  современном французском  языке  выявляются
другие конструкции, как например:
" J'ai entendu chanter cet air, la mode du prêt à porter, une eau
bonne à boire" [159: 294], где инфинитив имеет  активное значение и
соотносится  с агенсом степенью on, а  его  пассивное  значение  выделяется при
помощи  глагола  или  прилагательного, которое им управляет. Напротив, так
как  агенс  заменен  с помощью  дополнения,  аналогичного тому,  которое
сопровождает  спрягаемые глаголы в пассивном залоге, инфинитив имеет
пассивное значение:
" Pièces à fournir par l'intéressé.
J'ai entendu chanter cet air par une cantatrice célèbre " [159: 294].
Исследуя  комплексную  глагольную  группу,  мы  рассматриваем  два  случая,
позволяющие  различать не употребление или же употребление глагола
управления  в пассивном  залоге.
А. Глагол  управления не может  употребляться  в пассивном  залоге.
1/ В данном  случае рассматриваются  глаголы,  которые  не  могут
сопровождаться инфинитивом в пассивной  форме: oser,   daigner, oublier,
omettre, s'abstenir. Эти глаголы и  инфинитив,  который  его  сопровождает,
обязательно имеют  одно и тоже  подлежащее: употребление этих глаголов
предполагает, что  подлежащее инфинитива является "активной формой", или по
терминологии Ж.Cюор [155], глагол управления имеет  контролируемое  свойство,
что  является  его характерной  чертой, и что говорит  о том,  что подлежащее
может "подчинять  себе,  контролировать"  действие. Таким  образом, из  двух
фраз первая  является  грамматически  правильной :
" Pierre ose recevoir Marie”.
" Pierre ose recevoir une lettre, une pierre sur la  tête ".
                                                                     [149: 207].
2. Глаголы,  которые могут  сопровождаться  инфинитивом  в пассивной  форме.
Этот инфинитив связан с предложением Que P :
aimer                 craindre                            vouloir
detester            se réjouir                            souhaiter
préférer             regretter                            éspérer
3.    Глаголы, которые  могут  сопровождаться  инфинитивом в пассивной  форме.
Этот  инфинитив  не связан  с предложением  Que P: pouvoir, devoir, sembler,
paraître.
     " ... il semblait considérer la chose comme naturelle...
     la chose    comme naturelle semblait d'être considérée par lui..."
                                                             /A.Maurois, p.36 /.
По-видимому   активные  и пассивные  фразы  кажутся  эквивалентными
структурами,  во  всяком  случае  в  рамках  их  употребления  в целом.
Однако, что  поле  употребления  пассивных  фраз  не  является идентичным  с
соответствующими  активными  фразами  для  глагола  pouvoir. В таком  случае
для  данного  глагола  различаются  следующие  значения [155]:
- разрешение          / permission /;
- способность          / capacité /;
- возможность          / possibilité /;
- неисключаемость   / éventualité /.
Так, если во фразе  типа: SN1   pоuvoir  V1 SN2
,  где  SN2  характеризуется  одушевленностью,   фраза   является
более  выраженной  в  пассивной  форме   нежели   в   активной:  понятия
разрешения, способности, возможности  относятся  к  той  или  иной
номинальной  синтагме.
Б. В данном  случае  рассматривается  глагол  управления,  который  может
употребляться в пассивном  залоге. Различаются  следующие  случаи:
1/   V0 пассив – V1 актив.
Глаголы  V0   строятся  с помощью  предлогов   à и  de :
à :  autoriser, enсourager, inciter, inviter...
de : charger, supplier...
a/de : contraindre, forcer, obliger...
" Lui   est  au   fond    d'un   fauteuil   noir   à  côté
du   bureau, si bien que   je   suis   oblig
ée   de   me    tenir   de    biais     pour   le regarder".
                                                             / M.Cardinal, p 9/.
" ... elle   avait   donné   des   dîners Beltara, organisé
des expositions Beltara et, enfin, l'avait invité 
à passer un hiver dans sa maison de     Napoule  pour qu'il
pût travailler  en paix".
                                                          / A. Maurois, p. 90 /.
Глаголы управления данной группы, употребляющиеся в активной форме не могут
сопровождаться инфинитивом в пассивной форме,  потому, что они принадлежат  к
классу  глаголов,  которые позволяют, чтобы  инфинитив использовался  в
"активе" .
Хотя глагол se faire может сопровождаться  инфинитивом:
" Beaucoup de jolies femmes venaient se faire peindre par lui...".
/ A.Maurois, p. 82 /.
Напротив, глаголы  управления  обычно  употребляются в пассивной  форме, где
используется конструкция:  SN1 – V0 – SN2 
Prep. V1 SN3, где  SN2 est Ve0 / par
SN1 / - Prep . V1 SN3.
2/ V0  пассив  - V1  актив .
" ... le  paysan,  defiant,  cachait  ses reserves  dans  la
crainte                        d'ê
tre pillé  par les  soldats..."
             "... le  paysan,  defiant,  cachait  ses  reserves  dans  la  crainte
que  les soldats  le  pilleraient ".
/G. Maupassant, p 34 / .
Можно сказать, что данные фразы  являются  строго  эквивалентными:  в  самом
деле,  в первой фразе агенс  глагола  piller   может быть   le paysan или
кто-либо  другой. В данном  случае  используется  схема:  SN1 V
0 SN2 Prep.V1 SN3 – SN2 est Ve
1 / par SN1 / Prep. être Ve.
3/ V0 пассив -  V1 актив.
V0 пассив – V1 актив.
Некоторые глаголы могут сопровождаться  скорее  инфинитивом  в активной
форме, нежели  инфинитивом  в пассивной  форме, использующие соответствующие
конструкции:
SN1 V0 SN2  Prep. V1 SN3 – SN2 être Ve0 / par SN1 /Prep. V1/SN3-
SN1  V0 SN2  a ce  que P – SN2 
être Ve0 / par SN1 / - Prep. être Ve1  
/ par SN3 /   [149: 209].
Рассматривая  данную  группу глаголов,  следует обратить  внимание, на то, что
в оборотах  типа: c'est   de   l'eau    bonne    à   boire инфинитив
активного   залога   имеет   пассивное    значение [158: 272], а также на то,
что  глаголы boire, donner, porter, ronger   соотносятся с неопределенным
агенсом степенью on.
Не исследовалась подробно конструкция être + причастие прошедшего времени,
хотя следует обратить на нее внимание, так как она может существовать  помимо
пассивной  конструкции с непереходными глаголами, или с переходными глаголами,
с которыми  глагол  être,  имеющий определительное значение, может
сопровождаться причастием  прошедшего  времени в прилагательной  форме [125:
85]. Отметим, что пассивные конструкции  рассматриваются параллельно с
активными. Если это невозможно, то  говорить о пассивной  конструкции нельзя,
так как  не всегда  существует согласование вида между активной и пассивной
конструкциями.
Например:
"Les ouvriers construisent la maison" выражает ход действия,      тогда  как :
" La maison est construite"
выражает законченное  действие,  связанное  с употреблением  причастия
прошедшего времени.
Исследования  показывают, что при помощи глагола   образуются  некоторые
конструкции,  которые  позволяют  использовать  прямое дополнение, т.е.
глаголы определяются  единственным  дополнением  прямой  конструкции.   Если
глагол  употребляется в пассивном  залоге, это  дополнение  может  стать
грамматическим  подлежащим  глагола:
" Mais voilà que, vers le  printemps,  un  travail  
supplémentaire  fût confié 
à l'employé par son chef et il  reçut une
gratification
extraordinaire  de  trois  cents francs".
/G. Maupassant,  р.129 /.
Лишь в некоторых случаях  это  дополнение  используется  как  непрямое :
" Tous obéissent а Jacques. Jacques est obéi de tous " [159].
В грамматике  классического  и  современного  французского языка [159: 117]
дается  следующее определение: "любой глагол допускает в качестве дополнения
термины или  группы терминов, которые  определяют  процесс,  т.е.  которые
уточняют  существо  или  вещь,  на  которые  он  наносит  свой эффект  или
результат,  способ,  который  он  использует, обстоятельство,  в  которых  он
используется ".
В связи с этим, можно  сказать,  что  переходные   глаголы в
процессе трансформации в пассивный залог в качестве  грамматического
подлежащего  используют  термин, который  был бы их дополнением в активном
залоге. Это подлежащее не отличается от любого другого  подлежащего  в
активной конструкции:  условия  употребления одни и те же, что приводит  к
согласованию  активной  и пассивной  конструкции .
ЛОГИКО-СЕМАНТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ
ПАССИВНЫХ КОНСТРУКЦИЙ
Исследования глаголов в системе залога в составе пассивной  конструкции
показывают, что они используются как  стержневой  элемент /ядро/, которое
может  образовывать синтаксическую структуру предложения, в основе  которой
лежит принцип  иерархии. Ядро,  при этом, занимает  нулевую  /исходную/
ступень.
Важным является тот факт, что в пассивных конструкциях конкретный лексически
обозначенный  субъект  не занимает  позиции подлежащего [94],  что является
основным признаком  при определении пассивной  конструкции.
Организация пассивного предложения изучается с позиции  комплексного анализа
его структуры для выявления синтаксических  и  семантических  особенностей  в
современном французском языке.
Необходимо отметить, что противопоставленность глагольных   лексем   по
субъектно-объектным   отношениям  является  особенностью  французского языка.
В связи с чем  толкование  глагола,  который  определяет   ситуацию,
начинается  с  субъекта,  а затем  переходит к объекту. Элементы
синтаксической  структуры предложения  позволяют обозначить ситуацию, ее
партиципанты, а  также  атрибуты.
Синтаксическая структура  рассматривается  нами как  структурная  схема.
Учитывается, что синтаксический   уровень   показывает   как   устроено
предложение,  тем  самым  раскрывает  внешнюю  структуру  предложения.
Синтаксический  характер  выражается  определенными средствами,  которые
имеют  синтаксический  субъект /подлежащее/  и   синтаксический    предикат
/сказуемое/  [25].
Известно, что в пассивной конструкции субъект не занимает  позиции
подлежащего. По  мнению Храковского В.С. [94],  в  таком  положении  субъект
может либо занимать позицию какого -либо другого члена предложения, что дает
ему возможность обозначаться  лексически,  либо может не занимать позиции
другого  члена предложения;  тогда он не обозначается в конструкции
специальным членом предложения. Позиция, не занятая подлежащим,  может быть
занята другим партиципантом, или остаться вовсе не  занятой.
Характерной    чертой    современных    грамматических    исследований
является  системное  описание  синтаксиса   предложения, которое  основано
на  представлении  о  синтаксической  системе  как  закрытой  системе
действующих и  взаимодействующих  моделей предложения [101].
Исследование  языкового  материала  дает  возможность  убедиться  в  том, что
пассивная  конструкция  состоит  из  таких компонентов  как  подлежащее,
сказуемое,  дополнение,  что  позволяет  выражать  субъектно-объектные
отношения. Важным,  на  наш  взгляд,  является  тот  факт,  что   составным
элементом  данной  конструкции,  является  дополнение, что позволяет
обеспечить  структурную  и  смысловую  полноту,  характерную  для  данной
конструкции.
Исследуя синтаксические особенности пассивной фразы, французский лингвист
П.ЛеГоффик [132] указывает на то, что иногда  причастие может иметь несколько
дополнений, что  позволяет  провести  следующие  наблюдения:
- прямые дополнения /complément d'objet/ uñêëþ÷àþòñÿ îïðеделением;
- дополнения, выраженные местоимением ставятся перед вспомогательным  глаголом:
"Ils etaient gênés par
élégants grillages, les feuilles d'acanthe,  les volutés,
les         tortillons de fer forge qui protégeaient la  vieille cabine
poussive, une fois de plus inutile, incapable de contenir la boîte du
mort, trop fragile surtout; le fond, a travers      lequel  mon pipi passait si
facilement, aurait cédé."
/ M.Cardinal, p. 73 /.
- непрямые дополнения  те же, что и в активном  обороте :
"J'ai été condamné, comme insurge, à être pendu, en Amerique...".
/G. Maupassant, p. 111 /.
- в некоторых  случаях дополнение  в пассивной форме называется
"дополнением  агенса":
" Ils sont innombrables, frêles ou larges, domin
és par la flêche de fonte de la cathèdrale, et
pleins de clôches qui  sonnent dans l'air bleu des belles
matinées...".
/ G.Maupassant, p.283 /.
Пассивная конструкция использует структуру:
SN2    est         V            par             SN1
Ils  sont    dominés   par     la flêche de fonte de la cathèdrale,
где подлежащее (ils) выражено местоимением во множественном числе, глагол
dominer относится к группе глаголов, обозначающих изменение объекта, различные
действия с объектом и имеет форму причастия прошедшего времени спрягается со
вспомoгательным глаголом être. Дополнение агенса  (par la flêche )
вводится при помощи предлога par.
"Cette maison était constitu
ée par un grand mur de brique, passé а la chaux et dans
lequel se découpaient quelques fenêtres aux vitres  couvertes de
poussière".
/A. Vernes, p.22 /.
Пассивная конструкция использует структуру:
SN2            est          V              par           SN1
сette maison    était    constituée   par      un grand mur de brique.
Подлежащее (сette maison) выражено неодушевленным существительным, глагол
constituer, относящийся к глаголам образа действия, имеет форму причастия
прошедшего времени, спрягается со вспомoгательным глаголом  être.
Дополнение агенса (par un grand mur de brique) вводится при помощи предлога
par.
" Leur vie était plus marqué
e par leurs recherches presque affolées de travail, lorsque, cela
était fréquent, une des agences qui les employait faisait
faillite ou s'absorbait dans une autre plus grande, par leurs fins de semaine
oщ les cigarettes étaient comptées, par le temps  qu'ils
perdaient, certains jours,à se faire  inviter à dîner".
                                                                /G.Perec, p.72/.
Пассивная конструкция использует структуру:
SN2            est          V              par           SN1
leur vie       était      marquée      par      leurs recherches.
Подлежащее (leur vie) выражено неодушевленным существительным, глагол marquer
обозначает различные действия с объектом, имеет форму причастия прошедшего
времени, которому предшествует вспомoгательный глагол être. Дополнение
агенса (par leurs recherches) вводится при помощи предлога par.
Исследования данных пассивных конструкций показывают, что дополнение агенса
является необходимым компонентом соответствующих пассивных конструкций, а также
то, что в современном художественном языке употребление глагола par является
более распространенным, нежели предлога de. В пассивных  конструкциях с
агентивным дополнением подлежащее может иметь одушевленный или неодушевленный
характер, что не влияет, однако, на употребление предлога  par. В данных
пассивных фразах подлежащее не производит действие, а только испытывает его.
Особенностью пассивных конструкций с агентивным дополнением является тенденция
использовать в качестве подлежащего одушевленное имя существительное (N) с
определенным артиклем, в функции дополнения используются слова с
противоположными знаками. В данных конструкциях семантический субъект выступает
в качестве нового элемента (ремы): la flêche de fonte de la
cathèdrale; un grand mur de brique; leurs recherches.
Кроме того количество дополнений может указывать на  способ  выражения, при
этом конкретно не называет ответственного за  процесс:
"... tout le haut de la face avait été scié (= par un eclat de bombe )".
                                                               /M.Druon, p.177/.
В таком  случае  дополнение,  использующее предлог par относится к дополнению
способа /complément de moyen/, и   дополнение,  использующее  предлог de
относится к дополнению причины или  истока /d'origine/, человеческий или другой
фактор является  первостепенным  в  качестве интерпретации :
"... la lumière était 
assombrie par des tapisseries représantant Frédéric
Barberousse en divers  exploits...".
                                                          /M.Druon, p.64/.
"La pièce était d'autant plus immense que
j'étais petit, mais un bon tiers était occup
é par un établi de menuisier".
                                                          /P.Ollivier, p.24/.
" Son filet est fixé tout le long d'une grande tige de bois garnie de fer...".
/G.Maupassant, p.136/.
Как  видим,  дополнение  играет  важную  роль в  синтаксической  структуре
пассивного    предложения .
Однако, для полного описания  пассивной   структуры  предложения   изучение
только  синтаксических   особенностей  построения   языковой   единицы
является   недостаточным.
С этой целью необходимо учитывать cтруктуру смысла  предложения, т. е. ту
форму, в  которой  воплощаются  способы  нашего   мышления [60]. Если
поверхностная  синтаксическая структура выступает в виде  формы, то структура
смысла или семантическая структура является  глубинной структурой и
представляет собой форму, в которую   облекается  мысль  при  кодировании ее
средствами  речи.
Семантическая  модель  принимается  за  единицу  семантического уровня
анализа  предложения, так как лишь она  является  единицей тождественной
самому  понятию  семантики [4]. Основой образования  семантических   моделей
является   семантическое  содержание   данных   предложений,   так  как   оно
отображает  общую   категорию   направленности   действия   на  предмет.
Отметим,  что  данные  семантические  модели  употребляются  в  конкретных
синтаксических  моделях  данного  предложения [60].
Существует мнение, что теория семантики предложения строится  на  основе
принципа отражения  мира  в  человеческом   сознании,  так  как  в семантике
предложения отражается экстралингвистическая  деятельность [4].
Отношения   агенса  и  пациенса   рассматриваются  как  отношения  между
двумя материальными  предметами  действительности,  которые  составляют
структуру  той  или иной  ситуации,  которая  отражается  в  данном  типе
предложения.
В  плане  содержания  семантическую  структуру  данной модели  составляет
отражение  в  сознании  отношения  между  двумя предметами  конкретной
ситуации действительности,  которые  находят свое выражение в компонентах
семантической модели  предложения. В плане  выражения  употребляются  ее
компоненты  и устанавливаются  отношения  между ними.
"Семантический  уровень  предложения  отображает  структуру   того отрезка, о
котором  говорится, т. е. он показывает о чем  говорится  в предложении.
Семантический субъект обозначает реального  исполнителя действия или носителя
признака,  состояния. Семантический  субъект  и  предикат  определяются
структурой  самой  ситуации" [25].
Рассмотрим  подробнее  семантическую  интерпретацию  пассивной  фразы  в
современном  французском  языке.
Заслуживающей внимания  в  этом  направлении мы считаем   семантическую
модель пассивной  фразы, разработанную  французскими  лингвистами   Ж.Дюбуа
и Ф.Дюбуа-Шарлье [119]. Согласно концепции этих ученых, пассивная  фраза -
это  такая  фраза,  которая  получена  в  результате пассивной
трансформации,  имеющая  в  основе  пассивный компонент, должна быть
подвержена  другой  трансформации - утвердительной /affirmative/, имеющей
утвердительный  компонент  Affir.
Семантическую модель пассивной фразы следует  рассматривать,  как  содержащую
одновременно  такие  компоненты,  как  Affir, Passif, P.
1. Семантическая  информация, полученная  в результате  присутствия
компонента Passif,  /но не в  результате  его же  трансформации,  которая
является  простым  структуральным  изменением/  заключается  в  определении
такого  свойства  как  неуместность /-topique / SN подлежащего: эта  SN
определяется  как  /+подлежащее/, интерпретируется  семантически  как  тот
факт,  что  SN,  благодаря  своему  месторасположению не  становится
подлежащим и одновременно  выражает  ее неуместность /-topique/.
2. Компонент  утверждения  имеет  следующий  результат: уместность  /la
topicalisation/ SN  подлежащего; таким  образом  это  подлежащее  является
SN  подлежащего  пассивной  фразы,  так   как   компонент  Affir   использует
трансформацию, которая  осуществляется  с  фразой,   подчиняющейся /Tpas/.
Таким  образом, вследствие   неуместности /detopicalisation/ синтагмы
подлежащего  как  ядра,  P заменяет  уместность   /topicalisation/ новой   SN
подлежащего   трансформированной   фразы.
В обоих  случаях  отношение  актанта  к  дополнению   не изменяется. Зато
изменяется  сочетание  уместности  /topique/  и толкования /commentaire/.
SN подлежащего трансформированной фразы  выражает  уместность   /topique/ при
помощи  компонента  Affir. В тоже  время, компонент утвердительной  фразы
/Affir/  является  Imp или Iпter. Рассмотрим конкретный  пример: если
компонент  является   Imp, образуется  пассивная  фраза  типа: Sois  connu  de
tous  comme  un  homme  juste si tu veux être estimé; в этом
случае уместность /topicalisation/  синтагмы  подлежащего  пассивной  фразы
/tu/ отсутствует,  так  как  отсутствует  компонент   Affir.  Если  компонент
является Inter, образуется пассивная фраза  типа:  Le  journal   a - t - il
été  lu    par   Pierre ?;    здесь  уместность
/topicalisation/  подлежащего пассивной фразы в действительности  является
результатом  вопросительного  компонента  /вопрос  падает  на  какой-либо
элемент  компонента  P/ [119: 126].
ПАССИВНЫЕ КОНСТРУКЦИИ С АГЕНТИВНЫМ
ДОПОЛНЕНИЕМ
Одной из проблем пассивного залога является употребление агентивного
дополнения, а именно предлогов при помощи которых  вводится  это  дополнение.
Отметим, что существование в языке синтаксической категории агентивного
дополнения является необходимым условием для развития категории
страдательного залога [148].
Существует следующее определение агентивного  дополнения. "Это - косвенное
дополнение, обозначающее лицо / предмет /, выполняющее или  способствующее
выполнению  действия" [25: 73]. Дополнение  агенса указывает  кем  или  чем
совершается  действие, может иметь  одушевленный  или  неодушевленный
характер   и  вводится  в  предложение  при  помощи  предлогов de u par,
которые находятся  в  так  называемой  конкуренции  по  отношению   друг  к
другу [106: 26 ].
В данной работе исследуются  три  разновидности  агентивного  дополнения [25]:
а/ дополнение  агенса / complément d'agent /. Обозначает  семантический
субъект  при  пассивной  форме глагола. Выражается  N одушевленным  с
предлогами par, de :
" ... il avait été aimé de cette vagabonde,
de cette rempeilleuse,de cette rouleuse... ".
/ G.Maupassant, р.96/ .
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                de               SN1
il         avait été     aimé            de        cette vagabonde,
где подлежащее (il) выражено местоимением III лица, единственного числа, имеет
одушевленный характер, что является характерной чертой данных конструкций, т.е.
с агентивным дополнением (complément d’agent). Глагол aimer, относящийся
к группе глаголов, обозначающих чувства, используется в прошедшем времени (plus
– que – parfait) со вспомогательным глаголом être. Дополнение агенса  (de
cette vagabonde) вводится при помощи предлога de, имеет одушевленный характер,
называет конкретное лицо, кем совершается действие.
"Hector de Gribelin avait été élevé 
en province, dans le manoir paternel, par  un vieil abbé
précepteur ".
                                                       / G.Maupassant, p. 128 /.
б/ дополнение  инструмента / complément d'instrument /. Выражается N
предметным неодушевленным или обозначающим часть  тела . Вводится  предлогами
de, avec; à ; à l'aide  de; sans:
" Le salon de  la rue  François 1er  avait  été  preparé  avec   un
art    parfait de la mise en scene".
                                                           / A.Maurois, p. 95 /.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                de               SN1
il         avait été     aimé            de        cette vagabonde,
где подлежащее (il) выражено местоимением III лица, единственного числа, имеет
одушевленный характер, что является характерной чертой данных конструкций, т.е.
с агентивным дополнением (complément d’agent). Глагол aimer, относящийся
к группе глаголов, обозначающих чувства, используется в прошедшем времени (plus
– que – parfait) со вспомогательным глаголом être. Дополнение агенса (de
cette vagabonde) вводится при помощи предлога de, имеет одушевленный характер,
называет конкретное лицо, кем совершается действие.
"Hector de Gribelin avait été élevé 
en province, dans le manoir paternel, par  un vieil abbé
précepteur ".
                                                       / G.Maupassant, p. 128 /.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                par              SN1
Hector de       avait été       élevé        par     un vieil abbé précepteur.
Gribelin
Подлежащее (Hector de Gribelin) выражено именем собственным в III лице,
единственного числа. Глагол élever, обозначающий перемещение, вступление
в контакт употребляетоя со вспомогательным глаголом être в прошедшем
времени (plus – que – parfait). Дополнение агенса ( par un vieil abbé
précepteur) вводится при помощи предлога par, имеет одушевленный
характер, указывает кем совершается действие.
б/ дополнение  инструмента / complément d'instrument /. Выражается N
предметным неодушевленным или обозначающим часть  тела . Вводится  предлогами
de, avec; à ; à l'aide  de; sans:
"Le salon de la rue François ler avait été
preparé avec un art parfait de la mise en scene".
/ A.Maurois, p.95/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                avec           SN1
le salon     avait été      preparé        avec         un art.
Подлежащее (le salon) выражается неодушевленным существительным в III лице
единственного числа, использует определенный артикль. Глагол preparer,
относящийся к группе глаголов, выражающих создание объекта, используется в
прошедшем времени (plus-que-parfait) со вспомогательным  глаголом être.
Дополнение агенса (avec un art)  выражается неодушевленным существительным и
вводится при помощи предлога avec.
"Au fond, se dressait un chateau de style Louis XIII, dont la façade
était flanquée de deux pavillons en  saillie".
                                                           / P.Mondiano, p. 41/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                de               SN1
la façade        était        flanquée        de    deux pavillons en  saillie.
Подлежащее (la façade) используется  в III лице единственного числа,
имеет неодушевленный характер, употребляется с определенным артиклем. Глагол
flanquer,  обозначающий изменение объекта, употребляется в прошедшем времени
(imparfait)  со вспомогательным глаголом être. Дополнение агенса (de deux
pavillons en  saillie) вводится при помощи предлога de, является неодушевленным
предметом.
" L'adresse avait été tapée à la machine".
                                                              /H. Basin, p.34 /.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                à                 SN1
l'adresse       avait été        tapée          à       la machine.
Подлежащее (l'adresse)    неодушевленного характера использует определенный
артикль, употребляется в III лице единственного числа. Глагол taper,
обозначающий  создание объекта  используется в прошедшем времени
(plus-que-parfait) со вспомогательным глаголом être. Дополнение агенса
(à la machine) выражается неодушевленным предметом, вводится предлогом
à.
" ... il avait été herité quelque chose de  cette liaison d'une   ancètre".
/G. Maupassant,  p. 124 /.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                de               SN1
il       avait été       herité             de       cette liaison.
Подлежащее выражено личным местоимением, il в III лице единственного числа.
Глагол heriter, обозначающий вступление в контакт, обладание чем-либо,
употребляется в прошедшем времени (plus-que-parfait) со вспомогательным
глаголом être. Дополнение агенса (de cette liaison) имеет неодушевленный
характер, вводится при помощи предлога de.
Рассматривая  агентивное  дополнение, представляется возможным добавить к
нему инструментальное. Очевидно,  что  оба дополнения имеют  большое
сходство: формально они ничем не различаются, а их семантика очень близка.
Отметим, что одушевленные  имена  существительные  могут обозначать только
агентивное  дополнение. Тогда  как  имена существительные  неодушевленные
могут обозначать оба дополнения, поэтому в некоторых  случаях  невозможно
определить тип  дополнения [153].
в/ дополнение  средства /complément de moyen/. Выражается  N
вещественным  либо абстрактным  и  вводится  предлогами de, par, avec
и др.:
" ... je suis moi - même fort  occupée par mon nouveau  livre...".
                                                            /A. Daudet,  p.53 /.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                par              SN1
je             suis         occupée       par      mon nouveau  livre.
Подлежащее выражено личным местоимением (je) I лица, единственного числа. Глагол
occuper относится к группе глаголов, обозначающих различные действия с
объектом, в частности восприятие, употребляется в настоящем времени
(prèsent) со вспомогательным      глаголом être. Дополнение агенса
(mon nouveau livre), обозначает неодушевленный предмет, выражается
вещественным существительным и вводится при помощи предлога par.
"Il était déjà saccagé par le temps".
                                                          / Bancquart, p.  88 /.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                par              SN1
Il            était       saccagé         par        le temps.
Подлежащее выражено личным местоимением il, III лица единственного числа. Глагол
saccager, обозначающий уничтожение чего-либо, употребляется в прошедшем времени
(imparfait) со вспомогательным глаголом être. Дополнение агенса (par le
temps) является неодушевленным, выражается абстрактным именем существительным и
вводится при помощи предлога par.
Определение  той  или  иной  разновидности  агентивного дополнения зависит
от  семантики и от значения  глагола к  которому  относится  дополнение.
Следует отметить, что дополнение  агенса  способно  к  активно-пассивной
трансформации  и  характеризуется  активным  действием  одушевленного лица.
Также  следует  учитывать,  что  дополнение  агентивной  группы  сближается
с  рядом  обстоятельств [25]:
- дополнение  агенса / обстоятельство  места :
" Elles sont absorbées par les premiers
centimètres de la terre et,       surtout, par la
végétation".
/Le Figaro,  p. 34/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                par              SN1
elles          sont     absorbées       par       les premiers
                                                 centimètres de la terre.
Подлежащее выражено личным местоимением (elles) в III лице множественного числа.
Глагол absorber, относящийся к группе глаголов, обозначающих изменение объекта,
различные действия с объектом, используется в настоящем времени
(prèsent) со вспомогательным глаголом être, согласуется с
подлежащим в числе. Дополнение агентивной группы (premiers centimètres
de la terre) сближается с обстоятельством места, выражая пространственные
отношения и вводится при помощи предлога par, выражено неодушевленным именем.
"Elle était bordée, à droite, par le
temple protestant et par un petit bois dans         les    fourres duquel nous
avions trouvé un casque de soldat allemand; a gauche, par une demeure
longue et blanche a fronton, avec un grand jardin et un seul pleureur."
/P. Mondiano, p. 13/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                par              SN1
elle          était        bordée           par      le temple protestant.
Подлежащее (elle) выражено личным местоимением III лица единственного числа.
Глагол border обозначающий перемещение, различные действия с объектом,
используется в прошедшем времени (imparfait) со вспомогательным глаголом
être. Дополнение агентивной группы (le temple protestant; un petit bois)
выражено неодушевленным именем, использует определенный (le) и неопределенный
(un) артикли, вводится при помощи предлога par, сближается с обстоятельством
места.
- дополнение  орудия  / обстоятельство  образа  действия :
"Les vingt années de notre étude auront, de
ce point de vue, été  marquées par un
dynamisme exceptionnel ".
/R. Luber, p. 31/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2                     est              V                par              SN1
Les vingt années      été     marquées                 par    un dynamisme
de notre étude                                                  exceptionnel.
Подлежащее (les vingt annèes de notre étude) употребляется во
множественном числе с определенным артиклем, имеет неодушевленный характер.
Глагол marquer, относящийся к группе глаголов, которые обозначают перемещение,
изменение объекта, используется в прошедшем времени (imparfait) со
вспомогательным глаголом être, согласуется с подлежащим в числе.
Дополнение агентивной группы (un dynamise exceptionnel) сближается с
обстоятельством образа действия, выражено неодушевленным именем с
неопределенным артиклем, вводится при помощи предлога par.
" Ils sont priés d'annoncer leur  arrivée,
par lettre ou cable, au moins deux jour à  l'avance ".
/ A.Maurois, p.24 /.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                par              SN1
ils             sont          priés           par       lettre ou cable.
Подлежащее выражено личным местоимением (ils) в III лице множественного числа.
Глагол prier, обозначающий восприятие, относится к глаголам образа действия,
используется в III лице множественного числа, согласуясь с подлежащим,
употребляется в настоящем времени (prèsent). Дополнение агенса (par
lettre, cable) выражено неодушевленным именем, вводится при помощи предлога
par.
"Les  ordres mendiants étaient alors 
meprisés par les humanistes pour leur         forme de culture
étroitement scolastique, et  par  les tenants du pouvoir         royal
pour leur franc-parler, pour leur  influence sur les foules, mais aussi
pour leur existence indisciplinée, propice aux  abus et
impostures de toute sorte".
/Y.Demerson, p.81/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V                par              SN1
les ordres  étaient    meprisés        par       les humanistes.
Подлежащее (les ordres) выражено неодушевленным именем с неопределенным
артиклем, используется в III  лице множественного числа. Глагол mepriser
относится к группе глаголов, обозначающих восприятие, выражающих чувства.
Употребляется как глагол образа действия, в прошедшем времени (imparfait) со
вспомогательным глаголом être. Дополнение агенса (les humanistes)
выражено одушевленным именем с определенным артиклем, вводится при помощи
предлога par.
- дополнения  орудия  и  средства / обстоятельство  причины:
" Et tandis qu'elles  étaients arretées en
route par  les caprices de  ce Prussien...".
/G.Maupassant, p. 54 /.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V           par                  SN1
elles       étaients      arretées       par      les caprices de  ce Prussien.
Подлежащее (elles) выражено личным местоимением в III лице множественного числа.
Глагол arreter обозначает вступление в контакт, различные действия с объектом,
употребляется в III лице множественного числа в прошедшем времени (imparfait)
со вспомогательным глаголом être. Дополнение  агенса  (les caprices)
выражено неодушевленным именем с одушевленным артиклем, вводится при помощи
предлога par.
Рассматривая  более подробно  употребление  предлога par в данных
конструкциях,  отметим,  что  они  образуют  омонимичные  сочетания par +
существительное . Следует также обратить внимание  на  то,  что такое
сочетание  может представлять собой наречное выражение, выполняющее  функции
:
- обстоятельства времени;
- обстоятельства меры и  степени.
Так как некоторые  виды  обстоятельств  и  косвенных  дополнений /
инструмента,  способа и др. /  оформляются теми же предлогами, что и Obag,
дополнение  в пассивной  конструкции  может  трактоваться  неоднозначно [48].
В данном  случае  трактовка  дополнения  возможна  при  совмещении двух
условий :
1/ если  дополнение  выражено неодушевленным  именем;
2/ если   глагол  в активе  может  образовывать  две  синтаксические
конструкции,  в  одной из  которых   он  двухвалентен  и  рассматриваемое
дополнение в  пассивной  конструкции возводится  к Sb, в другой -
трехвалентен и  рассматриваемое  дополнение  возводится к Obag. Дополнение
трактуется  неоднозначно,  так  как  глагол  в  активной  форме  может  быть
ядром  двух  синтаксических  конструкций. Неоднозначность  отсутствует, если
данные  конструкции  рассматриваются  как   равноправные.
Отметим, что в пассивной  конструкции фразы  дополнение,  вводимое  при
помощи  предлогов par и de, выполняет  функцию  активного  подлежащего [150]:
"La ruelle en impasse était  mal pavées, pleine de
trous et de bosses, bordée de minces trottoirs en partie
detruits".
                                                              /M.Cardinal, p.7/.
"Il n'était eclairé que par le feu de la cheminée et les flammes des      bougies".
/P.Mondiano, p.52/.
"Les contemporains n'ont, dans l'ensemble, pas 
été déconcertés par le mélange de
serieux et de bouffonnerie dans l'oeuvre, dont la litterature de la Renaissance
offre bien d'autres exemples".
                                                                /M.Lazard, p.7/.
Исследования показывают, что в современном французском  языке агентивное
дополнение  чаще  вводится  при  помощи  предлога par, иногда  используется
предлог  de или  предлог  места.  Эти  предлоги  используются  после
пассивного  глагола  для  введения  именного  дополнения  в  пассивной
конструкции. И в ряде случаев, дополнением агенса становится  дополнение с
предлогом par.
Рассмотрим  подробнее  проблему  использования  предлогов par и de, с учетом
употребления их  в  классическом  французском  языке.
История  свидетельствует, что  в классическом   французском  языке
употребление предлога de было более распространено, чем употребление предлога
par. Это характерно для старофранцузского  языка . Предлог par в это  время
носил  маркированный  характер,  так  как  он  служил  для  того,  чтобы
подчеркнуть  конкретный  характер  действия, совершенного агенсом:
" Et ce prince, piqué d'une  juste  colère" / Corneille / [158].
Отметим  также,  что   в   этот   период   характерным       в  употреблении
являлся   предлог  а [125]. Причем  его  использование  имело   спорадический
характер, так  как  он  в  основном  встречался  в  выражениях: être
mangé   aux  mites/aux  vers  [150].
Прежде,  чем  рассматривать  проблему  употребления  данных  предлогов  в
современном  французском  языке,  остановимся   подробнее на   проблеме
выбора  предлогов  пассивной  предложной  синтагмы.
Исследованиями  в  данной  области   занимались   французские   лингвисты
Ж.Дюбуа  и  Ф. Дюбуа-Шарлье  [119].
Согласно точке зрения данных авторов предложная  пассивная  синтагма  может
быть  описана  следующим  образом:
SP pas      -        Prepp    +    SN pas
где  SNpas  послужило  поводом  при  выборе  предлога  de или   par.
1. Выбор  предлога  de заключается  в  следующем :
De  +  Prep    +   SN pas
определяется  присутствием в   N компонента  номинальной  синтагмы,
подлежащее  Р становится  компонентом  пассивной  предложной  синтагмы,
характеризуется  одушевленностью  и  наличием в V   основной  фразы
характерной черты / одушевленное  подлежащее /, использующееся  в  контексте
.
Номинальные  синтагмы,  вводимые  при  помощи  предлога de, в которых  N
является   одушевленным  и  которые  могут  употребляться в  поверхностных
структурах  агентивных  дополнений, в  действительности  являются дополнением
средства  либо  дополнением  инструмента /SP  дополнение JV или P /. Таким
образом, при стирании получается  фраза, где  номинальная  синтагма вводится
при  помощи  предлога de, никоим  образом  не  использует  агентивное
дополнение.
2. Выбор  предлога  par  не  зависит  от  наличия  в   N  такой  черты  как /
- humain, т.е. неодушевленность / или   /  + humain, т.е.  одушевленность/;
иначе говоря,  употребление  предлога  par  не является ограниченным, как
употребление  предлога  de ;  пользуясь  данной  формулировкой, всегда
можно  найти  предлог  par там, где  имеется  предлог  de .
Рассматривая   проблему  употребления  предлогов  par и de, при  помощи
которых  используется  агентивное  дополнение,  следует  отметить,  что  эти
два    предлога  не  используются  индифферентно,  но  возникают  трудности
в  процессе  их  распределения  в  употреблении, что подтверждают в своих
трудах такие лингвисты, как: Эрве-Бешаде [106]; Гард-Тамин [125];  Рижель
[150] и  др.
В целом, исследования показывают, что предлог  par  употребляется    скорее
после  глагола, выражающего  материальное  или  моральное   временное  /
точечное / действие :
"...nous avons été recueillis, vers le
soir, par un charbonnier anglais, qui nous aperçuit".
/G.Maupassant, p.110/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V             par                SN1
nous         avons été   recueillis   par    un charbonnier anglais
Подлежащее (nous) выражено личным местоимением в I лице множественного числа.
Глагол (recueillis) обозначает восприятие, вступление в контакт, выражает
моральное (временное) действие, употребляется в прошедшем времени (imparfait) с
помощью вспомогательного глаголом être. Дополнение  агенса  (par un
charbonnier anglais) выражено одушевленным именем с неопределенным  артиклем,
вводится при помощи предлога par.
Зато, предлог de употребляется после  глагола,  выражающего материальное  или
моральное  состояние, которое  является  долговременным. Значение глагола
ослабляется  и  выражает  состояние  являющееся  результатом
продолжительного, непрерывного действия,  являющимся  испытуемым  кем-либо
или  чем - либо, значение  причастия прошедшего времени   приближается   к
прилагательному:
"...le royaume était  doté de frontières".
                                                               /Le Figaro, p.4/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V             de                 SN1
le royaume      était         doté           de          frontières
Подлежащее (le royaume) выражено неодушевленным именем с определенным артиклем.
Глагол (doter) относится к группе глаголов, обозначающих обладание каким-либо
объектом, выражает материальное состояние, которое является результатом
постоянного действия (долговременного), употребляется в прошедшем времени
(imparfait) со вспомогательным глаголом être. Дополнение  агенса  (de
frontières) выражается неодушевленным именем, вводится при помощи
предлога de, так как глагол doter выражает, указывает на продолжительность,
непрерывность действия, которое испытывает le royaume.
"...son mari était doté d'un conseil judiciaire...".
                                                         /G.Maupassant,  p.124/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V             de                 SN1
son mari        était       doté          d'un         conseil judiciaire
Подлежащее (son mari) выражено одушевленным именем с определенным артиклем.
Глагол (doter) обозначает продолжительный, непрерывный процесс, которому
подвергается конкретное лицо (son mari), используется в прошедшем времени
(imparfait) со вспомогательным глаголом être. Дополнение  агенса  (d'un
conseil judiciaire) выражается неодушевленным именем, вводится при помощи
предлога de, так как глагол doter обозначает материальное состояние, которое
является долговременным.
Существует  другое  тонкое  различие, которое  показывает, что  предлог  de
используется  тогда, когда  агенс  выражает внутреннее  состояние,  предлог
par  используется  тогда,  когда  агенс выражает  внешнее состояние:
"La réponse avait été donnée d'une voix faible, mais elle parut contenter le père".
/J.Lingard,p124/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V             de                 SN1
la réponse      avait été   donnée      d'une     voix faible
Подлежащее (la réponse) выражено неодушевленным именем с определенным
артиклем. Глагол (donner) относится к группе глаголов, выражающих различные
отношения с объектом, контактные отношения, используется в прошедшем времени
(plus-que-parfait) со вспомогательным глаголом être. Дополнение  агенса
(d'une voix faible) выражает внутреннее состояние, является неодушевленным
предиктом и вводится при помощи предлога de.
"...s'il déposait pendant un moment le fardeau de son intelligence et de
ses souvenirs pour s'arrêter devant quelques fleurs dont les
têtes étaient môllement balancées 
par la brise...".
/H. Balzac, p.24/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est                                 V             par
SN1
les têtes      étaient môllement      balancées   par          la brise
Подлежащее выражено неодушевленным именем с определенным артиклем. Глагол
(balancer) образующий движение, перемещение, используется в прошедшем времени
(imparfait) со вспомогательным глаголом être. Дополнение  агенса  (par la
brise) выражает внещнее состояние, является неодушевленным именем с
определенным артиклем и вводится при помощи предлога par.
Также можно  заметить, что  предлог de употребляется  часто с  глаголами,
взятыми в переносном  смысле, тогда как  предлог par  употребляется с
глаголами, взятыми  в  прямом  смысле :
"Ma mere était devorée d'inquètude."
                                               /G.Maupassant, p.167/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2            est              V             par                SN1
ma mere           était          devorée              d'inquètude
Подлежащее (ma mere) выражено одушевленным именем, использует притяжательное
местоимение. Глагол (devorer) употребляется в переносном смысле, обозначает
состояние восприятия, используется в прошедшем времени (imparfait) со
вспомогательным глаголом être. Дополнение  агенса  (par
d'inquètude) выражено неодушевленным именем и вводится при помощи
предлога par.
"La trappe n'était fermée que par un verrou...".
                                                             /G.Simenon,  p.76/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2          est            V            par            SN1
la trappe       n'était       fermée que   par         un verrou
Подлежащее (la trappe) фразы выражено неодушевленным существительным с
определенным артиклем. Глагол (fermer) относится к группе глаголов,
обозначающих изменение объекта, употребляется в прямом смысле, используется в
прошедшем времени (imparfait) со вспомогательным глаголом être.
Дополнение  агенса  (par         un verrou) выражено неодушевленным именем с
неопределенным артиклем, вводится при помощи предлога par.
Предлог de употребляется часто с глаголами, выражающими чувства:
" Pour la premiere fois depuis son accident Johnny fut obligé 
d'envisager la realite: il était infirmé".
/E. Forbes, p. 37/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2          est            V            de             SN1
Johnny          fut          obligé     d'envisager     la realite
Подлежащее выражено именем собственным. Глагол (obliger) относится к группе
глаголов, обозначающих восприятие, вступление в контакт, выражает чувства,
употребляется в прошедшем времени (imparfait) со вспомогательным глаголом
être. Дополнение  агентивной группы  (d'envisager la realite) выражено
неодушевленным именем с неопределенным артиклем, вводится при помощи предлога
par.
Предлог par употребляется с глаголами, употребляющимися  в конкретном  смысле:
"Dehors, ce devait être la mer et la nuit, mais on n'en savait trop rien: 
une seule ouverture coupée dans le plafond était 
fermée par un couvercle en bois, et c'etait une vieille lampe
suspendue qui les éclairait en vacillant".
/P. Loti, p.7/.
[107].
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2          est            V            par            SN1
une  ouverture  était        fermée       par     un couvercle
Подлежащее (une  ouverture) выражено неодушевленным существительным с
определенным артиклем. Глагол (fermer) относится к группе глаголов,
обозначающих изменение объекта, употребляется в прямом смысле, используется в
прошедшем времени (imparfait) со вспомогательным глаголом être.
Дополнение  агенса  (par     un couvercle) выражено неодушевленным именем с
определенным артиклем, вводится при помощи предлога par.
Исторически  предлог  de употреблялся  значительно чаще,  чем  предлог par в
предложениях, использующих дополнение агенса; тогда как в современном
французском  языке в грамматических конструкциях значительно чаще
используется предлог par. Предлог de, в свою  очередь, стал простым
грамматическим  инструментом.      Тем не менее,  предлог  de не исключен из
употребления  и особенно часто он встречается  при  переводах :
" Être aimé / respecté / de tous. Être  bien  vu de
quelq'un " [158], а также в поэзии, когда par фонетически  создавало  бы
негармоничный  эффект.
Предлог de появляется сегодня как маркированная  форма, в случаях, когда
дополнение  является  действительным  объектом  действия,  или  когда
подлежащее  в  пассивной  конструкции не
затронуто  фактически  действием; речь  идет   о  статичных  глаголах,
выражающих чувства /aimer, estimer, admirer, toucher/,     умственную
деятельность  / connaître, oublier, accepter/, местонахождение  /
preceder, suivre, entourer / [150]. Этим обьясняется:
-         абсолютная  несовместимость  предлога de  с пассивной  формой
глаголов,  выражающих  движение,  так  называемых динамичных;
-  относительное  дополнение  двух  предлогов  в  зависимости    от  их
семантической  роли  по  отношению  к  подлежащему  в  активной
конструкции;
-    условно оппозиция  предлогов   par/de достаточно  различается /при
употреблении одного  и того же  глагола/.
Также следует отметить, что предлог de употребляется  со  статичными
глаголами,  часто  имеющими  психологическое  значение  [125].
Итак,  мы  определили, что агентивное  дополнение оформляется  предлогами
par  или   de . Основным  является  предлог   par  . Однако,  при
некоторых  глаголах  возможно  употребление  обоих  предлогов,  причем  нормой
является  употребление  предлога  de [48].  К ним  принадлежат   глаголы
aimer,  estimer,  haїr,  détester,  accompagner, abandonner, entourer,
précéder, suivre. Ïðè
ãëàãîëå  connaître
âîçìîæен  также  предлог  à .
Определить   подкласс  глаголов,  где  Obag  использует  предлог  par или de, в
настоящее  время,  не  представляется  возможным, также как  невозможно  пока
сформулировать условия альтернации.
Если  детально  рассматривать проблему образования пассива,  можно  увидеть
множество  различных  проблем: и одна  из них -
проблема  семантических  значений.
Вслед за Гард-Тамином  [125], мы рассматриваем пассивные конструкции
параллельно с активными, когда  всякая  активная  конструкция  может не
выражать  производительное  действие,  тогда  как  пассивная  конструкция  не
может  выражать  подчиненное действие. В примере:
"Il existe"
процесс напоминает состояние; в примере
"Il souffre"
подлежащее не является  агенсом, но  пациенс в примере :
"Il reçoit une lettre"
является использующим действие. Таким образом,  активная  конструкция
представляет гамму семантических  значений, что является характерным и для
пассивной конструкции.
Очевидно, единственное,  что можно  обозначить  для пассивной  конструкции -
это обмен синтаксическими  ролями   подлежащего  и  дополнения,  а также
возможность  упразднять    предложное  дополнение. Эти же феномены следует
учитывать при рассмотрении конструкций, выражающих беспричинное значение,
использующих предлог par, которые строятся с помощью обратимых глаголов.
Бывают случаи, когда одно и  то же значение может выражать
ся  разными  конструкциями. В таком случае рассматриваются  конструкции,
имеющие  двойное  значение [125].
Тем не менее, если искать таким образом общее значение во всех конструкциях,
ясно, что  найти его невозможно. Его единство следует искать в синтаксическо-
семантическом функционировании, таком  как  обмен  ролями  элементов с
которыми строится глагол.
Рассматривая  проблему  использования  пассива, целесообразно  учитывать
некоторые общие закономерности  организации предложения во французском языке:
- тенденция  использовать  в  качестве подлежащего одушевленное
существительное, с определенным артиклем, в единственном числе,  а в  функции
дополнения - слова с противоположными признаками;
- стремление не  разъединять   члены  синтаксической  группы /глагол и
дополнение/;
- стремление  сохранить  общность  субъекта  в  соседних  предложениях,
например ,  в  главном  и  придаточном [24].
ПАССИВНЫЕ КОНСТРУКЦИИ БЕЗ ДОПОЛНЕНИЯ
АГЕНСА
Многочисленные  исследования показывают, что большое количество  фраз  в
пассивном  залоге не имеют  дополнения  агенса в конструкции [150, 104, 120,
133 ], т.е. во французском языке существуют  пассивные  фразы,  где
предложная  синтагма  с предлогами   par  и de отсутствует :
"Tout a été soigneusement nettoyé et mis en place lorsque j'arrive...".
                                                               /F. Ponge, p.17/.
"La monarchie bagandaise était officiellement restaurée".
                                                               /Le Figaro, p.4/.
Иногда подобные  фразы  называют  "незаконченными " или  " неполными ",
когда в пассивной  фразе  дополнение  агенса  не выражено, потому что   автор
не может или  не  хочет  определить  подлежащее  активной  конструкции
[150].
"... deux autres étaient blessés, l'un au bras et le second à la jambe".
                                                           /R. Howard, p 147/.
"L'hiver est un feut ganté ."
/H. Pichette , p.137/.
Подобные  конструкции  позволяют  собеседнику  не обращать  внимания  на
активное  подлежащее,  которое  является источником   фразы  / объект,
причина,  источник,  место /  или процесса  , описанного  во  фразе:
"L'animal est craintif, ses moyens de defense sont limités".
                                                          /J.-C. Martin , p.34/.
"...les locataires étaient titrés...".
/G. Maupassant , p.128/.
Данные  пассивные  фразы  употребляются в глубинной  структуре и имеют
номинальную  синтагму  неопределенного  подлежащего,  не  являющегося
семантически  специфическим. Этот факт  является  аналогичным  непереходному
употреблению  переходных  глаголов,  так  как  он  определен  традиционными
грамматиками. В качестве примера  приведем фразу:
"Pierre mange à midi",
где  SN дополнения V не представлено,  то,  что  было  определено  ранее как
"исчезновение" или "стирание"дополнения, которое присутствует,  однако,  в
глубинной структуре [120: 171].
Рассмотрим подробнее  пассивные  фразы  без  предложной  синтагмы,  вслед за
Ж.Дюбуа  и  Ф. Дюбуа-Шарлье [119]. Отмечая не специфический характер
семантики подлежащего, можно сказать, что его N может быть номинальной
проформой  ProN и поддается получению контекстуальных черт глагола.
Рассмотрим пример.
Так  фраза:
"...la maison d'Angers avait été liquidée."
                                                              /H. Basin , p.39/,
является  производной  фразой:
Cette maison avait été liquidée par SN,
полученной  в результате  пассивной  трансформации :
SN a liquidé cette maison.
Конкретный  пример  показывает,  что  SN подлежащего  содержит  N,  которое
является  номинальной проформой, имеющей такие  черты как /  + одушевленность
/ или  / - одушевленность /,  так  как  глагол liquider допускает, что N  -
компонент SN подлежащего может  быть как одушевленным / les ouvriers/, так и
неодушевленным /l'excavateur/. Рассмотрим  еще  один  пример. Во  фразе :
"Nous avons été recueillis."
/G. Maupassant,  p.110/,
которая  подразумевает:
SN nous a recueillis
ProN номинальной синтагмы подлежащего имеет такую  черту,  как  / +
одушевленность /,  потому что  глагол /recueillir/ имеет  такую
контекстуальную  черту,  как  /+ одушевленное  подлежащее/. В данном случае
употребляется  местоимение on, которое имеет черты  такой  проформы как /+
одушевленность/:
On nous a recueillis.
Это  позволяет объяснить, почему  можно  установить  соответствие   между
активной   фразой,  использующей   местоимение on  и  соответствующей
пассивной   фразой   без   дополнения  агенса. Можно  отметить, что   всякая
фраза  без  агенса   вовлекает  активную  фразу  в  номинальную  проформу;
если  убрать  SN  с  N  "полнозначным",  можно   столкнуться   с  потерей
смысла.
Рассматривая роль пассивной трансформации, заметим, что она  является
экономичной.  Благодаря ей образуются   пассивные  фразы  без  дополнения
агенса [133]. В данном случае  активная  фраза может иметь  так же  как
нулевой  объект,  нулевое  подлежащее. Так без пассивной  трансформации
будет:
On a coupé le téléphone.
Ça l'a irrité.
"On" и  "ça" , будучи "минимальной реализацией  нулевой  номинальной
синтагмы, являются подлежащим активной фразы"[118: 88]. В случае пассивной
трансформации нулевое подлежащее полностью исчезает:
"Le téléphone avait été coupé".
/A. Maurois, p.95/.
"Il était parfois irrité".
/G. Chevallier , p.138/.
Такие случаи  являются достаточно частыми, при этом агенс неопределен,   на
что указывает  контекст и несет  чрезвычайно  слабую  информационную
нагрузку.
Рассматривая  пассивные  фразы, не использующие  агентивное  дополнение,
следует  подчеркнуть, что  во  всех  этих  фразах семантическая роль
отдается  подлежащему  во  фразе, где оно не выражено, потому что референт
остается  неопределенным, и потому, что  говорящий  предпочитает  его  не
указывать, или еще потому, что  его  идентичность  сразу  устанавливается
собеседниками [150].
Рассматривая пассивные конструкции с точки  зрения  перфектности  -
имперфектности глагола,  следует выделить основные положения:
- если  глагол  является перфектным  и  если  вспомогательный глагол  être
не входит в составную  конструкцию, пассив может иметь результативное
значение:
А/ "Les carottes sont cuites".
Б/ "Les carottes ont été cuites".
Фраза / а /, при этом , описывает состояние подлежащего в пассивной  фразе,
которая  является  результатом   процесса,  описываемого  во  фразе / б /, но
не описывая обстоятельств,  при  которых это  произошло. Она  может
сопровождаться  фразой  Ça y est, тем самым быть дополненной, чтобы
ответить на  вопрос: Comment ? Ou en sont les carottes?
Анализ  дополнения  агенса  позволяет,  исходя  из  фразы  /а /, получить
соответствующую  фразу в активном  залоге .
Она вводит  своего  рода  реферанс, который  играет  роль  подлежащего в
соответствующей  фразе  активной  конструкции:
"Les carottes ont été cuites par un specialiste";
- если используется  имперфектный  глагол, незаконченная  фраза      в
пассивной  форме  имеет  процессуальную  интерпретацию, которая
соответствует   подобной  активной  конструкции [119].
Причастие прошедшего времени, имея природу прилагательного,  являясь формой
глагола в незаконченной  пассивной конструкции,  имеет  такую же структуру,
как фраза с атрибутивными  прилагательными . Таким образом, настоящими
глагольными  формами в пассивной  конструкции  могут считаться лишь  причастия
прошедшего  времени,  сопровождающие  глагол être. Также  причастие
прошедшего времени, не  отвечающее ни  одному из этих  условий,
рассматривается  как  качественное прилагательное, характеристики которого они
обычно  имеют:
- они определяют постоянный  или  переходный  характер предмета, выраженного
существительным;
- уровень оценки, который они определяют, выражается отглагольными наречиями;
- они комбинируются  в некоторых случаях с отрицательными приставками,
имеющими общий радикал с прилагательными.
Исследования  показывают,  что  этот  тип пассивной  фразы, т.е.  без
дополнения агенса, является более распространенным не только  в разговорном
языке [118], но  и в письменной речи. Существует  мнение,  что "отсутствие
дополнения агенса может     быть связано со  "стиранием" / l'effacement / или
не фонологической  реализацией on  безличного" [104: 92].
ОСОБЕННОСТИ ПАССИВИЗАЦИИ КАК
ГРАММАТИЧЕСКОГО  ЯВЛЕНИЯ
Рассматривая категорию залога, мы установили, что данная  структура является
наиболее изучаемой грамматистами, так как они рассматривают  во  взаимосвязи
активную и  пассивную  формы.  С определенной точки зрения речь идет об одной
и той же фразе, где   глагол устанавливает  одинаковые  отношения с двумя
GN.
И если  можно  рассматривать соотношение фраз типа:
" Ses craintes incessantes ont décoloré  un  peu  ses cheveux" -
"Ses  cheveux  avaient  été  un peu  
décolorés par  ses  craintes          incessantes".
/ G.Maupassant, p. 124/
то в данном случае можно говорить о таком явлении, как  пассивизация. Это
новое явление, которое представляет собой процесс перехода от активной формы
к соответствующей пассивной.
Рассматривая феномен пассивизации как явление новое и малоизученное,
представляется  целесообразным  опереться на концепцию французского
лингвиста  Д. Мэнгено [136] и описать  это  явление  в двух  направлениях,
обращая  внимание на  необходимость  проведения:
А/ Операции диссиметрического характера,  и
Б/ Интерпретации пассива.
Часто пассив  описывают как  результат  двух  симметричных  операций:
выдвижение прямого  дополнения  в  позицию   подлежащего  и  опущение
подлежащего в позицию  "агентивного дополнения". В  действительности,
симметрии не  существует. И здесь  можно  выделить  несколько  причин:
- множество  высказываний,  касающихся  прямого  дополнения  не  имеют
противоположного  пассиву  значения ;
- прямое  дополнение активной  структуры  покидает  свое  обычное положение,
тогда  как  GN, обычно занимающая позицию  подлежащего, становится GP
обстоятельства с предлогом par;
- присутствие агентивного дополнения факультативно. Особенно в устной речи
большинство пассивных высказываний лишены агентивного дополнения,
использующих предлог de; по смыслу данные высказывания менее агентивные,
нежели использующие предлог par. Это могут быть речевые обороты, которые
употребляются крайне редко с некоторыми глаголами такими как  aimer,
regretter.
Пассив допускает морфологическую  модификацию  глагола, который употребляется в
форме   être + причастие прошедшего времени. Такое  сочетание  глагола
être и причастия прошедшего времени  не является резервированным в
пассивном  залоге и  часто  встречается с непереходными глаголами /je suis
venu, Paul est parti.../ или в местоименной  форме  переходных  глаголов /il
s'est lavé/ [136].
Как видим,  различные  употребления  вспомогательного  глагола  être
исключают  присутствие   прямого  дополнения.
Следует также отметить, что когда говорят о "пассивном  спряжении",  то это  не
совсем  правильно,  так  как  пассив  не является  только  морфологической
категорией,  которая  сочетает  только  глагол  être и  причастие
прошедшего времени. С точки зрения синтаксиса пассив часто описывается как
двойной  процесс, т.е. подъем  прямого дополнения в позицию подлежащего и
перемещение подлежащего  в позицию  агентивного   дополнения.
Данное представление  является ошибочным,  так  как  смешивается  пассивная
конструкция без агентивного  дополнения с безличной  пассивной  конструкцией.
Говоря о таком  феномене как  пассивизация,  отметим  известную  роль
глаголов, способных иметь пассивное  значение, так  называемых "passivables",
которые могут быть употреблены в пассивном  залоге, что нами было отмечено в
разделе "Структурное своеобразие пассивных конструкций и семантическое
своеобразие глаголов в них". Можем только добавить, что все прямопереходные
глаголы не являются "passivables" и выделить еще  некоторые группы данных
глаголов [136: 143]:
- кроме глаголов: avoir,  comporter, contenir;
- глаголы  измерения:  peser, valoir;
- глаголы  образа  действия:  comporter, contenir, comprendre;
- атрибутивные  глаголы: être, devenir, rester,  но также  такие  глаголы
как représenter u constituer, имеющие родственное  значение;
- глаголы, обозначающие  запах: sentir, embaumer.
Отметим, что многие глаголы употребляются в переносном смысле: Ce toit
craint l'eau;
- глагольные выражения  faire  les pieds, prendre son temps, prendre la
mouche, tenir la route, faire son beurre, где GN занимает позицию дополнения
и сочетается с глаголом;
-         глаголы состояния:  être, devenir, которые сопровождаются GA.
Эти глаголы в общем не могут употребляться с агенсом, что позволило бы
выполнять определенный процесс, иначе говоря,  играть  роль  агентивного
дополнения.
Невозможность употребляться в пассивной  форме  может  также  возникать
вследствие  некоторых именных и видовых определений.
Пассивизация чаще имеет место, когда подлежащее пассивной конструкции
является индивидуализированным. В таком случае,  лучший  вариант  -
генерическая  интерпретация.
Можно значительно видоизменить  возможность пассивизации,  видоизменяя
определение  подлежащего и его глагола, размещая высказывание в  ту  или
иную  позицию  в  тексте,  используя при этом  ударение.
Б/ Интерпретация пассива.
С интерпретативной  точки  зрения, пассивная  структура  представляет  собой
сочетание двух трудносовместимых отношений. Это объясняется  тем, что GN
подлежащего интерпретируется  одновременно  как сочетание глагола être и
как объект глагола,  использующийся как причастие прошедшего времени. В данном
случае  рассматриваются:
- описание  состояния: être,
ñîïðîâîæäàемый
причастием   прошедшего   времени, которое   имеет   статус  GA,  указывает,
что   подлежащее   представлено   не как агенс, а как точка  опоры;
- выражение процесса,  действие  выражено  глаголом,  использующим причастие
прошедшего времени, т.е. в одной  фразе употребляется глагол être  и
глагол, выраженный причастием  прошедшего  времени.  Пассивная  фраза  имеет
более или  менее  постоянное значение процессуального характера. Достаточно
использовать также "обстоятельства" /агенс, уточнение  времен или  места/ для
того,  чтобы определить  событийный  характер  высказывания. Рассмотрим
пример:
"L"arme elle-même est travaillé par nos rêves".
                                                               / A.Maurois, p.9/
описывается  состояние,  тогда  как  в случае:
"elle est tres emballée"
"elle est tres emballée par mon roman..."
идет речь  преимущественно  о  событии,  связанном  с  определенными
обстоятельствами.
Рассматривая эти два случая, очевидно, что распределение  значения между ними
варьируется согласно высказываниям. Если во  фразе  не  используются  никакие
обстоятельства, а также  выражено агентивное дополнение - она имеет,  таким
образом,  статичный  характер, /т.е. выражает  состояние/,  где
устанавливается отношение между подлежащим и атрибутивным GA. Но если во
фразе используются обстоятельства, она имеет  процессуальный  характер, и
можно говорить о подлинном значении пассивной фразы,  которая представляет
собой совершенную противоположность активному  высказыванию, где выражается
результат  события, но не  состояния.
Исследования показывают, что грамматическая  категория  пассивного  залога
имеет  два  значения - процесса и  результата,  что  позволяет  рассматривать
парадигматическое и  синтагматическое  значения пассивного  залога [76]. Так,
например грамматисты:  Гревисс, Дамурет и Пишон, Вагнер и Пэншон и др.
считают, что  наличие  агентивного  дополнения придает пассивной  конструкции
значение  процесса:
"... ce desir de fédéralisme est partagé 
par la majorité des           parlementaires...".
/Le Figaro, p. 4/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2          est            V            par            SN1
ce desir           est         partagé       par    la majorité des
parlementaires
Подлежащее (ce desir) выражено неодушевленным именем с притяжательным
местоимением. Глагол (partager) относится к группе глаголов, образующих
изменение объекта, используется в настоящем времени со вспомогательным глаголом
être. Непредельный глагол partager выражает процесс, относящийся к
настоящему времени. Дополнение  агенса  (par la majorité des
parlementaires) включает  неодушевленное имя с определенным артиклем, вводится
при помощи предлога par.
"La place  newyorkaise  est  dopée par la
spectaculaire embellie du  marche  obligataire   americain...".
/ Liberation, p. 1  /.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2          est            V            par            SN1
la place         est         dopée          par      la spectaculaire
Подлежащее (la place) выражено неодушевленным именем с определенным артиклем.
Глагол (doper) относится к группе глаголов, обозначающих перемещение,
изменение, употребляется в настоящем времени () со вспомогательным глаголом
être. Непредельный глагол doper выражает процесс, относящийся к
настоящему времени. Дополнение  агенса  (par la spectaculaire) выражено
одушевленным именем с определенным артиклем, вводится при помощи предлога par.
Однако  пассивные конструкции, использующие агентивное дополнение, могут
иметь значение результативности:
" La   première  des deux demeures,  en  venant  de  la  station
d'eaux de Rolleport;  etait  occupée par  les  Tuvache, qui
avaient trois filles et un  garçon...".
/G. Maupassant, p. 116 /.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2              est               V            par            SN1
la   première         etait    occupée     par      les  Tuvache.
des  deux demeures
Подлежащее (la première des deux demeures) выражено одушевленным именем.
Глагол occuper относится к группе глаголов, обозначающих обладание каким-либо
объектом, используется в прошедшем времени () со вспомогательным глаголом
être. Непредельный глагол occuper в сложном времени образует пассив и
подчеркивает процесс, приведший к данному результату. В линейном времени ()
предельный глагол occuper преобразует линейное действие в точечное, конструкция
être+participe passé показывает не процесс, а конечную точку
процесса, т.е. результат, который относится ко времени, обозначенному глаголом
être. Дополнение  агенса  (par      les  Tuvache) выражено  одушевленным
именем с определенным артиклем, вводится при помощи предлога par.
" Je  fus  réveillé par une  rafale, qui   secouait
l'appareil   si   fort  que  je le  crus  decroché de son fragile
support".
                                                            /A.Maurois, p. 148/.
Пассивная конструкция фразы имеет структуру:
SN2              est               V            par            SN1
je                fus      réveillé      par          une  rafale.
Подлежащее (je) выражено местоимением первого лица единственного числа. Глагол
réveiller относится к группе глаголов, обозначающих изменение объекта,
используется в прошедшем времени () со вспомогательным глаголом être.
Предельный глагол réveiller в сложном времени образуя пассив,
подчеркивает процесс, приведший к данному результату. В линейном времени ()
предельный глагол réveiller преобразует линейное действие в точечное,
конструкция être+participe passé показывает не процесс, а конечную
точку процесса, т.е. результат, который относится ко времени, обозначенному
глаголом être. Дополнение  агенса  (par une  rafale) выражено
неодушевленным именем с определенным артиклем, вводится при помощи предлога
par.
И снова следует указать, что глагол  играет  свою  первостепенную  роль. По
отношению к пассивизации глаголы,  называемые  перфективными, /в которых
процесс идет  к завершению/:  fermer, naître, имеют  отличительное
значение  от глаголов, называемых  имперфективными/ в которых процесс может
продолжаться, за исключением внешних  обстоятельств: suivre, observer.
Перфективные глаголы  без  агентивного  дополнения описывают  состояние,
являющееся  результатом  законченного  процесса. Зато, использование
имперфективных глаголов предполагает эксплицитное отсутствие агенса.
ВЫВОДЫ :
1. В основе систематизации исследования пассивного залога лежит
классификационная структура, исходя из которой можно выделить базовые
принципы, основанные на морфологических и семантико-синтаксических
категориях. Согласно данной классификации существует несколько определений
категории залога, использующих данные категории во взаимосвязи. Данные
определения варьируются по принципу, что берется во внимание - только форма
глагола или семантическое отношение, связывающее подлежащее и глагол, или
отношения между глаголами, как ядром предложения и его актантами.
2. Лексика оказывает определенное влияние на формирование пассивной
конструкции, поэтому является целесообразным исследовать глаголы, как
элементы глагольной лексики в составе предложений, поскольку глагол, являясь
вершиной предложения, обозначает ситуацию данного предложения. Таким образом,
категория залога способствует порождению предложений глагольными ядрами.  При
этом, глаголы способствуют созданию целостности предложения.
3. Пассивная конструкция является производной от переходной активной, что
позволяет противопоставлять глаголы со значением пассивности по семе
активность/пассивность. Так как в пассивной конструкции используются
переходные глаголы, это дает возможность им соединяться с другими словами и
образовывать синтаксические комплексы. При помощи глаголов образуются
некоторые конструкции, использующие прямое дополнение, что позволяет
определять глагол дополнением прямой конструкции.
4. Организацию пассивного предложения следует рассматривать с позиции
комплексного анализа его структуры, что позволяет исследовать синтаксические
и семантические особенности в современном французском языке. На
синтаксическом уровне определяется синтаксический субъект и синтаксический
предикат.
5. Характерным является системное описание синтаксиса предложения. В
современном французском языке пассивная конструкция использует структуру,
состоящую из трех основных компонентов - подлежащего, сказуемого, дополнения,
что позволяет выражать субъектно-объектные отношения. В некоторых случаях
дополнение в пассивной форме называется "дополнением агенса" и выражается
предлогами par  и de. Для полного описания пассивной структуры предложения
следует учитывать структуру смысла предложения или семантическую структуру,
объектом которой является построение семантической модели предложения.
Большое количество фраз в современном французском языке не имеют дополнение
агенса. Они называются "незаконченными" или "неполными".
6. Категория пассивного залога представляет взаимосвязь активной и пассивной
форм, что позволяет рассматривать явление пассивизации, при котором ядерную
позицию фразы занимает глагол, устанавливающий определенные отношения с двумя
GN.
     ГЛАВА 3
     ТЕКСТООБРАЗУЮЩИЕ,   КОММУНИКАТИВНЫЕ И 
     ПРАГМАТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ КОНСТРУКЦИЙ  
     С ПАССИВОМ  
КОММУНИКАТИВНЫЕ И ПРАГМАТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ  КОНСТРУКЦИЙ С АГЕНТИВНЫМ
ДОПОЛНЕНИЕМ
Анализ  результатов, полученных   в языкознании к настоящему времени,
позволяет сделать вывод, что изучение  языка как замкнутой самодостаточной
системы не может быть исчерпывающим и должно быть расширено описанием
механизма функционирования языка в процессе коммуникации [42].
Залог - это одна из грамматических категорий, которые тесно связаны и
обусловлены коммуникативным заданием [6], семантику которого можно выявить с
учетом коммуникативных особенностей.
Одной из тенденций современной теории  диатез и залогов является
разграничение семантических /когда   выбор диатезы обусловлен свойствами
описываемой ситуации/ и прагматических факторов /когда выбор диатезы
обусловлен коммуникативной ситуацией/.
Пассивная диатеза связана с коммуникативной структурой высказывания, в
частности,  с упорядочением  актантов по коммуникативному весу [31].
Употребление маркированной диатезы может быть  обусловлено необходимостью
коммуникативного выделения элемента ситуации, особо значимого информативно
или привлекающего  особый интерес или особое внимание говорящего лица, с
точки зрения которого представлена ситуация.
Организация предложения с пассивной конструкцией, использующей агентивное
дополнение в современном французском языке изучается нами с позиции
комплексного анализа его структуры при взаимодействии всех уровней  -
синтаксического, семантического и коммуникативного.
Учитывается тот факт, что коммуникативная функция языка выполняется при
условии если имеет место некоторое содержание, что является предметом
коммуникации. Это мысленное содержание находит  отражение в семантике
языковых единиц, используемых в коммуникации в качестве ее оперативных единиц
[98]. Прагматические компоненты, при этом, сосуществуют с   семантическими на
всех уровнях формирования семантического содержания языкового знака [90].
Следовательно, только в коммуникации реализуются все качества языка, начиная
от его звучания и кончая сложным семантическим механизмом однозначного
выявления смысла конкретных речевых актов [47], что помогает рассматривать
функциональную значимость данного явления при изучении коммуникативно-
прагматических аспектов функционирования.     И поскольку изучение языка как
средства общения, т.е. языка в  действии, в реальных процессах коммуникации,
является особенностью коммуникативно-прагматического подхода к языковым
явлениям,  это позволяет исследовать данную проблему в функциональном
аспекте.
Заметим также,  что прагматический аспект  анализа  грамматических категорий
разрабатывается в общем контексте прагматического подхода к явлениям языковой
системы. При этом следует учитывать, что "многоаспектная организация
предложения и синтаксическая система - объективные факты языковой
действительности" [56: 19], а также то, что изучение языковой синтаксической
системы осуществляется с учетом соответствия данных аспектов, что позволяет
рассматривать речевые реализации предложения. Данная система представляет
собой многоуровневое  образование и предполагает рассмотрение грамматики  в
коммуникативном аспекте, поскольку грамматические единицы, будучи
лингвистическими знаками, выполняют наряду с семантической и синтаксической
функциями,  функцию прагматическую, причем, не изолированно, а в составе
предложения-высказывания, как целостной системы [96]. Таким образом,
грамматические структуры играют важную роль в процессе коммуникации, оформляя
структуру высказывания. Высказывание является результатом взаимодействия его
собственно-семантического, /т.е. пропозиционального/ содержания с
прагматической          установкой, что позволяет обобщить и объять все то,
что обычно понимается под речевой ситуацией,   нацеленной на коммуникацию
[44, 45].
Совокупность коммуникативно-прагматических факторов, которая создает социо-
психологическую ситуацию  конкретного речевого акта  обобщения  и
детерминирует, тем самым, коммуникативно  однородный смысл высказывания,
трактуется  как  прагматическая установка. Центральным понятием
прагматической установки высказывания выступает интенция  /коммуникативное
намерение говорящего, /т.е.  направленность высказывания на разрешение
определенной языковой  задачи общения[70]. Ситуация речевого общения есть
необходимый для любого коммуникативного акта  координационный  аппарат
высказывания,  так как коммуникация в целом  реализуется   в конкретных
коммуникативных актах. А элементарная  коммуникативная  цепочка "отправитель
- сообщение - получатель",  выступает в роли  кванта  коммуникации [103].
Если  отсутствует  любой  из  этих  компонентов,  коммуникативный акт
невозможен. Важным является тот факт,  что определенная свобода  выбора тех
или иных  моделей  языка  говорящим, является  характерной  особенностью
коммуникативного акта. Подчеркнем, что  прагматика языковой единицы
содержательна.  И если  говорить о акторечевом содержании высказывания, как
отражающем ситуацию коммуникативного акта, то здесь речь идет о более
объемлющем содержании  высказывания. Определенное  прагматическое содержание
относится  с определенными  формально-языковыми и просто  языковыми
показателями [72].
Как  видим,  выбирая  ту  или  иную  форму   залога,   говорящий
представляет  свою  точку  зрения  на  отношение   содержания   высказывания
к   действительности,   т.е.   выполняет  актуализационную   функцию,  что
позволяет  отнести   категорию  залога, в частности пассив,  к
прагматически   значимым категориям.
В современной  лингвистике уже сложившимися являются два категориальных
подхода к определению  прагматического аспекта языка:
1. Категории, ориентированные  на   говорящего,  которые предполагают
восприятие им высказывания    и  дающего     оценку   представляемой
информации.
2. Категории, ориентированные на собеседника, которые  предполагают
воздействие на слушающего, на лицо, к которому обращено данное высказывание -
на адресат [71].
Необходимо отметить,  что понятия  адресанта,   адресата и связывающего их,
продуцируемого  адресантом   в  речевой  интеракции с адресатом
высказывания,  являются  центральными при  любом подходе  к построению
модели  коммуникативного  акта. Следует   подчеркнуть,  что в ситуации
коммуникативного акта,  возможно  наличие  третьего  лица,  находящегося  в
рамках  слышимости  произносимого высказывания, что дает ему  возможность
принять сообщение адресанта,  предназначенное для адресата. Этот  третий
антропоконституент коммуникативного акта называется  слушателем [71].
Рассматривая данные категории, отметим:  с одной  стороны прагматика
трактуется  как коммуникативный  аспект языка,  ориентируемый  на
исследование  конечного  итога - эффекта  языковой коммуникации [47]. В
данном  случае реализуется функция  воздействия на получателя информации,
что  является  конечной целью  коммуникации, и что  следует  учитывать  при
рассмотрении  коммуникативно-прагматического  эффекта  в использовании
языковых единиц.
Прагматика  исследует  использование  языковых  единиц в плане  коммуникации,
что дает  возможность  говорящему  воздействовать на слушающего,  т. е. лицо,
к которому обращено  данное высказывание. Фактор    адресата   является  при
этом  определяющим  моментом [5].
Для наиболее адекватного осуществления  своего намерения  в целях
непосредственного воздействия  на адресата, говорящий  подбирает
соответствующие языковые формы [96], что позволяет формировать высказывания.
Адресат, при этом, выступает как лицо  или  группа лиц, которому /которым
предназначается высказывание, исходящее от адресанта [69].
С другой стороны, внимание   акцентируется  на субъективном  факторе, т. е.
говорящий  субъект  занимает ведущую позицию. Если семантика моделирует
отношения между языковыми  знаками, то прагматика  изучает отношение между
знаками и теми, кто их  использует. Этот фактор  имеет немаловажное значение
при рассмотрении  прагматического  аспекта  в процессе  коммуникации [86].
Очевидно, что категория субъекта  рассматривается  в качестве  центральной
категории прагматики,  основа  которой заключается  в более  общем свойстве
языка,  пронизывающем  все его стороны - в субъективности. Таким образом,
можно рассматривать отношение  "говорящий - языковой знак" [86].
Итак, вышеизложенное свидетельствует о том, что  использование  отношений
"пассив - субъект  действия"  является целесообразным  при исследовании
прагматических особенностей  пассивных  конструкций с агентивным дополнением.
Рассматривая  понятие  прагматического  субъекта,  отметим,  что на
формально-грамматическом уровне  выделяется  грамматический субъект -
подлежащее предложения,  семантический  синтаксис  выделяет  семантический
субъект - агенс действия. С точки зрения прагматики - семантический  субъект
расщепляется на три  сущности - исполнителя, протагониста /исполнителя
действия/, говорящего  и  источник информации   /автора высказывания /. Важен
тот факт, что "как только на сцене появляется  субъект  речи  с его
отношением  к содержанию  сообщаемого,  как только  речь оказывается
адресованной слушателю, на которого  она  должна  произвести  определенное
впечатление,  может  быть убедить его в чем-нибудь, вступает в силу
коммуникативное членение,  разделяющее все  сообщение на тему и рему  с
зависящими  от  них  членами  высказывания"  [74: 187].
Принимая во внимание данный факт, и учитывая,  что всякий  член предложения
является  носителем двух значений: грамматического и коммуникативного, можно
рассматривать взаимосвязь  между  грамматической  и коммуникативной
структурой субъектно-предикатных отношений.         При этом под предикацией
понимается отнесение данного содержания,  данного предмета мысли к
действительности, осуществленное в предложении/в отличии от словосочетания/.
Пассивная предикация понимается более узко как структура  грамматического
предиката, указывающая на то, что на  грамматический субъект  направлено
действие, что он затронут  действием, называемым в предикате [138].
Субъектно-предикатные отношения, определяемые на коммуникативном уровне,
возникают  между двумя  членами  высказывания - коммуникативным субъектом
/темой/ и коммуникативным  предикатом  /ремой/ [108]. Первый из них
представляет собой "то, что в данной ситуации известно или, по крайней мере,
может быть легко понято, и из чего исходит говорящий” [52: 23]. "В роли темы
могут выступать имена лиц - участников  беседы,  названия упоминавшихся уже
предметов или лиц, указания на место,  время  или причину. Известность темы,
данной в ситуации  или  в контексте, делает  необязательным  ее словесное
выражение" [3: 119]. Тема  как нечто  известное  может быть словесно не
выражена, что создает необходимость в ее  специальном выделении, "особенно
часто в начале  сообщения, когда  говорящий "задает" определенную тему
слушающему  или  уточняет  ее в ходе  разговора, как бы напоминая о ней
собеседнику " [3: 120]. Обычной точкой опоры при введении новой темы
оказываются  обстоятельства места и времени или просто глаголы, которые
обозначают наличие,  появление  и другие действия субъекта. Как известно,
присутствие в начале предложения обстоятельств  причины, времени, места
является одним из  условий  употребления  подлежащего  в современном
французском   языке.   "Обоснованность" же коммуникативного содержания
предложения заключается "не в наличии или отсутствии вводных  обстоятельств,
а в постпозиции подлежащего  по отношению  к сказуемому" [3: 124].
Коммуникативный  предикат /рема/ представляет собой "то, что говорящий
сообщает об исходной  точке  высказывания" [52: 239] и "составляет основное
содержание сообщения, которое никогда не может  быть  опущено  и к которому
зачастую  сводится  все высказывание" [3: 119].
Пассивная конструкция с агентивным дополнением, устанавливая  соответствие
между  коммуникативным и грамматическим  субъектом,  не связана  с  каким-
либо коммуникативным членением. "Поэтому было бы неточным утверждать, что ее
функция сводится к установлению соответствия  между темой  и подлежащим
предложения " [3: 127].
Как видим, "в полном своем  виде, коммуникативная структура  включает  оба
элемента  - тему, /т.е. то, что является  предметом  сообщения /и рему, / т.
е. то, что сообщается  об этом предмете/. Такое предложение является
коммуникативно двучленным -  /диремой/" [27: 49]. "Положение двучленности
фразы находит дальнейшее развитие при рассмотрении информативной значимости
составляющих фразу компонентов, при котором субъектная часть оценивается как
данное /тематическое, известное , менее  важное  и пр./, а предикатный член
как новое /рематическое, неизвестное, более важное  и др./. Коммуникативный
уровень  раскрывает  информативный  аспект  высказывания и показывает,  для
чего  сообщается  данное  высказывание" [21: 6].
"Любой член предложения может входить как в тему, /включая  в это понятие
"ситуативные  элементы"  темы/, так и  в рему,  т.  е.  в ядро  сообщения,
которое в свою очередь,  может  сопровождаться  непосредственно от него
зависящими  элементами, хотя и  не  являющимися целью сообщения, но
обладающими различной  степенью  коммуникативного динамизма, т.е.
способностью продвигать  сообщение. Под "ситуативными" элементами  темы
понимаются    условия,  в   которых протекает сообщаемое и на фоне которых
оно  развивается”   [74: 187].
Рассматривая коммуникативный аспект пассивной фразы с агентивным дополнением,
обратимся к вопросу  пассивной  трансформации  и  условиях  ее применения,
когда пассивная форма  способна  совершать  операции по перемещению
конституентов  фразы  на тематическом  уровне.
Следует учитывать, что "референт может  отсылать  к  номинальной синтагме
подлежащего  первой  фразы как основы высказывания. Это говорит о том, что
номинальная  синтагма подлежащего первого предложения, /например: названия
статей/ рассматривается как  иерархически доминирующая.  Таким образом, для
референта существует две  различные  доминанты: синтагма  более близкая  и
синтагма  подлежащего высказывания.  Эти две системы  референции  могут
действовать  объединяюще  или  в  противоречии  друг другу, это приводит к
наличию двусмысленности,  которую пассивная трансформация  имеет целью
снять. Что  касается определений - "основа высказывания", "тема" какого-либо
микротекста или "гипертема" [118: 89], проблема заключается в следующем: на
синтаксическом уровне пассивная трансформация  позволяет совершать
перестановку, т.е. менять местами  номинальную группу подлежащего и
номинальную группу объекта,  но  в тоже время эти группы занимают
определенное место на шкале  коммуникативного  динамизма. Это соответствующее
место повлечет за  собой более или менее значимую для  пассива толерантность,
учитывая то, что  типичной  прогрессией,  по  меньшей мере  для французского
языка,  является  фраза  с  подлежащим-темой  и объектом-ремой, что с трудом
применимо к пассивной  трансформации: пассивная трансформация в большей
степени затруднима, если подлежащее  принимает  форму  местоимения, что
является типичным  для темы:
                 Fabert a été reçu par lui.                 
Особенно это  противоречие  применяется к местоимениям  1 и 2 лица:
Fabert a été reçu par moi.
В данном случае можно констатировать, что употребление  местоимения  как
агентивного  дополнения  возможно,  так  как  устанавливается  "контраст"
[114: 71].
В действительности, по мнению некоторых лингвистов [114: 72], термин
"контраст"  является  слишком  ограниченным. В примерах, приведенных  выше,
местоимение-дополнение становится частью ремы, что дает возможность
использовать фразы типа:
Qu'a-t-il fait? Que lui est-il arrivé?
При этом подлежащее  пассивной  фразы  с трудом  может  представлять  собой,
нечто  "новое" [114].
Обратим также  внимание на то, что пассивная форма представляет структуру: тема
/le bateau/, промежуточный элемент/a été jeté /,
÷èñòàÿ ðåìà
/par moi, et non par ma soeur//ñì. ïðèмер 2 /,
компоненты которой являются отдельными группами:
1. Fabert sera reçu par lui, et non par vous.
2. Le bateau a été jeté par moi, et non par ma soeur.
Данные примеры свидетельствуют, что группы par lui, et non par vous, par moi
et non par ma soeur являются  чистыми  ремами  фразы.
Таким образом, иерархия  данных  отношений  может устанавливаться,  исходя
от наиболее  "благоприятных"  случаев до пассивных оборотов /объект - чистая
рема/, /подлежащее  - чистая  рема/, до тех  случаев,  когда  фраза  является
с трудом  приемлемой  /подлежащее - рема /, /объект -рема/.
Однако,  рассматривая данную проблему, нужно учитывать, что такое  влияние
функциональной  перспективы  на пассивную  форму касается,  главным  образом,
примеров  с употреблением  пассива,  так  называемого  "законченного",  где
дополнение агенса выражено; случаи употребления пассива, называемого
"незаконченным",  не могут реально  способствовать  перестановке  между этими
двумя группами,  являясь  менее задействованной тематической  прогрессией.
Рассмотренные примеры, позволяют использовать как семантические критерии типа
одушевленность /неодушевленность, так и морфологические, как например,
единственное или множественное число, заставляя варьировать объем
функциональной перспективы. В случае,  когда и  подлежащее  и объект
являются  темами или ремами,  эти критерии вступают  в силу. В связи с чем,
приведем пример [114: 73]:
фраза: un passant a été renversé par une voiture
кажется  более  " употребимой ",  чем
Une voiture a renversé un passant,
но здесь  коммуникативный  динамизм не играет роли,  фраза  отвечает  на
вопрос :
Qu'est-il arrivé?
и никакая  другая  из групп  не является  специально связанной  с контекстом:
порядок  одушевленность/неодушевленность  может преобладать.
Напротив,  фраза:
Cette décision a étonné quelques personnes
кажется более  приспособленной  к  контексту :
Il a dit: "Je démissionne". Cette décision a étonné quelques personnes, чем
Il a dit: "Je démissionne". Quelques personnes ont été étonnées par cette décision.
Тематическое значение cette décision äопускает пассивный обо-
рот, несмотря  на различие одушевленность/ неодушевленность.
КОММУНИКАТИВНЫЕ ФУНКЦИИ ПАССИВНЫХ
КОНСТРУКЦИЙ В ТЕКСТЕ
"Текст - идеальная  коммуникативная  единица,  тяготеющая  к смысловой
замкнутости  и  законченности,  конституирующим признаком  которой,  однако,
является  связность,  проявляющаяся  каждый  раз  в других  параметрах,  на
разных  уровнях  текста  и  в разной  совокупности  частных  связей" [46:
66]. Текст признается "целостной, замкнутой высшей коммуникативной единицей",
при этом связность является основным конституирующим признаком текста.
Имеется ввиду семантическая связность, которая является обязательной, а также
формальная, которая может эксплицировать семантическую путем применения
грамматических и лексических средств языка. Содержательная сторона понятия
"текст" подчеркивает его "смысловую законченность". Что касается понятия
"связность", то она может быть отнесена ко внутренней смысловой стороне
текста, а также к его языковому оформлению, т.е. к использованию определенных
лексико-грамматических средств, при помощи которых формально осуществляется
эта связность, а также всех особенностей употребления языковых единиц,
которые обусловлены их участием в построении текста [59].
Таким образом, совокупность  является  неотъемлемым   признаком  всякого
текста. Данный  признак  проявляется  в  смысловой   его   целостности  и
имеет   языковые  способы  выражений,  т.е.  языковые механизмы,  которые  в
результате  соединения  отдельных  элементов  текста  образуют  некое
формально-смысловое  единство [40].
При исследовании употребления пассивных конструкций с агентивным дополнением
в тексте расскрывается структурный аспект языковой единицы в тексте,
соотношение грамматических и лексических факторов на примере конкретного
языкового материала, что позволяет сделать вполне обоснованные выводы на
основании методических приемов данного исследования, что четко иллюстрирует
языковые приемы связывания элементов текста в некое единство, что доказывают
приведенные в тексте примеры, и благодаря чему теоретические положения,
которые приводятся в работе, имеют точное обоснование.
Следует обратить внимание на то, что всякий отрезок текста обнаруживает
единство содержания и структуры, которые выражены смыслом, грамматическими и
лексическими средствами. В таком случае, можно рассматривать текст в двух
планах: в плане содержания, т.е. коммуникативного членения и в плане
формального - лексико-грамматического построения [28].
В таком случае исследуются языковые способы объединения предложений в более
крупные комплексы, которые по объему превосходят предложения как простые, так
и сложные и передают высказывание. Эти способы весьма разнообразны, так как
они используют как грамматические так и лексические средства. Такие сложные
комплексы состоят из целой серии предложений, которые представляют собой
законченные высказывания, а те, в свою очередь, отражают ход человеческой
мысли, так как имеют языковое выражение. Называются они сверхфразовыми
единствами, и в конечном счете образуют текст. Данные комплексы образуют
языковую ткань текста, имеющего основную сюжетную линию, которая может
сочетаться с вторичными побочными линиями как конструктивными компонентами
содержания. Сверхфразовые единства могут следовать линейно, что позволяет
передавать существующие между ними смысловые и формально-языковые связи, а
также переплетаться между собой. Одно высказывание, оформленное сверхфразовым
единством, может быть прерванным другим высказыванием, которое якобы
вторгается в первое и имеет свою языковую структуру [28].
Следует учитывать, что употребление некоторых грамматических форм в тексте
зависит от понятийного, системного значения данных форм. Оказывается, что в
тексте грамматические формы, сочетаясь со значением лексических единиц,
которые якобы внедряются в данные формы, могут иметь целый ряд значений,
соответственно расширяется сфера их употребления. Данные формы могут иметь
разнообразные результативные, контекстные значения, которым, однако, всегда
присуще единое, абстрактное понятийное значение. Оно является ее системным
языковым значением, позиция формы является определяющей в  соответствующей
подсистеме языка.
Особо важным, на наш взгляд, является изучение построения текста, где
определяющую роль играет порядок следования членов французского предложения и
определяется факторами, которые возникают при создании текста, строящегося из
сверхфразовых единств. Таковыми являются: 1/ построение сверхфразовых единиц,
т.е. связывание составляющих его компонентов /речь идет о предложениях/, 2/
требование коммуникативного членения, что отвечает намерениям авторов
(говорящего субъекта) выдвинуть на первый план  /не на первое место/ самое
важное в предложении, его тему, в случае необходимости, тем не менее, довести
до слушателя /читателя/ и его рему, 3/ соблюдение ритмико-мелодического
рисунка предложения, 4/ необходимость соблюдать традиционную грамматическую
норму [28].
Следует учитывать, что текст строится по определенным законам и правилам
литературной нормы, которая имеет свои, т.е. лишь ей присущие лингвистические
построения. В целом, текст, как продукт речевой деятельности, обязательно
имеет свою лингвистическую форму и строится из слов, предложений,
сверхфразовых единств, отрезков текста, включающих отдельные отрезки,
относительно самостоятельные, связанные общей сюжетной линией текста в целом.
Сверхфразовое единство является единицей речи и вычленяется из текста
семантически и формально, а также представляет собой некий структурированный
комплекс, который может иметь ряд предложений. Этот ряд  может быть замкнут
формально, однако число составляющих его компонентов заранее не определяется
и зависит  от смыслового объема высказывания. Серия предложений составляет
последовательно расположенные сверхфразовые единства, которые связаны
единством смыслового содержания всего высказывания , частными семантическими
связями между ними и формально-языковыми средствами - лексическими и
грамматическими. При этом первое предложение сверхфразового единства
относительно самостоятельное; оно связано с последующими, которые зависят от
него семантически и формально. Следовательно, можно сказать, что зависимые
предложения имеют признаки своей смысловой и формальной зависимости от
предыдущих предложений, которые выражены языковыми средствами. Что касается
функций сверхфразового единства, то синтаксический строй сложных речевых
единиц, которые представляют собой высказывание, заслуживает особого внимания
в экспрессивном синтаксисе. Этот строй включает множество синтаксических
вариаций, которые передают разнообразные экспрессивные оттенки в рамках
сверхфразового единства [23].
Предложение в связном тексте лишено самостоятельности и выступает лишь в
связи с другими предложениями. Только серия связанных между собой предложений
обладает в контексте относительной независимостью и служит для выражения
сложной законченной мысли. Однако, законченность мысли  в  пределах
сверхфразового единства можно считать условной. Ведь оно, как и предложение,
практически связано с предыдущим и последующим текстом семантически, но
отличается от одного предложения тем, что располагает серией предложений, тем
самым может полнее выражать мысль в определенных  структурах, доступных для
восприятия слушателю /читателю/.
Обратим внимание: так как серия предложений объединяется в сверхфразовые
единства, так и последние объединяются в тематические отрезки текста, из
которых он состоит. При линейной формальной структуре предложения отношения
между его членами нелинейны, а также отношения между предложениями внутри
сверхфразового единства  и между ними самими нелинейны и представляют собой
сложные переплетения.
Следует учитывать структуру текста, особенно художественного произведения,
так как она представляет собой сложное сочетание основной тематической линии,
побочных линий, а также отдельных элементов, находящихся на периферии текста.
И если рассматривать сверхфразовое единство, как единицу текста, следует
выяснить как в тексте одна единица отграничивается от другой, но также как
они объединяются снова-таки в тексте в более крупные тематические отрезки, и
как они, эти отрезки, создают объем текста. Изучение структуры текста
является важным моментом, так как это позволяет выяснить процесс передачи
построения мысли, и таким образом рассматривать одну из кардинальных проблем
языкознания - отношение языка и мышления, для того, чтобы текст можно было
рассматривать "как  функционально  завершенное  языковое  целое" [51].
Как видим, текст имеет определенные законы построения, смысловое и формальное
соединение и разграничение составляющих его единиц.
Таким образом, решается задача,  которая относится  к классу  задач:  "смысл
- текст "  [96: 11]. Речь идет о  синтаксических  конструкциях,  в которых
одна и  та  же   ситуация называется  глагольными  словоформами,  которые
занимают  позицию  ядра, как  стержневого  элемента, что  позволяет
исследовать  глагольную  лексему,  т.е.  смысл,  а  следовательно  и  текст.
Наиболее   верным является многоаспектный   подход  к  синтаксису. Тесная
взаимосвязь  всех  его  аспектов  осуществляется  с  учетом  смысловых
факторов  и в  совокупности  представляет  функциональный  синтаксис,
"трактуемый  в широком  плане  коммуникативных  возможностей  языка"   [83:
77].
Лексические средства  выполняют в  тексте   важную  организующую  функцию, а
использование  пассивных  конструкций с агентивным дополнением  позволяет
употреблять  их в различных  целях  для  коммуникации, так как  пассивная
структура  фразы не меняет  состояние  вещей,  которые она  описывает,  но
придает  им  коммуникативный  характер  [150].  Рассматривая данную проблему
отметим, что язык представляет собой богатейшую коллекцию языковых единиц, а
также содержит, независимо от его морфологического строя, парадигматические
ряды  семантико-синтаксических функций, которые и определяют функцию
лексического значения в речевой  цепи [43].
Употребление  пассивных конструкций с агентивным дополнением в современном
французском языке позволяет  обеспечить  единство  и  связность текста.
При этом:
1. Позиция  подлежащего  остается  неизменной :
" Ce n'est pas par ces traces-lа que je pourrai commencer а remonter le temps, 
elles ont été effacées par les
bombes d'abord et l'incendie, par les betonneurs ensuite ".
/ Ollivier, p. 17 /.
2. Референт является  максимально  приближенным  к объекту референции:
"Les  Etats-Unis  et  Israel  ont  réagi, mardi  7  mai, avec
exaspération   en   rapport   des   Nations   unies...  Le
rapport, que le conseil de sécurite devait examiner à huis
clos, mercredi 8 mai, avait été demandé par
le secrétaire général...".
/ Le Monde, p.1/.
Все эти факторы учитываются  при  выборе  пассивной  формы соответствующих
конструкций,  некоторые из  них  совмещаются,  другие  аннулируются,  и
представляется  трудным  установить  иерархию  между ними  [149].
Было отмечено, что текст  как высшая  коммуникативная  единица, слагается  из
отдельных   частей /текст - продукт  речевой деятельности/,  которые  связаны
между  собой,  и  являются  единицами текста. Такой единицей  речевой
деятельности  является  высказывание,  которое  с  точки  зрения  содержания
и  интонации  является  законченным  и  имеет  определенную  смысловую  и
грамматическую  структуру. В данном случае, высказывание определяется  как
идеальное коммуникативное построение, обладающее смысловой завершенностью и
коммуникативной  устойчивостью, которые проявляются вне зависимости от
контекста.  Следует  учитывать,  что именно  содержание  определяет  понятие
целостности  текста  и  должно  представляться  отправителю  и  получателю
как  некое  "осмысленное  целесообразное  единство" [21: 112].
Различают  три уровня  для  анализа  высказывания:
1/  уровень  актуального  членения  предложения;
2/  уровень  выявления  типов  реальных  смысловых  связей  между
конституентами   высказывания;
3/ уровень анализа,  включающий  известные  синтаксические  единицы,  т.е.
главные  члены  предложения  -  подлежащее и  сказуемое  [32: 20-24].
Языковая синтаксическая система позволяет исследовать речевые факты в
прагматическом плане, так как "она представляет собой две основные
разновидности  существования - это абстрактная  организация  синтаксических
единиц и конкретная их реализация  в области речи" [57: 23].
Важно отметить,  что в тексте,  являющемся  результатом  коммуникативной
деятельности, где отражается  как  пропозициональная,  так и прагматическая
информация,  разграничивается  пропозициональное содержание и прагматическая
установка  /прагматический  компонент,  модально-прагматическая  рамка/
высказывания, что является основой  его семантико-прагматического
представления. Этим   можно  объяснить предложение заменить термин
семантическое представление термином семантико-прагматическое  представление,
по отношению к  содержанию  высказывания [63, 62].
Пассивная конструкция с агентивным дополнением  имеет возможность  менять
позиции  таких  компонентов,  как  объект и подлежащее глагола и позволяет
стирать агенс,  что является следствием соединения высказываний в дискурсе.
Рассмотрим подробнее:  не касаясь  агенса;  тематизация  может
осуществляться    JN  , которая  играет роль  дополнения. Сравним :
"Pierre a été vu avec Irène"
и
"Michel a vu Pierre avec Irène",
где пример  /1/  исключает  агентивность /voir/, чтобы сконцентрировать
внимание на Pierre /Пьере/ [136: 211].
В прогрессии  текста  пассивизация  позволяет  прямой  объект  располагать
в   начало,  способствуя,  таким  образом,  соединению  высказываний.
Например:
"Lambert - Leclerc a réussi. Il fût nommé député."
Il занимает  первоначальную  позицию,  укрепляя  таким  образом, тематическую
продолжительность: Lambert-Leclerc и il занимают оба  позицию  подлежащего.
Но в случае:
"Lambert-Leclerc a réussi. La réunion l'a nommé President"
перспектива перемещается от Lambert-Leclerc к la réunion.
Cледует подчеркнуть,  что  независимо  от  соединения   высказываний,  пассив
способствует фокусированию на прямой объект. Но все эти  феномены должны
анализироваться  только  в контексте.
Как видим, высказывание  состоит  из  серии связанных  между  собой
предложений,  образующих некие "сверхфразовые единства", которые   в  свою
очередь,  связаны  семантически  друг  с  другом,   а  также   могут  быть
связаны  формально,  и  в конечном  итоге  образуют  текст, при этом
предложение рассматриввается как максимальная единица языка, но минимальная
единица речи.
Необходимо подчеркнуть: несмотря на то, что в последнее время  возросло
внимание к структуре сверхфразовых единств и связности текста,  проблемы,
связанные с предложением остаются в центре внимания современной лингвистики
[29; 47; 59]. Это объясняется тем, что  текст можно понять,  только
разобравшись в предложении, так как оно является основным компонентом текста,
а в ряде случаев, образует и весь текст. Во внимание берется тот факт, что
"предложения служат моделями, формами, в которые отливается мысль, и она
сочетает их для того, чтобы поместиться в них полностью. В речи
непосредственно отражается движение мысли, последовательно выражающейся в
языковых единицах, конструктивные схемы которых, постоянно присутствуют в
сознании говорящего" [74: 4]. Предложение можно рассматривать как крупную
синтаксическую единицу языка, которая определяется содержательными и
формальными признаками. Конструктивными элементами предложения являются члены
предложения и словосочетания. При этом следует учитывать  содержательные
характеристики фразы, а именно: логико-семантический  и коммуникативный
признаки. Логико-семантические характеристики имеют детерминированный
характер; это значит, что составляющие пропозиционной структуры принимают
определенное выражение: то, что сообщается, образует предикатный член, а то,
о чем сообщается представляет собой субъект. Второй смысловой параметр фразы
образуют информативные характеристики, обладающие вариативностью. В данном
случае, выразителем новой информации может служить каждый из компонентов, что
позволяет соотносить фразу с тем, что за ней следует. Также данный компонент
может входить в состав данного сообщения, тогда он выполняет иную функцию -
связывающую /фразы с предшествующим ей сообщением/ [21].
Во внимание принимается тот факт, что в смысловом отноше-
нии фраза может представлять собой единство двух противоположностей -
стабильного и изменчивого, постоянного и переменного, детерминированного и
случайного.
Рассмотрение пассивных фраз с агентиным дополнением осуществляется с учетом
положений функционального синтаксиса, основой которого является концепция,
предлагаемая лингвистами французской функциональной школы. Она заключается не
в представлении фактов языка, а в описании функционирования языка как
процесса, а также в описании его механизмов :
" Ces  principes d'analyse permettent donc de procéder à un
classement objectif des unités, fondé sur leurs latitudes
combinatoires. Mais ils ne se limitent pas à une  taxinomie pure et
simple. Ils permettent aussi de décéler, sans idées
préconçues, les mécanismes, qui président à
la constitution des énoncés dans diverses langues, et de montrer
en quoi les langues sont differentes et  sur quel point elles se ressemblent"
[139: 7], при этом языковая структура неоднородна - функционирование ее единиц
различно; для одних характерна высокая степень облигаторности; употребление
других, наоборот, отличается вариативностью. Вариативность в языке - явление не
случайное, поэтому "une langue c'est une structure non homogne dont les parties
se situent sur une échelle de hiérarchie selon leur importance
plus ou moins grande dans le fonctionnement de la langue" [139: 7].
Рассмотрение данной проблемы через призму функционального синтаксиса является
ценным, так как требуя лингвистических доказательств,  проводится
лингвистический анализ, что позволяет выявить функцию компонентов предложения
с учетом одного и того же лексико-грамматического состава. Данные компоненты
различаются одним признаком, при том условии, что он является
смыслоразличительным. При этом лингвистический анализ должен включать
изучение структуры и изучение процесса формирования структуры. Формирование
предложения представляет процесс, в котором принимает участие не одна, а
несколько языковых единиц.  Следует учитывать, что "синтаксическое
исследование, не может быть определено ни от моментов лексико-
фразеологических, то есть тех отношений, которые устанавливаются между
словами как лексическими единицами, видоизменяемыми данным контекстом, ни от
моментов морфологических, так как в реальном употреблении слова немыслимы вне
морфологического изменения" [99:  9].
Как видим,  лексико-морфологические средства языка, взаимодействуя с
синтаксическими единицами, оказывают влияние на роль и значение
синтаксических единиц. В связи с чем,  "языковые средства, служащие
выражением той или иной языковой категории, могут разным образом
комбинироваться, будучи в самом языке распределенными по степени
эффективности выражения. Отсутствие одного из более действенных средств
вызывает усиление того же формального качества в наличествующих средствах
выражения" [65: 32].
Таким образом, распределение функций между языковыми средствами, которые
участвуют в формировании предложения, объясняется следующим образом: основную
роль играет одно какое-нибудь средство, другие дополняют его функции. Если
отсутствует основной участник в так называемом, синтаксическом строительстве,
дополняющее средство занимает положение основного [18].
Исследования показывают, что текст  представляет собой  некое  единство,
структурированное  по  определенным  законам  и  состоит  из  языковых
единиц  -  предложений,  объединенных  между  собой, которые образуют  более
крупные  единицы  -  сверхфразовые  единства,  которые  представляют  собой
тематические отрезки текста,  способствующие  передаче  определенного
содержания,  имеющего  законченный  характер,  что  соответствует
коммуникативным  целям [29]. Текст,   как   известно,   является   некоторой
упорядоченной,  в  плане  смыслового  развития,  последовательностью
предложений. Поэтому  изучение   синтаксического  аспекта    текста
опирается    на   анализ   предложений.  Коммуникативно-синтаксические
функции способствуют  выражению коммуникативной  перспективы высказываемого в
предложении сообщения, что позволяет  выявить  зависимость синтаксической
структуры и ее элементов  от задач сообщения. Структурно-грамматические
функции  порядка компонентов  непосредственно отражают  специфику
конструктивного аспекта предложения,  а коммуникативные - динамического [8].
Традиционная  французская  грамматика  определяет   фразу
как  группу  слов,  выражающих  законченную  мысль,   что  нами  принимается
во   внимание.  Отметим,  что  фраза  должна  представлять  собой
законченное  смысловое   целое,   так  как  она   является  коммуникативной
единицей. Следует учитывать, что  "осмысленность - это  основное  условие,
которому  должна  удовлетворять  единица  любого  уровня,  чтобы  приобрести
лингвистический  статус " [9: 299].
Ведущая роль в построении текста принадлежит   следующей  формуле:  Тема   1
- Рема 1   одного  высказывания - Тема 2 / из ремы 1 / ----- Рема 2
последующего  высказывания и т. д. [100: 107]. Такая  темо-рематическая
структура  характерна  для  канкатенации  или  линейной   последовательности
[24, 145].
Феномены пассивной конструкции с агентивным дополнением,  которые  мы  хотим
рассмотреть,  имеют  непосредственное  отношение  к   тематизации,   к
тематической  структуре  фразы.  Высказывание   не  является  только
синтаксической  структурой,  оно  также  является  частью,  принимающей
динамику  текста. Выполняя функцию,   о  которой идет  речь,  повествующий
дает  возможность  выделить  некоторые  компоненты,  он  организовывает
высказывание  с  учетом   двух  действующих  лиц  [136] .
Рассмотрим пример:
Hier, ,, l'homme, qui portait un paquet, fut  accosté par
ses chiens, qui le suivient jusqu'а la porte du cheuil d'en haut".
/ G. Simenon, p.75/.
может  служить  высказыванием,  для  того,  чтобы    снова   представить
событие,  которое  произошло вчера. Тогда  как:
"L'homme, qui portait un paquet, fut accosté par les chiens..." hier
локализует во времени  уже известный акт.
Во французском  языке  порядок  слов  играет  решающую  роль, что имеет
большое  значение для   характеристики  типов  предложений как синтаксических
единиц. "Порядок  слов  представляет  собой  не  только  линейность,  но и
способ  выражения  подчинения,  т.е.  выражение  различных  видов
зависимости   между  словами,  частями  простого  и сложного  предложения "
[10: 147].   Изучение  видов  зависимости  между словами ,  входящими  в
одну  синтаксическую   группу,  позволяет  рассматривать  структурную
характеристику  предложения  как   языковой  единицы. Функция синтаксических
единиц  определяется как их роль  в построении предложения,  что позволяет
выражать данной функцией  отношение  синтаксической  единицы  к единице
коммуникативной [36].
Существенным  моментом, является то,  что  грамматическая  норма
французского  языка,  которая  устанавливает  прямой  и  фиксированный
порядок  слов,  что  является  обязательной  чертой  синтаксиса,
определенным  образом  препятствует   "выражению  коммуникативного  членения
при помощи  перемещения  ремы  на  сильное  место  предложения", /т.е.
последнее место/" [74: 187]. Однако "неправомерным огрублением  материала
был бы вывод, сформулированный таким образом: "универсальным средством
выражения  актуального членения предложения   является  порядок  слов,  при
котором "данное" стоит  в  предложении  на  первом  месте,  "новое"  на
последнем", т.к. "одним из средств  коммуникативного членения  предложения
является порядок слов. Наиболее часто информативная нагрузка в предложении
распределяется на основании позиционного признака; то, что располагается в
начале, образует тематическую часть: в конце помещается рема" [21: 8].
При рассмотрении  феноменов,  связанных  с   употреблением  пассивных
конструкций с агентивным дополнением  следует  учитывать данные  особенности,
которые, как мы уже отметили, связаны   с  процессом  тематизации.
Пассивизация,  например,  позволяет  использовать  фразу  в  качестве
прямого  объекта  темы,  не  изменяя  агенса  процесса [136].
Рассмотрим  подробнее коммуникативный аспект  в  процессе  пассивизации и
тематизации.
Инверсия подлежащее -  дополнение объекта   перераспределяет  роли,  которые
ей  назначены. Таким  образом,  осуществляется  новое распределение
информации на  линейной  оси  фразы  и  в  соединении GN - GV. Дополнение
объекта  активной  формы,  расположенное  первоначально  в позицию
подлежащего  пассивной  формы,  приобретает   способность  выполнять  роль
дискурсивной  темы. Одновременно,  подлежащее  в  активной форме  становится
дополнением  агенса  внутри  глагольной группы,  тем  самым,  являясь
частью высказывания.  Таким  образом,  в  вопросе:
"Est-ce que Pierre travaille toujours à la mairie? "
который  предполагает  извлечение  некоторой  информации, касающейся
непосредственно Пьера, более естественно ответить  следующим  образом:
"Non, il a été renvoyé",
нежели
"Non, on/le maire l'a renvoyé".
На самом деле, обстоятельства  обстоят  так: первый  ответ сохраняет
информативное  содержание, тогда  как   второй вопрос  вызывает  тематический
разрыв.  Следует  обратить  внимание  на  то,  что  в  изолированном
состоянии  фраза :
"Pierre a été renvoyé / par le maire /"
интерпретируется предпочтительнее, так как Пьер
является объектом акта  высказывания  и  определенное  количество  информации
поступает  либо  за счет  внутренней  глагольной  группы,  либо  только  за
счет  дополнения  агенса [150: 440]. В этих  условиях  пассивная форма часто
используется  для  того, чтобы:
- поместить  в рамки темы  одушевленный   объект  активной  конструкции
/особенно,  если  подлежащее  является  неодушевленным/  и,  таким   образом,
представить  совокупность  процессов  с  точки зрения  первого. Зато, для
одушевленного референта позиция  дополнения  агенса является  маркированной:
она  приобретает  рематическое  значение  и  часто  ассоциируется  с
противоположными  результатами;
- сохраняет  реферативную  изотопию  подлежащих  последующих  фраз, для того,
чтобы заменить  прогрессию    постоянной  темой.
Данный  тип  характеризуется  текстуальной  последовательностью,  подлежащее
пассивной  формы  имеет  определенный  характер,  так  как оно  снова
принимает референта, вызванного  внутренним  состоянием.
Раскрывая  проблему  пассивизации  и  тематизации,  мы  определили  роль
синтаксических  структур. Но  считаем  нужным   вспомнить о  синтаксических
структурах,  имеющих  специфический  характер,  в результате  воздействия
которых, происходит  извлечение  или  выделение конституентов.
Выделяются следующие типы  данных  структур:
А/ Структуры расслоенные  /clivées/.
Б/ Структуры раздробленные /disloquées/ [136].
Что касается  так  называемых  расслоенных структур, то  благодаря  им  может
возникать  тематизация, или  происхождение  /l'extraction/ тематизации. Они
включают  такой  компонент  как  c'est и  элемент  типа  qu - , которые
используются  как  выделительные  компоненты:
"C'est moi qui vous déposer".
/A. Maurois, p.62/.
"C'etait lui, seul qui conduisait".
/A. Maurois, p.63/.
"C'etait la Reine, que les fourmis nourrissaient avec respect...".
                                                             /A. Maurois, p.69/.
"C'est moi qui leur ai crié de me suivre".
                                                             /E. Verharn, p.70/.
С  точки  зрения семантики,   эта  структура  содержит  то, что  определяет
внутреннее  сочетание  элементов.
Рассматривая   раздробленные   структуры, следует  различать, так  называемые,
расслоенные /clivées/ cтруктуры с псевдо-расслоенными
/pseudo-clivées/ структурами "Ce  que  je  prévois,  c'est un
echec. Celui  qui  vient, c'est  Paul..." [136: 134], которые   способствуют
выделению  раздробленных  компонентов  или, так  называемому дроблению
/dislocation/, широко   используемых   в  устной речи. Подобное раздробление
позволяет  говорящему   указывать  на  то, о  чем идет речь,  определять
тему,  по  отношению  к  которой,  он  организовывает  высказывание.
Синтаксическая  функция  устраненных  элементов  определяется  при  помощи
местоимений.
Рассмотрим  примеры:
"Ce que préfère, c'est les pommes"
"Pierre, son ami, il l'attend souvent ce que préfère".
Ce que préfère
óïîòðåáëÿåòñÿ
ïðи  помощи  с',  которое  находится  в  позиции подлежащего. Во  /2/
случае Pierre можно заменить il, son amie - le.
Таким  образом,  наблюдается   двусмысленность, которая  появляется  в
случае,  когда   две  GN  употребляются  в  мужском  роде  единственного
числа и устанавливаются  порядком  раздробленных  элементов, что
соответствует  порядку  расслоенных  элементов.   Но часто  двусмысленность
разрешается  только   при  помощи  внелингвистического  контекста. При этом
динамика разговора играет решающую роль и позволяет сделать определяющий
выбор.
Отличительным  свойством конструкции, использующей раздробленные структуры,
является  возможность  сопоставлять  раздробленные  элементы,  которые  могут
устанавливать   отношения  между  собой. Например :
"Pierre, ce qu'il préfère, c'est les pommes".
В данном случае il относится  к Пьеру и  c'   входит  в группу ce qu'il
préfère.
Ðàçäðîáëåííîñòü
может   совершаться  как  справа  так  и  слева:
"Marie, sa soeur, elle lui parle".
"Elle lui parle, Marie, а sa soeur".
[136: 134].
Но  раздробленность, находящаяся  справа,  не  является  точно  симметричной
той,  которая  находится  слева,  потому что sa soeur становится а sa soeur,
перемещаясь в  правую  сторону  фразы.  Согласно  общему  правилу,
правосторонняя  раздробленность  требует,   чтобы  функция  была
маркирована обособленным элементом. Но такое  требование  не  всегда
является  респектабельным.
Раздробленность касается и  GN, и конституентов,  которые  могут  играть
роль  GN,  речь  идет  о  фразах-GN. Они  могут  быть  придаточными  или
инфинитивными . В данных  фразах  используется  местоимение  Ce   и
Ça.
Встречаются фразы, использующие  два  случая,  так  называемой
прономинализации.  В примере:
"Paul, ça m'est  égal, qu'il parte demain"
наблюдается "катафорическая" связь между ça u qu'il parte demain  и
"анафорическая" связь между Paul и il [136: 134].
Одним  из  способов  выражения  пассивной  конструкции,  использующих
анафорическую или катафорическую  связь,  является  предложный  инфинитив,
представляющий собой эффективное  средство,  которое  способствует  гибкости
грамматической  организации речи  и  является  синонимическим  восполнением
синтаксической  системы. Это  дает  ему  возможность  нести  определенную
предикативную  нагрузку  и  выражать  глагольность. Являясь  составной
частью  дискурса,  предложный  инфинитив  играет  важную  роль  в  реализации
текстообразующих  функций,  а  "предложные  инфинитивные  конструкции
соединяют  отрезки  текстовой  ткани  в единое  смысловое  целое" [78: 84],
тем  самым  реализуются  не  только  функции  связности, но и обеспечивается
смысловое  развитие  текста.
Однако, следует отметить, что пассивные конструкции, использующие формы с
инфинитивом, встречаются довольно-таки редко и являются распространенными для
устной формы речи.
Что касается использования инфинитивных форм в пассивном залоге, в целом,
следует отметить постоянный характер, который выражается в отсутствии
агентивного дополнения [124].
Употребление   некоторых пассивных конструкций подтверждает рассмотрение
области употребления транзитивных /переходных/ конструкций: конструкция
интерпретируется как единый глагол, употребленный в пассиве;  другими словами
фактитивная конструкция анализируется  как простой переходный глагол.
ВЫВОДЫ:
1. Языковая система является самодостаточной, а функционирование языка
возможно с учетом коммуникативных особенностей, что позволяет рассматривать
коммуникативно-прагматический аспект функционирования пассивных конструкций с
агентивным дополнением. Предметом коммуникаций данных конструкций является
содержание, отражающееся в семантике языковых единиц.
2. Языковая синтаксическая система представляет собой многоуровневое
образование, что позволяет анализировать грамматические категории пассивных
конструкций с агентивным дополнением в коммуникативном аспекте, так как
грамматические единицы, наряду с семантической и синтаксической функциями,
выполняют прагматическую функцию в составе предложения-высказывания.
3. Понятия адресанта, адресата являются центральными при построении модели
коммуникативного акта пассивных конструкций с агентивным дополнением.
Возможно наличие третьего антропоконституента, называющегося слушателем.
4. Категория субъекта рассматривается в пассивных конструкциях с агентивным
дополнением как центральная категория прагматики, основным свойством которой
является субъектность, т.е. субъектный фактор, так как говорящий субъект
занимает ведущую позицию.
5. Данный факт позволяет сделать заключение, что всякий член предложения
может иметь два значения: грамматическое и коммуникативное, в связи с чем
можно рассматривать взаимосвязь между грамматической структурой субъектно-
предикатных отношений, которые определяются на коммуникативном уровне между
двумя членами высказывания - коммуникативным субъектом /темой/ и
коммуникативным предикатом /ремой/. Рассматривая коммуникативный аспект
пассивной фразы с агентивным дополнением, следует учитывать условия
применения пассивной трансформации.
6. Текст как высшая коммуникативная единица, характеризуется совокупностью,
имеющей признак смысловой целостности и имеет языковые способы выражения.
Структура текста, включающая пассивные конструкции с агентивным дополнением,
представляет собой крупные комплексы, состоящие из связанных между собой
предложений, сверхфразовых единиц, высказываний, которые образуют языковую
ткань текста, имеющего основную сюжетную линию.
7. В синтаксическом плане изучения пассивных конструкций с агентивным
дополнением наиболее верным является многоаспектный подход, а тесная
взаимосвязь его аспектов осуществляется с учетом смысловых факторов, что в
совокупности можно рассматривать как функциональный синтаксис.
8. Употребление пассива позволяет обеспечить единство и связь текста.
Синтаксические структуры, при этом, играют определенную роль в процессе
пассивизации и тематизации.
                                ЗАКЛЮЧЕНИЕ                                
1. Изучение пассива в современном французском языке является многоаспектным.
Осуществляется тесная взаимосвязь всех аспектов, учитывая смысловой фактор,
что в совокупности представляет функциональный синтаксис и позволяет
исследовать коммуникативные возможности языка. Именно функциональная
специфика предопределяет семантико-синтаксическую реальность анализируемой
пассивной конструкции с агентивным дополнением. В данных конструкциях одна и
та же ситуация называется глагольными словоформами, которые занимают позицию
ядра, как стержневого элемента, что дает возможность исследовать глагольную
лексему, т.е. смысл.
2. Лексика имеет определенное влияние на формирование пассивной конструкции с
агентивным дополнением, т.к. залоговая парадигма каждого глагола определяется
его лексическим значением. А исследование глаголов в составе предложений
позволяет отображать соотношения между лексическим типом глагола и
синтаксической структурой глагольного предложения. В структуральном
синтаксисе взятый глагол занимает центральное место и рассматривается как
вершина иерархического подчинения всех остальных элементов предложения.
Глагол как строевое ядро французского синтаксиса, способствует созданию
целостности пассивной конструкции с агентивным дополнением.
3. Композиция языковой синтаксической системы зависит от особенностей
многоаспектной организации пассивной конструкции с агентивным дополнением,
позволяющей выявлять системные связи. Каждый аспект играет огромную роль в
построении и организации предложения, но прежде всего, необходимо
рассматривать его структурный аспект. Структура предложения - это его
синтаксическая форма, которая имеет определенное значение, т.е.
синтаксическую семантику, которая присуща ей, т.к. она является элементом
языковой системы. Отношение структура - смысл находится в центре межаспектной
организации предложения. Структурный аспект обеспечивает предложению статус
языковой единицы, т.к. он содержит синтаксическую форму и синтаксическую
семантику.
4. Для полного описания пассивной структуры фразы  с агентивным дополнением
следует учитывать структуру смысла предложения или семантическую структуру;
она является глубинной структурой и представляет собой форму передающую
способы нашего мышления.
5. Организация пассивного предложения с агентивным дополнением изучается с
позиции комплексного анализа его структуры, что позволяет выявить
синтаксические и семантические особенности в современном французском языке.
6. Характерной чертой современных грамматических исследований является
системное описание синтаксических предложений. Основой является представление
о синтаксической системе как закрытой системе действующих и взаимодействующих
моделей предложения. Общая синтаксическая тенденция французского языка,
именно пассивной конструкции с агентивным дополнением, использует структуру,
состоящую из таких основных компонентов как подлежащее, сказуемое,
дополнение, что позволяет выражать субъектно-объектные отношения. Наличие
дополнения, как составного элемента данной структуры, является необходимым,
так как употребление только подлежащего и сказуемого не может  обеспечить
структурную  и  смысловую полноту, характерную для данной конструкции. Только
наличие дополнения может обеспечить завершенность и законченность.
7. Функционирование   языка, представляющего собой замкну-
тую систему действующих и взаимодействующих средств, рассматривается в
процессе коммуникации, залоговую семантику которого можно выявить с учетом
коммуникативных особенностей. В коммуникации реализуются все качества языка,
что дает возможность рассматривать их функциональную закономерность при
изучении коммуникативно-прагматических аспектов функционирования. При
исследовании прагматических особенностей пассивных конструкций с агентивным
дополнением целесообразно использование отношений "пассив - субъект
действия", что позволяет рассматривать взаимосвязь между грамматической и
коммуникативной структурой субъектно-предикатных отношений, определяемых на
коммуникативном уровне как отношения между коммуникативным субъектом /темой/
и коммуникативным предикатом /ремой/.
8. Текст признается высшей коммуникативной единицей, характеризующейся
смысловой замкнутостью и законченностью, неотъемлемым признаком которой
является связность, проявляющаяся в смысловой его целостности и имеющая
языковые способы выражений, образующие формально-смысловое единство.
Употребление пассива обеспечивает единство и связность текста. Лексические
средства выполняют в тексте важную организующую функцию, а пассивные
конструкции с агентивным дополнением используются в различных целях для
коммуникации, так как пассивная структура фразы придает коммуникативный
характер описываемым элементам.
Характеристика текста как лингвистического объекта имеет целый ряд
специфических особенностей его построения: действие механизмов
текстообразования как продукта речевой деятельности, изучение  языковых
средств,  которые  обеспечивают  связность  текста  и  логическое
продвижение   сюжета   подчинены  особым законам и правилам. Выполнение
коммуникативной функции является основным принципом формирования какого-либо
отрезка текста, что отражает движение мысли автора, учитывая системные
значения языковых единиц - лексических и грамматических, называющих,
соответственно, понятия и явления реального мира и выражающих отношения между
ними.
9. Текст, в составе которого находится пассивная конструкция с агентивным
дополнением, состоит из цепи высказываний, т.е. произвольного числа речевых
единиц, сочетающих мыслительное содержание и языковую форму, представленных в
виде отдельных предложений и сверхфразовых единств  и связанных между собой
по смыслу и формально-  лексическими и грамматическими средствами.
Связность текста, в целом, представляет связность между компонентами текста и
компонентами компонентов, т.е. между сверхфразовыми единствами, образующими
текст, между предложениями, образующими сверхфразовые единства и т.д., при
помощи языка передается человеческая мысль от человека к человеку.
10. Сверхфразовые единства, являясь  составным элементом текста,
использующего пассивную конструкцию с агентивным дополнением, обладают
известной самостоятельностью содержания, передающего отдельные высказывания,
имеющего свои границы - начальную и конечную, выраженные лингвистическими
способами. Поток текста, имеющий   перспективу  содержания  текста, членится
на более мелкие  отрезки, или  микротемы, заключенные в сверхфразовых
единствах  и  находящиеся  в  различных  отношениях  к  основному  сюжетному
стержню. Одни  принадлежат  к  семантическим  элементам  основной  сюжетной
линии, другие находятся в центральной линии текста, третьи лежат на
периферии.
11. Во французском языке порядок слов играет решающую роль и имеет большое
значение для характеристики типов как синтаксических   единиц, что позволяет
рассматривать структурную характеристику предложений так языковых единиц, и
выражать отношения синтаксических и коммуникативных единиц пассивных
конструкций с агентивным дополнением.
12. Ведущая роль в построении высказывания, включающего пассивную конструкцию
с агентивным дополнением, принадлежит коммуникативному членению, имеющему
огромное значение в образовании связности текста и отражающему отношение
автора к содержанию высказывания, что дает возможность автору довести свою
мысль в полном объеме ее содержания до читателя, и прежде всего  то, что
является основным - его рему. Рема, должна занять наиболее сильное место
предложения, во французском языке таковым является последнее место.
Изменение языкового построения и связности текста целесообразно начинать с
выявления темо-рематической, т.е. коммуникативной структуры его компонентов,
т.к. темо-рематическое строение предложений, как составных элементов
сверхфразового единства, из которых строится текст, способствует установлению
темо-рематической структуры сверхфразовых единств, ведущих к вычленению
сюжетных линий текста, т.е. к выявлению языковых механизмов, обеспечивающих
языковую структуру текста.
                        СПИСОК УСЛОВНЫХ СОКРАЩЕНИЙ                        
N - имя существительное
V - глагол
Sog - объектное дополнение
SN2 - подлежащее
SN1 - агентивное дополнение
Attr. - атрибутивный
Affir. - утвердительный
     СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
1. Адмони В.Г. Грамматический строй как система построения и общая теория
грамматики. - Л.: Наука, 1988. - 239 с.
2. Азначеев А.М. Типология пассивных конструкций и функционально-
семантическая категория аспектуальности в современном французском языке: Дис.
... канд. филол. наук: 10.02.02. - М., 1977. - 195 с.
3. Алисова Т.Б. Общее и романское языкознание. - М.: Наука, 1972. - 249 с.
4. Апресян Ю.Д. Экспериментальное исследование семантики русского глагола. -
М.: Наука, 1967. - 252 с.
5.  Арутюнова Н.Д. Фактор  адресата //Известия  АН СССР. - 1981. - Т. 40.- №
4. - С. 356-367.
6. Алексiєнко Л.А. Пасив з погляду комунiкативної структури висловлення //
Мовознавство. - 1994. - № 4. - С. 44-51.
7. Белова А.Д. Функционально-семантическое поле пассива в аспекте его
взаимодействия с другими полями /на материале английского языка/: Дис. ...
канд. филол. наук: 10.02.04.- К., 1988. - 213 с.
8. Белошапкова В.А. Современный русский язык: Синтаксис. - М.: Высшая школа,
1977. - 248 с.
9. Бенвенист Э. Общая лингвистика. - М.: Прогресс, 1965. - 447с.
10. Бобырева М.М. Порядок слов в простом и сложном предложении во французском
языке. - М.: Наука, 1965. - 171 с.
11.  Бондарко А.В. К теории поля в грамматике - залог и залоговость //
Вопросы языкознания. - 1972. - № 3. - С. 20-35.
12. Бондарко А.В. Теория морфологических категорий. - Л.: Наука, 1976. - 255 с.
13. Бондарко А.В. О грамматике функционально-семантических полей // Известия
АН СССР. - 1984. - № 6. - С. 492 - 503.
14. Бондарко А.В. Категориальная ситуация: К теории функциональной грамматики
// Вопросы языкознания. - 1983а. - № 5. - С. 20 - 32.
15. Бондарко А.В. Принципы функциональной грамматики и вопросы аспектологии.
- Л.: Наука, 1983. - 208 с.
16. Бондарко А.В. Грамматическая форма и контекст: О понятиях "частичное
значение", "функция грамматической формы" и "категориальная ситуация"
//Русский язык. Функционирование грамматических категорий. Текст и контекст:
Виноградовские чтения. - М., 1984а. - С. 13 - 32.
17. Богородицкий В.А. Общий курс русской грамматики. - М. - Л.: ОГИЗ, 1935. -
261 с.
18. Брызгунова Е.А. Звуки и интонация русской речи. - М.: Русский язык, 1977.
- 192 с.
19. Васильева М. Н., Пицкова Л. П. Грамматические категории французского
глагола. - М.: Высшая школа, 1979. - 152 с.
20. Васильев Л.М. Семантика русского глагола. - М: Высшая школа, 1981. - 184 с.
21. Веденина Л.Г. Французское предложение в речи. - М.: Высшая школа, 1991. -
188 с.
22. Виноградов В.В. Русский язык: Грамматическое учение о слове. - М.: Высшая
школа, 1972. - 476 с.
23.  Виноградов В.В. О задачах истории русского литературного языка
преимущественно ХУII - XIX вв. - М.: Известия АН СССР, 1946. - 108 с.
24. Гак В.Г. Теоретическая грамматика французского языка. Морфология. - М.:
Высшая школа, 1979. - 304 с.
25. Гак В.Г. Теоретическая грамматика французского языка. Синтаксис. - М.:
Высшая школа, 1986. - 220 с.
26. Гак В.Г. Сравнительная типология французского и русского языков. - М.:
Просвещение, 1989. - 284 с.
27.  Гак В.Г. Коммуникативные трансформации и системность средств логического
выделения во французском языке // Филологические науки. - 1975. - № 5. - С.
49 - 53.
28. Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. -
М.:Наука, 1981. - 140 с.
29. Гальперин И.Р. О понятии текст // Вопросы языкознания. - 1974. - № 6. -
С. 38 - 42.
30. Горлатов А.М. Функционально-семантическое поле возвратности в современном
немецком языке: Дис. ... канд. филол. наук:  10.02.04 .
М., 1977. - 172 с.
31. Григорьян Е.Л. Семантические и прагматические аспекты диатезы: Автореф.
дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04 / Моск. пед. ин-т иностр. яз.- М., 1985.
- 18 с.
32. Гухман М.М. Позиции подлежащего в языках различных типов // Члены
предложения в языках различных типов. - Л.: Наука, 1972. - С. 19-35.
33. Гухман М.М. Грамматическая категория и структура парадигм // Исследования
по общей теории грамматики. - М.: Наука, 1968. - С. 117-174.
34. Долинина И.Б. Особенности значения и способы языкового выражения
предикатов в двухпредикатных комплексах // Категории глагола и структура
предложения. - Л.: Наука, 1983. - С. 259.
35.  Дмитриев Л. Очерки по синтаксису сербохорватского языка. - Л.: ЛГУ,
1966. - 112 с.
36. Золотова Г.А. Очерк функционального синтаксиса русского языка. - М.:
Наука, 1973. - 351 с.
37. Золотова Г.А. Коммуникативные аспекты русского синтаксиса. - М.: Наука,
1982. - 368 с.
38. Илия Л.И. Очерки по грамматике современного французского языка. - М.:
Высшая школа, 1970. - 176 с.
39. Илия Л.И. Синтаксис современного французского языка. - М.: Иностранная
литература, 1962. - 383 с.
40.  Ионицэ М.П. Глоссарий контекстуальных связей. - К.: Штиинца, 1981. - 96 с.
41. Исаченко А.В. О грамматическом порядке слов. - Л.: Просвещение, 1960. -
364 с.
42. Каменская О.Л. Текст и коммуникация. - М.: Высшая школа, 1990. - 152 с.
43. Кацнельсон С.Д. Типология языка и речевое мышление. - Л.: Наука, 1972. -
216 с.
44. Киасашвили М.Н. Семантика и прагматика вопросно-ответного диалогического
единства и феномен непонимания /на материале современного английского  языка/
: Дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04 . - Т., 1986. - 153 с.
45. Кирвалидзе Н.Г. Дейктические средства в системе современного английского
языка и их роль в организации текста: Дис. ... докт. филол. наук: 10.02.04. -
Т., 1991. - 379 с.
46. Кожевникова К. Об аспектах связности в тексте как целом // Синтаксис
текста. - М.: Наука, 1979. - С. 46-48.
47.  Колшанский Г.В. Контекстная семантика. - М.: Наука, 1980. - 150 с.
48. Корди Е.Е. Пассивные конструкции во французском языке // Типология
пассивных конструкций. - Л.: Наука, 1974. - С. 289-315.
49. Кумлева Т.М. К проблеме категории глагольной переходности во французском
языке (опыт диахронного и синхронного анализов): Автореф. дис. ... канд.
филол. наук: 10.02.05 / Моск. ин-т иностр. яз. М., 1973. - 25 с.
50. Кубрякова Е.С. Типы языковых значений: Семантика производного слова. -
М.: Наука, 1978. - 200 с.
51. Леонтьев А.А. Высказывание как предмет лингвистики, психолингвистики и
теории коммуникации // Синтаксис текста. - М.: Наука, 1979. - С. 35-38.
52.  Матезиус В. О так называемом актуальном членении предложения // Пражский
лингвистический кружок. - М.: Прогресс, 1967. - С. 239 - 245.
53. Меликсетова Е.А.  Динамика    категории   переходности / непереходности и
смысловая структура французского глагола: Автореф. дис. ... канд. филол.
наук: 10.02.05 /Моск. ин-т иностр. яз. - М., 1979.- 24 с.
54. Медведева Л.М. Залоговое значение в кардинальных частях речи: Проблема
межкатегориального взаимодействия /на материале английского языка/: Дис. ...
докт. филол. наук: 10.02.04.- К., 1983. - 486 с.
55.  Мещанинов И.И. Глагол. - М. - Л.: Известия АН СССР, 1940. - 286 с.
56. Минкин Л.М. К вопросу о многоаспектности  предложения  и композиции
языковой синтаксической системы // Иностранные языки в школе. - 1980. - №  4.
- С. 15-19.
57.  Минкин Л.М. К взаимоотношению языковых и речевых тенденций //
Иностранные языки в школе. - 1984. - № 4. - С. 18-23.
58. Михайловский О.Д. Немецкие бесподлежащие пассивные конструкции: Автореф.
дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04 / Ленингр., гос. ун-т .- Л., 1983. - 21
с.
59. Москальская О.И. Грамматика текста. - М.: Высшая школа, 1981. - 184 с.
60. Москальская О.И. Вопросы синтаксической семантики // Вопросы языкознания.
- 1972. - № 2. - С. 45-56.
61.  Москальская О.И. Актуальные проблемы грамматики текста // Иностранные
языки в школе. - 1982. - № 2. - С. 3 - 8.
62. Падучева Е.В. Высказывание и его соотнесенность с действительностью. -
М.: Наука, 1985. - 271 с.
63. Падучева Е.В. Актуализация предложения в составе речевого акта //
Формальные представления лингвистической информации. - Н.: Изд-во
Новосибирск. ун-та , 1982. - С. 38 - 63.
64. Панфилов В.З. Взаимоотношения языка и мышления. - М.: Наука, 1971. - 248 с.
65.  Пешковский А.М. Русский синтаксис в научном освещении. - М.: Учпедгиз,
1938. - 146 с.
66. Потебня А.А. Из записок по русской грамматике. - М.: Просвещение, 1941. -
551 с.
67. Потебня А.А. Из записок по русской грамматике. Глагол. - М.: Просвещение,
1977. - Вып. 2. - Т. 4. - 406 с.
68. Попов А.В. Синтаксические исследования. - В.: Тип. В.И.Исаева, 1881. -
308 с.
69. Почепцов Г.Г. О коммуникативной типологии адресата // Речевые акты в
лингвистике и методике. - П., Изд-во Пятигорск. ун-та, 1986. - С. 10-17.
70. Почепцов Г.Г. Предложение // Теоретическая грамматика современного
английского языка. - М.: Наука, 1981. - С. 164-281.
71. Почепцов Г.Г. Слушатель и его роль в актах речевого общения // Языковое
общение : Единицы и регулятивы. - К., Изд-во Калинин. ун-та, 1987. - С. 26-
38.
72. Почепцов Г.Г. О месте прагматического элемента в лингвистическом описании
// Прагматические и семантические аспекты синтаксиса. - К., Изд-во
Калинин.ун-та , 1985. - С. 26-38.
73.  "Проблемы теории грамматического залога". - Л.: Наука, 1978. - 288 с.
74. Реферовская Е.А. Лингвистические исследования структуры текста. - М.:
Просвещение, 1983. - 215 с.
75. Реферовская Е.А., Васильева А.К. Теоретическая грамматика французского
языка. Часть 1: Морфология и синтаксис частей речи. - Л.: Просвещение, 1973.
- 422 с. Часть 2: Синтаксис простого и сложного предложения. - Л.:
Просвещение, 1973. - 358 с.
76. Реферовская Е.А. Развитие категории залога во французском языке: Дис. ...
докт. филол. наук: 10.02.05. - Л., 1956. - 381 с.
77.  Русанiвський В.М. Структура українського дiєслова: Дис. ... докт. фiлол.
наук: 10.02.01.- К., 1969. - 701 с.
78. Саенко 1990:  Саенко С.Г. К вопросу о средствах реализации
внутритекстовых связей // Некоторые вопросы филологии и методы преподавания
иностранного языка в вузе. - К., Изд-во Киев. ин-та иностр. яз., 1990. - С.
50 - 54.
79. Сильницкий Г.Г. Глагольная валентность и залог // Типология пассивных
конструкций. Диатезы и залоги. - Л.: Наука, 1974. - С. 54 - 72.
80. Современный русский язык. - М.: Просвещение, 1952. - 318 с.
81. Складанюк З.Г. Пассивные конструкции и их функционирование в стилях
английской научной, газетной и разговорной речи: Автореф. дис. ... канд.
филол. наук: 10.02.04 / Ленингр. гос. ун-т.- Л.,  1980. - 23 с.
82.  Скрелина Л.М. Изменения валентных свойств  фундаментальных глаголов
французского языка: Автореф. дис. ... докт. филол. наук: 10.02.05  / Ленингр.
гос. ун-т.-  Л., 1971. - 30 с.
83. Слюсарева Н.А. Проблемы функциональной морфологии современного
английского языка. - М.: Наука, 1986. - 215 с.
84. Степанов Ю.С. Методы и принципы современной лингвистики. - М.: Наука,
1975. - 311 с.
85. Степанов Ю.С. Вид, залог, переходность /балто-славянская проблема //
Известия АН СССР. - 1976. - № 5 - 6. - С. 35 - 36.
86. Степанов Ю.С. В поисках прагматики // Известия АН СССР. - 1981. - №4. -
С. 325-332.
87. Степанова А.Н. К проблеме формирования грамматических и лексических
единиц в современном французском языке /на материале раздельнооформленных
структур/: Автореф. дис. ... докт. филол. наук: 10.02.05 / Киев. гос ун-т.-
К., 1976. - 37 с.
88. Степанова М.Д., Хельбиг Г. Части речи и проблема валентности в
современном немецком языке. - М.: Высшая школа, 1978. - 260 с.
89.  Типология пассивных конструкций. Диатезы и залоги. - Л.: Наука, 1974. -
383 с.
90. Фефилов А.И. Прагматические компоненты языковых единиц // Коммуникативно-
прагматические функции языковых единиц. - К., Изд-во Куйбышев. ун-та,  1990.
- С. 7 -13.
91. Фортунатов Ф.Ф. О законах русского глагола. - М.: СИБ, 1903. - 314 с.
92. Холодович А.А. Залог//Категория залога. - Л.:Наука, 1970. - С. 2-26.
93. Холодович А.А. Типология пассивных конструкций. - Л.: Наука, 1974. - 383 с.
94.  Храковский В.С. Пассивные конструкции // Типология пассивных
конструкций. Диатезы и залоги. - Л.: Наука, 1974. - С. 5-46.
95. Циммерман И. Синтаксические функции актантов, залог и переходность //
Проблемы теории грамматического залога. - Л.: Наука, 1978. - С. 71-78.
96. Чеботарева Н.Е. Функции грамматических единиц в коммуникативном аспекте
// Сборник научных трудов МГПИИЯ им. М. Тореза. - М.: Изд-во Моск. ин-та
иностр. яз. ,1988. -  С. 100 - 109.
97. Чейф У.Л. Значение и структура языка. - М.: Прогресс, 1975. - 432 с.
98. Шахнарович А.М. Семантические аспекты коммуникативной функции языка //
Язык как коммуникативная деятельность человека. - М.,Наука, 1987. - С. 26-30.
99. Шведова Н.Ю. К спорам о детерминантах (обстоятельственная и
необстоятельственная детерминация простого предложения) // Научные доклады
Высшей школы. - 1973. - № 5. - С. 75 - 82.
100. Ширяев Е.Н. Структура разговорного повествования // Русский язык. Текст
как целое и компоненты текс-
та. - М.: Наука, 1982. - С. 106-121.
101. Шмелева Т.В. О семантике структурной схемы предложения // Известия АН
СССР. - 1978. - № 4. - С. 354 - 361.
102. Шубик С.А. Категория залога и поле залоговости в немецком языке. - Л.:
Наука, 1989. - 122 с.
103.  Якобсон Р. Лингвистика и поэтика // Структурализм: "за" и "против". -
М., 1975. - С. 193 - 230.
104. Attal P. Le passif, etude de corpus // L'Information grammaticale . -
Paris: Flammarion, 1985. - P. 85-89.
105.  Authier J. Etude sur les formes passives du français. - Paris:
Flammarion, 1972. - 112 p.
106.  Bechade H.-D. Syntaxe du française moderne et contemporain. -
Paris: PUF Fondamental, 1986. - 332 p.
107. Bechade H.-D. - Grammaire française. - Paris: PUF Fondamental, 1994.
- 256 p.
108. Benes E. Die funktionale satzperspeкtive / Thema-Rhema-Gliederung / im
Deutschen // Deutsch als Fremdsprache. - 1967. - H.1. - S. 23-28.
109.  Bonnard H. Grammaire française des Lycées et
collèges. - Paris:  Sudel, 1950. - 245 p.
110.  Charaudeau J. Grammaire du sens et de l'expression. - Paris: Hachette
Education, 1992. - 314 p.
111. Chevalier J.-C. Remarques sur l'emploi du passif // Le français dans
le Monde . - Paris: Hachette, 1987. - P. 35-36.
112. Combettes A., Fresson M., Tomassone M.  Batir une grammaire. - Paris:
Delagrave, 1977. - 314 p.
113.  Combettes A. L'organisation du texte. - Paris: Université de Metz,
1992. - 136 p.
114.  Combettes A. Pour une grammaire textuelle. - Paris: Duculot, 1983. -
286 p.
115. Damourette J. et Pinchon E. Dès mots à la pensée.
Morphologie du Verbe. Structure de la phrase verbale. L'Infinitif. - Paris:
D'Artrey, 1911-1933. - 722 p.
116. Denis D., Sancier G., Chateau A. Grammaire du français. - Paris:
Flammarion, 1994. - 294 p.
117. Dictionnaire Encyclopédique Quillet. - Paris: Quillet, 1986. - 5405 p.
118.  Dubois J. Grammaire structurale du français: le verbe. - Paris:
Larousse, 1967. - 224 p.
119. Dubois J., Dubois-Charlier F. Elements de linguistique française:
Syntaxe. - Paris: Larousse, 1970. - 294 p.
120. Dubois J.,  Dubois-Charlier F. Le passif // Journal de Psychologie. -
Paris: Larousse, 1973. - P. 115-142.
121. Dubois J., Lagane R. La Nouvelle Grammaire du francais. - Paris:
Larousse, 1973. - 196 p.
122. Flaux  N. La grammaire. - Paris: PUF Fondamental, 1993. - 127 p.
123. Forest R. Sémantisme entéléchique et affinite
descriptive: pour une reanalyse des verbes symetriques ou neutres en francais.
- Paris:  Bulletin de la Société de Linguistique de Paris, 1988.
- 162 p.
124. Gadet M. Le français populaire. - Paris: PUF Fondamental, 1992. - 127 p.
125.  Gardes-Tamine J. La grammaire. - Paris: Hachette, 1988. - 151p.
126. Grand Dictionnaire Encyclopédique Larousse. - Paris: Larousse, 1984.
- 8832 p.
127.  Grevisse M. Le Bon Usage. - Paris: Duculot, 1960. - 1762 p.
128.  Gross M. Méthode en syntaxe. - Paris: Herman, 1975. - 85 p.
129. Helbig G. Bemer Kunder zum Begriff des subjekts in der moderner
Linguistik Deutsch als Fremdsprache. - 1978. - H. 5. - S. 297 - 301.
130. Lazard G. Formes et fonctions du passif et de l'antipassif. - Paris:
Flammarion, 1986. - 58 p.
131. Le Galliot M. Description générative et transformationnelle
de la langue française. - Paris: Nathan, 1975. - 412 p.
132. Le Goffic P. Linguistique et enseignement des langues: а propos du passif
en français. - Paris: PUF Fondamental, 1970. - 78 p.
133. Le Goffic P. Grammaire de la phrase française. - Paris:
Hachette-Superieur,1993. - 271 p.
134.  Le Passif. Le français dans le monde. - Paris: Flammarion, 1993. - 45 p.
135. Maingueneau D. Précis de grammaire pour les examens et concours. -
Paris: Bordas, 1991. - 243 p.
136. Maingueneau D. Syntaxe du française. - Paris: Hachette-Superieur,
1994. - 115 p.
137. Mauger G. Grammaire pratique du français d'aujourd'hui. - Paris:
Hachette, 1968. - 288 p.
138. Mathesius V.A. Functional Analysis of Present Day English on a General
Linguistic Basis. - Prague: Academia, 1975. - 202 p.
139. Mahmoudian M. Pour enseigner le français: Presentation fonctionnelle
de la langue. - P.: PUF Fondemental, 1976. - 156 p.
140. Milner J.  Introduction a un traitement du passif. - Paris:
Université de Paris, 1994. - 347 p.
141.  Milner J. Introduction а une science du langage. - Paris: Seuil, 1989.
- 446 p.
142.  Milner J. Le passif. - Paris: Presses de l'Ecole Normale
Supérieure, 1979. - 413 p.
143. Moignet J. Systématique de la langue française. - Paris:
Hachette, 1981. - 446 p.
144. Molinie R. Le français moderne. - Paris: PUF Fondamental, 1991. - 224 p.
145. Moreau R. Introduction а la théorie des langages. - Paris: Hachette,
1975. - 224 p.
146. Muhlner W., Sommerfeldt K. - E. Genus und Genusfeld im Deutschen und
Russischen // Deutchen als Fremdsprache. - 1977, - H. 2. - S. 107-112.
147. Nalther G. Zur Syntax und semantik reziproker Reflexivverben //
Zeitschrift fur Slavistik. - 1977. - №.4. - S. 503-511.
148. Pisani V. Construsioni analitiche e passive. - Paidea. - T.21. - № 6,
1966. - P. 16 - 27.
149. Pinchon J. Morphosyntaxe du française. - Paris: Hachette, 1986. - 640 p.
150. Riegel M., Pellat J., Rioul R. Grammaire méthodique du
français. - Paris: PUF Fomdamental, 1994. - 646 p.
151.  Zribi-Hertz A. La réflexivité ergative en français
moderne // Le français moderne. - Paris: Flammarion, 1987 - P. 23-54.
152. Zribi-Hertz A. La construction "se-moyen" du français et son statut
dans le triangle moyen-passif-réfléchi // Linguistique
investigationes. - Paris: Flammarion, 1982. - P. 345-401.
153.  Stéfanini J. La voix pronominale en ancien et moyen
français. - Paris: Univiversité  de Paris, 1962. - 753 p.
154.  Steube A. Reflexivierung in komplexen deutschen Satzen // Deutsch ald
Fremdsprache. - 1975. - H. 5. - S. 278 - 287.
155.  Sueur J.-P. Etude sémantique et syntaxique des verbes Devoir et
Pouvoir. - Paris: Flammarion, 1975. - 263 p.
156. Tesnière L. Eléments de syntaxe structurale. - Paris:
Klincksieck, 1959. - 670 p.
157. Walther G. Zur syntax und Semantik reziproker Reflexivverben //
Leitschrift fur Slavistik. - 1977. - № 4. - S. 503 - 511.
158.  Wagner R. L. et Pinchon J. Grammaire du français classique et
moderne. - Paris: Hachette, 1962. - 640 p.
159. Wagner R. L. et Pinchon J. Grammaire du français classique et
moderne. - Paris: Hachette, 1991. - 670 p.
СПИСОК ИСТОЧНИКОВ
ИЛЛЮСТРАТИВНОГО  МАТЕРИАЛА
Balzac H. Le père Gorio. - Paris: Garnier - Flammarion, 1966.- 254ð.
Bancquart M.-C. Anatole France. -  Paris: Julliard, 1994. - 267 p.
Bazin H. Vipère au poing. - Moscou: Progres, 1964. - 196 p.
Cardinal M. Les mois pour le dire. - Paris: Grasset Fasquelle,  1975. –  341p.
Chevallier G. Les hirifiers Euffe. - Paris: Prèsses Universitaires de
France, 1945. - 445 p.
Demerson Y. François Rabelais. - Paris: Librairie Arthème Fayard, 1991 -  338 p.
Daudet A. Nouvelles. - Ленинград: Просвещение, 1977. - 346 с.
Druon M. Nouvelles. - Ленинград: Просвещение, 1975. - 206 с.
Forbes E. Des étoiles nouvelles. - Paris: Hachette, 1976. - 254 p.
Howard R. Conan l'usurpateur. - Paris: J'ai lu, 1982. - 252 p.
Lazard M. Rabelais l'Humaniste. - Paris: Hachette, 1993. - 271 p.
Le Figaro: 1996 - № 16088.
Le Monde: 1996 - № 15950.
Libération: 1996 - ¹ 4699.
Lingard  J. Ouvert tous les jours. - Paris: Flammarion, 1982. - 190 p.
Loti P. Pecheur d'Islande. - Paris: Calmann - LEVY, 1977. - 253 p.
Luber R. Cuenin M. - Paris: Arthand, 1990. - 347 p.
Martin J.-C. Le tour de la Questions. -Paris: Noroit, 1990. - 114 p.
Maupassant G. Contes et nouvelles. - Moscou: Progres, 1976. - 313 p.
Michaux H. Face aux Verrous. - Paris Gallimard, 1967. - 196 p.
Mondiano P. Remise de peine. - Paris: Seuil, 1988. - 166 p.
Maurois A. Nouvelles. - Moscou: Progrиs, 1975. - 170 p.
Ollivier E. L'orphelin de mer... ou les mémoires de monsieur Non